Республика Ночь

Глава VIII
Вкушение из вен
(Глубоко в кремлевском подземелье)

…Широкий «боярский» стол из орехового дерева в обеденной комнате Кремля плотно облегало черное полотнище с красным профилем Дракулы. Фарфоровые гжельские кости от обшивки престижных гробов, звеня, болтались по краям скатерти. Посреди стола находилось стеклянное приспособление, чем-то похожее на большой арабский кальян. Низ у него был пузатый, как у коньячной бутылки, а верх, напротив, – узкий и вытянутый. Из «брюха» кальяна в разные стороны расходилась дюжина витых, змеевидных трубочек: любая из них заканчивалась тонкой иглой. Каждая игла, в свою очередь, торчала из вены жертвенного упыря – всего их насчитывалось двенадцать, облаченных в строгие черные костюмы, словно они явились на собственные похороны. Нудно благоухая ароматами лучших парижских бальзамов, жертвы лежали на золотых подносах, обложенные свежей, истекающей каплями крови утиной печенью. Их воротнички были белы до идеальности, а галстуки – безукоризненны, веки закрытых глаз судорожно подрагивали. Часы из зеленого алебастра пробили обеденное время. Вальяжно утопая в мягкости пышных кресел, Маркиз вкупе с тихим Принцем по графику кушали кровь из вампирской оппозиции.
– Честно говоря, сегодня не очень, – заметил Маркиз, не скрывая досады. – Ты не находишь, что какая-то худосочная оппозиция пошла? Вот раньше были – просто звери, да? Ты на него только посмотрел, а он уже бросается: ну кабан натурально, кровь с молоком. А эти чего? Не упыри, а тюльпаны.
Принц Крови причмокнул губами – венозная жидкость устремилась вверх по трубочке, прикрепленной к локтю 45-летнего мужчины: его лицо опухло от пребывания в морозарии (косметическом устройстве, отбеливающем мертвую кожу). Тот конвульсивно дернул щекой, но не пришел в сознание.
– Ты ж их сам такими сделал, – простодушно заметил Принц, облизав палец. – Жаловался, что построению суверенного вампиризма мешают. Сначала переливаний заграничной крови лишил, а местную-то кто даст? Тебя все бизнесмены боятся: вот они и захирели, бедолаги. Конечно, чего тут есть? Второй час сосу, а кровь струится еле-еле. Чувствую, голодными уйдем…
Маркиз вдохнул воздух из трубочки: щеки втянулись внутрь. Он пытался угоститься из артерии упитанного существа, по виду – экс-премьера, однако кровь из оппозиционера так и не пошла. Упырь со следами морозария сонно перевернулся, подмяв под себя куски печенки. Из кармана пиджака торчала газета с заголовком: «Борис Бладсакер хочет назначения графом Сочи!».
Принц Крови прикрыл глаза, высасывая гемоглобин из Бладсакера. Ему везло.
– А действительно… давай его назначим, – предложил он, сплюнув сукровицу. – Подумай, в сущности, чего мы теряем? Этот тупой олень угробится на строительстве объектов для Зимних вампирских игр. Там же ужас сколько всего надо воздвигать. Ледяные пещеры по чемпионату бега от охотников с серебряными пулями. Бассейн для фигурного плавания в крови. Да и кровь требуется дорогая, лучше всего от чернобурок – ты знаешь спортсменок, они в порошковую не полезут. Ну, и гонки на санях, запряженных летучими мышами: очень важная вещь, там крутые финансовые ставки делаются. Азарт огромный – даже альгули из Аравии и Эмиратов скопом приезжают.
– На чемпионате бега все золотые медали получит армия Грузии, – оскалил клыки Маркиз. – В остальном же – не имею желания. Этот Бладсакер меня так хаял в своих кампаниях… даже человеком называл, представляешь?
– Да не может быть… – поперхнулся трубочкой Принц Крови.
– Уууууу, – протянул доппельзаугер, словно волк при виде луны. – Это еще далеко не все. Бладсакер потом имел наглость рекламный клип залить на youtube… я изображен в виде ангела – неслыханное хамство. Короче, не верю я ему… он ничем не лучше меня! Если завтра к власти придут люди, наш Бладсакер первый будет орать, что всегда был скрытым человеком, подкладывал в Кремле на обедах в суп серебро и спал с Библией под подушкой. Ты видел лозунг его партии? «Вампирская свобода». Я тебя умоляю, кто в Московии вообще имеет понятие о свободе? В здешних пещерах все издавна держалось только на авторитете вампирских кланов. Свобода – фальшивый лозунг, придуманный для удобства сосать кровь.
…Принц Крови задумался над ответом. Сменив трубочку, он натужно опустошал вену коренастого, низкорослого вампира с бородавкой на лысой голове. Кожа существа носила пугающе красноватый оттенок, словно оно только что вернулось с посиделок в сауне. На лацкане пиджака была приколота булавка с золотым серпом и надписью: «Тьма, вампировластие, сосиализм». Синяя вена издала всхлип, уподобляясь сломанной флейте.
– Ты непоследователен, – заметил Принц Крови, гладя покрытую синяками руку. – Для чего барона Черных назначил графом Вятского замка? А уж он-то против тебя кланы как поднимал… как ярился… говорил: вампиры мы иль не вампиры, что терпим власть безродного доппельзаугера? Мол, весь его успех лишь в кровяном буме, а сам он на поверку чистый человек. И в волка уже восемь лет не обращался, в Дракулу не верит, а заместо крови пиво пьет. Мы барона только белым пиаром замочили: нашли в родословной, что дядя был священником. ТВ такой отличный скандал устроило! А теперь пожалуйста – упырь Черных купается в славе, Маркиз оказал ему великую милость, пожаловав в вечное сосание Вятское графство. Стыдно же, блядь…
Маркиз передвинулся к вурдалаку восточной внешности, с горбатым носом, его костюм был раскрашен шахматной клеткой. Потеребив «кальян», тайный властитель Московии с трудом высосал из упыря пару капелек крови.
– У клана носферату есть поговорка, – ухмыльнулся доппельзаугер. – Если у тебя нет глаза, выцарапай его у другого. Почему ты так не поступишь? Возможно, наличие третьего ока поможет тебе увидеть мою цель. Мне не жаль подарить Черных графский титул. Он от графства оставит рожки да ножки, а мне только того и надо. Ты в курсе, кого он позвал в помощники? Марианну Хейдар. Ее папа прославился тем, что за один-единственный год выпил кровь из всех старушек, инженеров, научных работников и армейских офицеров, вместе взятых. Смекаешь? Вот девица им шухер-то наведет.
– Ужас какой. – Принц Крови пошел красными пятнами. – Да, клан Хейдар – один из самых крутых в стране: они кровь как лимонад кушают. Одно я тебе скажу, великий Маркиз, разве тебе хоть чуточку не жалко вятских упырей?
– А, – отмахнулся доппельзаугер. – Чего их жалеть-то? У меня рейтинг падает: вот пусть прямо на них и упадет. Кроме того, это психологический тест для вурдалачьей психологии. Я проверяю – если предложить вампирам, желающим меня порвать, графский титул, бесплатную кровеносную станцию, бабло и служебных летучих мышей… интересно, хоть кто-нибудь откажется?
Клацнув зубами, Принц Крови смачно откусил утиной печенки.
– Да ты че, совсем дурак, что ли? – прямолинейно спросил он. – Разве есть в этом мире вампир да в здравом уме, который кровеносную станцию не возьмет? В политику идут натуральные упыри, замшелые от древнего зла, вегетарианцам здесь не место. Если ты априори не готов вариться в дворцовых интригах, сосать кровь из конкурентов даже во сне, с таким тухлым настроением тебя и статистом в провинциальный театр не возьмут.
– Я, по-твоему, дурак? – строго хлюпнув кровью, поинтересовался Маркиз.
Бросив трубочку на скатерть, Принц с проворством нырнул под стол. Доппельзаугер, однако, не бросился вслед за ним. Минимум скушанной крови расслабил Маркиза, его одолевала вязкая пятиминутная дремота. Вытерев щеку пиджаком одной из жертв, доппельзаугер подвинул к себе золотое блюдо: на нем, разбросав печенку, вяло ворочался лысый упырь – с синевой на бритых щеках, в смокинге английского покроя. Кровь не шла, и доппельзаугер хлопнул лысого по брюху. Когда из трубочки неохотно закапала жидкость, Маркиз смешал ее в коктейль с березовым соком.
– Вылезай давай, – устало пробурчал он. – Надо допить. Меня мама еще с детства приучила, пока от охотников за вампирами в пещерах прятались. – Ненавижу, когда даром пропадает кровь. Но определенно ты наглеешь. Ничего, кризис закончится, я погляжу: кто из нас станет Маркизом, кто Принцем Крови, а вот кто поедет инспектировать серебряные рудники.
…Принц Крови вылез из-под стола в легком смущении. Помня быструю реакцию доппельзаугера, болотный вампир предпочитал держаться подальше.
Выжав досуха, как прачка белье, дряблые вены пожилого упыря с поэтической бородкой клинышком, он по-хозяйски налил себе чашку кофе.
– А что выяснилось с людьми? – нюхая аромат, без надежды спросил Принц: к госсекретам его не подпускали на дальность полета серебряной пули.
Маркиз, взявшись за десерт (сгущенная кровь с молоком), задумался.
– Специалисты сыска землю роют, – сообщил он, проливая на клык густую и темную сгущенку. – Но пока – никаких следов вообще. Подозрительно. На полицию надежд мало: там нет хороших специалистов. Они только и умеют, что проверять «печати зла» у брахмаракшасов и куанг-ши – трясут с них бабло за незаконное пребывание в Московии. Вдобавок пьют как лошади. Один дурак вообще в супермаркет дневной явился и давай серебряными пулями шмалять направо и налево – крови со спиртом перебрал, крыша съехала. Да и как заставить спецслужбы ловить мифических существ? Вызываю архимага департамента полиции, делюсь информацией: мол, атаку на лабораторию совершили люди. Он на меня так посмотрел… И, самое грустное, я его понимаю. Представь, если к человеку поступит шифровка: «Атомная бомба захвачена группой леших под командой Бабы Яги».
Заслушавшись, Принц Крови едва не упал в блюдо с оппозицией.
– Сурово, – кивнул он большой головой. – Вот я и боюсь: как говаривала моя бабушка, принеся на ужин сочного дровосека, «это еще хрящики, а косточки впереди будут». Вчера по спецсвязи мне позвонил Мастер Ужаса, порадовал несказанно: они в Вашингтоне уже ВСЕ знают… Спутник-шпион зафиксировал нападение на базу в Подмосковье. Их напугало, что модифицированный чеснок оказался в когтях неизвестных упырей. Союзу графств везде чудятся альгули. Еле успокоил. Расстались вроде мило, я обещал, что контейнеры с чесноком не пересекут границы. Однако в ту же ночь их ракеты были нацелены на Москву. Не удивлюсь, если ты в ответ прикажешь перенацелить комплексы «Сильвер» в Санкт-Петербурге.
Маркиз ничего не ответил – он с урчаньем терзал жилы бледного запорожца: упыря средних лет, с кудрявыми волосами и мешками под глазами. Этого оппозиционера ему обычно подавали не с печенкой, а с яблоками. Кровь, впрочем, давно закончилась – сочилась сукровица.
– Я читал Библию, – затуманенным, полуголодным голосом продолжил Принц Крови. – Хвала электронному формату, теперь можно вникать в идеологически вредную литературу, не боясь облучения. Нашел там интересную вещь. Глупые люди верили: однажды придет конец света. И я задумался: а что такое Апокалипсис для вампиров? Тяжело размышлять, когда ты мертвый, но в то же время – живой. Мысли о гибели не приходят. Зачем? И так понятно, что ты и сейночью будешь кровь пить, и завтра, и через миллион лет. А тут – бац, и всех вурдалаков накрывает серебряная пыль или дождь из сока модифицированного чеснока. Тоска скрутила…
Золотые блюда зазвенели – Маркиз отпихнул стол ногой.
– Твоя точка зрения никого не интересует, – весьма невежливо ответил доппельзаугер. – Если я вдруг захочу ее знать, то спрошу тебя… однако толпа вампиров в Кремле и соседних подземельях считает мое мнение единственно правильным. Усвоил? По поводу же людей – я тут подумал… а не надо паниковать. С логической точки зрения, похищение гранул чеснока неприятно и вызывает основательную тревогу. Но, акцентируя внимание на разгроме лаборатории, мы упускаем сенсационный факт. Это ж какой способ появился отвлечь вампиров от экономических проблем, покруче свиного гриппа! А то мы замучились этим свиньям в кормушки табак сыпать, чтобы чихали. Газеты захлебнутся. Обрати внимание: оказывается, люди десятилетиями жили среди нас, шифруясь непонятным образом, да еще и умудрялись размножаться! Даже бизнесмены ничего не заметили. А ведь, учитывая повальное бессмертие упырей, средний контракт на работу в офисе заключается на сто лет. Рассмотрим вопрос трезво. Да, люди похитили средство массового уничтожения вампиров. Так почему розовощекие твари до сих пор его не применили? Вывод: они хотят доли в кровяном бизнесе. Скоро на нас выйдет посредник – представитель людей, а вот уж тогда…
…Стол с золотыми блюдами резко подпрыгнул – подземелье заходило ходуном, содрогаясь в медвежьем танце. С потолка струйками посыпался песок, мешаясь с кусочками облицовочной плитки, дружно лопнули черные лампочки на люстрах. Обескровленная оппозиция зашевелилась, сбрасывая печенку. Соратники не успели опомниться, как последовали два новых удара: в точности один за другим. Стол раскололся пополам. «Кальян» рухнул на пол – трубочки бессильно вытянулись, подобно вялым каракатицам, из прозрачных щупалец растекались остатки сукровицы. В разных концах города поочередно дрогнули, рассыпаясь в прах, – здание Кровяной биржи, павильон блокбастеров «УпырьCinema», храм Дракулы Великомученика на «Красноартерьской». Над грудами развалин поднялось молочно-белое облако чесночного спрея. На асфальте темными негативами проявились тени тысяч прохожих, испарившихся после соприкосновения с гранулами белого ужаса. Эффект каждой капли был сравним со взрывом гранаты – поначалу многие подумали, что в центре города сдетонировал поезд, груженный святой водой. Раненых было еще больше – катаясь от боли, подминая кучи пепла, вампиры с изъеденной чесноком кожей молили о спасении. Дома вокруг заполыхали – жаркое пламя рванулось к небу столбом. Кареты «скорой помощи», чьи бока украшала красная пентаграмма, не имели пакетов с плазмой. Санитары, рыдая от бессилия, подставляли упырям собственные вены. Огонь ревел, поднимаясь сплошной стеной: целые кварталы вампирских гнезд сыпались, становясь пеплом, в воздух, заслонив луну, взлетели перепуганные стаи летучих мышей. Старики в бархатных камзолах, узнав чеснок по зловещему запаху, в страхе распластались на земле, громко взывая к силам Ада. В этот момент из клубов жирного черного дыма, окутавшего горящие руины Кровяной биржи, показалась сутулая фигура – ее костюм тлел, а волосы обгорели. Матерясь, она срывала одежду, рассыпая светящиеся угольки. Вампиры падали ниц, девушки истово целовали нательную пентаграмму. Тлеющее существо представлялось мессией зла, явившимся в Москву из самого Ада. Ибо кто другой, как не сам Влад Дракула, смог бы уцелеть в эпицентре взрыва?
…Однако вампир Ерофеич (а это был именно он) не особо задавался мыслью, отчего ему удалось не расплавиться вместе с другими брокерами. Чесночная бомба в зале торгов на Кровяной бирже рванула в ту секунду, когда Ерофеич, отойдя за угол, наливал в походную стопку свой личный коктейль: 1/10 крови и спирт по вкусу. Любой профессор-биолог запросто объяснил бы Ерофеичу суть его спасения: вечное присутствие изрядного процента водки в крови старика-вампира нейтрализовало действие гранул чеснока. Но профессора рядом не оказалось: дед очумело оглядывался и щупал когтями лохмотья клетчатой жилетки – не стараясь вникнуть в смысл происходящего.
…Больше всего на свете Ерофеича сейчас беспокоило отсутствие стопки.
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий