Лох с планеты Земля

 Глава 1

Вой.
– Доброго утра, Олег Иванович, – издевательским тоном разбудила меня Буханка. – Наш полёт проходит хрен знает где в гиперпространстве, температура за бортом отсутствует как понятие. Завтрак вы проспали.
– Похрен, – пошевелил я высохшими губами.
– Вы совершенно правы, поэтому сегодня вам позволено поспать немного дольше обычного. Однако приближается оговоренное контрактом время исполнения служебных обязанностей.
– И супружеского долга, – я потянулся рукой, попытался нащупать Кэш.
Открыл глаза – её нет. И тут стало припоминаться всё, что я счастливо забыл во сне. Перевернулся на спину, уставился в потолок, честно вспоминая вчерашнее.
Я, конечно, предполагал, что объяснение с Кэш будет непростым, но что настолько! Не знаю, какие обстоятельства сказались сильнее, долгое ли пребывание в космосе, отрыв от Земли, или моя честная бойцовская натура – я фактически разучился врать и выкручиваться, Кэш дожала меня обеими лопатками до ковра истины всего за две минуты скандала-допроса.
Она злостно злоупотребила моим трепетным отношением к собственной персоне, ей же не скажешь заткнуться, не пошлёшь, как какую-нибудь дешёвку на одну ночь. Хотя стоило ей уйти…
Стоило только взглянуть правде в глаза, не пытаться врать самому себе, чтобы понять, что нужно было просто заткнуть ей рот и послать – всё равно ведь ушла, но ушла, узнав правду. Только дверью не шарахнула, уж так она устроена, только в переборку, уходя, саданула ножкой от души.
* * *
Я посидел на опустевшей койке, рассматривая свои носки, всё понял, взял две бутылки марочного вискаря, две шоколодки и направился к Даку и Лане.
Постучался к ним условным стуком, чтоб не тревожить вызовом Буханку, мне открыли. Зашёл, держа перед собой бутылки, как пропуск, как объяснение причины неурочного визита.
Дак без слов достал из шкафчика стаканы, я вынул из нагрудного кармана шоколад. Лана собралась уходить – угу, что-то «внезапно вспомнила».
Я попросил, – побудь с нами, пожалуйста.
Дак принял у меня вискарь, поставил рядом со стаканами и на правах хозяина свернул первой бутылке пробку.
Плеснул в стаканы, спросив одним взглядом, – говорить будешь?
Я поспешно взял порцию и опрокинул в рот, молча. Дак меня прекрасно понял, без слов подал стакан Лане, пригубил сам.
Лана со стаканом в руке не удержалась от вопроса. – Из-за чего на этот раз?
– Из-за Сёмы. – Бурчу в кулак, занюхав дозу.
– Серьёзно поругались? – уточнила Лана.
– Очень! – Я, закатив глаза, показал насколько.
– Он того стоит? – заинтересовался Дак.
– Того стоит будущий лидер истребительного звена, – проговорил со значением.
– Даже так? – Присвистнул Дак.
– Расскажешь? – Лана не могла этого не спросить.
– Нет.
За что люблю своих американцев, они способны на немыслимую для русских вещь – пить и сочувствовать без лишних слов. Нет, так нет, и всё на этом.
Дак зашуршал обёрткой шоколада, Лана обернулась к шкафу, пропев по-русски: «Балалаишку свой-у й-а со шкапа дастай-у.» Взяла гитару, подарок Фары, присела на кровать.
Музыка, пожалуй, самое сильное из всего, что ещё связывает нас с Землёй – галактические потуги в этой области воспринимаются человеком как кошачьи разборки при разгрузке металлолома во время новогоднего фейерверка.
Лана тихонько заиграла простые переборы, будто только для себя самой. Дак плеснул по второй, мы приняли, а Лана, не поднимая головы от струн, сказала. – Не хочу.
Заокеанским друзьям принесённого мной виски могло хватить очень надолго, поэтому, когда мне изредка прям очень охота надраться, я делаю это с Доком. Но именно тогда ни о чём не хотелось говорить, особенно с ним.
Лана вполголоса запела любимую «лисью» балладу на простейший, такой повествовательный мотив – на-на, на-на, тара-ра-ра, парам-пам пам-парам.
Каждые две строки песни перемежались мелодичными проигрышами, пела она по-своему, кажется, даже не на английском, не то на валлийском, не то ещё на каком-то.
Искин, как всегда, выдавала синхронный перевод строгим голосом, каким в наших старых фильмах про Войну переводили немецкую речь. Но у меня в голове давно сложились строчки этой песни по-русски, даже рифма подобралась:

 

Весенним радостным деньком однажды на лугу
Забил родник и зажурчал под радугу-дугу.

 

 

Он засмеялся, побежал, куда глаза глядят,
Без устали и без забот, не ведая преград.

 

 

Туда бежал, где небеса лежали на земле,
Ведь с каждым новым днём ему становится темней.

 

 

И как-то раз на том лугу бежал я от собак.
Вдруг как спасенье предо мной раскинулся овраг.

 

 

От взглядов злых густой травой укрыт надёжно был,
Ручей приветливо меня омыл и напоил.

 

 

Бессильной злобой подавясь, отстал мой лютый враг.
А я дрожал в воде ручья, испуган, мокр и наг.

 

 

Я часто прихожу к нему, спускаюсь в тот овраг,
Где в благодарность эта песнь сложилась натощак.

 

* * *
Последняя строчка мне всё никак не удаётся, вот сегодняшний утренний вариант, вроде ничего получился. Вообще, так перевелась и зарифмовалась песня именно в моей отбитой голове, что в её художественной оценке делает необходимой поправку на погрешность в пару парсеков.
Но общий смысл я понял верно. И эта песня, её общий смысл, вновь поддержали меня. Назад дороги уже нет, после такого разговора… вернее, после таких разговоров с Кэш и Доком не передумаешь, не извинишься глупо. Поэтому только вперёд, не оглядываясь, пусть за спиной хоть треснет само космическое пространство!
Решительно направился в санузел. Приняв душ, долго брился – после вчерашнего мне очень нужно выглядеть лучше обычного. Оделся, обулся, сделал морду кирпичом и на выход.
Как мой подопечный поживает? Вот кого бы я сейчас с особым удовольствием многократно забил насмерть. Увы, нельзя – во-первых, это мой будущий соперник и соратник, во-вторых, что он вчера такое жрал? Неужели действительно картошечку с сухариками?
Нет, конечно, ничего особенного, мне просто интересно. Так интересно, что прям руки чешутся долбить его бестолковкой в переборку, пока не расскажет сука…
Впрочем, так тоже не пойдёт. Я в кают-компанию иду не как некоторые, объедаться, а исполнять служебные обязанности, прописанные в контракте. Нужно успокоиться, думать о хорошем, например, о кучке той слизи, что ждёт меня в обед, гм, с соусом «Табаско».

 

 

Назад: Часть вторая
Дальше: Глава 2
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий