Лох с планеты Земля

Книга: Лох с планеты Земля
Назад: Глава 4
Дальше: Глава 6

Глава 5

Вой.
Врываюсь в каюту, сразу к рундуку. Надевая полётный скафандр, подумал, что снова неловко поступил с Сёмой. Стоит там, не знает, что и думать, знать о встречных крейсерах ему пока не положено. До предполагаемой встречи ещё целая вечность, успеют усадить и пристегнуть. Сам бы о них ещё лет сто ничего не слышал, особенно так неожиданно!
– «Да ладно, может, пронесёт, разминёмся», – с этой мыслью прыгаю в люк в палубе.
Короткое мгновенье в трубе, плюхаюсь в командирское кресло. Умная мебель сразу обняла, обездвижила, оставив свободными только руки – протягиваю в «рабочую область», просто в темноту перед собой.
Что там происходит на самом деле, мне знать необязательно, Фара объяснила лишь, в общем, что управлять машиной можно лишь при непосредственном контакте сенсоров и перчаток. Перед глазами мягко засветилась внутренняя поверхность шлема, вокруг появилась кабина штурмовика из старой игрушки.
Побежала строка сообщений о готовности систем, раздался милый голосок Кэш. – Ну, что опять возился?
– Общался с новичком. – Вспоминаю оправдание. Снова она раньше меня приготовилась!
– Попрощался?
– С чего бы это, ведь неясно ж ещё ничего!
– Файлик открой, заполох, – грустно посоветовала мой оператор.
Кликаю мигающее красным изображение конвертика в углу, вывод тактического задания:
«Во время разгона для перехода в гиперпространство в расчетной точке на опасно близком расстоянии из гиперперехода финишировал неизвестный корабль. По данным масс-детекторов, регистраторов возмущений и дальнего сканирования, это крейсер 5-го ранга одного из центральных миров. Дальний малый рейдер, классификация «Одинокий волк». На многократные обращения не отвечает, курс и скорость не меняет. При движении прежним курсом с данной скоростью прыжок состоится через 34 минуты. Сближение приведёт к сбою настроек двигателей из-за воздействия гравитационных возмущений от двигателей крейсера с вероятностью 87 %, что сделает гиперпрыжок невозможным. Время сближения на дистанцию поражения орудий кораблей данного класса – 25 минут. Вероятность получения фатальных повреждений за 10 секунд боя – 60 %; 15 секунд – 92 %; 15,5 секунд – 99,99987 %. Капитан взял функцию принятия решений на себя, искин переключён в режим советника.
Получена команда на запуск авиации, изменение курса, разгон для гиперперехода на случайные координаты. Авиакрылу поставлена задача выяснить намерения встречного. При неблагоприятном развитии ситуации отвлечь огонь на себя, по возможности вынудить замедлиться или изменить курс. Прогноз успешности манёвров – при полном контакте и стопроцентном попадании всех торпед в уязвимые точки крейсера нанесение повреждений 43 %, вероятность 0,0078 %; с такими повреждениями крейсер успеет нанести Буханке повреждений 78 %; вероятность успешного перехода в гиперпространство 0,0023 %.»
Эге. Если образно, мы дружным семейством собирали в лесу грибы, нагулялись, выходим к автобусной остановке, а из зарослей через дорогу навстречу тигр. Просто идёт, на нас пока не смотрит.
Бабушка с дедушкой, Кэп с Чифом, пытаясь отвлечь его простыми, естественными вопросами: «Здравствуйте, вы на охоте или мимо?», бочком-бочком уводят детей к ближайшему дереву.
Ну, а нам, отважным мужикам с ножиками грибников во вспотевших ладонях предстоит амбу как-то отвлечь, при неблагоприятном его настроении нанеся 43 % общего урона, отчётливо осознавая, что единственного небрежного взмаха могучей лапы любому из нас за глаза.

 

Кэп прямо сейчас бросил Буханку в вираж для нашего наиболее удачного старта навстречу неприятностям и собственного от них отползания. Я на правах старшего беру слово для воодушевляющей речи:
– Все прониклись?
– Яволь! – хором отозвались близнецы истребители.
– Натюрлих, блин, – проворчал Дак.
– При таких делах кто из нас кто без разницы, идём без разделения ролей, – задаю крылу тактическую схему.
Машины срочно бросились просчитывать алгоритмы на предстоящие секунды, люди запросили уточнений:
– Зачем тогда девочек брали? – возмутился Дирк.
– Чтоб нам не трястись за вас на Буханке, – сказала Марта.
– До самой смерти, – внесла полную ясность Хелен.
Кэп, дождавшись подходящего, по его мнению, момента, влез в брифинг. – Готовы? Доброго пути!
Передача импульса отозвалась привычной болью, мы простонали хором. – Сам пошёл!
Буханку унесло назад. Вообще-то, как её унесло, мы увидеть не могли, просто нижняя полусфера вдруг наполнилась звёздами. Киберсистема транслирует круговое изображение.
Неуютненько в прозрачной капсуле тоже прозрачному сидеть на виртуальной табуретке с воображаемым игровым джойстиком в руках, но так гораздо полезней для выживания.
Это же всего лишь визуализация управления, на самом деле у машин окон и дырок нет, если не считать дюзы и орудийные стволы. Ну и канал связи, конечно.
Переключаю Кэпа только на себя, чтоб не вздумал лезть к пилотам с советами, теперь он может говорить лишь со мной. Но он молчит, а я бы сейчас поговорил с кем-нибудь.
На Буханке хоть с искином бывает интересно поболтать, а здесь и сейчас хитрая начинка наших полётных скафандров, кибермозги, заняты конкретными задачами.
Четвёрка на старте разлетелась крестиком, закрутилась, словно кончики гигантского пропеллера. «Винт» в этот раз стартовое построение, далее машины по нечёткой своей логике и сами сказать не возьмутся, какую закрутят фигу.
Любым двум бортам нельзя ни на миллисекунду оказываться в одном луче, дистанции до цели не должны совпадать долее сотой секунды, разница в расстояниях большую часть пути не может быть менее десяти километров, и ни в коем случае нельзя очутиться с кем-нибудь в одной сфере радиусом в пять.
Это принятые у вояк градации нацеливания систем заградительного огня и эффективности орудий. С прочими напастями, типа самонаводящихся или управляемых ракет, справятся постановщики помех – тоже забота боевых киберсистем.
От искинов они отличаются лишь узкой специализацией и отсутствием непонятного мне самосознания. То есть практически не способны принимать решения, просто ничего не знают об этом. А мне бы поговорить сейчас!
Наверное, нужно вызвать Кэш, сказать, что раньше не мог, не смел… Она молчит, может, не нужно ничего говорить…
Время принимать решение, смотрю на убегающую змейку сообщений:
«До цели 1000, на вызовы не отвечает, курс прежний… до цели 700… не отвечает… прежний, дистанция пуска торпед, вероятность перехвата 98 %… 500… вероятность перехвата 76 %… 300 вероятность…»
– Вой, очнись же!
Я осознал, что последнюю секунду любовался сообщениями под брань Кэш. – А?
Она возбужденно заговорила. – Машины не чувствуют чужого взгляда!
– Что? – не могу сразу её понять.
– Системы не фиксируют сканирования – в нас не целятся! Наверное, вовсе не видят! Они не ударят, мы можем поворачивать, пока Буханка не удрала без нас!
Вызываю Кэпа. – Старик, попридержи лошадок. Опять с нашей героической гибелью какая-то ерунда.
– Вечно у тебя всё не как у людей! – послышался голос Чифа.
– Погодим поворачивать, надо же посмотреть, – извиняюсь перед Кэш и делаю общий вызов. – Дак, торпеды отставить, переходим на облёт, держим их на прицеле.
– Ок, – ковбой в деле не многословен.
– Близнецы, подберитесь к нему поближе, хорошенько рассмотрите. Только постарайтесь, чтоб это не приняли за атаку.
– Мы очень постараемся! – ответил Дирк.
– Вой! Олег! – Кэп, посовещавшись с Чифом, что-то решил. – Они отозвались?
– А должны были? – я искренне удивлён.
– Макс хочет что-то тебе сказать, послушай, пожалуйста.
Не успел я сказать «пожалуйста», как зазвучал азартный голос нашего хакера. – Вой, только не ругайся, мы немного доработали вашего постановщика помех. Теперь он перехватывает и декодирует любые сигналы. Ну, почти любые.
– И что дальше? – прерываю вступление.
– Он довольно-таки прожорлив, забирает на себя почти все ресурсы…
– Дальше что?! – меня покидают остатки терпения.
– Ну, он включается при непосредственной угрозе, а сейчас спит. Ты его разбуди. Моргни на иконку «полная защита».
– Ну, моргнул, только нафига? – он меня уже начал бесить – нашёл время для игрушек!
– Теперь включи вывод результатов по готовности в строку, – поспешно проговорил Макс.
– Ну, включил…, – я осёкся, вглядевшись в появившиеся символы. – Твою ж французскую мать, чудо ты наше арабское!
* * *
Семён.
Я оторопело посмотрел вслед убегающему Вою.
– «Никуда не уходи»! – крикнул он тем радостным тоном, которым в раннедетсадовских мультиках чокнутые профессора кричат «Эврика!»
Забавно, зачем это подорвался? За журналом или книжкой, где очень понятно написано о гиперпереходах? Или, может быть, за модерновой, сюрреалистической движущейся скульптурой «В кротовых норах автогеном по спиралям».
Угу, сделал собственными руками в редких перерывах между космическими боями за размышлениями о природе материи, энергии, времени и их взаимосвязях. Из пластилина, гы! От Воя точно можно ожидать чего угодно, хотя откуда в космосе пластилин? Меня сильно толкнули в спину, едва устоял на ногах. Поворачиваться, чтобы узнать, что это было, не пришлось, меня обогнала Фара, бросив на бегу. – Бегом за мной! Ноги выполнили команду сами, предав телу нужное ускорение, голове оставалось лишь недоумевать. – Но Вой сказал подождать! – А мы быстро, – она резко затормозила у дверей с затейливой, светящейся фиолетовым руной или каким-то таким знаком наподобие.
Просто, чтоб не упасть и не пробежать мимо, для усиления торможения слегка приобнял девушку, ситуация получилась двусмысленной.
– Руки убрал! – сказала Фара, будто прошипели, открываясь, двери электрички.
Памятуя начало недавнего инструктажа, я послушно разжал ладони на груди и очень плавно развёл руки в стороны. Сделал полшага назад, неохотно расставаясь с её волшебным запахом, поднял глаза посмотреть, куда мы бежали.
В помещении оказалась уйма народу, и все они в эту секунду ничего интереснее для разглядывания не нашли! Я смущённо улыбнулся шведкам, французу арабского происхождения, Кэпу и Чифу, хоть и не понял, кто из них кто, и незнакомому крепенькому мужичку с небритой физиономией явно отечественного происхождения.
Компания расположилась в удобных длинных креслах, лицом от меня направо. То есть сами лица как раз были повёрнуты анфас – они будто выполнили команду «равнение на новенького». Вернее, к нам повернулись лица двух ксенов, трёх девушек, Макса и небритого мужика, а из-за подлокотника ближайшего кресла показались пара острых ушек и два любопытных глаза с вертикальными зрачками.
Фара небрежно бросила через плечо. – Проходи, располагайся. Я подошёл к почти свободному креслу, сугубо лично улыбнулся бурому котёнку. Малыш вжался в уголок и оттуда демонстрировал зверскую решимость – выставил лапки с выпущенными коготками, ощерился, оскалился, зашипел. – Но Вой просил…, – снова начал я прерванный разговор. – Ему пока некогда, позже он тоже сюда подойдёт. Садись, кино посмотрим, – неестественно буднично произнесла Фара.
Какое в космосе кино?! Взрослые люли в кино сломя голову не бегают! В подтверждение моих сомнений Макс фыркнул, девушки нервно захихикали, а мужик сказал брюзгливо, – Вот блин! Меня б так девушки упрашивали! Садись, не ломайся. Я быстро подхватил котёнка, тот испуганно замер в ладони, но оказавшись у меня за пазухой, по непостижимой кошачьей логике, впился в кожу коготками, замурлыкал. Прижав его к себе, устраиваюсь в кресле. – С тобой всё в порядке? – Фара подошла сзади, – чего за пузо схватился? – Да колет что-то. Наверное, звёздочки в космической каше, – попытался отшутиться. – А где кино? Все задумчиво смотрели перед собой на совершенно однотонную светло-бежевую переборку. – Ага, звёздочки в каше – говорила ж не обжираться, – произнесла она с укоризной, – а кино смотри тут…, – и нахлобучила на глаза мягкий по ощущениям шлем. – Сейчас начнётся, всё покажут через импланты. Закрой глаза и расслабься. А! Точно! У меня же импланты! А у кота, скорей всего, нет, на кой они ему? Останется бедняжка без кино. Ну и ладно, потом ему всё расскажу, кстати, надо его как-то назвать. Хотя назвали уже, наверное, он уже чей-то. Был когда-то… как я…
– Закрой глаза и смотри кино! – Фара продублировала указание подзатыльником, шлем сполз на нос.
Ладно, посмотрим. В глазах мягко засветилось, пошли надписи. Титры, наверное, я со скукой вчитался:
«Внимание! Старт авиации! До передачи импульса 30 секунд… 10 секунд… передача, сохраняйте спокойствие…»
На меня будто с размаху села бегемотиха…у-у-у… с зеброй на ручках! Вдавило в только что казавшееся таким мягким кресло, пронзило, размазало болью! По животу потекло.
Вот же ж! Он там живой ещё? Из-под комбеза озадаченно мявкнуло. Да, старичок, сам тащусь! Попытался утешить его, прижать к себе, но не смог даже пошевелиться. От этакого начала фильма я немного обалдел, не заметил, как боль пропала, сменилась странной лёгкостью, слегка затошнило. Да что же это такое??? Титры сменились.
«Состояние невесомости. Вы обездвижены до отбоя боевой тревоги».
Какой такой тревоги? И это… кино мне отвечает что ли? А говорить может?
– По вашему запросу включаю звуковое сопровождение, – под шлемом промурлыкал очень приятный женский голос.
Ну, меня-то уже так не купишь! Спрашиваю строго эту виртуальность. – Ты кто?
– Я искин корабля Bux007893…
– Хорошо-хорошо, понял я! – я действительно начал понимать, что это не совсем кино. Вот и изображения нет! Интересно, почему?
– По вашему запросу включаю визуализацию с нулевой точки, – искин снова угадал моё пожелание.
Я словно открыл глаза, принялся оглядывать зал. Даже закрытые мои глаза стали удивительно зоркими – легко заглянул себе за затылок. Немного покрутившись на месте, попробовал взглянуть на себя сверху и получилось – увидел как меня замотало в мебель, блин. Впрочем, остальные оказались в таком же положении. Неподвижность и невесомость, как в космосе.
– Все уснули?
– Идёт обработка ситуации.
– Да! Вроде бы была боевая тревога? Можно спросить, что происходит?
– Сейчас ваш допуск во время боевой тревоги в рубке позволяет только слушать.
– Ага, все молчат, значит. А потом?
– Потом вы получите право посылать запрос и комментировать в бегущей строке.
– А дальше?
– Дальше ваше место по боевому расписанию будет в кабине истребителя.
– Ну а сейчас я могу узнать, что творится?
– Читайте буквы, пожалуйста.
Так, что там ещё написано? Ага, встреча с крейсером бла-бла, цифры какие-то, капитан принимает на себя принятие решений. Умора! А раньше он тут для представительности возвышался? Вираж, старт авиации, снова гиперпереход…
– Куда переход? – уточняю у искина.
– Куда угодно, лишь бы подальше отсюда.
– А Олег?
– Вероятность успешного возвращения ноль, ноль…
Я не дослушал, перестал слушать после второго «ноль». Мы ведь даже не простились, хотя кто он мне? Куратор? Я ж ничего о нём не знаю. Что он сказал напоследок? Постой здесь. А раньше? Представь себя микробом. Человек за всех нас погибнет, а мне его и вспомнить нечем по-доброму. Внезапно, как выстрел, загремел голос Воя!
– Старик, попридержи лошадей, с нашей геройской гибелью снова получается какая-то ерунда.
Ему ответили. – Вечно у тебя всё не как у людей!
Повисла пауза, видимо, руководство обменивалось мыслями, непостижимыми для простых смертных.
Хотя кому-то вполне доступными, побежали буквы комментария. – Кэп, это Макс! Дайте мне сказать Вою пару слов, это важно!
Заговорил Кэп. – Вой! Олег! Они отозвались?
– А должны были?
– Макс хочет что-то тебе сказать, послушай, пожалуйста.
Из дальнейшего диалога я мало что понял, лишь по облегчённым интонациям сообразив в конце, что на этот раз нам повезло. Кэп радостно возвестил. – Отбой боевой тревоги. Бегите на палубу встречать наших героев.
Я почувствовал, что кресло меня отпустило, но особой радости мне это не принесло. Все ловко отталкивались и плавно плыли к выходу. Из положения «полулёжа над мебелью» исхитряюсь повернуться к девушкам, – можно мне с вами?
– Ой, что это у тебя? – Лилит указала пальчиком на мой потемневший на животе комбинезон. А котяра-то здорово напроказил! Вынимаю хулигана и, разжав ладонь, слегка толкаю его к девушкам. На волю кису выпускаю, гы! Совсем обалдевший котонавт прижал уши, расшиперил лапки с коготками, вспушил шёрстку. Первый космический кот парил через рубку под мой добрый мысленный комментарий: «Вот так-то! Не всё за вас собачкам отдуваться!»
– Ты его с Земли притащил? – воскликнула Мария.
– Только не я! – не принимаю на себя такого греха.
Небритый незнакомец ловко перехватил котёнка. – Побудет у меня до выяснения.
Мария и Грейс схватили меня за рукава, повлекли, Лилит стащила шлем, небрежно отбросила. Я обернулся взглянуть на диковинное устройство. Над креслами в невесомости плыл заурядный танкистский шлем а-ля «командир, у меня шапка разговаривает»!
– А как же? – не нахожу слов.
– Через импланты, – улыбнулась Фара, – тебе нужно было настроиться, поверить, а с ним это проще, проверено опытом.
Я уже начал привыкать чувствовать себя идиотом. Наверное, здесь это надолго.
* * *
Вой.
Штучка нашего умника выдала строчку неприятных на вид загогулин. За ними шло пояснение: «Символы галистолинского языка, одной из доминирующих рас соединённых миров. Первая четверть, 134 символа, описывают положение клана капитана корабля в системе власти Галистолина, а так же положение капитана в клане. Вникать не рекомендуется. Вторая четверть сообщения, 137 символов, приветствие всякому встречному, способному понять хотя бы его начало. Опасно для понимания. 4 символа – просьба и указание оказать заявителю всю возможную помощь. Третья четверть, 135 символов – выражение признательности и обещание страшных кар за отказ. И в конце ещё 140 символов непереводимой ахинеи».
Спрашиваю Кэш, – ну и что с этим делать?
– Запусти прогу на обратный перевод и попробуй до них доораться, – посоветовала моя боевая подруга.
Что ж, попробуем. Истребители уже вовсю резвятся, только на лыжах по крейсеру не катаются, хорошо, что нет у них лыж. Вызываю близнецов, те восторженно докладывают.
– Вой, эту срань кто-то от души отметелил! Башни систем ПВО свёрнуты, а в трёх местах, где они по идее должны быть, рваные дыры!
– Он пердит на 30 % мощности одного двигателя из четырёх, в силовом отделении пробоины. Ещё гипердвигатель цел, но потому только, что его можно повредить лишь целиком с кораблём и какой-нибудь планеткой поблизости!
– Что у него с надстройками? – пытаюсь злорадствовать не столь откровенно.
– А фиг их знает, – смеётся Дирк, – отсутствуют!
Это совсем не гуд, что с глухого возьмёшь? Придётся орать.
– Так, фрицы, кончай балаган! – напускаю строгости.
– Яволь, хер Фасильефф! – немедленно реагируют истребители.
Не обращаю на это внимания, – Ганс, переключай связь на ретрансляцию и врубай на полную.
– Поставь им Рамштайн, – советует Дирк.
Переключаю программе задачу на обратный перевод и начинаю монотонно повторять, – неизвестный корабль, отзовитесь. Неизвестный корабль, отзовитесь…
– А то как засажу торпеду в силовой отсек, прямо в пробоину! – не выдерживает Кэш, в эфире заржал Дак – детский сад «Солнышко»!
Однако сообщение сменилось. «Внимание! Всего четыре символа – они очень серьёзно настроены! Если убрать несущественные в контексте ситуации смысловые слои остаётся вопрос: «Кто здесь?»
Вот какие это галистолинцы, если отвечают вопросом на вопрос? Ладно, как говорится, кесарю кесарево, а инопланетянину инопланетяни… э… короче, пора звать Кэпа. – Есть контакт, старик, гони посторонних из рубки.
Тот сразу вкурил без обычных тупых вопросов, через полминуты спросил, – кто это?
– Машина опознала язык Галистолина.
– Вот же нефигассе! – набрался от нас чудовище трёхглазое. – Всем бортам умолкнуть. Вой, включай аппарат.
Я выполнил команду, как и было сказано, молча, только строчку синхронного перевода оставил для общего развития.
Диалог получился не очень продолжительным, но перенасыщенным межзвёздными страстями. Вояки не смогли сразу принять тот факт, что по секретному военному каналу с ними разговаривают какие-то случайные штатские оболтусы.
Начали они с требования назваться, дабы доложить об этом командыванию, чтобы виновные понесли заслуженную кару для вящего укрепления безопасности Содружества.
Кэп неполиткорректно заявил, что более всего он дорожит безопасностью собственной шкуры, и что если военным больше нечего добавить, мы вернёмся к своим делам.
Вояки сменили тон. Запросто предложили сбегать к Плутону на исследовательскую станцию за помощью. А то в противном случае они вынуждены будут доложить…
На этом месте на крейсере задумались, а Кэп сказал, что даже если бы он совсем опупел и побежал к Плутону, пользы бы это не принесло никакой. Ну, кто он такой? Пошлют на станции дальше Альдебарана, и все дела.
Военные снова взяли короткую паузу и предложили сделку. Они точно никому ничего не доложат, если передадут Кэпу одноразовый пароль-вездеход. Ему нужно лишь послать сигнал, а кто его послал, никто не узнает.
Вот почему в самых неподходящих случаях меня как чёрт за язык тянет, а когда нужно, язык замораживает дисциплиной и субординацией? На этом месте нужно было ставить в разговоре точку без лишних слов – торпедой в борт. Сразу почувствовал, что эта история ещё выйдет нам боком.
Кэп дал отбой. Ребята сразу облегчённо загомонили, сказывалось пережитое нервное напряжение. Только Кэш проворчала сварливо, – а ведь хотел же торпедой, я видела!

 

Как всё-таки здорово просто возвращаться домой! На больших носителях пилоты чаще возвращаются на дозагрузку и дозаправку, нас же слишком мало, всё решается за один вылет.
За всё время я летал на заправку всего два раза, и в обоих случаях не на Буханку. Кэп среди прочих подрядился в рейд на пиратские гнёзда в системе Обиди. У местных ассоциированных миров, что в складчину решили покончить с разбойничьим анклавом, оказалось аж три носителя четвёртого ранга на две сотни машин каждый, да к тому же скинулись на наём ЧВК общей численностью в сотню вымпелов при пятистах бортах авиации.
Когда выходили в первой волне на штурмовку орбитальной станции, получили указание, отработав, заправляться на ближайшем большом авианосце. Я подумал ещё, что будет изрядная давка…
Тем, кто сумел вернуться, места хватило с избытком. На второй дозаправке я впервые возглавил крыло – обе оставшиеся машины. Среди обломков на орбите остался мой первый и единственный командир.

 

Спасибо, Серёга, ты многому успел научить нас, меня и Кэш, всех, кто тебя ещё помнит. А ты помнил тех, кто ушёл с Буханки раньше тебя. Ты даже помнил настоящую Буханку!
Смешно рассказывать новичкам, почему наша юла, сковородка с крышкой на длинной ручке, на самом деле Зелёная Буханка. Когда-то это был просто кирпич с катапультами для пары штурмовиков и древним электронным резаком, собственность нашего Кэпа. Зелёным светился ионизированный газ, который удерживало на поверхности электромагнитное поле. Его выпускали для рассеивания лазерных лучей и досрочного подрыва античастиц.
Однажды Кэп встретил Чифа, владельца похожего пепелаца, носителя трёх истребителей. Они оба выходцы из одного далёкого ассоциированного мира, специализируются на хуманском ареале, в частности, на Земле. Как-то сблизились, договорились.
Продали пепелац Чифа, добавили кредитов из личных сбережений и приделали к Буханке сковородку, что сразу вывело обоих на новый уровень возможностей и заказов. У нас появилось истребительное прикрытие, а Чиф получает долю со штурмовых заказов.
Машинам не нужно больше столько топлива для разгона. Можно потратить на боевой форсаж, или снять лишние баки и подвесить пару управляемых бомб. Истребители со штурмовым вооружением – неприятнейшая неожиданность для некоторых клиентов.
Жаль только, что очень некоторых – на весь сектор лохов, может, всего парочка наберётся. И то, если считать с нашим Сёмой. Как он там поживает? Не обделался с непривычки?

 

Подлетаем к воротам, гасим движки, входим в зону посадки на минимальной относительной скорости, а в нас уже целятся девочки Фары. Удачные выстрелы, к машине прилипли магнитные присоски, штурмовик буксируют на палубу, прямо на заправочный стол.
В ангаре нет ни атмосферы, ни тяжести, работают девчонки на дроидах. Ой, а это что за пара в жёстких скафандрах? Не иначе Сёма вышел поглазеть на самолётики. Наверное, с Фарой, док точно трезвый в скафандр не полезет, а больше его выгуливать некому. Пусть полюбуется, в жизни так мало чудес. Порой самой жизни слишком мало.
Машину заправили и зарядили, сверху спускается манипулятор, подхватывает, уносит по длинному жёлобу транспортёра. Приехали на стартовую позицию, сработали фиксаторы катапульты, киберсистема доложила о полной готовности к новому старту. Теперь дать команду на длительное ожидание и ждать самим. Ждать эту надоевшую перегрузку!
Назад: Глава 4
Дальше: Глава 6
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий