Республика Ночь

Глава X
Доппельзаугер
(Подземелья комплекса Кремля)

…Строители подземного зала – с конца XIX века для конструкции данжионов было принято нанимать валашских вудколаков, а также утонченных вампиров из Флоренции – да и сам главный архитектор в своих вкусах придерживались черно-красных тонов. Через рифленые колонны в стиле позднего ампира проглядывали неровные стены, облаченные, как в футляр, в темный гранит с сетью мелких алых пятнышек. По полу с помощью особого аппарата струились волны жидкого азота, делая пространство похожим на эстраду. Продолговатые лампы под потолком, убранным кружевной паутиной (работа брюссельских пауков, выкормленных курскими соловьями), давали мягкий и слабый свет, необходимый для релакса. На стенах красовались имитации силуэтов – известно, что упыри не отбрасывают настоящих теней. Помещение то и дело оглашалось рыком сидящих на цепи леопардов: управление делами Принца Крови заказало их в индийском городе Удайпур. Голая девушка, чьи узкие глаза выдавали принадлежность к азиатской расе, а плечи прятались под каскадом прямых черных волос, внесла на золотом подносе хрустальный бокал. Издавая чарующий запах, в объятиях хрусталя сверкала кровь белых шимпанзе из джунглей Уганды. Пальцы с ухоженными когтями сомкнулись вокруг прозрачной ножки. Покинув кресло с изображением двуглавого дракона, Маркиз закрыл глаза, наклонил бокал к клыкам – наслаждался игрой оттенков. В капельках свежей крови причудливо смешивались ароматы спелого банана, кожуры кокосов и сорванных плодов хлебного дерева. Превосходно, если бы не одно «но»: испробовав человеческую кровь, ты понимаешь, что остальное – суррогат. Не следует также забывать и о пользе натуральных витаминов, питающих мозг. Несмотря на строгий запрет, часть вампиров изредка сосали кровь друг у друга. Но это было лишь слабым напоминанием давно потерянного ими счастья.
…Принц Крови, оседлавший чугунную табуретку у подножия Драконьего кресла, испытал острую зависть: по щекам Маркиза пробежала судорога наслаждения. Дряхлый, но крепкий Маркиз принадлежал к клану доппельзаугеров, весьма опасных германских вампиров: в старину они питались не только кровью, но также не брезговали и филе молодых женщин. Уже тогда, во времена Тевтонского ордена, этот клан подчинил племена низкорослых болотных упырей, обитавших в дремучих лесах у нынешнего Санкт-Петербурга. Родом из этих племен были пращуры и Принца Крови. Сам Принц считался высшим существом, носил корону супермастера Московии, однако всецело зависел от капризов могущественного Маркиза – ибо не мог существовать без жидкости, текущей в венах доппельзаугера. Закинув за плечо полу черного плаща с бархатным воротником, облизываясь, Принц Крови следил за витиеватыми дорожками крови: они струились сквозь небесно-бледное, почти прозрачное горло старого Маркиза.
– Дай глоточек, а? – попросил он, ненавидя себя за жалобный тон.
Маркиз с величайшим трудом оторвался от бокала.
– С какой стати? – буркнул он, облизывая залитые красным губы. – У меня это необходимость – иначе клетки серого вещества не получат нужной живости перед принятием решений. Тебе-то, милый, зачем? Элитная кровь дорогая, а в кризис нужно экономить. Доллар сегодня – уже сто целковых. Экономика в такой заднице, сидишь под гранитом и думаешь: как бы вампирьё не вломилось в Кремль с колами. Ты наших упырей сам знаешь. Пока цены на кровь растут, уровень смерти расцветает, все зашибись. Ну а если сосать нечего, сразу найдут, кому серебра вставить в глотку. Нужно на Дракулу уповать: совсем зло забыли, а теперь жалуемся – ах, Ад нас оставил!
Бокал звякнул донышком о поднос – девушка ослепительно улыбнулась. Принц Крови подумал, что религиозность в последнее время в большой моде. Маркиз ранее считался заядлым атеистом, но вот уже полвека, как завел личного жреца и не вылезает с черных месс.
– А почему на мне-то экономить? – трепеща, спросил он.
– Да ты и так на всем готовом, – отрыгнул кровь Маркиз. – А иначе что? Сидел бы без меня в адвокатской конторе, занимался исками по дележу имущества где-нибудь в Карпатах. Там как раз на один домик претендует сотня упырских семейств из нескольких поколений. Мне твое назначение вообще легко далось. Каждый упырь хочет быть Принцем Крови, особенно родственники Цепеша по мужской линии: набились в кабинет, манускриптами трясут. Жаль, что ТВ не изобрели раньше, мы бы всех охотников над вампирами еще пятьсот лет назад разогнали. Обрушить дуракам рейтинг, и всего делов. Как просто – показал ролик, где ты разливаешь гемоглобин всем желающим, и Тайный совет единогласно избирает тебя Принцем Крови. Определенно я за технический прогресс.
Принц Крови уныло уставился на повиливающие ягодицы уходящей служанки. Ревнивица-жена давно смирилась, что официантки в подземных чертогах Кремля прислуживают голыми. Ничего не поделаешь, протокол.
– Что с трубоартериями будем делать? – перевел он тему. – Запад волнуется. Уже говорят, мол, ненадежные мы партнеры, незачем у нас кровь покупать.
Маркиз пренебрежительно оскалил клыки.
– Слушай, ты чего, Запад не знаешь? – захохотал он, придавая смеху демонические нотки. – Они за дешевую кровь кого хочешь сдадут. Правильных вампиров в Европе уже давно не осталось, это все блатная романтика, битые молью легенды про юношей бледных со взором горящим. Действительность сурова. Во Франции или Британии никогда не водилось стоящих вурдалаков. Ученые до сих пор ломают копья, кто был первым вампиром на Земле? Нет, я, конечно, одобряю расхожий попсовый термин «Московия – родина клыков», но между тем и правда – классический вампиризм а-ля Дракула зародился в Восточной Европе. Тысячи лет прошли, а мы до сих пор не знаем самого важного. У кого выросли клыки? Кто придумал сон в гробу? Какое существо укусило в схватке врага, заразив его порфирией? Ни одно исследование не показывает этого со снайперской точностью. Хоть генетика, хоть биология – хромосомы перепутаны, как в салате. Может, и хорошо. По справедливости, самый первый клан должен править планетой – как наследники лорда-основателя. Неважно. Зато никто не оспаривает, что легенды о кровососах появились в среде германских славян, поляков, сербов и русичей… Западу стыдно признать проигрыш. Представляешь, вчера палата упырей Британии проголосовала, чтобы людей уравняли в правах с вампирами. Благодарение злу, людей уже нет – иначе бы я умом тронулся.
На чугунном столике (в качестве его опоры служили паучьи лапки) зазвонил телефон – точнее, застонал голосом девственниц. Принц Крови протянул было руку… и отдернул ее под красноречивым взглядом Маркиза.
– Вот-вот, – размеренно произнес тот. – Помни, я за это бью. Потом опять пальцы посинеют. Будь умницей, а то никакой подпитки не получишь.
Сняв трубку и сказав «алло», Маркиз почти сразу замолчал. Внимательно слушая, изредка бросал в воздух звуки вроде «ага» и «угу». Закончив беседу фразой «я перезвоню», он обратил бледное лицо к собеседнику.
– На Дальнем Востоке опять проблемы, – прошипел доппельзаугер, расширяя зрачки. – Упыри местные возмущаются вводом пошлин на поставку заграничных летучих мышей самых популярных пород. Обещают митинги. Оно, конечно, выгодно: съездил в Японию, взял мышь, растаможил, продал вдвое дороже. Но нашим-то фермам, которые мышей разводят в Самаре, что делать? Их и так покупать не хотят, накроется отечественный производитель.
– А они не пробовали толковых летучих мышей разводить? – Принц Крови хмыкнул, приглаживая уголок воротника. Динамики под потолком вспучились, издав сдавленный хрип: включился Equilibrium. – Такая ведь халтура – не приведи Дракула. Слепые, ноги трясутся, хвост отваливается, когти скребут. Новую мышь купил – веди к ветеринару, чтобы тот ее до ума довел, шерстку пригладил да блох вычесал. Ощущение, что они этих мышей с козлами скрещивают. Двадцать лет уже ждем, пока отечественный мышепром на ноги поднимется, а менеджерам по фигу мороз. Как разводили барахло, так и разводят. Ну а куда кровососу без мыши? Уважающий себя упырь должен такую иметь: это дедовская традиция, тем самым мы и отличаемся от людей. Конечно, никто не любит отечественных мутантов покупать. Хоть бы породу улучшили за это время, так нет – с детской настойчивостью клепают стада убогих мордоворотов…
Маркиз, развернувшись, отвесил Принцу Крови подзатыльник. Затем, не делая паузы, – и второй, и третий. Вампир остался на месте, однако сильно втянул голову в плечи: из воротника наружу сиротливо торчали уши.
– Тебе кто тут вообще клыки скалить разрешал? – осведомился Маркиз. – Смотри, мне ничего не стоит другого Принца Крови завести, вампиры даже и не заметят. Время сейчас экономически тяжелое, неудачи на кого-то свалить надо. Кровь по всему миру неприлично подешевела, а у нас на кровеносных станциях она дороже и дороже. Доллар почти в золото превратился. Хорошо еще, что рейтинг стоит. Ты мой рейтинг видел?
– Да, – еле слышно сообщил побитый Принц Крови. – Много раз. Правда, в последнее время, если верить социологам, этот ваш рейтинг как-то обвял…
Он зажмурился, ожидая подзатыльника.
– Ой, а ты ведь прав, – задумчиво сказал Маркиз, погладив подлокотник драконьего кресла. – Что-то скуксился рейтинг. А ведь еще недавно – как все было славно. Цены на кровь растут, я прямую линию провожу с вампирами: звонят пенсионерки-вурдалаки аж из Сибири, благодарят за счастье и успехи в экономике. Девушка даже соединилась бурятская: типа она лесной вампир, живет в деревне и очень хочет приехать на черное дерево в Кремле, череп на веточку повесить и желание загадать. Едва-едва оппозицию придушил: задолбали эти кланы трансильванцев и поляков, учащие всех и вся, как кровь правильно сосать. Дело в том, дорогой Принц, что есть небольшой секрет. Когда денег много, управлять Московией каждый дурак способен. А вот если в карманах пусто, наступает откровенная жопа. Самое умное решение, что изобрели, – это заказали жрецам черную мессу во всех храмах Дракулы, дабы цены на кровь опять сделались по сто пятьдесят баксов.
Из шести каменных каминов взвилось пламя, возвещая о начале мессы. Пора было спускаться в подвал поблагодарить демонов Ада за дарованную ночь и окропить алтарь жертвенной кровью. После – поплавать в бассейне под Грановитой палатой, он был встроен туда недавно, для восстановления сил.
– Эх, и славная же смертушка раньше была… – взгрустнул Принц Крови. – Помнишь средние века? Никаких кровяных бирж, курсов валют, сырьевой экономики. Надо кушать – пойдешь в город и поохотишься. Технично все сейчас стало как-то, без души: отсутствие романтики абсолютное. Каждый вешает дома искусственную луну, держит в клетке летучую мышь, создает фальшивое ощущение охоты после трудного дня в офисе. У меня уже лет сто в предвкушении крови клыки не чешутся. В XXI веке скучно быть вампиром.
Маркиз не ответил: по этому пункту он был солидарен.
– Мессир, но что мы будем делать, если начнется бунт? – дальновидно поинтересовался Принц Крови. – Мы слишком долго рассказывали упырям о Великой Крепости в черных горах, где хранятся миллионы бочек с кровью на случай экономического кризиса. Не объявлять же им правду, что никакой Крепости на самом-то деле нет, а бабло мы благополучно потратили на себя.
– Это как раз легко решается, – лениво, хотя и не без тревоги, заметил Маркиз. – Вызываем отряды диких таежных вампиров – они за лишний стакан плазмы съедят любого, настоящие звери, носферату за пояс заткнут. Ты знаешь, мне иногда становится жаль, что мы перекусали всех людей. Не так уж сложна проблема, если имеется общий враг.
Принц Крови скакнул на табуретке поближе к Драконьему креслу. С потолка на серебристой нити спустился крупный паук с узорами на брюшке и тут же забрался обратно – телефон дрогнул от нового стона. Маркиз посмотрел на аппарат, прикусив белую нижнюю губу. Он ожидал плохих новостей.
– Может, я сниму? – с затаенной надеждой спросил Принц Крови.
Усмехнувшись его наивности, доппельзаугер поднес к уху трубку.
…Новость оказалась не то чтобы плохой – она была УЖАСНОЙ. Только что в СВБ потеряли связь с секретной лабораторией в Подмосковье, производящей биологическое оружие. Если выведенные химическим образом образцы белого ужаса похищены из хранилища, грозят вещи куда хуже экономического кризиса. Бесконтрольное распространение образцов обещает вылиться… в Армагеддон всей цивилизации кровососов.
– Что-то случилось? – встревожился Принц Крови.
– Ничего, – злобно перебил его доппельзаугер, нажав кнопку сигнализации.
По подземельям разнесся радующий душу механический волчий вой: всюду включались черные лампы, символизируя экстремальный уровень тревоги.

 

…Примерно в полусотне километров от Кремля ушастый, стоя на коленях в окружении боевиков (в черных масках, с автоматами), руками в защитных перчатках разгребал окутанные дымом останки ученых. Сам того не ведая, Радж слил ему такую информацию, о которой носферату не мог и мечтать. Все правильно. Средство белый ужас производилось на замаскированном объекте: здесь даже охраны толком не было, она бы испортила легенду, привлекла опасное внимание и породила ненужные слухи. И в самом-то деле – какая может быть охрана у обшарпанного учреждения с потертой вывеской «Плодо-овощная база», где стилизуют под кровь свекольные и клюквенные соки для вампиров-вегетарианцев? Трех офицеров СВБ, работавших сторожами, его гвардия уложила серебром на входе, с учеными тоже не пришлось возиться. В небольшой лаборатории – стерильные, слепящие чернотой столы и стены, шкаф со скафандрами, очищающий раствор и особая, обогащенная витаминами кровь в баллонах – ее выдают «за вредность». Еще бы – неизвестно, что станет с сотрудниками, упади на пол капля сжиженного средства. Руки в толстых перчатках потеряли чувствительность, но ему удалось нащупать искомое – плоский ключ под залитой чем-то липким реберной костью руководителя секретной лаборатории. На ключе был выгравирован код; прочитав цепь из цифр и букв, носферату приблизился к сейфу. Толстые стальные стены ящика могли бы выдержать прямое попадание ракеты, но все оказалось бесхитростно. Сначала набор кода, потом жужжание открытой дверцы, и ключ, вставленный в бокс внутри самого сейфа. Из железного нутра бьет в нос теплым металлом и облезлой краской. Алкаш-собеседник не обманул Раджа. Вот и он, небольшой прозрачный сосуд из оргстекла, похожий на водочный графин с узким горлом. Стиснув донышко тремя пальцами, ушастый поднес «графин» к лампочке, тихо и благоговейно рассматривая содержимое. Лаборатория работала над белым ужасом три последних десятилетия, к его воспроизводству были подключены лучшие умы Московии… сгоревшие кости которых сейчас трещали под ботинками боевиков в масках. Именно это он безуспешно искал на Вампирском рынке, запрашивал у подпольных торговцев в Китае, дебрях Африки и чилийских Андах. Средство, выведенное путем долгих мутаций и скрещиваний, представляло страшную угрозу: оно было в тысячу раз опаснее, нежели его прародитель, сожженный много лет назад. Раздался негромкий хлопок: боевик в черном выстрелил в камеру видеонаблюдения. Форма топорщилась на его груди, облегая загадочное приспособление – бугристую ленту, похожую на связку сарделек, ее пристегивали к телу два кожаных ремня. Такими же лентами были оснащены и остальные – носферату настоял на этой странной экипировке.
Ушастый не повернул головы – он не мог оторвать глаз от графина. На стеклянном дне покоились три крупных, сочных головки белого чеснока…
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий