Второе Основание

14. Я знаю

Последние два месяца Сеттинской войны не были для Мунна тяжелым временем. Он оказался в самой гуще межзвездных событий в необычной роли примирителя, которую не мог не найти приятной.
Больше не происходило никаких решительных сражений, имели место лишь несколько стычек, носивших случайный характер и не привлекавших к себе особого внимания, так что условия договора вырабатывались правительством воскресшего Основания без длительных совещаний. Сеттин оставался у власти, но потерял все, что имел. Его флот был распределен между доминионами, которые получили автономию либо возможность вернуть свой прежний статус — полную независимость внутри федерации Основания, — по выбору.
Формально война закончилась на астероиде в звездной системе самого Терминуса, старейшей базе Основания. Со стороны Калгана в подписании мирного договора участвовал Лев Майрус, а Хомир Мунн был привлечен в качестве заинтересованного наблюдателя. За все это время он ни разу не встречался ни с доктором Дареллом, ни с остальными конспираторами. Но это вряд ли беспокоило Хомира — его новость подождет. Такая мысль вызывала у него улыбку.

 

Доктор Дарелл вернулся на Терминус через несколько недель после подписания договора, и в тот же вечер дом его стал местом встречи пятерых людей, которые десятью месяцами раньше начали строить свои первые планы.
Пообедав, они сидели, медленно потягивая вино и словно боясь начинать старый разговор. Наконец Джоль Турбор, глядя одним глазом в глубины красного напитка, скорее пробормотал, чем внятно произнес:
— Ну, Хомир, я вижу, вы стали теперь человеком дела. У вас все отлично получилось.
— У меня? — Мунн громко и радостно рассмеялся. Уже много месяцев он почему-то совсем не заикался. — Я тут совершенно ни при чем. Это все Аркадия. Кстати, Дарелл, как она? Я слышал, она возвращается с Трантора.
— Верно, — спокойно ответил Дарелл. — Ее звездолет прибудет в конце недели.
— Значит, все действительно окончено, — сказал Турбор. — Кто бы мог предсказать такое десять месяцев назад? Мунн слетал на Калган и благополучно вернулся, Аркадия побывала на Калгане и Транторе и тоже возвращается. Мы ввязались в войну и выиграли ее, клянусь Космосом! Говорят, что всю историю можно предсказать, но в такой сумятице как-то трудно в это поверить.
— Чушь, — сказал Антор ледяным тоном. — Что вы так радуетесь, собственно говоря? Словно действительно выиграли войну, хотя на самом деле мы ничего не выиграли, лишь отвлекались от нашего настоящего врага.
Наступило неловкое молчание, и только слабая улыбка Мунна не вписывалась в общее настроение. Вдруг Антор яростно ударил по подлокотнику кресла.
— Да, я говорю о Втором Основании! Мы о нем даже не упоминаем и, мне кажется, пытаемся вообще забыть о его существовании. Неужели вам так нравится эта атмосфера победы, которой наслаждаются тупицы, что вы даже считаете нужным участвовать в празднествах? Тогда включайте музыку, хлопайте друг друга по спинам, открывайте окна и бросайте туда конфетти. Делайте что угодно, только перебеситесь наконец. А когда перебеситесь, возвращайтесь, и мы обсудим проблему, стоявшую перед нами десять месяцев назад, когда вы сидели и тряслись от страха непонятно перед чем. Та же проблема перед нами и сейчас. Вы считаете, что теперь, когда победили несколько жалких звездолетов, Второго Основания можно не бояться?
Молодой человек замолчал. Все заметили, как раскраснелось его лицо и участилось дыхание.
— А теперь не послушаете ли вы меня, Антор? Или вам и дальше хочется играть роль злобного конспиратора?
— Говори, Хомир, — сказал Дарелл. — Но только избавь нас от витиеватости твоего языка. Вообще-то речь у тебя, конечно, литературная, но в данную минуту может показаться довольно утомительной.
Хомир Мунн откинулся в кресле и осторожно наполнил свой стакан из стоящего рядом графина.
— Меня послали на Калган, — начал он, — выяснить все, что можно, из записей, хранящихся во дворце Мула. Я провел за этой работой несколько месяцев. Не жду похвал за свой труд. Как я уже сказал, только благодаря изобретательности Аркадии мне удалось попасть во дворец. Тем не менее факт остается фактом: именно мое знание жизни Мула и его эпохи позволило собрать доказательства, чего не смог бы сделать на моем месте никто другой. Следовательно, я нахожусь в особом положении и в состоянии оценить опасность со стороны Второго Основания лучше, чем наш молодой и вспыльчивый друг.
— И как вы оцениваете эту опасность? — вызывающе спросил Антор.
— Ноль.
Последовало непродолжительное молчание, затем Эльветт Семмик спросил недоверчиво и изумленно:
— Вы хотите сказать, что опасности никакой нет?
— Конечно! Друзья мои, Второго Основания вообще не существует!
Антор опустил веки и откинулся в кресло. На его лице не отразилось ничего. Мунн, находясь в центре внимания и получая от этого удовольствие, продолжал:
— Более того, его никогда и не было.
— С какой стати ты делаешь такие выводы? — спросил Дарелл.
— Я отрицаю существование этого сверхъестественного Второго Основания. Вы все знаете историю поисков Мула. Но что можно сказать об интенсивности этих поисков? В его распоряжении были грандиозные возможности, но он их не использовал. Мул был целеустремленным человеком, но тем не менее ничего не добился — Второе Основание так и не обнаружено.
— Было бы смешно, если бы его нашли, — нервно прокомментировал Турбор. — У него достаточно возможностей для того, чтобы оградить себя от любопытных умов.
— Даже если такой любопытный ум находится в черепе Мула-мутанта? Не думаю. Но подождите, не могу же я пересказать вам пятьдесят томов отчетов за пять минут! Все эти материалы по условиям мирного договора станут частью Исторического Музея имени Сэлдона, и у вас будет время провести на досуге такой же анализ, какой я сделал за эти месяцы. Выводы Мула там ясно изложены, и я уже сказал, в чем они заключаются: нет и никогда не было никакого Второго Основания.
— Но что же тогда остановило Мула? — вмешался Семмик.
— Великая Галактика, а как вы думаете? Да смерть — так же, как она остановит всех нас. Самое великое суеверие века заключается в том, что Мула якобы остановили загадочные личности, более могущественные, чем он сам. Это результат того, что на одни вещи смотрят под разными углами.
— По-моему, нет такого человека в Галактике, который не знает, что Мул был мутантом как в физическом отношении, так и в ментальном. Он умер в сорок лет, потому что состояние его организма не позволило ему прожить больше. За несколько лет до своей смерти Мул был уже инвалидом. Находясь даже в полном здравии, он чувствовал себя так, как чувствует нормальный человек, испытывающий недомогание. Вот так. Мул победил всю Галактику, но пришло его время — и он умер. Удивительно еще, что он вообще так долго прожил и добился таких успехов. Друзья мои, все это написано черным по белому самым разборчивым шрифтом. Наберитесь терпения, и вы сами взглянете на вещи под совершенно другим углом.
Дарелл задумчиво произнес:
— Ну что ж, давайте попробуем сделать так, как ты хочешь, Мунн. Это будет интересно, даже если окажется безрезультатным. А как насчет тех людей, в чей мозг осуществлялось вмешательство и записи моделей мозга которых привез Антор в прошлом году? Помоги нам взглянуть и на это под другим углом.
— Пожалуйста. Сколько лет науке энцефалографического анализа? Или, говоря другими словами, насколько глубоко изучен мозг?
— Мы в самом начале пути, — согласился Дарелл.
— Вот именно! Тогда как мы можем быть уверенными в правильности интерпретации того, что вы называете Плато Вмешательства? У вас есть свои теории, но можете ли вы не сомневаться в их правильности? Достаточно ли вы убеждены, чтобы утверждать, что существует некая могущественная сила, реальность которой отрицают все другие источники? Всегда и все наиболее просто было объяснять вмешательством неких сверхъестественных сил. Что ж, это в высшей степени присуще человеку. В истории Галактики были случаи, когда жители изолированной планетной системы возвращались к дикому образу жизни. И что мы тогда видели? В каждом случае люди отождествляли природные явления — штормы, ураганы, эпидемии чумы — с существами божественными, более могущественными, чем человек. Насколько я понимаю, это называется антропоморфизмом, и в нашем случае мы так же невежественны, как и те дикари. Плохо разбираясь в ментальной науке, мы сваливаем все свои несчастья на сверхсилы, в данном случае — на Второе Основание, о существовании которого Сэлдон лишь намекал.
— О, значит, вы все же вспомнили Сэлдона, — прервал это Антор. — А Сэлдон говорил, что Второе Основание существует. Взгляните-ка на это с другой точки зрения.
— А вы знаете, какую цель преследовал при этом Сэлдон? Какую необходимость диктовали его вычисления? Второе Основание могло быть выдумано для достижения определенных целей. Например, как нам удалось победить Калган? Что вы писали о последней неделе военных действий, Турбор?
Турбор поерзал в кресле.
— Понимаю, к чему вы клоните. Я находился на Калгане до последнего дня войны, и было очевидно, что настроения на планете — хуже некуда. Я просмотрел все их газеты… Калгиане практически с самого начала были уверены, что проиграют. Действительно, их совершенно выбивала из колеи мысль о том, что рано или поздно Второе Основание протянет руку помощи Первому.
— Вот именно, — подтвердил Мунн. — Я был там на протяжении всей войны и когда сказал Сеттину, что Второго Основания не существует, он мне поверил и почувствовал себя в безопасности. Но невозможно заставить весь народ вдруг поверить в это, когда всю жизнь он верил в обратное. Так что в результате этот миф сослужил нам службу в шахматной партии Хари Сэлдона.
Вдруг Антор широко раскрыл глаза и уставился на разглагольствующего Мунна.
— А я говорю, что вы лжете!
Хомир побелел, как полотно.
— Не считаю нужным отвечать на подобные заявления.
— Я нисколько не желаю оскорбить вас. Просто вы можете лгать и не понимать, что лжете. Но в любом случае это так!
Семмик положил свою сухую руку на плечо молодого человека.
— Переведи-ка дух, парень.
Антор не слишком деликатно стряхнул его руку и продолжил:
— Я уже потерял с вами всякое терпение. Я видел этого человека лишь несколько раз, но тем не менее нахожу, что он невероятно изменился. Вы все знаете его уже многие годы, однако не обращаете никакого внимания на происшедшие в нем перемены. С ума можно сойти! Вы считаете, что человек, которого вы так внимательно слушаете, — Хомир Мунн?
Наступило шоковое молчание, затем Мунн возмущенно завопил:
— Вы хотите сказать, что я самозванец?
— Возможно, не в привычном смысле слова, — Антор предельно повысил голос, перекрывая поднявшийся шум, — но все-таки самозванец. Да замолчите наконец! Я требую, чтобы меня выслушали!
Молодой человек свирепо нахмурился, и шум постепенно затих.
— Помнит ли кто-нибудь из вас Хомира Мунна таким, каким помню его я, — неуклюжим библиотекарем, который не мог говорить без смущения, человеком нервным и заикающимся в минуты сомнений? Скажите, этот человек хоть чем-то похож на того? Он говорит свободно, уверен в себе, напичкан всякими теориями и, клянусь Космосом, не заикается! Разве перед нами тот самый человек?
Мунн выглядел смущенным. Антор продолжал:
— В общем, давайте проверим его.
— Как? — спросил Дарелл.
— И вы еще спрашиваете, как? Есть только один метод. У вас ведь сохранилась его энцефалограмма десятимесячной давности? Сделаем еще одну и сравним.
Антор показал пальцем на нахмурившегося библиотекаря и многозначительно произнес:
— Пусть только он осмелится отказаться от анализа.
— Я не возражаю, — защищаясь, ответил Мунн. — Но я такой же, как и раньше.
— Откуда вам это знать! — презрительно бросил Антор. — Я предлагаю пойти дальше. Пусть каждый подвергнется новому анализу. Была война. Мунн был на Калгане. Турбор путешествовал по всему театру военных действий, Дарелл и Семмик тоже отсутствовали… Только я был в уединении и безопасности, поэтому не доверяю ни одному из вас. Но чтобы все было честно, я согласен тоже подвергнуться анализу. Ну, так как, согласны? Или мне уйти прямо сейчас и продолжить это дело одному?
Турбор пожал плечами:
— Не возражаю.
— Я уже сказал, что согласен, — откликнулся Мунн.
Семмик махнул рукой, мол, согласен, и Антор стал ждать ответа Дарелла.
Наконец Дарелл кивнул головой в знак согласия.
— Обследуйте первым меня, — предложил Антор.

 

В то время как молодой нейролог сидел с закрытыми глазами в кресле, иглы вычерчивали свои кривые. Дарелл достал из картотеки старые энцефалограммы Антора и показал их ему.
— Это ваша подпись, не так ли?
— Да, это моя энцефалограмма. Сравните.
Сканнер совместил на экране старую и новую записи. Все шесть кривых наложились одна на другую, и в полной темноте прозвучал голос Мунна:
— Ну-ка, посмотрите, вот здесь не совпадает.
— Первичные волны фронтальной части полушарий? Это ничего не значит, Хомир. Дополнительные пики, которые ты показываешь, означают всего лишь злобу. Важны же другие кривые.
Он нажал кнопку, и кривые полностью совместились. Только пульсация указывала на то, что кривая на экране — двойная.
— Удовлетворены? — спросил Антор.
Дарелл кивнул и занял место в кресле. За ним последовали Семмик и Турбор. В полном молчании были произведены сравнения их записей со старыми.
Последним в кресле оказался Мунн. На мгновение он заколебался, затем с отчаянием произнес:
— Но только учтите, что я последний и очень волнуюсь. Надеюсь, мне будет сделана скидка.
— Будет, будет, — заверил его Дарелл. — Ни одна из твоих эмоций не отразится нигде, кроме первичных волн, а это самое главное.
Воцарилось молчание. Казалось, что время замедлило свой ход. Затем, сделав в темноте сравнение, Антор хрипло произнес:
— Ну, конечно, все это только от недостатка знаний. Не так ли он говорил? Нет никакого вмешательства в мозг, все это глупый антропоморфизм… Нет, вы только посмотрите! Не иначе как совпадение.
— Что случилось?! — взвизгнул Мунн.
Рука Дарелла крепко держала библиотекаря за плечо.
— Спокойно, Мунн. В твой мозг произошло вмешательство. Они тебя поднастроили.
Зажегся свет, и Мунн посмотрел вокруг невидящими жалкими глазами.
— Но ведь это несерьезно, а? Вы что, нарочно? Вы меня разыгрываете?
Но Дарелл только покачал головой в ответ.
— Нет, Хомир, это правда.
Глаза библиотекаря вдруг наполнились слезами.
— Но ведь я не чувствую никакой разницы. Не может быть! — и он уверенно добавил: — Вы все сговорились! Это заговор!
Дарелл попытался было положить ему на плечо руку, но Мунн свирепо отбросил ее в сторону и закричал:
— Вы хотите убить меня! Клянусь Космосом, вы сговорились, чтобы убить меня!
Одним прыжком Антор подлетел к библиотекарю, раздался глухой удар — и Мунн обмяк в своем кресле.
Весь дрожа, Антор заявил:
— Нам лучше связать его и сунуть кляп в рот, а позже можно будет подумать, что с ним делать, — он отбросил назад свои длинные волосы.
— Как вы догадались, что с ним что-то не в порядке? — спросил Турбор.
Антор повернулся и с иронией посмотрел на него.
— А это было нетрудно. Видите ли, я знаю, где находится Второе Основание.
Если поразительные заявления следуют одно за другим, они теряют свою остроту. Семмик очень осторожно спросил:
— Вы в этом уверены? Я хочу сказать, что мы только что выслушали доклад Мунна на эту тему.
— Это не совсем одно и то же, — ответил Антор. — В тот день, когда началась война, Дарелл, я говорил с вами вполне серьезно, пытаясь заставить вас покинуть Терминус. Еще тогда я сообщил бы вам то, что собираюсь сказать сейчас, если бы мог доверять полностью.
— Вы намекаете на то, что знали ответ еще полгода назад? — Дарелл улыбнулся.
— Я знал его с того самого момента, как Аркадия улетела на Трантор.
Дарелл сосредоточенно уставился на свои ботинки.
— При чем здесь Аркадия? К чему вы клоните?
— Абсолютно ни к чему. Аркадия направляется на Калган и убегает в самый центр Галактики, вместо того чтобы вернуться домой. Лейтенант Диридж, наш лучший агент на Калгане, оказывается под влиянием Второго Основания. Хомир Мунн отправляется на Калган и тоже попадает там под контроль. Мул завоевывает Галактику, но, как ни странно, делает своей столицей Калган, что заставляет задуматься, а был ли он действительно завоевателем или просто оружием в чужих руках? Куда ни посмотри, всюду натыкаешься на Калган. Этот мир каким-то чудом пережил все войны генералов и наместников за последние сто лет и остался нетронутым.
— Какие же вы делаете выводы?
— Да они налицо, — глаза Антора горели. — Второе Основание находится на Калгане.
Турбор прервал его:
— Я был на Калгане, Антор. На прошлой неделе. Если там и есть какое-то Основание, то я ненормальный. Хотя я все же думаю, что ненормальный в данном случае вы.
Молодой человек с яростью набросился на собеседника.
— Тогда вы просто толстый дурак! Что такое, по-вашему, Второе Основание? Грамматическая школа? Вы что, хотели, чтобы слова «Второе Основание» были написаны огромными зелеными и пурпурными буквами на космических маршрутах? Послушайте, Турбор, кем бы они ни были, они образуют тесную олигархию, и на своей планете спрятаны лучше, чем сама эта планета в Галактике.
Лицо Турбора стало напряженным.
— Мне не нравится ваш тон, Антор.
— О, как это меня удручает! — прозвучал саркастический ответ. — Оглянитесь вокруг! Терминус в самом центре Основания, так усердно занимающегося физическими науками, а, скажите, как много на нем ученых? Вы можете быть оператором на Передающей Энергостанции? Что вы знаете о Гиператомном Двигателе, а? Настоящие ученые на Терминусе — даже на Терминусе — составляют не более одного процента от всего населения планеты! А что тогда говорить о Втором Основании, где все держится в тайне? У них должно быть еще меньше ученых, и они должны быть еще лучше спрятаны от чужого глаза.
— Скажите, — осторожно начал Семмик. — Мы только что победили Калган…
— Конечно, мы победили, победили! — с той же иронией подтвердил Антор.
— Да, и мы празднуем эту победу. В городах все еще сверкает иллюминация, горят фейерверки, дикторы телевидения громогласно славят героев. Но сейчас, когда вновь встает вопрос о Втором Основании, где мы будем искать его в последнюю очередь? Правильно, на Калгане! Мы ведь, в принципе, не причинили никакого вреда, не нанесли никакого урона. Так, уничтожили несколько звездолетов, убили несколько человек, раскололи их империю, захватили кое-какие коммерческие и экономические объекты, но все это ничего не значит. Держу пари, ни один человек из правящего на Калгане класса не ощущает каких-либо неудобств. Наоборот, теперь они ограждены от ненужного любопытства. Что вы на это скажете, доктор Дарелл?
Дарелл пожал плечами.
— Я пытаюсь сопоставить ваши слова с сообщением, которое несколько месяцев назад получил от Аркадии.
— О, с сообщением? И каким же?
— Я не совсем уверен… Четыре коротеньких слова, но очень интересных.
— Послушайте, — вмешался явно обеспокоенный Семмик. — Я чего-то не понимаю.
— А именно?
Семмик осторожно подбирал каждое слово, приподнимая верхнюю губу, словно пробуя его вначале:
— Хомир Мунн только что сказал, будто Хари Сэлдон блефовал, упоминая о существовании Второго Основания. Вы же сейчас утверждаете, что это не так и Сэлдон говорил правду, верно?
— Да. Он не блефовал. Сэлдон сказал, что создал Второе Основание, и это соответствует истине.
— Прекрасно, но ведь он говорил еще, что оба Основания расположены на противоположных концах Галактики. Так что, молодой человек, может быть, это действительно блеф, ибо, как мы все прекрасно знаем, Калган находится отнюдь не на противоположном конце Галактики.
Антор выглядел раздраженным.
— Это все мелочи. Как раз это он мог и выдумать, чтобы получше замаскировать их. Да и в конце концов, подумайте сами, какой смысл повелителям умов обитать на другом конце Галактики? Ведь в чем заключается их задача? Реализовать План! Кто основные исполнители этого Плана? Мы — Первое Основание. Тогда откуда им легче всего наблюдать за нами и добиваться своих целей? С противоположного конца Галактики? Смешно! Они в пятидесяти парсеках отсюда, что представляется более логичным.
— Мне нравится этот аргумент, — сказал Дарелл. — В нем есть свой смысл. Послушайте, Мунн давно пришел в себя, и я предлагаю освободить его. Он не причинит нам никакого вреда.
Антор был недоволен, но Хомир отчаянно кивал головой. Через пять минут освобожденный уже растирал кисти рук.
— Как ты себя чувствуешь? — спросил Дарелл.
— Ужасно, — хрипло ответил Мунн. — Но это неважно. Я только хочу задать один вопрос этому ослепительному молодому человеку. Я слышал, что он сказал, и мне интересно, как он собирается действовать дальше?
Наступило молчание. Мунн горько улыбнулся.
— Ну, допустим, Второе Основание действительно на Калгане. Как вы собираетесь искать его людей? Как их обезвредить?
— Ах, — вмешался Дарелл, — как ни странно, но на этот вопрос могу ответить я. Рассказать вам, чем мы с Семмиком занимались последние полгода? Это отчасти объяснит вам, Антор, почему я все это время не покидал Основания.
Во-первых, я работал над проблемой энцефалографического анализа, и куда более настойчиво, чем вы можете предположить. Засечь мозг человека Второго Основания потруднее, чем просто обнаружить Плато Вмешательства. Я не могу утверждать, что добился полного успеха, но все-таки.
Знает ли хоть кто-нибудь из вас природу эмоционального контроля? Эта тема приобрела популярность среди писателей научной фантастики еще во времена Мула, и об этом с тех пор было написано много всякой чепухи. В основном о подобных способностях говорили как о мистических и оккультных, что, безусловно, не соответствует истине. Мозг является источником миллиардов электромагнитных колебаний — это знает каждый. Малейшая эмоция изменяет сложнейший рисунок полей, и это тоже общеизвестно.
Сейчас же возможным оказалось создать мозг, который чувствует эти изменения и даже резонирует с ними. Точнее, эту задачу выполняет особый орган мозжечка, реагирующий на колебания поля, которые только может обнаружить. Как это происходит, я не имею понятия, но это и не главное. Если бы я был, например, слепым, то мог бы объяснить, какое значение имеет для зрения энергия фотонов и квантов. Мне было бы вполне понятно, что поглощение этой энергии способно вызвать химические изменения в каком-либо органе тела, и таким образом поток света удалось бы зарегистрировать. Но это совсем не значит, что я смог бы различать цвета. Вы следите за ходом моей мысли?
Последовал уверенный кивок головой Антора и не совсем уверенные остальных.
— Такой гипотетический резонирующий орган мозга, настраиваясь на поля другого мозга, может выполнять функцию, известную как чтение эмоций или даже чтение мыслей. Из всего сказанного мной нетрудно понять, что существует иной, подобный орган, который способен изменять другой мозг, настраивая его так, как ему нужно. Своим сильным полем он может ориентировать более слабое — как сильный магнит ориентирует диполи в куске стали — и оставлять его «намагниченным» навсегда.
Я решил математические уравнения Второго Основания и вывел функцию, которая поможет в расчете необходимой комбинации нейронных связей, комбинации, допускающей образование только что описанного мною органа. Но, к сожалению, функция эта слишком сложна, чтобы ее можно было решить известными мне математическими средствами. Это очень плохо, ибо означает, что мне никогда не удастся выявить такой мозг посредством одного лишь энцефалографического анализа.
Но я сумел сделать еще кое-что. С помощью Семмика я изобрел то, что назвал бы Ментальным Статическим Устройством. Современная наука вполне может создать источник энергии, который в состоянии воспроизводить энцефалографическую модель электромагнитного поля. Более того, можно сделать так, чтобы он создавал определенный шум, влияющий на деятельность органа, о котором идет речь, или статическое поле, защищающее другой мозг, с которым этот орган будет контактировать. Вы еще улавливаете мою мысль?
Семмик ухмыльнулся. Он помогал Дареллу вслепую, но догадывался, о чем идет речь, и его догадка оказалась верной. У старика еще были в запасе один-два трюка…
— По-моему, я понимаю, — сказал Антор.
— Устройство это, — продолжал Дарелл, — очень просто в изготовлении, а в моем распоряжении были все ресурсы Основания, так как я возглавлял оборонный научно-исследовательский институт. Так что сейчас дом мэра и служебные помещения окружены Ментальным Статическим Полем. Это же касается и большинства наших заводов. И нашего дома тоже. В результате любое место, какое мы только пожелаем, можно защитить от влияния Второго Основания или от будущего Мула. Это все, что я хотел вам сказать, — доктор развел руками.
Турбор, казалось, был поражен.
— Значит, все в порядке? Великий Сэлдон, все в порядке?
— Ну, не совсем, — ответил Дарелл.
— То есть как это не совсем? Что же еще?
— Да ведь мы так и не обнаружили, где находится Второе Основание!
— Что?! — заревел Антор. — Вы хотите сказать…
— Да, Калган — это не Второе Основание.
— Откуда вы знаете?
— Ну, все совсем просто, — спокойно ответил Дарелл. — Видите ли, я точно знаю, где находится Второе Основание.
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий