Эксперимент (сборник)

1

Мы идем по длинному пустому коридору, стены которого отливают серебристым металлическим оттенком. Если вглядеться получше, можно увидеть в них свое слегка искаженное отражение.
Никогда не любил смотреть на свое отражение. Ни в искаженном, ни в нормальном виде.
Непонятно, зачем они выстроили такой длинный коридор. В конце концов, можно было просто поставить поближе к шахте саму базу. Хотя, с другой стороны, они ведь не знали, где именно найдут… Да и, потом, тут наверняка есть какие-то геологические соображения, которые мне, непосвященному, совершенно неведомы.
Наконец коридор упирается в дверь на всю его ширину. Дверь перечеркнута широким крестом, в середине которого — сильно вытянутая звезда с тремя концами снизу вместо обычных двух, эмблема «Интергалактик». Ну да, конечно, еще с тех времен…
— Открой, — произношу я, так как мой спутник чего-то замешкался.
Четвертушки, составляющие крест, разъезжаются каждая в своем направлении.
— Вот ведь допотопная техника! — восклицает Джо. — Никак не привыкну.
— Причем здесь допотопная? На космических объектах никогда не ставят автоматические двери, пора бы знать.
— Так все равно… — но видно, что он все-таки смутился.
— Этой технике уже почти двадцать лет, — замечаю я. — Свет! — и новый коридор, ничем не отличающийся от предыдущего, теперь освещается неяркой белой полосой под потолком.
— Ага! Двадцать лет, а будто вчера запущена.
— Тебе не все ли равно? Когда спустимся вниз, тоже будешь говорить: это допотопные роботы, я не привыкну…
— Макс… заткнись, а?
— Да пожалуйста!
— Эй, вы там, горячие парни! Поумерьте-ка ваш пыл! — доносится по кóму голос Конрада.
— Да ты не волнуйся, командор, — отзываюсь, — без причины я никого убивать не стану.
— Ты и с причиной поосторожнее. Я не допущу, чтобы мы повторили печальный опыт наших предшественников.
— Ладно, замяли. Видимость нормальная?
— Да, все о'кей. Продолжайте идти так же.
Джо бросает на меня красноречивый недовольный взгляд из-под не по-мужски длинных ресниц. Нет уж — нечего возмущаться! Если умеешь делать свою работу так, как сам утверждаешь — вот и делай! Моя же работа несколько другого рода и тебя совершенно не касается, так что изволь терпеть.
Джо Тремп — красавчик; недавно меня занесло в виртуалку по мотивам древнего-древнего фильма о каких-то космических войнах, и он показался мне до ненормальности похожим на тамошнего светлого рыцаря Люка. Девчонкам часто нравится такой тип внешности — я же этих наивных смазливых юношей на дух не переношу. Впрочем, понятно, почему: мной-то можно пугать непослушных детей, когда они не хотят спать. Ночью поцепить флаёк и заглянуть в чье-то окно: огненного цвета волосы и такие же горящие глаза — уже мало не покажется, не говоря обо всем остальном.
Из всех органов, наверное, глаза у меня больше всего отличаются от обычных человеческих. А сколько еще таких отличий внутри? Скорее всего, я никогда этого не узнаю… да уже не очень-то и хочется.
Гады, вы ведь даже не подумали спросить разрешения, поинтересоваться, нужно ли мне все это или нет. Хотя — что можно спросить у человека, тем более — ребенка, пролежавшего труп трупом почти целые сутки?
Что ж, главный виновник уже получил по заслугам…
Снова дверь — но уже не крестовая, а вертикальная. Хотя знак «Интергалактик» все так же блестит на матовом фоне.
— Лифт! — на этот раз подает команду Джо. Привыкает, значит.
Если он когда-нибудь меня разозлит — буду называть его Люком.
Едва слышное далекое гудение. Потом свист — и дверь плавно уходит вверх. Вот мы уже внутри. Строители были не оригинальны — стены лифта сделаны в таком же «серебристом стиле», как и коридоры. Под потолком угадывается круглый светильник. Слева от двери — слегка выступающая панель: под ней скрыты кнопки ручного управления. Это на случай непредвиденной ситуации, если вдруг голосовое откажет. Хотя, вообще-то, гораздо легче представить вариант, при котором откажет сразу и то, и другое.
Но нам ведь это пока не грозит, правильно?
— Вниз. До конца. В шахту.
Ага — Джо не уверен, правильно ли поймет его VRc лифта, и дает команду в нескольких вариантах. Что ж, логично. Куда-нибудь да приедем. Дверь закрывается, толчка от ускорения почти не слышно, и мы плавно опускаемся вниз.
— А лифт хороший, — говорит Джо. — Гравикон небось поставили.
— Да не было тогда еще гравиконов, — вообще-то я не уверен в своей правоте, но почему-то хочется поспорить.
— А ты типа знаешь? Я те говорю, он бы так плавно не стартанул!
Когда Джо волнуется, его язык вдруг становится более просторечивым. А рядом со мной он волнуется — потому что боится меня. Так-то оно лучше. На таких, как он, проще всего влиять посредством страха.
— Дались мне твои гравиконы! Мы, между прочим, не лифты смотреть сюда пришли.
— Че, уже и поговорить нельзя?
— Поговорить? Да на здоровье… Люк!
Он смотрит на меня недоуменно. Я не отвожу взгляд, и Джо отворачивается первым… сопляк!
— Но-но-но! — это снова Конрад-командор. — Вам еще только подраться не хватало.
— А мы еще успеем! — огрызаюсь я невольно.
Постой, Макс, зачем это все? Мы же, в конце концов, прилетели сюда по делу, а не выяснять отношения! Или ты собрался с самого начала настроить против себя всю команду?
Ну и дурак! Свое превосходство, между прочим, можно демонстрировать и другими, более эффективными способами. А можно и вообще обойтись без демонстраций.
— Люди, ну я вам просто поражаюсь! Ну вы же не дети уже, в конце концов! Макс! Я к тебе в первую очередь обращаюсь.
— Ладно, командор, все под контролем.
— Я понимаю, здешняя обстановка всем нам на нервы действует, но мозги вам на что даны?
— Я сказал — все под контролем. Джо, извини, если что.
— Да не за что, Макс.
— Ладно уж…
Эх, как меня достала вся эта жизнь!
А тем временем дверь с шипением открывается. Впереди — широкий зал. Из-под потолка доносится приглушенное уханье — где-то неподалеку находится сердце вентиляционной системы. Сам потолок слегка округлен и имеет куполообразную форму. Все те же серебристые оттенки — сколько можно уже!
Напротив нас — большие ворота, в которые запросто проехал бы грузовик. Вот там и расположена шахта, куда мы так стремимся. Если верить Роберту Престону, чье сообщение было последней весточкой от экспедиции, где-то в ней находится нечто такое, о чем человек не мог даже и мечтать. Нормальные люди, конечно, ему не верят. Только ненормальные вроде нашей компании могли воспринять это всерьез — настолько, чтобы отправиться сюда, действительно на что-то надеясь.
Впрочем, на что надеюсь я? Не потому ли я присоединился к Конраду, что любая, даже самая безумная перемена в моей жизни сейчас, как мне кажется, к лучшему?
Джо тем временем уже суетится у пульта рядом с воротами:
— Все в норме! Я запускаю оксигенератор для шахты.
— Сколько это займет времени? — голос Конрада.
— Расчетное время — сорок одна минута. Вообще-то можно входить минут через двадцать пять, не обязательно ждать до конца.
— Джо, нам спешить некуда. Подождем.
Мы ждем. Я подхожу ближе к воротам и присаживаюсь на холодный сероватый пол. Джо расположился на кресле возле пульта и нервно теребит в руках снятый шлем. Это вообще его дурная привычка — все время что-то вертеть в руках. Мой шлем на своем месте, но сейчас он открыт — незачем расходовать драгоценные ресурсы, которые еще могут понадобиться в будущем.
— Джо, что ты здесь делаешь?
— В смысле? — он поднимает на меня голову.
— Зачем ты сюда отправился? На этот богом забытый Делириум?
Небольшая пауза, потом ответ:
— Опять будешь издеваться?
— Да нет. Правда, нет. Просто спрашиваю.
— Честно? Скучно мне! Земля — чересчур обычная планета, все кругом до боли знакомое и предсказуемое. А у нас в Лондоне, так и вообще… Утром иногда проснешься, и взвыть от тоски хочется! На Чантвари вот вырвался, и то хоть как-то поинтереснее, но все равно — по сути, та же вторая Земля. А я ведь жить хочу, Макс! Полноценной жизнью, а не прозябать в какой-то дыре. Разнообразия хочу. Приключений, наконец! Скажешь, глупо?
Смешно — в большом мире, куда ты так стремился, человек страдает от того же, от чего когда-то страдал ты. Называть «дырой» Лондон… никогда бы не подумал.
— Ну почему же глупо? Романтик, наверное? У тебя есть своя одна-единственная любовь? Ну правда ведь, есть? И ты будешь потом перед ней похваляться своими подвигами. Я прав?
— А хоть бы и прав, так что?
— Ничего. Я же сказал — просто спрашиваю. Или ты теперь всегда в моих словах будешь искать подвох?
— Да ну тебя!
— О-хо-хо! Да ты и впрямь горячий парень! Смотри, не перегори раньше срока!
Джо набирается храбрости и смотрит мне прямо в глаза:
— А ты? Что ты здесь делаешь?
— А вот это уже тебя не касается. Ясно?
Ни слова не говоря в ответ, он отворачивается к пульту.
И что он тебе сделал, Макс? Разве внешний вид и чрезмерная юношеская самоуверенность — достаточный повод, чтобы невзлюбить человека?
Выходит, что да.
А так ли уж сильно отличается его самоуверенность от твоей? Ведь, в конце концов, ты старше его всего на несколько лет, и вряд ли можешь похвалиться лучшим знанием жизни. Ему хочется приключений… а тебе? Ведь ты отправился сюда не ради денег, и даже не ради призрачной мечты человечества!
Не в этом ли на самом деле секрет? Слабо, например, поговорить в такой же манере с Конрадом? Или нет?
Ладно уж… Тут скоро нам придется ступить внутрь шахты, а я думаю хрен знает о чем! Те, что были до нас, тоже ведь, наверное, спокойно так ходили туда-сюда, думали и говорили о каких-то своих делах, и вдруг в один прекрасный день — бац! — и нету никого! Только Престон выжил и успел что-то передать, да и то…
— Отклонение от нормы — полпроцента. Можем входить, — голос Джо доносится до меня будто издалека.
Неужели так быстро? Надо же!
— Ты уверен, что полпроцента — это безопасно? — спрашивает командир.
— Даже пять процентов вполне безопасно, мы же не сразу уйдем вглубь.
— Тогда входите. Мы за вами следим. И постарайтесь без эксцессов.
Джо нажимает кнопку. Ворота вздрагивают. Потом — легкий толчок, и начинается смещение. Две половинки медленно расходятся, каждая в свою сторону, открывая нашим взорам внутренность шахты. Оттуда в нос бьет свежий воздух, только что вышедший из оксигенератора. Я подхожу ближе…
Темно, однако!
— Свет!
Но своенравная темнота не собирается повиноваться приказу Джо. Он склоняется к пульту и что-то там переключает — с таким же успехом, заключающемся в полном его отсутствии.
— Не работает, — наконец констатирует он факт.
— А должен? — спрашивает Конрад.
— Вроде должен…
— Ну вот и первая поломка, — это Дмитрий, единственный среди нас, присутствие которого позволяет именовать нашу команду «экспедицией»: он отправился сюда именно в качестве исследователя. В его голосе слышно удовлетворение, и я могу его понять: чрезмерно хорошее состояние оборудования с одной стороны радует, но с другой — здорово давит на нервы.
— Лучше бы она была и последней, — тут же осаждает его Конрад.
Лучше бы, конечно… но только вряд ли так получится.
— Врубаем фонари.
Джо включает осветитель, но я в таковом не нуждаюсь. Вместо этого перевожу зрение на более низкий уровень. Все вмиг приобретает зеленый оттенок — зато теперь я могу различить очертания противоположной каменистой стены, а ближе — рельсовые пути и вагонетку.
— Как там наверху видно? — осведомляюсь я. Они наблюдают через встроенные в мои глаза камеры — подарочек, оставшийся мне в наследство с ТЕХ времен.
— Как в танке, — встревает Хуанита.
— Скажи спасибо, что не как в жопе у негра, — с этой особой мои отношения и вовсе не назовешь дружественными.
— Макс, ты можешь просто молча делать свое дело? — Конрад, как всегда, старается разрядить обстановку.
— Послушай, ты ведь знал, кого брал с собой! Так что я буду делать дело так, как мне нравится. Ясно?
— Нарвешься ты когда-нибудь, Макс, — глубокомысленно замечает командор. Отвечать мне не хочется.
— Смотрите, это моник!
Джо направляет свет вдоль монорельсового пути. Тот уходит куда-то вглубь пещеры, заворачивая влево. Что нас ждет там, за поворотом? С чем встретились там члены первой экспедиции?
«За поворотом, за поворотом, за поворотом чудища сидят!»
Конечно, это может быть все что угодно. Но какая сила способна унести все личные вещи людей, сохранив помещения в целости и сохранности?
Или все намного проще? Скажем, они сами унесли вещи, а потом…
К тому же, кто-то ведь утащил ключ из моего сейфа, не мог же он дематериализоваться, в конце концов!
Черт знает что!..
Вагонетка сама по себе маленькая, больше трех человек на нее не влезет. Сзади к ней можно поцепить грузовой вагон, но он нам сейчас не нужен. Управление — проще некуда: старт-стоп, несколько позиций скорости и фиксатор поворота вправо или влево. Нет, впрочем, есть также экстраком — в то время встроенные комы, кажется, еще не стали обязательными для всех и каждого. Есть и осветитель, но он, как назло, разбит.
— Поехали! — Джо нажимает «Старт», и мы трогаемся.
Едем медленно: спешить нам некуда. Сначала нас окружает пустая и мрачная пещера. Не подземный дворец, как гордо именуют подобные пространства на Земле, а, скорее, каменный мешок. Собственно говоря, чему удивляться — ведь своим существованием эта дыра обязана исключительно человеку, вторгшемуся в недра Делириума из своих корыстных интересов. Если бы не таковые интересы — так бы и оставалась планета нетронутой, ожидая еще миллионы лет, пока на нее упадет зерно эволюции.
А может, мы ошибаемся, просто эволюция идет здесь путем, совершенно нам неведомым?
Пещерный коридор такой же длинный и однообразный, как и тот, что был наверху — изменились только форма и цвет. Я цепляюсь взглядом за камешек где-то вдалеке, куда еще дотягивается мое «паранормальное» зрение. А если его приблизить?
Держусь за образ и тяну на себя. Больше, крупнее… Теперь камень совсем рядом, очертания расплывчатые — неудивительно, четкость до такой степени я не обеспечу. Вокруг — туман… нет, так не пойдет! Сделаем плавный переход. Вот она, стена — здесь отодвинем, здесь приблизим… Получается карикатурный выступ, будто я смотрю через линзу впрочем, примерно так оно и есть.
А теперь включаю второй план! Среди зеленых появляются еще и красные оттенки. Левую сторону уводим вдаль… так, достаточно. Правую — ближе, а вот тут небольшой зигзаг. Теперь одно на другое… и обязательно переход… причем с переливом цвета. Потрясающе! Все художники-сюрреалисты прошлого просто померли бы от зависти!
— Макс, прекрати изгаляться! — возмущается Конрад. — Между прочим, нам тоже приходится видеть твои цветовые извращения.
Да, он определенно не относится к ценителям живописи.
— А мне нравится! — странно, вот уж не ожидал, что за меня вступится его подружка Хуанита.
— Макс, серьезно, это красиво, но почему бы тебе не заниматься этим в свободное время? — вот уже и Дмитрий против меня.
Ну что ж, не хотите — как хотите. На миг закрываю глаза — а потом изображение возвращается в обычном одноплановом варианте.
— Гляньте, а вот и техника! — восклицает Джо. — Вон проходчик… и еще один. И туда посмотрите!
Я тоже замечаю массивных роботов высотой вполовину коридора и в два раза больше человека. Этакие ходячие бурильные установки, на пути которых, когда они работают, попадаться не стоит. Но сейчас один робот замер на месте, другой полулежит, как бы облокотившись на стену и отдыхая от тяжелого труда.
— Я остановлю и посмотрю? — полувопросительно произносит Джо.
— Конечно. Только осторожнее.
Он сходит с вагонетки и внимательно рассматривает ближайшую к нам громадину серо-коричневого цвета, буквально въевшуюся в землю двумя массивными ногами-опорами. Щупает машину, подносит к ней какой-то приборчик, щелкает кнопками и переключателями. Я просто наблюдаю, даже не пытаясь вникнуть в его действия, однако уже чувствую — что-то неладно. Наконец Джо поворачивается ко мне — в его взгляде недоумение.
— Ну и какой диагноз, доктор?
— Все системы в норме, но питание на нуле. Это странно…
— Объясни, — интересуется Конрад.
— Ну, есть какая-то критическая точка. Если энергия ее достигает, включается аварийный режим и робот идет на базу — подзаряжаться. А у них, похоже, не сработало, они выработали ресурс до конца и так и упали. Но тогда, опять же, почему здесь? Тут они явно ничего не бурили… Потом, должна же быть блокировка, когда долго нет внешних команд… не понимаю!
Вот оно! Я знал, что отсутствием освещения все не ограничится. Что следующее?
— А что с той штуковиной?
— Уплотнитель? То же самое. Исчерпал ресурс, опустошен полностью.
Опустошен… что-то мне это напоминает… Ах, да. Этот мир, в котором я недавно играл, как там его? Аллирия, или Эллерия… не важно. Была там целая раса опустошителей, которые забирали без остатка жизненную энергию у людей… и не только у людей. Так что потом их жертвы стояли, как каменные изваяния. Я собственной рукой одного такого опустошителя грохнул… хотя не факт, что это был именно он. Вот и здесь кто-то выпотрошил машины, и точно так же, наверное, выпотрошил людей, и, вполне возможно, скоро мы на них наткнемся…
Господи, и какая чушь иногда лезет в голову!
— Едем дальше? — спрашивает Джо. Убедившись, что машины не работают, он потерял к ним интерес.
— Давайте дальше, — соглашается Конрад, а Дмитрий добавляет:
— Чует мое сердце, самое интересное вас ждет впереди.
«Интересное» не заставляет себя долго ждать — оно начинается буквально за поворотом. Свет фонаря вдруг дает множество отблесков во все стороны, стены расширяются и перестают быть серыми и мрачными. Черт возьми! Никогда в жизни не видел столько золота сразу! Да что там не видел — я и не думал, что оно может существовать в одном месте в таких количествах.
— Нифига себе! — выдает Джо. — Вы видите? Вы это видите?
— Ты будто об этом не знал, когда мы летели сюда, — отвечает Конрад.
— Одно дело знать, а другое… Боже, вот это красота!
Как ни странно, но сейчас я с ним солидарен.
— Кон, слушай, а может, это и есть то самое? — высказывается Хуанита.
— Ничего подобного, моя кошечка. Это хоть и редкое явление, но вполне реальное. К тому же, по словам этого Роберта…
— А что нам какой-то Роберт, с его словами? Ты что, безоговорочно ему веришь? Дорогой, да мы с тобой будем миллионерами!
— И кого мы этим удивим? Мы можем стать миллионерами, а можем единственными в своем роде на всю Вселенную!
— Слушай, а оно нам надо — быть единственными? — к разговору присоединяется Джо. Он снова остановил вагонетку и спустился, чтобы получше рассмотреть практически неограниченные запасы драгоценного металла. — Выкупим права на шахту, и весь мир будет у наших ног!
Интересно, так кто же здесь ищет приключений?
Хотя, надо сказать, перспектива заманчивая. Если бы все это случилось полвека назад, я бы даже не думал. Иметь такой источник значило бы не просто обеспечить себя до конца жизни — можно было бы получить все, что только пожелаешь. Сейчас, конечно, естественное сырье ценится уже гораздо меньше, но все же в таких количествах, как здесь… О-хо-хо! Да, мы не будем единственными, но в первую сотню попадем точно.
Если только не принимать во внимание странные слова Престона о том, что все здешнее золото на самом деле ничего не стоит.
Конрад, ты ведь знаешь гораздо больше, чем говоришь! Ты стащил у меня ключ. И ты не просто догадываешься, что стояло за последним сообщением несчастного Роберта. Раз ты так уверенно отказываешься от предложения ограничиться золотым рудником — значит, у тебя есть на то причины. Не имею понятия откуда, но ты обладаешь гораздо большей информацией, чем мы все. И я еще вытащу из тебя эту информацию! Вытащу!
Да, Крез умер бы на месте, узнав, о чем мы здесь размышляем.
— Вот что, мóлодцы. Даю вам две минуты, чтобы насладиться зрелищем и прийти в себя, а потом езжайте вперед.
В конце концов, зачем себя сдерживать? Спрыгиваю с вагонетки и подхожу к стене, сплошь покрытой золотым слоем. Наверное, в свое время здесь шли весьма горячие процессы, и благородный металл отложился среди камня еще в расплавленном состоянии, а потом постепенно затвердел. Впрочем, Джо лучше знать, как это все могло произойти, я же в таких вещах не спец. Да мне и не очень интересно. Я практик, а не теоретик. Хватаю рукой торчащий шипообразный выступ, с силой сжимаю его и откалываю. Что бы там дальше ни случилось, но сувенир на память у меня останется.
Джо стоит вплотную к золотой стене с довольной миной на физиономии. Эге, да он просто в экстазе, разрази меня гром! Нет, я много чего могу понять, но это уже извращение.
— Макс, ты посмотри!.. Черт! Нет, ты только посмотри!.. Мы станем самыми богатыми во Вселенной! Учредим здесь компанию… «Конрад и K°»… А что, правда! Нет, ну ты подумай…
— Джо…
И тут мой взгляд скользит вниз и останавливается на левой руке, где скромно пристроился датчик живых форм.
Но такого не может быть!!!
Та экспедиция высказалась по этому поводу совершенно недвусмысленно: биологической жизни на планете нет и не может существовать в принципе.
Да, но что же в таком случае означает красная точка?
— Макс, ты… чего? — Джо еще только начинает приходить в себя.
— Датчик… там…
Далеко… метров сто впереди. Стоит она или движется?
Движется. Причем нам навстречу.
Опустошители…
— И правда… красная точка… Так значит, кто-то остался жив?
— Кхм! — я едва не поперхнулся. Почему такая мысль не пришла мне в голову?
Нет, подожди, не спеши радоваться. Если бы это был кто-то из экспедиции, то…
— Он не идентится как человек. Соображать надо, Джо.
— А если у него просто нет идента?
— Не мели чепуху. Лучше просто стой, где стоишь. И выключи осветитель!
— Зачем?
— Я сказал — выруби! — ухитряюсь выкрикнуть это, не повышая голоса. — А еще лучше — заткнись.
— Если он выключит, то будет беззащитен, — замечает Конрад. — Не у всех такие глаза, как у тебя.
— Командор, это мои проблемы, а не его. Джо, делай, что говорю!
— Макс, ты свихнулся!
— Да, я свихнулся нахрен! Выруби свет, мать твою!
— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь! — это Конрад. Джо глядит на меня глазами испуганной зверушки; он откинулся на стену и не в состоянии издать ни звука.
Придурок: не понимает, что для него же будет лучше! Может быть, нам повезет, и незваный гость, кто бы он там ни был, нас не заметит.
— Я еще раз повторять не намерен!
Тут напарник наконец не выдерживает и подчиняется. Пещера погружается во тьму.
Красная точка мигает — сейчас оно покажется из-за поворота.
Ближе… еще ближе… вот!
Расстояние продолжает сокращаться. Но впереди — все такой же безжизненный коридор. И ни единого звука… Проклятье!
Эта тварь вот-вот подберется сюда и растерзает нас обоих. Так же, как раньше — наших предшественников. Выпотрошит, и следа не оставит…
Где там мой импульсник? Пусть будет наготове: скорее всего, его еще придется применить.
Что, если я не могу увидеть его в этом спектре?
А дистанция уже уменьшилась до пятидесяти метров… Кажется, мы сделали хуже сами себе.
Не «мы», Макс, не «мы»! Ты сделал!
— Джо, включи свет и давай к вагонетке!
Молчание. Поворачиваю взгляд — он стоит у стены, тело бьет мелкая дрожь.
Опустошитель! Он заберет твои силы целиком и без остатка…
Тук-тук! Никого нет дома. А кто говорит? Кто? Так кто же?!
Двадцать семь… Триста сорок четыре… Семьдесят восемь… Сто шестьдесят пять… Пять… Раз, два, три, четыре, пять — вышел зайчик погулять… вдруг охотник выбегает… охотник…
Так кто же ты все-таки — охотник или жертва?
— Макс, что происходит?!!!
Дьявольщина! Неужели страх действует на меня так же, как и на него?
А чем ты на самом деле отличаешься от него? Да ничем, кроме того, что… но это в данном случае не важно.
Снимаю «имп» с предохранителя. Руки дрожат… Черт бы меня побрал! Тридцать два метра…
— Джо, твою мать!!!
Дурак! У тебя же у самого есть фонарь на башке!
Свет… луч света в темном царстве…
Ничего! Пусто.
А, без разницы. Наверняка оно уже давно нас заметило.
— Макс, ответь! Вы там в порядке?!
— Нет, Конрад, так-перетак, заткнись нафиг!
Какого черта, спрашивается, лезть с дурацкими расспросами, когда оно уже совсем рядом? Какого, я вас спрашиваю?!
Не отвечаете? И не надо…
— Двадцать три… двадцать два… двадцать один…
— Макс, отзовись! Не стой как истукан, забирай Джо и уходи!
— Девятнадцать… восемнадцать…
— Командир, да он и вправду свихнулся!
— Чтоб мне провалиться! Насчет мальчишки можно было не сомневаться, но о Максе я был лучшего мнения. Проклятье, не успеем…
Конрад! Негодяй! Ненавижу тебя!
— Пятнадцать…
Стоп! Как ты до сих пор не понял? Направление на датчике тебе на что?
Потолок…
Спокойно, Макс. Теперь нужно собраться с силами. Ты же можешь? Можешь для начала хотя бы прекратить этот бессмысленный счет? Вот. Уже лучше.
В конце концов, кто сказал, что там — опустошитель? Что там какая бы то ни было тварь, угрожающая нашей жизни? Почему это не может быть маленький безобидный зверек? Да крыса какая-нибудь, в конце концов!
Потому что здесь вообще никого не может быть.
И еще потому, что надо предполагать худшее.
Так. А теперь лучше не шевелись. И крепче держи «имп». Только не сжимай его со всех сил, как топор!
Оно вдруг ускоряется: десять… девять… восемь… семь…
Сейчас оно вылезет сверху и пожрет вас обоих…
Больше ждать нельзя!
«Каждый охотник желает знать…»
Так, Макс. А теперь — просто сделай.
Словно молния освещает на миг помещение, успев породить множество отблесков во всех его концах. А потом еще, и еще одна…
— Макс, не дури, прекрати пальбу!
— Да пошел ты!
А потом, с заметным опозданием, следует раскат грома, и камни обрушиваются с потолка, а за ними — и нечто более тяжелое…
— А-а-а-а-а-а-а!!! — страшный пронзительный крик, которого самого по себе достаточно, чтобы душа навсегда спряталась в пятки.
Джо… он ведь ни в чем не виноват… не виноват…
— Хур-р! Хур-р-р! — доносится мне в ответ.
Извините меня, если что, но так уж получилось…
Всполохи разрывают тьму, рождая невообразимую цветомузыку. Жуткий рев заполняет собой последние остатки тишины. Крик превращается в стон и постепенно стихает. Что-то бесформенное, черно-коричневое обрушивается на землю. Мне даже не хочется его рассматривать.
Так чем же ты на самом деле отличаешься от этого парня, на которого наезжал без всякой причины? А, Макс?
Правильный ответ: ничем!..
— Макс, отзовись немедленно! Ответь! Что там у вас?
— Кажется, уже все…
— Что с Джо?
— Сейчас…
Оставляю позади себя неподвижное ныне, источающее удушливый смрад порождение кошмара, напоминающее мне огромного дикобраза, и склоняюсь над парнем. Что случилось раньше, теперь совершенно неважно. Если он еще жив, я его вытащу. Если нет…
Ты знаешь, кто в этом виноват!
— Джо, сукин сын, ты слышишь меня? Очнись, черт тебя побери!
Снова слабый стон… Сейчас бы сорвать с него костюм и шлем, ведь так ему только хуже… ладно. Он выжил — это уже радует.
— Джо, скажи что-нибудь! Ты меня слышишь?
— Я… — слова едва скатываются у него с губ. — Я умру?..
Если бы я знал! Но крови на груди слишком уж много…
— Успокойся, Джо! Ты будешь жить еще очень долго!
— Неправда… я уже… почти…
— Макс, ответь, что с ним?
— Не знаю! Большая рана в груди и еще несколько помельче.
— Тащи его в вагонетку и дуйте назад, мы вас встретим!
— Уже тащу, командор, — приподнимаю с земли непослушное тело и взваливаю на себя. В сравнении с моим двухметровым ростом Джо кажется едва ли не ребенком.
Только не молчи, Макс! Говори хоть что-нибудь!
— Послушай, парень, я вел себя не совсем хорошо, но ты забудь. Ты всем нам нужен живым, ясно? Без тебя мы здесь ничего не сможем сделать. Поэтому я тебя вытащу, и ты будешь жить. Понял? Будешь жить! И выкинь из головы все эти глупости. Тебе все ясно? — примериваюсь, как бы поудобнее расположить его в вагонетке.
— Угу… — бормочет он, и начинает дрожать в лихорадке. — Макс, можно… попросить..?
— Конечно, Джо.
— Ее зовут Дженни… Дженнифер… Адрес найдешь… у меня… Если я вдруг… ты расскажи… хорошо?..
— Обязательно расскажу. Скажу, что ты мужественно сражался и держался до последнего. Так ведь и было, Джо! Правда!
— Да… хорошо…
Какую чушь иногда приходится выслушивать, да еще и нести самому! Но если ему так действительно легче — почему бы и нет?
Что ж, как минимум один из нас свои приключения получил сполна.
* * *
Планета Y22-1 была открыта экспедицией Тори Имоку двадцать лет назад, в 87 году прошлого века. Своим открытием она, фактически, обязана случайности. Область Y была только промежуточной точкой маршрута корабля, и они не собирались в ней долго задерживаться. Единственная планета местной звезды неожиданно попала в зону обзора локаторов, и кто-то предложил на всякий случай ее просканировать. Результаты известны: в атмосфере кислород практически отсутствует, гравитация приемлемая, сутки примерно равны двум земным, спектральная характеристика состава коры указывает на высокую вероятность наличия благородных металлов. Экспедиция, собственно, за этим и летела — правда, в другое место, но если такой шанс неожиданно обнаружился прямо у них под носом, зачем же его упускать? Хотя расположение планеты относительно Центра особенно выгодным не назовешь, но все-таки…
Сказано — сделано: приземлились, обосновались, обустроили лагерь. Детекторы показали, что неподалеку от точки посадки должны быть крупные залежи золота — вот ведь удача! Тут же запросили у центра разрешение изменить цели экспедиции и провести более глубокое изучение здешних ресурсов. Получили добро — и снова занялись строительством, а затем — разработкой шахты. Все шло как нельзя лучше: прогнозы о больших золотых запасах подтвердились, так что уже даже начали строить планы об основании на Делириуме колонии. Экспедиция регулярно выходила на связь и сообщала о своих последних достижениях. Так все и продолжалось до одного прекрасного дня…
То, что случилось потом, было до банального просто: однажды никто не вышел на связь. Один день, второй, третий… Центр пытался запросить связь со своей стороны, но ответа не было. Не было даже подтверждения о приеме запроса, который должна в таких случаях выдавать автоматика. Казалось, что все люди вместе со своим оборудованием вдруг канули в небытие. Предполагали все что угодно — от природного катаклизма до сознательного предательства и саботажа членов экспедиции. Так прошло шестнадцать дней, а потом планета Делириум в последний раз подала голос, чтобы после этого надолго умолкнуть…
Говорил Роберт Престон, рядовой член экспедиции — понятия не имею, кем конкретно он там был. Оригинальная запись его сообщения, конечно, засекречена, но по слухов о ней распространилось много, и для себя я восстановил приблизительную картину. Говорил, что якобы он единственный остался в живых — и то, скорее всего, ненадолго. С чем связана гибель всех остальных, он так и не объяснил, да и говорил он не об этом. Престон хотел сообщить, что золотые залежи — мелочь по сравнению с тем, что можно найти на планете. Что там есть вещи, гораздо более странные и интересные. Последняя его фраза навсегда осталась у меня в памяти: «Здесь находится то, о чем человек не может даже и мечтать!.» И все. Связь оборвалась, и больше никто ничего не узнал ни о судьбе Престона, ни о судьбе экспедиции вообще.
Конечно, казалось странным, что на планету не отправились ни спасатели, ни новые экспедиции, чтобы продолжить разработку месторождений. Может быть, дело в том, что примерно в то же время были открыты другие планеты, не менее богатые на ресурсы, зато расположенные гораздо ближе к Центру. А может быть, такие экспедиции и были, но всю информацию о них сразу глубоко засекретили, а в конечном итоге их членов постигла та же участь, что и первой. Впрочем, слухи ходили разные. Некоторые утверждали, что на планету летало много энтузиастов-золотоискателей, но никто из них не вернулся. Другие — их было большинство — говорили, что вторая экспедиция на Делириуме все-таки побывала, но не нашла ничего интересного, и даже сообщения о золотых запасах не подтвердились. Возможно, это и было правдой — хотя не исключено, что таким образом заинтересованные организации просто пытались отвлечь от планеты внимание любопытствующих масс.
Так или иначе, но мы прибыли на Делириум по собственной инициативе, для того чтобы подтвердить или опровергнуть высказывание Престона. И полагаться нам приходилось исключительно на наши собственные силы и возможности…
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий