О чем мы солгали

Книга: О чем мы солгали
Назад: 13
Дальше: 15

14

Лондон, 2017

В течение последующих нескольких часов Клара беспрестанно проверяла папку входящих сообщений, но ответа от Эмили не было. Может, и прав был Мак, полагая, что это какой-то страдающий от одиночества психопат, у которого в запасе уйма свободного времени… но, с другой стороны, Клара не хотела насовсем отказываться от идеи, что ей написала именно Эмили. В ожидании ответа Клара уже мысленно нарисовала картину воссоединения семьи, представляя себе восторг Роуз и Оливера при виде дочери, и почувствовала прилив радостного волнения.



Чтобы отвлечься, они с Маком вернулись к составлению списка, и уже на следующее утро у них был готов перечень имен: комбинация из бывших подружек, коллег и соседок по квартире, а также всех значимых для Люка женщин и девушек – но ни одна из них, в представлении Клары, не подходила для роли его похитительницы.

– Хороший старт, – с сомнением промолвил Мак.

– Кому позвоним сначала? – спросила Клара.

– Думаю, его первой девушке, Эми Лоу. Хотя, она все еще живет в Саффолке, так что…

– Отлично, давай! – сказала Клара, вставая.

Мак недоуменно захлопал глазами.

– Что, сейчас?

– Нам нечем больше заняться. – Она взяла в руки пальто. – Поедем на твоей машине, ладно? У тебя есть ее адрес?

Он кивнул.

– Мой давнишний школьный приятель немного с ней общается.

Впервые после исчезновения Люка Клара почувствовала прилив душевных сил.

– А по пути заскочим к Роуз и Оливер, – сказала она, направляясь к двери.



Пока они медленно пробирались по лондонским пробкам, Клара снова проверила Фейсбук. После появления Клары на телевидении на нее обрушился нескончаемый поток сообщений от друзей и доброжелателей, которые выражали обеспокоенность и интересовались ее состоянием и последними новостями. Хотя ей была приятна их забота, Клара стала опасаться подобных сообщений, поступающих ей на почту – она испытывала смутные угрызения совести, поскольку единственным возможным ответом было: «Нет, извините, пока никаких новостей». Но сегодня она с нетерпением проверяла ящик, однако, за последние двадцать четыре часа с момента, когда Эмили написала Кларе, ответ от «Разваляхи» так и не пришел. Значит, и вправду, это была больная шутка. Она вздохнула и уронила телефон на колени. Клара посмотрела на Мака.



– Какая она была, эта Эмили?

Он пожал плечами.

– Приятная. В то время Эмили и Люк были весьма серьезными молодыми людьми. Мне точно известно, что он любил сестру.

Клара вспомнила фотографии из альбомов Люка. Привлекательная фигуристая молоденькая девушка, блондинка с большими голубыми глазами и вьющимися волосами, на вид – обыкновенная девушка, достаточно сексуальная, на таких западают мальчики в школе. На всех без исключения фотографиях, сделанных на какой-нибудь очередной вечеринке, они с Люком стоят в обнимку в окружении стайки счастливых розовощеких друзей с горящими глазами. Клара снова засомневалась: невозможно, чтобы такая симпатичная особа посылала столь устрашающие письма.



Клара наблюдала из окна автомобиля, как городские окраины постепенно сменились зелеными полями Эссекса, покрытыми ярко-желтыми цветами. Поначалу они ехали в полной тишине, каждый погруженный в свои мысли, но в какой-то момент Мак поколдовал над стереосистемой и все пространство наполнилось звуками «Жизни на Марсе» Боуи. В памяти Клары возникла картинка из других, более радостных поездок, когда они втроем слушали эту песню по дороге на Гластонберийский фестиваль и фестиваль «Camp Bestival» в Дорсете, или во время путешествия на чью-то свадьбу в Хэмпшире, куда они отправились большим караваном со всеми друзьями.



Клара взглянула на Мака. Перенапряжение давало о себе знать. Хотя внешне Мак сохранял спокойствие, стараясь держаться молодцом перед Кларой, она понимала, что на самом деле он начинал потихоньку сдавать. У него появился затравленный взгляд, а лицо стало бледным, словно он не спал несколько дней кряду.

– Спасибо, – сказала она негромко, – что ты не оставил меня одну. Не представляю, как бы я справилась с этим без тебя.

– Не говори ерунды! Вы с Люком – мои самые близкие друзья, – ответил он. – Как я могу поступить иначе?

Она улыбнулась и вновь устремила взгляд в окно, размышляя о Маке. Кларе хотелось, чтобы он нашел себе девушку, она беспокоилась, что он может чувствовать себя неловко, все время неотступно следуя за ними с Люком. Но личная жизнь Мака была закрытой книгой. Мак мог исчезнуть на несколько месяцев, туманно намекая на новые отношения, порой он даже знакомил Клару со своими приятельницами, но ни одна из них не задерживалась с ним надолго.

– Она не та, кто мне нужен, – сказал как-то Мак, когда они с Люком на него надавили. – Какой тогда смысл?

– Наш Мак – неисправимый романтик, – подтрунивал Люк.

– Не переживай, – приободрила его Клара, – твоя единственная где-то рядом, вот увидишь.

– Ага, – ухмыльнулся он, – надеюсь, что рядом. – И Мак перевел разговор на другую тему.

До «Ив» оставалось меньше мили, когда пришел ответ от Эмили. Сердце Клары бешено заколотилось. «Когда мы можем увидеться?» – говорилось в нем. – «Могу приехать в Лондон».

– Что мне ответить? – возбужденно спросила Клара Мака. – Сказать, что я могу встретиться с ней завтра?

Мак с тревогой посмотрел на нее.

– Прежде всего необходимо убедиться в том, что это точно она. Нельзя просто так встречаться с любым чудиком из интернета, это может быть кто угодно.

– Да-а, – протянула нехотя Клара. – Думаю, ты прав. – Мысль найти наконец Эмили казалась невероятной, Клара поверить не могла, что такое возможно. Она взглянула на Мака. – Как тебе кажется, какой была Эмили? Я понимаю, ты переехал уже после ее исчезновения, но, предполагаю, Люк тебе рассказывал о ней?

Он задумался на мгновение.

– Честно говоря – не очень много. Ее присутствие ощущалось постоянно, в том смысле, что семья все время думала о ней, но никто и словом не упоминал об Эмили. Люк говорил, что Эмили была яркой личностью, достаточно упрямой и вспыльчивой, увлекалась политикой, благотворительностью и подобными вещами… больше ничего сказать не могу. Роуз приняла ее исчезновение особенно близко к сердцу, поэтому при ней они старались не произносить имя Эмили.



Вскоре они подъехали к «Ивам» и Клара испытала небольшой шок, увидев черную «ауди» Тома, припаркованную на дорожке, ведущей к дому. Ей и в голову не приходило, что Том мог быть здесь, и, изумленная, она осталась сидеть на месте, уставившись на его машину. Выходя, Мак вопросительно посмотрел на нее.

– Ты идешь? – сказал он.

– Ой, извини. – Она отстегнула ремень безопасности и прошла за ним в дом.

Когда Оливер открыл дверь, Клару поразило, насколько сильно он изменился. Кажется, постарел лет на десять с момента их последней встречи, в его глазах промелькнуло то же выражение ужаса, которое появилось на лице Клары несколько дней назад; словно долгое время летишь в пропасть и у тебя уже кружится голова, и хочется поскорее встретиться с землей, потому что этот молниеносный удар в финале будет избавлением от кошмарного бесконечного падения.

– О, Оливер, – сказал она, обнимая его, – я рада тебя видеть.

Оливер слабо улыбнулся, выпуская ее из объятий, и поприветствовал Мака, протянув ему руку.

– Мак, проходи, – сказал он негромко. – Хорошо, что ты приехал.

Они молча проследовали за ним на кухню. Клара зашла в комнату и ощутила странное напряжение, повисшее в воздухе, она замерла в дверях при виде сидящей за столом Роуз, обхватившей голову руками, и стоящего перед ней Тома с выражением такого сильного гнева на лице, что первым ее желанием было броситься вперед и встать между ними, чтобы защитить Роуз от сына.



Но прежде чем она успела пошевелиться, Том обернулся и, на секунду встретившись с ней взглядом, поспешно отошел к окну и стал смотреть в сад.



– Роуз? – окликнула ее Клара в полной растерянности. – Ты в порядке? Скажи на милость, что здесь происходит?

В тот момент, когда Роуз подняла взгляд, Клара с трудом узнала мать Люка: страдальческое, скорбное выражение лица, казалось, превратило ее в другого человека. Но буквально через мгновение она вновь стала прежней. Роуз смахнула слезы, рассеянно улыбнулась и проговорила:

– Ничего, ничего не случилось, дорогая. Ну, ты же все знаешь. – Она посмотрела на Мака. – Господи, Мак, – сказала она еле слышно. – Как мило, что ты тоже приехал.

Роуз продолжала сидеть, не двигаясь, словно ее пригвоздили к стулу, и переглядывалась с находившимися в комнате, в то время как Том стоял к ним спиной и излучал враждебность.

В конце концов, Клара бросила на Мака умоляющий взгляд, и тот, состроив гримасу, подошел к Тому и робко положил ему на плечо руку.

– Здорово, приятель, – сказал он. – Давненько не виделись…

После нескольких секунд тишины, показавшихся вечностью, Том повернулся к нему и сипло проговорил:

– Да, рад тебя видеть, Мак. – И пожал ему руку. – Как дела? – спросил он и выдавил из себя что-то наподобие улыбки. Странное напряжение, повисшее в воздухе, начало понемногу спадать.

Роуз вскочила и поспешно произнесла:

– Вот и хорошо! Кто хочет чаю?

– Позволь мне, – умоляюще сказала Клара. – Пожалуйста, не вставай.

Но Роуз только отмахнулась.

– Нет, нет, что за глупости. Со мной все в порядке! – Она засуетилась, пошла наливать воду в чайник, потрепав по пути мужа по руке. – Ну, – сказала она уже более окрепшим голосом, – что вас привело?

Вдруг она замолчала и поднесла руку ко рту.

– О… вы не узнали ничего нового, не так ли?

В глазах Роуз читались одновременно надежда и страх, поэтому Клара поспешила ответить:

– Нет, ничего нового.

Роуз казалась такой опустошенной, что Кларе было невыносимо тяжко смотреть на нее. Вместо этого она огляделась, отметив про себя непривычный беспорядок вокруг. Все свободные поверхности, прежде девственно чистые, были завалены мусором и грязными тарелками, в воздухе, когда-то наполненном благоуханием свежих цветов и ароматами готовящейся еды, ощущался кислый гнилой запашок. Это заставило ее немного запаниковать. «Нет, – хотелось ей воскликнуть, – пожалуйста, не надо, не сдавайтесь. Вы – Роуз и Оливер! Вы не можете поставить на нем крест, только не сейчас». Чтобы скрыть свое разочарование, она кивнула в сторону окна и рассеянно сказала:

– Твой сад прекрасен, Роуз.

На это Роуз с вымученной улыбкой ответила:

– О, боюсь, я давно туда не заглядывала. В былые времена я бы уже с головой ушла в подготовку нашей традиционной весенней вечеринки, разбиралась бы с приглашениями местным жителям и… – Тут Роуз осеклась. – Но все это уже не так важно.

Тут Том издал странный сдавленный звук и резкими шагами вышел из комнаты. Они вчетвером уставились ему вслед, и через несколько секунд услышали, как хлопнула входная дверь. Клара и Мак удивленно переглянулись.

– Ну… – сказала Роуз таким тоном, словно ничего не произошло, – что вас сюда привело?

Клара и Мак немного сбивчиво рассказали о своем плане.

– Возможно, мы ничего не выясним, – подытожила Клара, – но, по меньшей мере, мы попытаемся.

Повисла тишина, затем Оливер кивнул и, стараясь не смотреть им в глаза, сказал:

– Хорошо, да … если мы чем-то можем помочь…

Клара с волнением перевела взгляд на Роуз, которая сказала сдержанно:

– Делай все, что сочтешь необходимым, дорогая. – Она встала. – Я должна извиниться. Надеюсь, вы не будете против, если я поднимусь к себе и прилягу.

Они посмотрели ей вслед, и Оливер опустился на стул, проводив жену таким беспомощным взглядом, что у Клары защемило сердце. Клара подумала, что было бы здорово рассказать сейчас родителям Эмили о полученном от нее письме, но оставалось только молиться, что в один прекрасный день она сможет сообщить им долгожданную новость.



На выходе из дома Клара и Мак увидели Тома, который стоял прислонившись к своей машине и в задумчивости глядел на поле. Воздух был подернут дымкой, моросил дождь, над головой с карканьем кружили вороны. Под их ногами заскрипела мокрая галька, Том обернулся, заслышав звук приближающихся шагов и, посмотрев на Клару, спокойно сказал:

– Мне жаль, что так вышло.

Кларе до того было обидно за Роуз, что ее захлестнула волна негодования, но к счастью Мак ответил Тому за них обоих:

– Не переживай, – сказал он. – Сейчас непростое время. Ты в порядке?

– Да-а. Сам понимаешь…

Клара бесцельно вертела в руках телефон, ощущая на себе пристальный взгляд Тома.

– Что вы тут делаете вдвоем? – поинтересовался он, и в ответ Мак коротко описал их план.

– Начнем с первой подружки Люка, – сообщил Мак Тому, – Эми Лоу. Вы были с ней знакомы?

Том покачал головой.

– Не то чтобы, они начали встречаться, когда я уже был в университете. Вы сейчас к ней направляетесь?

– Да, по всей видимости, она живет за Фрамлигемом. – Мак сверился со своим телефоном и прочитал название улицы, где жила Эми.

– Я знаю это место, – сказал Том. – Я еду в ту сторону. Могу показать дорогу, если будете двигаться за мной. – Он замолчал и Клара наконец подняла глаза и встретилась с ним взглядом. – Здесь, кстати, недалеко неплохой паб «Пустельга», – добавил он. – Я бы выпил чего-нибудь, а вы?

– Конечно. – Мак пожал плечами прежде, чем Клара успела придумать какую-нибудь отговорку. – Поедем за тобой.



Как только они отъехали от «Ив» и пристроились за черной «ауди», Клара глубоко вздохнула.

– Господи, сюр какой-то, – сказала она. – Что там происходит между Роуз и Томом?

– Бог его знает.

– Ей и так хватает неприятностей, а тут еще и он, – сказала Клара со злостью. – Странный тип.

– Я знаю, – тихо сказал Мак. – Думаю, они просто сами не свои. – Помолчав, он добавил: – Тебе не показалось, что Роуз и Оливер выглядят ужасно? – Он включил сигнал поворота и, следуя за Томом, свернул налево, оставив деревню позади. – Бедняги. Не могу поверить, что с ними повторяется опять та же история.

Клара смотрела, как за окном проплывали деревенские пейзажи, живые изгороди и дерн вдоль дороги, начавшие разрастаться к весне, и думала о Роуз. Когда они познакомились, Роуз было чуть за шестьдесят, она только вышла на пенсию и наслаждалась «праздной жизнью», как сама говорила со смехом. Роуз занималась садом, готовила, ездила с Оливером на каникулы в Европу, получая удовольствие от вновь обретенной свободы после продолжительной успешной карьеры врача. Клара видела фотографии Роуз, запечатлевшие ее между сорока и шестьюдесятью годами: красивая, безупречно одетая женщина, во взгляде читается ум, целеустремленность и ответственность, ко всем этим качествам сейчас добавились мягкость, непринужденность и спокойствие, делавшие ее, как казалось Кларе, еще привлекательней.



Клара вспомнила, что примерно год назад ей удалось увидеть Роуз в роли прежнего хладнокровного врача. В один из выходных дней в ноябре они вместе прогуливались по покрытому инеем полю. Роуз с Кларой, шедшие немного впереди всех, заметили зайца, застрявшего в изгороди из колючей проволоки. Он корчился от страха и боли, истекая кровью. Пока Клара стояла съежившись, без толку переживая при виде его страданий, Роуз наклонилась и осторожно высвободила его, но вместо того чтобы ускакать, он остался лежать на земле с выпученными глазами и непрекращающимся кровотечением.

– Бедолага, – прошептала Роуз. – Он умирает. Я думаю, это будет большим проявлением милосердия с моей стороны, если я… не смотри, дорогая, если ты… – Она подняла животное и умело свернула ему шею. И хотя Клара почувствовала в этот момент приступ тошноты, ее переполняло чувство восхищения способностью Роуз действовать невозмутимо в критических ситуациях, делать все необходимое, каким бы неприятным и жестоким это ни было.

– Интересно, что раньше представляли из себя Роуз и Оливер, – спросила Клара, – до того, как ушла Эмили. Я с ними познакомилась уже много лет спустя, не представляю, насколько это могло их изменить.

– Судя по всему, они были заметными фигурами, – ответил Мак. – Роуз возглавляла отделение детской хирургии в госпитале, а Оливер написал первую книгу, вызвавшую резонанс, – его стали приглашать на телевидение и все такое. Их все здесь знали, они активно участвовали в жизни деревни, организовывали сбор денежных средств, устраивали большие вечеринки. Люк вспоминал, что их дом всегда был полон народу. – Мак посмотрел на Клару. – Так что да, я бы сказал, у них все было отлично. – Он с горечью мотнул головой. – Просто ужасно, как все обернулось. Они этого нисколько не заслужили.



Когда они подъехали к пабу, Том уже ждал их внутри. Это было красивое здание в тюдоровском стиле с низкими черными балками и широкой паркетной доской из дуба, гудящим огнем в камине и потертыми кожаными диванами.

– У них вполне приличное меню, если вы хотите перекусить, – сказал Том, он явно чувствовал себя намного свободнее, чем в «Ивах».

Мак посмотрел на Клару.

– Вообще-то я голоден. Съедим что-нибудь?

Клара пожала плечами, внезапно осознав, что не помнила, когда в последний раз нормально ела.

– Хорошо, – кивнула она, заставив себя улыбнуться Тому в ответ.

Первые минут десять после того, как они сделали заказ, Клара слушала их разговор про школьные годы и общих знакомых из местных. Она заметила, что Том расслабился и стал более общительным, обычно так происходило почти со всеми в компании Мака. Мак, само воплощение скромности, внимательный слушатель, дающий собеседнику возможность выговориться – в его присутствии самые холодные люди становились гораздо душевнее. Клара подумала, что в этом смысле они были похожи с Маком. Она спрашивала себя, не потому ли Люк привязался к ним обоим? Возможно, именно из-за отсутствия собственного эго, ее готовности отойти на задний план и позволить Люку блистать, он обманывал ее с Сади, проявляя к Кларе такое неуважение. Как-то ее соседка по общежитию спросила с сочувствием и презрением одновременно: «Тебе нравится угождать, не так ли, Клара? Еще не надоело?» На мгновение Клара почувствовала, что становится сама себе противна, но тут же постаралась отогнать эти мысли, заставив себя переключить внимание на Мака с Томом.



Они обсуждали Норидж, место жительства Тома, но несмотря на его свободную манеру общения, Клару не покидало ощущение, что он что-то недоговаривает, позволяя им увидеть только частичку его настоящего «я»; сохранялась его привычная сдержанность, которая всегда заставляла Клару относиться к Тому с настороженностью. Она вспомнила о сегодняшней сцене между Роуз и Томом и с молчаливым отчаянием опустила голову: она никогда не сможет его понять.



– Только наличные, – сообщила официантка, когда принесла им чек и увидела, как они достают свои кредитки. – Аппарат сломался. В баре висит объявление, – устало добавила она.

Все трое переглянулись.

– Черт, у меня совсем нет наличных, а у вас?

– Не-е, надо идти снимать.

– Банкомат есть в почтовом отделении в конце улицы, – сказал, поднимаясь, Том. – Я схожу, это не займет и минуты.

Но Мак остановил его.

– Оставайся, дружище, мне все равно нужно перезвонить по работе, – сказал он и помахал мобильным.

Мак ушел, и Клара посмотрела на Тома.

– Я рада, что мне сегодня удалось повидаться с твоими родителями, – сказала она с вызовом и демонстративно добавила: – Я их очень люблю.

После небольшой паузы он улыбнулся, глядя ей прямо в глаза, и сказал абсолютно беззлобно:

– Конечно, как и все.

В этот момент уже другая официантка подошла к их столику и начала протирать его, и, невольно, они погрузились в молчание. Клара отметила, как несоразмерно долго девица пыталась справится с этим незамысловатым заданием, и тут ее осенило, что причиной был Том, с которого та не сводила восхищенного взгляда, в сотый раз проводя тряпкой по одному и тому же месту. Необходимо признать, без особого энтузиазма подумала Клара, что Том был очень симпатичным, но надменное выражение лица мешало назвать его по-настоящему привлекательным. Она подняла на него глаза и застыла от удивления, осознав, что Том не отрывал от нее взгляда. Немного смутившись, Клара протараторила:

– Я все пытаюсь вспомнить одну вещь, которую мне Люк рассказывал об Эмили. – И в то же мгновение ей захотелось пнуть себя как следует за то, что она так неуклюже завела разговор о его сестре. Клара видела как потемнели глаза Тома и мысленно пожалела, что не нашла более деликатного способа подойти к проблеме.

– Да, и? – сказал он, как только официантка удалилась.

Клара повертела подставку для пивных кружек.

– Что-то об игре, в которую они вместе играли в детстве, не могу вспомнить ее название. Не припоминаешь?

– Нет, – сказал он тихо. – Не могу вспомнить.

– Хорошо, – ответила она, пытаясь скрыть свое разочарование.

– Или, подожди, игрой это, конечно, назвать нельзя … но у них вошло в привычку петь песенку, прежде чем Люк отправлялся спать – у нее вошло в привычку, как почитать перед сном или подоткнуть ему на ночь одеяло. «Пять обезьянок» – так она называется, ты же знаешь слова? «Пять обезьянок скачут на столе, одна из них упала, оказалась на земле…» Люк прыгал на кровати пока они пели. Своего рода совместный ритуал… ты это имела ввиду?

Клара кивнула.

– Да, да, спасибо! – Она вдруг представила Люка совсем маленьким и ее накрыл приступ тоски. А когда Клара вновь подняла глаза и увидела, каким несчастным было лицо Тома, она почувствовала угрызения совести. – Ох, Том, мне так жаль, я не хотела тебя расстраивать, я…

Он опустил голову.

– Ты ни в чем не виновата. Только, когда она ушла… было хреново, понимаешь?

– Даже подумать не могу.

– Послушай меня, – сказал Том, немного подавшись вперед, вновь пристально глядя на Клару. – Есть что-то, о чем я хочу тебе рассказать.

Она удивленно посмотрела на него.

– Что?

В эту секунду распахнулась дверь и появился Мак, размахивая их кредитками и наличными деньгами.

– Извините, банкомат был сломан, – сказал он. – Пришлось дойти до заправки. – Он посмотрел поочередно на каждого из них. – У вас все в порядке?

Том оторвал взгляд от Клары.

– Все чудесно, – сказал он, резко поднявшись. – Расплатимся в баре?

Эми Лоу жила в небольшом доме середины тридцатых годов прошлого века в конце глухого тупика. Клара и Мак ненадолго задержались в палисаднике, окидывая взглядом сломанные качели и груду кровельной плитки, уложенной на траве высокими штабелями. На входной двери с облупившейся краской был прикреплен стикер, на котором рядом с надписью «ОСТОРОЖНО! ЗЛАЯ СОБАКА» был намалеван оскалившийся доберман. Из дома доносился звук работающего на полную катушку телевизора и девичий визг: «Мамочка! Он меня ударил! Джеки меня ударил, да ударил. Мааааамочка!» Они переглянулись, пожали плечами, и Мак нажал на кнопку звонка.



Им открыл парнишка лет шести, одетый в мягкий комбинезон Супермена. Его круглое личико со стрижкой «ежик» было усеяно веснушками. Он подозрительно посмотрел на них.

– Продаете чего-нибудь? – спросил он. – Мама просила передать, что ей ничего не нужно.

Мак расхохотался.

– Нет, мы только хотим переговорить с…

Внезапно позади мальчугана выросла Эми.

– Да, – сказала она резко. – Чем могу вам помочь?

А она мало изменилась с тех пор, подумала Клара. Немного прибавила в весе, появились незначительные морщинки, но все те же глаза, как у куколки, взъерошенные белокурые локоны – миловидная, невзыскательная простушка. Лицо Эми прояснилось.

– Боже мой, – произнесла она с акцентом жительницы Саффолка. – Мак! – Эми улыбнулась и на мгновение превратилась в ту шестнадцатилетнюю девушку с фотографий Люка. – Я тебя не видела уже сотню лет! Что, черт возьми, ты здесь делаешь? Я думала, ты сейчас живешь в Лондоне.

– Привет, Эми, рад тебя видеть! – сказал Мак. – Познакомься – Клара, девушка Люка Лоусона.

Эми вздрогнула, узнав Клару.

– Да, – кивнула она, – видела тебя в новостях, здесь только и разговоров об этом.

– Мне жаль, что мы как снег на голову свалились, – сказала Клара. – Я… мы хотели поговорить с тобой, ты не против?

Эми озадаченно поморщилась.

– Ну, если вы хотите… Проходите в дом.

Они проследовали за ней через узкий холл, на стенах которого были развешаны фотографии Эми в свадебном платье рядом с ее улыбающимся круглолицым женихом, и по пути на кухню миновали гостиную, где, судя по всему, куча детворы, сгрудившись перед телеком, играла в приставку «Нинтендо».

– Простите за беспорядок, – пробормотала Эми.

В милой уютной кухне с сиреневыми стенами стоял круглый обеденный стол из сосны, рядом с ним теснились стулья.

– Хотите чаю? – спросила Эми, сгребая со стола стопку грязного белья.

Когда они расселись и Эми разлила всем чай, она вопросительно вздернула брови.

– Что же привело вас ко мне? Я уже говорила ранее полицейским, что мы с Люком не общались много лет. Бывало, случайно сталкивались в деревне, когда он приезжал на Рождество или просто в гости, но все ограничивалось одной-двумя фразами, типа «Привет, как дела?».

Клара посмотрела на Мака.

– Мы хотим получить представление о том, каким он был в молодости, – начала осторожно Клара.

Эми невозмутимо взглянула на нее.

– Да, полицейские ровно так и сказали, могу только повторить, что…

– Мы стараемся разузнать любые подробности, которые помогли бы нам понять, что с ним произошло, – сказал Мак.

– Ясно, – сказала Эми, сохраняя удивленное выражение лица. – Ну, здесь его нет, не так ли?

Воцарилось молчание. Клара подумала, что это была плохая идея. Они, должно быть, выглядят как два последних чудика. Внезапно Мак поднялся и подошел к фотографии на холодильнике.

– Черт, – рассмеялся он. – Это ты вместе с Мэнди Комбс?

– Точно. – Лицо Эми вновь озарила улыбка. – Представляешь, в день моего восемнадцатилетия. – Эми сняла фотографию и передала Маку. – Мы с ней видимся чуть ли не каждый день, она все такая же ненормальная.

Кларе пришлось выслушать, как Эми и Мак предавались воспоминаниям о клубе, куда они вместе ходили в Ипсвиче. Когда они наконец сделали передышку, Клара поспешила спросить:

– А с Люком есть? Я имею в виду фотографии.

Что-то промелькнуло в лице Эми, она отвернулась.

– Нет, избавилась от них много лет назад.

– Ох, – сказала Клара. – Конечно…

Эми повела плечами.

– Что прошло, то прошло. Давнишняя история, не так ли? – Она взглянула на Мака. – Извини, можешь периодически слушать, как там дети? Пойду по-быстрому курну в саду.

Она ушла, и Мак с Кларой удивленно переглянулись.

– Наверное, нам пора, – предположил Мак. – Мы ничего здесь не узнаем. Думаю, с самого начала у нас было мало шансов.

Но Клару насторожило странное выражение лица Эми и то, как стремительно она их покинула.

– Подожди-ка, – сказала она.

Клара пошла за Эми в сад; та стояла около батута, заваленного игрушками, и нервно затягивалась самокруткой. Клара расплылась в извиняющейся улыбке.

– Мне неловко за все это. – Я понимаю, что много воды утекло с тех пор, как вы были с Люком вместе, просто… никто понятия не имеет, что с ним случилось, он словно испарился. Непохоже, чтобы у полиции были хоть какие-нибудь зацепки, или они предпочитают ничего не говорить мне. Я пытаюсь определить круг знакомых из его прежней жизни, кто может что-то знать. – Она замолчала и добавила прерывающимся голосом: – За него все переживают его родители, Мак… мы уже отчаялись.

Лицо Эми смягчилось.

– Слушай, – сказала она. – Мне жаль, что он исчез, честно, и я надеюсь, что все обойдется. Но мы не общались. У меня не самые лучшие воспоминания о наших отношениях с Люком.

Клара удивилась.

– Правда?

Эми очень внимательно посмотрела на Клару и решительно развернулась, снова замкнувшись в себе.

– Честно говоря, у меня нет настроения в очередной раз обсуждать это. Я уже сказала полиции, что мне нечего им сообщить, что помогло бы им продвинуться в поисках Люка. Мне ничего не известно.

Клару сразило тяжкое уныние, она почувствовала себя так, словно ее на большой скорости переехал автобус. Все было напрасно: как глупо и нелепо было с ее стороны думать, что вслед за пережитым шоком после исчезновения Люка, новости о Сади, она наконец активно занялась чем-то полезным. Клара села в потрепанное садовое кресло и обхватила голову руками.

– Ты в порядке? – Голос Эми прозвучал почти над самым ухом.

Клара подняла взгляд.

– Извини, извини. Мы оставим тебя в покое. Не знаю, что я здесь вообще делаю, откровенно говоря. Ты, наверное, думаешь, что я чокнутая.

Эми вздохнула и села подле нее. Она в задумчивости скрутила новую сигарету.

– Хочешь узнать каким он был тогда, в молодости? Я хочу сказать, что скрывалось за его идеальным образом? – Клара с изумлением отметила про себя горькие нотки в голосе Эми. – Надеюсь, что он изменился, стал взрослее, но о’кей. Не уверена, что это поможет, но я расскажу, если ты действительно хочешь. Ну давай, прекращай реветь.

Клара кивнула и вытерла глаза.

– Спасибо, – сказала она.

Эми вздохнула.

– Мне было шестнадцать, я залетела, а он сложил с себя всю ответственность, предоставив мне самой решать где и как делать аборт. У меня уже был большой срок, когда я поняла, что беременна, все происходящее мне казалось адом. Я чувствовала себя полностью раздавленной.

Клара в ужасе не сводила с нее взгляда.

– Мне так жаль, – пролепетала она. – Я и представить не могла.

Эми пожала плечами.

– А еще кто-нибудь знал об этом? – спросила Клара.

Эми рассмеялась.

– Все считали, что у Люка Лоусона солнечные лучи в заднице. Дурного слова никто не сказал бы о нем. Более того, все вели себя так, словно мне чертовски подфартило, что я смогла подцепить такого избалованного мажора, как он. – Она ухмыльнулась и добавила: – Короче, он был маленьким эгоистичным говнюком. Мне жаль, но это правда. – Она посмотрела на Клару. – Возможно, он и изменился с тех пор. Но тогда его заботило только то, что подумают люди вокруг, в особенности его родители, что это может полностью разрушить его планы на учебу в универе и что ребенок не вписывается в его чертов идеальный образ. Он без сожаления перешагнул через меня. И нет, я никому не рассказала о случившемся. Думаю, мне было… стыдно, в каком-то роде. – Она вздохнула. – А сейчас бы мне хотелось вернуться назад в то время и прочистить себе мозги, приказав испытывать больше самоуважения, а потом хорошенько врезать по яйцам Люку Лоусону.

Клара слушала и ее постепенно охватывал ужас. Эми самым уничижительным тоном обрисовала мужчину, которого Клара совсем не знала.

– Как бы там ни было, – сказала Эми, выбрасывая окурок, – больше мне нечего добавить. – Она поднялась. – Извини, но мне нужно идти. Детский чай и все такое…

Клара вспомнила о круглолицем улыбчивом женихе с фотографий в прихожей.

– Твой муж скоро вернется домой? – спросила она.

Эми фыркнула.

– Возможно. Кто его знает. – Клара сконфуженно посмотрела на нее и Эми прыснула. – Он живет с другой в двух улицах отсюда.

– Ох, извини, я подумала…

Эми состроила гримасу.

– Я фотки для детей держу. Они все еще не могут свыкнуться с этим. – Она закуталась в кардиган и направилась к входной двери. Подошла и остановилась на мгновение. – Забавно, – сказала она, – почему всегда мы, женщины, должны разгребать дерьмо, которое оставляют после себя мужики, а?



На обратном пути в машине Клара рассказала Маку о том, что узнала от Эми.

– Господи, – проговорил он. – Я понятия не имел.

– Он никогда не упоминал об этом?

– Ни словом. Я…

– Что?

Мак опустил голову.

– Мне казалось, что я все о нем знаю, – сказал он тихо. – Я действительно думал, что у нас нет друг от друга никаких секретов. Видимо, я ошибался.

Она смотрела на проносящиеся за окном деревенские пейзажи и представляла себе шестнадцатилетнего Люка – уже не ребенка, но и не взрослого, паникующего, испуганного перспективой стать отцом. Но если Эми говорила правду – а Клара была уверена, что это так, – то не было никакого оправдания для его поведения по отношению к Эми. Клара ясно отдавала себе отчет в том, что впервые с момента их знакомства ей стало за него стыдно. Клара вспомнила, как Зои говорила ей, что она слишком быстро абсолютно потеряла голову от Люка, да так оно и было, и, вероятно, безумная страсть ослепила ее. Если Люк был способен настолько ужасно вести себя по отношению к Эми, то кому еще он мог испортить жизнь? Если не Эми была в ответе за исчезновение Люка – Клара сердцем чувствовала, что не она – тогда другая женщина рассылала сообщения и украла фургон с целью перевезти Люка в одному богу известное место. Но кем она была и как Люк мог ее спровоцировать?



Когда они наконец выехали на автостраду, Клара вздохнула и достала мобильный. Немного поразмыслив, она набрала следующий текст для Эмили:



Я хочу убедиться в том, что ты та, за кого себя выдаешь. Когда Люк был ребенком вы пели вместе каждый вечер песню перед тем, как он отправлялся спать. Не помнишь, как она называлась?



Клара усилием воли отложила телефон, убеждая себя быть терпеливой; может, Эмили еще сто лет не ответит. Ее хватило меньше, чем на пятнадцать минут, и к своему изумлению, посмотрев на телефон, Клара обнаружила ждавший ее ответ от Эмили.

Пять обезьянок, – говорилось в нем. – Где тебе удобно встретиться?

Бар «Осьминог» на Грейт-Истерн, – писала Клара с бьющимся от возбуждения сердцем, – тебе подойдет? Я могу завтра в любое время.



Ответ пришел незамедлительно:



Буду там в шесть. Пожалуйста, Клара, очень важно никому не говорить. Я тебе доверяю.



Клара посмотрела на Мака.

– Черт возьми! – сказала она. – Мы точно идем.

Назад: 13
Дальше: 15
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий