Трилогия о Хане Соло

ГЛАВА ШЕСТАЯ
НА АЛДЕРААН И ОБРАТНО

Хан не слишком внимательно слушал этого... как его? Короля, в общем.
— Как уже известно многим нашим гостям, Алдераан — мирная планета, на которой воздерживаются от использования оружия. И пока вы у нас в гостях, просим вас уважать наши обычаи и законы. Пожалуйста, оставьте ваше оружие в управлении порта на время пребывания на Алдераане. У нас есть па что посмотреть. У нас искоренены почти все виды преступлений...
Ну да! Держи карман шире!
— Мы не загрязняем окружающую среду. Наши озера прозрачны, воздух чист, а народ счастлив. У нас прекрасные музеи, и мы приглашаем вас посетить их. Обратите внимание па уникальные картины из травы, когда будете над ними пролетать. Наши художники-флористы — величайшие в Галактике. Мы всегда рады гостям и просим приходить с миром. Пожалуйста, соблюдайте...
Пробормотав проклятие, Хан отключил звук и сделал непристойный жест в сторону экрана. Планета, битком набитая честными законопослушными гражданами. «Поверю, когда увижу собственными глазами...»
Через какое-то время записанное изображение Бейла Органы сменил вполне живой диспетчер космопорта. Хан спохватился и включил звук.
— Капитан Драйго с «Илизианской Мечты», — без лишних подробностей представился кореллианин. — Прошу разрешения на посадку. Я был атакован пиратами, мой корабль поврежден, ранен член экипажа. Можно организовать медиков, как только я сяду?
— Разумеется, капитан Драйго, я предоставлю вам приоритет. Мы расчистим для вас место в ангаре четыре-два-два. Следуйте сигналу маяка. Транспорт и меддроид будут ждать вас в ангаре.
— Спасибо.
Вектор сближения действительно позволил взглянуть — пусть одним глазком, слишком занят был, — на картины из травы. И они действительно поражали воображение. Огромную равнину шелковистой, волнуемой ветром и цветущей разными цветами травы украшал исполинский абстрактный узор. Ловко, признал Хан. Интересно, как это они умудрились? И зачем вообще было трудиться? Такую картину не продать, денег на ней не заработать, глупость сплошная!
Планетарная столица, город Алдера, стояла на острове посреди озера, вернее, заполненного водой кратера, оставшегося от давнего столкновения с метеоритом. Внешние склоны относительно молодой по геологическим понятиям воронки поросли травой и деревьями. Озеро, которому было уже несколько тысячелетий, искрилось льдисто-голубой водой под лучами утреннего солнца.
Порт располагался на дальней оконечности острова, и, следуя указанному курсу, Хан прошел над всем городом и совершил посадку на отлично; после общения с яростными воздушными течениями, турбулентностью и обширными грозовыми фронтами на Илизии приземление на планете, которая не отличалась атмосферными изысками, казалось детской игрой.
Как и было обещано, их встречали медики. Спохватившись, Хан отстегнул от пояса тогорианина кобуру, спрятал ее подальше и только после этого впустил медицинского дроида. И даже помог уложить Мууургха на антигравитационные носилки.
— Он поправится?
— Предварительный осмотр позволяет утверждать, что ранение черепа не привело к несовместимой с жизнью травме, — авторитетно заявил 2-1В. — Тем не менее я бы рекомендовал провести дополнительные тесты и анализы. Могу предположить, что член вашего экипажа проведет в нашем стационаре одну ночь.
Хан сдался, наблюдая, как носилки с Мууургхом исчезают в брюхе спецтранспорта, а последний немедленно поднимается в воздух и берет курс на юг.
Заметив неподалеку женщину в рабочем комбинезоне, Соло махнул ей рукой:
— Слушайте, меня тут слегка помяли. Можно прислать ремонтников? Только без тягомотины.
— Если без нее, так я сама могу взглянуть, — предложила женщина.
Хан отвел ее к орудийной башне, затем устроил экскурсию по машинному отделению, где удрученно продемонстрировал раскуроченный гиперпривод.
— По шесть стандартных часов как минимум, — вынесла вердикт женщина. — Но можно начать сегодня.
— Валяйте.
В бытность гонщиком Хан чинил по мелочи свупы и спидеры, но со столь крупным ремонтом не встречался и предпочел переложить его на более опытных работников.
Дождавшись механиков и уступив им поле деятельности, кореллианин задался вопросом: а что ему делать дальше? Связаться с Илизией, видимо. Пусть жрецы побыстрее переведут деньги на ремонт и больницу.
Сказано — сделано. Хан отправился назад в рубку. Его ладонь уже лежала на тумблере, когда в голову юного пилота забрела шальная мысль. «Ми-и-инуточку! Что это я делаю, э? Я тут с грузом самого дорогого спайса и собираюсь везти его обратно?»
Окрыленный идеей, Хан проверил автоматически записывающийся бортжурнал, прослушал собственную передачу и ухмыльнулся, донельзя довольный собой. Раз плюнуть. Всего-то и надо сообщить жрецам, будто весь глиттерстим уплыл к пиратам. Мууургх отрубился напрочь, он и не знает, что было, а чего не было. Он загонит спайс на Алдераане, деньги положит здесь же в банк, а забрать их всегда успеет. Никто и не заподозрит...
Но чтобы не потерять доходное место, придется чуть-чуть расстараться. Он докладывал о точке выхода из гиперпространства, а илизианские жрецы на идиотов не тянут. Они проверят, сколько времени грузовичок хромал до Алдераана. Накидываем еще пару часов, отговариваемся повреждением гипердвигателей и необходимостью нянчиться с их драгоценным корытом.
«Лады. Но на все про все у меня часов пять, не больше. За это время надо дозвониться до начальства, сообщить, что я жив, а корабль — не очень, и договориться об оплате ремонта. Лишние полчаса — и не отмоюсь от подозрений...»
Выудив из шкафчика потрепанную куртку из кожи коричневой ящерицы, Хан по возможности расправил мятый комбинезон и расчесал волосы. «И очень я даже опрятный...» Вспомнилась Дьюланна, которая всегда утверждала, что Хану очень идет, когда его волосы стоят дыбом, словно он какой-нибудь вуки.
Натянув куртку поверх комбинезона, пилот с вожделением и жалостью уставился на бластер, оставшийся от Мууургха.
Глупая планета. Кто-нибудь слышал о мире, на котором запрещено оружие, а? С горестным вздохом Хан оставил «Илизианскую Мечту» на попечение ремонтников.
В повышенном темпе он ушел из космопорта и отыскал бесплатный общественный транспорт, который шел в центр города. Солнечные лучи заливали белые камни столичных зданий, Алдера была симпатичная, чистенькая и роскошная, словно сон. Хан глазел на современные башни, купола, многоуровневые строения, перемежающиеся зелеными террасами. Местные архитекторы выстроили город, следуя естественному ландшафту, не выравнивая холмы и не перекраивая землю по своей прихоти. Город у них получился симпатичный и безыскусный.
По дороге машина бубнила обычный текст автоматических экскурсоводов: «Посмотрите налево, посмотрите направо, обратите внимание на...» Хан прилежно крутил головой и разглядывал музеи, крытые галереи, официальные и правительственные здания, а в конце путешествия — еще и высокие узкие шпили и приземистые купола королевского дворца. Соло криво усмехнулся. Интересно, бродит ли сейчас там, внизу, та принцессочка и живет ли своей богатой и безукоризненной скучной жизнью? Ничего, чуть-чуть везения — и не у нее одной будет всего вдоволь.
Машина продолжила облет столицы, не отклоняясь от заданного маршрута. Высокие здания остались позади, внизу замелькали жилые пригороды.
Хан скрепя сердце признал, что жить здесь приятно: площади с фонтанами, внутренние уютные дворики, роскошные особняки, чистые тротуары, прилично одетые прохожие. Все прелестненько, но ему не сюда. На разведку кореллианин отправился пешком, поскольку необходимые ему кварталы туристам, как правило, не показывают.
Выйдя из транспорта, Хан прогулялся назад до центральных районов, изучая расположение улиц и инстинктивно держа курс туда, где дома были пониже и погрязнее. В конце концов, когда улицы приобрели нужный вид, а количество таверн на квартал стало больше одной, как и закладных лавок, Хан нашел то, что искал.
И начал высматривать в толпе определенный тип прохожих. И Хан отыскал вездесущего уличного мальчишку в слишком тесной одежде с чужого плеча, рваной и грязной. Оборванец фланировал, якобы случайно бросая по сторонам взгляды. Кореллианин узнал ребенка, хотя не видел его ни разу в жизни.
Карманник. Десять лет назад он сам был таким.
Хан ускорил шаг и поравнялся с мальчишкой. Оправдав его ожидания и надежды, парнишка тоже сменил аллюр. Ожидались и проворные пальцы, с быстротой молнии нырнувшие в карман пилотской куртки. Вот только вынырнули они без добычи — деньги и ИД-карты Хан носил во внутреннем кармане летной спецовки.
Соло как ни в чем не бывало зашагал дальше, обогнал воришку и без предупреждения развернулся.
— Эй ты! — с приятной улыбкой окликнул он обескураженного паренька. — Ничего не потерял?
Хан помахивал в воздухе несколькими кредитами и идентификационным диском.
Мальчишка разинул рот, потом злобно уставился на пилота.
Тот лениво прислонился к стене.
— Какой же ты растеряха все-таки.
Пацана раздуло, словно ядовитую ящерицу-мрелфу, затем мальчишка скороговоркой выпалил экспрессивное и детальное описание всех предков Хана и его личных качеств. Венчал тираду адрес, по которому пилоту следовало незамедлительно отправиться. Хан никуда не пошел, вместо этого он терпеливо и внимательно выслушал прочувствованную речь, а когда «бедный сиротка» стал повторяться, жестом велел заткнуть фонтан.
— Я верну, — искренне пообещал Соло. — В обмен на информацию. Сведения.
Мальчишка прожег его сумрачным взглядом, смел грязной ладонью слишком длинную челку, закрывающую ему глаза.
— Какие еще сведения, ты, сын извращенца?
Хан подбросил в воздух монетку, не глядя поймал.
— Следи за динамиком, малой. Я всего лишь хочу узнать, куда в этом дивном городе отправляются люди, если хотят сделать дело?
— Какое такое дело?
— Сам знаешь, не маленький. То, о котором властям знать не обязательно. Где берут препарат, который нельзя купить легально?
— Спайс, что ли? — Мальчишка почесал в затылке. — А какой?
— Глиттерстим.
Парнишка еще больше сдвинул брови:
— Это еще что такое?
Во повезло! Наткнуться на единственного недалекого карманника в Алдере. Здорово, просто здорово!
— Глиттерстим, — терпеливо повторил Хан. — Он... ну, это очень ценная штука. Дороже карсунума или того же андриса.
Мальчишка помотал головой:
— Впервые слышу.
«Не верю своим ушам».
— Что, даже об андрисе не знаешь? У вас даже его нет? Его же в пищу добавляют!
Воришка просветленно кивнул:
— Ага. Андрис. Этот у нас есть. Жутко дорогая штука.
— Какой умный мальчик. И к кому идешь, чтобы купить андрис?
— Я его не покупаю, урод. Отдай деньги и карту!
— Тебя не учили, что терпение — величайшая из добродетелей?
Хан благоразумно держал указанные предметы вне досягаемости владельца.
— Хорошо, согласен, лично тебе андрис и даром не сдался, но если бы вдруг понадобился, куда бы ты за ним пошел? В лавку? Или государственный комитет по распространению?
Карманник выразительно повертел пальцем у виска.
— Сдурел, да? Я бы его у Дарака Лилла купил.
Ну наконец-то!
— Значит, Дарак Дилл. Опиши его.
— Повыше тебя будет. Волосья длинные, борода. Толстый такой. Деньги отдай.
— Старый или молодой?
— Старый. Седой весь.
— Где он обитает?
— Я что, похож на справочное бюро? — озлобился воришка.
Хан тяжко вздохнул:
— Просто назови любую из забегаловок, где он бывает чаще всего. И не ври, или я заявлю властям, что ты пытался меня обокрасть.
Тут мальчишку словно прорвало, он выпалил шесть названий, а заодно сообщил, что до каждой таверны минут пять ходу, едва ли дольше. Хан отлепился от стены и кинул мальчишке его собственность.
— На будущее — храни деньги ближе к телу, малой, — посоветовал кореллианин, похлопывая ладонью по внутреннему карману своего комбинезона и самодовольно ухмыляясь.
Вместо благодарности его забористо обругали.
Алдераанские питейные заведения, как часом позже выяснил Хан, были слишком опрятны и слишком хорошо освещены. Соло посетил три из шести перечисленных таверн и обнаружил, что ни одна из них не отвечает необходимым требованиям. Они не были в должной степени грязны. Да и Дарака Лилла видно не было.
Зато в одном из заведений Хан заметил, как кто-то из посетителей тайком что-то передал соседу, а взамен так же получил кредитный диск. Кореллианин подождал, когда первый участник сделки направился в освежитель, и пошел следом. Пришлось немного поболтаться в полутемном коридорчике перед обшарпанной дверью.
— Хочу перекинуться словечком, приятель, — обронил Соло.
Невысокий дилер, острыми мелкими чертами лица напоминающий раната, подозрительно глянул на Хана и, очевидно, решил, что тот не представляет угрозы.
— И о чем?
— Спайсом торгуешь?
Теперь пауза затянулась надолго.
— Сколько нужно? — наконец поинтересовался дилер.
— Ты не понял, дружище, я продаю, а не покупаю. Интересует?
— Что есть?
— Глиттерстим. Сотня флаконов.
— Глиттерстим! — не сдержавшись, воскликнул абориген, опомнился и опять понизил голос: — Сынок, где ты его раздобыл?
— Ты мне не папочка, а где взял, не твое дело. Ну что, инересует?
— На любой другой планете я бы взял не сходя с места всю партию, но... — Человечек горестно понурился. — Нет. Никакой возможности сбыть. Вывозить тоже рискованно. Меня сошлют на Кессель выкапывать эту же дрянь. Глиттерстим — штука опасная, знаешь ли. Переберешь — ослепнешь. А биты и вовсе с нарезки слетают.
— Я в курсе, — нетерпеливо оборвал излияния дилера Хан. — Спасибо и на том, дружище.
Дарак Лилл отыскался в пятой по счету таверне. Мальчишка-карманник довольно точно его описал. Лилл играл в сабакк, когда заметил Хана, который наблюдал за партией, и, сердечно улыбнувшись, сделал приглашающий жест:
— Не хочешь ли перекинуться в картишки?
Хану приходилось играть в сабакк, так что новичком он не был, но пришел он сюда не ради карт.
— Все зависит от того, что на кону, Лилл. — Он картинно задрал бровь, глядя на толстяка в упор.
Выражение на лице торговца не изменилось.
— А что, у тебя есть что-то стоящее, пилот?
— Возможно.
— Начальный взнос — двадцать кредитов.
Хан покачал головой:
— Я передумал. Пойду свежим воздухом подышу.
Он стоял, подпирая стену, минут пять, а услышав шаги, даже головы не повернул.
— Что-то ты подзадержался. Подфартило?
— Расклад идиота, — отозвался Лилл. — Ну что у тебя?
Хан повернулся:
— Глиттерстим. Сотня склянок.
Дарак Лилл изумленно присвистнул.
— Где ты его раздобыл?
— Не твое дело, — второй раз за сегодня ответил пилот. — Будешь брать? Уступлю по хорошей цене.
— Хотел бы, юноша, хотел бы. — Толстяк горько вздохнул. — Но не себе в убыток. На Алдераане нет сбыта.
Хан выругался сквозь зубы и опять отвернулся. И что теперь делать? Время работало против него. Может, прошвырнуться до другого города? Может, только столица противоестественно стерильна?
Он вздохнул. «Не успею. Или за час продам товар, или...»
На его плечо легла чья-то рука. Потребовалась вся сила духа до последней капли, чтобы не броситься с воплем наутек. Удивляясь собственному самообладанию, кореллианин повернулся и сердито воззрился на смуглого человека средних лет, который остановился рядом.
— Ты меня не за того принял, — ровным голосом проинформировал он незнакомца.
— А вот я так не думаю, Викк, — добродушно откликнулся незнакомец. — Пилот Викк Драйго с Илизии, если не ошибаюсь?
— И что с того? — привычно огрызнулся Хан. — Тебя я не знаю.
— Марсден Латам. — Собеседник помахал голоудостоверением перед носом кореллианина. — Министерство внутренних дел Алдераана.
«Только тебя мне и не хватало...»
Мы следим за вами, пилот Драйго, с тех пор, как вы доковыляли к нам нынче утром. Мы счастливы, что можем оказать вам помощь в ремонте корабля и лечении вашего помощника. Ознакомились ли вы с посланием, когда впервые вышли на связь на частоте нашей диспетчерской?
— А как же.
— Так воспринимайте его со всей серьезностью. Мы не любим неприятностей. — Мужчина ослепительно улыбнулся, продемонстрировав очень ровные, очень белые зубы. — Вы же не станете источником неприятностей, пилот?
Хан с усилием сохранил самообладание. «Что вы, что вы, я всего лишь хочу сбыть крупную партию наркотика, а в остальном я просто душка! Эти гады, наверное, с утра меня пасут...»
Он мысленно перечислил всю родословную уважаемого офицера. Вслух произнес:
— Разумеется, не стану. Я вроде как миролюбивый честный парень.
— Именно так я и сообщил своему начальству и рад, что мое первое впечатление оказалось верным. Приятно было побеседовать с вами, пилот Драйго. Желаю приятного пребывания на Алдераане.
Смуглокожий ушел.
Хан заставил себя идти неторопливо, не озираясь по сторонам. Местные топтуны, без сомнения, тенью следовали за ним, затерявшись в толпе. Игра окончена, его вычислили. Кореллианин тряхнул головой, злясь и восхищаясь одновременно. Здешние оперативники — высший класс! Ведь он и понятия не имел, что за ним наблюдают.
Следовало принять слова местного опера за недвусмысленное предостережение и везти груз обратно.
Других планет вблизи не имеется, сбыть глиттерстим негде.
Что ж, зато появилось время проведать Мууургха до того, как придет черед связаться с Илизией. Хан торопливо зашагал к ближайшей остановке.
Тогорианина отвезли в университетский госпиталь. Хан вылез из общественного транспорта и постоял, глазея на высшее учебное заведение Алдераана. Ничего... симпатично. Интересно, похожа ли на местные школы заветная академия? Да нет, наверное. Там же военное училище, академия наверняка напоминает военную базу, но тут... тут классно.
Сине-зеленые лужайки занимали огромную площадь, разноцветные клумбы окружали фонтан, в центре которого возвышалась скульптура, вырезанная из живого льда. Она изображала мужчину и женщину, которые, взявшись за руки, тянулись к небесам. Разглядывая монументальное произведение местного искусства, Хан посчитал, что оно влетело в кредиточку.
Да, тут ничего. Миновав фонтан, Соло поднялся по белым каменным ступеням в здание больницы.
Информационный дроид за стойкой сообщил номер палаты. По дороге туда Хан остановился побеседовать с 2-1В.
— Ваш товарищ серьезно пострадал от удара, — изрек меддроид. — Гуманоид наверняка погиб бы на месте. К счастью, у тогориан весьма прочный череп, так что я могу утверждать, что пациент легко отделался. Мы его подлечили, завтра утром его можно будет выписывать.
— Спасибо.
Хан открыл дверь палаты.
Мууурпх спал, свернувшись клубком на большой круглой подстилке, весь в датчиках. Тогорианин насторожил уши, приоткрыл сонные глаза и чуть приподнялся.
— Пилот...
— Эй, дружище, как ты?
Хан удивился, что при виде живого и почти здорового тогорианина он испытал облегчение. Кореллианин даже не подозревал, насколько он привязался к мохнатому фелиноиду.
— Как тут с тобой обращаются? Не обижают?
— Пилот... — изумленно повторил Мууургх.
— Что, не ожидал меня увидеть? — хмыкнул Соло.
Это было еще слабо сказано. Мууургх не просто удивился: он был потрясен до глубины своей тогорианской души.
— Мууургх... — Огромный инородец тряхнул лохматой головой. — Я... не думать видеть пилот два раза.
Хан оскорбленно расправил плечи:
— С чего бы? Решил, будто я выгружу тебя здесь и умчусь с товаром в неизвестном направлении?
— Да, — простодушно сказал Мууургх.
— Ошибочка вышла, я здесь, э? Да если бы я не вытащил нас в Алдераанский сектор, ты бы уже откинул когти. Мы едва-едва спаслись, и советую тебе этого не забывать, приятель. За тобой должок.
Тогорианин неуверенно кивнул:
— Да, пилот... я быть должен.
Хан ухмыльнулся и присел на край лежанки.
— Давай-ка завязывай с этим «пилотом», лады? Меня зовут Викк.
Втянув когти, Мууургх приподнял огромную лапу и осторожно накрыл ею ладонь кореллианина.
— Лады, Викк.

 

 

Оставив своего телохранителя под бдительным присмотром медицинского дроида, Хан вернулся на корабль и связался с Илизией. С Тероензой переговорить не удалось, поэтому кореллианин излил душу Вератилю. Как только на экране появилось изображение отъевшегося рогатого сакредота, Соло выдал полный отчет о своих злоключениях, пообещав завтра же вылететь обратно. Вератиль, в свою очередь, пообещал перевести деньги за ремонт грузовика и лечение Мууургха.
Покончив с делами, Хан решил, что проголодался и заслужил обед. Он пересчитал свой небольшой запас кредитов и отправился в студенческое кафе богемного вида во внутреннем дворике Алдераанского университета, где перед входом били окрашенные во все цвета радуги водяные струи.
Хан толкнул дверь и вошел.
Внутри толклись, беседовали, смеялись, пили и ели дорого одетые молодые люди. Хан вдруг почувствовал себя лишним; если бы не врожденная бравада, он наверняка ретировался бы. Он с вызовом твердил себе, что не хуже их всех, пока следовал за роботом-официантом к небольшому столику. Кореллианин храбро улыбался, отлично сознавая, что пропитанный потом мятый комбинезон и старая куртка не отвечают требованиям здешней моды.
Для начала он заказал себе алдераанский эль и принялся изучать меню. Блюдом дня было заявлено «рагу из нерфа с клубнями под винным соусом». Дороговато, но Хан все равно сделал заказ. Он слышал, что мясо нерфа считается почти деликатесом. Вместе с рагу подали лепешки, которые вдруг напомнили о 921-й. Жаль, что ее нет здесь, было бы с кем переки-нуться словечком. Обмакнув хлеб в густой соус, Хан прожевал кусок. А вкусно! Ему давно не доводилось вкусно поесть. Обитателей «Удачи Торговца» держали на стандартном корабельном пайке, набить живот удавалось лишь во время операций на планете. Один пикник на Кореллии Хан запомнил надолго, а точнее — ребрышки траладона под особым соусом...
Но даже жаренные на решетке траладонские ребрышки не шли ни в какое сравнение с мясом нерфа. Хан жадно набросился на еду; он смел почти половину содержимого тарелки, когда на небольшие подмостки вышла хорошенькая девушка с длинными локонами цвета лесного ореха и ярко-голубыми глазами. В руках миловидный фантом держал мандовиолу. Забравшись на высокий табурет, красавица принялась перебирать струны, а затем чистым высоким голосом запела то, что, очевидно, являлось старинной алдераанской народной песней.
Ничего выдающегося, традиционный набор: она, он, его поманила романтика космических трасс и просторов, она ждала, он так и не вернулся... Жуть. Но голос певицы был так безыскусен, что старые истертые слова приобрели достоинство и чувство.
Девушке устроили бурную овацию, которую Хан поддержал с энтузиазмом. Красотка спела еще одну балладу, а потом спустилась с подмостков и направилась прямо к кореллианину. На миг Хан понадеялся, что она собирается присесть за сто столик. Напрасные мечты, девушка выбрала соседний.
Похоже, этот кабачок пользовался успехом, все столы были заняты, и в общей тесноте темноволосая певица оказалась на расстоянии вытянутой руки от кореллианина. Вместе с ней сидел круглолицый парень годом-двумя старше Хана, очевидно ее приятель. Соло украдкой разглядывал соседа: светло-русые волосы, блеклые зеленовато-карие глаза. Но если девушка была одета в простенькое синее платье до колен и сандалии, то ее эскорт старался одеться по последнему писку моды.
Фиолетовую рубаху перепоясывал широкий оранжевый кушак, что совершенно не вязалось с ярко-красными сапогами до колен. А уж желтые штаны в облипку совсем ни в какие ворота не лезли. Хан в своем изношенном сером комбинезоне ощущал себя неприметным сверчком рядом с райской птицей.
Хан перехватил взгляд соседки, которая с улыбкой поправляла волосы, и изобразил вежливые аплодисменты. Певица отвесила в ответ шутливый поклон.
— У тебя здорово получается, — сообщил ей Хан.
— Спасибо! Я впервые отважилась выступить перед такой толпой.
Разрумянившаяся, слегка запыхавшаяся девушка была очаровательна. Соло ей улыбнулся. Он был не прочь провести с ней вечер... да и ночь, если уж на то пошло.
Нам крупно повезло, — вслух произнес кореллианин. — На наших глазах родилась великая звезда.
— Спасибо, — повторила девушка и протянула ему руку. — Я — Эрин Дро, а вот его зовут Борнан Тал.
Хан взял ее ладонь, но не пожал, как ожидалось, а склонился в поклоне, как будто девушка принадлежала к кореллианской знати. Его губы не коснулись руки, хотя тепло дыхания певица должна была почувствовать.
— Большая честь для меня, Эрин, — произнес кореллианин. — Меня зовут Викк Драйго.
Отпустив руку девушки, Хан сообразил, что приятель певицы раздражен сверх меры и не думает того скрывать.
— Приветствую! — сказал ему Хан; он понятия не имел, как принято выражать свое почтение на Алдераане.
— Приветствую, — нелюбезно отозвался Тал. — Эрин, ты была великолепна. Не хочешь ли пойти еще куда-нибудь и отпраздновать успех?
«Не по вкусу тебе соперничество...» Хан с трудом удержал озорную ухмылку; он-то заметил, как у девушки разгорелись глаза.
— Слушайте, я не хотел никому мешать, — сказал он, одаряя певицу самой чарующей из репертуара улыбок. — Всего лишь хотел сказать, как мне понравилось выступление. Не буду отнимать ваше драгоценное время.
Ему показалось, что Тал собирался выпалить: «Вот и хорошо!» — только не осмелился.
— Но ты вовсе нам не мешаешь, Викк. — Эрин взяла кореллианина за руку. — Я хотела спросить, с какого ты факультета, но ведь ты здесь не учишься, да?
Заскочил на денек, — небрежно отмахнулся Соло. — Утром прилетел, понадобился мелкий ремонт. Я повстречался с пиратами и повредил свою лоханку.
Огромные синие глаза распахнулись еще шире.
— Прилетел? Пиратами? Ты — звездный пилот?
Хан скромно потупился:
— Да вроде как...
Борнан Тал вспотел и пошел багровыми пятнами. «Что, не нравится, когда твоя подружка запросто беседует с ребятами вроде меня, задавала разноцветный?» Хан сиял от счастья.
— Ух ты! — выдохнула Эрин. — Как интересно! Настоящие пираты, да? А что дальше было?
Хан пренебрежительно дернул плечом:
— Вышел из гиперпространства, а они тут как тут, словно насекомые на запах скига. Одного я взорвал, но парни успели поджарить мне гиперпривод. Вот и пришлось хромать сюда для починки.
— Ты взорвал пирата? — скептически задрав брови, встрял братец Борнан. — Чем это, интересно?
— «Аракидовской» ракетой, приятель, ракетой, — не дрогнул Хан. — Разнес ему тыл на кусочки.
Эрин дрожала от возбуждения.
— Как страшно!
Соло залихватски глотнул эля.
— Да ладно, рутина все это, вот что!
К тому времени разноцветный Борнан решил, что с него хватит. Лицо его пылало не хуже его сапог. Парень схватил Эрин за руку.
— Пойдем, милая, я хочу сводить тебя в самый лучший ресторан в городе. Ты позволишь, пилот Драйго?
Девушка замешкалась. «А ведь я мог бы ее заполучить, — подумал Хан. — Знаю, мог бы. А этот расфуфыренный сопляк из высшего класса точно изошел бы на мыло, если бы я вышел отсюда с его девчонкой под руку...»
Искушение было велико, но кореллианин отказался от соревнования, хотя и не без сожаления. Эрин — хорошая девчонка, по-настоящему хорошая, она заслуживает большего, чем быть призом в игре с ее глупым приятелем. И она напоминает 921-ю — синими глазами и доброй улыбкой. Возможно, потому она и понравилась Хану.
Кроме того, его все еще пасли ребята из охранки. Старина Борнан запросто полезет в драку, и получится незадача...
Поэтому Хан встал и с уважением поклонился Эрин.
— Было приятно познакомиться, — произнес он. — Не смею мешать вам, наслаждайтесь успехом и заслуженной славой.
— Спасибо...
Прежде чем полыхающий всеми цветами зари Борнан Тал чуть ли не волоком потащил Эрин к выходу, девушка успела еще раз улыбнуться кореллианину, а Хан вернулся к остывшей еде и стал размышлять, насколько ему не нравится вечно задирающий нос богатый народ. Он насмотрелся на них еще на Кореллии — на таких даже заряд бластера было жалко тратить. И именно поэтому Хан со спокойной душой отыгрывал свои роли в аферах Гарриса Шрайка.
К тому времени как юный пилот вернулся на узкую койку, установленную для него в углу трюма, в голове его слегка шумело от алдераанского эля. А из мыслей не шла 921-я паломница. Старательно выговаривая слова, чтобы не сбиться, Соло произнес несколько определений в свой адрес. Он больше не хотел думать о той ненормальной. Раньше ему не попадалось девчонок, о которых бы он думал все время, пока их не было рядом... и это тревожило. «Она всего лишь девчонка, Соло. Ты даже не знаешь, как ее зовут! Прекрати. Распустил нюни, тоже мне! Ты что, парень, на голову ослаб или еще что?»
Хан бросился на койку. «Что за планета! — одурело бурчал про себя юный кореллианин. — Такая добропорядочная, что приличному человеку нельзя загнать добрый груз первосортного спайса».

 

 

Обратный полет прошел без особых происшествий.
Хан провел «Илизианскую Мечту» сквозь толстый слой грозовых облаков без единой ошибки, при посадке грузовоз даже не вздрогнул. Еще слабому Мууургху было не на что пожаловаться. Смотреть, анализировать, приноравливаться к могучим воздушным потокам стало для кореллианина привычным делом.
В момент касания поверхности ожил динамик внешней связи и проперхал требование незамедлительно явиться к верховному жрецу. Хан не удивился, он ждал чего-то подобного, поэтому отослал Мууургха в лазарет за таблетками от головной боли, а сам в одиночестве отправился в административный корпус.
На этот раз во внутреннее святилище верховного жреца его провожал Ганар Тос. Тероенза отдыхал в предмете меблировки, названия которого Хан не знал, а по виду оно напоминало помесь гамака и перевязи; оно позволяло т’ланда-тиль перенести вес с задних ног на массивные ляжки, передние же ноги возлежали на специальной подставке, высота которой регулировалась по вкусу жреца.
Соло уже разбирался немного в мимике этого народа и уверенно мог сказать, что при виде пилота Тероенза изобразил благодушие.
— Пилот Драйго! — громыхнул верховный жрец. — О, я так понимаю, что тебя можно величать как героя! Твоя отвага и решимость поистине бесценны, и я уже распорядился, чтобы тебе выписали премию.
Хан растерянно моргнул.
— Да я... это...
— О, за полтора года мы потеряли два корабля, они не вернулись из полета, — продолжал Тероенза. — Ты — первый, кто взглянул на пиратов и вернулся, чтобы рассказать нам, кто они такие. Что ты видел?
Соло пожал плечами:
— Вообще-то, все случилось очень быстро, да и занят я был. Но держу пари, что тот корабль, который я подстрелил, строили на Дрелле. Рыло в форме долота, обрубленная корма, вполне узнаваемо.
— Они вышли на связь? — деловито уточнил Тероенза. — Предоставили возможность сдаться перед началом атаки?
— Никак нет, сразу открыли огонь и так и продолжили налить. Но взрывать «Мечту» они не собирались, иначе мы бы с вами не разговаривали. Ребятки свое дело знали. Но и грузовик им был без надобности, вот что странно. Обычно пираты стараются повредить корабль ровно настолько, чтобы его было легко захватить и не тратиться на ремонт, если потом они будут пользоваться им сами или захотят продать. Л эти ребята намеревались покалечить «Мечту» и прибить нас с Мууургхом.
— Как они атаковали?
— Сзади. Могли прихватить нас за дюзы, а мы и не увидел и бы. У них было как минимум два чистых выстрела, а защита на «Мечте» — хуже некуда.
При воспоминании о стычке с пиратами Хан даже вспотел слегка.
— Знаете что? «Мечте» не помешали бы щиты помощнее.
— Я распоряжусь об этом, пилот, — согласился Тероенза.
Упитанный жрец сложил на груди крохотные ручонки и собрал обширный лоб в толстые складки, погружаясь в размышления.
— Примечательно, что пираты начали первыми, не задействовав луч захвата, без предложения сдаться, — в конце концов изрек он.
— Вот и я о том же...
На борту «Удачи Торговца» попадались личности, которые не брезговали в свое время пиратством. Хан слушал их похвальбу и рассказы о космических приключениях. Прямая атака у пиратов не в чести; для них типичнее произвести предупредительный выстрел, а когда экипаж закричит, что сдается, подняться на борт жертвы без особых помех и затруднений.
— Очень странно. Похоже, что они собирались обездвижить «Мечту», вероятно, убить нас, а уж затем брать на абордаж, пока грузовик дрейфует себе в пространстве.
— И ни вызова, ни предложения сдаться, — повторил Тероенза.
— Ни единого, — подтвердил Хан.
Верховный жрец поглаживал складки кожи на шее.
— То есть они предпочли бы взорвать грузовик вместе со спайсом, вместо того чтобы выйти в эфир.
— Я так и сказал.
— Сколько тебе оставалось до места встречи, когда произошло нападение?
— Мы вышли из прыжка меньше пяти минут до атаки. Нас ждали, тут без вопросов. Пираты отлично знали, где мы появимся и когда.
— Ты никому не обмолвился о полете, пилот Драйго? Не упоминал ли курс, координаты?
— Никак нет. Хранил молчание на всех частотах.
Тероенза вполголоса забормотал низким, горловым голосом, затем склонил рогатую голову.
— И вновь должен отметить твою храбрость, пилот. Как Мууургх?
— С ним порядок. Хотя в ушах, должно быть, все еще звенит от удара.
— Я переговорю с ним, когда ему станет лучше. Хорошо, пилот, можешь идти.
Хан не сдвинулся с места.
— Я бы хотел просить об одолжении.
— Да?
— Когда я прилетел сюда, у меня отобрали бластер. Мне было бы приятно, если бы его вернули. Вдруг пираты все-таки сумеют взять меня на абордаж? Я хочу защищаться, а не задирать руки вверх.
Тероенза опять задумался. Кивнул.
— О, я распоряжусь, чтобы тебе отдали оружие, пилот Драйго. Ты продемонстрировал истинную преданность и заслужил наше доверие. — Гигант патетически взмахнул крохотной рукой. — Скажи-ка мне, пилот Драйго, а тебе не приходило в голову, что можно тайком продать груз и сказать, будто его забрали пираты?
— Никак нет, — честно глядя в глаза Тероензе, соврал кореллианин. — Даже мысли такой не было.
— О, великолепно. Я... да, я восхищен. — Т’ланда-тиль растянул в улыбке безгубую пасть. — О да, восхищен.
Хан вышел из административного строения, благодаря судьбу за то, что лет с семи умел убедительно врать. Особенно он гордился способностью импровизировать.
Ноги сами вывели его на тропинку, ведущую к госпиталю. Самое время навестить Мууургха, узнать, как там у него дела, а еще настала пора познакомиться с Джейлусом Неблом, пилотом-салластанином, который сейчас пребывает в отпуске по болезни.
У Хана накопились к салластанину кое-какие вопросы.

 

Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий