Одиночество Титуса

Глава восемьдесят пятая

Когда они наконец расстались и Гепара ушла боковой дубовой аллеей, а Титус пошел через лес окольным путем, трое бродяг – Треск-Курант, Швырок и Рактелок – вскочили на ноги и последовали за ним, держась от своей добычи не более чем в сорока футах.
Не упускать его из виду оказалось для них задачей не самой легкой – уж больно тяжелы были книги Рактелка.
Бродяги крались среди теней, пока их не остановил некий звук. Поначалу трое бродяг, сколько ни озирались по сторонам, никак не могли понять, откуда тот исходил. Временами он доносился с одной стороны, временами – с другой. Да и природа его оставалась для них непонятной, хотя все трое были искушены в обыкновениях леса и умели различать сотни шумов – от трения ветки о ветку до голоска землеройки.
Но вот все три головы одновременно повернулись в одну сторону, к Титусу, троица поняла, что это он бормочет что-то сам себе на ходу.
Припав к земле, они разглядели его в обрамлении листьев. Юноша вяло брел в полутьме, но вскоре трое увидели, как он припал головой к грубому древесному стволу. Так он стоял, бормоча что-то, но скоро возвысил голос до крика, разнесшегося по всему лесу…
– О предатель! Предатель! Зачем все это? Где мне найти себя? Где дорога домой? Кто эти люди? К чему все эти события? Кто такая Гепара, кто Мордлюк? Я не из них. Все, что мне нужно, это запах дома, дыхание замка в моих легких. Дайте мне хоть какое-то доказательство, что я существую! Дайте мне смерть Стирпайка, крапиву, коридоры. Дайте мне мою мать! Дайте могилу сестры. Дайте гнездо; верните назад мои тайны… ибо эта земля чужда мне. О, верните мне царство, спрятанное в моей голове.
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий