Граф [litres]

Книга: Граф [litres]
Назад: Глава 1
Дальше: Глава 3

Глава 2

Утром отправились домой. Всю дорогу я думал о Дуйсбурге. Отгонял от себя мысли о нем, а они опять возвращались. Да, зацепил меня этот городишко. Он и в самом деле был совсем небольшим. Мой Линдендорф не меньше, а скоро и вообще обгонит его по всем показателям. Одного у него нельзя отнять – это настоящий город с тысячелетней историей. Он был городом еще при римлянах. Тех, которых почему-то называют древними. Вот при них он и возник. А это завораживало. Да, он не очень благоустроен. И промышленности в нем практически нет. Он жил только с торговли. Но, думаю, если он попадет в мои руки, я из него конфетку сделаю. Торговля так торговля. Будет торговой столицей моего графства, а Линдендорф – промышленным центром. Так и надо сделать. А то слишком тесно стало в Линдендорфе от разных непонятных людей. Все называют себя купцами, а кто на самом деле? Нет, в основном, конечно, купцы, но Ирма правильно сказала: купцы-то приезжают не одни, а со свитой. И кого они с собой привозят, хрен знает. А ведь секретов в Линдендорфе столько, что и сейчас не знаю, как их уберечь, а дальше будет только хуже. Вот и надо сделать так, чтобы лишние люди у меня в городе были наперечет. Не фига там разным шпионам болтаться. Если Дуйсбург отожму, то так и сделаю – он у меня будет торговым городом, этаким огромным торгово-развлекательным центром, а Линдендорф – административной, промышленной и научной столицей. И в город пускать только по приглашениям. Вот так будет правильно.
Вот наконец мы и дома. К Хаттингену подошли после обеда. Мне подвели коня, и я рванул домой. Думаю, Курт здесь и без меня справится.
Ами меня в этот раз не встречала. Да и откуда она могла узнать, что мы уже прибыли? Об этом еще никто не знает. Нашел ее на женской половине в компании жен моих офицеров. Ну и хорошо. Одной ей было бы совсем грустно. Увидев меня, она с радостью попыталась вскочить, но не получилось. Да, с таким животом не попрыгаешь. Но он, кстати, ее совсем не портил. Чувствовалась, конечно, некоторая одутловатость, скованность движений, но лицо чистое, без пятен. Да и какая, впрочем, разница. После родов все равно ведь все пройдет, и она опять станет стройной и изящной. А сейчас она прекрасна уже тем, что носит моего ребенка.
Я успокоил дам, сообщив им, что потерь среди офицеров нет и к вечеру они все уже будут дома. Ами всех отпустила, и они нас покинули. Помчались готовиться к встрече мужей. Ну а мы просто сидели, обнявшись, и молчали. Подробности похода она из меня потом вытрясет, а сейчас и просто помолчать в кайф. Да, здорово я по ней соскучился.
Так и просидели до ужина. А на ужин примчался Гюнтер, которому я был очень рад. И отец Бенедикт. Вот к этому у меня было двойственное отношение. Поговорить с ним, конечно, следовало, но я рассчитывал с ним встретиться завтра или послезавтра. Сегодняшний вечер хотелось провести только со своими. Но раз уж пришел… не гнать же теперь. К концу ужина примчался Курт. Замечательно. Избавиться еще от отца Бенедикта – и можно поговорить. Но именно с отцом Бенедиктом и пришлось провести весь вечер. Сразу после ужина прошли с ним в замковую часовню, где я причастился и исповедовался. Грехов за мной не было. Даже блуда. Так что отпущение получил сразу и без нотаций. Потом мы прошли в мой кабинет, и священник приступил к допросу. Но я не прежний Лео – на меня где залезешь, там и слезешь. Так что узнал он только то, что я посчитал нужным ему сообщить. Хотя скрывать мне особо было нечего. Рассказал ему о нашем походе по земле швисов. Упирал на то, что я хоть и сжег их город и деревню, но люди не пострадали. Мирные люди. То, что я причесал картечью колонну швисской пехоты – не в счет. На войне как на войне. Да и он к этому отнесся совершенно спокойно. А вот инцидент в Базеле его очень расстроил. Я рассказал, конечно, свою версию тех событий. Почти правдивую.
Единственное, в чем я был не совсем правдив – это в том, что мы с тем бароном сразу собачиться начали. Наоборот, я ему рассказал, что мы с ним совершенно мирно беседовали, даже шутили по поводу швисских козопасов, как вдруг из-за ближайших домов выскочила рота арбалетчиков и тут же, без всякого предупреждения, начала нас расстреливать. Я сразу получил болт в грудь. Было убито семеро моих солдат. Многие получили ранения. Именно после этого мои люди очень сильно разозлились. Они ведь видели, что я упал с болтом в груди, и не знали, что я просто ранен. В том, что они не разнесли по камушку весь Базель и не вырезали там всех – заслуга Курта фон Нотбека. Всех арбалетчиков и подлого барона, конечно, перестреляли. Ну и сожгли несколько домов, но в общем-то город отделался легким испугом. Хотя за такое надо сурово наказывать. Священник со мной согласился, но и похвалил за то, что мы все-таки не сожгли Базель. Обещал сегодня же ночью написать несколько писем и уже завтра отправить их нужным людям. Леопольд Габсбург, конечно, все равно будет очень зол на меня, но сразу сюда не бросится, а будет вынужден провести тщательное расследование. Ну а потом злость пройдет, появятся другие заботы, и он успокоится. Во всяком случае, будем на это надеяться.
Потом я ему рассказал о нашей остановке в Дуйсбурге и что город мне в общем-то понравился. Святой отец дураком не был и сразу все понял. Тут же начал жаловаться на жителей Дуйсбурга. Оказывается, эти грешники на разврат и пьянство деньги находят, а вот на строительство городской церкви, собора Спасителя, денег у них никогда нет. Строят собор уже больше полувека, а возвели пока только одну башню. А у Тевтонского ордена, который и был сначала заказчиком этого собора, сейчас трудные времена, и денег на строительство тоже нет. Я ему сообщил, что если бы город принадлежал мне, то на такое богоугодное дело, как строительство церкви, деньги я бы всегда нашел. Он тут же заметил, что если бы город каким-то образом вдруг вошел в состав моего графства, то католическая церковь это только приветствовала бы. И он упомянет об этом в своих письмах. Прекрасно. Значит, архиепископ Кельна и епископ Мюнстера против захвата Дуйсбурга возражать не будут. Ну, в архиепископе я и не сомневался, а за епископа спасибо. Думаю, и император особо возмущаться не будет. Да и какое дело императору до какого-то занюханного городишки… Ну что ж, добро получено. Честно говоря, не ожидал. Правда, придется здорово вложиться в строительство собора, но ведь никто не заставляет меня закончить строительство за год или два. Буду понемногу выделять деньги, и пусть строители копошатся. Хотя деньги есть, и если и в самом деле получится что-то монументальное, то на это не жалко.
После этого отец Бенедикт стал собираться. И непременно в город. Интересно, как это он себе представляет? Уже ночь и ворота наверняка закрыты. Но он заверил меня, что это не проблема. Ну, дело его. Пошел провожать. У него была коляска. Лошадью управлял он сам. Я выделил ему в сопровождение четырех кирасир. У нас тут, конечно, спокойно, но мало ли, что случится. Потерять его сейчас никак нельзя. И чего бы ему здесь не остаться? Небось у него бумага какая-нибудь особенная, специально для писем, или какая шифровальная книга. Ну и ладно: как говорится, баба с возу – кобыле легче. Хотя в данном случае не кобыле, а жеребцу. То есть мне. Пойду-ка я пожелаю спокойной ночи Ами и отправлюсь… К Эльзе или Ирме? Как есть жеребец. Вернее, кобель. Но ведь месяц без женской ласки… Как еще выдержал. Вперед.
Я прошел на женскую половину, в спальню Ами. Она уже спала. Я сел в кресло у кровати, взял ее руку в свою и откинулся на спинку кресла. Вот так и уснул.
Проснулся от ощущения взгляда. Открыл глаза. Ами лежала и с улыбкой смотрела на меня. Ее рука так и оставалась в моей. Черт, ей же неудобно… Она, видно, проснулась и лежит так, боясь пошевелиться, чтобы не разбудить меня. Я отпустил ее руку.
– Извини, дорогая. Сидел-сидел и уснул. Даже сам не заметил. Вымотал меня отец Бенедикт своими вопросами. Даже помыться не успел.
– Спасибо, Лео, что просидел со мной всю ночь. Это для меня лучшая награда. Ты и в самом деле любишь меня. А теперь иди и приведи себя в порядок. Только не засыпай, завтрак уже через час. А после завтрака ты мне все-все расскажешь. Особенно про свое ранение.
Я поцеловал ее и вышел из спальни. Вот ведь Курт, зараза, болтун… Уже раззвонил. Предупреждал же его, чтобы молчал… Небось своей проболтался, а та тут же заложила меня Ами. Ну что за люди! Ей же волноваться нельзя.
Проходя мимо комнаты Ирмы, приостановился. Зайти, что ли? Нет, надо идти в ванне поваляться. А с ней за завтраком встречусь. Интересно, почему ее на ужине не было? А я даже не поинтересовался. И вообще, собирался же навестить кого-то из своих любовниц. Вот теперь буду весь день мучиться, глядя на молодых красивых женщин, которые так и снуют по замку. Жеребец, точно.
До самого завтрака отмокал в ванне. К столу спустился чистым и в новой одежде. Совсем другое дело. Теперь и в самом деле почувствовал себя дома. За завтраком встретил Ирму. Оказывается, она вчера была в городе и к ужину опоздала, а потом меня уже отец Бенедикт утащил, вот и не встретились. За столом также присутствовали Курт и Гюнтер. Сразу после завтрака я прихватил их и целеустремленно направился в кабинет. Ами попыталась было меня задержать, но я лишь огорченно развел руками – мол, извини, дорогая, дела. А то ведь она мне за мое ранение весь мозг выест. И ведь придется сидеть и молчать – волноваться ей сейчас нельзя. Ирма, кстати, подхватила Элдрика и тоже куда-то увела. Да уж, достанется ему сейчас. Но лучше уж пусть Ирма над ним поизмывается, ей он хоть что-то объяснить сможет. А вот если Ами попадется, то труба, та объяснений и оправданий слушать не будет. Но, надеюсь, она до него не доберется. Он-то ни в чем не виноват, я сам лопухнулся. Слишком уж непобедимым и неуязвимым себя почувствовал. Вот меня на место и поставили. Хорошо, что болт в грудь угодил, а если бы в голову? Да…
Расселись вокруг стола. Вернее, я в свое неудобное кресло, а они – на стулья по другую сторону стола. Сначала мы рассказали Гюнтеру о наших похождениях. Заварушка в Базеле его очень расстроила. И моим ранением, и тем, что мы рассорились с Леопольдом Австрийским. Все-таки Леопольд – это величина. Это не наш Вильгельм со своим карманным герцогством. Войск он может выставить раз в десять больше Вильгельма. Если поднапряжется, конечно. Но я успокоил Гюнтера, сообщив, что отец Бенедикт обещал походатайствовать за нас перед какими-то влиятельными лицами. Так что сразу Леопольд на нас не попрет. Да и зачем ему? Мы же пощипали как раз его врагов, швисов. А с ними он уже который год на ножах. Ну а Базель… это просто несчастный случай.
Гюнтер предложил написать ему письмо с извинениями. Я и сам об этом подумывал, но решил, что сейчас это ни к чему. Во-первых, надо посмотреть, что получится у отца Бенедикта. А во-вторых, если сейчас извиняться перед ним, то он от нас наверняка что-нибудь потребует в виде возмещения причиненного ущерба. Наверняка оружие. А пушки и мушкеты я ему по-любому не дам. Потом против нас и повернет. А за отказ он обидится еще сильней. Так что будем сидеть тихо. Может, и пронесет. Даже в самом неблагоприятном для нас раскладе, раньше весны он к нам все равно не сунется. А за это время мы сформируем еще один полк как минимум. Так что отобьемся. Вполне возможно. Но это будет или нет – неизвестно, а нам надо решать насущные проблемы. И у меня одна такая есть. И потом я ее им озвучу. А пока хотелось бы заслушать начальника транспортного цеха. Про транспортный цех они, конечно, не поняли, но я ткнул пальцем в сторону Гюнтера, и все сразу стало понятно.
Ничего интересного он нам не рассказал. Нет, интересно нам было как раз все, но самое главное, что не случилось никаких неприятностей и все шло так, как и было запланировано. А в этом огромная заслуга Гюнтера. Все-таки заниматься таким огромным хозяйством – это не мечом махать, тут голова нужна. Я ему так и сказал. Гюнтер расцвел, а Курт, наоборот, скуксился. Но я его успокоил, сказав, что я их обоих очень ценю, и они хороши каждый на своем месте.
А потом я им рассказал о Дуйсбурге. Моя задумка их не удивила, даже обрадовала. Курт обрадовался возможности повоевать. А то наша прогулка к швисам ничего, кроме неприятностей, не принесла. А Гюнтер был рад тому, что у нас появится настоящий торговый город. Его, конечно, нельзя сравнить с такими современными торговыми гигантами как Любек, Гамбург или Роттердам, но все равно это именно торговый город, с налаженными торговыми связями. Не то что наш Линдендорф. Да и не хотелось наш родной город превращать в торговую клоаку.
Стали думать, как это все можно провернуть. Просто так прийти и захватить город мы не могли – не поймут. Нужен повод. Долго думали, где ж его взять, этот самый повод, но как-то ничего толкового в голову не приходило. Я предложил особенно не заморачиваться, а провернуть тот же финт, что и герцог Австрийский при захвате Базеля. Там его гвардейцы сначала перепились вместе с горожанами, потом с ними же передрались, и на основании того, что от рук горожан пострадали его люди, он захватил город. Если у него прокатило, почему у нас не прокатит? Я, конечно, не герцог и тем более не курфюрст, ну так и Дуйсбург не Базель. А устроить пьяную драку не трудно. И желающих наберется сколько угодно. Правда, в Базеле в итоге была куча покойников, а я бы не хотел терять людей в какой-то кабацкой драке. Но кто нам мешает утащить всех на корабль и потом объявить, что несколько моих подданных были подло убиты?
Гюнтер припомнил, что многие кабаки в городе принадлежат бургомистру. А это совсем замечательно. Посылаем корабль в Дуйсбург. Морячки идут в кабак, устраивают там драку и возвращаются на корабль, неся нескольких человек на плечах. Потом объявляют о смерти этих несчастных и требуют выдать им хозяина кабака на суд к своему графу. А хозяин-то бургомистр! Так что их сразу посылают в эротическое путешествие. Они, естественно, туда и отправляются. Но потом появляюсь я и устраиваю разборки. А так как появляюсь я не один, а с войском и на боевых кораблях, то разбирательства очень быстро заканчиваются. Захватом города и повешением бургомистра. Может, и весь магистрат повесить придется, но это уже по месту разберемся. Вдруг кто толковый попадется. Того, конечно, не тронем. Имущество, естественно, конфискуем, но самого не тронем.
Вот такой вчерне план. Приказал отшлифовать его в течение пары дней и представить мне на ознакомление и утверждение. Потом стали думать, как будем отбиваться от хозяина земель, на которых и стоит Дуйсбург. Не можем же мы прибрать город и не тронуть землю. Ее тоже придется прихватить. Тем более земли-то там кусочек, в углу между Рейном и Руром. Но даже за такой маленький кусочек с хозяином придется пободаться. А хозяином там граф фон Клеве. А братишка у него – граф фон Марк. И эта парочка мне такого хамства не спустит. Придется повоевать. И тут вдруг Гюнтер хлопнул себя по лбу:
– Ваше сиятельство, я только сейчас вспомнил: у графа фон Марк нет наследников.
– Это как?
– Ну, у него есть дочь. Лет пять назад она вышла замуж и укатила к мужу. А сыновей господь не дал. Правда, я что-то такое слышал от купцов, что они с братом якобы договорились, что в случае смерти Энгельберта, графа фон Марк, ему наследует его брат Адольф, граф Клеве, или его сыновья. Именно поэтому Адольф передал Энгельберту некоторые свои земли. Вроде как все равно потом все ему достанется.
– Может, и так. А нам-то что с того? Есть у Марка наследники или нет?
– Ваше сиятельство, интересные варианты прорисовываются.
– И что за варианты?
– А не получится ли все графство Марк под себя подгрести?
– Ну ты хватил. И как ты себе это представляешь?
– Пока не знаю. Но вот если захватить его в плен, то возможности наверняка появятся. А что? Захватили же вы Вильгельма.
– Да, Гюнтер, сразу видно, что ты не военный человек. Вильгельма мы захватили случайно. Нам проще убить, чем захватить в плен. Хотя подумать есть над чем. Но думать об этом сейчас не будем. Получится захватить его – хорошо, нет – так нет. Нам надо думать, как вообще от этой парочки отбиться. Сейчас начало сентября, Дуйсбург мы сможем захватить к концу месяца. Тут в общем-то особой подготовки не нужно. А конец сентября – это разгар уборочной страды. Что они будут делать?
– Да, ситуация для них сложится не очень удачная, – сказал Гюнтер. – Собрать большое войско в это время очень трудно. Многие рыцари будут отбрыкиваться от похода всеми возможными способами. Уборочная – это не шутки. Крестьян с полей по-любому никто снимать не станет. Значит, ополчения у них не будет. Рыцарей соберут в лучшем случае половину. Не такая уж и большая армия получится. Да и соединиться они не смогут. Чтобы соединиться, графу фон Марк надо пройти через земли архиепископа Кельна или епископа Мюнстера. Ни тот, ни другой его через свои земли не пропустит. И по Руру он спуститься к Дуйсбургу не сможет – реку мы перекрыли. Но все равно попрут. До весны они отложить никак не могут. За зиму мы город так укрепим, что туда уже и не сунешься. Это они понимают.
– А они и не будут соединяться, – это уже Курт. – Этого им совсем не нужно. Они знают, что армия у нас маленькая и разделить ее мы не можем. Ну, во всяком случае, они так думают. Да и любой бы так решил. Поэтому фон Марк просто встанет со своим войском напротив Хаттингена и будет там стоять. И нам придется держать свою армию против него на своем берегу. А фон Клеве в это время возьмет Дуйсбург и еще пройдется по нашим землям. А если мы двинем свои войска к Дуйсбургу, то фон Марк переправится на нашу сторону и разграбит Линдендорф. Все наши укрепления вокруг города он всерьез не воспринимает. Да и что там особенного? Земляные валы и рвы? Что это для него? Он замки берет без труда, а тут какие-то валы. Да еще и прекрасная дорога от Хаттингена до Линдендорфа, как для него построенная.
– А форт в Хаттингене?
– Так он его обойдет. Переправится в полрасте выше по реке, и потом уже выйдет на дорогу. Оставит небольшой заслон против гарнизона форта и отправится грабить город.
– Ну в общем-то все понятно, – заметил я, – хотя вряд ли все будет именно так, как мы тут напридумывали, но если рассуждать логично, то именно так и выходит. Но будут ли они следовать логике?
– Будут, обязательно будут. И фон Марк и фон Клеве – уже не молодые и опытные военачальники, и на разные авантюры они не пойдут. А тут для них все очень логично и стройно выстраивается. Да и не поверят они никогда, что мы оставим на разграбление свою столицу и бросимся защищать не особо нужный нам город. Да и я бы никогда не поверил. Так что для них практически никакого риска. А для фон Клеве вообще праздник какой-то получится. Ведь он захватит уже наш город Дуйсбург, который можно будет как следует пограбить. И в наших баронствах можно здорово поживиться. Так что все для них будет складываться просто замечательно, если мы станем действовать так, как положено в этой ситуации.
– А у тебя есть что предложить?
– Ваше сиятельство, да тут все проще простого. Один полк отправить в Дуйсбург и один оставить здесь. Уж если мы двумя полками били объединенные силы Берга и Кельна, то уж одним полком справиться с неполным войском Клеве или Марка сможем. Гюнтер ведь верно сказал – полностью собрать свои армии они в это время не смогут.
– Тут я с тобой согласен. Одним полком, но усиленным артиллерией, мы справимся с силами каждого по отдельности. Тем более что они против нас еще не воевали и будут действовать по старинке. Но дело в другом. Если фон Марк узнает, что один полк остался здесь, то он может и не решиться напасть. А самим переправляться через реку и нападать на них нам нежелательно. После захвата Дуйсбурга нам могут и не спустить еще и нападения на Марк. Поэтому надо сделать так, чтобы именно фон Марк переправился через реку и вошел в наши земли. Тогда, если мы отхватим от него парочку баронств, никто возмущаться не будет. Ну а если получится захватить его в плен, тогда и будем думать о всем графстве. А вот у Клеве по-любому надо откусить кусок до реки Липпе. Там всего-то одно или два баронства.
– Два, – просветил меня Гюнтер.
– Ну, два так два. Ладно, думайте, как спровоцировать графа фон Марк на нападение.
– А что тут думать? Погрузим войска на корабли, отплывем на пару растов и выгрузим. Они спокойно вернутся назад.
– Ага, вернутся. Ты, Курт, дураками-то всех не считай. Что, графу трудно пустить по берегу конных наблюдателей за кораблями? Нет, так не пойдет. Сделаем по-другому. Во-первых, один полк у нас так и так будет уже в Дуйсбурге. В принципе подкреплений там и не надо, но мы все равно отправим. Одну роту. А остальные две роты – новобранцы и строители. Только строителей переоденем в форму. Ну и новобранцев тоже. Отправим побольше пушек. Их так и так на стены устанавливать. И все это при свете дня, чтобы все, кому нужно, это увидели. А оставшиеся две роты спрячем в замке. Тесновато будет, но ничего, потерпим.
Сейчас у нас, с учетом двух сотен новобранцев, прошедших хоть какое-то обучение, два полных полка. Надо набрать еще полторы сотни рекрутов, вот они и поплывут в Дуйсбург. Вместе со строителями. У меня здесь останутся две роты. Еще одну роту надергаю из фортов. Пушек у нас на складах достаточно. Сотню кирасиров оставишь мне. С такими силами мне Марк не страшен. Тем более что спину мне будут подпирать форты, и мы всегда сможем отойти под их прикрытие. Ну а ты там и новобранцев заодно погоняешь. Новобранцам и строителям выдать мушкеты, но без патронов, чтобы не перестреляли друг друга по глупости. И еще, Курт, задание тебе. Будешь чистить клевские баронства – подбери мне престарелого рыцаря, такого, чтоб на ладан дышал. Но не очень строптивого. А то у меня Эльза, начальница патронной фабрики, до сих пор в простолюдинках ходит. И нечего ухмыляться.
– Ну что вы, ваше сиятельство, мы все понимаем. Так ведь необязательно престарелого, любого можно. А после венчания – ножом по горлу.
– Нет. Не хочу, чтобы меня обвиняли в смерти мужа моей любовницы. Пусть будет старичок какой. Можно ему даже на дожитие его замок оставить. И небольшую пенсию выделить. И хорошо бы, чтобы у него внучки или правнучки были. Сговорчивее будет.
– Хорошо, ваше сиятельство, сделаем. Тем более Эльзу мы все знаем и уважаем.
– Ладно, на этом пока и остановимся. Засиделись мы тут. Обедать пора. Послезавтра представите мне полный расклад по захвату Дуйсбурга и дальнейшей кампании.
Так втроем и отправились на обед. У дверей в кабинет стояла, кстати, пара кирасиров из группы Элдрика. Хорошо ему Ирма хвоста накрутила, молодец.
Обедали тесной компанией. Правда, за столом присутствовали и жены Курта и Гюнтера, и некоторые девицы из свиты Ами, ну и Ирма, конечно. У нее вообще куча должностей. Она и фрейлина моей жены, и мой секретарь, и начальник охраны замка. Не считая того, что она еще и моя любовница. И, что интересно, совершенно официально. Все об этом знают, и ко мне никаких вопросов. Даже от Ами. Ну ко мне-то ладно, но ведь и к Ирме никаких вопросов нет. Да, как говорил Марк Туллий Цицерон: «О времена! О нравы!» Правда, говорил он это в другое время и по другому поводу, но к моему случаю очень подходит.
Мы с Ами сидели во главе стола, и разговаривать с кем-то было не совсем удобно. Зато за меня она взялась плотно. Видно, опасалась, что я и после обеда куда-нибудь свинчу. Собственно, я так и собирался сделать. Так что толком поесть она мне не дала. Сама-то она ела как воробушек, а теперь и тем паче, а вот моему молодому организму требовалось много калорий. Но она меня то пихала в бок, то шипела что-то в ухо, то стыдила. Хорошо что расплакаться прямо за столом ей не позволяло воспитание. Все ее претензии сводились к тому, что я, такой недотепа, позволил себя ранить. А если бы меня убили? Что было бы с ней и ребенком?
Как будто я нарочно. Я и сам себя ругаю постоянно последними словами. Это и пытался до нее донести, но разве женщину в чем-то убедишь? Только после того, как я клятвенно пообещал больше не рисковать своей головой, она успокоилась. Как будто это не в моих интересах, и я так спешу сыграть в ящик. Да я бы вообще не рисковал и сидел дома. Только кто ж мне даст? Здесь меня еще быстрее достанут. Нет, не зря говорят, что лучшая защита – это нападение. Так что рисковать мне придется очень много и долго, до самой смерти. Надеюсь, совсем не скорой.
После обеда меня утащила в кабинет Ирма. К сожалению, не меня одного, а вместе с Элдриком. Видя, что я с ней не развлекаться иду, к нам присоединились и Курт с Гюнтером. В кабинете Ирма мне доложила о проделанной работе. А сделала она и в самом деле немало. Все слуги в замке и работники патронной фабрики прошли проверку. И даже досье на них было составлено. Не на каждого отдельно, конечно, а по несколько строк на каждого в большой прошитой книге, вроде амбарной. Ей в этом, кстати, очень помогла Эльза. Ирма все-таки какая-никакая, а баронесса, и простолюдины с ней беседовать бы не стали, а вот с Эльзой им было попроще. Да и знала Эльза всех как облупленных. И Вилда тоже помогла. Так что обо всех Ирма в замке знала: и чего хотят, и чего от них ожидать, и даже о чем мечтают.
Охрану замка она тоже наладила. Теперь в замок посторонний пройти не мог. И на воротах и на стенах постоянно дежурила охрана. И днем и ночью. В замке, кстати, квартировал специальный охранный взвод мушкетеров. Работников фабрики из замка вообще не выпускали. Слуг – только с сопровождением. Эльза если отправлялась в город, то под охраной двух кирасиров. Их тоже в охране замка десяток. Все оправившиеся от ран теперь приписаны к замку. Так что с безопасностью здесь кое-какой порядок навели. Для нынешнего времени – очень даже неплохой. А вот в городе с этим обстоит не очень хорошо. Нет, уголовщины в городе практически не было. Так, бытовуха. Передерутся в кабаке в субботний вечер или муж неверную жену с любовником оглоблей по улице погоняет. Мелочь. А вот то, что по городу шастают посторонние люди и все постоянно вынюхивают – это уже непорядок. И сделать ничего нельзя – все или служащие приезжих купцов или из их охраны. Особое внимание привлекает наш завод. Были попытки проникновения. Но его и днем и ночью охраняют мушкетеры, так что нарушителей повязали. Но пришлось их отпустить. Украсть они ничего не успели, а предъявить им было нечего. Заблудились ночью и забрели сами не знают куда. Все из окружения уважаемых купцов. Все всё понимают, но и конфликтовать с купцами нам не с руки. А наблюдателей вообще полно. Особенно со стороны реки. Завод-то прямо на берегу стоит. Сначала было на лодках пытались подплыть поближе к заводу, но их пару раз пугнули из пушек – больше не лезут. Но вот по другому берегу реки чуть ли не толпами шастают. И ничего не сделаешь – гуляют люди.
Огородили завод и со стороны реки забором, но это мало помогает. Начали строить кирпичные цеха. Раньше-то все литейные работы проводили на открытом воздухе, иногда под навесами от дождя. А из дерева не построишь – сгорит все к чертям. Ничего, скоро мы этот вопрос решим. Приберем Дуйсбург, и всех торгашей – туда. Пусть там прогулками на свежем воздухе наслаждаются. Я, конечно, не тешил себя иллюзиями, что мне удастся надолго сохранить свои секреты, но чем дольше я смогу обходиться без конкурентов, тем лучше. А для меня сейчас конкурентов нет. Металл, конечно, льют везде. И сталь выплавляют. Иногда не хуже, чем у меня. Но все в мизерных количествах. Так что пока есть возможность, надо зарабатывать. Так сказать, снимать сливки. Пройдет еще немного времени – и цены на сталь начнут падать.
Нет, в своем регионе мы всех конкурентов придавим, но ведь есть и другие металлургические регионы. Прекрасные металлурги во Фландрии, в Льеже; во Франции, в Дюнкерке и у наших считай что соседей, в Лотарингии; в Верхней Силезии, в Остраве – у чехов; в Испании – в Авилесе и Каталонии. А кто не слышал про знаменитую толедскую сталь? А сталь из Швеции? Да мало ли где. Но их беда – огромные трудозатраты и неимоверная себестоимость. Поэтому пока они мне не конкуренты. Но это пока. Ничего, пока они все вынюхают, пока внедрят. А делиться своими секретами я не собираюсь. Думаю, лет десять – пятнадцать спокойных у меня есть. Да и потом… У меня-то будет уже настоящий завод, и не им с их кустарщиной со мной тягаться. Так что секретность и еще раз секретность.
Обсудили необходимые мероприятия для охраны наших заводских секретов. Попросил Ирму помочь Гюнтеру в этом вопросе, хотя бы консультативно. Тут же пришлось распределить обязанности. Элдрик со своими людьми охраняет непосредственно меня, Ирма отвечает за замок, а на Гюнтере – город и завод. Нет, сам Гюнтер этим, конечно, заниматься не должен, но найти ответственного человека и побыстрее приставить того к делу – в его интересах. Спрашивать-то я все равно с него буду. Курту приказал не жадничать и не зажимать людей. На этом совещание и закончили. Уже когда все вышли, Ирма вернулась и спросила:
– Придешь ночью?
Я только кивнул. Она, довольная, выскочила за дверь. Вот ведь чертовка. А я-то хотел сегодня еще патронную фабрику посетить. А там Эльза. Придется от нее на сегодня отмазываться – двоих за ночь я не выдержу. Ладно, скажу как есть. Не могу же я разорваться…
Потом заскочил к Ами, поболтал с ней немного и направился к Эльзе. Вернее, на патронную фабрику. Ну, не фабрика, конечно, а небольшая мастерская, но зато как звучит! Но ничего, будет и фабрика. Правильнее было бы называть «патронный завод», но завод у нас один, и даже не завод, а Завод. Жаль, но туда я сегодня не попаду. Но завтра с утра – обязательно.
Эльзу было чертовски приятно видеть. А уж как она мне обрадовалась! Долго целовались с ней в ее каморке. Я даже было собрался ее прям там завалить, но потом одумался. Из-за хлипкой перегородки все слышно, а молчать она не будет. Нет, ну его. Народу вокруг полно. Обещал обязательно к ней заглянуть, но не сегодня, а завтра.
Прошлись по мастерской. Да, что можно сказать… молодец. Одно плохо – слишком уж скученно народ располагался. С этим надо что-то делать. К сожалению, замковый двор не такой уж большой, и прирезать еще площадь к мастерской не было возможности. Придется мастерскую из замка убирать. А куда? А построю-ка я ее в воинском лагере, вернее, в военном городке. Теперь это и в самом деле небольшой городок, с казармами и домами для офицеров. Вот там и построю настоящую фабрику. С отдельными цехами: пороховым, патронным, по изготовлению снарядов и гранат. По уму, все это строить бы где-нибудь подальше, но не получится. Секретность, чтоб ее. А военный городок и так хорошо охраняется, а если отгородить для фабрики отдельный уголок и поставить дополнительную охрану, то за секретность можно не переживать.
Но строить придется много. Ведь нужны не только цеха, но и общежитие для рабочих. Вернее, работниц, так как в основном на фабрике работали девушки. Ох, что будет у этого общежития твориться! Девчонки-то все молодые, а в лагере солдатики… Нет, это не дело. Они мне так всю дисциплину порушат. Значит, и общагу придется строить за оградой, вместе с фабрикой. И дом для Эльзы там же. От чужих глаз подальше – шастать-то я к ней так и так буду. Правда, сейчас это делать удобнее – никуда из замка выходить не надо, но тут уж ничего не поделаешь. Ничего страшного, я ведь частенько в лагере ночевать остаюсь. Вот и буду теперь, если что, ночевать у нее.
Сели у нее в каморке и стали обдумывать мою задумку. Она, конечно, сначала расстроилась, что ей придется покинуть замок, но пара поцелуев привела ее в норму. Попросил ее подумать как следует над этим вопросом и набросать небольшой план построек. И их расположения, и самих цехов. Для этого съездить в лагерь и подобрать место для фабрики. Там и сделать простенький чертежик. А я потом посмотрю и исправлю, если мне что-то не понравится. Так и договорились. Все, пора на ужин.
А на ужине творилось черт-те что. В зале настоящее столпотворение. И офицеры с женами, и офицеры без жен, и жены без офицеров. Не считая девиц. Человек полста. Но все кучковались у стен, за стол никто не садился. Только Ами сидела во главе стола. Ну да, с таким животом не покучкуешься. Ну и Эмма рядом с ней – куда уж без нее-то. Я сел рядом с женой. Слуги тут же стали накрывать на стол.
– Ами, у вас так всегда, что ли?
– Не всегда, но часто. И так много народа – первый раз. Обычно мы с девочками собираемся. Иногда кто-нибудь приводит мужей, когда они свободны от службы. Вчера приема не было, так как вам надо было отдохнуть после возвращения. Скажи что-нибудь людям, Лео.
Пришлось подниматься и произносить речь. Вернее, тост, так как с бокалом в руке речи не произносят. Поздравил всех с завершением похода. Поблагодарил тех, кто оставался, за службу по охране города. В общем, обычное бла-бла. Но все были очень довольны. Потом начался ужин. Я быстро поел и сидел, не зная, куда себя деть. Как-то не привык я к таким сборищам. Никогда раньше на таких не присутствовал. В принципе все правильно, Ами молодец – все-таки у нас графский двор, и так и должно быть. Да и офицеры у меня все, можно сказать, от сохи, и учиться этикету им где-то надо. Дома их, конечно, благородные жены дрессируют, но и практика нужна. Хотя она и мне нужна. Лео-то в прошлом этикетом тоже не очень заморачивался. При каком-нибудь герцогском или императорском дворе меня вообще за дикаря примут, но туда, надеюсь, я не попаду. Очень бы не хотелось. Ладно, буду терпеть.
Но долго терпеть не пришлось. Ами поковырявшись немного в тарелке, поднялась и, сославшись на неважное самочувствие, отправилась к себе. Я, естественно, пошел ее провожать. Посидел у нее полчасика и слинял. Проскочил незаметно в кабинет. Ну, это я думал, что незаметно. Не успел я устроиться в своем неудобном кресле, как в кабинет проскользнула Ирма и тут же уселась ко мне на колени. Ну, я же не железный. Больше месяца без женщины. И это с моей вечной юношеской сексуальной неудовлетворенностью… Я ее тут же на стол и завалил. Хотя кто кого завалил, еще вопрос, так как в итоге я на жестком столе и оказался, а она как раз на мне. Правда, потом уже стало непонятно, кто на ком. Как со стола-то не свалились… Но долго мы развратом заниматься не стали. Через полчасика Ирма выскользнула из-под меня, где она в конце концов оказалась, оделась и собралась уходить. Я ее, конечно, пытался задержать, но ничего не вышло. Сказав, что сейчас сюда наверняка припрутся Курт с Гюнтером, она убежала, взяв с меня обещание, что ночью я приду к ней в комнату.
Курт с Гюнтером и в самом деле вскоре заявились. И до самой ночи мы с ними прорабатывали план операции по захвату Дуйсбурга. Конечно, какой бы гениальный план ни был, предусмотреть все невозможно. Тем более в нас троих гениальности не было ни на грош. Если только Курт со временем не станет хорошим тактиком. Но что есть, то есть. Хотя бы попытались, и то хорошо. Правда, никто из нас не сомневался, что эта операция завершится успехом. Но хотелось бы поменьше потерь. Я собирался сам возглавить наши войска в этой заварушке, но они меня отговорили. Хотя, если честно, не так уж я и настаивал. Ничего там сложного нет. Курт и сам прекрасно справится. Да, собственно, и любой командир полка справился бы, но пусть уж Курт поруководит. Очень уж редко ему выпадает самому покомандовать. Пора его приучать к самостоятельным действиям. Вот пусть и мотается. А я лучше дома посижу – граф я или не граф?
Наконец выпроводив своих гостей, я отправился к Ирме. Наша разминка на столе кабинета меня только распалила, и подходя к ее комнате, я уже весь трясся от желания. Меня буквально корежило. А закрыв за собой дверь и увидев раскинувшуюся на кровати Ирму, я вообще потерялся. В себя пришел только часа через три. Ирма лежала рядом без движения и тяжело, с каким-то утробным хрипом, дышала. Поцеловав ее, я кое-как оделся и на ватных ногах побрел к себе в спальню. И только под душем немного пришел в себя. Да и то лишь потому, что вода была чуть теплой. Зато до кровати дошел уже более-менее бодро. Только лег, и сразу вырубился.
Проснулся довольно поздно. То есть для меня поздно. До завтрака еще больше часа. Наполнил ванну. Горячая вода уже была. Так весь час и провалялся в ванне. Даже зарядку не делал. К завтраку вышел уже в нормальном состоянии. Да, дали мы жару с Ирмой ночью. Интересно, как она-то себя чувствует? Сейчас и узнаю. Вошел в обеденный зал. Все уже были за столом. А вот и Ирма. Сидит бодрая и довольная. Надо же, а когда я ночью уходил от нее, она была чуть жива. Да, женщины и в самом деле как кошки, восстанавливаются мгновенно. Вот и замечательно, а то уж я боялся, что выведу ее из строя как минимум на день. А судя по ее взгляду, она не прочь повторить все и сегодня ночью. Ну уж нет, сегодняшняя ночь – Эльзы. Она, конечно, не менее темпераментна, но досуха выпивать своего господина все-таки не будет. Думаю, от нее я уйду в лучшем состоянии, чем от Ирмы.
После завтрака я, наконец, отправился на завод. Там на несколько часов меня взял в оборот Хайнц. Мы прошли по всему заводу, по всем закоулкам. Он мне рассказывал о том, что они уже сделали, и что еще планируют сделать. И мне совсем не было скучно. Наоборот, мне все было очень интересно. Несколько раз поспорили с ним, чуть ли не до ругани, но обошлось – вовремя он вспомнил, с кем говорит. Но я на него нисколько не обижался. Да разве можно сердиться на настоящего мастера? Тем более он предлагал в общем-то дельные идеи, просто они были пока не ко времени. Например, остекление новых цехов. Не литейных, а металлообрабатывающих. Цеха-то планировалось строить новые, из кирпича, вот он и хотел заложить сразу и остекление. Правильно, конечно. В теплую погоду открытые оконные проемы давали достаточно света, но зимой проемы приходилось закрывать ставнями, и работать в темноте становилось невозможно. Использовали масляные светильники, но они давали мало света. Нет, пользовались и свечами, но очень редко, только при производстве особо точных работ – слишком уж дороги свечи. А гробить зрение своим мастерам я тоже не хотел, они товар штучный. Подготовить хорошего мастера – и долго и дорого. Но стеклить цеха сейчас – это что-то. Это мне в такую копеечку влетит, что я даже представить не могу. Сейчас стеклят только церкви и замки у аристократов. У меня и в замке-то застеклен всего один этаж. Но разумное зерно в рассуждениях Хайнца было, и я, хоть и поорал на него немного, в конце концов с ним согласился. Тем более неплохое оконное стекло делали недалеко, в Кельне. Сейчас стеклодувы просто выдували стеклянный цилиндр, потом разрезали его и раскатывали. Стекло получалось так себе, но свет пропускало. Ладно, подумаю еще и посоветуюсь с Гюнтером.
В цехах металлообработки к нам присоединился Дитмар. Их я тоже все обошел. Когда-то у Хайнца было лишь два покосившихся сарая с каким-то подобием станков. Сейчас сараев аж десять. И довольно крепеньких. Правда, опять же деревянных, но уже принято решение строить кирпичные здания. В каждом сарае стояло по три-четыре станка на одном валу от водяного колеса. Станки уже приняли более-менее привычный для меня вид. Все, что я знал о станках, Дитмару рассказал когда-то. Знал я, правда, не так уж много, но по нынешним временам и не мало. Я ведь когда-то, еще в той жизни, даже поработал на станках. У нас в школьной мастерской стояли старые станки, кстати, как раз немецкие. Их после войны из побежденной Германии привезли. А когда они выработали свой ресурс, передали школам. У нас стояли токарный, фрезерный и сверлильный станки. На них мы иногда и работали, под присмотром учителя по труду, конечно. А после работы обслуживали их, чистили, смазывали. Учитель объяснял их устройство, даже спрашивал нас потом о рассказанном, но разве в мальчишеской голове что-то могло надолго задержаться? Тем более то, что казалось, никогда не пригодится. Оказывается, пригодилось. Вот все, что помнил об этих станках, я Дитмару и рассказал. А он уже усовершенствовал свои старые станки. И получилось у него очень неплохо. Во всяком случае, производительность возросла намного. Правда, сам я за такой станок встать все-таки не решился. Так, издали посмотрел, и все.
Пообедали здесь же, на заводе. По моему совету Хайнц отстроил помещение под столовую и кормил там своих рабочих. Сами мастера, кстати, тоже там питались. Вот в этой столовой мы и пообедали. Ничего так. Сомневаюсь, конечно, что и рабочих так же кормят, но Хайнц меня заверил, что не намного хуже. Деликатесов им, естественно, не подают, но кормят сытно и обильно. А главное, кормежка рабочим обходится в сущие гроши, поэтому они на заводе стараются и завтракать, и обедать, и ужинать. Хотя зарабатывают они здесь очень неплохо. Намного больше, чем у других мастеров. Да что я говорю, некоторые мастера своим подмастерьям и ученикам вообще не платят, хорошо если кормят не впроголодь. Поэтому желающих к нам устроиться было много. И Хайнц отбирал лучших. В основном, конечно, молодежь. Ничего, лет через десять из этой молодежи такие мастера вырастут, каких во всем мире нет. Надо бы Хайнцу подкинуть идейку об открытии на территории завода небольшого училища. Сейчас это не особо и нужно, но вот если мы соберемся укрупняться, а это рано или поздно произойдет, то обученных работников уже не хватит.
В замок вернулся только к ужину. Настроение было просто замечательным. Даже Ами за ужином это заметила. Долго ей рассказывал о заводе, о перспективах увеличения объема выпускаемой продукции, о строительстве новых цехов. Она, конечно, мало что поняла. Да и посматривала на меня с некоторым даже не осуждением, а удивлением, все-таки не графское это дело – возиться с мастеровыми. В чем-то она права, но ничего не поделаешь – такой уж я граф. Но зато мне это все нравится. А вот носиться на коне, размахивая заточенной железякой, – не очень. А, идут все лесом…
После ужина опять засели в моем кабинете. Курт, Гюнтер, Ирма и Элдрик. Ну и я, конечно. Сегодня к нам присоединилась и Ами. Видно, решила узнать, чем это ее муженек по вечерам занимается. Правда, надолго ее не хватило. Посидела полчасика и потихоньку слиняла. Мы все это время как раз обсуждали расширение завода, а ей это неинтересно. А мне наоборот. И обсудить было что. Расширяться практически некуда. Нет, в сторону от реки – пожалуйста, а вот вдоль реки места не осталось. И справа и слева от завода стояли мастерские других мастеров. В принципе земля принадлежала мне, и занимали они ее, арендуя у меня же. Так что можно было их просто шугануть, но это как-то не по-людски. Тем более аренда была бессрочной, и получали ее еще их деды и прадеды. Придется договариваться о переуступке аренды. Поручил это Гюнтеру. Курт с Элдриком повозмущались немного, но и они согласились, что настраивать против себя мастеров своего же города ни к чему. Курт с Гюнтером было заикнулись насчет Дуйсбурга, но я эти разговоры сразу пересек. Не потому, что я кому-то из присутствующих не доверял, а потому что не фиг. В смысле я вам поручил, вот и будьте добры выполнить поручение своего графа и доложить по выполнении. Еще и по столу кулаком постучал. Прониклись. Так и просидели до позднего вечера, все что-то решая. Сидели бы еще – дел-то полно, и решать их не перерешать, но ведь не совать же мне свой нос вообще всюду? Нет, я, конечно, помню: хочешь сделать хорошо – сделай сам, но это не тот случай. Гюнтер во всех городских делах соображал намного лучше меня. Да, именно благодаря мне город стал таким, каким стал. Это так. Но ведь мои были только задумки, а воплощал все как раз Гюнтер. Вот пусть и дальше работает. А я буду только контролировать. То же самое и с армией. Пусть Курт вкалывает. Хотя это я просто брюзжу. Мне и самому все интересно, и всем хочется заниматься. Просто пора идти к Эльзе, а они все не уходят. Наконец я всех выпроводил и рванул в комнату Эльзы.
Выполз от нее часа через четыре. Нет, ну надо же: еле ноги передвигаю, а рот – до ушей. Вернулся бы, но боюсь, тогда меня оттуда вынесут вперед ногами. Ладно, спать, спать…
Следующие три дня проторчал на заводе. Оттянулся по полной. И на станках поработал – решился все-таки, и в варке стали поучаствовал. В замок возвращался грязный и усталый. Усталый-то усталый, но подружек своих по ночам навещать не забывал. Так бы и продолжал каждый день бегать на завод, но тут уж Ами возмутилась – граф, а выгляжу и веду себя как простой мастеровой. В другое время я бы на нее шикнул, а то и послал бы – замечания она мне еще делать будет… но сейчас не решился. Все-таки ей рожать скоро. Так что пришлось мне целый день провести в замке, с женой. Хватило меня как раз на день, на следующий удрал в лагерь к воякам. С ними весь день и провел.
Назад: Глава 1
Дальше: Глава 3
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий