Звезды как пыль (пер. И.Ткач)

Глава девятая
…и штаны наместника

– В чем дело?
Артемизии не было необходимости разыгрывать испуг. Она говорила с Джилбертом, который вместе с капитаном стражи стоял в дверях. С полдюжины людей в форме предупредительно держались сзади.
– Что-нибудь с отцом?
– Нет-нет, – успокоил ее Джилберт. – Не волнуйся, ничего страшного. Ты спала?
– Засыпала. Мои девушки отлучились на час. Кроме меня, ответить было некому. Вы напугали меня чуть не до смерти. – Она повернулась к капитану и высокомерно спросила: – Что вам угодно, капитан? Быстрее, пожалуйста. Сейчас не совсем подходящее время для аудиенции.
Джилберт вмешался, прежде чем капитан успел открыть рот.
– Забавная штука, Арта. Молодой человек… забыл, как его зовут… представь себе, убежал, разбив по пути две головы. Мы преследуем его, и теперь уже с равными силами. Взвод солдат на одного беглеца. Вот и я тоже иду по следу, радуя капитана рвением и усердием.
Артемизия выглядела совершенно сбитой с толку. Капитан крепко выругался про себя, едва шевельнув губами, потом проговорил:
– Извините, милорд, но вы объясняете не совсем понятно, и мы непозволительно медлим. Миледи, человек, назвавший себя сыном экс-Ранчера Вайдемоса, был арестован за измену. Ему удалось бежать. Мы должны обыскать весь Дворец, комната за комнатой.
Артемизия, нахмурившись, отступила.
– Включая и мои комнаты?
– Если Ваша милость позволит.
– Но я не позволю! Я несомненно знала бы, если бы в моей гостиной или спальне оказался незнакомый молодой человек. А полагать, что я имею дело с незнакомцем в такое время ночи, оскорбительно. Вы не оказываете мне должного уважения, капитан.
Это сработало. Капитану осталось лишь поклониться и заверить:
– У меня и в мыслях не было ничего подобного, миледи. Простите за беспокойство в ночное время. Вашего заявления, что вы не видели беглеца, разумеется, вполне достаточно. В данных обстоятельствах нам необходимо было убедиться в вашей безопасности. Он опасный человек.
– Но не настолько же, чтобы вы с вашими людьми не справились с ним?
И вновь вмешался Джилберт:
– Капитан, идемте! Пока вы обмениваетесь любезностями, наш беглец может добраться до оружейной. Я предлагаю оставить стражника у дверей леди Артемизии, чтобы никто не тревожил ее больше. Конечно, дорогая, это в том случае, если ты не пожелаешь присоединиться к нам сама.
– Спасибо, – холодно ответила Артемизия. – Я удовольствуюсь тем, что закрою дверь и лягу спать.
– Выбери стражника повыше! – воскликнул Джилберт. – Возьми вот этого. У стражи сейчас красивые мундиры, Артемизия. Стражника можно издали узнать по мундиру…
– Милорд! – нетерпеливо прервал его капитан. – У нас нет времени. Вы нас задерживаете.
По его сигналу один из стражников вышел из строя, отсалютовал сначала уже закрытой двери Артемизии, затем капитану. Вскоре звуки шагов стихли вдали.
Артемизия чуть помедлила, затем приоткрыла дверь, стражник стоял, расставив ноги, выпрямив спину, держа правую руку на рукоятке оружия. Тот самый высокий стражник, которого предложил Джилберт. Высокий, как Байрон Фаррил, впрочем, чуть поуже в плечах.
Артемизия подумала, что хоть Байрон молод и горяч не в меру, зато высок и хорошо сложен. Зря она так набрасывалась на него все время. Вообще-то он симпатичный…
Она закрыла дверь и подошла к гардеробной.

 

Байрон застыл, когда часть стены снова заскользила в сторону. Он затаил дыхание, пальцы крепко сжали оружие.
Артемизия взглянула на его хлысты.
– Осторожней!
Он облегченно перевел дыхание и сунул хлысты в карман. Так было неудобно, но у него не было кобуры.
– Это на случай, если бы заглянул кто-нибудь другой, – заметил он.
– Выходите и говорите шепотом.
Она по-прежнему была в пеньюаре из незнакомой Байрону ткани, отделанной кисточками серебристого меха. Пеньюар облегал тело благодаря какому-то статическому притяжению, так что не нужны были ни пуговицы, ни застежки, ни замки. Сквозь ткань слегка просвечивали очертания фигуры Артемизии.
Байрон почувствовал, что уши у него зарделись, но ощущение было невыразимо приятным.
Артемизия нетерпеливо махнула рукой:
– Ну что же вы?
Байрон перевел взгляд на ее лицо:
– Что? О, простите.
Он отвернулся и застыл, прислушиваясь к слабому шуршанию одежды. Ему не пришло в голову удивиться, что она не воспользовалась гардеробной или не переоделась перед тем, как открыть ему выход. Тайны женской психологии собьют с толку кого угодно.
Когда он обернулся, она была уже в костюме, едва доходившем до колен. Эта одежда явно предназначалась для выхода.
– Значит, мы уходим? – машинально спросил он.
Девушка покачала головой.
– Сначала вы должны сделать свое дело. Вам нужна другая одежда. Встаньте по эту сторону двери, а я позову стражника.
– Что за стражник?
– По предложению дяди Джила у двери оставили охрану, – улыбнулась Артемизия.
Она приоткрыла дверь. Стражник неподвижно стоял на месте.
– Стражник, скорее сюда, – прошептала она.
Солдат не колеблясь исполнил приказание дочери Правителя. Он вошел в комнату с уважительным: «К вашим услугам…» – но тут внезапно что-то тяжелое обрушилось ему на плечи, колени у пего подогнулись, а остаток фразы застрял в горле, вбитый туда резким ударом кулака.
Артемизия торопливо закрыла дверь и смотрела на схватку с чувством, близким к тошноте. Жизнь во Дворце Хинриадов была спокойной, и раньше ей никогда не приходилось видеть лица, залитого кровью и искаженного удушьем. Она отвернулась.
Байрон, оскалив зубы от напряжения, железной хваткой сжал противника за горло. Руки стражника ослабели, ноги тщетно пинали воздух. Не разжимая хватки, Байрон приподнял его. Наконец руки и ноги стражника повисли неподвижно, конвульсивные и бесполезные движения груди почти прекратились. Байрон осторожно опустил его на пол. Стражник безжизненно растянулся, как пустой мешок.
– Он мертв? – с ужасом спросила Артемизия.
– Вряд ли. Чтобы задушить человека, требуется от четырех до пяти минут. Он просто отключился на время. Найдется чем связать его?
Артемизия покачала головой. В этот момент она чувствовала себя совершенно беспомощной.
– У вас наверняка есть селлитовые чулки, – сказал Байрон. – Они сгодятся. – Он обезоружил стражника и стащил с него мундир. – Кроме того, мне необходимо умыться.
Приятно было окунуться в очищающий туман ванной Артемизии. Возможно, слишком сильный аромат, но, надо полагать, на свежем воздухе он исчезнет. По крайней мере, теперь он чист, и для этого понадобилось только шагнуть в поток капель, подгоняемых теплым воздухом. Вышел он не только чистым, но и сухим. Ни на Земле, ни в Вайдемосе таких ванн не было.
Мундир стражника оказался ему тесноват. Не понравилось Байрону и ощущение от уродливой конической шапки на голове. Он с отвращением взглянул на свое отражение.
– Как я выгляжу?
– Как солдат.
– Вам придется нести один хлыст, я не справлюсь с тремя.
Она осторожно взяла хлыст двумя пальцами и опустила в сумку, свисавшую с ее широкого пояса и поддерживаемую микрополем, так что руки у нее оставались свободными.
– Нам пора идти, – сказала она. – Если кто-нибудь встретится по пути, молчите, говорить буду я. Вас выдаст акцент. Да и в любом случае, в моем присутствии вы не имеете права говорить, разве что обратятся непосредственно к вам. Помните: вы простой солдат.
Стражник на полу начал извиваться и закатил глаза. Руки и ноги его были надежно связаны чулками, материал которых прочнее стали, изо рта торчал кляп.
Байрон оттащил его в сторону, чтобы Артемизии не пришлось переступать через него.
– Сюда, – выдохнула Артемизия.
На первом повороте за ними послышались шаги, и легкая рука опустилась на плечо Байрона.
Байрон молниеносно схватил эту руку и быстро обернулся, другой рукой сжимая нейронный хлыст.
– Спокойнее, молодой человек, – сказал Джилберт, потирая запястье. – Я ждал вас, но это не причина, чтобы ломать мне кости. Позвольте выразить восхищение вашим видом, Фаррил. Правда, одежда на вас чуть сморщилась, но неплохо, совсем неплохо. В таком наряде вы гарантированы от пристальных нескромных взглядов. Вот вам преимущество мундира! Каждый считает, что в солдатской форме должен быть только солдат, и больше никто.
– Дядя Джил, – нетерпеливо прошептала Артемизия, – не говорите так много. Где сейчас стражники?
– Никто не дает мне и слова сказать, – заявил он обиженно, – Стражники подбираются к башне. Они решили, что нашего друга нет на нижних этажах, поэтому оставили лишь несколько человек у входа и лестниц. Мы сможем пройти.
– А они не хватятся вас, сэр? – спросил Байрон.
– Меня? Ха! Капитан был просто счастлив, что я ухожу. Уверяю вас, они не станут меня искать.
Вначале они говорили шепотом, потом совсем замолкли. Внизу у лестницы стоял стражник, еще двое дежурили по обе стороны больших резных ворот, выходивших на улицу.
– Есть новости о беглеце, ребята? – спросил Джилберт.
– Нет, милорд, – откликнулся ближайший стражник, щелкнув каблуками.
– Ну, смотрите в оба!
Они миновали стражников, один из которых предварительно отключил сигнализацию.
Снаружи была ночь. На небе сияли звезды, тусклое рваное пятно туманности закрывало искры света на горизонте. Центральный Дворец остался позади, вздымаясь черной глыбой, а в полумиле виднелась Полевая Башня.
Через пять минут Джилберт забеспокоился.
– Что-то здесь не так, – сказал он.
– Дядя Джил, ты не забыл подготовить корабль? – спросила Артемизия.
– Конечно, нет, – выпалил он, если только можно выпалить шепотом. – Но почему освещена Полевая Башня? Она должна быть темной.
Он указал на деревья, за которыми муравейником возвышалась башня белого цвета. Свет означал работу на поле: корабли улетали в космос или, наоборот, приземлялись.
– На эту ночь ничего не назначено. Это совершенно точно.
Джилберт неожиданно остановился и развел руки в стороны, чтобы удержать остальных.
– Приехали! – сказал он и почти истерически хихикнул. – На сей раз Хинрик организовал все как следует. Они здесь! Тираниты! Вы не понимаете? Это личный боевой крейсер Аратапа!
Байрон увидел крейсер, сверкавший огнями. На фоне других, неразличимых в темноте кораблей он выглядел стройнее, тоньше и изящнее родийских звездолетов.
– Капитан говорил о каком-то почетном госте, но я не обратил на его слова внимания, – сказал Джил-берт. – Теперь делать нечего. Мы не можем сражаться с тиранитами.
– Почему это? – свирепо спросил Байрон, чувствуя, как в нем закипает ярость. – Почему мы не можем с ними сражаться? Они не ждут нападения, а мы вооружены. Захватим корабль наместника! Оставим его без штанов!
И он шагнул вперед из относительно безопасной тени деревьев на открытое поле. Остальные последовали за ним. Прятаться не имело смысла. Они были членами королевской семьи, которых, сопровождал солдат.
Но сейчас они шли сражаться с тиранитами.

 

Увидев впервые год назад Дворцовые покои на Родии, Саймак Аратап был поражен, но впечатлил его только внешний вид комплекса. Внутренность была всего лишь обветшалым реликтом. Два поколения назад здесь заседали члены правительства Родии и размещались основные правительственные учреждения. Центральный Дворец был сердцем дюжины миров.
Но сейчас местные правительства, оставшиеся у власти (поскольку Хан не вмешивался во внутренние дела), встречались раз в году, чтобы ратифицировать приказы, полученные за истекшие двенадцать месяцев. Это было чистой формальностью. Исполнительный Совет номинально продолжал заседать, но состоял из десятка лиц, которые девять из десяти недель проводили в своих поместьях. Различные исполнительные учреждения действовали активно, так как без них не могли обойтись ни прежние, ни новые властители, но теперь они были рассеяны по планете и стали менее зависимы от Правителя, подчиняясь приказам своих новых хозяев – тиранитов.
Дворец остался только величественным сооружением из камня и металла, не более. В нем размещалась семья Правителя, штат прислуги и совершенно недостаточный отряд стражников.
Сегодня Аратап чувствовал себя во Дворце неуютно. Было поздно, он устал, глаза болели и хотелось убрать контактные линзы, а главное, он был разочарован как никогда.
Рухнул такой прекрасный план! Аратап изредка поглядывал на своего военного заместителя, но майор бесстрастно слушал Правителя.
Сам Аратап не обращал на Хинрика никакого внимания.
– Сын Вайдемоса? В самом деле? – спросил он рассеянно. Затем добавил: – И вы его арестовали? Правильно сделали!
Но все это уже потеряло для него интерес, поскольку события явно вышли из-под контроля. Аратап был человеком точным и аккуратным и терпеть не мог, когда разрозненные факты сбивались в беспорядочную кучу, вместо того чтобы выстроиться в стройную логическую цепочку.
Вайдемос был изменником, и сын Вайдемоса пытался встретиться с Правителем Родии, вначале тайно, а когда это не удалось, то при помощи невероятной истории с заговором. Разумеется, это должно было послужить началом схемы.
И вот все распалось. Хинрик с неприличной торопливостью выдал мальчишку, даже не мог подождать до утра, И это совсем не радовало, ибо Аратап еще не выяснил все факты.
Он вновь прислушался к жалкому лепету Правителя. Хинрик начал повторяться, и Аратап почувствовал к нему жалость. Этот человек стал таким трусом, что даже тиранитов выводил из терпения. И все же это был единственный путь. Только страх может обеспечить абсолютную верность. Страх – и больше ничего.
Вайдемос не боялся. И хотя его личные интересы были связаны с господством тиранитов, он восстал. Хинрик боялся – в этом было различие.
И поскольку Хинрик боялся, он сидел здесь, бессвязно лепеча и пытаясь заслужить одобрение. Ну, от майора он его не дождется, как пить дать. У этого служаки нет ни капли воображения. Аратап вздохнул: что ж, может, так оно и легче. Политика – грязное дело.
– Очень хорошо, – благосклонно кивнул он Правителю – Я приветствую ваше быстрое решение и ваше рвение на службе Хану. Вы можете быть уверены, что он узнает об этом.
Лицо Хинрика прояснилось, он испытывал явное облегчение.
– Пусть его приведут, – продолжал Аратап. – Послушаем, что скажет наш петушок.
Он еле сдерживал желание зевнуть. Его совершенно не интересовало, что скажет «петушок».
Хинрик собрался вызвать капитана стражи, но оказалось, что в этом не было необходимости: капитан без всякого вызова появился в дверях комнаты.
– Ваше превосходительство! – воскликнул он и вошел, не дожидаясь позволения.
Хинрик удивленно разглядывал свою руку, так и не дотянувшуюся до сигнала вызова, недоумевая, как это его намерение материализовалось вдруг само по себе.
– Что случилось, капитан? – неуверенно спросил он.
– Ваше превосходительство, пленник сбежал!
Аратап встрепенулся, наконец пробудившись от спячки. Это уже интереснее!
– Подробности, капитан! – приказал он и выпрямился в кресле.
Капитан лаконично изложил события и сказал:
– Ваше превосходительство, я прошу разрешения объявить общую тревогу. Они не могли далеко уйти!
– Конечно, – запинаясь, выговорил Хинрик. – Общая тревога. Вот именно! Быстрее! Наместник, я не понимаю, как это могло случиться. Капитан, поднимите всех людей! Наместник, мы проведем расследование, Все стражники будут сурово наказаны! Наказаны! Наказаны!
Он истерично выкрикивал это слово, но капитан продолжал стоять. Очевидно, он хотел сказать что-то еще.
– Чего вы ждете? – нетерпеливо спросил его Аратап.
– Могу я поговорить с Его превосходительством наедине? – вдруг спросил капитан.
Хинрик бросил быстрый испуганный взгляд на невозмутимого наместника и с негодованием произнес:
– У нас нет секретов от солдат Хана – наших друзей, наших…
– Говорите, капитан, – мягко прервал его Аратап. Капитан щелкнул каблуками и сказал:
– Поскольку мне приказано говорить, Ваше превосходительство, я с сожалением вынужден сообщить, что вместе с пленником исчезли также миледи Артемизия и милорд Джилберт.
– Он осмелился похитить их?! – Хинрик вскочил на ноги. – И мои стражники позволили?
– Они не похищены, Ваше превосходительство, – возразил капитан. – Они сопровождают его добровольно.
– Откуда вы знаете? – Аратап наслаждался: кажется, все-таки образуется схема. Причем такая, о какой он не мог и мечтать.
– У нас есть показания обезоруженного стражника, – сказал капитан, – а также тех, кто невольно позволил им выйти из здания. – Он поколебался, потом угрюмо добавил: – Когда я расспрашивал миледи Артемизию у двери ее личных покоев, она сказала мне, что спала. Лишь позднее я понял, что лицо ее вовсе не было заспанным. Но когда я вернулся, было уже поздно. Я сознаю свою ответственность за эту неудачу и прощу Ваше превосходительство принять мое прошение об отставке. Но сейчас я должен знать: вы по-прежнему согласны объявить общую тревогу? Без вашего разрешения я не могу задержать членов королевского семейства.
Хинрик пошатнулся и посмотрел на него отсутствующим взглядом.
– Капитан, вам следует позаботиться о здоровье вашего Правителя, – сказал Аратап. – Советую вызвать врача.
– А общая тревога? – спросил капитан.
– Никаких тревог! Вы меня поняли? Ни общей тревоги, ни захвата пленника. Инцидент исчерпан! Верните своих людей к их обычным обязанностям и позаботьтесь о своем Правителе. Идемте, майор!

 

Как только здание Центрального Дворца осталось у них за спиной, майор-тиранит угрюмо заговорил:
– Аратап, я полагаю, вы знаете, что делаете. Я не вмешался только на основании этого предположения.
– Благодарю вас, майор.
Аратапу нравился ночной воздух этой планеты, полной зелени. Тиран тоже по-своему прекрасен суровой красотой гор и скал. Но очень уж там сухо.
– Вам нельзя иметь дело с Хинриком, майор, – продолжал Аратап, – В ваших руках он слабеет и ломается. Он полезен нам, поэтому с ним нужно обращаться помягче.
Майор отмахнулся от упрека.
– Я не об этом. Почему вы отменили общую тревогу? Вам что, не нужны эти изменники?
– А вам? – Аратап остановился. – Посидим здесь немного, Андрос. Вон скамья у дороги. Прекрасное место и абсолютно недостижимое для шпионских лучей… Зачем вам этот молодой человек?
– А зачем мне вообще все изменники и преступники?
– Вы хотите захватить несколько пешек, оставив нетронутым сам источник заразы, Ну и кого вы так стремитесь заполучить? Мальчишку, глупую девчонку и престарелого идиота?
Поблизости негромко струился искусственный водопад. Маленький, но красивый, он был подлинным чудом для Аратапа. Вода, без всякой цели бесконечно бегущая по земле! Всякий раз, когда он видел это, в нем поднималось инстинктивное возмущение.
– Но так мы вообще остались ни с чем, – заметил майор.
– У нас есть схема. Когда молодой человек появился впервые, мы считали, что ему нужен Правитель, И это было непонятно, потому что Хинрик – это Хинрик Теперь мы знаем: Правитель был только прикрытием. Мальчишка явился за дочерью Хинрика и его братом, а это уже имеет смысл.
– Почему Хинрик не вызвал нас быстрее? Почему он ждал до полуночи?
– Потому что он игрушка в руках у любого, кто до него доберется первым. Я не сомневаюсь: Джилберт уверил его, что ночная встреча с нами будет доказательством его рвения.
– Вы думаете, нас вызвали сюда специально, чтобы мы стали свидетелями их бегства?
– Нет, не для этого. А вы подумайте: куда могут отправиться наши беглецы?
– Родия велика, – пожал плечами майор.
– Да, если бы юный Фаррил бежал один. Но где на Родии останутся незамеченными два члена королевской семьи? Особенно девушка?
– Вы правы. Значит, им придется покинуть планету?
– Совершенно верно. А каким образом? За пятнадцать минут они могут добраться до Полевой Башни. Теперь вы понимаете, почему мы здесь?
– Нашкорабль!. – воскликнул майор.
– Конечно! Тиранитский корабль покажется им идеальным выходом. Иначе им пришлось бы взять торговый корабль. Фаррил учился на Земле и, я уверен, умеет управлять крейсером.
– Вот именно. Почему мы позволяем аристократам посылать своих сыновей куда угодно? Для того чтобы заниматься местной торговлей, им вовсе не нужно знать, как управляют звездолетами. Мы сами растим бунтовщиков на свою голову!
– Тем не менее, – произнес Аратап с вежливым равнодушием, – в данный момент Фаррил обладает необходимым образованием и надо принять это во внимание, а не сердиться. Я уверен, что они попытаются захватить наш крейсер.
– Не могу поверить!
– У вас передатчик в часах. Свяжитесь с крейсером, если можете.
Майор попробовал, но безуспешно.
– Свяжитесь с Полевой Башней.
Из крошечного приемника послышался тихий голос. В нем звучала растерянность.
– Но, Ваше превосходительство, здесь какая-то ошибка. Ваш пилот вылетел десять минут назад.
– Вот видите! – улыбнулся Аратап, – Стоит построить правильную схему – и каждое предыдущее событие неизбежно повлечет за собой последующее. Теперь вы поняли, к чему это приведет?
Майор хлопнул себя по бедрам и коротко хохотнул.
– Конечно!
– Они еще не знают этого, – продолжал Аратап, – но они себя погубили. Если бы они довольствовались самым неуклюжим и тихоходным родийским торговым кораблем, им несомненно удалось бы уйти и меня, как говорится, оставили бы сегодня ночью без штанов. Но сейчас штаны на мне держатся крепко, а вот им, голубчикам, уже никто не поможет. И когда я накрою их – не раньше и не позже, чем будет выгодно мне, заметьте, – последние слова он подчеркнул с особым удовольствием, – в моих руках окажется вся тайная организация. – Он вздохнул и снова почувствовал, что становится скучно. – Что ж, нам повезло, и сейчас нет необходимости торопиться. Вызовите центральную базу. Пусть вышлют за нами другой корабль.
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий