Череп Субботы

Глава десятая
ЧЕРЕП В ЦИЛИНДРЕ

(Въ одной квартире, съ закрытыми шторами)

 

Дрожь у Алисы давно прошла. Этому способствовало как время, так и наполовину пустая фляжка с двуглавым орлом на дне. Подкрепившись текилой, она развалилась в кресле напротив Каледина — ее вниманием завладела еда. Сочетая ледяную злость с голодной сосредоточенностью, Алиса яростно налегала на пиццу «Цезарь», привезенную службой доставки.
— Если чувак даже половину наврал — нужно плюнуть на все и срочно лететь на Гаити, — рассуждал Каледин, также поглощая пиццу. — Представляю, как в кризис придется изворачиваться, дабы получить командировку в конторе… билеты в такую даль определенно стоят денег. По сути, у нас в запасе только неделя: после с гарантией начнется праздник души и тела.
Алиса вытерла с подбородка жир, она ела так, словно голодала месяц.
— Тропики, — женщина вздрогнула. — Ууууу… только представь себе. Малярия, грязища, москиты… и насекомые размером с грузовик. Страшно.
— Сдохнуть через неделю куда милее, — согласился Каледин, откусывая огромный кусок расплавленного пармезана. — Главное, что без насекомых. Зато уж смерть так смерть! Кровища из носа и ушей потечет, кожа потрескается, глаза лопнут… в гробу будешь лежать — прямо куколка.
Алиса едва не подавилась пиццей.
— Ладушки, — жалобно сказала она. — Ну, прилетим мы… и чего дальше?
— Поищем подходящего мамбо, бокора или кто у них там, — прожевал пармезан Каледин. — Думается, там хороших колдунов все знают, с проклятием разберемся быстро… Страна маленькая, за бабло любого человека можно отыскать. Надо только командировочных запросить побольше. Думаю, найти бокора не проблема. А вот что мы будем делать, когда найдем? У колдуна в подчинении минимум штук двадцать зомби, это типа личная гвардия… Как раз с ними, дорогая Алиска, справиться очень тяжело.
— Да фигня, — взбодрилась Алиса. — Подумаешь, какие-то зомби… Ты же видел, они на раз кладутся пулей в голову. Бац — уноси готовенького.
— Сей факт определенно радует, — Каледин взял со стола соус. — Однако надо заранее просчитывать не только успехи, но и неудачи. Я часто видел на экране — мужик того завалил, этого. А потом патроны кончились, окружает беднягу орава живых трупов, рвет на кусочки, кишки вываливаются. Не хотелось бы оказаться на его месте, но чемодан пуль с собой не возьмешь.
Алиса всерьез задумалась, терзая зубами кусок пиццы.
— Обвешаемся бутылками с бензином, — радостно сообщила она. — Он как раз подешевел. Вылить на труп, чиркнуть спичкой… Горят на манер факелов и чудесно умерщвляются. Далее — совершенно точно… практически все фильмы информируют: зомби надо рубить голову. От этого он умирает.
— Знавал я людей, — чикнул в блокноте ручкой Каледин, — с которыми подобный метод тоже отлично срабатывал. А есть ли что-то такое специфическое? Какой-нибудь чеснок, кресты или, допустим, святая вода?
— Нет, — огорчилась Алиса. — Вообще абсолютно без толку. Зомби может плавать в бассейне из святой воды, с аппетитом похрустывая чесноком — устойчивая сволочь. Я сама удивлена. Вроде как живые мертвецы, относятся к созданиям загробной тьмы и черной магии, однако действия священника их не волнуют. Из всего перечисленного в бою полезен только крест, и то потяжелее — им можно дать зомби по башке, это затруднит ему координацию движений. Однако я предпочла бы мачете для рубки сахарного тростника. А… есть еще особые вуду-заклинания, которые могут управлять зомби.
— Слушай, просто потрясающе! — обрадовался Каледин. — Клевая идея, она смазывается лишь тем, что мы ни черта не смыслим в заклинаниях конго, а также креольском языке… Но это поправимо! Представь, покупаем где-нибудь мощное заклинание за деньги. В разгар битвы с зомби оказывается, что это кулинарный рецепт. О последствиях лучше и не думать. Но меня смущает брутальность способов, полная жесть: пули, мачете… есть попроще?
Проглотив кусок пиццы, Алиса в экстазе облизала пальцы. Вудуистское проклятие ужасно, но содержит одну полезную деталь. Если ты заранее извещен о дате своей мучительной смерти — можно смело забыть о диете.
— Боюсь, остальные тебе понравятся еще меньше, — пробубнила она. — Мифология племен западного берега Африки — например, йоруба или хауса, гласит: зомби и оборотни неуязвимы для копий и стрел. Поэтому приходится идти на разные извращенческие ухищрения. Местные шаманы рекомендуют вспороть зомби живот и набить кишки смесью бананов, семен сорго и обезьяньих зубов — этот салат, мол, отравит мозг покойника. Живого мертвеца враги также ненадолго ослепят, если брызнут ему в глаза доброй порцией лимонного сока, смешанного с перцем.
— Я очень впечатлен, — отложил ручку в сторону Каледин. — Полагаю, ребята изрядно намучились, прежде чем выяснили всю полезность этих нововведений. Не знаю, как насчет обезьяньих зубов, но вот лимонный сок я бы рискнул попробовать. Допустим, с армией зомби мы справимся. Но как одолеть самих бокора или мамбо — тут я теряюсь в догадках. Хотя интуиция подсказывает: в сражении с любым злом пуля в голову — весьма приемлемый аргумент. Слушай, ты еще один кусок из середины тащишь? Ох, ну и ну. Матерь Божья, я раньше и не подозревал, насколько ты здорова жрать!
— А крылышки «буффало» еще остались? — осведомилась Алиса с полным ртом. — Жалкое животное, и все-то тебе жалко! Ты хоть раз диету соблюдал? Вволю поесть только в детстве и можно. У девочек жизнь — как в камере пыток. Сиди вечно считай калории… мучное нельзя, сладкое нельзя, мясо жареное нельзя… Посиди хоть раз на капустных котлетках, урод. Через месяц свалишься с инфарктом. Мне семь дней жить осталось. Могу я, перед тем как мое бренное тело упокоится в сырой земле, покушать крылышек вволю?
Каледин обреченно посмотрел на потолок.
— Ну и разнесет же тебя за неделю, — мечтательно сказал он. — На ярмарке слонов займешь первое место. Однако я этому даже рад — в сложной битве с силами зла мы обретем новое оружие, по эффективности сравнимое с атомной бомбой. Пока я орудую револьвером и мачете, ты примешься падать на зомби и давить их своим весом в лепешку. У Сомерсета Моэма есть такой роман — «Театр». Там изрядно престарелая актриса Джулия держит себя в рамках ради карьеры, боится растолстеть… не ест любимую жареную картошку, пива не пьет. Ну, потом она одевается проституткой, выходит на панель — а ее никто не «снимает» из клиентов, потому как возраст почтенный. И идет Джулия грустно в кабак, заказывает кучу жратвы. Очень на тебя похоже.
Алиса не реагировала, лишь с хрустом перекусила куриную кость. Еще в начале калединского монолога она собралась смертельно обидеться, но ближе к середине передумала. Какая разница — все равно ведь скоро умирать.
— О, меня терзает жажда внятных объяснений, — простонала она, отчаянно двигая челюстями. — Ощущение, что я пришла на съемки фильма класса «Б». Загадочный гений зла похищает останки знаменитостей, попутно формируя с помощью черных колдунов армию зомби. Стоило нам вмешаться в это дело, как мы подверглись проклятию мертвого барона-алкоголика. Смысл? Голова просто лопается. А телек бушует — только что украли прах Майкла Джексона. Даже бешеный приток в мозг калорий не помогает мне узнать: что они собираются с ним делать? Пепел в принципе невоскрешаем. Признаюсь, идея оживить Джексона была бы умнее, чем клонирование Наполеона… В свете старого клипца «Триллер» танцы мертвого Майкла на сцене смотрятся круто. Но… пепел годится только на удобрения, не так ли? Я запуталась.
Не отвечая ей, Каледин поднялся из кресла. Просторная, по-профессорски обстоятельно заставленная книжными шкафами квартира Мельникова еще хранила въевшийся в обшивку мебели запах рома «Барбанкур» и еле уловимый аромат карибских трав. Подойдя к одному из шкафов, Федор осторожно вынул из-за стекла фотографию в серебряной рамке, увитую ленточкой. Семья Мельникова, погибшая в автокатастрофе. Худая жена с излишне длинным носом (по виду — настоящий сухарь), пухленькая девочка-школьница, и… улыбчивая девушка с ямочками на щеках примерно лет двадцати. Не красавица, но все же миленькая. Ее глаза лучились томным счастьем, а за спиной блестела синева моря — с зелеными прожилками.
Каледин перевел взгляд на размытое фото в телефоне. На него смотрели те же глаза — но счастья в них не было. Холодные, жесткие и пустые.
Глаза девушки, которая уже давно
была мертва.
— Картина уже нарисовалась, — спокойно сказал он, щелкнув ногтем по стеклу. — Есть один человек в Москве, чье имя мы не знаем — но у него имеется влияние в высших сферах и хватает деньжат. И вот однажды этому незнакомцу в голову пришел хитроумный план: зачем-то завладеть костями популярных людей. Скорее всего, они ему необходимы для проведения особых магических ритуалов в загробном мире. Незнакомец нанял лучших вуду-мастеров на Гаити и использует их умения для претворения своего плана в жизнь. Очевидно, он знал профессора лично, неоднократно контактировал с ним, был в курсе его страшного горя. В мельниковской клинике лечилось полным-полно политиков и богемы.
Этот человек смог оживить мертвую дочь Мельникова… продемонстрировав тем самым свое могущество. Впоследствии в зомби был превращен и сам профессор… принудительно или добровольно, я не знаю… экспертиза показала, что он умер давно… и даже в момент звонка отцу Иакинфу в Святогорский монастырь тоже являлся трупом. Скорее всего, во время нашего визита в квартиру его «отключили». Теперь же погибшая дочь Мельникова управляется своим хозяином дистанционно, совершая по всему свету нападения на могилы звезд. Это только в фильмах зомби — безмозглые, ревущие твари с плохим запахом. Реальное вуду свидетельствует о другом. Если мозг покойника не разрушен, то хунгану нетрудно воскресить тело через 7 дней после смерти.
Оживленный им труп поведет себя как вполне нормальный человек — будет общаться, ходить, бегать и даже вести философские беседы. У него останутся отдельные привычки от прошлой жизни. Мертвецу не потребуется сон, а пропитание зомби отыщет себе сам. Он словно киборг, беспрекословно выполняющий любые приказы своего хозяина… Помимо того, что сила и рефлексы зомби увеличиваются в несколько раз, живые трупы чрезмерно агрессивны. Девушка убивает без мыслей и угрызений совести… как боевая машина, люди для нее — обычное мясо. Эх, как я мечтаю узнать, кто управляет ею… Ведь это может быть сам…
Каледин не договорил. В подреберье вспышкой взорвалась боль — будто от лезвия ножа. Глаза полыхнули красными искрами, он согнулся пополам, схватившись за живот. Визг полоснул уши — в кресле задергалась Алиса.
Кто-то там, очень далеко,
колол их куклы иглой…
Нити боли пронзили тело — обжигая раскаленным железом, заставляя извиваться и трястись, забыв о приличиях. Алиса сползла с кресла — она распростерлась на полу, из дрожащих губ рвался крик. Баронесса задыхалась: с бледного лица невидимый палач будто живьем сдирал кожу, рот заполнили сухость и пыль. Она чувствовала под языком острый перец, еще какие-то пряности и кровь… тошнотворный вкус протухшей крови. На стене возникли ожоги, вытравленные черным огнем — в круге из костей проявился хохочущий череп в цилиндре. Каледин о щ у т и л — игла в шоколадных пальцах мягко вошла в центр зрачка матерчатой куклы. Кончик из серебра упруго повернулся — Федор замотал головой, до крови прокусив себе губу. На лбу выступила испарина: ему казалось, что рвется мозг.
Боль прекратилась так же неожиданно,
как и началась.
Алиса сплюнула на пол розовую слюну, подползая к остывшей пицце.
— Не дай бог так оголодать, — покачал головой Каледин.
С фотографии ему в лицо безучастно смотрела мертвая девушка. Безжалостная убийца, собирающая артефакты для невидимого хозяина.
— У нас мало времени, — прохрипел Федор. — Совсем мало времени.
…Череп на стене радостно подмигнул, расплываясь в черную кляксу.
элементы империи
ЭЛЕМЕНТ № 6 — ДОН СТАЛИН
(Отрывок из мемуаров И.В. Сталина «Последний дон», издание 1947 г.)

… «Стоило Лысому на броневике склеить ласты, как братва оказалась в реальном напряге. Конкретные пацаны из РСДРП (б) хотели продолжить борьбу, но сдались: при утрате харизматичного пахана это бессмысленно. Я топтал зону, обладал опытом гоп-стопа на банки и посему был в авторитете среди соратников. Ссыльная братва горой встала за меня, и на съезде в Новосибирске мы решили покончить с политикой. Зачем пытаться сделать всех фраеров мира счастливыми, если они тупо не въезжают в эту ботву?
Я начал создавать семью, но, генацвале — в мафии это не делается быстро. Для семьи нужен капитал, а одной книги Маркса — недостаточно. Я зарабатывал уважение. Первоначально в моей группировке работали лишь два десятка боевиков, и это были настоящие пацаны. Ворошилов врывался в банки с шашкой наголо. Бухарин взял „под крышу“ деревенское самогоноварение. Буденному платили дань все ипподромы и владельцы лошадей. Фартовые ограбления „Бояринъ-банкь“, „Финансъ-Кайзеръ“ и богатейшего офиса империи — водочного завода Смирнова позволили отморозкам с маузерами стать уважаемыми людьми. Теперь мы смогли купить все — адвокатов, полицию, депутатов и министров. Из сырых подвалов и темных закоулков Хитровского рынка братаны перешли на виллы с охраной, надели дорогие костюмы и рыжие бочата. А это, скажу я вам, не углы на бану сшибать! Семья Сталина сделалась крупнейшей в империи: структура ОПГ, изобретенная мной, до сих пор образец мафиозного общества. Рядовые боевики — большевики, капо (командиры отделений) — комиссары, боссы покрупнее — комбриги. Мы контролировали весь бизнес фраеров, миллионы потекли к нам рекой.
К сожалению, случилось головокружение от успехов — бабло разложило пацанов. В моем окружении появились крысы, готовые за пачку „Герцеговины Флор“ сдать блатных корешей легавым. Мои друзья и соратники — Ворошилов, Бухарин, Троцкий, разбогатев, повели себя как последние суки. Они захотели сами стать донами, образовать свои семьи, работать по выгодным направлениям — наркотики, казино, проституция. Их измена привела к „великой войне семей“, когда одурманенная братва и комиссары тысячами гибли на „стрелках“, защищая своих комбригов.
Прошло много лет, прежде чем мне подфартило. Ворошилова задушили гарротой, Троцкого я закатал в бетон, Буденный погиб в бою за передел фитнес-центра, Бухарин бежал в Лондон — и умер там от передоза кокаином. Но процесс было уже не остановить. Жестокая расправа никого не пугала — все новые и новые группировки отпочковывались от меня, образуя свои семьи. В небытие ушел «Кодекс строителя мафии», и горечь утраты соратников-предателей терзает сердце старого авторитета. Наверное, я последний дон, работавший по понятиям: я не уверен, останется ли после меня на планете хоть один реальный большевик. Мафия никогда не будет такой, как прежде. Жаль, что я дожил до этого.
(От редакции: в 1946 году дон Сталин был убит во время стрелки на Лубянке)
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий