Меняя лица

37
ЖЕНИТЬСЯ

Трибуны были забиты фанатами в белом и голубом. Обычно Ферн приходилось договариваться о том, чтобы поставить кресло Бейли с торца ряда, и сидела она всегда с краю, но не сегодня, отчего она чувствовала себя не в своей тарелке. Хотя им достались хорошие места — Эмброуз позаботился об этом. Слева от нее сидел дядя Майк, справа — Эллиот Янг, а рядом с ним — Джейми Кимбэлл, мама Поли. Она уже несколько лет работала кассиром в пекарне, и Эллиот наконец-то решился пригласить ее на свидание. Пока все шло хорошо. Они были нужны друг другу, но что еще важнее — они заслуживали друг друга.
Шел последний турнир сезона для «Пенн-Стейт Ниттани Лайонс», и Ферн так волновалась, что была вынуждена засунуть руки под попу, чтобы не грызть ногти. Она переживала всякий раз, когда Эмброуз выходил на мат, хоть побеждал он гораздо чаще, чем проигрывал. Интересно, как мистер Шин из года в год терпит эту пытку. Если ты любил кого-то из борцов, их поединки ужасно изматывали.
Эмброуз победил не во всех боях. Этот год был очень напряженным, учитывая долгий перерыв в спорте и то, в каком состоянии он начал сезон. Ферн взяла с него обещание, что он будет наслаждаться тем, каков он есть, и Эмброуз искренне старался. Больше никаких попыток стать покорителем Вселенной, Гераклом или Железным Человеком — да кем угодно, кроме Эмброуза Янга, сына Эллиота Янга и жениха Ферн Тейлор. Она глубоко вздохнула и попыталась последовать собственному совету. Она — дочь Джошуа и Рейчел, двоюродная сестра Бейли и невеста Эмброуза. Ни с кем на свете она бы не поменялась местами.
Ферн не поехала с ним в университет. Оба понимали, что это будет неправильно. Она наконец-то подписала контракт на три книги с крупным издательством, и ей нужно было соблюдать сроки. Первый роман готовили к выходу весной. А Эмброузу предстояло расправиться со своими драконами — без волшебных щитов и верных союзников.
Он испытывал страх и признавал это. Любопытные взгляды, сплетни за спиной, попытки объяснить свои увечья — все это терзало его, но он смирился, убедив себя, что вопросы дают ему возможность вынести все на свет божий. Вскоре ребята в команде уже не обращали внимания на шрамы, как Ферн никогда не замечала инвалидную коляску Бейли. Как сам Эмброуз перестал вдруг видеть невзрачную восемнадцатилетнюю девчонку и впервые увидел настоящую Ферн.
Главный тренер Пенн-Стейт ничего не обещал Эмброузу, стипендию он не получил. Ему разрешили прийти потренироваться с командой. Янг приехал в октябре, посреди семестра — на месяц позже остальных. Но уже через несколько недель он впечатлил и тренеров, и товарищей по команде.
Ферн и Эмброуз снова начали писать друг другу письма — длинные имейлы с их любимыми вопросами «или-или». Нежные и странные послания словно сокращали расстояние между ними. Ферн всегда заканчивала письма подписью ФЕРН, чтобы он наверняка знал, от кого они. Эти послания заставляли их смеяться и плакать, с нетерпением ждать выходных, когда кто-нибудь из них отправлялся в путь из Ханна-Лейк в Пенн-Стейт или обратно. Иногда они встречались где-нибудь между городами и терялись друг в друге на несколько дней. Секунды складывались в минуты, а каждая минута обретает ценность, когда понимаешь, что жизнь может оборваться быстрее, чем успеешь сделать вздох.
Когда Эмброуз с командой выбежал на мат, сердце Ферн бешено заколотилось, и она замахала руками. Он быстро отыскал ее взглядом и криво улыбнулся: Ферн обожала эту улыбку. Вдруг Эмброуз показал ей язык и скосил глаза. Она повторила за ним и увидела, как он смеется.
А потом Эмброуз положил руку на грудь, туда, где были набиты имена, и Ферн, почувствовав, как к горлу подкатил комок, дотронулась до того места, где написано имя брата. Бейли был бы счастлив, окажись он здесь. Если Бог и жизнь после смерти существовали, так оно и было, Ферн в этом не сомневалась. Он катался бы вокруг матов, анализируя матчи, делая пометки и записывая имена. Поли, Джесси, Бинс и Грант тоже сидели бы здесь, на матах, наблюдая за тем, как их лучший друг изо всех сил старается жить без них. Они поддержали бы его — как всегда. Даже Джесси.
* * *
Ферн и Эмброуз поженились летом две тысячи шестого. Маленькая церквушка, служению в которой Джошуа и Рейчел Тейлор посвятили всю свою жизнь, была забита людьми. Рита была подружкой невесты. Ее жизнь в Ханна-Лейк наладилась: Беккер сидел в тюрьме, ожидая суда. Ему грозили три срока по трем разным делам.
Рита получила развод и с головой ушла в подготовку свадьбы, которую запомнят на много-много лет. Она превзошла себя. Все было идеально, лучше, чем Ферн могла себе представить. Но не о цветах, не о торте, даже не о красоте невесты или благородстве жениха говорили гости. В воздухе витало что-то особое. Сладкое ощущение, заставившее некоторых пришедших на секунду остановиться и восхищенно спросить: «Вы это чувствуете?»
Здесь была семья Гранта, были Марли и Джесси-младший. Вместе с Ферн Эмброуз наконец обошел всех родственников своих погибших друзей. Всем им пришлось нелегко, но так началось исцеление, несмотря на то что Луиза О’Тул, по-прежнему винившая Эмброуза, отказалась открыть ему дверь и не появилась на свадьбе. Каждый по-своему справляется с утратой, и придет время, когда она смирится со своей. Джейми Кимбэлл и Эллиот пришли вместе, по их сплетенным рукам и теплым взглядам было понятно, что город в скором времени ждет еще одна свадьба.
Малыш Тай быстро рос, правда, иногда по-прежнему забирался в кресло Бейли и просил его покатать. Но на свадьбе никто не сидел в кресле Бейли. Оно стояло на почетном месте — в первом ряду с краю, и когда Ферн под руку с матерью шла к алтарю, она не сводила с него глаз и очнулась лишь тогда, когда Эмброуз взял ее под руку.
Пастор Тейлор поцеловал дочь и прикоснулся к изрытой оспинами щеке парня, который пообещал любить Ферн и оставаться ей верным всю жизнь. Клятвы были произнесены и скреплены поцелуем, глядя на который гости невольно усомнились, что молодожены задержатся на праздничном ужине. Джошуа Тейлор, расчувствовавшись, обратился к гостям, восхищаясь красотой пары, которой пришлось преодолеть столько преград.
— Чтобы понять истинную красоту, которая не увядает, нужно время. Нужны испытания. Нужна невероятная стойкость. Красота — как те капли, что постепенно образуют сталактит, как дрожь Земли, возводящая горы, как удары волн, стачивающие скалы. Из неистовства, из гнева, из бушующих ветров и бурлящих вод рождается что-то прекрасное — то, чего иначе бы не существовало. И потому мы держимся. Мы знаем: есть высший замысел. Мы надеемся на того, кого невозможно узреть. Мы верим: потери дают нам опыт, а любовь — силу. В каждом из нас можно отыскать внутреннюю красоту — столь величественную, что внешняя красота никогда с ней не сравнится.
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий