Академия элитных магов

Глава восьмая,
или Курсовая принца

К концу дня я чувствовала себя рыбешкой без головы. И не просто рыбешкой, а переваренной рыбехой. Никогда не думала, что учиться может быть так сложно. Особенно добила мастер Ритоф. На ее лекции по теории магии я удостоилась особого внимания. Она засыпала меня вопросами, на которые я никак не могла знать ответов. Хотя поначалу, в формате лекции, держалась.
— В каком году в официальный перечень вошло заклинание лун?
Я в душе не знала, что это вообще за заклинание, а потому просто молчала.
— На сколько ступеней можно разделить подготовку к стихийной магии третьего порядка?
Этот вопрос поставил в ступор всех. Вот только всех она не спрашивала. А мне поставила жирный минус и дала понять, что она сообщит декану. Сочувствующие взгляды бросала даже Лилита, по традиции, как и я, сидящая за первой партой. Вот только если на первых вопросах, адресованных мне, она еще уверенно тянула руку, то потом сдалась. Уж не знаю, то ли потому, что я приковала большую часть внимания мастера, то ли она и сама не смогла бы дать ответы на вопросы.
Когда я вернулась в комнату, чтобы бросить холщовый мешок, порядком оттягивающий плечо, была готова послать все дальним пешим маршрутом. Но пришлось брать бумаги и идти к секретарю мастера Ансельма. Мастера артефакторики я встретила еще в коридоре. Она очень обрадовалась, узнав, что я выбрала ее специализацию. Пообещала, что это будет увлекательно и интересно. И это, пожалуй, лучшее событие за день.
— Тебе письмо, — сухо сообщила соседка по комнате, не отрываясь от учебника. Махнула рукой на мой стол. — Была в обед в почтовом крыле.
— Спасибо, — я удивилась. Не нужно обладать семью пядями во лбу, чтобы понять: Кристин относится ко мне враждебно. Но то, что она захватила для меня письмо?.. Ладно, не об этом стоит думать.
— Не то чтобы меня это волновало, но по всей академии уже ходит слух, что самая лояльная преподавательница впервые за долгие годы нашла жертву в твоем лице. Не поделишься, как ты этого добилась?
В ее тоне мелькало любопытство, но делано скрывающееся за показушным равнодушием.
— Не то чтобы тебя это волновало, — в тон ей ответила я, — но пока что я понятия не имею, чем заслужила такую нелюбовь.
Нет, у меня были мысли. Но их следовало проверить. И то, что тетушка Марго ответила так быстро, — прекрасно. У меня появилась возможность задать ей интересующий вопрос.
Бросив сумку на пол, распечатала письмо.
«Дорогая Клэр!
Ты большая молодец, и мы с девочками очень тобой гордимся. Если сможешь выбраться, будем рады тебя видеть на выходных.
P.S. Высылаю небольшую сумму. Часть твоей премии за годы работы в доме удовольствий тетушки Марго.
С теплом,
Марго».
Я перечитала письмо несколько раз, не в состоянии поверить своим глазам. Да, хозяйка дома удовольствий всегда относилась ко мне хорошо, иногда даже по-матерински. Но с присущей ей резкостью и грубостью, вся нежность и вежливость уходила клиентам. И я всегда была ей безгранично благодарна. Она вытащила меня буквально с улицы, дала еду и крышу над головой. Учила меня всему, что знала сама… В некоторой степени она и правда заменила мне мать. Но такое тепло? Такая нежность?
Внезапно я ощутила весь тот груз ответственности за чужие ожидания. В который раз поняла, что никак не могу оплошать, не могу сдаться — и буду бороться до конца, до самого выпуска. Даже если такие, как мастер Ритоф, будут появляться буквально на каждом шагу.
И это отчего-то придало немного бодрости.
Бросив письмо в выдвижной ящик, достала из сумки уже подписанное заявление и направилась в административное крыло, где располагался кабинет ректора. К счастью, дорогу до него я запомнила.
В длинных и светлых коридорах толпился народ. Несмотря на вечер и наступившее время ужина, студентов было много. Одни весело обсуждали начало учебных будней, другие с остервенением ныряли в учебник и не отдавали себе отчета, что сшибают своим стремительным шагом других студентов. Спустившись по лестнице общежития, я оказалась в главном холле. Тут людей было еще больше. В углу, почти у самого выхода, вообще столпилась целая свора девиц, что-то оживленно обсуждающих. Краем уха уловила часть диалога.
— Да нет же, если он встретит свою любовь в академии, то с легкостью сможет убедить Ее Величество, — вещала одна.
— С таким, как он, всегда по расчету, — грустно отвечала другая.
Сперва мне стало интересно, о ком они вообще говорят, но я почти тут же себя одернула. Не забивать свою голову всяким мусором! Не для этого я сюда поступила. Пусть даже по случайности. Но какой неудачницей я буду, если не смогу ею правильно воспользоваться?
— Здравствуйте, можно? — Я зашла в приемную и взглядом наткнулась на пустой стол. Еще дымящийся чай на столе говорил о том, что секретарь попросту куда-то отошла. Так, и как вернее поступить? Ломануться к самому декану или дождаться секретаря и оставить бумаги ей? Второй вариант предпочтительнее, мастера Ансельма отвлекать не хотелось.
Осторожно присела на узком диванчике у выхода. Он оказался настолько мягким… Я почти утопла в нем, даже расслабилась. И всего на секундочку прикрыла глаза.
Я четко понимала — это просто сон. Но никак не могла избавиться от охватившей паники. Ощущала себя так, словно меня разрезают на две части. Распиливают так яростно и, казалось, наслаждаются всей той болью, которая меня охватила. Я не могла пошевелиться: ни пальцем, ни головой. И слышала глухой женский смех.
— Студентка Тибор, вы не дошли до своей комнаты? — На грани реальности и фантазии раздался знакомый голос, и я испуганно дернулась. Открыла глаза, толком не понимая, где я нахожусь и что тут делаю.
Осмотрелась. Так, приемная ректора-декана, секретарский стол все еще пустует, а кружка все еще дымится. Значит, если я заснула, то совсем ненадолго.
— Простите, пожалуйста, — украдкой протерла глаза и подскочила. Лист с заявлением почти тут же свалился на пол. — Я ждала вашего секретаря, чтобы передать…
Мастер Ансельм стоял у двери в свой кабинет, прислонившись к косяку, и осматривал меня придирчивым взглядом. От его взгляда по коже бродили мурашки, но к моей магии никакого отношения они не имели — я научилась разделять. Это была его магия. Его магический взгляд.
— Что-то не так? — я нервно провела рукой по волосам. Не каждый день тебя осматривает человек, который находится в одном шаге от должности архимага. Об этом я тоже узнала только сегодня.
— Клэр, зайдите, пожалуйста, в мой кабинет. Мне надо дать вам еще одну книгу, — спокойно произнес он и, плавно развернувшись, направился в свое царство.
Я, все еще не понимая, что происходит, пошла за ним. Лист с заявлением прихватила с собой. Замерла на пороге, не понимая, куда себя деть. Отчего-то чувствовала такое смущение, что даже залилась краской.
— Я хотела спросить, — тихо начала я, вспомнив о данном Лилите обещании. — Студентка де Борн заинтересовалась книгой, в которой я нашла информацию про формирование магических специализаций. Я могу ей одолжить книгу на пару дней?
— Вы же уже дали обещание, — он повел плечами, будто бы не понимал, почему я вообще спрашиваю. И вообще, откуда он об этом знает? Или все, что происходит в Академии Святого Клотильда, находится под оком ректора?
— Я посчитала, что все же стоит спросить, — потупилась. Куда-то разом пропали и моя уверенность, и настрой. Сейчас я чувствовала себя исключительно глупой девчонкой.
— Если я вам буду давать книги, которые не следует видеть другим студентам, я сообщу, — все тем же холодным тоном произнес он, а затем обернулся. — Студентка Тибор, проходите и садитесь. Нам следует обсудить еще один вопрос.
Я послушно села в предложенное кресло. Было одновременно и любопытно, и боязно от того, что речь могла пойти про мастера Ритоф. Она вроде как обещалась донести о моих знаниях, точнее об их отсутствии, декану факультета. Может, сработать на опережение?
— Если это из-за мастера Ритоф, — невнятно начала я, поднимая взгляд. Я ничуть не чувствовала, что сделала что-то не так. Более того, мне казалось, что, независимо от своего желания, начала играть роль жертвы — и это меня совершенно не устраивало. Что там Ансельм говорил? Ни в коем случае не проявлять слабость.
— Нет, это не из-за мастера Ритоф. Хотя я порядком удивлен, что вы каким-то образом сумели разбудить в ней гарпию, — он чему-то усмехнулся. А я нахмурилась. Если декан называет одного из преподавателей своего университета гарпией, это как минимум вызывает вопросы. — Не поведаете, в чем причина?
— Я пока не обладаю точной информацией, но есть подозрение, что это из-за моей работы, — осторожно ответила я.
— Неужели довелось столкнуться с супругом мадам Ритоф на прошлой работе? — Ансельм вновь глухо рассмеялся, а я никак не могла понять, почему его это веселит.
Запоздало сообразила, что мадам — не леди, а значит, сама Ритоф не входит в высокое сословие. Это немного развязывало руки. Не знаю почему, но именно в академии я начала испытывать настоящую робость перед аристократами. Будто бы одно их присутствие образовывало во рту тряпку, мешающую свободно говорить.
— Вероятно, но это не точная информация, — тихо ответила я, отводя взгляд.
Я же не виновата, что в пятнадцать лет смогла найти только такую работу?! Грязная нищенка, которая первое время верила: стоит ей переступить границу столицы, как на ее голову тут же свалятся несметные богатства. А по факту — непроходимая дура. Не знаю, в какой канаве я бы валялась, если бы не Марго. И уж точно понятия не имею, почему такая работа вызывает целый шквал шуток или неодобрения. Ведь, по сути, я была просто служанкой и помощницей, я не оказывала никаких услуг интимного характера.
— Вам стоит внимательно прочитать эту работу. — Он положил передо мной на стол довольно тонкую по сравнению с другими учебниками книгу. На ее обложке мерцал лиловым какой-то пока незнакомый мне знак, и вручную было выведено название.
— Магическая медитация? Серьезно? — не удержалась от ехидного вопроса. После всех тех учебников, что я видела на своем столе, это звучало как-то несерьезно.
— Вас что-то удивляет? — Уловила в его эмоциональном фоне нотки удовлетворения. Видимо, он знал, от меня стоит ждать именно такую реакцию. — Не смейтесь. А просто внимательно прочитайте, и мы обсудим. И кстати, этой книгой не стоит делиться ни с кем из сокурсников.
— Почему? — удивилась я.
— Только у двоих из вашей группы пятый уровень. И только один из вас нуждается в этой книге. Вы, Клэр.
— Но почему? — повторила я.
— Это мы сможем обсудить после того, как вы прочитаете книгу. Только прошу, не пытайтесь попробовать то, что там написано, в одиночку. Это может быть опасно. — Он говорил так беспристрастно и прохладно, я на какой-то момент даже не поверила его словам. Только потом решила: если уж сам Ансельм что-то советует, то стоит прислушаться. Почему-то вспомнился тот странный полусон, который приснился в приемной ректора. — На самом деле, есть одна важная деталь, которую нам стоит с вами обсудить до того, как к нашей беседе присоединится один человек.
Ансельм мельком бросил взгляд на стол с артефактом и кивнул своим мыслям. Я напряженно молчала. Мне уже заранее не нравилась эта тема. Сейчас мне скажут, что ни на какой бюджет я не поступила? Что все это шутка или дурацкая иллюзия?
— Бесспорно, ваш случай приобретения магии довольно редкий, многие мастера были бы рады его изучить. Этим объясняется и повышенный интерес к вашей персоне среди преподавателей. Более того, чаще всего люди, которые открыли в себе магию в сознательном возрасте, обладают уровнем не выше второго. А у вас сразу пятый. Даже в академии это считается довольно высоким на первом курсе.
Да, если пятый уровень только у двух студентов в группе магов-универсалов, то в этих словах был смысл. Вот только я никак не могла думать об этом уровне как о чем-то моем. Для меня это звучало так, будто говорили про какого-то другого человека.
— В общем, Клэр. — Ансельм прикрыл глаза. Ему явно не нравилось то, что ему придется сказать. — Вам придется стать темой для курсовой работы одного человека. Высокопоставленного человека.
— С мерзким характером. Да, дядя? — раздалось насмешливое со стороны двери, и я испуганно вздрогнула.
И обернулась. В дверях стоял Марк Арманд собственной персоной. Причем стоял с таким равнодушным видом, будто бы беседа для него вообще не имела никакого значения.
Стоп. Дядя? Так вот что! Как я и думала! Ансельм попросту ставленник от королевской семьи и потому в таком возрасте оказался в кресле ректора академии! Наверняка брат королевы, раз уж не носит имя рода Армандов.
Меня накрыло небольшое разочарование. Если поначалу я восприняла мастера как обычного клиента дома удовольствий, то за такой короткий срок научила себя его уважать и относиться как к признанному мастеру универсальной магии, а тут… а тут все так просто и прозаично!
— Это она? — Марк окинул меня цепким взглядом, и я неловко поежилась. Еще бы под лупой рассмотрел, честное слово.
— На случай, если вы забыли, ваше высочество, меня зовут Клэр Тибор, — сорвалось с губ прежде, чем я успела подумать, кому говорю.
— Я обязательно запишу, чтобы не забыть, — с наигранной серьезностью ответил Марк и прошел внутрь кабинета. Вальяжно уселся в соседнем кресле напротив декана.
«Могу одолжить перо, если корона не выделяет финансы на канцелярию», — это я произнесла исключительно мысленно. Отчего-то меня разозлила такая метаморфоза, произошедшая с принцем за короткий срок. Вот он провожает меня на кухню, вполне спокойно и даже мило со мной беседует, а сейчас смотрит на меня, как на грязь из-под ногтей.
— Кажется, ты сам выбирал себе тему для курсовой, — с легким раздражением заметил Ансельм.
— Но никак не ожидал, что объект для изучения появится на горизонте так просто, — усмехнулся принц. — Хорошо, я ее увидел, дальше что?
— Что хочешь. — Ректор подавил свои эмоции, вновь говорил спокойно и сдержанно. — Твоя курсовая работа, тебе ее и защищать. Тебе же и вылетать из академии, если ничего не выйдет, опозорив всю свою семью.
— Как грубо, Нэд, — принц наигранно поморщился, а я уже с трудом подавляла желание треснуть его чем-то тяжелым.
— Я просил в стенах академии обращаться ко мне «мастер Ансельм». — От этого тона ледяными иглами прошибло даже меня, но его высочество даже бровью не повел!
— Прости. Я очень боюсь перепутать, — протянул Марк.
— А мое мнение и желание вообще не учитывается? — решила подать голос. Старалась говорить спокойно, но прозвучало жалко. Принц расхохотался: глухо и хрипло.
— Клэр, для вас это будет зачтено как участие в научном исследовании. И за это вы получите прибавку к стипендии.
— Правильно, заплати ей денег. Она ведь так привыкла? — хлестко ответил принц. — Клэр, ты ведь только за деньги готова?
Я не сразу поняла, о чем это принц, но как только до меня дошел смысл произнесенных слов, все тело обуяла магия. Не легкое покалывание, не мурашки, а самая настоящая магия. Густая и темная, я ощущала ее каждой клеточкой своей кожи, каждым внутренним потоком. Вскочив на ноги, даже не сразу поняла, что кресло, в котором я сидела, с грохотом отлетело к стене.
— Унижение личности, даже какой-то жалкой простолюдинки, не дозволительно ни по одному закону королевства. — Каждым словом можно было забивать гвозди. Я говорила, но будто не находилась в своем теле, слышала себя со стороны. — И если такое себе позволяет наследный принц, то боюсь предположить, что произойдет, когда он взойдет на престол. Мне не нужно никакое повышение стипендии за участие в чьем-то там проекте, в чьей-то курсовой. Если для вас я как лягушка, которую нужно препарировать, развлекайтесь. Не смею спорить с сильными мира сего.
Я, не дожидаясь ответа и даже не смотря на присутствующих, развернулась и направилась к двери. Как только вышла из приемной, почувствовала, что магия утекает из моего тела, возвращается привычное состояние.
И вместе с ним осознание: боги, что я только что натворила?..

 

Нэд Ансельм

 

Я смотрел на Клэр — девчонку, которую обнаружил совершенно случайно, — и не мог не признать, что история повторяется. Вот только в моем случае удалось перехватить в самом начале развитие этой заразы. Клэр же придется совсем несладко.
Кто были ее родители?
Кто наложил эту печать?
Как лучше рассказать ей о том, что ей придется пережить?
Вопросов слишком много, и даже будучи ректором лучшего учебного заведения, я не могу дать ответы на все. Знаю только одно — ей нужно много колдовать, ей нужно выматывать свой организм по полной, ей нужно расшатать каждый поток, каждый узел. Иначе… иначе она потеряет себя. А этого я допустить не могу.
— Ты доволен? — обратился к «племяннику». — Этого добивался?
— Как-то ты подозрительно беспокоишься за эту студентку. — По лицу Марка ходили желваки. Он меня ненавидит. Даже знал, за что.
— Как-то ты подозрительно много о ней знаешь, — в тон Марку ответил я.
— Она — моя курсовая работа, — делано равнодушно ответил он. — Служба безопасности нашла всю доступную информацию об этой девчонке по первому запросу.
— Всю доступную? — зацепился за формулировку.
— Э, нет, дорогой дядя, так просто тебе не удастся мною манипулировать. — Марк встал с кресла, направился к выходу. Задержался лишь возле кресла, валяющегося у стены. Хмыкнул. А затем вышел вон.
Останавливать я его не стал.
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий