Чужие берега

Глава шестая
Бумага Ваграна

Закат полыхал, как тысяча пожаров. Огромное солнце, точно наполненный светящимся газом аэростат, парило в жарком мареве. В багряном отсвете листва деревьев в парке отливала сталью. Инопланетный пейзаж, если двумя словами. У подножия парадной лестницы виднелась одинокая фигурка, над ее головой поднимался сизый дымок и таял над верхушками деревьев: мастер Карт вышел покурить и поразмыслить, должно быть, над перипетиями судьбы и неисповедимыми путями. Эх, дорогой вы мой барон, лучше над такими материями не задумываться, все мозги свернуть можно набекрень… Его тень, многократно изломанная ступенями, лежала под ним, как поверженный враг. Сварог затушил окурок в пепельнице, полной грудью вдохнул вечерний воздух и закрыл окно. Вернулся к столу, зажег две свечи в бронзовых подсвечниках по бокам, положил перед собой украденную в библиотеке книгу. Толстая, почти кубической формы, на вид такая старая, что, кажется, бумага должна рассыпаться от одного только прикосновения. На обложке никаких надписей нет. А если «третьим глазом» посмотреть?.. Тоже ничего, с точки зрения магии книга была насквозь обыкновенной. Хотя это еще ни о чем не говорило: Сварог знал, что существует уйма хитроумных заклятий, накладываемых на иные трактаты по колдовству, – как ни посмотри, книга как книга, но если ее откроет человек непосвященный, не произнесет необходимых слов или не совершит какого другого специального ритуала, то случиться может все, что угодно, включая самовоспламенение фолианта и самовоспламенение всего вокруг в радиусе нескольких лиг. Тем более, что вроде как выносить ее из библиотеки и вовсе нельзя было, и неизвестно, чем это может обернуться. Но тут уж придется рисковать…
Сварог задержал дыхание и резко раскрыл книгу. Ничего не произошло. Тогда он осторожно стал пролистывать плотные страницы между пальцами, от конца к началу, чтобы не пропустить чего-нибудь важного. Книга была напечатана убористым шрифтом и, черт бы ее побрал, на напрочь незнакомом языке. Впрочем, судя по обилию таинственных диаграмм и формул с непонятными символами, можно было предположить, что это некий научный труд. И что, из-за него весь сыр-бор? Это и есть – Бумага Ваграна?
Сварог закрыл книгу, повертел в руках. Черный кожаный переплет с медными уголками, толстый корешок… пожалуй, слишком толстый. Тайник? А ну-ка…
Он провел ногтем вдоль корешка, и кожа легко разошлась, как края едва затянувшейся раны. А из корешка на стол выпал многократно сложенный листок тончайшей папиросной бумаги.
Несколько мгновений Сварог задумчиво рассматривал его, потом закурил и спокойно, очень неторопливо развернул, предвкушая. Делов-то, елы-палы. Учитесь, дорогой мэтр. А то – сорок лет, сорок лет…
Более всего это напоминало вкладыш-выкройку из журнала «Бурда», по которому доморощенные рукодельницы шьют себе наряды: хаотическое переплетение разноцветных линий, какие-то зеленые извивающиеся пунктиры, красные кружки, заштрихованные синим эллипсы, пояснительные значки вдоль линий… то есть пояснительные для знающего человека, но только не для Сварога, мелкие уродливые иероглифы, похожие на пауков. А может, пауки, похожие на иероглифы. Впрочем, как бы то ни было, голову можно дать на отсечение, что это карта: в правом верхнем углу изображена крохотная роза ветров, рядом – масштабная линейка…
Сварог повертел карту и так и сяк, посмотрел на просвет, даже понюхал. Нет, все-таки это не папиросная бумага, это, скорее, лист очень тонкого, но прочного и неломкого пластика… который, как вопят гринписовцы, не разлагается столетиями даже в морской воде… Хм, все страньше и страньше, как говорила одна маленькая девочка, попав в кроличью нору. Он сунул находку во внутренний карман камзола.
Вот так-то, судари мои. Проще пареной репы. Карта. Но – карта чего? Несметных пиратских сокровищ? Расположения войск противника? Пресловутой Тропы? Или секретная выкройка платья здешней княгини?.. Что ж, наверное, именно эту бумагу бедный архивариус искал без малого полвека. Наверное, он сможет разобраться, что здесь изображено. Теперь у Сварога появился в самом деле реальный рычаг для торговли с мэтром Ленаром: ты мне – возвращение на Талар, я тебе – карту-выкройку…
Колыхнулось пламя свечей. Дверь за его спиной тихонько скрипнула, и в комнату, по уже сложившейся традиции не постучав, проскользнула Клади. Без приглашения она уселась напротив, на краешек безразмерной кровати, и подперла подбородок кулачком. Некоторое время они молча смотрели друг на друга. На ней были просторные зеленые бриджи и свободная блузка навыпуск, перехваченная на талии широким поясом, волосы разметались по плечам, а что такое бюстгальтеры, насколько Сварог видел, она ведать не ведала.
– Увидела свет из-под двери, решила, что еще не спите, – негромко сказала она.
– Не спится, няня, – вздохнул Сварог. Она недоуменно нахмурилась:
– Это цитата?
– Да. Из одного романа. Вряд ли он есть даже в вашей библиотеке.
– Кто вы такой, мастер Гэйр? – еще тише спросила она, не отводя от него глаз, казавшихся бездонно черными в отсвете полыхающего заката.
Сварог ответил не сразу, подыскивая нужные слова, и наконец сказал правду:
– Солдат. У меня много титулов и званий, но на самом деле я просто солдат.
– Вы странный, – протянула она задумчиво. – И я немного боюсь вас.
– Почему?
– Потому что я не могу вас понять… вы владеете магией, но другой, перед которой защита замка не властна. Вы не знаете многих простых вещей. Вы… вы просто чужой, мастер Гэйр… Неожиданный фактор.
– Ну, солдат везде чужой. Меня зовут Сварог.
– И тебе нравится быть чужим, Сварог?
– Наверное, это моя судьба. А на судьбу не жалуются.
– Я думаю, что любой сам творит свою судьбу… Не так ли?
Ее волосы были как застывший воск, глаза – как темные омуты. Наверное, проклятый закат был всему виной, но что-то неуловимое, некие незримые нити протянулись между ними. И Сварог чувствовал, что с каждым мгновением они становятся все прочнее. Еще можно было их разорвать, еще не поздно было все обернуть шуткой, разрушить вечер какой-нибудь гнусной фразой (типа: «А ваш папа тоже не спит, вон, стоит под окнами») или небрежно закурить, зевнуть, наконец, во всю пасть, – потому что у него была Мара, у него был Талар и приближающаяся Багряная Звезда, ему во что бы то ни стало нужно вернуться обратно и совсем не нужно связываться с девчонкой, которая останется здесь, на погибающем континенте, но он…
Он встал и медленно пошел вокруг стола. К ней. Клади легко поднялась навстречу, в ее глазах плясали зеленые бенгальские огни. Потом она закрыла глаза. Невидимые нити лопнули, потому что уже были не нужны, и не нужны были слова. Он запутался в незнакомых застежках и пуговках, и она сама помогла ему. Остатки рационального мышления еще тянули ручонки из головокружительной глубины: «Да что ты делаешь, опомнись, зачем это тебе сейчас…», – но волна сладкого сумасшествия накрыла всяческие трезвые и правильные мысли, безжалостно утопила и завертела Сварога в бешеном водовороте… Потом были прохлада простынь и жар сплетенных тел, потом простыни стали горячими, и окружающий мир исчез, остались только двое посреди беснующегося облака огня, в котором смешались торопливый бессвязный шепот и невольные стоны наслаждения, и он выталкивал из себя тоску, горечь и страх… а потом облако взорвалось ослепительной вспышкой, и Сварог, опустошенный физически и морально, тоже исчез из этого мира…
Спустя тысячу лет она прошептала едва слышно, щекоча спутанной гривой волос ему грудь:
– А это правда, что говорил Ленар?
– А?.. Кто? Когда говорил? – Сварог с трудом выплыл из забытья, осознал себя раскинувшимся на смятой постели в позе морской звезды.
– Там, в библиотеке. Что ты здесь только для того, чтобы что-то найти.
«Да о чем она, в самом-то деле?» С ним творилось что-то странное. Говоря без цинизма и позерства, он отнюдь не был новичком в любовных утехах – ни на Земле, ни среди небожителей Талара, – и скромно полагал, что удивить его чем-то этаким уже невозможно… Однако происшедшее между ним и зеленоглазой ведьмой из захолустного замка что-то перевернуло в его душе – перевернуло и поставило с ног на голову. Черт знает, что такое. Сколько, интересно, прошло времени? Свечи еще не догорели до половины… Сварог провел рукой по ее волосам.
– Ты что, подслушивала?
– Да, – призналась она и легонько укусила его за плечо. – Не все, так, урывками.
– Да, – признался и он. – Я должен найти… одну вещь.
Некая малопонятная тревога занозой сидела в сердце, и причину ее он никак не мог определить. Вроде бы все тихо и мирно вокруг, но что-то было не так. В самом воздухе, в этой ночи, в бледном свете из окна… Что это – чувство опасности сигнализирует о приближающейся Тьме? Или просто чуждость другого мира так на него действует?
– А потом ты уйдешь? – прошептала Клади.
– Хотел бы я сам это знать… – вздохнул Сварог.
– А я бы ушла вместе с тобой. Потому что вы очень странный, мастер Сварог.
– Почему же ты не ушла раньше?
– Мое время еще не пришло, – буднично сказала она. – Я уйду, обязательно уйду. Есть способ…
Сварог напрягся.
– Что за способ?
– Это мой секрет, – она потерлась о его плечо. – Тебе этот способ не подходит…
Вот ведь, блин…
Облако волос заскользило вниз по его животу, и он, отгоняя прочь тревогу, вновь забывая обо всем, закрыл глаза…
И все повторилось, но на этот раз без недавнего буйства и безумия. Они любили друг друга нежно и заботливо, будто прощаясь. Нет, на самом деле прощаясь – Клади знала, что Сварог уйдет, и Сварог знал, что она знает. Однако пока ночь принадлежала им и только им…
Потом он осторожно соскользнул с постели и подошел к окну, закурил. Неопределенное чувство тревоги острым коготком опять царапало сердце. Отражение в оконном стекле смотрело на него укоризненно. Бледное свечение было разлито в небе, деревья и холмы на горизонте казались покрытыми снегом. А это что… Это что?! А, черт!
Ткнув недокуренную сигарету в пепельницу, Сварог бросился к одежде, в беспорядке сваленной на полу. Черт, черт, черт… Распроклятое чувство опасности забарабанило в висок оглушительным стаккато.
– Ты что? – спросила Клади, приподнимаясь на локте. Сварог на нее даже не посмотрел.
– Ты не устаешь задавать столько вопросов? – ему с трудом удавалось говорить беззаботно.
– Да что случилось-то?
– Ничего. Я выйду ненадолго. Воздухом подышу. (Твою мать, рукава запутались, скорее, скорее…)
– Можно открыть окно.
– Я подышу воздухом и загляну в одно заведение, куда дамам вход заказан, – терпеливо объяснил Сварог. – Улавливаешь?
Он подхватил с кресла шаур, и веселая безмятежность вдруг исчезла с лица Клади.
– Что происходит?..
– Не знаю. Запри дверь и никому, кроме меня, не открывай. Поняла? Никому.
Он скользнул за дверь, в темный коридор, включил «кошачий глаз».
Куря у окна своей комнаты, он мельком посмотрел вниз, и ему показалось поначалу, что Карт ушел в дом, а его тень осталась на лестнице. Увы, то была не тень, то был сам барон, неподвижно лежащий на ступенях собственного замка. Ну не покончил же он собой из-за того, что его, пусть и приемная, дочь переспала со случайным гостем?.. Чувство опасности включило фортиссимо.
Сварог прислушался. В замке было темно и тихо, как в гробу. Все спало. А где-то внизу, освещенный бледным светом, лежал мертвый хозяин замка…
Он бесшумно прокрался по лестнице и спустился на первый этаж, к парадной двери. Разум все еще не мог смириться с мыслью, что столь великолепно начавшаяся ночь превратилась в кошмар, а тело уже было готово к бою. Сварог приоткрыл входную дверь. Дьявол, свечение на небе прямо в лицо – великолепная мишень для того, кто, возможно, притаился среди деревьев… А где, позвольте спросить, ночная стража? Что, барон не выставляет охрану?!..
Двигаясь рывками, чтобы сбить прицел потенциального снайпера, Сварог быстренько спустился к телу.
Да, барон Таго был – мертвее не бывает. Он лежал на спине, раскинув руки, с горлом, превратившимся в кровавое месиво. В неподвижных зрачках отражался свет белого зарева. Краем глаза Сварог уловил слева от себя стремительное движение среди черных теней от деревьев и обернулся, вскидывая шаур. Никого. Тишина стояла такая, что аж в ушах звенело. Лишь беспечно журчал фонтанчик в шестиугольном бассейне…
Пока он и Клади предавались любви, какая-то тварь пробралась к замку и перегрызла горло его хозяину. И, может быть, не одна. И, может быть, они сейчас следят из темноты, выжидая момент, чтобы напасть. Сварог быстро оглядел фасад замка. Ни огонька – кроме едва заметного отсвета непогашенных свечей в его комнатах. Господи, там же Клади! Идиот, шаур надо было оставить ей! Нет, бесполезно, он же рассыплется… Сварог едва не застонал. Почему молчат собаки? Где слуги?! Вопросы беспорядочно толкались в голове, а ноги уже несли его за угол, в тень, туда, где обитают слуги. Толкнулся в ближайшую дверь (не заперто) и с облегчением услышал, что в полутьме есть кто-то живой: слышался размеренный храп здорового организма. Это был рыжий крепыш Клус – тот, что уступил Сварогу коня после стычки на лесной дороге, – прямо в одежде он дрых на узкой спартанской койке, закинув руки за голову. Сварог ткнул молодца кулаком под ребра и тут же зажал ему рот ладонью. Клус дернулся и открыл глаза.
– Тихо, это я, Гэйр. Где охрана замка?
Клус рывком высвободился, да Сварог и не препятствовал.
– Какого черта…
– Спокойно! Барон убит. Кто-то перегрыз ему глотку. Не человек. Быстро собирайся. Где остальные слуги?
Клус обалдело помотал головой.
– Там, наверху… во флигеле, в замке… спят… я тут вроде как охраняю…
Он вскочил, быстро натянул сапоги, схватил ножны с мечом и замер.
– Не, погодите, замок ведь под защитой заговора от нежити и колдо…
Сварог сгреб стражника за ворот и приблизил лицо почти вплотную к его:
– Слушай меня внимательно, мразь. Быстро поднимай людей, пусть вооружаются до зубов, зажигайте огни и перетрясите замок до самой крыши. Оно где-то рядом. Ясно?
– Так точно…
Может быть, для здешней фауны это нормально, но очень уж не нравилось Сварогу, как действовал неведомый зверь, – надо быть весьма шустрым, чтобы напасть на бодрствующего человека, перегрызть ему горло и при этом не издать ни единого звука…
– Готов? Пошли.
Они выскочили наружу, и в тот же момент ночную тишину прорезало испуганное лошадиное ржание со стороны конюшен. В замке что-то с грохотом обрушилось, кто-то тоненько завизжал, в псарне залаяли, завыли собаки, и сразу же в окнах первого этажа, судя по всему – в помещениях для слуг, стали зажигаться огни.
Они ворвались в замок, залитый бледным, нереальным светом небесного сияния. Сварог пулей взлетел на второй этаж, попутно сшибая какие-то дурацкие статуэтки на балюстраде, понесся по коридору. Снизу доносились шум и беспорядочные выкрики. Вот и дверь. Распахнута настежь. Окно разбито, явно снаружи, стол перевернут, на пороге валяется подсвечник, основание его смято и измазано чем-то густым и темным… А рядом – раздавленный в крошево предмет, которого не только в замке, но и вообще на Димерее быть не может. Сварог присел на корточки, быстро осмотрел рассыпанные по ковру детальки – кислотная батарейка, реле, антенна, еще что-то – никаких сомнений, это радиопередатчик. Одноразовый. Конструкция незнакомая и кустарная, примитивная, сработано не из заводских деталей, но определенно одно: с помощью него можно послать короткий ненаправленный радиоимпульс. И, может быть, этот импульс уже был послан… то ли сигнал бедствия, то ли сигнал к атаке… то ли сигнал на подрыв заряда. Да что за херня тут происходит, а?!! В бессильной ярости Сварог выматерился, пнул подсвечник и выскочил обратно в коридор.
– Клади!.. Клади!!!
Нет ответа. Он бросился обратно, вниз, туда, откуда доносились звуки драки, проклиная себя за то, что не удосужился в спокойной обстановке ознакомиться с планировкой замка. Залы, коридоры, вестибюли, снова коридоры… Кажется, сюда… Сварог повернул налево – и нос к носу столкнулся с высоченной фигурой в черной рясе с надвинутым на глаза капюшоном. Этого типа Сварог раньше в замке не встречал. А вот в магическом зрении перед ним предстало бесцветное клубящееся облако, из которого беспрестанно высовывались то ли языки, то ли щупальца… Первой реакцией было нажать на курок, но он неимоверным усилием воли сдержался.
– Лорд Сварог? – глухо донеслось из-под капюшона.
– Вполне возможно, святой отец, – задыхаясь от бега, сказал он. – Где Клади?
– Мне приказано убить вас. – Лица под капюшоном, оказывается, не было вовсе.
– Понимаю, – кивнул Сварог, – приказы надо выполнять, – и дал очередь.
Черная фигура послушно вспыхнула синим (в прямом смысле слова) жарким пламенем и съежилась, опала, смялась… и спустя несколько ударов бешено колотящегося сердца Сварог переступил через горстку дымящегося пепла. Побежал дальше. Возле очередной выставки оружия содрал со стены меч посолиднее, на бегу взвесил на ладони, проверяя балансировку, приноравливаясь. Сойдет. Эх, где ты, мой топорик…
Нападение на замок произошло не неделю назад, когда его, Сварога, здесь еще не было, и не через несколько дней, когда Сварога здесь бы уже не было. Нападение произошло сегодня. Нечисть в рясе назвала его по имени – причем его настоящим именем. «Мне приказано убить вас». Неужели все из-за какой-то Бумаги какого-то Ваграна?..
– Мастер Гэйр!..
Из-за угла коридора выскочил давешний рыжий Клус, без оружия, с перекошенным от ужаса лицом, со зловещим багровым пятном, расплывающимся на рубахе. Он рухнул на ковер у ног Сварога, жадно хватая ртом воздух.
– Мастер Гэйр… Мастер Гэйр… – только и мог выговорить он.
Сварог бесцеремонно потряс его за плечо.
– Где остальные?
– Напали… Никого не осталось…
Его глаза на миг приняли осмысленное выражение, он приподнялся и ухватил окровавленной пятерней Сварога за полу камзола.
– Бегите, мастер Гэйр… Они… ищут вас…
– Где Клади? Слышишь? Где девушка?!
Но слуга больше ничего не сказал. Сварог отпустил бездыханное тело, поднялся и беспомощно огляделся. В воздухе отчетливо пованивало гарью, дымок стелился над полом, кажется, даже освещение в замке приобрело желтоватый, колеблющийся оттенок… Ну, и куда дальше, а? Где искать девчонку?..
Направо коридор выходил к лестнице, ведущей в холл перед входной дверью, налево – упирался в комнаты прислуги. Шум битвы оттуда действительно утих. Теперь со стороны здешней «людской» доносились лишь непонятные приглушенные клекот, скрежет, шорох… И эти звуки явственно приближались.
Сварог сжал меч в правой руке, шаур сжал в левой, изготовился.
Но к тому, что он увидел, приготовиться было нельзя.
По коридору, сметая рыцарские доспехи и срывая гардины с окон, разнося вдребезги зеркала в два человеческих роста, на него надвигалась кошмарная волна, целое полчище фигур в рясах, заполняя собой все пространство коридора. Передние создания бежали на четвереньках, что, впрочем, не уменьшало их прыти, находящиеся в арьергарде передвигались, цепляясь, как мухи, за стены и потолок.
Картина была бредовой, невозможной, ирреальной – черные монахи на карачках, черные монахи на потолке, черные монахи, единой массой несущиеся по ночному замку, – но так было.
Сварог сунул меч за пояс и осклабился:
– Ну что ж, гуляем… – И нажал на курок. …Твари вспыхивали как головешки, падали, взрывались тучами пепла, но сзади напирали другие, и не было им ни конца, ни края. И Сварог под этим напором вынужден был медленно отступать. Сжимая шаур обеими руками, как лихой коп из американского фильма, он не отпускал курок, плавно водил дулом из стороны в сторону, поливал нечисть серебром, точно из брандспойта… По драпировке уже бежали языки пламени, дым клубился под потолком, ел глаза. А объятая дымом волна все накатывалась на него, неумолимо, неостановимо, теснила, пыталась обтечь с флангов, захлестнуть… И что самое кошмарное, все происходило в относительной тишине: бесшумно разил серебром шаур, бесшумно загорались твари, услышать можно было только хриплое дыхание Сварога да шорох монашеских одежд и скрежет когтей по полу, стенам, потолку… Позади, за его спиной, был холл, обширное помещение, куда отступать было уж никак нельзя, там монахи разольются, окружат и задавят массой… Серебра он уже израсходовал столько, что хватило бы на месячный бюджет небольшого города, а тварей не убывало.
С хриплым клекотом мимо его плеча пронеслась серая тень – и влепилась в самую гущу монахов. Под этим неожиданным и яростным напором нечисть на миг замерла, подалась назад, но потом вдруг выгнулась серпом и вмиг накрыла птицу черной волной. Лишь во все стороны полетели перья…
Сожалеть о погибшем ловчем соколе Гюнаре времени не было. Сварог выхватил меч, рубанул им по тянущимся в его сторону костлявым лапам (клинок прошел сквозь лапы, как сквозь полосу лунного света, не причинив их обладателям ни малейшего ущерба, и он отшвырнул бесполезный меч), развернулся, плюнул длинной очередью серебра в угрожающе нависшие с потолка рясы и все же отступал, шаг за шагом…
– Сварог, в сторону!!!
Он рефлекторно прянул к стене. Над ухом злобно вжикнуло, и в стане врага произошел беззвучный взрыв, жарко дохнуло в лицо огнем и копотью. Авангард монахов отбросило назад, с треском лопнули стекла витражного окна. Сварог на миг обернулся.
Зрелище, что и говорить, было завораживающим. По колено в стелющемся над полом дыму стояла смертельно красивая Клади в зеленом охотничьем костюме. Гневно оскалившись, с ореолом разметавшихся волос вокруг бледного лица, она поднимала арбалет. Из рассеченной губы текла на подбородок струйка крови.
«Вжи-у!.. Вжи-у!.. Вж-иу!..» Еще трижды щелкнул спусковой механизм, трижды мимо Сварога искрами промелькнули короткие стрелы, и трижды вспучились бесшумные огненные шары в гуще напирающих тварей. А потом – есть все же бог! – между ними и полчищем тварей с треском просел потолок, второй этаж, оказывается, уже полыхал как костер, с новой силой взлетело пламя… Сварог схватил Клади за локоть и быстренько потащил к выходу из замка. Они кубарем скатились по лестнице, Клади осторожно выглянула за угол, прошептала:
– Пусто…
– Теперь быстро наружу.
– А замок? Что будет с замком?!
– После разберемся… У тебя что, стрелы со взрывчаткой?
– Это вильнурское серебро, чистейшее…
Они добрались до холла перед главным входом. Никого. Только дым пожара и отсветы пламени. Становилось жарко в прямом смысле слова.
– Значит, делаем так. Я выхожу первым, ты – сразу по моему сигналу. Встаешь слева от двери. Ясно?
– А мэтр? Мы оставили его одного? Он же в библиотеке!
– Клади, сейчас не время…
– Сюда!!! Они здесь!!!
Сварог резко обернулся. Мэтр Ленар, живой и здоровый, с лицом, искаженным яростью, словно материализовался перед дверями из замка, загораживая выход.
– Вор! Ты украл! – Голос его столь же походил на человеческий, сколь и у попугая, выучившего несколько слов. – Смерть!
– Эй, мэтр, – сказал Сварог, щурясь от дыма, – давайте поговорим, как взрослые люди…
– Поздно! Тайник! Мне и в голову не пришло, а ты знал! Знал! Верни книгу, и я убью тебя медленно!
Клади в испуге рванулась наверх, но Сварог поймал ее за руку. Вскинул шаур. Цепочка серебряных звездочек отшвырнула мэтра к дверям, впечатала спиной в створки.
– Охранный заговор нарушен… – прошептал архивариус и поднял руку. – Теперь я убью тебя…
С кончиков его пальцев сорвалась ярко-алая молния, ударила в стену слева от Сварога. Рука мэтра бессильно упала. Из коридора, где стеной огня были заперты твари, вырвалось облако дыма. Сварог прыгнул вперед, носком сапога саданул Ленара под подбородок, плечом ударил в дверь… и вывалился в ночь. По двору, в колеблющемся свете пожара, метались кони. Кони – это хорошо, заклинанием Гэйров мы их успокоим, будет на чем убраться из этого дьявольского места…
– Клади!!!
Девчонка была рядом. Он уцапал ее за руку и выволок на крыльцо. Лицо тут же охладил свежий ночной воздух.
…Величественная это была картина – в облаке дыма, с пламенем, вырывающимся из разбитых окон, осел фасад замка, разлетающиеся осколки витражей мерцали в лунном свете. Потом рушащийся замок похоронил под собой парадную лестницу… весь двор…
– …Извините меня, мастер Гэйр, – сказала Клади. Голос ее был глухим и монотонным.
Сварог промолчал, осторожно касаясь царапин на щеке. Все-таки достала, охотница дикая. Коготки у нее были острыми, как у кошки. Забавно и что пока единственные раны, заработанные им в этом мире, достались ему от женщины…
– Ерунда, – буркнул он. – С кем не бывает.
– Я кричала?
– Так, что-то бессвязное…
В его ушах до сих пор стоял вопль Клади, когда он волоком тащил ее к лошадям, упирающуюся, царапающуюся, беспорядочно колотящую его кулачками – по груди, по плечам, по лицу: «Все из-за тебя! Пусти меня, пусти! Зачем ты пришел?! Зачем?! Убирайся!»
– Извините, – повторила она, глядя в одну точку. – Где мы?
– В лесу. Замок далеко. Погони вроде бы нет.
– Я спала?
– Скорее, была в обмороке.
– Ну и… куда мы теперь?
Сварог пожал плечами:
– Тебе лучше знать. Думаю, имеет смысл двинуться в город… Твои друзья примут погорельцев?
Клади секунду подумала, кутаясь в сотворенный с помощью магии плед, потом отрицательно помотала головой.
– Нет. Это не те друзья, с которыми…
– Ясно. С ними хорошо проводить время, но когда доходит до дела…
Она пропустила его слова мимо ушей.
– Ну? У тебя есть какие-нибудь соображения на этот счет?
– Мне надо вернуться домой.
– Твоего дома больше нет, – жестко сказал Сварог.
Из-под ресниц полыхнули яростные зеленые молнии. Сварог выдержал взгляд.
– Ты, – напряженным голосом прошептала она. – Это ты во всем виноват. За каким чертом ты явился в замок? Что тебе нужно от меня?!
Сварог молчал, с беспокойством наблюдая за девицей. Если у нее опять начнется истерика… Впрочем, она и не требовала ответа.
– Замок находился под защитой заговора… пока не явился ты. Почему ты пришел именно к нам? Зачем ты все разрушил?! Тебе нравится, когда вокруг смерть? Ведь солдат счастлив, когда льется кровь, да?! Ну так радуйся, у тебя есть шанс стать счастливым…
Она нашарила в траве арбалет и повернула медный ворот, натягивая тетиву. Наконечник стрелы оказался направлен Сварогу аккурат в грудь. Сварог не двинулся с места и смотрел, как палец Клади лег на спусковой крючок.
– Ты настолько права, что я даже не сержусь, – тихо сказал он. – Разумеется, я не плачу, когда вижу кровь, – если это кровь врага, а не друга. Разумеется, солдат и смерть идут рядом – потому что так заведено с начала времен, и не мне менять этот порядок. И, конечно, я спас тебя там, на лесной дороге, исключительно для того, чтобы прикончить твоего отчима – для чего и заставил своего лучшего друга Ленара призвать на помощь всякую нечисть… Я не стал спасать тебя от колдуна, прятавшегося в замке под видом мирного библиотекаря… Да и он вовсе не собирался убивать меня, это была просто шутка. Он и тебя не хотел убить. Он вообще никого не хотел лишать жизни – этот милый безобидный старикашка. Я, сволочь и убийца, я во всем виноват. Спускай тетиву, Клади, а потом проснись в своей комнате: это всего лишь дурной сон…
Ее губы задрожали, и она беспомощно опустила арбалет.
– Кто ты? – с тоской спросила Клади. – Кто ты такой?
– Я… я солдат без армии, – ответил Сварог. – Король в изгнании, лишенный своего королевства. Но у меня есть цель: вернуть утерянное – и я его верну. И поэтому нам не по пути. Давай я поеду своей дорогой, а ты вернешься домой, к папочке.
Трудно сказать, всерьез говорил Сварог или хотел просто… что? Успокоить Клади? Разозлить? Открыть глаза? Психолог из него, конечно, был аховый, особенно по части женских задвигов, однако кое-каких результатов он тем не менее добился. Она закрыла лицо руками и сделала несколько резких вдохов. А когда подняла голову, взгляд ее зеленющих глазищ был тверд и решителен.
– Куда мы едем, мастер Гэйр? – спросила она, вновь поднимая арбалет, но на этот раз наконечник стрелы смотрел в небо, – Еще раз простите за… В общем, прости, и все. Но только хочешь ты того или нет, я еду с тобой. Я… мне просто некуда больше ехать.
Сварог невольно улыбнулся. Хороша была девка, спасу нет, особенно сейчас – растрепанная, собранная, готовая броситься в драку с самим дьяволом. Что ж, против судьбы не попрешь. Ему нужен спутник в этом мире, который знает местные обычаи, уклад, порядки…
– Мы едем в город, – решительно ответил он. – В этот, как его, Митрак. Ты знаешь, где живет мастер Пэвер? Какой-то бывший вояка.
– Д-да… – недоуменно сказала Клади. – Суб-генерал в отставке. А ты его откуда…
– Из источников, заслуживающих доверия, – отрезал Сварог. – Он мне поможет… По крайней мере, я очень на это надеюсь. Теперь так. У тебя деньги с собой есть?
– Деньги?..
– Ну да, деньги, деньги. Я так понимаю, у вас тут пока коммунизм не построен, а нам, чует моя душа, потребуются расходы. Причем немалые.
Клади оглядела себя, потом запустила пальчики в набедренный кармашек на штанах и выудила монету.
– Вот, это все. Остальное там… в замке… И в закладных кронских банков…
– Давай-ка сюда. – Он взял монету, повертел в руках. Серебряная, размером с полдинария. Без каких-либо надписей, зато с изображением какого-то бородатого деятеля на реверсе и крупной цифрой «5» на фоне короны – на аверсе. Сварог подбросил монету на ладони. – Это сколько?
– Пять центавров.
– А это много или мало?
– Для чего?
– Ну, скажем, лошадь на это купить можно? Да не смотри ты на меня так, я действительно не знаю. Считай, что я приехал из страны, где совсем другие деньги. Ну?
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий