Трилогия о Хане Соло

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ
ИГРУШКИ ДЛЯ МОФФА

Хан Соло стоял перед помостом, на котором возлежала Джилиак, и глупо хлопал глазами. Челюсть кореллианина отвисла, довершая картину.
— Чего-чего вы хотите, чтобы я сделал?!
— Осторожнее, капитан Соло, — предупредил Джабба. — К госпоже Джилиак следует обращаться с почтением.
Его слова были оставлены без внимания.
— Но... но... — кипятился пилот. — Вы с ума сошли! Вы же просите меня приставить бластер к виску и нажать на крючок! Шильд контрабандистов на дух не переносит, вы же слышали. А если вы еще не заметили, ваша женственность, я, вообще-то, контрабандист. — Хан ткнул себя в грудь большим пальцем. — И если я заявлюсь к Сарну Шильду с вашими подарками и посланием, это будет последняя прогулка, которую я совершу по доброй воле! Да ни за что я туда не сунусь.
Он изумился собственному безрассудству, но требования хаттов распалили его. Да за кого эти слизни себя принимают, а?
— Капитан Соло, — Джилиак не обидели ни слова Кореллианина, ни его тон, — успокойся. Мы обеспечим тебя новой одеждой, лучшими фальшивыми документами и одним из наших курьерских кораблей. Никто не узнает Хана Соло, контрабандиста. Все, что будет известно, что ты дипломатический посланник с Нал-Хатты, должным образом облаченный правами и обязанный доставить наше послание и наши дары.
Хан громко перевел дыхание. «Ну, коли так... может быть...»
— Что будет вам стоить эта поездка? — в конце концов спросил он.
— Десять тысяч кредитов, — не моргнув глазом, ответила Джилиак.
Хан опять хватанул ртом воздух. «Так много! За какой-то полет на Корусант и обратно!» Он перевел взгляд с хаттов на Чубакку:
— Что скажешь, приятель?
Чуи был прямолинеен, как всегда. Рослый вуки ворчал, скулил и лаял, завершив триаду комментарием, что с такой суммой денег можно позволить себе и корабль купить. Но шкурой рисковать будет Хан, честно добавил он. Следовательно, Хану и решать.
Кореллианин еще раз взвесил все за и против.
— Ладно, — сказал он. — Десять тысяч. Деньги вперед.
Джабба начал было протестовать, но Джилиак жестом велела племяннику замолчать.
— Хорошо, капитан, мы согласны. Десять тысяч вперед. Когда сможешь вылететь?
— Если сегодня у меня будет корабль и документы, — мрачно отозвался Соло, — то завтра утром.
— Это легко организовать, — подытожила Джилиак.

 

 

Глава клана сдержала слово. К утру Хану доставили великолепные, без единого изъяна фальшивые документы на имя Джобекка Джонна, официального представителя хаттов, и костюм, лучше которого Соло даже не видел — не говоря уже о том, чтобы прикасаться, — а также сюртук и брюки из шерсти томуона, сшитого по последнему крику моды. Ему выделили небольшой скоростной курьерский корабль кореллианской постройки под названием «Ртуть». По предложению Чубакки за время полета Хан отрастил аккуратную щегольскую бородку, а перед тем как сойти с трапа на Корусанте, старательно зачесал волосы назад со лба и изумился собственному внешнему виду. Ни единого следа былого, контрабандист исчез, появился чиновник.
— Без бластера я чувствую себя голым, — ворчал Хан. — Но в столице запрещают носить оружие. И наверное... дипломатам ведь бластер не положен?
Чубакка горестно возвестил, что его друг выглядит неприлично опрятным и отполированным, точно лазурный камень. А вот раньше, когда он ходил косматым, точно вуки, любо-дорого было взглянуть...
— Поверь мне, дружище, я жду не дождусь, когда вновь стану собой, — вздохнул кореллианин.
Забрав подарки и голокуб с посланием от Джилиак и Верховного совета Нал-Хатты, Хан оставил «Ртуть» и на челноке спустился на Центр Империи. Возвращение в столицу пробудило множество воспоминаний, по большей части неприятных. На Корусанте его бросила Брия. Здесь по крышам небоскребов за ним гнался Гаррис Шрайк. В штаб-квартире имперского флота происходил трибунал...
Хан загодя разжился адресом моффа. Шильд владел различными особняками на нескольких планетах, но на данный момент он проживал на Центре Империи, поскольку обязан был присутствовать на юридических конференциях. Резиденцией моффу служил роскошный пентхаус одного из самых элегантных зданий города. Преодолев многочисленные заслоны служб безопасности, Хан вручил свои верительные грамоты управляющему, пожилому мужчине, и уселся в гостиной. Только невероятное усилие воли сдерживало порыв ерзать на месте и нервно озираться по сторонам.
Пришлось ждать почти сорок пять минут, прежде чем вернулся управляющий.
— Мой господин может уделить вам несколько минут, — сообщил тот. — Вечером он убывает на Велгу-прайм.
«Мило», — подумал Хан. Велга-прайм была самым богатым планетоидом-казино, известным на всю Галактику. Управляющий провел его по анфиладе устланных коврами комнат. Хан автоматически запоминал дорогу — на всякий случай, вдруг придется очень быстро бежать отсюда. В конце концов управляющий впустил кореллианина в кабинет размером больше всей квартиры Соло на Нар-Шаддаа.
— Мастер Джобекк Джонн с Нал-Хатты, ваша светлость, — провозгласил старик.
Мофф Сарн Шильд был высок ростом, бледен, с черными прилизанными волосами и тонкой ниточкой усов. Худой до истощения. Ладони его с длинными красивыми пальцами даже с виду казались холодными. Украшений он не носил, если не считать черной жемчужины крайт-дракона в ухе. Костюм моффа был такого же отливающего благородным блеском черного цвета, что и камень.
Мофф без церемоний указал на кресло:
— Боюсь, я должен быть краток, Джонн. Я сознаю, что хатты были... благосклонны к моему правлению в прошлом, но Император ясно высказал свои пожелания. Мои руки связаны.
— Не будем торопиться, ваша светлость. — Хан тщательно следил за произношением; к счастью, он неосознанно заговорил как раньше, в бытность имперским офицером. — Я считаю, вы найдете предложения хаттов и послание, доставленное мной, как минимум интересным. Вы позволите?
Шильд сдержанно кивнул. Хан бережно поставил сверток на стол:
— Откройте, прошу вас.
— Ну что ж...
Мофф осторожно развернул подарок, и по тому, как загорелись глаза Шильда, Хан догадался, что хатты прекрасно знали его вкусы. Небольшая серебряная трубка, инкрустированная полудрагоценными камнями. Миниатюрный голографический проектор, который мог поместиться в человеческой ладони. Ожерелье из золота и платины с оправленными в золото камнями коруска.
— Для вашей дамы, — вкрадчиво мурлыкнул Хан.
— Да, ей понравится... — пробормотал мофф.
Он просматривал запись на голокубе, инициировав ее отпечатком радужки; между бровями Шильда пролегла небольшая складочка.
— Послушайте, Джонн, — сказал он, закончив чтение. — Мне бы хотелось предоставить Нал-Хатте больше гарантий, но, как я уже говорил, у меня нет выбора. Император призвал все подчиненные ему планеты ужесточить меры против контрабандистов, торговцев оружием и прочих преступников. В мой сектор входит космос хаттов, и, к моему горькому сожалению, репутация хаттов как бесчестных существ настолько широко известна, что я не могу прикрывать их деятельность. Тем не менее в случае сотрудничества я обещаю не применять вооруженных мер к Нал-Хатте.
— Сотрудничества какого рода?
— Постараться изо всех сил стать добропорядочными, законопослушными гражданами Империи.
«Еще тот денек будет!»
— А как быть с Нар-Шаддаа? — не сдержался Хан; от страха за друзей у него пересохло во рту.
— Из Нар-Шаддаа мне придется сделать пример для других, — объявил Шильд. — К тому времени как я закончу, Луна контрабандистов перестанет быть оплотом контрабандистов. Ее обитателям несказанно повезет, если Луна сможет поддерживать разумную жизнь.
Хан постарался скрыть шок. «Что же нам делать?»
Шильд покачал головой:
— А теперь, боюсь, я вынужден откланяться. Сожалею, что вам пришлось проделать долгий путь для столь короткой беседы, но я предупреждал ваших хозяев, что в этом вопросе я буду... — он подыскал слово, — несгибаем.
Мофф встал, Хан машинально тоже поднялся.
— Сарн? — раздался голос из-за двери, ведущей в соседнюю комнату.
Кореллианин застыл на месте. «Не может быть!..»
— Я здесь, моя дорогая, — откликнулся Шильд. — Я только провожу посла с Нал-Хатты.
Дверь открылась, на пороге стояла улыбающаяся женщина.
— Сарн, милый, мы должны торопиться. Челнок уже ждет. Ты надолго?
Хан повернул голову — и впервые за шесть лет встретился взглядом с Брией Тарен.
На этот раз ошибиться было невозможно. Перед ним стояла Брия, одетая в струящееся шелковое платье с низким вырезом, в котором она казалась украшением дома Шильда, как и прочие безделушки. Платье было цвета ее глаз. Брия выглядела ошеломительно прекрасно. Она побледнела, но не перестала улыбаться. «А она хороша», — вынес решение Хан, который не сумел скрыть потрясения, но, к счастью, мофф не смотрел на него. Соло кое-как взял себя в руки, надев на лицо маску нейтральной вежливости.
Шильд представил Брию:
— Господин Джобекк Джонн с Нал-Хатты — моя... племянница Брия.
Спасли Хана годы игры в сабакк, и когда Брия протянула руку, гортанно произнеся: «Большое удовольствие познакомиться с вами, господин Джонн», кореллианин сумел склониться перед ней в вежливом поклоне.
— Это вы доставили мне несказанную радость, — сказал Хан. — Шильд, вам невероятно повезло со столь милой... племянницей.
Он заметил, как румянец залил щеки девушки.
— Вы кажетесь мне знакомым, господин, — прошептала Брия. — Мы не встречались раньше? Где я могла вас видеть?
— Разве что на плакатах о розыске, — негромко пробормотал Хан, так тихо, что Шильд не услышал.
Еще один ледяной поклон, и Соло отпустил руку Брии, хотя больше всего на свете кореллианину хотелось сгрести девушку в охапку и утащить с собой, а затем отвесил официальный поклон моффу:
— Благодарю, что уделили мне время, ваша светлость.
И решительным шагом вышел из комнаты.

 

 

Этим же вечером, но гораздо позже, Брия Тарен лежала на маленькой койке на борту яхты моффа, пытаясь подушкой заглушить рыдания. Каждый раз, когда она вспоминала взгляд Хана, хотелось выть в голос. Разумеется, он подумал о худшем — что она любовница Шильда. Рыдания сотрясали все ее тело. Ну да, конечно, он именно так и подумал. То, что все по замыслу Сарна Шильда и должны были думать.
На самом же деле сексуальные предпочтения моффа не включали в себя человеческих женщин.
Брия ездила с ним как приятный для глаз объект, который не стыдно показать имперцам, как трофей. Она следила за его домом, слушала Шильда, когда он хотел с кем-то поговорить, управляла домашней прислугой и подчиненными и вообще облегчала жизнь моффа Сарна Шильда. Но она никогда не делила с ним постель, и это была единственная вещь, делавшая это задание выносимым.
И вот теперь... теперь Хан увидел ее и подумал худшее. Даже сознание того, что Брия передала столько информации повстанцам на Кореллии, не могло смягчить стыд и горе, переполнявшие ее.
Подушка уже вся промокла. Брия перевернула ее. Девушка лежала, уставившись в темноту на яхте моффа, которая неслась сквозь гиперпространство.
— Хан... — прерывающимся от избытка чувств голосом прошептала она. — Хан...

 

Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий