Педагогика угнетенных

Предисловие к первому англоязычному изданию (1970)

За последние десятилетия идеи и труды бразильского педагога Паулу Фрейре распространились с Северо-Востока Бразилии на целый континент и внесли большой вклад не только в сферу образования, но и в борьбу за национальное развитие в целом. В тот самый момент, когда обездоленные народные массы в Латинской Америке начали просыпаться от привычного летаргического сна и проявили страстное желание участвовать в развитии своих стран в роли Субъектов, Паулу Фрейре довел до совершенства метод преподавания, который необычайным образом способствовал этому процессу. На самом деле те, кто, научившись читать и писать, начинает по-новому осознавать свое собственное «я» и критически оценивать социальную ситуацию, в которой находится, часто берут на себя инициативу в деле трансформации общества, которое отняло у них эту возможность участия. Образование вновь оказывается подрывной силой.
Мы, жители США, постепенно узнаем о творчестве Паулу Фрейре, но до сих пор мы в основном воспринимали его как человека, внесшего вклад в образование безграмотных жителей третьего мира. Однако, присмотревшись повнимательнее, можно обнаружить, что как его методология, так и его философия образования столь же важны для нас, как и для обездоленных жителей Латинской Америки. Их борьба за то, чтобы стать свободными Субъектами и участвовать в трансформации собственного общества, во многом похожа на борьбу, которую ведут не только темнокожие и мексиканцы, но и молодые люди среднего класса в нашей стране. А острота и напряженность этой борьбы в развивающихся странах вполне могла бы дать нам новое понимание, новые модели и новую надежду в решении наших собственных проблем. По этой причине я полагаю, что публикация «Педагогики угнетенных» на английском языке – это своеобразная веха.
Идеи Паулу Фрейре представляют собой реакцию творческого ума и восприимчивого сознания на немыслимую бедность и страдания окружающих обездоленных людей. Он родился в 1921 году в бразильском городе Ресифи – центре одного из самых бедных и неразвитых регионов третьего мира, и вскоре был вынужден испытать эту жестокую реальность на себе. Когда экономический кризис 1929 года в США начал сказываться на ситуации в Бразилии, шаткое благополучие среднеклассовой семьи Фрейре рухнуло, и ему пришлось разделить участь «обездоленных мира сего». Это глубочайшим образом повлияло на его судьбу, когда он пережил муки голода и начал отставать в школе из-за вызванной недоеданием апатии. Это же заставило его в возрасте одиннадцати лет поклясться, что он посвятит свою жизнь борьбе против голода, чтобы другим детям никогда не пришлось познать те страдания, которые он испытал тогда.
В раннем возрасте разделив участь бедноты, Паулу Фрейре также открыл для себя то, что он описывает как «культуру молчания» обездоленных. Он пришел к пониманию того, что их невежество и апатия были прямым следствием ситуации экономического, социального и политического доминирования – и патернализма, – жертвами которых они оказались. Вместо того чтобы мотивировать их и давать им возможность узнать настоящую реальность их мира и отреагировать на нее, людей «погрузили» в ситуацию, в которой проявление критического мышления и соответствующей реакции оказывалось практически невозможным. Ему стало ясно, что сама система образования представляла собой один из главных инструментов поддержания культуры молчания.
Столкнувшись с этой проблемой, имевшей непосредственное отношение к его собственному существованию, Фрейре сосредоточил свое внимание на сфере образования и начал работать в ней. Он посвятил многие годы процессу изучения и размышлениям, благодаря которым в философии педагогики появилось нечто совершенно новое и необычное. Оказавшись непосредственным участником борьбы за освобождение мужчин и женщин для создания нового мира, он обратился к идеям и опыту людей, живших в самых разных условиях и придерживавшихся разных философских взглядов – по его собственным словам, к «Сартру и Мунье, Эриху Фромму и Луи Альтюссеру, Хосе Ортеге-и-Гассету и Мао, Мартину Лютеру Кингу и Че Геваре, Унамуно и Маркузе». Воспользовавшись выводами этих людей, он выработал поистине оригинальный взгляд на образование, который основан на необходимости отреагировать на реальную действительность Латинской Америки.
Фрейре впервые выразил свои идеи в области философии образования в 1959 году, защищая докторскую диссертацию в университете Ресифи, и позднее – во время работы в качестве профессора исторических наук и философии образования в том же учебном заведении, а также во время его ранних экспериментов по обучению безграмотных жителей города. Разработанная им методология широко использовалась католиками и участниками других кампаний по распространению грамотности, проводившихся на Северо-Востоке Бразилии, и была воспринята как настолько серьезная угроза старому режиму, что Фрейре был заключен в тюрьму сразу после военного переворота 1964 года. Когда через семьдесят дней Фрейре вышел на свободу и ему посоветовали покинуть страну, он отправился в Чили, где прожил пять лет, работая для ЮНЕСКО и Чилийского института аграрной реформы по программам образования для взрослых. После этого он выступал в роли консультанта на педагогическом факультете Гарвардского университета и тесно сотрудничал с рядом групп, проводивших новые образовательные эксперименты в сельской области и в городах. В настоящий момент (1970 г. – Ред.) он занимает должность специального консультанта в Отделе образования Всемирного совета церквей в Женеве.
Перу Фрейре принадлежит множество статей на португальском и испанском, а его первая книга – «Образование как практика освобождения» (порт. Educação como Prática da Liberdade) была опубликована в Бразилии в 1967 году. Его последний и самый исчерпывающий труд – «Педагогика угнетенных» – первая из его работ, публикующихся в США.
Нет смысла пытаться в рамках этого короткого вступления в нескольких абзацах обобщить то, что автор описывает на десятках страниц. Это было бы оскорбительной недооценкой богатства, глубины и сложности его идей. Но, может быть, здесь есть место свидетельству – личному свидетельству – относительно того, почему диалог с идеями Паулу Фрейре представляется мне столь захватывающим приключением. Я настолько пресытился абстрактностью и стерильностью, которыми характеризуется большинство интеллектуальных трудов в современном академическом сообществе, что меня крайне воодушевляют размышления, основанные исключительно на историческом контексте, которые рождаются в разгар борьбы за создание нового социального порядка и поэтому представляют собой единство теории и практики. И меня обнадеживает, что столь значимая фигура, как Паулу Фрейре, воплощает собой повторное открытие призвания гуманистов, коими должны быть интеллектуалы, и демонстрирует, что мысль способна отбрасывать принятые ограничения и открывать дорогу в новое будущее.
Фрейре способен на это, потому что он отталкивается от одного основополагающего тезиса: онтологическое (как он сам его называет) предназначение человека заключается в том, чтобы быть Субъектом, который воздействует на окружающий мир, меняет его и, делая это, неизменно приближается к возможности жить более полной и богатой жизнью – как индивидуально, так и коллективно. Этот мир, частью которого он является, не статичен и не замкнут, это не данность, которую человек обязан принять и к которой должен приспособиться. Это скорее проблема, над которой необходимо поработать и которую можно решить. Это материал, которым человек пользуется, творя историю, задача, которую он выполняет, преодолевая всегда и везде то, что лишает его человечности, и осмеливаясь создавать что-то качественно новое. По мнению Фрейре, необходимые для осуществления этой задачи ресурсы в настоящее время обеспечиваются продвинутыми технологиями нашего западного мира, но социальное видение, которое заставляет нас отвергать существующий порядок и показывать, что история еще не закончилась, возникает в первую очередь на основе страданий и борьбы жителей третьего мира.
С этим связано убеждение Фрейре (которое сейчас подтверждается обширным накопленным опытом) в том, что каждый человек, каким бы «невежественным» или погруженным в «культуру молчания» он ни был, способен взглянуть на мир с критической точки зрения, вступая в диалог с окружающими. Имея необходимые для такого диалога инструменты, этот индивид может постепенно воспринять личную и социальную реальность вместе с существующими в ней противоречиями, осознать свое восприятие этой реальности и начать взаимодействовать с ней на основе критического анализа. В ходе этого процесса преодолевается старая патерналистская модель отношений между учителем и учеником. Крестьянину лучше удастся упростить этот процесс для своего соседа, чем «преподавателю», привлеченному со стороны. «Люди обучают друг друга, а посредником в их взаимодействии выступает мир».
Когда это происходит, слово обретает новую силу. Оно больше не является чем-то абстрактным или магическим, а представляет собой средство, с помощью которого люди раскрывают себя и свой потенциал, давая названия окружающим их вещам. Как сказал Фрейре, каждый индивид отвоевывает свое право сказать собственное слово, дать имя окружающему миру.
Когда безграмотный крестьянин участвует в подобном образовательном опыте, он приходит к новому осознанию своего «я», обретает новое чувство собственного достоинства, в нем пробуждается новая надежда. Не раз случалось, что после нескольких часов занятий крестьяне поразительным образом выражали следующие открытия: «Теперь я понимаю, что я личность – образованная личность». «Мы были слепы, а теперь наши глаза открылись». «Раньше слова ничего для меня не значили. Теперь они говорят со мной, и я могу заставить их говорить». «Теперь мы больше не будем мертвым грузом для кооперативной фермы». Когда это происходит во время обучения чтению, мужчины и женщины обнаруживают, что они – творцы культуры и что любой их труд может быть творческим. «Я работаю и, делая это, преобразую мир». И поскольку те, кто был полностью оттеснен на обочину социальной жизни, столь радикально меняются, они больше не готовы быть простыми объектами, реагирующими на происходящие вокруг них изменения. Возрастает вероятность того, что они решат взять на себя бремя борьбы за изменение структур общества, которые до этого служили делу их угнетения. По этой причине выдающийся бразильский студент, изучающий государственное развитие, недавно высказал мнение о том, что проведение подобной образовательной работы среди людей представляет собой новый фактор социальных изменений и развития, «новый инструмент управления в странах третьего мира, с помощью которого они могут сломать традиционные структуры и стать частью современного мира».
С первого взгляда кажется, что предложенная Паулу Фрейре методика обучения безграмотных жителей Латинской Америки принадлежит другому миру, отличному от того, в котором живем мы, граждане США. Разумеется, абсурдным было бы утверждать, что ее следует копировать в нашей стране. Но в этих двух случаях есть определенные параллели, которые не стоит игнорировать. Наше технологически развитое общество стремительно превращает нас в объекты и подспудно программирует нас на подчинение той логике, на которой основано его устройство. И поскольку это происходит, мы тоже оказываемся погруженными в своеобразную «культуру молчания».
Парадокс заключается в том, что те же технологии, которые делают это, также создают и новую степень восприимчивости к тому, что происходит. В первую очередь в среде молодежи новые средства информации вместе с разрушением старых представлений о власти создают предпосылки для острого осознания этого нового вида оков. Молодым кажется, что их право на собственный голос было у них украдено и что не многое важнее, чем борьба за его возвращение. Они также понимают, что существующая сегодня система образования – от детского сада до университета – это их враг.
Не существует нейтрального процесса обучения. Образование либо выступает в качестве инструмента, используемого для того, чтобы облегчить процесс приобщения молодого поколения к логике существующей системы и воспитать в них конформизм по отношению к ней, либо становится «практикой свободы», средством, с помощью которого мужчины и женщины с критической и творческой точки зрения оценивают реальность и узнают способы участия в трансформации окружающего мира. Развитие педагогической методологии, которая облегчает этот процесс, неизбежно приведет к возникновению напряжения и конфликтов внутри нашего общества. Но оно также может ускорить формирование нового человека и ознаменовать начало новой эпохи в истории западного мира. Тем, кто стремится к решению этой задачи и ищет необходимые для экспериментирования понятия и инструменты, идеи Паулу Фрейре принесут большую пользу на многие годы.
Ричард Шолл
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий