Второе Основание

Книга: Второе Основание
Назад: 5. Заяц
Дальше: 7. Леди

6. Лорд

Из всех населенных планет Галактики у Калгана, несомненно, была самая уникальная история.
Сначала Калган завоевал широкую известность во всей Галактике как планета наслаждений. Это произошло еще за двести лет до рождения Хари Сэлдона, и причиной тому явился тот факт, что на нем торговали удовольствиями, причем с огромным успехом.
Так было до Мула. Затем к ногам захватчика, которого не интересовали иные удовольствия и развлечения, кроме завоевания, пал и Калган. Все планеты были для Мула одинаковыми.
А с его смертью пришло и окончательное падение. Раньше всех от Великой Империи, или Союза Миров, откололось Первое Основание, а вместе с ним и чуть позже — большинство оставшихся доминионов Мула. Через пятьдесят лет на Калгане остались лишь воспоминания о былой мощи — как мечта, навеянная дымом опиума.
Калганом стали поочередно править люди, которых на Основании называли лордами и которые сами себя величали Первыми Гражданами Галактики, подражая титулу Мула и делая вид, что тоже являются великими завоевателями.
Очередной лорд Калгана занимал этот пост уже пять месяцев. Он добился такой привилегии благодаря тому, что был командующим космическим флотом Калгана, а также благодаря неосторожности бывшего лорда. Однако ни один человек на Калгане не был настолько глуп, чтобы поднимать вопрос о законности подобного назначения — лучше принимать его без комментариев.
С лордом Сеттином оказалось не слишком легко поладить, и выживали только сильнейшие.
Нелегко было его высочеству первому министру, который служил нынешнему лорду так же преданно, как и предыдущему, да послужит еще и следующему, если доживет.
Нелегко было леди Каллии, которая приходилась Сеттину чуть более, чем друг, и чуть менее чем жена.
В один из вечеров они втроем расположились в личных покоях лорда Сеттина. Первый Гражданин, тучный, в сияющем адмиральском мундире (он сам назначил себя адмиралом), неподвижно сидел в пластиковом кресле и ворчал. Первый министр, Лев Майрус, смотрел на него с подобострастием, поглаживая лицо нервными пальцами. Леди Каллия грациозно восседала на кушетке, покрытой мехом, и ее полные губы дрожали от едва сдерживаемой зевоты.
— Сэр, — произнес Майрус (это был единственный титул, с которым можно было обращаться к Первому Гражданину), — вы недостаточно хорошо знаете законы истории. Вся наша жизнь, состоящая из грандиозных революций, заставляет вас думать, что цивилизацию изменить так же легко, как и обычную державу. Но это не так.
— Мул доказал обратное.
— Но кто умеет делать то, что умел он?
— Котик, — вдруг прошептала леди Каллия и тут же съежилась под гневным взглядом Первого Гражданина.
— Не перебивай, Каллия, — резко приказал он. — Майрус, я устал от бездействия. Мой предшественник постоянно совершенствовал космический флот, пока не осталось равных ему во всей Галактике. И он умер, оставив эту великолепную машину в бездействии. Неужели я не должен что-то предпринять? Весь Калган бредит былой славой и величием, вы можете понять это?
— Это только слова, но я понимаю, что вы хотите сказать, сэр. Завоевания, богатство, слава, конечно, приятны, если достижимы, но сам процесс достижения сопряжен с риском и не всегда может увенчаться успехом. Никогда не считалось мудрым нападать на Первое Основание, и даже Мулу было бы умнее воздержаться…
В пустых голубых глазах леди Каллии стояли слезы. Последнее время она так редко виделась со своим Котиком, а сейчас, когда он обещал провести вечер с ней, ворвался этот ужасный тощий старик и все испортил.
Но сейчас Сеттин говорил жестким и нетерпеливым тоном, который она так ненавидела:
— Вы — раб предрассудков прошлого. Основание обладало атомной энергией и было способно отразить последние удары умирающей Империи. Но Мул, мой дорогой Майрус, все изменил. Знания, которые Основание держало в строгой тайне, он распространил по всей Галактике, и монополия на науку кончилась. Мы в состоянии бороться с Основанием.
— А Второе Основание? Что вы намерены делать со Вторым Основанием? — прохладно осведомился Майрус.
— Второе Основание? — так же прохладно переспросил Сеттин. — Скажите, лично вы знаете о его намерениях? План Сэлдона полностью развалился с появлением Мула. А если Плана нет, то образовалась пустота, которую я могу заполнить не хуже любого другого.
— Мы знаем обо всем этом не достаточно, чтобы начинать такую игру.
— Мы — возможно. Но на Калгане сейчас находится гость с Основания, вы в курсе? Хомир Мунн, который написал массу всевозможных статей о Муле и совершенно четко выразил мнение о том, что Плана Сэлдона больше не существует.
Первый министр кивнул головой.
— Я слышал о нем, по крайней мере, о его работах. Так чего он хочет?
— Он просит разрешения посетить дворец Мула.
— Вот как? Разумнее будет отказать. Не стоит разрушать суеверный страх, которым охвачена наша планета.
— Я подумаю, и мы поговорим на эту тему позже.
Майрус откланялся и вышел.
— Ты сердишься на меня, мой Котик? — слезливо спросила леди Каллия, и Сеттин повернулся к ней со свирепым выражением на лице.
— Сколько раз я просил тебя не называть меня этим дурацким именем, хотя бы в присутствии посторонних!
— Когда-то оно тебе нравилось.
— А теперь не нравится.
Лорд мрачно уставился на Каллию, не понимая, как это он мог выносить ее все эти дни. Это было мягкотелое, глупое создание, которое приятно пощупать и которое относилось к нему с преданной нежностью, но он начинал уставать даже от этой нежности. Каллия мечтает о замужестве и желает стать первой леди! Смешно! Ему, Сеттину, нужна женщина из какой-нибудь известной и имеющей исторических предков семьи на Основании, чтобы он мог создать законную династию. В голову лорда пришла удивительная мысль: почему бы не избавиться от Каллии сейчас? Она немного поплачет… «Нет, все же в Каллии что-то есть», — подумал он и выбросил эту мысль из головы.
Каллия уже повеселела. Влияние Серой Бороды исчезло, и сердитое лицо ее Котика подобрело. Она легко и изящно поднялась с кушетки и подплыла к нему.
— Ты ведь не будешь ругать меня, нет?
— Нет, — он рассеянно потрепал ее по пышным формам. — Только посиди немного спокойно. Мне надо подумать.
— Об этом человеке с Основания?
— Да.
— Котик… — она замолчала.
— Что?
— Котик, ты говорил, что этот человек прилетел сюда с девочкой, помнишь? Я могу посмотреть на нее, когда она придет? Я никогда не…
— Послушай, на кой черт мне нужно, чтобы он тащился сюда со своим ублюдком? Мой зал для аудиенций — не грамматическая школа. Хватит с меня твоих глупостей, Каллия.
— Но я позабочусь о ней, Котик. Тебе совсем не надо будет ничего делать. Просто я так редко вижу детей, а ты ведь знаешь, как я их люблю.
— Этой твоей крошке то ли четырнадцать, то ли пятнадцать лет. Она наверняка твоего роста, если не выше.
Каллия была убита.
— Ну все равно, можно? Она расскажет мне об Основании. Ты ведь знаешь, я всегда мечтала там побывать: мой дед был с Основания. Может быть, ты меня возьмешь туда когда-нибудь, Котик?
Сеттин улыбнулся при этой мысли. Возможно, он возьмет ее, когда будет победителем. Настроение его поднялось, и он объявил:
— Ну возьму, возьму. И можешь встретиться с этой девочкой и говорить с ней об Основании хоть до упада. Но не у меня на глазах, понятно?
— Конечно, я тебе не помешаю.
Каллия снова была счастлива: не часто ей позволялось делать то, что она хотела.
Назад: 5. Заяц
Дальше: 7. Леди
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий