Похищенная, или Заложница игры

Глава 3
В ПЛЕНУ ВЕЛИКОГО МАГИСТРА

Мириэль проснулась с затуманенной, тяжелой головой. Высунулась из-под подушки и чуть не ослепла от яркого света. Он так и сиял в комнате после того, как Арелато ушел.
Девушка огляделась по сторонам. Ни одного окна. Низкий каменный потолок. Стены увешаны толстыми узорчатыми гобеленами, но из-под ткани кое-где проглядывала однородная, монолитно-каменная поверхность. Это пещера в скале?.. Непохоже — входная дверь настоящая. Крепкая, дубовая.
Мири выбралась из постели — совсем нагишом. Наверняка Оршава раздела ее, обморочную, после портала. Брр, мерзкая ведьма. Девушке стало противно от мысли, что она прикасалась к ней. Но лучше уж она, чем Арелато.
Где же одежда? Мири глянула по сторонам — ни следа ее зеленого платья из плотного сукна. И нижней сорочки тоже.
Вдруг дверь распахнулась. Мириэль взвизгнула и запрыгнула обратно в кровать, натянула одеяло до подмышек. Подумала — Арелато явился с утра пораньше. Забрал одежду пленницы и пришел поглазеть на нее голышом.
Но на пороге комнаты появилась женщина. В темном скромном платье той же расы, что Оршава и Арелато. Она поклонилась Мириэль. По жестам и движениям фея поняла, что это служанка.
Женщина подняла один из гобеленов напротив входной двери. За ним обнаружилось темное отверстие. Служанка жестом пригласила Мириэль пройти. Девушка покосилась недоверчиво, но вылезла из-под одеяла и прошлепала босыми ногами через спальню.
В проеме скрывалась ванная комната. Пол, стены и потолок были выложены причудливой мозаикой с изображениями диковинных рыб и морских животных. Мириэль тут же загляделась на картинки, от интереса приоткрыв рот. Разноцветные камни мозаики были скользкими и почти ледяными, но холод фее не мешал.
Служанка подошла к большой ванне, открыла краник в стене. Хлынула струя горячей воды. Ванну тут же окутали клубы пара. Все так же безмолвно служанка предложила фее окунуться, и та охотно плюхнулась в воду, обрызгав пол, стены и саму служанку.
— Ой… Простите, я не хотела…
Та и глазом не моргнула. Повернулась к стене и сняла с изящного серебристого крючка мочалку. Мириэль взвизгнула снова, когда женщина принялась мыть ей спину.
— Эй! Я не леди! Привыкла мыться сама. Не делай так, ладно?
Ноль реакции. Мириэль развернулась и аккуратно отстранила женщину. Сложила перед лицом ладони крест-накрест, выразительно помотала головой.
— Нет! Понимаешь? Не мыть. Нельзя! Сама!
Она отобрала у служанки мочалку и демонстративно принялась тереть себе плечо. Затем показала женщине на дверь.
— Уходи! Я сама!
В лице женщины не изменилась ни одна черточка. Она поклонилась и вышла из ванной. Мириэль перевела дыхание. Вот ведь еще напасть! Мыть ее собрались, как младенца или избалованную графиню! Не на ту напали!
Возмущенно фыркнула и принялась за дело сама. Мыло приятно пахло лавандой. Ну или не совсем лавандой. Вроде бы похоже, а не совсем то. Интересно, все растения в Меркане такие — и похожие на ремидейские, и непохожие?
Вскоре размышления о мерканской флоре вылетели у девушки из головы. Горячая ванна расслабила, Мири больше не злилась на назойливую прислугу и даже на своих похитителей. Напротив, принялась мурлыкать под нос песенку, растирая кожу приятно пахнущей мочалкой и разглядывая картинки на потолочной мозаике.
Уже выбираясь из ванны, вспомнила, что не спросила служанку об одежде. Настроение опять испортилось. Что ей теперь, голышом по комнате расхаживать? А если Арелато заявится?.. А вдруг он на то и рассчитывал — отобрать одежду и нагрянуть к пленнице?
С такими мыслями, в дурном расположении духа девушка вышла из ванной. Служанки не было, узнать про одежду не у кого. Но тут проблема отвалилась сама собой. На кровати, уже застеленной, лежало платье. Или не платье…
Мириэль не знала, как назвать странное одеяние, которое ей предлагалось надеть. Тонкая прозрачная ткань зеленого, в цвет ее глаз, оттенка струилась перламутровым блеском. У платья не было плеч. Как оно удержится на теле — загадка.
Спереди было такое глубокое декольте, каких Мириэль не видела в Кофе даже у продажных женщин. А сзади ткани и вовсе почти не было. Огромный вырез спускался ниже талии, оставляя спину обнаженной.
Снизу от подола шли два разреза до середины бедер. Ткань между этими разрезами была полностью прозрачной, ничего не закрывала, оставляя ноги просвечивать сквозь нее. Туловище и верхнюю часть ног изнутри прикрывала белая подкладка. Хоть какая-то скромность сохранялась!
В Кофе такое платье не надела бы ни одна женщина. В первую очередь потому, что замерзла бы в нем. Но и феи, не чувствующие холода, ни за что не позволили бы себе такого бесстыдства!
В Кофе… Стоило вспомнить родной город — тут же встали перед глазами родители и Дейл. Как они там сейчас?! Переживают, места себе не находят, не поймут, что с ней случилось. А она тут в ванной прохлаждается! Непристойным платьем любуется.
Краска залила лицо Мири. В сердце хлынули стыд, вина и гнев. Она разжала пальцы, уронив шелковистую ткань на кровать. Подскочила к двери, дернула ручку. Заперто. Ну а как иначе. Замолотила в дверь кулачками, крича:
— Эй! Ау! Есть кто живой?!
Внезапно она смолкла, подумав: а что ей делать, если на ее вопли придет не служанка, а сам Арелато? Или другой мужчина. Наверняка они тут есть, кроме бесова похитителя.
Смутившись, Мириэль отскочила от двери. Хотела залезть на кровать, но не успела. Дверь распахнулась, едва не стукнув девушку по носу.
Мири открыла рот, намереваясь завизжать в голос, — не со страху, конечно. Так, для порядка.
За дверью стоял не Арелато и не другой мужчина. Служанка, слава Создателю. Мириэль схватила ее за руку, втянула в комнату, захлопнула дверь. С гневом указала на бесстыжее платье.
— Я это не надену! Мне нужна моя одежда!
Лицо женщины не изменилось ни капельки. С него не сходила учтиво-приниженная улыбка. Взгляд оставался таким же безлико-приветливым, ничего не выражающим.
Мириэль указала на кресло.
— Здесь было мое платье. Зеленое. Где оно?!
Служанка посмотрела на кресло. На разгневанное лицо пленницы. Подошла к креслу, отряхнула спинку и подлокотники, развернула к окну. Поклонилась и сделала приглашающий жест, ожидая, что Мири сядет в кресло.
Фея топнула ногой.
— Да что же это такое! Приведи своего господина! Нет, не его. Оршаву! Позови Оршаву!
Вот теперь лицо служанки изменилось. Имя злобной ведьмы явно было знакомо ей. В глазах проступил страх. Она замотала головой, а потом изобразила пальцами убегающего человечка. Что она хотела сказать? Что ей хочется убежать подальше от Оршавы? Или что Оршава куда-то ушла?
Мириэль простонала:
— Создатель, да что же это такое! Ладно, бесы с тобой.
Она схватила позорное платье и попыталась натянуть на себя.
— Помоги хоть тут!
То ли служанка поняла, то ли догадалась, что девушка требует услужить ей. Под умелыми руками ткань облекла стройное тело феи. Мириэль бросила взгляд в зеркало — проверить, можно ли в таком виде выйти куда-то помимо уборной… И не узнала свое отражение в зеркале. Она привыкла видеть себя шаловливой девчонкой, задорной и немного хулиганистой. Из зеркала на нее смотрела молодая женщина. Густые локоны ниспадали волной на обнаженные плечи. Полуоткрытая грудь выглядела не пошло и развратно — как ожидала Мириэль, — а нежно, трогательно и беззащитно. Огромные зеленые глаза, оттененные цветом платья, сияли ярким изумрудным блеском.
Платье облегало стройную фигурку, подчеркивало тонкую талию и открывало упругие, точеные ноги.
Служанка восхищенно ахала и вздыхала, глядя на девушку. А потом ее глаза остановились на голых ступнях Мириэль. Женщина нахмурила лоб. Встала на колени прямо у кровати, сунула туда руку и вытащила сандалии. Странные, как и все в этом месте. Мириэль никогда не видела таких в Кофе. Длинные тонкие каблуки дюйма три. Верх — из бархата того же оттенка, что платье.
С ног до головы в зеленом, с рыжеватыми локонами, рассыпанными по плечам, Мириэль напоминала объятое пламенем деревце.
Служанка, продолжая покачивать головой в восторге, открыла дверь спальни и предложила Мириэль выйти. Девушка не поверила — ее выпускают из темницы? Не мешкая, бросилась к двери. И чуть не рухнула: ходить на тонких каблуках оказалось жутко неудобно. Тем более бегать.
Кое-как Мири проковыляла на выход. И очутилась в узком коридоре, освещенном тусклыми магическими фонариками. Стены, пол и потолок казались вытесанными из монолитного камня. Больше всего коридор походил на туннель, прорубленный в скале.
По этому туннелю служанка вела фею мимо многочисленных дверей — таких же низких, как дверь спальни Мири. За очередным поворотом девушку ослепило белое пятно света и оглушил шум воды. От неожиданности она остановилась. Зрение приспособилось почти в ту же секунду. Но когда Мири огляделась, служанки рядом не было.
Она удивилась, напряглась. Двинулась навстречу выходу из туннеля. И когда шагнула в ослепительное пятно дневного света, то ошеломленно застыла на месте.
Она стояла на просторной каменной террасе. Над головой было открытое небо — высокое, ясно-голубое. А прямо перед террасой низвергался водопад.
Струи воды, настолько мощные и густые, что казались сплошным полотном, низвергались с огромной высоты. Светило солнце, по-осеннему прохладное, и его лучи золотили водяные брызги. Казалось, капли золота падали на покатый край террасы и стекали с него.
Мириэль зачарованно подошла к краю и посмотрела вниз. Там, в двадцати метрах от каменного выступа, вода бурлила и пенилась.
Девушка переводила взгляд с буйного озера на искрящееся полотно водопада. Никогда в жизни она не видела ничего столь прекрасного.
— Нравится? — раздался за спиной голос, совсем близко.
Мириэль дернулась и уперлась спиной, плечами, затылком во что-то… То есть в кого-то. В чье-то тело. Сзади ее обхватили за талию, не давая поскользнуться и упасть на скользком краю.
— Пустите! — возмущенно воскликнула она и толкнула невидимого благодетеля локтем.
Вновь, как возле черной дыры портала, Мири почувствовала, как ее стягивает стальная проволока. Блокирует физическую силу феи, мешает дать отпор. Стальная хватка мужских рук продолжала крепко удерживать Мириэль. Пальцы сомкнулись на ее талии. Она забилась, как кролик в капкане, — но бесполезно.
А потом ее развернули спиной к водопаду, лицом… к Арелато. Девушка оказалась прижата к нему всем телом. Черные глаза — глубокие и оценивающие — смотрели на нее так, будто тоже привязывали к себе незримой проволокой.
Мириэль замерла, перестала трепыхаться, потерявшись в этом взгляде. А в следующее мгновение хватка вокруг ее талии исчезла. Девушка снова была свободна и крепко стояла на каменном полу, на безопасном расстоянии от края.
— Доброе утро, Мириэль, — проговорил Арелато.
Вслух, по-ремидейски, с сильным акцентом. Его голос обволакивал, как шелк платья, которое ей пришлось надеть.
На мгновение Мири испытала желание поддаться чарам этого голоса и этих объятий. Замереть, расслабиться, насладиться необычными, непривычными ей ощущениями.
Но мысли о близких, оставшихся в Кофе, переживающих за нее, вновь подняли волну злости. Что он себе позволяет, этот наглый мерканский колдун?! Как смеет так с ней обращаться?!
— Добрым было бы утро дома, с родителями! А не здесь, рядом с тобой, в этом ужасном платье!
«Тебе не нравится платье?»
Похоже, у похитителя иссяк запас ремидейских слов. Он снова перешел на мысленную речь.
— Оно отвратительное и непристойное!
«Что ж, сними его!»
Никогда Мириэль не подумала бы, что в речь без голоса и звуков можно вложить столько насмешки… и в то же время столько чувственности. Слова Арелато были унизительными, но его прикосновение к сознанию ощущалось прохладно-шелковым, деликатным. Глядя в черноту его глаз под смоляными бровями, Мириэль чувствовала, как этот взгляд делает то, что предлагала мысленная речь, — раздевает ее донага и обследует каждую клеточку обнаженной, беззащитной кожи.
Краска гнева и стыда залила лицо девушки до корней волос. Она размахнулась и ударила Арелато по смуглому холеному лицу.
Пощечина была столь внезапной, что мужчина не успел среагировать магией. Удар отбросил его на шаг от феи. По левой скуле расплывался багряный след. На дне черных глаз полыхнуло яростное пламя.
Мириэль подумала — если он сейчас не убьет ее, то непременно ударит в ответ. Наверно, похититель страстно желал этого. Но в следующее мгновение взял себя в руки. Усмехнулся холодно и жестко.
«Какая жалость. Тебе придется долго терпеть мое общество, фея Мириэль. Я пытаюсь сделать все, чтобы оно стало для тебя приятным. Но раз мои старания тебе не по душе, не буду тратить силы. Отправлю тебя в подземелье прямо сейчас. Никакой ванны, никаких непристойных платьев — голышом на каменном полу, на охапке соломы. Устроит?»
Мириэль презрительно посмотрела похитителю прямо в лицо. Изумрудный огонь ее взгляда скрестился с насмешливым прищуром черных глаз.
— Запугать меня думаешь? Не получится. Мне все равно, куда ты меня отправишь. Хуже того, что ты уже мне причинил, ты ничего не сделаешь.
«Не представляешь, насколько ты ошибаешься, Мириэль. Моли Создателя, чтобы мое терпение не иссякло и ты этого не узнала».
Не отводя взгляда, Мириэль тихо проговорила, чеканя каждое слово:
— Катись к бесам, Арелато!
Сама тьма пролилась на Мири из бездны черных глаз. Маг резко отвернулся, яростно выкрикнул странное слово:
— Мефало!
Неужели он произнес смертоносное заклятие? Сейчас на Мири рухнет гранитная плита, чтобы расплющить на каменной террасе. Или столкнет в водопад. Или низвергнется огненная лава, чтобы испепелить дерзкую пленницу за долю мгновения. Пусть — лишь бы избавиться от унизительного, раздирающего надвое присутствия Арелато.
Все оказалось гораздо проще. Из туннеля выскочила служанка, дрожа как осиновый лист. Должно быть, зловещее «Мефало» было всего лишь ее именем.
Арелато бросил отрывистый приказ на своем языке. Женщина поклонилась, взяла Мириэль под руку и направила в черноту туннеля. Девушка пошла за ней, озираясь на похитителя. Тот больше не смотрел на фею.
Мири ждала, что ее отведут в подземелье, которым грозился Арелато. Интересно, в какое, если здесь и так все под землей? Или под горой, судя по водопаду. Куда еще он может ее запихнуть? Весь этот странный замок — сплошная тюрьма.
Служанка привела фею обратно в спальню. Открыла дверь, предложила войти. На мгновение Мири застыла, глядя через порог на стены комнаты, увешанные узорчатыми гобеленами. На огромную кровать, где она провела ночь.
А потом толкнула служанку и бросилась по каменному туннелю наутек. В сторону, противоположную водопаду.
Она неслась куда глаза глядят, сворачивая наугад, ни на что не надеясь, ни о чем не думая. Она успела пробежать не больше пары минут, как за очередным поворотом с разгону врезалась носом в широкую мужскую грудь.
Ее обхватили за плечи, скрутили руки за спиной. Она рванулась назад, с силой боднула пленителя в солнечное сплетение. Тот не шелохнулся.
Как прошлым вечером возле портала, Мири спеленало по рукам и ногам невидимой стальной паутиной. В голове раздался беззвучный голос Арелато:
«Ты выбрала путь глупости, фея. Будь по-твоему. Останешься взаперти без еды и воды, пока не одумаешься».
Похититель зашагал вперед, а Мири тащило вслед за ним. Как поверженный корабль тащат на тросе за флотом победителя.
Он довел девушку до ее спальни, втолкнул внутрь. Хлопнула дверь, скрипнул замок, проворачиваясь под магией хозяина. Мириэль сбросила с ног сандалии на каблуках, схватила одну за другой и швырнула их в дверь.
Две царапины от острых каблуков изуродовали элегантную обивку двери. А Мириэль упала прямо на каменный пол и разревелась.

 

Заперев фею, Марк Арелато вернулся на каменную террасу у водопада Нильгари. Он нередко завтракал здесь, наслаждаясь едой и мощью ниспадающей воды. Сегодня он рассчитывал наслаждаться еще и красотой пленницы феи.
Вот только фея, вместо того чтобы услаждать его своим обществом, вывела из себя упрямством и оскорблениями. Великий Магистр не мог припомнить, когда его в последний раз так трясло от ярости — если не считать магической отдачи после сражений с Дорамон.
Под рукой имелся удобный инструмент… Кроме упрямой нахалки феи в замке Ранду томилась еще одна похищенная. Ее привели несколько дней назад — тогда же, когда Оршава ушла в Ремидею, а другой старший магистр отправил Тессо обратно в родную деревню.
Взамен он привел новую девушку. Проведя с ней первую ночь, Марк даже не узнал ее имени. Она не произвела на него и половины того впечатления, как рыбачка Тессо. К ней он не привяжется. Не станет беречь, не станет щадить — будет выплескивать отдачу полностью.
И не только отдачу. Гнев и ярость, пробужденные феей, тоже надо на кого-то выплеснуть. Может, начать прямо сейчас? Ей все равно придется привыкать.
Он уже зашагал к комнате, где томилась вторая, человеческая пленница Ранду. Но на полпути остановился и упрекнул себя.
Девушки — не его личная собственность. Они — средство сохранить контроль над отдачей и уберечь орден от беды. Пленнице и так придется нелегко, когда придут Дорамон. Если он использует ее сейчас, а враги нападут сегодня ночью, она может не выдержать.
Не стоит истощать ее прежде времени, да еще из-за взбалмошной девчонки. Похоже, ему придется долго пользоваться девушкой… прежде чем удастся сделать из феи резервуар магической силы. А с гневом он справится сам.
Но как же это нелегко — спасибо чертовке фее!
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий