Печать луны

Глава тридцать шестая
Врата времени
(23 февраля, четверг, Вена)

Женщина с полуседыми волосами, собранными в пучок, в круглых очках на носу и старомодной кофте с кружевами, напоминающая сельскую бабушку из молочной телерекламы, тихонько приоткрыла дубовую дверь, отлично смазанные петли не издали ни малейшего скрипа.
– Alles in ordnung, Frau Trachtenberg? – радушно спросила она.
Строго кивнув, смотрительница прошла по коридору. Все начальство переполошилось, когда пришел факс из главного управления русской полиции – с рыжей дамой следовало быть как можно любезнее. Надо же, фамилия у девушки немецкая, сама, кажется, принадлежит к арийской расе, а говорит плохо – с ужасным акцентом, будто турецкий гастарбайтер. Эти дикие «фольксдойче» в своей варварской России окончательно обрусели.
Алиса внимательно читала текст на английском языке, быстро делая пометки в служебном блокноте с гербом князя Сеславинского. Смотрительница по ее просьбе притащила целый ворох пожелтевших бумаг: не только перевод финикийских табличек из книги, подаренной кайзеру Францу, но и отдельные документы из архивов Вены и Будапешта (бывшего до 1918 года в составе Австро-Венгерской империи) по жестоким серийным убийствам женщин, происшедшим в период с XVIII по XX век. Уже через десять минут Алиса добралась до конца перевода. Этот кусок текста и искал Каледин – по неизвестной причине он не был выложен на сайте архива.
«Слова эти вложены в уста мои Господином твоим, повелителем Вселенной – Баал-Хаммоном. Когда подаришь ему артефакты из четырех ларцов, разрешит он тебе продолжить свой путь – прямо к священным стопам Танит. Приди и поклонись божественному величию пятым ларцом – извлеки из его головы последний артефакт и дай ему вдоволь глотнуть сока Луны. Если Танит благосклонно примет твой дар, то знай – твой час пришел, и врата времени открылись пред тобой. В последний день возьми большую печать Баала – а в центре ее укрепи малую печать Луны. И да зажжется священным пламенем алтарь Баала, и возложишь ты на печать Луны почку, сердце, матку, и печень, и мозг из всех пяти ларцов: и поглотит их Господин твой, Баал-Хаммон, обретя великую силу. И наступит время обряда очищения. Наложи на свое тело смесь пяти бальзамов, исполни танец радости в честь великих богов. Принеси женщину, укрепи веревками чресла и руки ее под крышей, чтобы животворящее лоно ее оказалось над малой печатью Луны. Отвори отточенным клинком ее чрево, распусти душистым цветком упругие перси. Встань под благодатный дождь, купайся в нем и обратись с молитвой к божествам Солнца и Луны. И должна женщина оставаться живой, пока последняя капля бальзама не покинет жилы ее – случись по-другому, не услышат тебя Баал и Танит. И соединятся в эту ночь Баал и Танит, и вольют свою влагу друг в друга – огнем вспыхнут Луна и Солнце, содрогнется Земля от крика Танит и мощи Баала. И вознаградят тебя боги тем, что на 20 лет исчезнут годы с чела твоего».
Алису затрясло. То ли от усталости, переплетающейся с недосыпом и дискомфортом от перелета, то ли от прочитанного – ее начала бить мелкая дрожь. Не в силах сделать новую пометку в блокноте, она с трудом встала и побрела к стоящему в углу кофейному автомату. Нашарив в кошельке монетку в два евро, оставшуюся от полученной с таксиста сдачи, она опустила ее в прорезь мигавшего огоньками автомата. Тот поделился с ней порцией разбавленного эрзац-«капуччино» из порошка. Глотнув кофе из бумажного стаканчика, Алиса привычно обожгла язык, появилось страшное желание запустить стаканчиком в стену. Столько лет уже пьет кофе, и всегда одна и та же история – с первого глотка обжигается. Fuck.
Получается, Каледин опять прав. И почему он всегда прав, скотина такая? Точно к тридцати пяти годам станет действительным тайным советником и камергерский ключ получит – гнусный карьерист до мозга костей. Впрочем, есть один нюанс. Пусть сам Каледин в этом не признается, но без ее ума и способностей он обязательно сел бы в калошу. Почему? Глупый вопрос. Сравнить ДНК нынешнего убийцы и Джека Потрошителя догадалась именно она, и никто другой – а ведь весь департамент полиции голову сломал, тщетно пытаясь выяснить личность маньяка. Эх, подруги Варвары Нарышкиной здесь нет, чтобы похвастаться, какая она гениальная.
Алиса подула на кофе и отхлебнула еще немножко, языку от этих манипуляций легче не стало. Конечно, с первого взгляда может показаться: Каледин, перед тем как выдвинуть версию с Баалом, выкурил пару толстенных косяков. Или даже не курил, а вмазался тяжелым наркотиком по типу ЛСД – только он может давать такие качественные глюки. Несмотря на обилие церквей и государственную программу рекламы православия, верующих сейчас днем с огнем не сыскать. На Пасху все прутся святить куличи, потому как традиция такая, а пост соблюдают лишь из-за моды. Например, продвинутая подруга Варвара Нарышкина, на что уж столбовая дворянка и настоящих митрополитов в роду имеет, и та считает: «пост – это лучшая средневековая диета». Так вот, люди и в современную-то религию не особенно верят, а тут вдруг выплывает Баал из Карфагена.
Она задумалась. А верно, если взглянуть с другой стороны, соглашаясь с мнением Каледина? Что, если символы добра и зла на Земле всегда были одни и те же, просто представали перед своими сторонниками под разными именами? И почему древние религии ублажали зло так же, как добро – причем не в хижинах диких племен, а в развитых городах античных цивилизаций, наподобие Карфагена? Европейцы искренне верят в событие, которое две тысячи лет назад случилось в Иерусалиме, а индуисты считают – планетой управляет бог с головой быка, и почитают коров как священных животных. А другие боги? Бычья голова наличествовала и у египетского Амона (коровья – у Изиды), и у критского чудовища Минотавра, и у греческого Зевса, и у тибетского бога мертвых Ямы, и у персидского бога солнечного света Митры. Почему все могущественные боги, чаще всего – символы зла, изображались именно таким образом – а потом уже их копирайт в виде бычьих рогов присвоил себе Сатана? Пять тысяч лет назад в Палестине появилась нация торговцев и воинов – словно с неба упала. И за считанные годы, возведя среди пустошей каменные города, стала богатой и сильной. Почему им так везло? Кто дал им славу и деньги? Откуда они пришли? Летописи молчат. Племена появились, будто из пустоты. И кто сказал, что боги финикийцев с кровавыми жертвами не были сильнее, чем нынешние?
Если это вообще не одни и те же боги, что и правят миром сейчас…
И соединятся в эту ночь Баал и Танит. Стоп. Как же это она пропустила? Кто такой этот Танит, и с какой стати он должен «соединиться» с Баалом – да еще и «вливать в него влагу»? Алиса подтянула к себе клавиатуру компьютера, стоящего на столе, и быстро напечатала пять букв. От увиденного ее глаза полезли на лоб. Боже милостивый… так это не он, а она … Богиня Танит, супруга воплощения древнего вселенского зла – карфагенского бога Баал-Хаммона, под развалинами храмов которого археологи до сих пор находят обугленные кости. Ее считали одним из лиц, «проявлений» Баала, божества Солнца. И если ее муж с головой быка отвечал за это небесное светило, то Танит как раз управляла Луной… Вот и фотография плиты, найденной среди руин храма «пожирателей душ»: изображение женской груди и финикийская клинопись: «…владычица Танит, проявление владыки Баал-Хаммона… она услышала глас твой, обращенный к ней, и благословила его». Три таблички описывают ритуал обращения к Баалу, а все остальные жертвоприношение Танит.
О чем ее просят? Кто к ней обращается? И зачем?
Алиса доверила свои сомнения поисковику архива и замерла, вчитываясь в появившиеся фразы. Ее лоб прорезали две глубокие морщины. Мотая головой, она переводила глаза на переводы табличек, снова на монитор, еще раз на таблички – и опять на монитор, беззвучно шевеля губами. Вздрагивая, Алиса крепко обхватила плечи руками – ей вдруг стало очень холодно.
Кофейный вкус во рту отдавал противнейшим запахом плесени.
– Господи, – в панике пролепетала она, точь-в-точь повторив слова Каледина, сказанные им сутки назад за домашним компьютером. – Господи…
Голова закружилась, книги понеслись вокруг веселой каруселью. Истерически дернув застежку блузки на горле, Алиса глотнула воздуха. Ну все. Незачем делить квартиру – она все равно отойдет государству, ибо теперь их с Калединым упрячут в сумасшедший дом вместе. В такую версию в полиции уж сто процентов никто не поверит. «Джек Потрошитель намеренно выдавал себя за того, кем он не являлся – ему требовалось обмануть британскую полицию, навести ее на неправильный след», – вдруг вспомнила она беседу в Скотланд-Ярде, и ей окончательно стало нехорошо.
Как в тумане, перед Алисой выплыло испуганное лицо дежурной.
– Мой бог, как вы бледны! – с тревогой воскликнула она. – Вам плохо?
Не в силах ответить, Алиса беспомощно кивнула. Через пару секунд бабушка подскочила к ней с таблеткой (которую та проглотила, как курица зерно – даже не взглянув на нее) и сунула под нос флакончик с нюхательной солью.
– Позвать доктора? – беспокоилась бабулька, прыгая вокруг.
– Нет-нет, спасибо, – слабо улыбнулась Алиса. – Мне уже лучше.
Проверив настольный графин на наличие воды, старушка пробормотала «фефлюхтер вассер» и умчалась в направлении туалета. Чувствуя обволакивающий сердце лед, Алиса готова была заплакать от злости. Всю неделю они ищут НЕ ТОГО человека, которого следует искать. И не они одни. В Лондоне 120 лет назад пошли по ложному пути, не сумев обойти расставленную убийцей искуссную ловушку. И в Скотланд-Ярде, и в Москве следователи попались на удочку, умело брошенную им Потрошителем.
Почувствовав, как что-то завибрировало и тупо воткнулось в бок, Алиса завизжала от неожиданности – она не сразу сообразила: включился мобильный телефон. За дверью послышался топот, будто неслось стадо слонов – бабушка с графином, вероятно, спешила на подмогу. Не взглянув на дисплей, Алиса схватила мобильник, спешно нажав зеленую кнопку.
– Алло? Федя? Феденька?
– Сожалею, миледи, – раздался из динамика раскатистый баритон. – Но это совсем не Феденька, а ваш покорный слуга из Лондона.
– А, – скисая, ответила Алиса. – Да-да, конечно, сэр. Рада слышать.
– Первым делом, дорогая миледи, я хотел бы выразить соболезнование по поводу отставки вашего начальства, – сообщил Гудмэн. – Мне очень жаль.
– Муравьева и Антипова сняли? – выпятила губу Алиса. – Ну, что поделаешь: все к тому и шло с первого убийства. Но они не мое начальство, я работаю психологом в центре князя Сеславинского – он-то, надеюсь, остался на месте.
– Я тоже на это надеюсь, миледи, – покорно согласился Гудмэн. – Тем не менее, вполне вероятно, эти чиновники поедут на новое место работы – полуостров Камчатка – в течение 48 часов, со всеми своими сотрудниками…
Алиса поняла, к чему клонит Гудмэн. Настроение стало еще хуже.
– Что-то еще? – злобно спросила она.
– О да, миледи, – деликатно продолжал Гудмэн. – Только из-за этого грустного события я не осмелился бы беспокоить вас. Купите сегодняшнюю газету Sun – на первой странице ваше фото, сделанное в аэропорту, и чудный заголовок: «В Лондон прибыл киллер по приказу русского царя». Предполагается, что вы посланы отравить плутонием беженца Ивушкина…
– Забавно, – протянула Алиса, чувствуя, что сейчас плюнет на все приличия – обложит вежливого Гудмэна трехэтажным матом и положит трубку.
– Но самое любопытное, – прошелестел англичанин. – Вы помните, вчера вечером я говорил вам: я отдаю ДНК Потрошителя на повторный, более детальный тест? Недавно мне принесли из лаборатории результаты, они просто сногсшибательные. Нет, разумеется, такая версия УЖЕ возникала среди миллиона предположений, выдвинутых исследователями – но казалась всем чересчур неправдоподобной. В прошлом году об этом сообщала Sun.
Алисе в данный момент ничего не казалось неправдоподобным. Если б ей сказали, что слоны тайно летают по ночам, она поверила бы без колебаний.
– Тогда начинайте сшибать меня с ног, сэр, – устало произнесла она.
Новость, рассказанная Гудмэном, еще пять минут назад заставила бы Алису упасть со стула. Но сейчас это ее совершенно не удивило. Взяв один из казенных карандашей, лежавших на столе, она автоматически, почти не думая, обвела овалом фразу, записанную сразу после прочтения последней таблички. Сложив бумажку, Алиса сунула лист в карман куртки.
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий