Рождение героя

Глава 6

Первой проснулась Кэтрин. Как же давно она не имела такого полноценного отдыха. «Наверное, проспала больше шести часов» — подумала она. Если учесть, что обычно космодесантник спит четыре часа в сутки, становиться ясно, что она действительно выспалась и готова к новому дню. Правда, понятие «день» и «ночь» на космическом корабле слишком относительны. Конечно, можно назвать очередные двенадцать часов — днем, а другие — ночью. Тут одно время суток отличается от другого только заступлением на дежурство следующей вахты. Еще сложнее с этим обстановка на пиратском корабле, на котором они оказались волею случая, ведь тут нет ни торжественной церемонии подъема флага — голограммы над мостиком корабля с исполнением гимна, как у военных кораблей, ни общесудового приглашения на обед или ужин, как у пассажирских. У этого корабля нет даже порта приписки или порта назначения, по времени в которых можно было бы сверить часы. Нет, тут время шло по прихоти капитана. Захочет он, будет в сутках 20 часов, а захочет и 25 — это дело вкуса. Лишь бы это время ровно делилось на количество корабельных вахт.
Джон еще крепко спал на своей койке. Конечно, чтобы ему выспаться, потребуется еще, по крайней мере, 3–4 часа. Вот он лежит, ровно дыша, и ему наверняка снится сон. Это привилегия простых людей. Кэтрин же видела сны только несколько раз в жизни — сновидения не приветствовались у специальных бойцов Вооруженных Сил Земли. Но сегодня ей как раз приснился сон. Он был про Джона. Про то, как им было хорошо вдвоем на промерзшем «Искателе». Теперь впервые Кэтрин осознала, что, если кто-либо из ее высшего военного командования отдаст приказ, к примеру, убить Джона, она не сможет выполнить этот приказ. Не выполнить приказ для Кэтрин было хуже, чем умереть самой.
«Боже, как же тяжело быть не просто солдатом, — вдруг подумала Кэтрин. — Ну вот, я еще и на бога уповаю. Прямо не космодесантник, а простая женщина».
Кэтрин решила пройтись по кораблю и развеяться. Проснувшиеся вместе с ней эмоции были нелегким для нее испытанием. Для сохранения психологического равновесия она решила сосредоточиться на текущих делах.
«Так, Джон хочет принять помощь от пиратов. Надо осмотреться тут вокруг. Пока ты спишь, милый, я пойду и разведаю, можно ли доверять этой шайке».
Кэтрин отодвинула прислоненный к двери стул с изящной стеклянной вазой — маленькое примитивное, но верное устройство для сигнализации о непрошеных ночных гостях, — и вышла в коридор. Конечно, идея оставить Джона одного, да еще безоружного, не очень нравилась ей, но она увидела, что электронный замок с внешней стороны имел панель управления, с помощью которой можно было заблокировать дверь до повторного ввода кодового слова. Безопасность обеспечена, теперь можно и на разведку. Кровь запульсировала по венам и артериям Кэтрин с удвоенной силой — настало время для применения ее боевых навыков. Бесшумно ступая по железной палубе, она превратилась в хищника — ее глаза видели даже в сумраке, чувства были предельно обострены, реакция стала молниеносной.
По причине того, что никто не мог бы назвать корабль пиратов небольшим судном, а его экипаж никак не проявлял повышенного внимания к окружающей обстановке, Кэтрин незаметно для окружающих смогла побывать на нескольких уровнях корабля. Его нельзя было причислить ни к одному из известных классов кораблей. Как она поняла, корабль представлял собой шар неправильной формы, он был оснащен как обычными, так и гиперпространственными двигателями, мощной системой защиты от обнаружения в космосе и довольно слабым вооружением. Основным орудием труда «Бригантины», если так можно выразиться, был гравитационный луч, способный захватывать даже средние транспорты на большом расстоянии и затягивать их в основной шлюз или пристыковывать к внешним люкам. Ну это Кэтрин знала и до этого. Однако ее вылазка все же не была бесполезной. Побывав в таких местах, как машинное отделение, палубы главных двигателей и помещения орудий, она смогла сделать вывод, что вчера рыжебородый пират говорил им правду. Это действительно пиратский корабль, чья конструкция и состав экипажа свидетельствуют о его непричастности к Корпорации. Да к тому же тут не содержатся пленные, а в трюме действительно имеется груз лекарств.
Как это часто бывает, именно после мысли о том, что пора возвращаться в каюту, Кэтрин обнаружила, что выход из грузового отсека занят небольшой компанией пиратов, усевшихся на ящиках с медикаментами и начавших какой-то разговор. Их точное количество ей было не известно, но, судя по разговору, не меньше пяти человек. Кэтрин решила подождать в укрытии и узнать, о чем будут говорить перекрывшие ей выход из трюма незнакомцы, забравшиеся для разговора так далеко от капитанского мостика. Она тихонько подобралась к ближайшей стене из ящиков, старательно прислушиваясь. Сначала до нее долетел громкий возглас:
— … и вообще кончать их надо. За компанию.
Кэтрин насторожилась. Что-то в ней говорило, что это «их» относится непосредственно к ней с Джоном. Теперь в спор включился более тихий голос с характерным акцентом:
— Да не кричи ты, Джонсон! Уж если ты хочешь, чтобы все это услышали, так, пожалуйста, иди в рубку и передай все свои соображения по громкой связи. А сейчас я бы хотел послушать соображения командира абордажной команды.
— А что я? Я… это… как все. Ну в смысле, если вам надо, э-э… то есть раз команда хочет, тогда я с вами. — Кэтрин представила себе говорившего как двухметрового амбала с огромными мускулами и маленькой головой, большую частью которой составляла кость.
Вкрадчивый голос лидера группы продолжал:
— Молодец, Курт. Прекрасная речь. Ты сегодня в ударе! — в его словах не было и капли иронии. — Господа, ну раз мы обо всем договорились, то проведем голосование. Помните — мы на стороне добра, мы против авторитарного режима этого так называемого капитана. Ведь он опять намерен задаром отдать всю нашу добычу какой-то очередной колонии. Вы ведь помните, зачем мы пошли в пираты. Нам хотелось чего-то опасного, интересного и прибыльного. И что мы имеем? Курт, когда ты в последний раз пил настоящий земной ром?
— Э-эх. Кажется…
— Не важно. Нас превратили в пионерский отряд. Я не могу так жить. Я уже год мотаюсь на этой ржавой посудине и не заработал ни гроша.
— Э-э, господин председатель, капитан же выплачивает нам по пятьсот кредитов в месяц…
— Тебе только пятьсот?.. Э-э, не важно. Мы рискуем своими жизнями за каких-то тысячу… я хотел сказать, пятьсот кредитов в месяц? Мы же пираты. Мы могли бы уже есть золотыми ложками лучшие деликатесы Галактики! Мы могли бы… Эх! — эхо от пламенной речи спикера уже разносилось по всему трюму. — Так, простите, на чем это мы остановились?
Кэтрин поняла, что речь уже идет не только судьбе их с Джоном. Дело было посерьезнее — на корабле созревал бунт.
— Как быть с остальной командой? — тихо спросил Джонсон, так как он уже боялся, что их сходняк застукают после громких декламаций предводителя.
— Как быть? Если они не будут сопротивляться, мы сдадим их в любой достаточно цивилизованный порт. Мы же не варвары. Потом нас останется почти половина, так что мы сможем продолжать наше занятие уже по нашим правилам.
— Там же их казнят.
— Что же поделаешь. Итак, мы все решили?
Председатель этого собрания уже собирался заканчивать обсуждение, однако тут кто-то из доселе отмалчивающихся наблюдателей спросил:
— Рано мы об этом заговорили. Сможем ли мы победить в бою сторонников капитана?
Лидер заговорщиков ни на минуту не задумывался:
— Вы только посмотрите, какие с нами парни! — видимо, он указал на представителя абордажной команды и, судя по раздавшемуся скрежету зубов, тот попытался улыбнуться. — Да и потом, все эти прислужники капитана слишком мирные люди, чтобы дать нам отпор. Мне порой кажется, что и сам капитан не такой головорез, каким хочет казаться.
— И кто же будет нашим следующим капитаном? — тот же любопытный голос не давал заговорщику упиться собственным красноречием.
— Ну я. А кто-то против? А может наш старина Майкл или, к примеру, ты. В любом случае решим после.
Что-то в голосе лидера бунтовщиков заставило Кэтрин усомниться в благополучном будущем до этого говорившего столь любопытного члена собрания когда дело дойдет до обсуждения кандидатур на пост главаря пиратов. Больше вопросов не последовало, и организатор заговора стал заканчивать собрание:
— Скоро мы заявим о себе. Ждите сигнала. А пока прошу расходиться.
Топот ног возвестил о роспуске митинга. Кэтрин выждала еще 15 минут для полной уверенности в беспрепятственном выходе из грузового отсека и направилась к себе в каюту.
Дорога назад не заняла много времени. Добравшись до двери в их с Джоном каюту, она обнаружила, что кто-то неоднократно пытался ввести код доступа в панель управления дверью и войти в нее. Также было выведено сообщение о не увенчавшихся успехом попытках открыть дверь изнутри. Похоже, что она что-то напутала с настройкой замка и заблокировала его совсем. Видимо, Джон не будет доволен, что был заперт как в клетке, хотя интересно, кто это пытался войти в каюту во время ее отсутствия. В свете последних событий Кэтрин понимала, что вряд ли кто-то хотел просто заглянуть к ним и засвидетельствовать свое почтение.
Итак, вводим код, и дверь плавно отходит в сторону, и сразу же взгляд натыкается на сердитое лицо Джона.
— Сержант Иванова, кто дал вам распоряжение на исследование территории?!! Вы подвергли себя… вы подвергли опасности нашу экспедицию. Я командир и ответственный за вашу жизнь… Где тебя черти носили, Кэтрин? Я жутко…
Джон не успел договорить. Избрав тактику вуалирования чувств простыми должностными инструкциями, он не учел, что сержант космодесанта примет эти слова буквально.
— Сэр! Прошу прощения, сэр! Больше этого не повториться! Разрешите доложить!
— Кэтрин, я всего лишь хотел сказать, что надо было меня предупредить. Да не стоит работать с замком, если не умеешь. Нет, я пытался сказать, что очень вол…
— Сэр, у меня сообщение большой важности!
— Ладно, будь по-твоему. Докладывай.
— На корабле готовится бунт. Почти половина экипажа в ближайшее время устроит вооруженный мятеж.
— Что!?? Откуда ты это взяла? Давай зайдем обратно в каюту и, пожалуй, закрой дверь, как ты уже это делала. Ну, рассказывай по порядку.
По военному лаконично, но обстоятельно Кэтрин рассказала ему все, что смогла узнать во время своей утренней вылазки. Реакция Джона к концу повествования несколько удивила ее.
— Знаешь, а ведь это даже хорошо. Меня несколько смущал факт того, что нам придется сотрудничать с бандой пиратов. Да и капитан не в восторге от того, что среди его команды есть настоящие головорезы, ведь из-за них он даже сам вынужден строить из себя какого-то кровожадного психа. А теперь мы сможем отделить зерна от плевел. Ты просто молодец, Кэтрин. Предупрежден — значит вооружен.
В глазах Джона зажегся огонек, говорящий о том, что у него созрел очередной план по разрешению возникшей ситуации. У кровати стояла тумбочка с коммуникатором, позволяющим соединиться с капитаном. Устройство, представляющее собой трубку с кнопками вызова, было несколько допотопно — из-за отсутствия монитора собеседники не могли даже видеть друг друга.
После включения коммуникатора сразу же послышался сигнал соединения, видимо изначально предполагалось, что обитатели этой комнаты не будут связываться с кем бы то ни было еще. Через несколько секунд из трубки послышался сердитый голос капитана пиратов:
— А, это вы. Доброе утро… Ну, решили попрощаться перед отлетом? Ваш «Искатель» уже готов к выходу в космос.
— Доброе утро, капитан. Если вы не против, мы бы хотели воспользоваться вашим гостеприимством и принять ваше вчерашнее предложение. Однако сейчас нам надо переговорить с глазу на глаз о некоторых вещах. Вы сейчас один?
— Вы серьезно!?? — голос на том конце стал значительно бодрее. — Да, я один. А что такое? Я очень рад, что вы…
— Не спешите радоваться. У нас для вас плохие новости. Вы можете прийти к нам в каюту? Только возьмите с собой охрану из самых надежных людей, и не из абордажного отряда. Остальным скажите, что решили взять под стражу нас, потому что перестали доверять. Когда вы сможете прийти?
Голос в трубке наконец-то настроился на нужные настроения — из радостного он стал сосредоточенным.
— Я догадываюсь, о чем это вы, Джон. Буду у вас через пять минут. Никому не открывайте. У меня есть мульти-ключ. Ждите.
Индикатор коммуникатора озарился красным цветом. В каюте стало как-то сразу неуютно и небезопасно. Единственное, что обнадеживало, так это предстоящая встреча с новым союзником — капитаном пиратов.
Не прошло и пяти минут, как дверь в каюту плавно отошла в сторону, и в нее быстро вошли четыре вооруженных человека, одним из которых был капитан.
— Джон, Кэтрин, знакомьтесь, это мои помощники. Первый помощник, — один из вошедших людей кивнул головой в знак приветствия. — Второй помощник, — то же самое сделал другой человек. — И третий помощник, — последний тоже улыбнулся им.
Было понятно, что это самые приближенные люди капитана и, похоже, он никогда не пользовался именами при общении с ними. Ситуацию несколько разъяснил первый помощник:
— Не удивляйтесь. Мы привыкли, что нас называют только по должности и не пользуются именами. Дело в том, что волею судьбы всех нас зовут одинаково — Майклами. И чтобы не вызвать путаницу…
— Ладно, Первый. Всем уже все понятно. Джон, что случилось?
— Это вам лучше всего расскажет Кэтрин. Только, с вашего позволения, наедине. Думаю, вашим помощникам хватит дел на мостике.
По указанию капитана первый помощник прошел к двери и попытался открыть замок, однако неприятный звуковой сигнал дал понять, что без помощи капитанского мульти-ключа дверь не открыть. После того как капитан выпустил своих соратников из каюты, Кэтрин начала повествование. Опуская подробности, побудившие ее исследовать корабль, Кэтрин рассказала обо всем услышанном в грузовом отсеке «Бригантины». Маккэнди слушал внимательно и не перебивал. Однако как только Кэтрин закончила свой рассказ, капитан решительно направился к двери, видимо, решив немедленно найти заговорщиков.
— Капитан, не могли бы вы меня выслушать? — Джон еле успел остановить его. — Понимаете, эта ситуация может сыграть нам на руку. Если вы сейчас поднимете шум, не исключено, что основные заговорщики останутся в тени и будут ждать момента, когда они снова смогут воткнуть вам нож в спину. Сейчас каждый член команды сможет выбрать свою судьбу. Вы согласны?
— Да, пожалуй. Но что вы предлагаете?
— Пока не знаю. Но для начала мне надо знать все о корабле, составе экипажа, как он формировался и так далее.
— Хорошо. Итак, нашу «Бригантину» нельзя отнести к какому-либо известному типу кораблей. Каждая благодарная колония привнесла свою лепту в строительство корабля. Он состоит из пяти палуб: шлюзовой, инженерной, реакторной, грузовой и жилой. Экипаж в данный момент состоит из ста тридцати трех человек. Из них сорок человек это абордажная партия, семьдесят два человека технического персонала и восемнадцать человек командного состава. Я да вы двое — вот и сто тридцать три человека.
— А как экипаж формировался?
— Это длинная история. Достаточно сказать, что абордажная команда это самые отъявленные головорезы, из-за которых я и должен вести себя как какой-то монстр. Остальные семьдесят два человека абсолютно нормальные ребята, желающие помочь людям новых планетарных поселений. Конечно, за каждого я поручиться не могу. А вот восемнадцать человек командного состава я отбирал сам. Я им могу доверять.
— Понятно. Значит надо найти способ избавиться от приблизительно сорока человек.
— Вы же не предлагаете убить их?
— Никогда бы не подумал, что услышу такой вопрос от космического пирата. Ладно, убивать их никто не собирается, да и нет такой необходимости.
— Простите, а в этой самой абордажной команде есть бывшие военные? — Кэтрин, получив на свой вопрос утвердительный кивок от капитана, заступилась за своих коллег. — Так, значит, они могут быть неистовы в бою, но это не значит, что они предадут своего командира. Так что, возможно, нам будут противостоять менее чем сорок человек.
Джон не согласился с ее оптимистическими прогнозами:
— Не факт. Предатели могут найтись и среди техников и даже в командном составе. Вот почему я попросил ваших помощников оставить нас наедине. Доверять тут я бы никому не стал…
Повисла тяжелая пауза. Теперь опальный капитан уже не рвался в бой. Ситуация требовала умного решения. Как раз такое решение и предложил Джон.
* * *
Через несколько минут они вышли из каюты. По их сосредоточенным лицам было видно, что только что придуманный план должен был реализоваться совсем скоро. Капитан поднялся на мостик, а Джон с Кэтрин направились прямиком в шлюзовой отсек. Там стоял их «Искатель». За прошедшие сутки он был снабжен новыми припасами, а реактор двигателя запущен. У входа на корабль копошились пара техников, за которыми присматривал по-видимому их прораб, резкие реплики которого стали доноситься до Джона еще на подходе:
— Ну давайте уже, что ли. Это я должен вас ждать? Кто-то что-то сказал или я ослышался? — как-то по-своему командовал рослыми рабочими маленький крикливый человек.
Джон улыбнулся, увидев этого чудаковатого на вид прораба, и уже хотел пошутить о его неплохой перспективе карьерного роста в качестве армейского сержанта-инструктора. Но Кэтрин быстро шепнула ему:
— Это главарь заговорщиков — я узнала его по голосу.
— Да, такой колоритный говор нелегко, наверное, забыть. Мы нашли главаря. Это значительно упрощает дело.
Джон с Кэтрин незаметно подошли к нему из-за спины. Крикун все продолжал кричать на рабочих:
— Давай, давай, ну что вы плететесь, как беременные мандавошки по мокрому…
Джон решил вступить в разговор, не дожидаясь окончания жаргонной речи главаря заговорщиков:
— Эй, уважаемый, этот корабль готов к вылету?
Шумный прораб обернулся и внимательно осмотрел Джон и Кэтрин.
— А кто вы, собственно говоря, такие? — его глаза нервно бегали по сторонам. Надо было успокоить провокатора, но и не забыть о своем плане.
— Я Джон, это Кэтрин. Мы будем пилотировать этот корабль во время одного важного задания. Приказ капитана, — Джон многозначительно направил указательный палец наверх и закатил глаза, как бы показывая всю важность и ответственность миссии.
— А я начальник шлюзового отсека, Семен. А можно спросить, что это за миссия?
— Мы те, кто доставит весь ваш груз гелия-6 нуждающимся на одной ближайшей колонии Земли. А вы что, не в курсе? А также капитан приказал отгрузить на наш корабль весь запас вашего ядерного топлива и что-то еще он говорил о каких-то платиновых слитках. Помощь братским колониям, как понимаешь. Я сам слышал, что вы только что закупили ядерного топлива для себя, а теперь придется все отдать. Жаль, придется вам еще покрутиться. Наверное, обидно отдавать все сразу?
Главарь заговорщиков держался молодцом:
— Да, ладно. Что вы? Мы для того и горбатимся, чтобы кому-то помочь. А вы вдвоем весь груз повезете?
— Что ты, Сеня. Такой ценный груз… С нами полетит ваша… э… э, если я не ошибаюсь, абордажная команда. Капитан даже будет лично опечатывать контейнеры.
— Хм, так когда, вы говорите, отлетаете?
— Да вот уже погрузчики везут первые контейнеры. Через пару часов нам надо быть уже в тысячах километров отсюда, где будет ждать транспорт с колоний. Ладно, как я уже понял, корабль готов, так?
— Да-да, проходите, проверяйте. А я отлучусь ненадолго. Дела, знаете ли.
Главарь заговорщиков, восторгаясь своей проницательностью и ловкостью, направился запускать в ход определенную череду событий. Событий, которые были только на руку нашим героям.
— Что ж, они учуяли запах сыра, теперь хорошо бы они попали в мышеловку.
Джон был в предвкушении кульминации своей опасной игры.
* * *
«Искатель» с помощью мини-погрузчиков продолжал нагружаться какими-то контейнерами. На него то и дело входили и выходили самые разнообразные офицеры «Бригантины». Вот и сам капитан Маккэнди в своем парадном костюме, напоминающем одежду древних шотландцев, важно прошествовал внутрь корабля, держа в руках впечатляющую своими размерами шкатулку. Скоро вокруг этого небольшого транспортного корабля образовалась типичная для отправки ценного груза суета, да такая, что проследить за действиями немногочисленных грузчиков, техников и офицеров «Бригантины», участвующих в этом процессе, было невозможно.
Уже через полчаса после начала погрузки на шлюзовой палубе стали собираться люди, не имеющие к ней ни малейшего отношения. К этому времени связанный с грузовыми операциями переполох уже закончился, и на палубе воцарились тишина и порядок. Вся ответственная за погрузку «Искателя» команда, состоящая в основном из офицеров корабля, как будто куда-то испарилась. Им на смену пришли другие люди.
Вот десяток техников, делающих вид, что неотложные дела заставили их примчаться сюда, упрямо копаются в разбросанном тут и там техническом хламе. Вот пара-тройка докеров стали бродить вокруг «Искателя», перенося с места на место фрагменты трубопровода, более подходящих не для починки кораблей, а для поломки человеческих костей. Но вот и главные участники шоу — болтливый начальник шлюзовой палубы во главе с полностью укомплектованной абордажной командой почти в полном составе. Вооружены мятежники были самым разнообразным оружием, видимо все оно было трофейное и каждый выбирал по своему собственному вкусу. Общим было то, что каждый пират был экипирован в такой степени, что мог бы поделиться своим вооружением еще с несколькими людьми абсолютно без потери своей боеспособности. Что некоторые из них и сделали, отдавая висевшие за спиной винтовки ждущим их техникам. И вот приблизительно 50 человек с оружием наперевес двинулись к «Искателю» в надежде добраться до своего капитана, который решил разбазарить общее добро. Принимая во внимание то, что «Искатель» представляет собой небольшой корабль, предназначенный для исследовательских экспедиций на 10 человек, можно было бы рассчитывать, что вовнутрь зайдет не более половины мятежников. Однако разъяренная толпа не собиралась разделяться. Видимо, никто не хотел оставаться безучастным к таким судьбоносным событиям, как убийство капитана и дележ всей добычи. Участие в последнем процессе так манило всех на борт «Искателя», что через минуту уже последний мятежник, с проклятиями и криками дать ему возможность пройти, вошел через посадочный люк корабля.
Нетрудно догадаться, что на борту «Искателя» к этому времени ни капитана пиратов, ни наших героев уже не было. Там не было никого. Также как там никогда не было ни полного запаса ядерного топлива, ни платиновых слитков, ни ценного груза гелия-6, сыгравших приманку для бунтовщиков и катализатора реализации заговора. План Джона удался на славу — жадность разбойников очень упростила жизнь сторонников капитана, ждавших в засаде снаружи корабля-ловушки. Теперь Джон всего лишь нажал кнопку на дистанционном пульте управления, и входной люк «Искателя» медленно, но верно закрылся. Бунтовщики оказались в западне. Все системы управления «Искателя» были выведены на капитанский мостик «Бригантины», куда и поспешили Джон и Кэтрин, поняв, что теперь на шлюзовой палубе делать нечего.
Войдя на мостик, они услышали словесную перепалку между капитаном и транслируемой по видеосвязи шайкой заговорщиков.
— Не выводите меня из себя, ребята. Теперь-то я наконец чувствую душевное спокойствие. Теперь мне больше не надо ходить по кораблю с лицом убийцы и грязно ругаться — не перед кем ломать комедию. Да, я интеллигент и у меня несколько высших образований. И нам было действительно не по пути. Здесь остались люди, преданные идеалам свободы и справедливости. Как я рад, что мои новые друзья помогли мне избавиться от такого сброда, как вы.
С той стороны трансляции послышались отборнейшие проклятия и угрозы. Но капитан знал как снова завладеть вниманием бывших членов экипажа.
— Вы хотите знать что с вами будет? — В рубке «Искателя» воцарилась тишина. — То-то же, молчите и слушайте. Я представляю себе, что каждый из вас сделал бы, будь он на моем месте. Однако я даю вам полную свободу. Корабль, на котором вы находитесь, полностью заправлен и снабжен припасами. Мы уже вывели вас из шлюза, через несколько минут гравитационный луч отпустит вас. При попытке враждебных действий или при нашей повторной встрече вы будете уничтожены нашими орудиями. На корабле, который я вам подарил, оружия нет, поэтому я спокоен. Да и не думайте, что я обокрал вас. Если вы продадите «Искатель» даже в первом попавшемся порту, то на каждого из вас выйдет приличная сумма, заработанная у меня на службе.
Было видно, что на борту «Искателя» царил хаос. Многие пираты обрадовались услышанному, еще больше народу пыталось выбраться даже из такой гуманной ловушки. Но снаружи ее был уже открытый космос. Настало время для последнего обмена любезностями. На первый план вышел идейный вдохновитель бунта.
— Господин капитан, мы тронуты вашим милосердием. Давайте же по старому обычаю выпьем мировую.
У него в руке появилась фляга, наполненная явно чем-то крепче чая. На мостике же «Бригантины» к такому повороту событий были явно не готовы. Но тут откуда ни возьмись появился первый помощник капитана со стаканом какой-то выпивки в руке.
— Капитан, не желаете стаканчик рома? — первый помощник вручил своему командиру стакан и отступил назад.
— Ладно, — капитан преподнес символ примирения к экрану с бунтовщиками. — Летите с миром, лихие головы!
— Стойте, капитан, не пейте! Это яд! — голос Джона прозвучал в торжественной тишине неожиданно абсолютно для всех. Даже Кэтрин с опаской посмотрела на него. Капитан поставил стакан на приборную панель и вопросительно посмотрел на Джона.
— В чем дело? Как вы смеете?!! — первый помощник не смог скрыть паники в своем голосе.
Джон с удовлетворением заметил, что помощник не вооружен, и начал повествование о том, как он пришел к такому выводу, медленно расхаживая по палубе мостика. Да, быстро и внятно объяснить свои слова о предательстве, да еще и первого помощника, было не легко, ведь сама эта мысль пришла Джону в голову всего секунду назад. Но теперь все умозаключения выстраивались в стройную логическую цепочку.
— Что ж, Первый. Я, с вашего позволения, так и буду вас называть. Я с самого начала подозревал, что заговорщикам кто-то помогает из высших чинов. Не мог заговор быть не раскрыт столько времени без участия тех, кто должен раскрывать потенциальные заговоры. Первый помощник это глава исполнительной власти на корабле, пусть даже пиратском. Но только когда вы вынесли стакан воды по заказу наших мятежников, мне вспомнилось самое главное. Помните тот момент, когда я попросил вас выйти из каюты, когда Кэтрин хотела рассказать капитану о заговоре? Так вот, тогда вы подошли к двери и попытались открыть ее и выйти, но панель управления замком издала неприятный звуковой сигнал и заиграла красным цветом. Не «введите код еще раз», а именно «в доступе отказано». Этот замок запомнил отпечатки пальцев того, кто хотел пробраться в каюту ранее и пытался подобрать код. Мне очень повезло, что Кэтрин нечаянно полностью заблокировала замок…
По лицу первого помощника было видно, что доводы Джона не были ошибкой.
— Да, теперь все становится ясней, — продолжал новоиспеченный обвинитель. — Теперь настал идеальный момент для отравления капитана. Можно было свалить вину на чужаков, то есть на нас с Кэтрин, и вернуть своих подельников. И если, начав свою речь, я еще не был уверен в своих выводах — мало ли что может случиться с замком на корабле такого рода, — то теперь по вашему лицу и так все понятно.
Первый помощник понял, что проиграл вчистую. Теперь уже нет пути назад. Вот и стакан с ядом стоит как вещественное доказательство его предательства. Последней мыслью разоблаченного офицера, пока он подбегал к злосчастному стакану с ядом и залпом выпивал его, было сожаление о том, что он позволил втравить себя в эту аферу.
Яд подействовал мгновенно.
— Итого нас осталось восемьдесят пять человек. Отправьте-ка это тело вдогонку его товарищам, — капитан стал наводить порядок у себя на корабле. Не обошел вниманием он и находящихся на связи заговорщиков:
— А вы, отступники, быстрее уматывайте отсюда! Через пять минут я открою по вам огонь, если вы будете в зоне действия оружия.
После этой угрозы он кивнул вахтенному офицеру, чтобы тот выключил связь.
Джон про себя отметил, что капитан Маккэнди не теряется даже в таких сложных ситуациях. Но следующая фраза капитана ошарашила даже его.
— Спасибо за то, что спас мне жизнь, первый помощник. Что ты так смотришь, Джон? Ты по праву заработал эту должность на моем корабле. Теперь ты второе лицо этого небольшого государства. Поздравляю.

Глава 7

Экипаж корабля принял Джона хорошо. Теперь, когда по кораблю не бродили отъявленные мерзавцы и подонки, накопленные во время долгой деятельности капитана Эвана Маккэнди, назвать команду «Бригантины» пиратами было совсем не просто. И действительно, тщательно изучив бортовой журнал и файлы записей видеоархива корабля, Джон удостоверился, что нападения на мирные объекты команда Маккэнди не совершала. В основном ее деятельность ограничивалась добычей полезных ископаемых на отдаленных астероидах или защитой молодых колоний от произвола дочерней компании Корпорации «ФармаСина» — Трансгалактического фармацевтического синдиката.
Эта когда-то направленная на социальную поддержку организация теперь пользовалась своей монополией на лекарственные препараты среди колоний Земли. В последнее время специальные корабли «ФармаСина» были замечены в одном, мягко говоря, противоправном действии. Дело в том, что маркетинговые исследования умников из «ФармаСина» показали, что те или иные лекарственные препараты на какой-нибудь только что обжитой планете будут раскупаться гораздо лучше, если заранее создать для этого некоторые предпосылки. Предпосылками могут быть и заражение местной флоры каким-либо ядохимикатом или выброс (конечно же, «случайный») с завода токсичной аэрозоли. Именно Маккэнди обнаружил такую закономерность — как только «ФармаСин» поставлял в какую-то колонию свою продукцию, тут же там случалась эпидемия болезни, для лечения которой оказывались необходимыми эти дорогостоящие поставки Синдиката.
То есть если заранее какой-нибудь террорист выпустит в атмосферу нужный вирус, то любые дорогие лекарства для излечения именно от этого вируса, совершенно случайно находящиеся в наличии у «ФармаСина», будут раскупаться быстро и нарасхват. Бутилированная вода будет пользоваться огромным успехом, если отравить местные водоемы, а какой спрос вдруг окажется на заботливо припасенные для граждан противогазы после того, как в атмосфере колонии обнаружат ядовитые газы. Местные власти и службы безопасности не могли противостоять Синдикату, бюджет которого был в тысячи раз больше, чем бюджет всех поселений пионеров космоса вместе взятых. Коррупция и взяточничество помогали Синдикату оставаться на вершине успеха.
Как же много было скрыто от глаз и ушей Джона, пока он добропорядочно жил в так называемой цивилизации. Средства массовой информации преподносили все события с позиции, выгодной для тех, кто платил за это деньги. Понятия справедливости вообще перестали фигурировать в обществе. Прав был тот, кто имел больше денег. Он мог купить корреспондентов, чиновников, политиков, адвокатов и т. д. Он мог купить правду.
Власть за определенное вознаграждение закрывала глаза на все преступления, творящиеся где-то далеко и не имеющие отношения к безопасности самого государства. Хотя совокупность этих преступлений подрывала основы самой государственности — народ чувствовал себя обманутым и беззащитным. Но кого интересует мнение народа, когда до выборов есть время, да и сами выборы представляют собой лишь ритуальную процедуру.
Да, чем дальше разбираешься с положением дел, тем больше понимаешь, насколько несправедлив мир. Сначала у Джона были разногласия с системой только по поводу судьбы одной девственно чистой планеты в системе Tay, теперь же он чувствовал, что не может смириться с общим положением дел.
Да и сам мир, оказывается, теперь был небезразличен к персоне Джона Лайта. Уже на корабле пиратов он узнал, что они с Кэтрин объявлены на Земле вне закона. И теперь их ищет и Корпорация, и Космофлот Земли. Они с Кэтрин обвиняются в убийстве всех членов своей экспедиции, нападении на спасательный отряд и причинении вреда имуществу Корпорации. Поэтому с них низлагаются все их должности и звания, и они объявлены в розыск. Джон предвидел нечто подобное и не принял этого близко к сердцу. Кэтрин же, напротив, перенесла эту новость с трудом. Оно и понятно, космодесантник-спец просто генетически не мог смириться с ролью дезертира. Быть вне закона было для нее невыносимо. Несколько дней, пока «Бригантина» продвигалась к колонии Кант-Сити для доставки туда лекарств, Кэтрин лежала с температурой у себя в каюте.
Теперь у Джона появилось время разобраться с тем упавшим с пальца президента Корпорации перстнем, который он нашел под сиденьем адмиральского звездолета, похороненного под зыбучими песками на Тау-4. Перстень все это время находился у него в кармане, и вспоминать о нем как-то не было времени. А ведь было абсолютно ясно, что это кольцо значит нечто большее, чем несколько каратов инкрустированного в него бриллианта. Президент самой большой компании Земли, миллиардер Ричард Байс вряд ли стал бы беспокоиться о своей пропаже, сколько бы денег та ни стоила.
Джон покрутил перстень перед собой. Обычная ювелирная безделушка, способная свести с ума не одну тысячу женщин, считающих бриллианты лучшими друзьями человека. Джон подавил одновременно возникшие у него чувства отвращения и жалости к подобным дамам. Зачем же президенту Корпорации носить это украшение? Обычно людям с материальным состоянием такого уровня не требуется подчеркивать свой статус. Как интересно играет на свету сверкающий бриллиант размером с целую горошину. Тут Джона осенила идея. Ну конечно же! Эта вещь не является украшением, и вряд ли она служила открывалкой для пивных банок, следовательно камень в кольце мог использоваться как, например, носитель информации. Джон слышал о технологиях, позволяющих записывать информацию не на специально выросшие информационные кристаллы, уже ставшие обыкновенными средствами хранения информации, а на природные драгоценные камни. Что ж, сейчас попробуем.
Он вставил перстень в имеющееся перед компьютером гнездо для информационных кристаллов и включил монитор. Увиденная на экране информация сразу же объяснила желание бывшего хозяина кольца вернуть его обратно или уничтожить его. Тут было все. Электронные счета в банках коррумпированных высших государственных чиновников, история финансовых операций между Корпорацией и членами правительства Земли, имена продажных чиновников и руководителей Корпорации, преступивших закон. С таким козырем в рукаве можно было продолжать вести смертельную игру со своими врагами.
* * *
Уже через несколько дней «Бригантина» достигла системы звезды Знание и направилась к планете Философия с ее небольшим спутником Кант, на котором и располагалась земная колония Кант-Сити. Философия представляла собой газовый гигант, расположенный не так далеко от местного солнца, что обуславливало жаркий климат на ее спутнике.
Свет Знания был бы слишком навязчивым для поселенцев Кант-Сити, если бы не тот факт, что световой день на Канте составлял лишь четверть от стандартных суток. Спутник был примерно вдвое меньше Земли и делал один оборот вокруг своей оси в два раза быстрее, поэтому сутки здесь длились около десяти часов. Но из-за того что половину всего времени поверхность спутника закрывала тень планеты, вокруг которой крутился спутник с колонией, во время пятичасового дня солнце можно было увидеть только в течение двух часов. Правда, на протяжении этих двух часов оно светило так ярко, что температура летом иногда превышала 100 °C. В это время выходить из дома без термокомбинезона было нельзя. Ночи же тут были самым замечательным временем суток. Даже летом ночная температура не превышала отметку в 20 °C и можно было отдохнуть от местного палящего солнца. К тому же игра света и отраженный солнечный свет от других спутников Философии превращал ночи Канта в просто изумительное зрелище.
При таком температурном режиме и наличии на спутнике воды естественно, что на Канте существовал достаточный атмосферный слой для жизни людей, а также давно сформировавшаяся флора и фауна. Необходимость насытиться солнечной энергией за небольшой отрезок времени, но в то же время не сгореть при высокой температуре, заставила преобразиться здешний растительный мир, который был основан на такой же, как и на Земле, реакции фотосинтеза. Листья растений были похожи то на огромные и толстые зеленые плошки с напоминающими книгу горизонтально расположенными слоями материи, то на мохнатые на ощупь цилиндры. Каждый лепесток включал в себя и фильтр, защищающий от избыточного света, и своеобразный накопитель солнечной энергии.
Вообще тут было очень красиво, не зря поселение людей насчитывало более полумиллиона человек, двести тысяч из которых жили в столице Кант-Сити. С некоторых пор ученые в Кант-Сити, которых тут было немало, стали проводить исследования по вопросу получения энергии от органических объектов, то есть знаменитых здешних деревьев. Они представляли собой вариацию земных баобабов, но, в отличие от остальных деревьев, эти уникумы получали энергию не с помощью ультрафиолетовых лучей солнца и наличия хлороформа в листьях. Они при помощи множества спускающихся с кроны дерева лианоподобных корней буквально вырабатывали электрический ток, пользуясь разницей температур прохладной земли у своих корней и уже нагретой солнцем поверхностью листьев. Генетики и селекционеры Канта уже добились определенных результатов, когда каждое дерево могло выработать тока больше, чем ему было необходимо, и сохранить его в своих плодах, похожих на небольшие конденсаторы. Ученые уже стали невольно бредить идеей, когда каждый сможет подойти к дереву и сорвать необходимый ему запас батареек на день. Наверное, это не понравилось Корпорации, которая являлась монополистом и на рынке энергоуслуг. Конкуренция с дешевой и экологически чистой энергией была ей не нужна. Так или иначе все счета Кант-Сити в межпланетных банках были заморожены и началась необъявленная экономическая блокада планеты. Прокормить себя талантливые жители Канта еще могли, но вот необходимых лекарственных препаратов для устранения неожиданно появившейся эпидемии у них не было.
Так что излишне говорить о радости поселенцев от доставки им столь необходимых лекарств. Несмотря на то что на Канте только наступила зима, то есть солнце не приносило никаких проблем жителям жаркой планеты и в разгаре был сезон сельскохозяйственных работ, в честь своих спасителей жители Кант-Сити устроили настоящий праздник. Шикарный ужин в главном зале правительства города с последующими танцами и шоу-программой был просто великолепен. После праздника Джон с Кэтрин отделились от своих новых друзей для того, чтобы этим вечером одним прогуляться по аллеям электрических деревьев. В свежем воздухе приятно пахло озоном, как обычно бывает на Земле после грозы. Фиолетово-красное вечернее небо Канта поражало своей красотой. Но, конечно, даже оно не могло сравниться своим великолепием с Кэтрин, которая с удовольствием шла рука об руку со своим любимым.
Теперь, когда они обрели свое счастье, мысль о том, что они могут потерять друг друга, не давала Джону покоя. В голове его крутились самые разные мысли. Может, стоит позабыть своих павших товарищей и попробовать обрести свое маленькое мещанское счастье тут. Обойти свои жизненные принципы поможет собственное сознание, которое всегда способно с помощью логики оправдать любой не однозначный с точки зрения нравственности поступок. Но нет. Убийцы не наказаны, судьба Лукаса неизвестна. Как после этого смотреть на себя в зеркало, засыпать каждую ночью, мучаясь угрызениями совести. Как смотреть в ее глаза… Она не поймет его. Космодесантник, женщина-воин не сможет быть рядом с трусом. Решено, после недельного отдыха и пополнения запасов «Бригантины», их снова ждет борьба. Ведь, как уже можно было догадаться, Джон искренне считал, что борьба за справедливость это цель жизни любого человека, борьба за то, без чего человек не может жить как без воздуха. Справедливость определяет наша совесть, а совесть это и есть частичка Бога, живущая в каждом из нас. Кто-то сохраняет совесть в себе до конца жизни, и она служит ему ключом в рай, а кто-то теряет этот ключ на своей нелегкой дороге.
* * *
На протяжении вынужденного отдыха на Канте Джон часто беседовал с капитаном Маккэнди на самые разные темы. В основном их интересовало мнение друг друга о политическом устройстве человечества. Часто разговор заходил о совсем абстрактных философских понятиях.
Вот и сейчас во время утреннего кофе Джон вместе с капитаном сидел на террасе отеля и разговаривал с ним. Тот набивал табаком свою первую утреннюю трубку и рассуждал на тему имущественного неравенства людей. Эти дискуссии служили неплохой зарядкой для не спешащего полностью просыпаться мозга. Сегодняшний диспут был посвящен теме неравенства в человеческом обществе. В этом вопросе Маккэнди был настолько категоричен, что Джон оказался в непривычной для себя роли защитника материального неравенства между людьми:
— Эван, ну так же нельзя! Ты говоришь, что всем людям все должно доставаться абсолютно поровну. Но это же утопия! Ты еще вспомни такой тезис — если какого-то товара не хватает на всех, его не нужно производить вообще.
— Очень приятно разговаривать с образованным человеком. А насчет приведенного тобой тезиса, так я с ним вполне согласен. Я считаю так: пусть лучше все будут бедными, чем одни богатые, а другие бедные. К чему это неравенство? Ведь это как с атмосферными областями — между циклоном и антициклоном всегда будет бушевать атмосферный фронт, конфликт. И конфликт всегда рано или поздно превращается в ураган, в революцию. Разве не так?
— Да, в этом что-то есть. Но ведь не будь циклонов или антициклонов, то есть богатых и бедных, не было бы животворного свежего ветра, не было бы… прогресса, жизнь была бы слишком пресной. Разве нет?
— Ну деньги и жажда наживы это не единственное, что может расшевелить человечество. Я так надеюсь, по крайней мере. Я, например, знаю людей, для которых главным в жизни остается честь, желание совершенствовать свою работу и сделать окружающим что-то хорошее.
— Ладно, вернемся к началу нашего разговора. Разве неравенство не заложено в самой природе человека? Какой-то человек уже рождается более талантливым, красивым, ловким, чем кто-то другой. А кому-то в жизни и не надо ничего, ему достаточно лежать на диване и проклинать мир за его несовершенство.
— Джон, эти, по твоим словам, лежащие на диване лодыри на самом деле могли бы стать очень хорошими людьми и принести очень много пользы и себе и своему народу, вот только их психика не выдержала контакта с порочностью мира, созданного более циничными людьми.
— Вопрос спорный, ну ладно. А если все-таки неравенства больше не станет, то объясни, какой смысл будет людям трудиться. Ведь у тебя, как бы ты ни работал, не будет ничего лучше, чем у твоего соседа. Для чего надрываться?
— Как для чего? Для удовольствия, конечно же. Сидеть на месте без какого-то дела ужасно скучно.
— Телевизор, игры в виртуальной реальности, спиртное, наркотики… Продолжать?
— Джон, я так рад, что нашел достойного партнера для дискуссий. Такого отпора мне еще никто не давал. Возможно, ты даже отчасти переубедил меня. Но все равно подумай, что происходит с миром сейчас. Технический прогресс дошел до того, что каждому человеку достаточно было бы работать пару часов в неделю, чтобы не просто прокормиться, а жить в достатке. Наши предки пахали весь день напролет землю своими примитивными деревянными орудиями труда и имели практически столько же прибыли, как сегодняшний фермер, работающий благодаря технике в сотни раз продуктивнее. Спрашивается, кто съедает всю прибыль современного рабочего человека? У меня ответ таков. Финансовое колесо крутится в сторону ужесточения условий работы. Излишки денежных средств попадают в бездонные закрома правительства Земли, корпораций, банков, а простые трудяги своей изнурительной работой делят между собой жалкие остатки от огромных, заработанных ими же финансовых ресурсов.
Ты посмотри, сейчас обычный человек, будь он шахтером в отдаленной колонии или инженером на Земле, похож на загнанную лошадь. Его погоняют и хозяева-работодатели, и правительство, и господа банкиры и, с подачи последних, средства массовой информации — короче, все, кто живет в больших городах в дорогих пентхаусах и плюет на головы обычных граждан, еще и заставляют на себя работать по двенадцать часов в день. Отсюда стрессы, абсолютно все преступления, социальные конфликты. То есть вся злость мира. Это же элементарно. Как можно не замечать этого! Люди вымещают злость на всех, до кого могут дотянуться. Отсюда терроризм, национализм, войны.
— Да, в этом есть доля правды. Теперь я готов согласиться с тобой. Как же избежать такого положения дел мирным способом?
— Я не знаю. Возможно, ты сможешь решить эту проблему — ты парень с головой, как я давно понял. Ты ведь видишь, как люди, не совсем испорченные цивилизацией, пытаются вырваться из ее лап, вырваться из зловонных городов или отравленных пригородов Земли. Но ведь экологически чистые районы колыбели человечества стали доступны лишь для богатеев, то есть для тех, кто и загадил все вокруг. Но вернемся к переселенцам. Они отправляются по призыву властителей мира на освоение дальних планет, где им обещается райская жизнь, конечно после титанической работы по устройству колонии. И что потом? Еще большая выжимка денег на благо тех же богачей, что сосали из него кровь на Земле. Восстание невозможно — люди полностью зависят от естественных монополий. Ты видел, в какой роскоши утопает Централ-Сити на Земле? Правительство заседает в своем городе в окружении прикормленных счастливчиков, оно твердо уверено, что и везде так же хорошо, как в столице.
Джон допил остатки кофе, уже не замечая его приятного вкуса.
— Но ведь есть способ наладить систему. Отделение колоний от Земной метрополии, например.
— Да, ты прав. И это самый верный способ развития человечества. И более кровавый. На каждой планете будет происходить то, что должно бы произойти только в Централ-Сити.
— Ты думаешь, Земля добровольно не примет независимость колоний?
— Джон, ты ведь неплохо знаешь историю человечества… Правительство не отпустит колонии, к тому же это невыгодно Корпорации.
— И что ты предлагаешь? Гоняться за отдельными транспортами Корпорации, пока твой корабль способен передвигаться? Или пока тебя не обнаружит хоть какой-нибудь ее крейсер? Ты ведь понимаешь, что «Бригантину» пока не обнаруживали лишь потому, что она не была особо кому-то нужна? Ты был лишь небольшим комариком на барбекю Корпорации. Да еще, наверное, тебя использовали как аргумент в пользу оснащения Корпорации все более совершенным и многочисленным военным флотом.
— Ты опять чертовски прав, дружище. Но мне почему-то кажется, что именно ты поможешь нам выйти из этого замкнутого круга.
— Ну, тогда объяви-ка общий сбор сегодня в полдень у нашего корабля. Я хочу сказать команде что-то очень важное.
* * *
С этого дня, когда между Джоном и капитаном Маккэнди состоялся этот утренний диалог, команда «Бригантины» стала отсчитывать свою новую историю. Весь экипаж корабля собрался на площади Кант-Сити перед местным космопортом. Состав экипажа за время недельной стоянки судна успел несколько пополниться за счет новых волонтеров из Кант-Сити, пожелавших влиться в состав команды, которая спасла их колонию от смерти. Теперь состав «Бригантины» насчитывал около ста человек, что было вполне достаточно для корабля такого класса.
При появлении своего нового старпома все притихли. Пришедшие с ним Кэтрин и капитан отошли чуть назад, а Джон вышел на середину не совсем ровно стоящего импровизированного строя и громко обратился к своим новым боевым товарищам:
— Господа… — он специально сделал паузу после такого обращения. — Вы чувствуете, что я не нашел менее общего слова для обращения к вам? Тем, кому нравилось обращение «пираты», «джентльмены удачи» или «братва», — уже покинули нас. Как насчет нового названия — «рейнджеры»? Теперь мы стоим перед распутьем: кем нам быть. Я предлагаю вам забыть свое неоднозначное прошлое. Это не все. Надо определить свое будущее. Вы до сих пор хотите изменить мир к лучшему? Тогда, может, хватит бороться с последствиями болезни под названием «коррупция власти»? Я предлагаю отправиться на Землю и раскрыть заговор Корпорации и Правительства. Вы со мной?
Джон никогда не был искусным оратором, но его энтузиазм всколыхнул ряды команды. В строю слышались одобрительные реплики:
— Да!
— Давно пора, а то от нечего делать накинемся опять на транспорты Корпорации.
— Если даже погибнем, хоть увидим Землю-матушку.
Теперь надо было перейти к практическим вопросам.
— Рейнджеры! Поход на Землю не будет простой прогулкой. Эта задача потребует от нас многих перемен. Во-первых, теперь в команде будет введена военная организация и дисциплина. Никакого спиртного и азартных игр на корабле я не потерплю! На «Бригантине» вводится военный порядок. Вахты, дежурства и тренировки личного состава. Есть возражения?
Новоявленные рейнджеры несколько погрустнели, но было видно, что основная их масса понимает, что эта необходимые нововведения.
— Тогда постройтесь нормально! Так… Во-вторых, мы, как вы знаете, лишились нашей абордажной команды. Моя спутница, космодесантник Космофлота, займется тренировкой новых бойцов.
Джон кивнул через плечо на Кэтрин, которой предстояла нелегкая задача превратить стоящих перед ней людей в эффективное боевое подразделение.
— И наконец, в-третьих, только ввязавшись в настоящий бой, мы сможем очиститься от своего прошлого!
В ответ прозвучали радостные крики, из которых можно было выделить и троекратное «ура!», и фразы типа: «вперед, старпом!» или «ну прямо мои мысли читал!»
Джон повернулся к стоящим за его спиной друзьям и с улыбкой прошептал:
— Да, сложно нам будет сделать из них настоящих военных.
— Разойтись!!! — успел скомандовать Джон, пока свежеиспеченные рейнджеры сами не сломали строй от бурной радости и нехватки строевой подготовки.
Ничего. Он дал им шанс стать героями. Ту же самую услугу еще недавно ему оказала Корпорация. За это он был даже благодарен ей. Теперь те, кто принял его вызов и смогут выжить в схватке с врагом, будут тоже ему благодарны. Но Джон приложит все усилия, чтобы выжить смогли все.
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий