Приручение. 10 биологических видов, изменивших мир

Близкие родственники и варианты истории

Попытки раскрыть историю происхождения домашней лошади оказались – как вам теперь нетрудно догадаться – весьма непростой задачей. Как и в случае с волком и первыми собаками, турами и первым домашним рогатым скотом, трудно установить различия между костными останками диких и домашних лошадей. Ведь пястные и плюсневые кости, найденные в Ботае, почти не отличались от костей диких животных. И действительно, в общем скелеты всех видов, входящих в род Equus, очень похожи друг на друга. Если поставить рядом скелеты зебры и осла, будет трудно определить, какой кому принадлежит. Но и в этом случае на помощь ученым пришла генетика. Прежде чем делать догадки относительно происхождения домашней лошади, нужно убедиться, что мы четко понимаем различия между существующими сегодня видами рода Equus. Не так давно наукой было доказано, что разница между некоторыми из них значительно меньше, чем мы всегда думали.
Приходится признать, что в прошлом специалисты по систематике слишком рьяно взялись за разделение рода Equus на отдельные виды. Генетические исследования позволяют предположить, что отдельные популяции, которые традиционно относились к разным видам, на самом деле состоят в значительно более близком родстве. Например, саванная зебра и вымершая квагга обычно считаются отдельными видами, преимущественно на основании различий по экстерьеру. Однако современные генетики заявляют, что это один и тот же вид. Еще пример: вымершие «быстроногие лошади», обитавшие в Америке, по большей части – настоящие лошади, предки современных домашних лошадей. Но, несмотря на то что родословная лошадей становится менее разветвленной и выявляются более близкие генетические связи, чем предполагалось ранее, одно остается несомненным: домашние лошади, Equus caballus, а также их дикие предки и братья, Equus Ferus, – очень близкие родственники единственного на сегодняшний день по-настоящему дикого вида лошадей, обитающих в степях Средней Азии, а именно – Equus przewalskii, лошади Пржевальского. У этих невысоких, но коренастых лошадок песочная или рыжая шерсть, светлые морды и брюхо, жесткая коричневая грива и полоса, тянущаяся вдоль всей спины.
Благодаря генетическому анализу стало возможным восстановить семейную историю настоящих лошадей и частично датировать ее. Древние предки домашней лошади оформились в отдельный вид приблизительно 45 000 лет назад, отделившись от предков лошади Пржевальского, задолго до одомашнивания. Но, несмотря на это расхождение, между видами по-прежнему случались скрещивания и происходил взаимообмен генами, что четко отражено в современных геномах. Большая часть скрещиваний имела место давно, до пика последнего ледникового максимума 20 000 лет назад. После окончания ледникового периода время от времени гены лошади Пржевальского все еще «попадали» в геном предков домашней лошади, в том числе и после ее одомашнивания. Значительно позже, в начале XII века направление потока генов меняется: от домашней лошади к лошади Пржевальского. Этот последний случай «вливания» генов домашней лошади в геном лошади Пржевальского соответствует началу разведения и содержания в неволе лошадей Пржевальского.
У этих двух популяций лошадей поистине удивительная способность к межвидовому скрещиванию. Они значительно отличаются друг от друга – и морфологически, и генетически – и потому считаются двумя отдельными видами. Более того, у этих животных разное число хромосом, что часто рассматривается как непреодолимое препятствие для скрещивания. У домашних лошадей 64 хромосомы (32 пары), а у лошадей Пржевальского – 66 (33 пары). При формировании яйцеклеток и сперматозоидов у млекопитающих эти клетки получают половину набора хромосом, имеющегося в остальных клетках организма. При оплодотворении генетический материал яйцеклетки и сперматозоида объединяется, и снова создается полный набор хромосом. Каждая хромосома яйцеклетки должна образовать пару с соответствующей хромосомой сперматозоида, прежде чем оплодотворенная яйцеклетка сможет начать делиться и формировать эмбрион. При спаривании домашней лошади с лошадью Пржевальского в оплодотворенном яйце будет один набор из тридцати двух хромосом и один набор – из тридцати трех. Но каким-то образом (даже генетики до конца не понимают как) хромосомы все-таки находят себе пары, поскольку в противном случае рождение жизнеспособного потомства было бы невозможно. А следы скрещивания в геномах современных домашних лошадей и лошадей Пржевальского демонстрируют, что в результате такого спаривания не просто рождались жизнеспособные жеребята, но они были способны к производству потомства.
Несомненно, всем известны межвидовые гибриды лошадиных рода Equus. Например, лошак – гибрид жеребца и ослицы. А мул, наоборот, – кобылы и осла. Несмотря на то что и лошаки, и мулы обычно бесплодны, иногда они могут давать потомство. Это также довольно удивительно, если учесть, что у ослов тридцать одна пара хромосом, а у лошадей – тридцать две. Но в геномах различных видов лошадиных найдены следы и более невероятных случаев скрещивания: между сомалийским диким ослом (тридцать одна пара хромосом) и зеброй Греви (двадцать три пары хромосом). Подобные случаи ставят под сомнение сложившиеся научные взгляды на некоторые биологические процессы. Границы между видами, оказывается, гораздо более проницаемы, чем принято было считать до появления геномики. Получается, что даже различие в числе хромосом не может служить настоящим препятствием к успешному размножению, как полагали ученые.
Помимо поиска ответа на вопросы относительно межвидового скрещивания, генетика позволяет проследить изменение размеров древних популяций животных с течением времени. Популяции предка домашней лошади, Equus Ferus, и предка лошади Пржевальского значительно сократились в конце плейстоцена и начале голоцена, приблизительно 10 000-20 000 лет назад. Численность животных продолжала сокращаться до самого момента одомашнивания, примерно 5000 лет назад. После этого домашней лошади, Equus caballus, было гарантировано счастливое будущее. Однако в то время как популяции домашних лошадей непрерывно росли и распространялись по миру, их дикие собратья оказались под угрозой исчезновения.
Близкий дикий родственник домашней лошади, Equus ferus, также известный как тарпан, – с характерной песочно-серой окраской шерсти, светлым брюхом, черными ногами и короткой гривой – окончательно вымер в 1909 году. Численность лошади Пржевальского также стремительно сокращалась. Эти редкие и очень робкие лошади были впервые замечены русским исследователем Николаем Михайловичем Пржевальским во время путешествия в среднеазиатскую степь в 1879 году. К тому времени популяция этого вида уже сократилась, и лишь немногочисленные стада лошадей Пржевальского паслись в степях Монголии и Внутренней Монголии. Перед отъездом на родину Пржевальский получил в подарок шкуру и череп застреленной лошади этого вида, которые он, как и положено, отвез в Санкт-Петербург. В столице останки исследовал зоолог И. С. Поляков, который в 1881 году опубликовал описание необычной лошади. Поляков определил, что останки монгольского животного достаточно отличаются от домашней лошади, чтобы наука признала его новым видом, и назвал этот вид монгольских диких лошадей в честь открывшего их русского ученого. Лошадьми Пржевальского моментально заинтересовались коллекционеры, в Монголию снаряжались многочисленные экспедиции для отлова особей для зоопарков, что привело к еще большему сокращению популяции. Последней пойманной лошадью Пржевальского была кобыла по кличке Орлица, которая попала в неволю еще жеребенком. В дикой природе этот вид встречался все реже и реже. Иногда признание нового вида сильно вредит этому самому виду. Экспедиции для пополнения коллекций зоопарка неизбежно привели к гибели определенной части животных и рассеиванию популяции.
Последний раз лошадь Пржевальского видели в 1969 году в Джунгарии, на юго-западе Монголии. Вид вымер в дикой природе, но сохранился в зоопарках, причем достаточно долго, чтобы дать потомство. В 1980-1990-х годах была сделана попытка вернуть лошадей Пржевальского в дикую природу, используя потомков всего четырнадцати особей, включая Орлицу. Эксперимент увенчался успехом. В 1960–1996 годах лошадь Пржевальского считалась «вымершей в дикой природе», но к 2008 году она снова вернулась к жизни, пусть это было и небольшое число особей, «находящихся на грани полного исчезновения». С тех пор численность вида несколько увеличилась: в 2011 году он перешел в категорию просто «вымирающих видов», что означает, что на воле живут не менее пятидесяти взрослых особей.
По оценкам, сегодня несколько сотен лошадей Пржевальского обитают на воле. Небольшой размер популяции означает, что вид все еще уязвим для разных неблагоприятных факторов, таких как болезни и суровые зимы, но люди помогают ему выживать. В заповеднике Каламайли в китайском Синьцзяне, где лошадь Пржевальского была выпущена на волю в 2001 году, каждую зиму животных собирают в загон, чтобы давать им дополнительный корм и защищать от конкуренции с домашними лошадьми. К 2014 году только в одной этой группе выпущенных в дикую природу лошадей Пржевальского насчитывалось 124 особи – ее признали самым успешным опытом реинтродукции в Китае.
Популяция лошадей, живущих в неволе, также достаточно велика – 1800 особей в зоопарках мира – и продолжает расти. Реинтродукция в основном проводилась на территории Китая и Монголии, в регионе, где в последний раз видели диких особей вида до вымирания. Помимо этого, лошадей Пржевальского выпускали на волю в заповедниках и национальных парках Узбекистана, Украины, Венгрии и Франции.
История этих диких лошадей – альтернативный вариант развития их одомашненных родственников, Equus caballus. Что бы произошло, если бы и этот вид никогда не был приручен? Несомненно, история человечества приняла бы совершенно другой оборот, но по-иному бы сложилась и судьба самих животных. Для наших предков, охотников-собирателей времен палеолита, лошади служили важным источником мяса, и конечно же, они бы полностью были истреблены древними охотниками, если бы человек не обнаружил, что лошадь может оказаться полезной и в другом: перевозить ездоков через бескрайнюю степь и носить рыцарей в бою, тянуть повозки, кареты и лафеты или демонстрировать статус и престиж определенных слоев общества. Реинтродукция лошадей Пржевальского в дикую природу – настоящая история успеха – победа участников этого проекта, – но мировая популяция этих лошадей, живущих как на воле, так и в неволе, не превышает пары тысяч особей. Для сравнения численность домашних лошадей на планете доходит до 60 миллионов. Есть опасения относительно сокращения генетического разнообразия лошадей, а также исчезновения определенных пород, но судьба вида Equus caballus гораздо легче, чем судьба его диких собратьев.
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий