Лох с планеты Земля

Книга: Лох с планеты Земля
Назад: Глава 3
Дальше: Глава 5

Глава 4

– А я Сёма, – сказал я.
– Мы знаем, – ответствовал Сергей Витальевич, – не утруждай себя, человек, не тревожь атмосферу, обращайся к нам мысленно.
– «Да уж, зубки-то давно не чищены», – подумалось мне, и машинально проговорилось вслух. – Вам? Тут есть кто-то ещё?
– Наш общий разум внимает тебе, человек, – раздалось в голове со школы знакомым тоном.
Таким же печальными, любящими были слова классной руководительницы, завуча и директора: «Пойми! Мы ведь тебе добра желаем»! Особенно проникновенно получилось у директрисы, когда мне потребовалась характеристика в ментовку по поводу предстоящего надо мной суда за участие в коллективной драке и связанным с ней нанесением побоев средней тяжести. С этими словами и отказала тварь! Я их после школы не поубивал всех потому только, что занят был постоянно более интересными и приятными делами.
Вот и этот инопланетный субчик мне сразу сильно разонравился, и я с удовольствием мысленно засунул его трёхглазой башкой в задницу бегомотихи из классного мультика. В астрале стояла плотная тишина. То есть ни полу-мысли не прозвучало. Странно!
Я в нарисованной воображением картинке к погружённой с головой в попу бегимотихе фигуре пристроил сзади жирафа из того же мульт-сериала. Никакого эффекта!
– Витальевич! Ты что, телевизор не смотришь? – вырвалось у меня разочарованно. Я ж так подробно и красочно всё себе представил! Он разве не понял?
– Мы тебя понимаем, человек! Ты шокирован. Постарайся успокоиться, думай о прекрасном! – к воспроизводимой воображением картинке добавилась звуковая дорожка.
– Ну, а я что делаю? – мне стало жаль никем неоценённых творческих усилий. Для усиления эффекта я сменил Жирафа на обаяшку-огра, а бегеомотиху на жабу-мутанта из другого фантастического фильма.
– Продолжай. Помолчи немного. Когда будешь готов, спрашивай, для того ты и предстал перед нами! – этакая аудиодорожка унесла всю композицию в сюр, а я этого не люблю, предпочитаю нормальную фантастику.
– Я готов, только можно вслух? Мне так привычней. – Изгнав из головы мультяшных извращенцев, говорю полностью успокоенный – оно не телепат. Слова как-то улавливает, а мысли фигушки. Нужно просто следить за речью, то есть не думать словами. Ха! Да для менеджера с моим опытом не думать, о чём действительно думаешь, проще, чем кому другому не ссать в штаны!
– Хорошо, – Витальевич настырно гундосил прямо в мозг, – можешь говорить. Только постарайся быть лаконичным.
– Что со мной теперь будет? – начал я с главного вопроса.
– Это зависит только от тебя! – врубил вступление инопланетянин. Ну, чистый же менеджер по кадрам на собеседовании! – Лишь приложив все силы и старание, ты сможешь занять достойное место в нашей компании!
– Это в астероидной шахте, да? – проявил осведомлённость в общих вопросах – я ведь действительно люблю и читаю нормальную фантастику.
– Да с чего ты это взял? – удивился Сергей Витальевич.
– Ну… – я растерялся. Вот как ему объяснить? – У нас есть легенды, что похищенные попадают в шахты…
– Похищенные? – раздражённо подумал инопланетянин. – Ты ведь сам пришёл по объявлению и подписал соглашение!
– Какое соглашение?!
– Ты ответил, что хочешь стать сотрудником ЧВК «ZX». По нашим законам этого достаточно.
– По каким законам? – я заинтересовался.
– Да, человек! На территории Содружества действуют законы, а наш корабль как раз и является такой территорией. Это на твоей дикой планетке можно делать с вами всё, что угодно, только там вы просто никому не нужны.
– Ух-ты! Корабль! Правда, что ли? – не смог я сдержать странного восторга.
– Да! – важно подтвердило оно. Сразу видно, что такая реакция новичка ему привычней.
– И что мне по этим законам? – отмёл я лирику. – В шахту?
– Да кем ты себя считаешь, разумная особь! Насекомым? В нашем распоряжении сотни рас, более приспособленных к малой гравитации, с гораздо меньшими потребностями. Они устойчивее к любой радиации, к высоким температурам. А потребную для жизни энергию берут прямо от звёзд, достаточно нанести на их природные хитиновые скафандры особый нано-слой.
– Ага-ага, – закивал я, – наверное, особенно легко с ними договориться!
– Они просто строят свой улей. Ничего не знают о шахтах. – Мне показалось, что его голос стал чуть человечней. – И не задают дурацких вопросов.
– Да? Ладно, а к чему приспособлены мы? – я почти поверил.
– Вы быстро живёте, быстро думает и вполне сопоставимы по аналитическим возможностям с искинами пятого уровня.
– Значит и вправду истребитель? – я почти обрадовался.
– Всё зависит от тебя. Сейчас ты на испытательном сроке…
– Каком-каком? – я едва не засмеялся.
– На адаптационном, – поправился Витальевич. – Мы вправе разумным обитателям диких миров, пожелавшим приобщиться к свету Содружества, предоставить такую возможность.
– Угу, пожелавшим! – я не мог удержаться от сарказма.
– Ты сам-то знаешь, чего действительно желаешь? – в его тоне прозвучали ироничные нотки. – Вот-вот. Тебя не обманывают. На испытательном сроке мы предоставим тебе возможность овладеть полезной профессией, подходящей особенностям твоей расы.
– А сколько он продлится? – ситуация с его точки зрения начала мне немного нравиться.
– На первой же станции или планете Содружества можешь уйти, рассчитавшись с издержками, если сам до этого не подпишешь с нами контракт.
– Какие контракты с издержками? – я предчувствовал подвох.
– Подробности узнаешь у Олега, он твой куратор. Двери сзади, подожди снаружи.
– А…, – я был не готов к столь быстрому окончанию разговора.
– Проваливай! – впервые вслух оно снисходительно подвело черту.
«Нормальный, в принципе, человеческий голос, и чего ему стесняться?» – думал я, поджидая в коридоре Олега.
* * *
Буханка, ходовая рубка.
Семён разговаривал с Кэпом. Кэп и Чиф – капитан и старпом, владельцы «Зелёной буханки». Единственные инопланетяне на борту давно привыкли к тому, что их имена для людей не произносимы, и даже друг к другу стали обращаться только так. Кэп вызвал рубку, Чиф откликнулся не сразу.
– Что тебя так отвлекло на рутинной походной вахте, старина? – мысленно усмехнулся капитан.
– У старших помощников нет рутинных вахт, – привычно ответил Чиф, – приглядываю за дикарями.
– Никак не пойму, что за удовольствие следить, как они совокупляются? – выдал Кэп шутку номер раз.
– Да уж, нам этого ещё долго не понять! – неожиданно грустно ответил старпом.
– Ты сожалеешь? – удивился Кэп. – Ты желаешь прямым потомкам нашей участи? Чтобы они долгие сто астроциклов собирали кредиты на гражданство в присоединённых мирах?
– Ещё! – тон Чифа стал жёстче. – Ещё минимум сто долбанных астроциклов! Ну почему! Какие-то дикари!! Делают это, когда захотят, а мы только для продолжения рода!!!
– Это основа нашей культуры, её истоки, – хмуро напомнил Кэп. – Не завидуй дикарям, они очень мало живут. Нам же предстоит долгий путь. Если всё будет хорошо, наши потомки родятся гражданами какого-нибудь присоединённого мира. Ещё сотня астроциклов уйдет на то, чтобы помочь им получить гражданство одного из присоединившихся миров. И всего через три сотни мы увидим внуков – граждан центральных, соединённых миров! Вспомни, сколько экипажей за это время сменится здесь… Да сколько мы сменим таких кораблей!
– Да, – Чиф загрустил. – Почти сто полных смен состава, две тысячи жизней…
– И что? Ты их жалеешь? – не понял Кэп.
– Я нас жалею, – отозвался старпом, – мне жаль сотню наших человеческих жизней, что пройдут за это время!
– Разве тебе кажется чрезмерной цена за единственную жизнь гражданина галактики? – делано удивился Кэп.
– Нет-нет, что ты, что ты!!! – развеселился Чиф. – К тому же, может, и не придётся платить так дорого. Нам пока везёт.
Кэп изобразил плевание через плечо – нахватался у землян. – Увидим.
– Конечно. Но пока, – он выделил «пока», – всё складывается удачно. Минералы, потом этот найдёныш. Теперь вот координаты древнего побоища, там не может не быть чего-нибудь интересного!
– Да поможет нам галактический разум! – Кэп воздел вверх руки.
* * *
Семён.
Я невозмутимо подпирал переборку, глядя на приближающегося Олега.
– Давно ждёшь? Двигай за мной, дел полно.
– Подожди. Олег… Тебя ведь и, правда, Олег зовут? Ты-то хоть человек?
– Человек, – кивнул в ответ, – только моё имя для всех, и в первую очередь для тебя – Вой. Когда-то был Васильев Олег Иванович, но он давно умер на Земле.
– Ты мой куратор? – отсекаю лирику.
Молчание знак согласия.
– Так чем я буду заниматься? – наконец-то я смог добраться до самого главного.
– Как чем? – Вой резко обернулся. – Ты же подписал договор, там написано: «Вы хотите стать рекрутом ЧВК?», ты ответил «Да». Что ещё неясно?
– Ну, ладно, ладно, хорошо, я подписался на военную службу в космосе среди инопланетян. До конца в это поверить не могу, но пусть так, что конкретно делать-то буду?
– Летать, конечно. – Вой невозмутимо продолжил путь.
– А на чём?
– На самолётах, – ответил по слогам.
– А зачем?
– Убивать, – равнодушно пожал Вой плечами.
– А за что? – вырвалось с придыханием.
– За деньги, ну и чтобы самого не убили. Деньги платят хорошие, а в остальном как повезёт.
– Деньги? Убили? Правда что ли? – мой голос сорвался в хрип.
– Здесь всё взаправду. – Сказал он весомо. – Чем раньше поймёшь, тем живее будешь.
– Ну, спасибо, подсобил, подогнал работёнку, век теперь не забуду!
– Парень, ты сначала проживи этот век. – Усмехнулся Вой.
– Это так трудно? – Улыбаюсь в ответ.
– Лучше считай, что уже сдох. Ты на небесах, Сёма. – Небрежно посоветовал куратор.
– А был бы на Земле. У меня там работа и жена… Были. – Не могу больше поддерживать этот тон.
– И куча болезней в придачу, – он серьёзно посмотрел в глаза.
– Какие болезни? – он опять сбил меня с толку.
– Откуда мне знать, я ж не доктор. СПИД, к примеру, на Земле победили?
– Да какой нафиг СПИД? – Мне смешно. – Хочешь сказать, что меня забрали, не проведя никакого обследования? На Земле даже в дворники без медосмотра не берут!
– Фирме достаточно, что ты в комплекте, и голова, судя по болтовне, варит. А что у тебя внутри творится – сугубо твои проблемы.
– И что теперь делать? Тут есть какая-то медицина? – Я спохватился.
– Есть, не волнуйся, – успокоил Вой. – Сходишь к Доку, пройдёшь обследование. – Он остановился у прямоугольника на стене. – Вот мы и пришли в мастерскую, царство главного техника Фары. Представь себе – она девушка. На всякий случай запомни… – Окинул меня скептическим взглядом. – До медосмотра постарайся на женщин даже не дышать, кстати, их у нас довольно много.
Проведя кистью, Вой открыл створку, внутри показались ряды стеллажей. Крикнул. – Фара!
К нам вышла девушка…
Откуда-то сбоку донёсся назойливый голос. – Тебе ещё пинка или сам пойдёшь?
* * *
– «Япона мама»! – прогремело на всё сознание эхо первого оглушающего впечатления.
Вернее было бы: «Вот это Фара», но, ни о вздёрнутом носике, ни о чудных, слегка раскосых, с загнутыми вверх уголками глазках сказать такое у меня язык не повернулся бы. Более того – я, наверное, вручную и без наркоза удалил бы любую метлу, брякнувшую это о Фаре.
Говорю «наверное» потому, что тогда ни в чём не был уверен, всё казалось новым и воспринималось как в тумане. Через гулкое марево пробились ненужные слова Воя о каком-то очередном пинке – я даже не обернулся. Этот смешной человечек перестал существовать – для меня все умерли, достаточно было смотреть на неё, на её лицо, на что-то говорящий ротик…
– Эй, придурок! Ты только мне тут не сдохни! – Она ласково положила чудные ладошки мне на плечи, страстно сжала, её лицо резко приблизилось, и в моих глазах взорвались миллионы искр.
Игла боли вонзилась в мозг, картинку залило фиолетовым пятном с багровой окаёмкой, чудесные звуки сложились в слова. – Тебе в нос достаточно, иль по яйцам добавить?
– Не-ну-на, – прогундосил я через прижатую к воспалённому шнобелю собственную ладонь, по пальцам текло.
– На-ка, вот, – она взяла меня за руку!
Отвела от лица и прижала салфетку, – подержи пока, скоро пройдёт.
– Спасибо, – я искренне поблагодарил за заботу.
– А ты забавный, – сказала она потеплевшим голосом, – живи пока.
Ко мне, наконец-то, пришло понимание ситуации. Миленькое начало инструктажа, обнадёживает.
– Ты в адеквате? – я кивнул.
– Точно? – кивнул два раза.
– Тогда слушай. Я Фара, старший техник. Женщина, мои родители такие же люди, как и твои. Только родилась я на другой планете.
– А ты здорово по-человечески говоришь! – удивился я.
– Это искин, искусственный интеллект говорит. В робокапсуле тебе вживили импланты, особые устройства. Они очень маленькие, достаточно было проткнуть твой череп…
– Чего?! – меня передёрнуло, – но это же, наверное, страшно больно! Я ничего не чувствовал, наоборот – сил прибавилось!
– Наркоз и гипнотический транс, после обеда совсем отпустит – немножко помучаешься. Так что не вздумай обжираться.
– Да я отчего-то совсем не голодный, хотя ел последний раз ещё на Земле.
– Ну, правильно, после капсулы всегда так. Тебя ж поддерживала её аппаратура. Это уяснил?
– Угу.
– Едем дальше. Через импланты с тобой общается искин, переводит мою речь.
– А длинные, ну, которые совсем инопланетные? – я с удовольствием предвкушал подтверждение догадки.
– Ты про Кэпа и Чифа?
– Там был только один!
– Ага, скорей всего, Кэп. Ещё есть такой же Чиф. Конечно же, с тобой говорили через импланты, их речь очень трудно понять, а воспроизвести и вовсе невозможно.
– Они наши наниматели? – уточнил на всякий случай.
Так-то всё с ними ясно – обычные понторезы, только инопланетные.
– Кому наниматели, а кому и компаньоны. Они с Кэпом владельцы корабля, это их доля в нашей ЧВК.
– А ты? Партнёрша или так? – мне стало очень важным выяснить, на чьей она стороне.
– Я пайщик! – возмутилась Фара, видимо, искин не так перевёл, или она неверно поняла.
Надо обязательно выучить её язык, а то ведь можно и промеж ног выхватить.
Я попытался вернуть разговор в деловое русло. – И в чём разница?
– Ну… у меня отдельная каюта!
– А у меня?
– И у тебя, ты же как бы пилот! – она насмешливо скривилась.
– Почему это как бы? Вой сказал, что я подхожу! – я сделал вид, что задет насмешкой.
– Значит, станешь настоящим пилотом и пайщиком, если раньше не помрёшь. – Она помолчала полсекунды и неожиданно тепло спросила. – Но ты ж постараешься, правда?
– Правда! – ради такого её взгляда я готов не просто постараться, а прям очень-при-очень!
– Молодец, тогда слушай дальше, – она продолжила инструктаж.
Фара показала мастерскую. О мастерских я имею смутное представление, только с детства запомнился дядин гараж с подвалом и кучей интереснейших штучек, трогать которые категорически запрещалось.
Здесь же и вовсе ничего толком потрогать не светило, прежде всего, саму Фару, конечно. Я сделал серьёзное лицо и честно попытался сосредоточиться на смысле слов, по возможности преодолевая очарование голоса.
В общем, всё оказалось не таким уж и сложным. Нужно всего лишь обратиться к искину, выбрать объекты, или задать поиск по ряду параметров. Выбрать процедуру воздействия, или включить подбор процедур по требуемому результату. Например, сделать из мухи слона.
Процедуру можно осуществлять самостоятельно, поскольку искину неведомы «озарение», «вдохновение» или «муки творчества». Для этого нужно встать к «верстаку», устройству, чем-то похожему на рентген-аппарат, ту его часть, к которой обычно просят прислониться и не дышать. Только здесь требовалось засунуть руки в особые отверстия и смотреть «через стекло» на «рабочую зону», виртуальный верстак.
Над ним появились обычные мои руки, и росли они как бы из меня. Я уверенно пошевелил пальцами – просто мои руки. Сунул в дырки и смотрю на них через стекло. Слева на верстаке обнаружились заготовки, справа инструменты.
Я уже засомневался, что меня просто дурят – обычный верстак под стеклом, и всё! Но меня заинтересовал стена, у которой стоял «верстак», там сами по себе нарисовались дверцы каких-то ячеек.
Я подумал: «А дай-ка мне горсть орехов и микроскоп», на паре дверок появились надписи «орехи», «микроскопы». Попробовал открыть, получилось! Достал орех, взял микроскоп и с размаху врезал… оказалось, что просто подумал, что врезал по ореху.
Перед глазами всплыла надпись: «Новая процедура. Объекты: орех крепкий, армированный нанитами; микроскоп новейший и самый дорогой; пальцы оператора. Описание: ударное воздействие. Задача: выяснить, что треснет раньше. Результат первой итерации: повреждения ореха один пикапроцент, микроскопа полтора нанопроцента, пальцы оператора восемьдесят пять процентов. Возможность восстановления: ореха – не требуется, микроскопа – не требуется, пальцев – проще взять новые. До решение задачи требуется сто на десять в девятой степени итераций и десять в девятой степени пальцев. Перейти к следующей итерации»?
Я послал искин в задницу.
– «Отложить итерацию»?
Охотно согласился пока не торопиться.
– «Новая процедура успешно сохранена, вы сможете вернуться к ней позже».
– Убедился? – очаровательно улыбнулась Фара. – Тогда смотри, как это делается.
Я уступил ей место, она за секунду сделала значок с изображением ореха под микроскопом и надписью «экспериментатор первого уровня». Это бы и ясно-понятно – всё виртуальное, но она вынула руки из рабочей зоны и протянула мне на ладони значок! – Прикалывай, приколист, заслужил!
Моё удивление разрешилось просто – никому неизвестно, что и как происходит там на самом деле. Всё, что мне нужно знать – искин любую процедуру проверяет на степень опасности, прежде всего, для самого экспериментатора, и никогда не воспроизведёт в реале очевидную глупость. Ну, а в целом – очень полезная штука, главное – ей совершенно фиолетово, откуда у тебя на самом деле растут руки, что мне особенно подходит.

 

Закончив осмотр мастерской, Фара провела к моей каюте. Объяснила, что двери смогу открыть только я, поскольку Кэп меня уже одобрил и дал искину нужные указания. Вроде бы даже Кэп и Чиф не смогут войти без моего разрешения. Посторонние же лица, не члены экипажа, их совсем не видят, как я сначала не увидел дверей в капкаюту.
Коротко объяснив про двери, Фара прямо от них повела дальше, мол, успею ещё насмотреться на свои апартаменты. Мы шли по прямому коридору, слева от нас были двери, а справа ровная переборка. Я только хотел спросить, что там такое за стеной, как мы подошли к единственной двери справа.
– Сюда ты пока можешь войти лишь в моём сопровождении. Кстати, постарайся вообще в одиночестве не гулять, ты ещё не освоился, – сказала она, проводя запястьем над индикатором.
Створки разъехались и сразу сомкнулись, едва мы вошли внутрь тамбура или кабины лифта. Наверное, всё-таки кабины – через секунду створки снова открылись, хотя по ощущениям ничего не произошло.
– Это техпалуба. Здесь у нас выходы в трюмы, ангар дроидов, но они нам сейчас без надобности. Там выходной шлюз, на случай если захочешь покончить со всем этим – на корабле искин при любой попытке суицида сразу выключит через импланты. Проверять не советую. Если же тебе наружу по делу, идём сначала в хранилище скафандров.
Мы вошли в типичную с виду заводскую раздевалку, вдоль переборок стояли обычные шкафчики, только побольше.
– Жесткие, с усилением, хранятся отдельно, да тебе их пока рановато. Здесь только полётные. Выбирай любые два, они все одинаковые, – разрешила широким жестом.
– Два? Один что ли «на выход»? – удивился я.
– Один заберёшь в каюту, когда сдашь на допуск к полётам, – Фара всё охотно объясняла. – Один у тебя на случай тревоги, а второй тут на зарядке и тестировании – ты же не хочешь лично узнать, каково оказаться в космосе в неисправном или разряженном скафандре?
Я помотал головой.
– Тогда выбирай и меряй.
– Зачем? Ты ведь сказала, что они одинаковые.
– Скафандры должны с тобой познакомиться. Видишь ли, когда мы в скафах, связи с искином нет, они полностью автономны. Это нужно, чтобы никто другой не смог бы подчинить их.
Она почему-то взяла паузу, опустив лицо.
Наконец, заговорила глухо. – Когда вы на работе, приходится принимать разные решения. Часто те, воплощения которых искин не может допустить по своей природе.
– Какой природе? – улыбнулся я. – Скажи ещё по душе!
– Можно сказать и так, – раздумчиво согласилась Фара, – это законы искусственного разума. Он не может причинить вред человеку, или допустить, чтобы вред был нанесён из-за его бездействия.
– Господи! – Я уже достал из шкафчика неожиданно лёгкий сверкающий скафандр. – И всего-то? Искин прям как мама – меня она никогда не могла остановить.
Одевалась эта штука, как обычный комбез, только молнии не было – он просто сросся без единого шва! Я взял с верхней полки шлем, раздумывая, как его надеть.
– А ты действительно очень забавный, – Фара улыбалась, глядя, как я приплясываю. – Просто нахлобучь эту штуку, она сама прирастёт. Когда скафандр с тобой познакомится, на стекле появятся тактические метки. Скажи ему: «снимайся».
– И всё? Вот здорово! – мне действительно очень понравились обновки.

 

В утробе начало глухо урчать, и Фара сказала, что скоро обед, пошли в столовку. Мы вернулись в коридор. По пути застали любопытнейшую сценку.
Четверо инопланетных космонавтов оттирали безукоризненно чистые стены и пол. Вот брызгали из баллончиков пенистой воняющей нашатырём жидкостью и тёрли тряпками. Инопланетянами были три светленькие миленькие девушки с очень ладными фигурками в мешковатых комбинезонах и молодой худощавый смуглый парень, чистый сисадмин – в джинсах, из-под водолазки на шею выползает татуха, в ухе серёжка, хаир дыбом, причёска даже не замышлялась.
Они синхронно оторвались от своего, несомненно, важного занятия и проводили умоляющими взглядами нарочито не замечающую их Фару. Мы прошли мимо, за спиной раздался душераздирающий трагичный вздох в хоровом исполнении.
– А нефиг у меня тут! – через несколько шагов прокомментировала Фара.
Столовой оказалась большая каюта. Фара подошла к переборке, откинула крышку, получился откидной столик. Вынула из открывшейся ячейки тарелки. Я хотел было встать рядом с ней, но она тяжело на меня посмотрев, мотнула головой в сторону, мол, отвали, уже достал. Что ж, ясно – начальство, не позволяет и намёка на панибратство.
Я отошёл к противоположной стене. Всё здесь устроено так, чтобы никому и в голову не пришло превращать приём пищи в мероприятие, обстановка едва не в голос вопила «Жри и проваливай!». Вкус розоватой кашки тоже трудно назвать небесным.
За то вскоре справа и слева от меня встали давешние девушки, а рядом с ними ещё одна девушка и тот парень. Мы запросто познакомились, девушек звать Марией, Грейс и Лилит, парня Максом. Они оказались земляками, в смысле землянами – девчонки из Швеции, а Макс француз, но, что он особо подчеркнул, арабского происхождения.
Они техники и программист в прямом подчинении Фары, а в коридоре отбывают самую суровую, первую часть наказания – сто часов хозработ на всех. То есть всё наказание триста – Фара влупила сгоряча, но потом немного успокоилась и скостила втрое. Самая трудная часть наказания оттирание палубы и переборок, пока Фара не придумает им занятее поумнее.
За что такие кары я не понял, вроде бы из-за шутки Макса, да они и не вдались в подробности. Я ждал вопросов про Землю, но им вполне хватило моего «нормально», на их единственное «как там?». Всех больше всего интересовало ближайшее будущее, есть ли возможность скостить срок ещё, или, напротив, растянуть его на весь следующий гиперпереход?
Гиперпереход это когда мы полетим хрен разберёт где, фиг пойми как и чёрт знает куда. Хотя Кэп с Чифом, может, и знают, да только спрашивать без толку – в человеческих языках нет многих понятий, а об их язык легко сломать нормальную понималку.
Как раз в столовую вошёл Вой в компании парочки натуральных байкеров – хоть в учебник вставляй, хоть в кино снимай, хоть в розыск объявляй. Решил подождать его у входа, чтоб расспросить о гипер-переходе. Ведь его назначили моим куратором.

 

– Что-то неясно, курсант? – Вой не выглядел удивлённым встречей.
– Что такое гипер-переход? – спрашиваю напрямик.
– Ты любишь фантастику, Сёма? – Спросил он серьёзно.
Я важно кивнул.
– Разлюбишь, – не меняя тона, продолжил куратор, – как её любить, когда всё на самом деле, верно?
– Верно, – соглашаюсь, подозревая, что он снова прикалывается. – А как это на самом деле?
– Понятия не имею! Вот ты встречал такое понятие, как нуль-переход?
Я задумчиво кивнул.
– Понял что-нибудь? – поинтересовался Вой.
– Не-а, – честно признался, вздохнув, но не отстаю. – Всё-таки, что происходит, хотя бы в общем?
– Представь себе, что ты вирус. – Вдруг сказал Вой.
– Кто?! – Не улавливаю юмора, – чего сразу вирус-то?
– Ну, хорошо – не вирус. Микробом-то можешь себя представить?
– Представил.
– Так вот, тебе, допустим, из лёгкого нужно попасть в пятку…
– А что мне делать в пятке? – он удивился.
– Размножаться и вызывать зуд! – ответил он резковато.
– Спасибо, хоть не в жопу!
– Пожалуйста, – Вой вежливо улыбнулся. – Так вот, есть несколько путей. Можно бесконечно прогрызать каждую клетку организма, чтобы добраться до пункта назначения. А если человека заставить сесть на корточки и проколоть огромной медицинской иглой? От легкого прямо до самой пятки?
– Тогда достаточно попасть внутрь иголки, и ты почти у цели, – я задумался, – а можно выйти в бедре или голени. Они ведь тоже будут проколоты?
– Если знаешь где выход, то можно и в бедре, – уточнил он.
– Это же как в «Звёздных войнах»! – Я слегка разочарован.
– Не вся фантастика врёт! – Вог значительно задрал указательный палец.
Замер, к чему-то прислушиваясь, кажется, его посетило внезапное озарение.
– Сёма, стой здесь. Никуда не уходи! – крикнул он через плечо, убегая по коридору.
Назад: Глава 3
Дальше: Глава 5
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий