Нечаянный король

Глава семнадцатая
НЕ ТОЛЬКО ШПАГИ…

Здесь, в маленьком домике с высоким крыльцом и горбатой крышей, не изменилось ничего: ярко пылал камин, а на столе горела лампа под колпаком из тончайшего фарфора, белого, с просвечивающими синими рыбами и алыми водорослями. Серый кудлатый пес пастушеской породы лежал в углу, положив голову на лапы. Вот только задевались куда-то пузатые серебряные чарки, и принесенную Сварогом по старой памяти «Кабанью кровь» пришлось разливать по простым глиняным стаканам. У него осталось стойкое впечатление, что мэтр Анрах вступил в печальную полосу финансовых неурядиц: и парочка картин пропала со стены, и не было больше на столике безвкусной, но довольно дорогой серебряной вазы. Книг, правда, прибавилось.
Вступив в круг света, Анрах осторожно положил на стол черный кожаный мешок с бумагами покойного протектора. И сам он ничуть не изменился: пожилой шустрячок, низенький, лысый и крючконосый, с венчиком седых курчавых волос вокруг лобастого черепа. «А у него дела и впрямь плохи, – подумал Сварог сочувственно. – Щеки ввалились. Раньше неплохую закуску выставлял, а теперь принес горсточку изюма на фарфоровом блюдце вместо старого серебряного, и лицо при этом было очень уж виноватое…»
– И каковы же ваши впечатления, мэтр? – спросил он с интересом. – Заслуживает ли это внимания, и насколько? Видите ли, сам я сплошь и рядом не могу определить ценность иных исследований, иногда вообще не понимаю, о чем идет речь…
– Ну что вам сказать… – Мэтр Анрах взял стакан и отпил пару добрых глотков. – Вы меня заинтриговали, барон… Простите, я еще не привык называть вас «государем»…
– Именуйте, как вам удобнее, – махнул рукой Сварог.
– Вы меня всерьез заинтриговали, – признался Анрах. – Судя по размаху идей и направлений поиска, по явной дерзости мысли и полному отсутствию преклонения – да что там, простого уважения – перед авторитетами, автор, во-первых, не вовлечен в систему официальной науки, во-вторых, вовсе не стремился к признанию. У него наверняка есть неплохое состояние – некоторые исследования требовали дальних поездок, работы в архивах, приобретения редких и дорогих книг. Он упоминает некоторые труды, существующие буквально в нескольких экземплярах, древние инкунабулы – и, к стыду своему, признаюсь, о трех из них я только слышал, но никогда не держал в руках. Возьмем хотя бы «Хронограф атмосферических явлений и феноменов». Есть только два экземпляра – один в горротской королевской библиотеке, другой на Сильване, у царя Гипербореи. Меж тем у вашего книжника, судя по постоянным ссылкам, была под рукой своя книга, третий экземпляр. А «Второе путешествие шкипера Ратами к Ледяным Берегам» известно лишь по двум десяткам цитат в древних трудах, но ваш знакомый пишет так, словно держал под рукой полный вариант… Кроме того…
Сварог деликатно прокашлялся.
– Простите, я, похоже, увлекся, – сказал Анрах. – Безусловно, автор этих заметок вряд ли заслуживает того, чтобы включить его в число крупных ученых, но, как богатый дилетант, достиг вершин. Иные наметки по-настоящему ценны, жаль, что не развернуты в большие работы. Право же, он умен, начитан и дерзок в суждениях. Я могу с ним познакомиться? Нам нашлось бы о чем поговорить.
– Он умер, – сказал Сварог.
– Жаль, – сказал Анрах искренне. – Очень жаль. Я сам не имею никакого отношения к официальной науке… после того, как она сама сделала именно такой вывод, – горько усмехнулся он. – Так что нам было бы о чем и поговорить, и поспорить. Я, например, в толк не возьму, почему он изо всех мифологических фигур, носящих титул Безумцев, занялся исключительно Зодчим. С точки зрения завлекательности, ореола тайны, привлекающего в первую очередь богатых дилетантов, были бы предпочтительнее Безумный Часовщик, Безумный Пастух, Музыкант или, на худой конец, Рисовальщик. Но нет, его почему-то привлекал именно Безумный Зодчий, он должен был выбросить астрономическую сумму денег, всерьез ища реальные корни мифа… Впрочем, его, безусловно, не интересовали материальные стороны иных тайн – что интересно, вашего книжника совершенно не привлекали пресловутые клады острова Диори. А ведь подавляющее большинство тех, кто занимается тайнами Ледяного Острова, в первую очередь, как собака на кость, бросается на любые упоминания о кладах, сокровищах, легендарных истуканах в человеческий рост, вырезанных из цельного самоцвета… Я мог его знать?
– Не знаю, были ли вы знакомы… – сказал Сварог. – Барон Гинкар. Это его бумаги.
Протектор? Ведь не было другого барона Гинкара…
– Именно, – кивнул Сварог. – Была у него тайная страстишка, как у других – тихушное пьянство или девочки. Он был тайным книжником, знаете ли…
Мэтр Анрах долго сидел молча, с растерянным, мрачным лицом. Потом прошептал так тихо, что Сварог едва расслышал:
– Великое небо, зачем же он так бездарно растратил свою жизнь? На что? Придворные интриги, полицейские дела, карьера… У него были великолепные задатки…
– Ну, все зависит от точки зрения, – пожал плечами Сварог. – Сам он, очень похоже, вовсе не считал, что растратил жизнь бездарно. Вот это, – он коснулся кожаного мешка, – для него так и осталось отдушиной, развлечением в свободную минуту…
– Ну да, конечно, – саркастически ухмыльнулся Анрах. – Такое следовало скрывать. Добрая половина бумаг относится к тем областям знания, занятие коими считается не просто предосудительным – опасным и запретным… А на первом месте все-таки была карьера… – Он все еще потрясенно вертел головой. – Кое-что придется теперь пересмотреть, с учетом сказанного вами. Я в свое время полагал, что он целеустремленно охотился за книгами из Финестинской библиотеки ради каких-то полицейских надобностей… а он, ясное дело, разыскивал их для себя… Что с ним случилось? По городу до сих пор бродят туманные, но определенно зловещие слухи, болтают даже о демонах из распечатанного сосуда, а другие уверяют, что он вовсе и не погиб, а был арестован тайной полицией ларов и увезен в замок Клай…
– Да нет, он в самом деле погиб, – сказал Сварог неохотно. – Это печальная и до сих пор во многом загадочная история… Ко мне попали далеко не все его бумаги. Вдова… человек, у которого они хранились, уверяет, что большую часть бумаг незадолго до кончины протектора забрал некий доверенный, – и на его след я пока что не наткнулся…
– Зачем это вам? – тихо спросил Анрах. – Теперь?
– Вы полагаете, что человек, добившийся королевской короны, с превеликой охотой отдастся безделью и развлечениям? – спросил Сварог. – Охота, балерины и балы?
– Во всяком случае, многих этот нехитрый набор вполне устраивал. Откуда я знаю, к чему стремитесь вы? При том даже, что вы – Серый Рыцарь? Предсказания вовсе не обязаны претворяться в жизнь во всей полноте…
– Да, я уже это слышал, – сказал Сварог. – Увы… Я, возможно, и стремлюсь подсознательно к спокойной, мирной жизни под сенью хрустальных струй… или как там писал Асверус?.. Но так уж получается с завидной регулярностью, что о беззаботном безделье нечего и мечтать.
– Вы снова в… хлопотах?
– Можно это и так назвать, – усмехнулся Сварог. – Правда, у королей это вроде бы называется как-то иначе… Не в том суть. Я пришел с определенным предложением. Вы знаете уже, что я – здешний король…
– Представьте себе, – в тон ему улыбнулся мэтр Анрах. – Ваши портреты еще не получили должного распространения, но я по пристрастию своему к публичным зрелищам был на улице, когда вы с Делией торжественно въезжали в Равену. В одеждах хелльстадского короля. У меня есть знакомый, он живет на Адмиральской, и у него на втором этаже удобный балкон… Я вас сразу узнал, а потом о вас очень много говорили, и о воцарении в Глане, и о борьбе с «Черной радугой»… И, наконец, было объявлено, что Конгер на смертном одре усыновил вас… Я полагаю, вся улица забита сыщиками в цивильном?
– Ну что вы, – сказал Сварог. – Со мной приехал один-единственный человек, он ждет с лошадьми. Терпеть не могу, когда вокруг толпится охрана, испытал уже это в Глане, хватит с меня…
– Что произошло в Клойне? – спросил Анрах жадно. – Ходят всевозможные слухи о странной катастрофе, постигшей королевский замок, но никто ничего не знает точно…
– Мы об этом еще поговорим, – сказал Сварог. – Давайте вернемся к моему предложению. Мне нужен человек, способный стать кем-то вроде ученого советника. Пойдете?
– Почему я?
– Потому что вы – единственный, с кем я более-менее знаком здесь, – сказал Сварог. – Шучу… Во-первых, меня совершенно не устраивают господа, представляющие официальную науку. Вовсе не потому, что они глупы, – там достаточно умных людей. Просто они зашорены. Они слишком крепко усвоили, что можно, а что нельзя, они научились не замечать и не знать того, что может помешать их карьере, вызвать недовольство властей. Вы – другое дело. Мы с вами общались достаточно долго, чтобы я успел составить о вас некоторое представление. Вы не бунтарь, конечно, вы не состоите ни в каких тайных обществах вроде студенческих – я уже знаю о них кое-что, как видите, – но тем не менее постоянно и целеустремленно ходите по краю. Интересуетесь тем, чем, с точки зрения властей и официальной науки, вовсе не положено интересоваться. Я помню все наши разговоры – за добрую половину затронутых тем мы с вами, безусловно, подлежали… А ведь вы не знали тогда, кто я такой… И, наконец, вы меня не выдали, хотя имели полную возможность.
Анрах печально улыбнулся:
– А вам не приходило в голову, что я так поступил не из душевного благородства, а из циничного расчета? Вы были чересчур загадочны и непривычны, могло оказаться, что это одно из тех дел, когда убирают даже случайных свидетелей… Выгоднее было молчать.
– Ну а какая разница? – пожал плечами Сварог. – Во-первых, вы нас не выдали, а это главное. Во-вторых, вы обладаете определенными знаниями – а мне необходимы такие люди…
– Интересное предложение, – задумчиво произнес Анрах. – Судя по вашей интонации, по словечкам «определенные знания», «такие люди», вы твердо намерены заниматься как раз тем, что не приветствуется ни властями, ни официальной наукой?
– Одно немаловажное уточнение, – сказал Сварог терпеливо. – Власть теперь – я. А официальная наука, стоит мне приказать, начнет выполнять команды «Равняйсь!» и «Смирно!» не хуже вымуштрованного гвардейца… Это несколько меняет ситуацию, не правда ли?
– Но остается еще…
– Вы имеете в виду… – Сварог ткнул пальцем в потолок.
– Именно. Я имею в виду одно из скромных, незаметных учреждений при Канцелярии земных дел, именуемое без всяких затей восьмым департаментом…
– Хотите свежие новости из императорского дворца? – усмехнулся Сварог. – Так уж повернулось, что перед вами сидит глава другой, новорожденной имперской секретной службы, чье место в придворной иерархии находится гораздо выше восьмого департамента…
– Вы серьезно?
– Абсолютно, – сказал Сварог. – Вот вам указ, подписанный ее императорским величеством… Ну чего вам бояться в такой вот ситуации? Вы во мгновение ока окажетесь на недосягаемой для полиции и чванных академиков высоте…
– Вот эта высота меня и пугает, – признался мэтр Анрах. – Очень уж высоко. Чересчур неожиданно и чересчур высоко… Что я у вас буду делать?
– А я и сам еще не знаю, – сказал Сварог. – Я собираю людей впрок. Если возникнет необходимость, мне не придется в лихорадочной спешке подыскивать надежных специалистов. Они будут под рукой. Вы долго и старательно занимались тайнами этого мира…
– Далеко не самыми значительными и жуткими.
– Все равно. Мне и этого достаточно. Вполне возможно, вы знаете что-то такое, что мне не нужно сейчас, о чем я даже и не догадываюсь. Но завтра… Через месяц…
– Спасибо, – поклонился Анрах. – Никогда еще не чувствовал себя банкой маринованных огурцов, которую хорошая хозяйка запасает впрок…
– Обиделись?
– Ничуть. Мне просто страшновато, если вы хотите полной откровенности. Я слишком долго жил… так, как жил. И тут вдруг являетесь вы…
– А вам нравилось так жить, мэтр? – бесцеремонно прервал Сварог. – За плотно задернутыми шторами, с оглядочкой перебирать бумаги и предметы, за которые вас в любой момент могли потащить на допрос? Не иметь возможности открыто общаться с такими же, как вы? В жизни не поверю, что вас привлекала такая жизнь…
– Что поделать, привык…
– А вы наберитесь смелости отвыкнуть резко, – сказал Сварог. – Я, конечно, не говорю про всякие глупости вроде высокого чина и проистекающих отсюда доходов… но и это имеет значение, черт возьми. Книги и раритеты никто не отдает бесплатно… Я вам дам знания, мэтр, о которых вы и мечтать не могли. Любые, к каким у меня есть доступ. Хотите иметь под рукой библиотеку Хелльстада? До которой у меня самого не доходят руки? А библиотеку императорского дворца? Молчите, молчите! А глазки-то загорелись, я же вижу…
– А у кого на моем месте они бы не загорелись? – опустив глаза, сказал Анрах. – Будь на вашем месте кто-нибудь другой, я мог бы подумать, что меня искушает дьявол, – да-да, он, знаете ли, тоже использует иногда такие приманки, если верить некоторым свидетельствам… Послушайте, что вы все-таки хотите знать?
– Я же говорю – не знаю пока, – честно ответил Сварог. – Просто вы – тот самый человек, который мне нужен, вот вам вся нехитрая правда… Хотя… Вы когда-нибудь слышали что-то о крохотных подземных обитателях Хелльстада?
– Вы имеете в виду «моряков-крохотулек»? Тех, кто плавает по морям на подводных лодках?
– Ага! – радостно воскликнул Сварог. – Ну вот вам и доказательство того, что я был все-таки на верном пути! Вот чем вы мне уже сейчас можете быть полезны!
– Боюсь, вы меня неправильно поняли… – грустно сказал Анрах. – Сам я о них мало что знаю. Есть один моряк – к превеликому сожалению, из джентльменов удачи, поэтому найти его непросто. Он тоже увлекается загадками из разряда запрещенных… Вы с ним, конечно же, никогда не встречались, это капитан Бугас…
– С «Невесты ветра»? – прямо-таки взревел Сварог. – Да я же плавал на его корабле!
– Совершенно верно…
– Где он?
Анрах развел руками с видом искреннего огорчения:
– Где искать пирата? На восьми ветрах, как говорится… У него хранилась в каюте одна любопытная вещичка, принадлежавшая прежде «морякам-крохотулькам», от него-то я и узнал кое-что… По-моему, в прошлом месяце его видели…
Он замолчал и повернул голову, услышав знакомое Сварогу дребезжание звонка. Пес громко залаял, но тут же умолк, видя решительный жест Анраха. Мэтр шустро прошел к входной двери – ничего старческого в походке, до дряхлости еще очень и очень далеко, – вскоре вернулся, растерянно сказал:
– Похоже, это к вам…
Увидев на пороге Мару и пошептавшись с ней, Сварог, нимало не колеблясь, приказал:
– Давай их сюда, немедленно!
Первым вошел Леверлин, в своем обычном дворянском платье, но перепачканном, рваном и прожженном в дюжине мест. Лицо у него было в копоти, смешанной на левой щеке с подсохшей замысловатыми разводами кровью. Следом плелся глэрд Баглю, столь же грязный, оборванный, в прожженной одежде, с наспех перетянутой куском полотна головой. Сквозь полотно проступала кровь, но держался глэрд относительно браво.
– Садитесь, – распорядился Сварог. – Вы не станете возражать, мэтр? Там, на столе, вино… Вы, как я понимаю, шли по Древней Дороге? (Последняя фраза была им с умыслом добавлена специально для Анраха.)
И оказала свое действие – глаза мэтра мгновенно озарились знакомым Сварогу по прежним временам огнем…
Схватив протянутую Сварогом полную бутылку, Баглю отодвинул предложенный было стакан и надолго присосался к горлышку. Не без сожаления оторвавшись, передал ее Леверлину – тот в три глотка допил оставшуюся половину. Мара стояла у порога с бесстрастным выражением лица.
– Чует мое сердце, что там все пошло прахом, – сказала она громко. – С такими физиономиями, как у них, об успехах не докладывают…
– Боюсь, гланфортесса, будь вы с нами, оказались бы в том же положении, – вежливо, но твердо сказал Баглю. – Драться на мечах там было не с кем…
– Докладывайте! – рявкнул Сварог.
Он сидел, вертя в руках отвергнутый глэрдом стакан, и слушал, как Баглю, раскрасневшийся от вина, подробно и четко излагает голые факты.
Засада в замке Рейта успела уже остервенеть от напряженного безделья, дожидаясь урочного часа, когда старуха Грельфи вдруг подпрыгнула, словно ее укололи шилом в самое седалище, и что есть мочи заорала: мол, им следует немедленно убираться отсюда, со всех ног и сломя голову, иначе всем придет конец. И припустила первой к выходу со скоростью, сделавшей бы честь многим молодкам. Они и сами не могли толком объяснить, что их заставило моментально поверить и опрометью припустить вслед за старухой, но, как бы там ни было, это им и спасло жизнь. Едва Леверлин, Баглю и дюжина их людей успели отбежать от замка уардов на сорок, как земля сотряслась, раздался могучий, непонятный, никогда прежде не слышанный и ни с чем известным не ассоциировавшийся то ли шелест, то ли свист – и замок превратился в кучу щебенки. Не взорвался, не взлетел на воздух, а словно бы завалился внутрь самого себя. Точнее они не могли объяснить. Когда обернулись, услышав за спиной этот странный звук, на месте замка, в его прежних границах, уже лежала куча перемолотого в крошку кирпича и камня, ничуть не похожая на развалины, остающиеся после любого известного взрывчатого вещества. И тут же по ним хлестнула словно бы взрывная волна, опалив жаром, осыпав мириадом искр, сбив с ног и проволочив по земле добрую дюжину уардов. Но все остались живы, не считая царапин, ссадин, ожогов и парочки вывихнутых рук…
Тем, кто на двух военных кораблях вышел в море, чтобы перехватить загадочное суденышко, досталось меньше, но и они потерпели полное и сокрушительное поражение. Они видели, как корабль – на вид обычная шхуна – приблизился к берегу, уже приготовились идти на абордаж, но тут, словно получив неведомым путем некое известие, шхуна – дрейфовавшая со свернутыми парусами! – вдруг развернулась и помчалась в море со скоростью, примерно втрое превосходящей скорость не только военного парусника, но и любого земного парохода. Выстрелить по ней никто так и не успел – промчавшись меж двумя корветами, загадочная шхуна с той же поразительной скоростью ушла в открытое море и моментально растворилась в ночном мраке. Гнаться за ней было бы попросту бессмысленно – не могли даже приблизительно определить направления, в котором она скрылась, не говоря уж о том, чтобы догнать…
– Все, – убито сказал Баглю и умолк, с надеждой поглядывая на полную бутылку.
Перехватив его жаждущий взгляд, Сварог кивнул:
– Валяйте… Что ж, господа мои, они нас обставили. Стахор это или не Стахор, но мы остались в дураках. Хорошо еще, что все живы…
– О чем вы? – прямо-таки ерзая на стуле, вопросил мэтр Анрах.
Услышав этот тон, Сварог уже не сомневался, что его ученый приятель влип по самые уши. И сказал небрежно:
– Да вот, знаете ли, из зеркала в одном замке вылезала с завидной регулярностью некая компания странных существ, не имевшая вроде бы отношения к нечистой силе… Вообще-то, это страшная государственная тайна, но мой ученый консультант имеет право…
– Я согласен, – сказал мэтр Анрах не лишенным азарта голосом. – Вы не дьявол, лорд Сварог, но искушать умеете не хуже… Правда, вынужден вам сказать, чтобы не осталось недоразумений… Я даю согласие не только оттого, что вы меня поманили новыми знаниями. Есть еще один, более шкурный повод… Я боюсь. Помните, я вам рассказывал о мэтре Тагароне, том самом, что изобрел подводную лодку? Я недавно получил от него письмо. Он, оказывается, в Горроте. Сделал мне примерно то же самое предложение, что и вы – быть ученым консультантом при некоем тамошнем научном заведении. Странное письмо. Предельно туманное, намекающее на некие ослепительные перспективы и головокружительное вознаграждение, проникнутое несвойственным ему в прежние времена чванством и превосходством… Писал он сам, несомненно, – там встречаются обороты, которые были свойственны только ему, упоминания о событиях, о коих знали только мы с ним… Но дело даже не в письме. Дворянин, который его доставил, мне категорически не понравился. Я, если помните, служил в гвардии, был на войне, повидал кое-что. Люди с такими глазами переступают через труп, как через бревно, и убивают не задумываясь… Он без особых дипломатических уверток дал мне понять, что выбора нет. Либо я приму предложение, либо со мной произойдет какой-нибудь несчастный случай. У меня осталось еще два дня из отпущенных на раздумья трех… Все это время возле дома отирались какие-то люди…
– Я никого не видела, – уверенно сказала Мара. – Что-что, а уж наблюдение засекла бы… Впрочем, рядом – заброшенная пивоварня, туда-то я не заглядывала – к чему? Там может целый взвод и сейчас прятаться… На улице остался ликтор в цивильном, что прискакал с ними… – кивнула она на оборванных и опаленных пришельцев.
– Посмотри, – сквозь зубы бросил Сварог.
Она кивнула и бесшумно выскользнула в дверь. Баглю, ничуть не удивившись, вытянул из ножен фамильный палаш, процедил:
– Горротцы, говорите? Оч-чень кстати…
Мара вернулась, мотнула головой:
– Ликтор на месте, кони – тоже. Ни одного тихаря на улице, но насчет пивоварни – кто его знает…
– Поистине, мэтр, вы у нас человек незаменимый, – сказал Сварог спокойно. – Не беспокойтесь, сейчас переправим вас во дворец, там им до вас будет гораздо труднее дотянуться… Мара! Вызывай министра полиции. Чтобы через четверть часа тут не протолкнуться было от его головорезов, прочесать улицу, обыскать и пивоварню, и прочие прилегающие строения… – Он повернулся к Анраху. – В положении короля есть некоторые приятные стороны, не правда ли? Это вам не старые времена, когда меня гоняли, как зайца… Живо собирайтесь.
– Но мои книги? – растерянно воззвал мэтр Анрах. – Коллекции? Собака?
– Мара, – хладнокровно добавил Сварог. – Добавь еще, пусть сюда пригонят дюжину повозок и десятка два носильщиков… Вот так и живем, мэтр. Приказы мои, что характерно, немедленно исполняются. Мелочь, а приятно…
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий