Атрион. Влюблен и опасен

Глава 6
ПЕРЕД ПРОЧТЕНИЕМ СЖЕЧЬ

КОМПРОМАТ
Ну а как иначе можно было назвать то, что происходило в кабинете?

 

— Что ты себе позволяешь! Как смеешь меня принуждать! — Королева пыталась прорваться обратно к двери и возмущалась той бесцеремонностью, с которой с ней обращаются. Наверняка никто ранее рук не распускал и свободы ее не лишал.
— Принуждаю? — демонстративно удивился папа. — Я всего лишь организую условия для беседы. Ведь вы сами хотели узнать, кто я. — Не прекращая наступления, он оттеснил Маргариту к столу. Вернее, к высокому креслу, на которое она практически упала.
— И кто же ты? — Королева подскочила, но тут же осела, потому что крупногабаритная фигура остановилась перед ней, не оставляя возможности сбежать. Еще и сообщила:
— Мое имя — Натан. — Отец одним коротким движением подтянул к себе украшенный изысканной резьбой стул, с неприятным звуком проехавшийся ножками по паркетному полу, и уселся напротив.
Осознав, что отступать ее визави не собирается, королева изменила свое поведение, доказывая, что она умеет контролировать ситуацию.
— Маргарита, — назвала себя в ответ, расположилась в кресле удобнее и сцепила пальцы в замок, укладывая локти на подлокотники. — Надеюсь, теперь я получу ответы и на другие свои вопросы?
— Разумеется, — с готовностью подтвердил папа. — Но только после того, как я выясню то, что желаю узнать.
Глаза его собеседницы гневно прищурились, она приоткрыла рот с явным намерением осадить наглеца. Да только тот возможности это сделать ей не оставил.
— Марго, в ваших интересах со мной сотрудничать, — доверительно сообщил. — Как настоящий монарх проявите гибкость и дальновидность. Поверьте, я могу получить информацию другими способами, куда менее приятными, чем деликатный разговор. И можете не сомневаться, не премину их применить, в случае если вы будете продолжать упорствовать.
И снова королева взяла себя в руки. На мгновение опустила веки, чтобы совладать с эмоциями, и уже совершенно ровным голосом разрешила:
— Спрашивайте.
— Кто организатор сбора шеклака? — Отец немедленно воспользовался ее уступчивостью, при этом доказывая, что информацией владеет той же, что и я.
Вот интересно знать, откуда он ее получил, а? Я же никаких рапортов не пересылала!
— Корпорации, которые его продают, — пожала плечами Маргарита и принялась расправлять кружево на рукавах платья.
— Кто стоит во главе? — продолжился допрос.
— Те, кому небезразлична наша судьба! — вспыхнул возмущением взор карих глаз. — Мы на грани гибели, и все, кого этот факт тревожит, делают все от них зависящее, чтобы не допустить катастрофы.
— И для этого нужно похищать шеклян? — Отец явно не понял взаимосвязи.
Как и я, впрочем.
— А что нам остается? — помрачнела и встряхнула головой Марго. Темные прядки распущенных волос упали ей на лицо, и она сердитым движением их убрала. — Пятнадцать лет назад оба центра, и клонирования и репродукции, начали давать сбои. Началось все с того, что однажды сформировалась неполноценная копия, без рук. Ее сразу пришлось утилизировать. Но не прошло и сезона, как подобное повторилось. Потом стало систематическим явлением. И с каждым годом ситуация усугубляется все сильнее. Сейчас уже каждый второй клон, который формируется в центре, негоден к использованию. Это значит, что скоро мы столкнемся с недостатком рабочих рук! Мало того, объем гипномассы тоже стал сокращаться. То есть вскоре мы потеряем возможность контролировать даже те копии, которые имеем, ведь, чтобы сохранять над ними гипноконтроль, их нужно подкармливать минимум раз в сезон. А прием консервированного шеклака любой эмоциональной категории увеличивает этот срок в два раза. И клоны от тех доноров, которые более года принимали шеклак, формируются без дефектов почти в девяноста процентах случаев.
— Это не выход из ситуации, — не согласился с ее логикой отец. — Всего лишь отсрочка. Разве непонятно, что нужно искать иной путь решения проблемы?
— Мы ищем, — одарив его гневным взглядом, отрезала королева. — Думали увеличить свою рождаемость, но одна и та же женщина не может забеременеть более трех раз. А после того как стали появляться неполноценные клоны, оборудование Центра репродукции тоже начало сбоить. Теперь оно отказывается даже от тех, кто рожал всего один-два раза.
Королева умолкла, и папа подтолкнул ее к продолжению:
— Все равно непонятно, зачем же вы так активно используете партнеров. То есть их натуральный шеклак. Да еще и ограничиваете число тех, кто имеет возможность его потреблять.
— Пока это лишь несколько случаев, — осторожно, словно боясь спугнуть удачу, ответила Маргарита, — но пары, в которых одна из будущих мам принимала натуральный шеклак, а другая — консервированный, смогли забеременеть снова. Несмотря на то что до этого центр на них уже не реагировал. А если обе потенциальные мамочки употребляют натуральный шеклак или обе консервированный, то такого же эффекта не получается. Мои ученые пока не могут точно установить причины этого явления. Единственное достоверное предположение — что это связано с наличием двух разновидностей шеклян. Шеклак, соответственно, тоже должен быть разным, чтобы давать вот такой эффект.
— Значит, вы используете вещество, которое производят шекляне, не как наркотик, а как стимулятор наступления беременности, — задумчиво подвел итог папа. — И вам не жаль их эксплуатировать?
— Вот сдались тебе эти неразумные! — фыркнула королева. — Откуда вообще такой интерес к тому, как и зачем мы их используем? Подожди… — Она присмотрелась внимательнее, оценивая внешний облик сидящего перед ней мужчины. — А ведь у тебя с ними есть что-то общее… Я шеклян-партнеров имею в виду. Какие-то черты от них, но больше все же от нас… Ты гибрид с ними? Кто тебя создал? Это какой-то хитрый политический ход?
— Это биология, Марго, — пояснил папа. — Меня никто не создавал. Я являюсь представителем той самой второй разновидности, которая должна быть, но по неизвестным причинам отсутствует в вашей популяции. Я — мужчина. А функция мужчин — способствовать появлению детей.
На лице собеседницы появилось потрясение, которое сменилось изумлением, потом благоговением, в итоге, округлив глаза, она ошеломленно выдохнула:
— Вы тоже вырабатываете шеклак?!
— Мы вырабатываем кое-что другое, — не смог удержаться от улыбки отец. — И поверьте, оно работает куда эффективнее.
— Я хочу попробовать!
Не знаю, может, королева привыкла немедленно получать желаемое, а может, просто слова отца решила проверить. Но когда она резким, быстрым движением подалась к нему и впилась в рот поцелуем, точно таким, которым забирала шеклак у атрионов, ошалела не только я. Папа к такому повороту тоже оказался не готов. И ракурс, с которого демонстрировал картинку Декс, отлично позволял видеть его глаза, расширившиеся от изумления.
Вот только отталкивать и разочаровывать Марго отец не стал. Обнял, усадил себе на колени, запустил пятерню в волосы, массируя затылок. Да и целовать стал иначе, недвусмысленно показывая, что его позиция в паре вовсе не пассивная, а очень даже активная. Мало того, доминирующая. А когда наступившую тишину разорвал жалобный не то стон, не то всхлип и женские руки скользнули на широкие плечи, а тело прижалось еще сильнее…

 

В общем, дальше отец повел себя как… мужчина.
Впрочем, удивляться тут нечему — он всегда придерживался принципа: если женщина чего-то хочет, то лучше ей это дать. Но дать в том виде, в котором нужно тебе. Иначе она возьмет сама, и не факт, что сделает это правильно, не причинив вреда самой себе или окружающим.
Для подобных жизненных убеждений у отца была объективная причина. Он маму потерял именно потому, что категорически возражал против ее участия в геологической экспедиции на Ганимед. А мама все равно вошла в ее состав. Права на это у нее были, запретить ей он не мог. Вот только никто из исследователей не вернулся. И поиски никаких результатов не дали.
Мне тогда было всего ничего, четыре года, но я отлично помню, как сильно папа после этого изменился. Как упрекал себя за то, что пустил все на самотек, вместо того чтобы пойти вместе с мамой. Говорил, что если бы был с ней, то мог бы спасти, и в нашей жизни все было бы иначе. Потому и мне, когда я в разведшколу попросилась, разрешил в нее поступить. Но при этом сделал так, чтобы я все равно осталась под его личным контролем.

 

— Ты куда, Натан? — раздался томно-возмущенный выдох, и я вновь сосредоточилась на происходящем в кабинете.

 

А там…

 

Сидящая на краю стола раскрасневшаяся Марго тяжело дышала. Волосы в совершенном беспорядке, юбка поднята по самое не могу, открывая взгляду красивые ножки в изящных туфельках, корсаж платья расстегнут и держится исключительно на честном слове. Папочка со всей ответственностью подошел к своим мужским обязанностям.
— Мне нужно идти. — Отвечая на ее вопрос, он подхватил китель, небрежно брошенный на спинку стула.
Закончив его застегивать, склонился к лицу нахмурившей брови Маргариты и легким поцелуем коснулся губ. Та со стоном оплела руками его шею.
— Не отпущу, — прошептала. — Я же должна убедиться, что ты меня не обманываешь и после этого детки будут.
Краткий смешок, и папа снова ее поцеловал.
— Я вернусь, — пообещал, оправляя форму. — Мы еще не закончили разговор.

 

Я едва успела убрать технику, как дверь в кабинет распахнулась, и отец показался на пороге. Цепким взглядом пробежал по приемной, оценивая дислокацию. При виде меня уголки его губ чуть вздрогнули в попытке улыбнуться, но все же выражение лица осталось невозмутимым, а взгляд скользнул дальше, останавливаясь на атрионах. И шагнул отец именно к ним. Встал напротив, закладывая руки за спину.
— Прошу прощения за то, что вам пришлось ждать. Позвольте мне от лица Конфедерации принести вам наши самые искренние извинения за действия жительниц Терры, доставившие вам столько проблем. И выразить надежду, что вы рассмотрите возможность принять в качестве компенсации за причиненный вред нашу помощь в возвращении всех захваченных ими пленных на Атрион. Я понимаю, что ситуация для вас совершенно непонятная и тревожная, но очень надеюсь, что вы проявите еще немного терпения и разрешите нам во всем разобраться окончательно, прежде чем давать вам объяснения. Также прошу до выяснения всех обстоятельств дела не возвращаться на корабль, а остаться во дворце. Это займет лишь несколько дней, зато облегчит наше взаимодействие и упростит переговоры.
— Хорошо, — коротко кивнул гайд. — Мы останемся.
— Охрана вас проводит в комнаты для проживания, — продолжил папа. — Вы не будете возражать, если наш, то есть ваш, агент задержится и кое с кем встретится?
И взгляд в мою сторону. Вернее, два взгляда. Один беспокойный, напряженный. Второй оценивающий, испытующий.
Ну все. Разбор полетов мне обеспечен. Причем в самой ближайшей перспективе.
— С кем именно? — нахмурился Ис-Лаш. Хотя… Ведь это я заметила его реакцию, а мой отец никаких признаков его недовольства не увидел.
— Со мной, — раздался уверенный жизнерадостный голос. Крепкая коренастая фигура Лисовского появилась в дверях, бодрым шагом он преодолел несколько метров приемной и остановился. — Вы меня помните? Я — муж Таис. — Олег посмотрел на атрионов, продолжая беспечно улыбаться.
— Я помню, — коротко подтвердил Ис-Лаш.
Его глаза прищурились, верхняя губа приподнялась, обнажая зубы, кисти сжались в кулаки, поза стала напряженной, угрожающей. Он даже подался к землянину, оказавшись совсем близко.
В растерянности я взирала на необычную картинку. Да что это с ним? Первый раз я наблюдала такую сильную трансформацию. Агрессивную. А ведь другие ничего не замечают! Для них Ис-Лаш по-прежнему стоит неподвижно на том же месте и в полной невозмутимости. Хотя нет, Лисовский все же начал беспокойно осматриваться.
— Что за запах? — Перестав улыбаться, он поморщился, а потом неожиданно побледнел и потерял равновесие. Не упал на пол только потому, что его подхватил папа.
Ой! Это уже не галлюцинации! Я бросилась к ним, на ходу срывая вуаль. Прижала ткань к лицу Олега, надеясь, что вдохнул он не слишком много.
— Унеси его отсюда! Быстро! Ему антидот нужен. «Це тридцать восемь»! — торопливо сказала отцу.
Впрочем, тот и без моих подсказок все понял. Одним движением взвалил Лисовского на плечо и, сопровождаемый двумя охранниками, исчез в коридоре.
— Ты что творишь?! — Едва сдерживая возмущение, я поднялась, разворачиваясь к атриону, и тут же оказалась в крепких объятиях.
А через секунду получила такую дозу шеклака, от которой напрочь забыла, за что хотела его отчитать. И даже на несколько минут утратила восприятие действительности, потому что, когда пришла в себя, поняла, что мы уже не в приемной, а в одной из комнат дворца.
— Лаш… — Сфокусироваться на лице гайда мне удалось не сразу. Осознав, что лежу на диванчике, я попыталась сесть, с трудом заставляя расслабленное и не желающее двигаться тело шевелиться. К счастью, меня поддержали, помогая и не позволяя упасть. А дальше мне хватило нескольких секунд, чтобы все вспомнить. — Ты же мог его убить! — Я едва не задохнулась от ужаса осознания того, что могло произойти. — Убить одним запахом?!
— Разумеется, мог. Но ведь не убил, — не понял моего возмущения Ис-Лаш. Еще и помрачнел, взирая на меня из-под нахмуренных бровей. — Ты так за него переживаешь… Ты его любишь?
— Да какая к черту любовь?! — Я подскочила как ужаленная. — Олег — сын президента! Лаш! Если он умрет по твоей вине, война с Конфедерацией Атриону обеспечена!
— Значит, не любишь, раз тебя пугают только глобальные последствия. — На губах гайда расцвела улыбка, а в глазах появились облегчение и нежность. Похоже, его совсем не страшат возможные неприятности. — А меня? Если бы опасность угрожала мне, что бы ты чувствовала, адиза?
— Не знаю, — сердито пробурчала я, не желая признаваться в том, что никому не поздоровится, если в отношении Ис-Лаша будет предпринято что-то нехорошее. И не важно, кто на это решится, земляне или террианки. — А где Аида? — спохватилась, осматриваясь.
Однако подруги в комнате не обнаружила. Мы вообще тут с Ис-Лашем одни.
— Она сказала, что у нее появились дела, и убежала. Если переживаешь, свяжись с ней сама. У нее же кольцо связи есть.
Точно. Я лично ей его надела и показала, как пользоваться.
Недолго думая я активировала передатчик. С облегчением всмотрелась в появившееся рядом изображение, понимая, что Аида пилотирует свою машину.
— Привет, Таечка. — Среагировав на появление рядом голограммы, подруга на секунду отвлеклась от управления, чтобы взглянуть на меня. — Очнулась? Тебя как-то мощно приложило. Ис-Лаш перестарался?
— Похоже на то, — с упреком взглянула на заулыбавшегося атриона. — У меня все в порядке. А ты куда рванула?
— Я решила, что раз мы остаемся здесь на несколько дней, то будет правильным забрать своих копий. Я вернусь к завтрашнему утру.
— Хорошо, — кивнула. Впрочем, вспомнив о том, какая участь нам была уготована, тут же спохватилась: — Ты только будь осторожнее!
— А я не одна, — успокоила меня Аида. — Меня два земных транспортника сопровождают. Тот землянин, который с Марго беседовал, сказал, что без них я никуда не полечу. Ты в курсе, сколько кораблей приземлилось? Больше сорока. А на орбите, как я слышала, вообще целая армада.
— Ого… — Я изумилась полученной информации, одновременно восхищаясь сообразительностью и предусмотрительностью родителя. — Ладно. Когда вернешься, сразу ко мне приходи. Хорошо?
Под внимательным взглядом атриона заблокировала связь. Села удобнее, поджимая под себя ноги, и вернулась к теме, обсуждение которой мы не закончили:
— Значит, убивать Лисовского ты не собирался. Тогда зачем вся эта демонстрация?
— Затем, что я тебя люблю, Таис, — удивился моей непонятливости Ис-Лаш. — И не могу позволить, чтобы рядом с тобой был кто-то еще. Вот и показал наглядно, что ему к тебе лучше не приближаться. Возможно, на Земле мужчины относятся к этому иначе, я не в курсе ваших обычаев, но на Атрионе соперников не терпят.
— Как вы с такими разборками между собой вообще выживаете? — нервно передернула я плечами, представив картинку выяснения личных отношений.
— Адиза… — Гайд немедленно сменил положение, обнимая меня и подтягивая к себе ближе. — Я всего лишь хотел помешать ему остаться с тобой наедине. Ведь именно это подразумевала просьба Натана Саталя? Поверь, если бы Лисовский к тебе прикоснулся так, как он это сделал на станции, когда мы подписывали договор, то я на самом деле пожелал бы его убить. И он был бы уже мертв.
Ну ничего себе заявочки. Похоже, влюбленный атрион — это смертельно опасно.
— Н-да-а-а… — потрясенно выдохнула я. — Лаш, но ведь ты знал, как на нас действуют ваши запа… эмоции. Почему не сдержался? Не подумал о том, что это может повлиять на меня? На Аиду? И вообще, кроме Олега там были другие земляне, мой… — Чуть не сказала «отец». Вовремя прикусила язык. — Начальник.
— Тая, ты разве еще не поняла, что наши эмоции влияют только на того, на кого направлены? Для остальных совершенно безопасны. — Ис-Лаш продолжил размеренно гладить меня по волосам. — А почему ты своего отца называешь «начальником»? У вас не принято афишировать родственные узы?
С едва слышным стоном я уронила голову гайду на плечо. Быстро же он в именах-фамилиях разобрался.
Неопределенно буркнув ему в шею: «Типа того», обняла, не в силах удержаться от соблазна. Он ведь рядышком, такой тепленький, мягонький, сла-а-аденький… Тьфу!
— Лаш! Хватит меня соблазнять! Нашел время! И место! — Оттолкнулась, выпутываясь из его рук и окутывающего сознание дурмана ванили и клубники.
— Чем же они тебя не устроили? — Нежные переливы в голосе, а на губах сливочное послевкусие. Совсем не приторное, скорее завлекающее, напоминающее о том, от каких приятных вещей я отказываюсь.
— Тут складок нет, — быстро нашла я оправдание своему нежеланию идти у него на поводу. — Мне даже переодеться потом не во что будет. И тебе, кстати, тоже, — недвусмысленно намекнула на то, что ходить голыми по дворцу неприлично.
— Хитруля… — Его губы ласково коснулись кончика носа. — Смотри, если будешь продолжать в том же духе, я пожалею, что согласился на условие твоего отца, и утащу тебя на «Дизар».
— Лучше договорись с землянами, чтобы вам и мне другую одежду принесли, — рассмеялась я. — И что-нибудь поесть. — Сглотнула слюну, которой становилось все больше. Я ведь завтракала часов шесть назад, да еще и с шеклаком Лаш переборщил, раздразнив аппетит.
— Подожди, я сейчас.
Атрион поднялся, потянулся, разминая мышцы, а я невольно им залюбовалась. Крепким, гибким. Сильным, уверенным. Сейчас вновь совсем похожим на обычного человека. Ну и пусть это в некоторой степени галлюцинация. Зато какая шикарная!
Вот только длилась моя эйфория недолго.
— Ис!
В неожиданно раскрывшийся проем влетела молодая темноволосая атрионка и в буквальном смысле этого слова повисла на гайде, оплетя его шею руками. Мало того. Она еще и к его губам прилипла, а до моего носа долетел слабый запах жасмина с едва уловимыми нотками кориандра.
Не желая бурно демонстрировать своего возмущения подобной наглостью, я сжала челюсти. И начала прикидывать, как у атрионов с верностью дело обстоит? Может, это только мужчины соперников не терпят? А у самих целые гаремы? Обидно, если так. Потому что в этом случае девчонке не поздоровится. Я, конечно, ароматами с ног сбивать не могу, но арсенал убивательных средств у меня имеется. С конкурентками мириться не буду.
Наконец с невозмутимым выражением лица атрионка отстранилась. Бросила быстрый взгляд в мою сторону и тут же отвела глаза. Ну в точности как гайд, когда со мной в первый раз общался. А тот, сияя широкой улыбкой, внушенной моему сознанию моим же одуревшим от шеклака серым веществом, радостно сообщил:
— Тая! Это Дая-Ли. Моя сестра.
О как. Сестра. То есть это он ее в качестве гаранта оставил? Ладно. Тогда пусть живет.
ВерДер шагнул ко мне, поднял с дивана и привычно собственническим движением прижался к губам. Я непроизвольно дернулась. Как-то мне не по себе от того, что до этого их касался кто-то другой. Не важно, что родственница. Впрочем, поцелуй оказался совсем кратким, оставляющим сильное мятное послевкусие. Мятное? Хм… Что-то новенькое.
Каменно-непроницаемое лицо девушки, наблюдающей за нашим общением, неожиданно изменилось. Сначала ушел зеленый цвет, потом порозовели и приоткрылись губы, демонстрируя ровные зубки. На щеках появились очаровательные ямочки и румянец. Волосы стали тоньше, прическа объемнее, а тело чуть менее угловатым и еще более женственным.
Ну вот. Теперь в арсенале моего мозга уже две галлюцинации. Очаровательно.
А Ис-Лаш на этом не остановился. Лишь немного ослабил объятия и закончил:
— Дая, это Таис. Моя адиза.
— Адиза… — Потрясение в глазах трансформировавшейся сестренки стало запредельным. Взгляд почему-то опустился вниз, на мой живот, а зрачки расширились.
Это что еще за реакция? Подозрительно. Настолько, что я начала жалеть, что раньше не допросила Лаша с пристрастием на предмет подлинного значения эпитета, которым он меня наградил.
— Кто такая «адиза»? — Развернулась в кольце рук, которые меня так и не отпустили, и требовательно посмотрела на своего партнера.
А тот, ничуть не смущаясь, совершенно спокойно ответил:
— Адиза — это любимая, которая носит ребенка.
Я нервно сглотнула и выдавила в надежде, что это я в логике атрионов ничегошеньки не понимаю:
— «Носит» — это же чисто гипотетически? То есть: может быть, когда-нибудь, в будущем?
— Тая… — ласково пожурил меня переливчатый голос. — Если гипотетически, то «атиса».
Кажется, на этом мне стало совсем нехорошо. Настолько, что Лаш успокоил меня очередной порцией шеклака, а его сестричка принялась хлопотать, устраивая на диване удобнее. Даже еду откуда-то добыла, за которой атрион так и не успел сходить.
— Ну чего ты так испугалась? — тревожился Лаш, заглядывая в мои глаза и нежно гладя пальцами по щеке. — Разве в этом есть что-то плохое? Дети — это же замечательно.
— Замечательно, но… Мы ведь разные… — Меня даже голос не слушался, столь сильным оказалось потрясение.
— Видимо, не настолько, раз ты в положении, — пожала плечами Дая, колдуя над подносом с сублиматом.
— А вы оба откуда знаете, что я?.. Лаш! Ты ведь уже давно так стал меня называть! С самого начала был в курсе, да?
— Конечно, знал, Таечка. У тебя сразу эмоциональный фон изменился. А он при беременности очень специфический. Это невозможно не почувствовать.
Пффф… Фон, значит? Информация в моей голове по-прежнему не укладывалась. Никак мозг не хотел поверить, что его не обманывают и это не очередная галлюцинация. На сей раз слуховая. Ведь я сама генетический анализ образцов делала! Ой…
Хромосомный набор: 2п = 46 во всех трех образцах
Степень идентичности клеточного цикла 99,9 %
В памяти всплыли фрагменты протокола, и я беззвучно ахнула. Да что ж я была такая невнимательная?!
Под удивленными взглядами атрионов торопливо включила вильют и отыскала в кармашке комбинезона пуговичку-тестер. Самый что ни на есть простенький аппарат, который анализ чего угодно сделает, когда срочно нужно определить химический состав. Для такой элементарной процедуры ни диагност, ни сложные исследования не требуются. Прикрепила пуговичку на кожу, активировала нужную программу, настроила глубину проникновения сканирующего элемента и сформировала файл.
ТЕСТ
Спустя десять секунд под названием начал появляться внушительный перечень всего того, что в моей кровушке есть и в норме, и в избытке, и в недостатке. Вот только я лихорадочно прокручивала список, отыскивая единственное, что меня сейчас интересовало. Ну и нашла, естественно.
Хорионический гонадотропин — 30 458 мЕд
Широко раскрыв глаза, я смотрела на астрономическое значение того самого вещества, присутствие которого в таких количествах — уже не просто эфемерное доказательство. Неоспоримый факт.
— Ты доверяешь своей технике больше, чем мне? — Ис-Лаш с интересом всмотрелся в зависшие передо мной символы.
Пусть это и не вайли, а юниверсл, подоплека моих действий атриону и без перевода понятна.
— Я просто пытаюсь понять, как такое возможно. — Я свернула программу и выключила технику.
— Зачем? — удивился будущий папочка, получивший возможность вновь утащить меня в свои объятия. — Жизнь — самое загадочное явление в нашем мире. И если она смогла вот таким способом нас объединить, значит, в этом есть смысл. И его нужно просто принять.
— Именно принять, а не пытаться найти объяснения, — поддакнула Дая, подтаскивая стул ближе к дивану. Прихватила со стола поднос, на котором не только земная еда, но еще и два стакана с муссом, который пьют атрионы. Уселась напротив и спросила: — Ис, ты сам ее покормишь? Или мне доверишь?
— Сам. Открывай ротик, Таечка.
Спорить не было никаких сил. Да и желания тоже. Я послушно жевала кусочки овощного шашлычка и пила сок, прислушиваясь к разговору.
— Ош-Кар с вами? — первое, чем заинтересовалась девушка, размешивая густую сиреневую массу в высоком стакане, из которых так любят пить атрионы.
— На «Дизаре», — предсказуемо ответил ВерДер.
— Жаль, — погрустнела Дая.
И у меня отпали последние сомнения относительно того, что она испытывает к капитану. Явно не просто симпатию.
— Он очень за тебя переживал, — подбодрил сестру Ис-Лаш. — Знала бы ты, как ИдеСар корил меня за то, что я тебя у землян оставил. Так что он ждет не дождется, когда ты к нему вернешься. Расскажи хоть, как у землян жила? И почему здесь оказалась?
— Нормально жила, — пожала плечами атрионка и поправила воротничок блузки, которая была на нее надета и заправлена под широкий пояс длинной юбки. — Видишь, земную одежду научилась носить. Складок у них нет. Мыться в таких жутких штуках приходится, — развела руками в попытке визуально продемонстрировать. — Сначала я от всего этого в ужас пришла, потом освоилась. Хорошо хоть еда была привычная. О, кстати! Вот это, — она кивнула на свой напиток, — я из земной пищи приготовила. Ис, не сердись! Знаешь, как мне скучно было? Гулять негде, общаться практически не с кем, привычных занятий никаких… А я же фидер. Все, что можно потреблять внутрь, для меня безумно интересно. Вот я и попросила землян снабдить меня их продуктами, чтобы поэкспериментировать. Они пошли навстречу, даже помогли немного. Между прочим, основная органическая масса, из которой сделаны земные продукты, от нашей основы практически не отличается. А если в качестве добавок к ней взять правильные ингредиенты, которые не фонят, то вообще отличные комбинации получаются. Попробуй! — Дая подхватила с подноса второй стакан и протянула брату.
Хоть тот и посмотрел с неудовольствием, но сестричке не отказал. Положил на поднос вилку, потому что кормить меня уже закончил, и поморщился, послушно отпивая маленький глоток кулинарного шедевра. Я его реакцию понимала — кашка, которой кормили шеклян террианки, может, и питательна, зато почти безвкусна. Ис-Лаш не раз жаловался. Я пыталась ее улучшить, добавляя то, в чем была уверена, но больших успехов не добилась. ВерДер терпел, конечно, выбора-то у него не было, но террианский заменитель атрионской еды ему совершенно не нравился.
А вот земной аналог, похоже, по вкусу пришелся. Потому как выпил он все до дна.
— Как ты такую ровную консистенцию получила? — удивился, пройдя кончиком языка по губам, чтобы убрать остатки мусса. — Сомневаюсь, что на Земле растут лейеры.
— У землян «растут» шейкеры, — засмеялась Дая. — Это устройства специальные для перемалывания, взбивания, прессования… Что хочешь сделать могут. С ними так интересно экспериментировать!
— Я бы посоветовал тебе не слишком увлекаться чужими технологиями. Вернешься на Атрион, у тебя ничего этого не будет, — нравоучительно выговорил гайд.
Он явно не в восторге от увлеченности сестры.
Склонив голову, Дая-Ли косо на него взглянула из-под темных бровей и поджала губы. Ей точно понравилось с техникой работать. А вот нотация брата — не очень.
— Почему не будет? — Я вступила в разговор, решив, что хватит мне уже молчать. — Кто мешает вам с нами сотрудничать?
Серые глаза ласково посмотрели на меня, а голос зазвучал так мягко, переливчато, вот только слова, которые он произносил, ну никак не вписывались в эту идиллическую картинку:
— Таечка, на Атрионе и без земной техники замечательно.
Я надула щеки, натужно выдыхая, потому что в голове не укладывалось — как можно быть настолько консервативным! Причем, уверена, если я выберу правильную тактику, задавшись целью его переубедить, то он в конце концов согласится. Сколько раз уже такое было. Так почему же изначально ВерДер все принимает в штыки? Вернее, категорически не принимает!
— Привыкай, Таис, — философски посоветовала Дая. — Гайды, они все такие. Упертые.
— А какими нам еще быть? — Ис-Лаш укоризненно покачал головой. — В конце концов, это наша прямая обязанность — управлять миром Атриона и оберегать его. Я не могу позволить ни себе, ни кому-либо из тех, кто меня окружает, привнести в него то, что его разрушит.
— Ладно-ладно, — предупреждающе протянула девушка. — Вот и посмотрим, кто у тебя родится. И легко ли ты с его предназначением будешь справляться.
— «Предназначение»? Это как? — Мой мозг немедленно уцепился за новый нюанс в обсуждении.
— Это твое значение. Призвание. Роль в социуме и среде, для которой ты больше всего подходишь, — терпеливо пояснил Лаш.
— Мм… — Я попыталась абстрагироваться от земных реалий и переключиться на атрионские. — Если это род занятий, тогда почему сразу с рождения? Разве соответствующим навыкам не нужно учиться?
— Нужно, — подтвердил Ис-Лаш. — Но они приобретаются быстро и легко именно потому, что уже заложены природой.
Ого. То есть у атрионов профессиональная направленность в утробе мамы формируется?! То есть родился ты, и сразу понятно — гайд. Или капитан. Или пилот. Или, как Дая, — фидер. И что, это самое «предназначение» потом нельзя изменить?
— Зачем? — Ис-Лаш основательно растерялся от моего вопроса.
— А вдруг оно тебе не понравится?
— Как это? — изумились атрионы. Оба. Что братик, что сестричка.
Ясно. «Предназначение» — это не профессия. Это диагноз.
За моего еще не родившегося ребенка мне стало страшно. Ведь никакой свободы выбора. Кто-то или что-то решит за него, кем ему быть. Кошмар!
— Он сам это решит, — вернув бокал на поднос, а меня в свои объятия, пояснил гайд. — То есть именно сейчас решает. Ты совершенно напрасно волнуешься, адиза.
— А ты совершенно напрасно так часто меня успокаиваешь.
Я облизнула губы, на которые вновь легла сладкая ванильная патока, приправленная легкой кислинкой. Нет, ну а вправду, он за сегодняшний день норму по шеклаку, который в меня влил, однозначно перевыполнил.
— И вовсе не напрасно, — не согласился со мной Ис-Лаш. — Я же чувствую, что в этом есть необходимость. Твой эмоциональный фон очень нестабильный.
— Да, я помню. У тебя рефлекс на это срабатывает. И на мои феромоны. А ты так ничего и не придумал, чтобы от этой зависимости избавиться?
— Нет. Похоже, от этого вообще нельзя найти полноценной защиты…
— Братик, ты в своем уме? — не дав договорить, изумилась Дая-Ли. — Не слушай его, Таис. У нас сексуальные контакты вовсе не на физиологии основаны, а исключительно на психологическом влечении. Если такового нет, никто из атрионов не будет стремиться к близости. Ис тебя любит, поэтому его к тебе тянет. А говорит так, потому что не хочет, чтобы ты знала, что это никак не связано с твоими феромонами.
— Лаш, зачем? — Я уперлась ладонями Ис-Лашу в грудь и отстранилась, заглядывая в глаза.
— Затем, что не хочу тебя терять. И очень боюсь, что ты от меня уйдешь. — Он помрачнел. — Для землян ведь в личных отношениях на первом месте стоит физическое влечение, а не психологическая связь.
— Вот дурак! — Выслушав подобные выводы, я рассердилась неимоверно. — С чего ты это взял?
— Но ведь ты со мной спишь, — рассудительно выдал гайд, — и при этом не демонстрируешь ничего, кроме желания получать удовольствие от физической близости. А еще у тебя муж есть, которого ты тоже не любишь, но замуж-то вышла.
Мне ничего не осталось, кроме как потрясенно закатить глаза к украшенному лепниной потолку. Знала бы, что у него на этом моменте пунктик, сказала бы сразу.
— Я люблю тебя, глупый. — Обняла его за шею, вновь возвращаясь в столь желанные объятия. — И никуда не собираюсь уходить. Олег мне муж только номинально, у меня с ним никогда и ничего не было. А не демонстрирую своего к тебе отношения, потому что… не знаю. Не умею, наверное.
— У землян не принято афишировать свои чувства? — заинтересовалась Дая.
— По-разному, — уклончиво ответила я. — Все от характера человека зависит.
— Таечка, — куда-то в волосы прошептал Лаш. — Давай ты больше не будешь от меня ничего скрывать? Знаешь, как мучительно больно было думать, что ты меня не любишь?
Я молча кивнула, надеясь, что смогу выполнить его просьбу. Я так привыкла к личной независимости и одиночеству, что теперь открыться кому-то полностью, даже любимому, совсем не просто.
— Ну, раз мы во всем разобрались, я пойду в свою комнату. Меня тут рядом разместили.
Послышался тихий шелест ткани и легкие шаги.
— Подожди, Дая-Ли! — спохватилась я. — А как получилось, что ты оказалась здесь, на Терре?
— Меня земляне с собой забрали, когда сюда полетели, — развела руками атрионка.
— И давно забрали? — Я напряглась. Какое-то нехорошее у меня предчувствие.
— Хм… — задумалась девушка. — На станции я дней десять провела. Земных. Пришлось привыкать к новой системе отсчета. — Хихикнув, дернула плечами и вернулась к воспоминаниям: — А все остальное время, до сегодняшнего дня, жила в каюте на земном корабле.
Ну вот. Я так и думала. Вернее, чувствовала, что с появлением здесь отца и флота все очень непросто. Теперь бы узнать точнее.
Выяснить получилось только на следующий день. И сбылось мое желание даже без каких-либо особых усилий с моей стороны — не успела я проснуться, как мой вильют привычной вибрацией известил, что имеется сообщение, игнорировать которое не стоит.
— Ты куда? — Лаш сонным голосом, но среагировал на попытку моего тела выскользнуть из его рук.
— Меня отец вызывает, — ответила я, бросив взгляд на малый экран, который услужливо развернулся вокруг запястья.
Скользнула пальцем по сенсору, подтверждая, что приду, и выключила технику. Почувствовав, как напрягся атрион, склонилась к нему, чтобы обнять и коротко поцеловать. Только потом окончательно сползла на пол и принялась натягивать одежду. Ее Ис-Лаш все же сумел вчера раздобыть.
— Мне пойти с тобой? — Присев на кровати, он наблюдал за моими сборами. — Формально я имею на это право — ты все еще моя подчиненная.
— Не нужно. — Немного подумав, я отрицательно покачала головой. — Если потребуется поддержка, я сброшу сигнал на кольцо.
— Хорошо, буду ждать.
Вроде ровный ответ, а по интонации ясно — Ис-Лаш не позволит обидеть ни меня, ни ребенка. Осознавать это было безумно приятно. Настолько, что я, невзирая на то что разговор предстоял сложный, не слишком волновалась. И совершенно спокойно шагнула в проем двери, которую услужливо распахнул передо мной охранник-десантник.
Зашла и остановилась, рассматривая окружающую обстановку. По всей видимости, это еще один кабинет королевы, а может, какой-нибудь ее подчиненной. Изящная резьба на мебели, воздушные светло-зеленые драпировки на стенах, куда более тяжелые гардины, закрывающие окна. Идеальный антураж для уверенной в себе, но весьма кокетливой женщины. Вот только сейчас за внушительных размеров столом не эффектная террианка, а мой отец. Несмотря на раннее утро, одет он в ту же форму, в которой я видела его вчера. Столешница завалена плоскими дисками, компактными носителями, упаковками из-под них и даже какими-то старыми бумагами, а над всем этим «богатством» висит сразу три голоэкрана, с которыми родитель ухитрялся работать. И у меня сложилось ощущение, что спать загруженный делами родитель не ложился вовсе.
— Наконец-то… — бросил он мне, лишь на секунду оторвав взгляд от виртуального изображения. — Садись, я сейчас закончу. — Указав подбородком на кресло, вернулся к работе.
— Доброе утро, папа, — вздохнула я, опускаясь на мягкое сиденье.
Вот и привычные реалии нашего общения. Ни тебе «здрасьте», ни «я скучал, доченька», ни поцелуя в щечку. А ведь в душе у него ко мне совсем иное отношение, вот только показывать его он не спешит.
Ожидая обещанного «закончу», я присмотрелась к матрицам раскрытых документов. Графики. Текст. Диаграммы.
— Перекинь мне файлы с параметрами технических характеристик подпространственного туннеля, которые ты забрала из архива, — неожиданно впился в меня пристальный взгляд. — Нужно сравнить с данными, которые мы получили. Все остальное тоже желательно сбросить. Пригодится для анализа.
Откуда он знает о том, что именно я с собой утащила, спрашивать не стала, понимала — сейчас для этого еще не время. Просто активировала технику, выполняя приказ.
— Уже успела с ними поработать? — поинтересовался родитель, быстро просмотрев то, что оказалось в его распоряжении, и заметив комментарии, которые я оставила после прочтения. — Хорошо. Хоть что-то сделала правильно.
— Что-то? — изумилась я неимоверно. — Хочешь сказать, все остальное не выдерживает никакой критики?
— А ты считаешь иначе? Полагаешь, что твои действия были безукоризненны? — Папа немедленно свернул экраны. Уперся локтями в столешницу, положил подбородок на сцепленные в замок кисти и, внимательно меня рассматривая, начал перечислять: — Атрионам свой геном для анализа предоставила, фактически выдав информацию о родстве землян и террианок, хотя ее лучше было бы временно придержать. Пилота, от которого твое возвращение зависело, убедить сидеть в боте не смогла. В куст-хищник не глядя полезла. Прежде чем записываться в рейдеры, ничего толком о них не выяснила. К королеве сунулась, не имея подстраховки. Не рассчитала мер предосторожности в общении с… — На мгновение он сбился, но все же закончил: — Гайдом.
Я терпеливо выслушала нотацию. Молча и опустив глаза в пол. Лишь на последних словах мое негодование начало зашкаливать, и я не сдержалась:
— Хорошо же ты осведомлен. Вот только позволь узнать, откуда у тебя эта информация, если я работала в одиночку и никаких отчетов тебе не пересылала?
— Ты забыла главное правило агентурной работы? — демонстративно удивился родитель. — Никто не выполняет задание в одиночку. Страховка обязательна.
— Но запрос атрионов не предполагал…
— Верно, — перебил он, не дав договорить. — И это основательно усложнило нам задачу. Пришлось изобретать альтернативные способы. Использовать…
— Датчики слежения для наблюдения за мной и корабль-невидимку для сопровождения «Дизара», — теперь уже я закончила за отца, демонстрируя ту самую логику, которую годами вырабатывала в школе. — А когда вы поняли, кто населяет Терру, то и агентов внедрили.
— Умница. Можешь ведь, когда захочешь.
— Но зачем? — Игнорируя похвалу, я пыталась найти ответ. — Да, я совершала ошибки. Но выполнению поставленных передо мной задач это не мешало. Я бы справилась! — Неприятное осознание того, что я фактически была ширмой, прикрытием и отвлекающим фактором, призванным заставить атрионов раскрыть суть своего запроса, напрочь уничтожило весь тот позитив, который у меня, несмотря ни на что, сохранялся.
— Таис, Таис… — Взгляд, как и интонации, приобрел оттенок снисходительности. — Поводок у агента должен быть длинным, но не настолько, чтобы он на нем удавился.
Я от возмущения задохнулась и на мгновение потеряла дар речи, а отец продолжил:
— Особенно если этот агент — моя собственная дочь. Таис… — Он оттолкнулся от стола, поднялся и шагнул ко мне. Большие ладони легли на мои плечи, сжимая и заставляя встать. А потом обняли и погладили по волосам, когда я уткнулась носом в мундир, пахнущий чем-то смолистым. — Не думай, что я тебе не доверял. Несмотря на полное отсутствие практики, ты тем не менее действовала правильно. И на самом деле неплохо справлялась. Но я за тебя переживал. И, согласись, не напрасно. Все ситуации, связанные с этим заданием, были нестандартными.
Подумав, я все же кивнула. Прав, да. Сложно представить, что ждало бы нас, не появись так вовремя земной флот. То есть десант и его непосредственное начальство.
— Как Олег себя чувствует? — вспомнила, чем закончилось это эффектное появление.
— А что с ним будет? Полежал пару часиков, пришел в себя. Сначала порывался требовать у атриона сатисфакции за покушение. Потом передумал. Сейчас уже налаживает прямой канал связи с Конфедерацией, — хмыкнул папа, выпуская меня из рук и возвращаясь в кресло.
Я же следовать его примеру не поспешила и отошла к окну. Отдернула гардину, сощурилась от ярких лучей выползающего из-за горизонта местного светила и окинула взглядом то самое каменистое плато, на котором шел бой. С верхних этажей дворца на него открывался прекрасный вид.
— А почему он был без защиты? Ты что, не знал про необходимость носить в присутствии атрионов фильтры? — продолжила расспросы.
— Ты за кого меня принимаешь? — аж растерялся папа. — Да мы ни на минуту с ними не расстаемся, с тех пор как поняли, что запахи атрионов — настоящее оружие массового поражения.
— Эмоции, — автоматически поправила я.
— Ну да, да. Аромаэмоции, — согласился отец. — Жаль только, что не все они фильтрами блокируются. Есть очень специфические соединения малых размеров, которые все же проходят сквозь защиту. Олега именно они с ног и свалили. Тебя, кажется, тоже. Только в ином смысле.
— Это в каком же? — Я порадовалась, что стою к родителю спиной и он моего лица не видит.
Краткий звук, похожий на фырканье, потом молчание и лишь затем:
— В интимном.
— Я его люблю, — на всякий случай я поставила отца в известность. А то мало ли что подумает.
— Любишь… — Теперь уже в голосе никакой насмешки. Только грусть, тревожная серьезность и забота. Родительская. — И что нам с твоей любовью теперь делать?
— А нужно? — Я обернулась, наглядно демонстрируя, что не считаю уместным подобный вопрос. — Разве это не играет вам на руку? Разве перспектива иметь своего агента среди атрионов на постоянной основе вас не устраивает? Разве вы желали бы полного прекращения всех контактов с ними? — Использовала множественное число только для того, чтобы папа забыл о родственных чувствах и думал исключительно о работе. Именно она для него всегда на первом месте. Значит, если хочу остаться с Лашем, на этом и нужно играть.
Отец прищурился, сдвинул в сторону лежащие перед ним бумаги и диски, оперся локтями на освободившуюся поверхность стола и принялся в задумчивости потирать пальцами подбородок, покрытый легкой щетиной. Периодически бросал на меня оценивающие взгляды, вновь уходил в себя. Мне даже начало казаться, что он с кем-то телепатически успевает общаться. Что, впрочем, весьма вероятно. Вне всяких сомнений, кроме него и Олега прилетело немало других «начальников».
— Уверена, что гайд согласится оставить тебя при себе? — Наконец он вернулся к разговору со мной и продолжил раньше, чем я успела ему ответить: — Впрочем, судя по его поведению, это именно так. Зацепила ты его ничуть не меньше, чем он тебя. Ты меня все больше восхищаешь, Таис. Насколько точно все рассчитала! Так органично соединить личные желания и пользу для общества может только настоящий агент. Теперь остается закрепить результат и не оставить Ис-Лашу возможности передумать. Ни сейчас, ни в будущем. Я обдумаю, как этого добиться. Иди.
Пошла, что еще мне оставалось? А по пути начала прикидывать, что же такого папа изобретет и как это на нас с Лашем отразится. С одной стороны, подставлять атрионов и шпионить у них на планете, хоть я именно на это отцу намекнула, мне не хочется. С другой — увольняться с работы однозначно не вариант. Если потеряю гражданские права, которые я с таким трудом получила, на Атрион меня не отпустят. Вот засада…
— Таечка! — Не позволив пессимистичному настрою сформироваться окончательно, позади раздалось радостное восклицание, и женские руки крепко меня обняли, а затем отпустили, чтобы я могла развернуться.
— Аида! Вернулась! — Я в свою очередь обняла подругу и коснулась губами ее щеки. Впрочем, тут же отстранилась, принимаясь строго выговаривать: — Больше так не делай. Не убегай без предупреждения. Я ведь за тебя переживала. Пойдем. Познакомишься с сестрой Ис-Лаша. — Прихватила ее за талию, увлекая по коридору.
— Тая, подожди! — Девушка уперлась, сводя на нет мои попытки продолжить путь. — Я тебя не для этого искала, а чтобы сказать…
— Что? — Я нахмурилась, потому как не ожидала, что на меня еще одна проблема свалится.
— Просто хотела поблагодарить тебя за все, что ты для меня сделала. Я во Второй возвращаюсь. Мой прежний дом еще не продали, так что смогу его снова занять. На работу снова устроюсь. Правда, теперь поисковики уже не требуются, но я что-нибудь придумаю другое. Не волнуйся, — подтвердились мои опасения.
— Но почему? — Я почувствовала, как нарастает возмущение пополам с горечью. Я ведь как лучше хотела!
— Я тебе не нужна. Только мешаю. Ты отвлекаешься, со мной возишься, а у тебя… У тебя и без меня хватает тех, кому нужно твое внимание. Ис-Лаш, Олег… — Она замолчала, едва сдерживая слезы.
— Аида, милая, ты о чем вообще? — Я решительно задвинула эмоции куда подальше и начала психологический прессинг. Другим способом переубедить подругу будет сложно. — Ты же моя пара! Олег — мой муж, а Лаш… — С губ чуть было не сорвалось «отец моего ребенка», но я вовремя сдержалась, вспомнив, где мы находимся. — Я его люблю.
— Не слишком ли много на одну тебя? — раздался скептический мужской голос, подтверждая непреложную истину, что если беседовать в общественном месте, то обязательно найдется тот, кто подслушает.
— Привет, Лисовский. — Я обернулась к стоящему за спиной брюнету и лучезарно улыбнулась. — Как ты вовремя! Познакомься, — вновь вернулась взглядом к расстроенной подруге и подмигнула. — Аида. Твоя вторая жена.
— Э-э-э… А-а-а… Что? — Самоуверенность и наглость с Олега слетели моментально.
Он даже отшатнулся, едва не теряя равновесие. На пол, конечно, не упал, но мои слова подействовали на него ничуть не менее эффективно, чем эмоции Лаша.
— Жена, говорю, — терпеливо повторила я, страдальчески закатывая глаза к потолку, а затем опустила взгляд на растерявшуюся девушку. — Дорогая, не переживай, он нормальный, просто с утра, видимо, не очень хорошо соображает, — ласково ее успокоила. — Вот такой уж нам супруг достался.
— А ну-ка, идемте! — За время моей эпической речи Лисовский пришел в себя. Подхватил нас под руки и потащил в сторону ближайшей двери.
Комната, в которую мы попали благодаря его усилиям, оказалась маленьким и очень миленьким будуаром. Бело-розовый диванчик, в тон ему мягкая кушеточка и пуфики, огромное зеркальное трюмо, пушистый коврик — все честь по чести. Тут бы романтические встречи устраивать, а не отношения выяснять. Ну да ладно. Как говорится — еще не вечер.
— С ума сошла?! — Отпустив нас, Олег встал в позу непримиримого борца за собственную нравственность. То есть руки в боки, ноги на ширине не самых узеньких плеч, глаза зло сощурены.
Оценив его боевой настрой, я показательно вздохнула и указала Аиде на диван:
— Садись, милая, это надолго.
— Таис! Что за игру ты затеяла? — Бросив короткий взгляд на девушку, послушно опускающуюся на мягкое сиденье, Лисовский вновь принялся испепелять меня негодующим взором.
— Я? — изумилась моя наглая персона, округляя глаза и демонстративно хватаясь за сердце. — Так ты что, не в курсе? Неужели мой папа не показал тебе нашего с Аидой свидетельства?
— «О правовом статусе личных отношений»? — чуток остыл брюнет, вспоминая название и одновременно доказывая мне, что осведомленность моих родственничков только рабочими моментами не ограничивается.
— Именно, — воодушевленно подтвердила я. — Там такой интересный пункт есть. Шестой. — Многозначительно замолкла.
Олег сдвинул брови, пытаясь сообразить, о чем я говорю. И так долго у него это не получалось сделать, что я уже всерьез начала подумывать, что придется вытаскивать документ из памяти вильюта. Выручила меня Аида, которая тихо процитировала:
— «Любая иная социальная ответственность становится совместной и подлежит исполнению вне зависимости от того, кто именно из субъектов пары явился причиной возникновения данного обязательства и в какие сроки».
— Спасибо, милая. — Я опустилась рядом с подругой, приобняла и поцеловала в висок. — Если Олег тебе не нравится, скажи, не бойся. Тогда я не буду на него давить, — скороговоркой тихо прошептала ей на ушко.
Аида чуть заметно вздрогнула, с немым изумлением посмотрела на меня, потом на брюнета. На ее бледных щечках появился румянец, а дыхание чуть заметно сбилось. Значит, все же нравится. Оно и правильно. Лисовский вполне себе приличный представитель мужского сообщества. В некотором смысле даже получше остальных. Я поначалу думала, что у Аиды с Ви-Таном все сложится — как-никак они столько времени вместе провели. Но нет. Атрион остался к ней равнодушен, ни намека на симпатию не проявил.
— Офигеть… — Озадаченный муженек реакции террианки не заметил. И от неожиданности тоже опустился на пуфик, стоящий у окна. — То есть на Аиду распространяются обязанности моей жены? И что теперь делать? Законами Конфедерации многоженство запрещено!
— Наш с Таис статус пары изменению не подлежит, но, возможно, вы имеете право разорвать свои отношения? — нерешительно подала идею подруга, неожиданно озвучивая то, что я собиралась предложить сама.
— Ну вот, замечательное решение, — с облегчением посмотрел на нас Лисовский.
— Согласна. — Чтобы не оставить ему возможности почувствовать подвох, я добавила оптимизма в голос и активировала вильют. — Подпишешь? — Вытащила из папки и подтолкнула к мужу давным-давно созданный и припрятанный до поры до времени файл-заготовку.
СОГЛАШЕНИЕ О РАСТОРЖЕНИИ БРАКА

Мы, Лисовская-Саталь Таис Натановна, 31.10.2750 г. р., гражданка Конфедерации, и Лисовский Олег Русланович, 04.09.2741 г. р., гражданин Конфедерации, имеющие полный пакет социальных прав, 25.04.2770 г. по обоюдному согласию расторгаем брак, зарегистрированный 12.02.2770 г. в бюро регистрации социальных отношений города Порингтон, Земля. Взаимных претензий друг к другу, подлежащих правовому урегулированию, не имеем.
Моя подпись уже поставлена, так что Олегу осталось только внимательно прочитать и завизировать, продублировав дату. А потом скопировать, сохранив на свой вильют. Я же, когда свернула изображение, пояснила Аиде:
— Для тебя я потом тоже копию сделаю, на всякий случай, когда вильют получишь. Хотя, конечно, тебе этот документ в общем-то не очень нужен. Он в твоем социальном статусе ничего не меняет.
— Как это? — вновь продемонстрировал крайнюю степень непонятливости бывший муж. — Что ты имеешь в виду?
— Ты уже забыл? Ну и память у тебя, Лисовский! — Я изумленно хлопнула ресничками и принялась объяснять: — Аида, зарегистрировав со мной отношения в то время, когда я была твоей женой, получила аналогичную моей социальную ответственность. Я с тобой развелась и от этой ответственности освободилась, но ранее приобретенные Аидой обязательства никуда не делись — условия, на которых мы получили статус пары, обратной силы не имеют. Так что она остается твоей женой.
— А развестись с Аидой и избавить ее от них я не могу, потому что брачного договора со мной она не заключала. — Наконец до Олега дошло, и он озадаченно почесал темечко. — Вот ведь…
— Юридические казусы, они такие, — сочувственно вздохнула я. — Ну, по крайней мере, у тебя теперь одна жена, а не две. Хоть этому порадуйся, — намекнула ему, что не все так плохо, а увидев, как он помрачнел, принялась возмущаться: — Так, стоп! Лисовский, ты хочешь сказать, что моя пара как супруга тебя не устраивает? Красавица, умница, хозяйственная, тактичная! У тебя вообще глаза где? И куда смотрят, спрашивается?
Теперь уже краснеть и что-то тихо про себя бормотать пришлось сидящему напротив нас мужчине.
— Аида, милая, не переживай, — переключилась я на подругу. — Ты навсегда останешься моей парой. Если тебе с Олегом будет плохо, я заберу тебя к себе. И проживет он один-одинешенек всю оставшуюся жизнь, потому что заключить новый брак не сможет. — Это я уже больше для Лисовского сказала, чем для Аиды.
Играла. Разумеется, я играла. Возможно, даже слегка переигрывала, но почему-то мне кажется, что именно это сейчас нужно для получения быстрого результата.
— Не собираюсь я ее обижать! — вскочив, начал предсказуемо негодовать мой бывший муж. — Ты за кого меня принимаешь? За безответственного иждивенца, который не желает брать на себя бремя социальных обязательств?
Во-о-от, замечательно, пошел нормальный разговор.
Вместо ответа я молча улыбнулась, а Олег шагнул к нам. Игнорируя мою персону, протянул девушке руку и опустился на колено, чтобы оказаться с ней на одном уровне.
— Послушай, Аида, — положил вторую руку поверх маленькой ладошки, которая оказалась в его распоряжении, — все это неожиданно, конечно, но, может, оно и к лучшему, что так получилось. Ты действительно замечательная. Самоотверженная и достойная — мы видели, как ты помогала Таис. Я с удовольствием принимаю обязанности опекуна, которые налагает на меня твой статус жены, и буду обеспечивать тебя всем необходимым, не требуя ничего взамен. Если только ты сама не захочешь иного.
А вот это уже непорядок. Аида с ее террианским воспитанием точно ничего не захочет. По той простой причине, что не в курсе, что Олег имеет в виду. Ну да ладно. Объяснить недолго. Лисовскому! Потому что должен же он оценить, какое сокровище ему досталось. Вот и пусть увивается вокруг террианочки и постепенно в нее влюбляется. В этом случае, я уверена, она тоже равнодушной к нему не останется. И тогда у них все будет хорошо.
Неожиданно Олег замер, так и не отпустив руки своей нежданно обретенной супруги, и уставился невидящим взглядом в стену. И в тот же самый миг мое колечко потеплело, а в воздухе возник образ Ис-Лаша.
— Таечка, ты где? — беспокойно спросил гайд, всматриваясь в мое лицо.
— Что случилось? — Я моментально сообразила, что без причины он не стал бы меня вызывать, а терпеливо дождался бы сообщения. Да и реакция Лисовского тоже однозначно свидетельствовала о нестандартности ситуации.
— Натан Лайрович собирает всех в большом приемном зале. Первый этаж, — опередив атриона, быстро озвучил бывший муж, с которым отец успел пообщаться телепатически.
— Ты с кем? — немедленно проявил бдительность атрион.
— С Аидой и Олегом. — Я улыбнулась и повернула руку, чтобы угол обзора позволил моему ревнивому партнеру в этом убедиться. — Мы сейчас придем. Спускайся, любимый.
О, как заискрились серые глаза, когда я его так назвала! Ну и пусть Олег посмотрел на меня с неодобрением, а Аида удивленно. Главное, что Лаш счастлив. Наверное, поэтому у меня на душе так хорошо, и в объятия загребущих лапок я попала с радостью. Даже зажмурилась от удовольствия, прижимаясь щекой к непривычному для атриона земному костюму и вдыхая такой знакомый аромат. Как же это замечательно, когда тебя любят. И когда любишь сама.
— Я не очень понял, почему Олег с Аидой? Он же твой муж, — поглаживая меня по голове, тихо поинтересовался Лаш.
— Бывший. — Я снова улыбнулась, наблюдая за тем, как землянин, приобняв за талию, отводит смущенную подобным вниманием террианку к группе своих соотечественников. — Я с ним развелась. А Аида стала его женой.
— Когда вы успели? Ты же всего чуть больше часа отсутствовала. — Изумление Ис-Лаша зашкалило, к ванили примешалось что-то похожее на запах сожженного дерева, а я вспомнила, что про вуаль напрочь забыла.
— Было бы желание… — загадочно ответила, стараясь не сосредотачиваться на окутывающих меня ароматах.
Галлюцинаций у меня не будет, но некоторая потеря концентрации возможна. Особенно если эмоции гайда будут направлены на меня.
— Господа. Дамы. Прошу внимания. — Громкий голос моего отца, появившегося в сопровождении королевы, трех ее охранниц и пары десантников, отвлек нас от диалога.
Я развернулась спиной к Ис-Лашу, только теперь сообразив, что оказалась единственной землянкой в окружении десятка атрионов. Зато прибывшие на Терру мужчины-военные свободно рассредоточились по залу среди притихших террианок. И я лишь сейчас задумалась о том, что, кроме меня, здесь нет ни одной женщины, прилетевшей с Земли. Любопытно, это специально так задумано?
Усадив Маргариту в кресло, отец встал рядом с ней. Скользящим движением активировал свой вильют, и в центре зала развернулась объемная картина. Невысокий крепкий темноволосый мужчина в простом светлом костюме, с хорошо заметной сединой на висках и уверенным взглядом, стоял, заложив руки за спину. Терпеливо дождался, когда техника закончит формировать его изображение, и лишь затем начал говорить:
— Приветствую вас от имени Конфедерации объединенных планет Солнечной системы. — Интонации Руслана Дмитриевича, президента и истинного политика, невозможно было спутать ни с какими другими, даже если его не видеть. — Рассмотрев просьбу, с которой обратилась к совету королева Терры, мы приняли постановление о присвоении Терре официального статуса планеты, входящей в состав Конфедерации, поскольку достоверно установлено, что жительницы Терры генетически идентичны землянам и являются потомками экипажа пропавшей без вести первой межзвездной экспедиции, отправившейся осваивать дальний космос в две тысячи пятьдесят шестом году. В соответствии с этим решением Конфедерация принимает на себя обязательство урегулировать конфликт, возникший между Атрионом и новой подконтрольной территорией, а также нивелировать проблемы, появившиеся в процессе длительного автономного развития ее социума. От себя хочу добавить, — голос стал мягче, и из него практически исчезла официальность, — было большой радостью узнать о том, что космическим путешественникам удалось выжить. И мы с удовольствием воссоединимся и окажем всестороннюю поддержку тем, кто так долго был лишен связи со своими корнями.
— Мы благодарны вам за проявленную заботу, — едва он закончил говорить, поднялась с кресла Маргарита. — В свою очередь обязуемся неукоснительно исполнять законы Конфедерации, равно как и изменить сложившиеся на Терре социальные нормы, приблизив их к тем, что приняты на Земле.
Подарив ей улыбку, президент растворился в воздухе, а отец выключил вильют и окинул взглядом присутствующих. Остановился на моем спутнике и чуть заметно склонил голову в поклоне:
— Гайд Ис-Лаш ВерДер. Прошу вас, подойдите.
Помедлив, Лаш неохотно, но все же выпустил меня из рук и оставил на попечение соотечественников. Оно и понятно — политика и личные устремления трудно совместимы. Да я и не против, понимаю ведь, что сейчас будет происходить окончательное выяснение всего того, что оставалось загадкой. И я там вовсе не нужна, тем более что прекрасно могу за сим процессом наблюдать со стороны.
— Гайд Ис-Лаш, — поправив вуаль, начала говорить занявшая свое место Марго. — Мне очень жаль, что в отношении представителей вашей цивилизации с нашей стороны были проявлены в определенной степени бесчувственность и жестокость, но, поверьте, мы на самом деле находились в заблуждении относительно вашего уровня способностей к мыслительной деятельности. И совершенно искренне полагали, что вас в большей степени можно отнести к категории высокоорганизованных животных, нежели разумных существ. В вашем облике мы видели слишком много черт, об этом свидетельствующих: речь оставалась для нас набором звуков, одежда совершенно не выглядела таковой, и наши ученые полагали, что она является вторым, защитным слоем кожи, а на планете рейдеры не видели ни техники, ни городов. Даже ваш способ защиты заставлял думать, что это не вы сами даете отпор, а некая другая раса, обитающая на Шекле или просто использующая планету как одну большую плантацию для получения шеклака, старается не допустить захвата своих питомцев. Именно поэтому, когда мы оказались на грани вымирания и шеклак стал для нас жизненной необходимостью, мы даже не задумались о том, чтобы провести дополнительные исследования. Вы должны нас понять. Мы просто пытались выжить.
Говорила она на террианском, и мой отец синхронно с ней негромко озвучивал перевод на вайли, хотя, конечно, Ис-Лаш и сам частично понимал речь королевы. Не зря я его учила! А вот отвечать ему все же удобнее на галактическом, этот язык куда лучше подходит для переливчатых голосов атрионов.
— Ваша позиция мне понятна. — Невзирая на возмутительную самоуверенность королевы, с легкостью причисляющей атрионов к животным, сказал это ВерДер спокойно. — Меня интересует иное. Первое. Когда и при каких обстоятельствах стало известно о туннеле, соединяющем Атрион и Терру. Второе. Откуда вы получили сведения о психотропном веществе, влияющем на наше сознание. Третье. Как узнали о том, что мы вырабатываем шеклак и о его свойствах.
Теперь отцу пришлось переводить его вопросы для Маргариты. Та несколько секунд молчала, что-то обдумывая, лишь затем скользнула взглядом по своему окружению, явно кого-то отыскивая.
— Сабина! Лира! Заведующие центральной биолабораторией, — властно позвала королева, представив оказавшихся на обозрении присутствующих придворных дам, и спросила: — При каких обстоятельствах стало известно о том, что при взаимодействии с шеклянами необходимо использовать концентрат?
— Первые привезенные с Шекла объекты вели себя буйно. Все время что-то возмущенно щебетали, порывались убежать. Через несколько дней мы заметили, что в нашем присутствии они успокаиваются. И чем больше лаборанток находилось в окружении, тем быстрее это происходило. Постепенно выяснилось, что на них влияет не наше присутствие, а выделяемые телами сложные органические молекулы. Начали экспериментировать, подбирать состав, в итоге получили синтетическое вещество, дающее аналогичный эффект, — послушно объяснила миниатюрная брюнетка в синем платье.
Это Сабина. Я с ней за время работы в архиве успела пересечься. Женщина сдавала на хранение очередные данные по изучению физиологии шеклян. Так что все то, что она говорит, мне известно. Кстати, я Ис-Лашу эти отчеты тоже переводила. Именно поэтому не слишком понимаю, зачем он вновь возвращается к этой теме. А вот второй вопрос, который задала Маргарита, едва Сабина замолкла, интересует меня куда больше, потому что на него ответов я не нашла.
— У кого появилась идея попробовать шеклак?
— Это вышло случайно, — стала оправдываться Лира, встряхнув головой, отчего мелкие кудряшки ее русых волос смешно подпрыгнули. — Одна из лаборанток забыла о защите и оказалась под влиянием галлюциногена. Не сразу сообразила, ну и… — Она развела руками, демонстрируя, насколько неожиданным оказался итог.
Жестом приказав обеим отступить в сторону, Маргарита вновь осмотрела подчиненных.
— Оксана! — требовательно бросила, обнаружив искомую персону.
Высокая светловолосая женщина лет сорока немедленно подошла ближе. Присела в поклоне, придерживая рукой длинную юбку светло-зеленого платья.
— Руководитель центра астрономических наблюдений, — пояснила ВерДеру королева и повелительно кивнула женщине.
Та выпрямилась и развернулась к атриону:
— О существовании пространственной аномалии нам известно уже более шестисот лет. Она значительно искажает свет, идущий от космических объектов, находящихся за ней или рядом. Мы долго не могли понять, что это за явление, пока пятнадцать лет назад не снарядили специальную экспедицию, которая подошла ближе, передав на Терру новые данные. Тогда мы поняли, что это туннель, но куда он ведет, оставалось загадкой. А еще через два года была организована специальная экспедиция, которая рискнула сквозь него пролететь и обследовать обнаруженную звездную систему. Именно тогда захватили и привезли на Терру первых шеклян.
— Кто был инициатором этой экспедиции? Вы могли провести ее раньше? У вас была соответствующая техника для полетов? — Ис-Лаш наводящими вопросами подтолкнул ее в нужном направлении.
— Могли, — заметно растерялась женщина. Настойчивость того, кого она, как и остальные террианки, привыкла воспринимать как неразумное существо, ей однозначно мешала сосредоточиться. — Корабли подходящей конструкции мы используем уже больше полувека. Не проводили, потому что… Не знаю даже… Не видели необходимости, наверное. А инициатор… — Она беспомощно посмотрела на Марго.
— Оксана! — изумленно воскликнула та. — Просьба поддержать разработанную твоим коллективом научную программу и выделить на нее средства шла от тебя.
— Да, но я всего лишь исполняла ваше распоряжение, — растерянно пролепетала блондинка. — Ведь вы лично одобрили и рекомендовали мне обратить особое внимание именно на этот проект, поданный на рассмотрение.
— Я ничего не одобряла, — категорично заявила Маргарита.
— А мой отдел не имеет никакого отношения к самой идее подобного полета, — начала паниковать астроном. — Мы лишь взяли за основу поступившие к нам наброски и приступили к их детальной проработке.
Теперь уже королева изумленно подняла брови и с хорошо заметным опасением посмотрела на моего отца, который вполголоса объяснял суть диалога атриону.
Ясно. Тут концов не найти. Кто-то мастерски скрыл свое вмешательство, подставив других. Но кто? Те самые таинственные инвесторы?
Ис-Лаш тоже это осознал и про них помнил. Однако его уточнение показало мне, что выводы он сделал несколько иные.
— Я правильно понимаю, что этот загадочный, не имеющий автора проект появился совершенно неожиданно, внезапно и именно тогда, когда вы начали испытывать проблемы с воспроизводством копий и детей? А инвесторами уже гораздо позже стали компании по переработке шеклака, которые и спонсировали рейды на Шекл для захвата производителей?
— В казне не хватало средств, чтобы все это оплачивать. Пришлось привлекать частных лиц, — подтвердила Марго, а я поймала себя на том, что совершенно неосознанно сделала маленький шажок в сторону и назад.
Подобной самодеятельности тела я изумилась и принялась анализировать обстановку. Ведь однозначно сработала интуиция! На что-то мой мозг отреагировал, и теперь нужно как можно быстрее обнаружить то, что его на это спровоцировало.
Еще один шаг, и я заметила, как точно такой сделала невысокая, средних лет террианка в простом сером платье. Настороженный взгляд, устремленный на королеву и ее окружение. Скромный, невзрачный вид, особенно на фоне уверенных в себе дам-управленцев. Поспешное и бесшумное скольжение вдоль стены, чтобы попасть к выходу.
Есть! Не знаю уж, она ли тот самый инициатор, которого мы ищем, но причастна точно, иначе не пыталась бы сбежать.
Очередной шаг, и я исчезла из поля зрения атрионов. Еще одно короткое, но быстрое движение, и уже видела только плотный ряд стоящих ко мне спиной приглашенных.
А дальше…
Лестница. Спуск. Поворот. Коридор. Дверь. Подвал.
Здесь было темно, и я чертыхнулась, задев какой-то звонкий предмет, покатившийся по каменному полу. Торопливо нащупала в кармане и надела визор. Как раз вовремя, чтобы заметить, как в нескольких метрах впереди меня обернувшаяся на звук фигура исчезла в боковом проходе.
— Стой! — Не раздумывая, я бросилась за ней.
Но незнакомка останавливаться не собиралась. Петляла по узким разветвляющимся подземным ходам, ведущим неизвестно куда. Я даже не догадывалась, что здесь такие имеются! Ни на одном плане города их не было. Впрочем, сейчас не время об этом думать. Я сосредоточилась только на том, чтобы не потерять след. Заблудиться я не боялась, меня Декс назад выведет, он ведь стопроцентно все фиксирует, а вот упускать беглянку нельзя. Если она сбежит и где-нибудь затаится, то изменит внешность, и найти ее станет весьма проблематично. Даже если разведке удастся раскопать, откуда было отправлено поддельное письмо-проект, и понять, кто его создатель.
Вот только при всем желании сократить дистанцию у меня не получалось. Женщина, несмотря на свой возраст, скорость развила порядочную, да еще и ход начал подниматься вверх. Стало светлее, и я отключила визор. Еще несколько шагов, и путь закончился, а я оказалась на каменной площадке, освещенной яркими лучами солнца. Зажмурилась и замерла, потому что глаза не успели адаптироваться к смене освещения. А когда привыкли, я поняла, что весьма осмотрительно не пошла дальше, — буквально в паре метров от меня проходил разлом. Огромная трещина, в которую я, не остановись вовремя, угодила бы непременно!
Реагируя на шорох справа, я повернулась и увидела, как незнакомка решительно двигается по узкому карнизу, идущему вдоль вздымающейся рядом с нами скалы.
— Подожди! Не убегай! Давай поговорим!
На мой окрик женщина оглянулась и остановилась. А потом грустно улыбнулась, качнула головой, бросила взгляд в пропасть и…
Ее ступня, стоящая на самом краю уступа, соскользнула. Камень под другой ногой начал крошиться и осыпаться. Краткое «ах!», вскинувшиеся к небу руки, исчезнувшая в провале фигура… и спустя пару секунд глухой стук упавшего тела.
Черт!
Мое сердце на мгновение остановилось, дыхание перехватило, и я замерла, не в силах пошевелиться. А когда ступор прошел, подбежала к краю и осторожно заглянула вниз. Глубоко. Метров десять будет точно.
Я осмотрела обрыв. Чуть в стороне, там, где склон становился более пологим, обнаружила узкую тропу и торопливо побежала к ней. Стараясь делать это быстро, но осторожно, спустилась, а оказавшись на дне ущелья, подбежала к лежащей неподвижно женщине.
Упала она лицом вверх, на мелкое крошево камней, однако ударилась сильно — под затылком медленно расплывалось темное кровавое пятно.
Я опустилась на колени, протягивая руку к шее, хоть и понимала, что сделать уже ничего не смогу. Вот только под пальцами отчетливо ощутила сильные, редкие толчки.
Неужели жива?!
Уже куда более поспешно активировала передатчик вильюта, посылающий координаты моего местоположения отцу. Надеюсь, мы ушли не слишком далеко от города и найдут нас быстро.
— Я не хотела подставлять шеклян, всего лишь пыталась помочь террианкам, — неожиданно раздался тихий, бесцветный голос.
Вернувшись взглядом к пострадавшей, я поняла, что она пытается повернуть голову, чтобы меня видеть.
— Молчите! И не двигайтесь! — Наклонилась ближе, чтобы ей не приходилось напрягаться. — Сейчас прибудет помощь!
— Не надо помогать, — игнорируя мою просьбу, хрипло усмехнулась женщина. — Это тело мне больше не нужно. И я здесь не нужна.
— Что? — Я не поняла, о чем она говорит. Странное заявление, похожее на бред. Впрочем, немудрено, после такого-то удара!
— Я как лучше хотела, — продолжила незнакомка. — Они должны были использовать шеклак для изготовления гипномассы, а не принимать его внутрь. Поздно спохватилась. Изменить пыталась. Не смогла.
Мне стало не по себе, потому что ее признание вполне разумно. Во-первых, оно объясняло, почему королева так злилась из-за утечки информации и кто у моей начальницы был той самой первой помощницей, которую, как и нас с Аидой, «убрали». Во-вторых, я уже давно начала подозревать, что гипномасса, используемая для контроля над копиями, — это нечто, аналогичное шеклаку. Они ведь даже вкус имеют похожий!
Не проясняли ее слова только одного — личности незнакомки.
— Кто ты? — не выдержала я.
— Кто? — В бледных, почти белых глазах на мгновение вспыхнул живой огонек, и радужки потемнели, а вот голос, наоборот, стал еще тише, заставив меня склониться совсем низко, к самым губам умирающей. — Я…
— Таис! — возмущенное далекое восклицание разорвало окружающую тишину.
И тут же ущелье наполнилось эхом быстрых шагов, гомоном голосов и шорохами камней, осыпающихся под ногами бегущих ко мне людей.
Первым рядом оказался Ис-Лаш. Окутав меня тревожным ароматом багульника и озона, опустился рядом на корточки и тихо спросил:
— Ты в порядке? Это она?
Я кивнула и отвернулась, потому что женщину было безумно жаль. Ис-Лаш обнял меня и потянул вверх, чтобы помочь подняться. Я послушно это сделала, отмечая, что народу вокруг прибавилось. По крайней мере, отец уже был тут — стоял рядом, сердито меня рассматривая. Убедившись, что я цела и невредима, поинтересовался:
— Гайд Ис-Лаш ВерДер, вы все еще уверены, что хотите продлить срок договора с Конфедерацией в отношении этого агента? По-моему, проблем она приносит куда больше, чем пользы. За подобные выходки ее однозначно можно увольнять с занесением выговора в личное дело.
— Уверен, — непререкаемо заявил Ис-Лаш. — Ваш агент нам необходим. В первую очередь потому, что работа с информацией не завершена. Так что договор будет продлен.
— На какой период времени? — Отец нахмурился, пряча довольную улыбку.
— Бессрочно и без права расторжения, — удивляя даже меня, озвучил атрион.
— Ну что ж. Учитывая возникшие обстоятельства, — папа коротко взглянул на мой живот, доказывая, что о беременности прекрасно осведомлен, и тут же вернулся к атриону, — думаю, что это возможно. Нам с вами предстоит обсудить новые условия и обговорить нюансы, чтобы впоследствии не возникло разночтений.
Он шагнул в сторону тропы, замер и обернулся, чтобы бросить взгляд на неподвижную фигуру. Несколько секунд смотрел, как десантники укладывают ее на антигравитационные носилки, и сокрушенно вздохнул:
— Жаль, что мы так и не узнали, кем же она была и кто за ней стоит. Теперь с этим будет невероятно сложно разобраться.
— Идем, адиза.
Когда Ис-Лаш бережно обнял меня за плечи, уводя с места трагедии, в ушах все еще звучали последние слова, которые прошептала таинственная женщина:
— Я та, что разрушает, создает и забирает. Ты поймешь. Когда-нибудь…
Показать оглавление

Комментариев: 4

Оставить комментарий

  1. Антон
    Перезвоните мне пожалуйста по номеру 8(931)315-58-17 Антон.
  2. Антон
    Перезвоните мне пожалуйста по номеру 8(812)454-88-83 Вячеслав.
  3. Евгений
    Перезвоните мне пожалуйста по номеру. 8 (967) 552-61-92 Евгений.
  4. Евгений
    Перезвоните мне пожалуйста по номеру. 8 (499) 322-46-85 Виктор.