Печать луны

Глава тридцать девятая
Чистый ангел
(23 февраля, четверг, Восточная Европа – тоже довольно поздний вечер)

После двадцатого звонка на номер Каледина Алиса, устав слушать фразу «абонент вне зоны действия сети», поневоле пришла к следующим выводам:
1) Федор потерял свой мобильник.
2) Случилось что-то куда похуже.
3) Случилось такое, что просто ужас.
Запаниковав, она позвонила в приемную Муравьева, в оперативный отдел департамента полиции, паре близких знакомцев Каледина, в том числе и Сашке Волину – у каждого из них телефон либо оказался выключен, либо его владельцы тупо не брали трубку. К счастью, волинский сотовый стоял на автоответчике. Алиса торопливо скинула ему информацию для Каледина: где она находится сейчас, что делает и когда планирует прибыть обратно. Продублировав запись, Алиса вспомнила про Лемешева и набрала его номер – тот сразу же откликнулся. После ее сбивчивого объяснения Лемешев поведал: Каледин уехал с опергруппой на квартиру к Волину, и дал мобильник одного из приставов-спецназовцев. Спустя мгновение, услышав в динамике незнакомый мужской голос, Алиса робко попросила позвать Каледина, присовокупив: это «из-за границы» и «очень срочно».
– Да, – взорвал телефон долгожданный тенор Каледина. – Слушаю.
– Федя! – что есть силы закричала Алиса. – Это я! Ты меня слышишь?
– Конечно, – ответил Каледин. – Интересно, для чего так орать? Если бы даже ты в этот момент не пользовалась телефоном, я бы тебя и за сто километров услыхал. Прости, мой мобильный сгорел в машине. Где ты сейчас?
– В Словакии, – не сбавляла децибел Алиса, так, что с ветвей деревьев срывались вороны. – В горах стою, возле одного средневекового замка.
– В горах? В Словакии?! – по тону почувствовалось: Каледин разом забыл про все проблемы сегодняшнего дня. – Я же просил тебя СРОЧНО прилететь в Вену. Знаешь, я тоже путаю улицы, но чтобы до такой степени…
– Я заказала вертолет из Вены и добралась сюда, – вопила Алиса. – У меня же есть служебная кредитная карточка. Всего-то десять тысяч евро, недорого…
– Десять тысяч евро? – охнул Каледин. – А почему так скромно? Лично я бы на твоем месте попробовал полететь в Словакию на космическом корабле, заказав на борт столетний коньяк и лионских устриц на золотом подносе. Стоит двадцать миллионов, но зачем жаться, верно? Деньги-то казенные.
– Не в этом дело, – перебила его Алиса. – У меня пальцы отвалились на таком холоде тебе дозваниваться. Не удивлюсь, если их ампутируют.
– Мне было бы гораздо приятнее, если б тебе ампутировали язык, – огрызнулся Каледин. – Особое огорчение по этому поводу вряд ли кто испытает. А твои сиськи хирургическим путем, видимо, удалили еще раньше. Что тебе сказать? Бог не фраер, он все видит. Днем раньше я тебе не мог дозвониться всю ночь напролет, потому что ты бездумно тусовалась с каким-то британским лордом, теперь ты мне. Все на этом свете относительно.
Алисе безумно захотелось завизжать, что Каледин негодяй, мерзавец и скотина. Что она толком не спала третью ночь, замерзла и устала. И нет чтобы элементарно пожалеть жену, хотя бы даже и бывшую, которая всю себя отдает важному расследованию. Но, увы, Федор явно на взводе и может снова повесить трубку. Поэтому она проглотила обиду по поводу сисек, логично рассудив, что припомнит ее Каледину позднее.
– Я звоню не просто так, – крикнула Алиса, перекрывая вой ветра. – Мне нужно сказать тебе очень важную вещь. Все это время мы ошибались, когда искали Джека Потрошителя. С самого начала следствие шло по неверному пути. Мы даже и подумать не могли, кем на самом деле является убийца.
– Еще бы, – печально ответил Каледин. – Меня тоже как обухом по голове ударили. Два года с ним проработал. Милый юноша, чистый ангел. На трупы просто смотреть не мог, сразу глазки закатывал. Короче, звезда в шоке.
– Что? – запнулась Алиса. – Я не понимаю, о ком ты говоришь?
– А, точно, ты же еще не знаешь! – вспомнил Каледин. – Наш московский Джек Потрошитель – это Сашка Волин, солнце мое. Сегодня днем он пытался меня убить, спихнув с автострады своим «Пракаром», а потом, когда я вывалился из машины – переехать. В его автомобиле нашли половину человеческого сердца, в квартире при обыске – кровь, плюс фрагменты женских трупов. Тихо-тихо. Сначала я тоже думал – парня могли подставить. Но только что Волин персонально позвонил мне по телефону. Я до сих пор в ауте, как будто со мной говорил не он, а совершенно другой человек: спокойный, умный, безжалостный. Волин открылся – он недавно совершил пятое жертвоприношение, и точно, сейчас вся пресса съехалась на Китай-город. Вернувшись с презентации фильма «212», режиссер Андреев-Михалковский обнаружил в квартире труп своей жены, актрисы Милы Мышецкой. Женщина разделана ножом по лондонскому рецепту, плюс вскрыта черепная коробка – весь потолок и стены забрызганы. По предложениям экспертов, убийца забрал с собой часть ее мозга.
– Это не он, Федя! – заверещала в трубку Алиса. – Поверь мне, это не он!
– Успокойся, – попытался умерить ее пыл Каледин. – Я понимаю тебя. Мне тоже было трудно свыкнуться с мыслью, что офицер, с которым я работал бок о бок в конторе, – серийный маньяк, зарезавший десятки женщин. Но ты должна понимать: фактически этот человек – не знакомый нам обоим Сашка Волин. Он, как и те ребята в храме Баал-Хаммона, носит маску, и его настоящего лица никто не видит. Каким образом в его руки попал рецепт от «пожирателей душ», сколько ему лет на самом деле и кто он вообще такой – мы разберемся после. Сейчас единственная цель – не дать ему уйти. После того как я пообщался с ним лично, никаких сомнений у меня не осталось.
– А у меня остались, – не унималась Алиса. – Я не знаю, почему он говорил все это. Но поверь – Волин физически не может быть убийцей. Скорее всего, его заставили разговаривать с тобой силой – дабы он сказал то, что требуется настоящему маньяку. Ты же знаешь, Потрошитель умеет подставлять: убийцу «находит» полиция, и дело закрывают – вспомни того же врача в Амстердаме. Я тщательно изучила в архиве перевод ВСЕХ финикийских табличек. Господи, как мы с тобой не врубились сразу, после перевода первых трех камней? Ну, ты-то ладно, а вот я должна была додуматься.
– Хм… – задумчиво произнес в трубку Каледин.
– Короче, – продолжала Алиса, не заметив зловещего звука. – Я запросила руководство архива, есть ли у них документы по убийствам девушек в средневековой Венгрии? Знаю, знаю – ты уже нашел инфу про Будапешт в турецких летописях. Но, как оказалось, этот случай далеко не первый… Первым был совсем другой, на который ни ты, ни я не обратили внимания. Помнишь, год назад ты принес фильм ужасов из видеопроката? Но мы его не досмотрели, ушли резвиться в спальню. Я думала: интересно, насколько правдива эта история – или ее стандартно извратили в Голливуде?
– Ты даже в спальне об этом думала? – недовольно спросил Каледин. – А потом, видимо, сымитировала оргазм – если голова другим была забита?
– Разумеется, – спокойно подтвердила Алиса. – Я всегда притворялась.
– Ах, так? Если хочешь знать правду – я тоже, – обиделся Каледин.
– Поделись секретом, как у тебя это получалось, – парировала Алиса. – Ты будешь слушать или нет? Я сейчас на ветру в ледышку превращусь.
– Да ты уже давно, – хмыкнул Каледин. – По крайней мере, в постели – точно.
«Сукин сын», – подумала Алиса и второй раз за неделю представила, как она вкусно, словно в замедленной съемке, с размаху бьет Каледина в нос.
– Мне принесли штук двадцать ящиков, набитых гравюрами и пергаментом, – злобно крикнула она. – Отдельным томом – материалы закрытого судебного следствия, проведенного по приказу австрийского императора Матвея Габсбурга. Не знаю, как все это в одной комнате уместилось – думала, буду на люстре сидеть. Серия исчезновений, а потом, как оказалось, зверских убийств молодых девушек в конце XVI века потрясла всю Венгрию. Об этом случае до сих пор складывают страшные легенды, а убийцей пугают детей.
– Заинтригован, – взгрустнул Каледин. – Из этого следует, что Волин не виноват? Грандиозное расследование – реально сенсация. Плюнь мне в глаза, если государь не вручит тебе орден Екатерины в Грановитой палате.
– Федя, – устало простонала Алиса. – Я тебе сейчас все объясню.
– Не мешало бы, – дипломатично согласился Каледин.
– Так вот, – кашлянула Алиса. – Повторяю – Волин никого не убивал. Впрочем, я не исключаю того, что на данный момент он сам уже мертв.
– Почему?
– Потому что убийца – ЖЕНЩИНА.
Ветер, взвыв еще сильнее, швырнул в глаза Алисы горсть ледяной крупы. Слабый фонарь едва освещал ее лицо, со всех сторон окруженное пышным меховым воротником. В темноте за спиной женщины высились каменные башни готического замка – окруженного, как и положено, глубоким рвом…
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий