Череп Субботы

Глава четырнадцатая
КРАСНЫЕ БУКВЫ

(У Савеловскаго вокзала)

 

Связной проверил все документы, бумага послушно хрустела в руках. Отлично. Новый паспорт, кредитки, водительские права… прекрасное качество. Фальшивый документ обязан быть настоящим — платишь профессионалам и получаешь «ксиву» с иголочки. Если уж мертвую Мельникову никто не задержал на погранконтроле — стоит ли ему беспокоиться? Правда, пришлось пойти на перестраховку. Он пересечет границу по земле, а оттуда вылетит на самолете в нужный город. Ограбления могил завершены, спасибо отвязной девице Мельниковой: выполнила все поручения. Компоненты на руках — остальное, что называется, «на мази». Скелет Пушкина. Прах Наполеона. Рука Майкла Джексона. И настоящая кровь Христа — со знаменитой туринской плащаницы, чья подлинность подтверждена экспертами. Для каждого артефакта был нанят отдельный курьер, от чьего тела он потом избавлялся… Ух и пришлось повозиться, куда девать четыре трупа.
Да, связной заплатил за «сбычу мечт» огромную цену — и не только в деньгах. Дикое количество стресса, нервов, чужих жизней… однако разве финал все же не восхитителен? План, ставший плодом трехлетних раздумий, со дня на день воплотится в действие. Нет, там даже не три года — больше. Примерно десять лет назад случилось то, что заставило его изменить свою жизнь — сантерия у Хабельского. Хунган с подручными принес в жертву пятерых девиц — дешевых проституток, стараясь задобрить лоа костями и напоить кровью. Лоа действительно появились… это было видно по колыханию вудуистских флажков… но выполнять просьбы Хабельского они не пожелали. Духи зла подчиняются бокорам — тем, кто спит на кладбище и запанибрата с самим бароном Субботой. Да, сектанты все делали правильно, но… кроме декораций, митана и жертвоприношения, требуется РЕАЛЬНОЕ зло, настоящее конго. А это увы… связь с загробным миром можно наладить только на кладбищах Гонаива, колдуя с людьми в масках черепов. Смешивая черные и белые мысли, мистический кофе с молоком, скрещивая живых и мертвых. Город, который долго грезился ему во снах, полных крови, костей и пестрых флагов, чья ткань колышется от батальона лоа, сползающих вниз по митану… Спасибо Хабельскому — тот не сдал, не назвал имя на допросе… а ведь одну из шлюх убил сам связной. Одним ударом отрубил девке голову ритуальным мачете и содрал с черепа трепещущую кожу. Папа отмазал, используя связи, подмаслив кого надо, среди высших жандармов. Он прошел по делу как свидетель… досье засекретили, навечно похоронив в архивах МВД. Это стоило ему детской мечты… ну да неважно. Папа никогда не одобрял увлечений связного, и теперь можно признаться — старикан был прав: не следовало упиваться бесплодными мечтами. Хотя… если подумать, обучение наконец-то пригодилось. Ничто в этом мире не делается зря.
…Наверное, Мельникова уже на Гаити — в последнем sms он велел ей прибыть туда. Пусть основная работа завершена, но она понадобится — как хороший телохранитель. Возможно, профессорской дочке придется выдержать финальный бой с Калединым и Алисой… но шоу, скорее всего, не состоится… мудрая мамбо вывела сумасбродную парочку из игры. Они озабочены избавлением от заклятия, а не охотой на «грабителя могил». В запасе есть и другой вариант. Каледин вовсе не дурак… он поймет (думается, уже понял) — чтобы найти повелителя, терзающего куклу, требуется прилететь на Гаити… Ну что ж… интересная у них будет встреча. Правда, недолгая.
Связной оскалил было зубы, но сейчас же нахмурился. О п л а т а, которую мамбо потребовала за свои услуги. Как ей такое пришло в голову? Черт возьми — старуха выжила из ума… миллион евро предлагал, бешеные деньги в нищей стране — нет, отказалась. Деваться некуда — Мари-Клер получит то, что желает ее сумасбродное сердце. От мамбо зависит многое… практически ВСЕ. Сам связной ни за что не смог бы достать редчайшие артефакты — из дождевых джунглей Западного берега Африки… не говоря уже про правильность колдовского обряда. Да и зачем волноваться? Срок расплаты — долгий, за это время, глядишь, бабуля вполне успеет отбросить коньки.
По крайней мере, он очень на это надеется.
А вообще — может ли Мари-Клер умереть сама, если она настолько властна над смертью? У него на глазах она подняла мертвую дочь профессора; тело покойницы он доставил к митану в чемодане. Оказалось проще, чем он думал — сначала оформляется официальный «вывоз на похороны», а уже на самом Гаити… здесь все нормально, труп в чемодане никого не удивит. Свежий зомби с нетронутым мозгом — сюрприз для любой мамбо. Фактически в такой труп можно заложить любую программу, с помощью особых ритуалов обязать его подчиняться х о з я и н у. Из Мельниковой сделали существо, способное заменить отряд спецназа — машину смерти с холодным разумом, одержимую жаждой крови.
Он знал профессора давно — представители элиты обожают лечиться у докторов-знаменитостей. Сразу после похорон семьи связной нанес ему визит — они беседовали целых пять часов. Обезумевший от горя доктор задумал клонировать жену и дочерей, но он сказал ему — есть решение куда быстрее, и намного лучше… Через месяц, когда он предъявил профессору «воскресшую» дочку, из мужика можно было веревки вить. Не пришлось даже уговаривать — тот сам согласился приехать на Гаити и безропотно принял яд. Так нужно, сказал связной, чтобы «настроиться на одну волну с дочерью». Тут-то они с мамбо и прокололись. Нет претензий, Мари-Клер сделала работу качественно: спустив через горло кровь, забальзамировав тело травами и ромом, старуха удачно превратила профессора в ходячий труп. Одного не учли… Доза яда оказалась столь сильной, что токсины повредили мозг. Связной перевез доктора в Москву, поселил обратно в квартиру; профессор жил уединенно, гостей у него не бывало — друзья привыкли к затворничеству после автокатастрофы. Мельников говорил своим обычным голосом, в нужные моменты смеялся и действовал как робот, подчиняясь любым приказам. Для под держания контроля над зомби, по рецепту Мари-Клер, он устроил в комнате хунфор. Этот метод помогает «включать» и «выключать» труп в нужное время.
Мертвый Мельников выполнил свою часть работы: звякнул в Святогорский монастырь и попросил отца Иакинфа, коего не видел 20 лет, пустить на могилку «одну поклонницу». Все прошло без сучка и задоринки. По плану Мельников и его дочь должны были охотиться за артефактами вместе — два монстра всегда лучше, нежели один. Связной не учел, что зомби легко подчиняется создателю, даже на солидном расстоянии… и Мари-Клер заставит труп доктора танцевать под свою дудку. Когда один хозяин отдает зомби приказ, второй не может его отменить. О'кей, любой на этом свете ошибается. Он не сказал мамбо ни слова в упрек, лишь попросил советоваться с ним… в экстренных случаях. Надо было заранее, до начала операции, заказать церемонию с куклами, но… все крепки задним умом.
С профессором в итоге пришлось расстаться, а вот девица еще послужит, хоть и серьезно пострадала при штурме собора Иоанна Крестителя в Турине — сломаны два ребра, пули разорвали печень, раздробили лопатку.
Да, там было опаснее всего. Предвидя жаркую схватку, он попросил Мари-Клер выделить пять своих слуг для этой атаки, в качестве смертников. Печень зомби не нужна — а вот с костями вперемешку ходить тяжело. Но если машина не угроблена вконец, ее чинят — он отправил девушку в окрестности Гонаива на капитальный ремонт, умелица Мари-Клер вставит в ее тело кости от других трупов. Интересно, девка догадается, что она мертва? Зомби ничего не знают о себе. Они не трупы, нет… люди, не помнящие прошлого.
Связной, обрюзгший человек с седыми волосами, неряшливо одетый, обладатель пивного брюшка, еле поднялся из кресла — это сложно дается располневшим людям. Глянув на часы, прикинул время до отлета. Слава богу, осталось уже недолго, Каледин и Алиса ничего не успеют. Ладно, пора заняться сборами чемодана. Путь неблизкий, а вещей требуется взять прилично — одних антисептиков с полкило. Карибы — опасное место…
…Примерно в двух кварталах от дома связного, на втором этаже замка Бутырской тюрьмы пребывал объект его мыслей — надворный советник Федор Каледин. Стоя посреди узкой камеры Хабельского, он созерцал стены, насвистывая печальную Feuer und Wasser. Комендант находился рядом — больше всего он напоминал студень, непонятно почему украшенный полковничьими погонами. Тюремщик беспрестанно трясся, вытирая лысину платком — под черепной коробкой вспыхивали красочные картины последствий, включая разжалование и поездку в Сибирь. Моргнув, Каледин вздохнул — тяжело, как дышит уработавшаяся за день ломовая лошадь.
— Полковник, — попросил он, — не откажите в любезности, дайте тряпку.
Комендант, не думая, поспешно протянул ему мокрый от пота платок. Каледин протер сиденье раскладного стула и сел. В глубине души он возносил молитвы об одном — только бы колдун сейчас не взял иголку.
— И как давно это случилось? — с грустью поинтересовался Федор.
Теперь вздохнул уже комендант — набирая воздух в легкие.
— За час до вашего приезда, — жалобно сказал он. — Я вам звонил, но…
— Знаю, — оборвал его Каледин. — Я был недоступен… Как ему удалось?
— Он нас обманул, — пролепетал комендант. — Словно переродился после беседы с вами. Сказал, что будет требовать досрочного освобождения. Затребовал стульчик, гербовую бумагу и ручку — написать апелляцию, а потом… Раскрошил зубами пластик от очков, и вот… сами видите-с.
Казалось, в «одиночке» нет живого места: она вся была покрыта пятнами багрового цвета, и Федор даже изумился — разве в одном человеке может быть столько крови? Похоже, он прыгал по камере или танцевал… Танцевал — и резал себя осколками. В считанные секунды зэк истек кровью. Сам Хабельский сидел на нарах, прислонившись к стене — мертвое лицо в красных брызгах застыло в улыбке. Сначала он перерезал артерии на обеих руках, а затем — яремную вену. Большие красные буквы над головой струились вниз загустевшими каплями, образовывая послание мертвеца:
ДО ВСТРЕЧИ, КАЛЕДИН!
— Стоило вам покинуть Бутырки, и он сказал, что вы обязательно снова приедете, — отводя глаза, пробурчал полковник. — Наверное, уже знал, на что пойдет… сволочь. Чего теперь прикажете делать, ваше высокоблагородие?
Федор поднялся со стула, возвращая коменданту окровавленный платок.
— А что тут сделаешь? — пожал он плечами. — Тащите в морг.
…Городовые на крыльце изучали его пропуск «на выход», когда экран сотового показал красного чертика с вилами, заливаясь пронзительным визгом. В такие моменты умудрялась трезвонить исключительно Алиса.
— Я вся в сборах, — затараторила она. — Посмотрела на weather.yahoo погоду. Придется купальник взять… бикини, конечно… там ведь пляжи и жарища…
— Ты лучше гроб захвати, — посоветовал Каледин. — Учитывая, в какой мы оказались яме со всем этим колдовством — он тебе скоро понадобится.
— Я звякнула Муравьеву, — обиженно засопела Алиса. — Он обещал помочь с доставкой багажа в аэропорт… сказал, выделит урядника Майлова, дабы тот вещи нам дотащил… ты существо изнеженное… а он мужик здоровый, да…
— Вещи? — испугался Каледин. — Сколько же ты их берешь?
— Семнадцать чемоданов, — с достоинством ответила Алиса. — По минимуму, ты не волнуйся… даже если придется умирать, так что ж… должна быть прилична одежда для моих похорон? Ну, а если меня захватят в плен и превратят в зомби… то я желаю быть зомби в новом платье, модельных туфлях, с запахом духов и накрашенным мертвым лицом. Тебя скоро ждать?
Каледин прочитал короткую молитву — в основном там содержались слова благодарности Богу всемогущему, что ему повезло не родиться женщиной.
— Нет, — безразлично произнес он. — Пожалуйста ужинай без меня.
— Что-то не так? — встревожилась Алиса.
— Да, — благожелательно ответил Федор. — Причем все сразу.
Отключив телефон, Каледин грустно подумал: ему не хватает последнего подтверждения собственной догадке. Маленькая строчка черным шрифтом, в скобочках… увиденная в досье, добытом с помощью захмелевшего Кропоткина. Да, все ясно и без нее, но… это соберет полную схему в голове, словно конструктор «лего». Пожалуй, вот т у д а он и поедет.
Прямо сейчас.
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий