Второе Основание

12. Призрачный мир

Трантор был миром обломков старого и зачатков нового.
Ушли времена, когда невидимые нити управления тянулись от его металлической рубашки ко всем звездам Галактики Столетия назад все было кончено, и величие Трантора кануло в Лету.
Выжившие после всех катастроф и войн люди позабыли бы совсем о величественном и грандиозном прошлом своей планеты, если бы не огромные металлические конструкции, в гордом молчании уносящиеся в небо.
Аркадия смотрела на металлическую панораму горизонта с болью в сердце. Деревня, в которой жили Палверы, казалась ей скопищем домиков, маленьких и примитивных. Поля, окружавшие селение, колыхались золотым морем пшеницы, но дальше, у горизонта, все еще жило то, что пока еще можно было назвать памятью прошлого, и солнце горело огнем, отражаясь в металлических небоскребах.
Аркадия побывала там однажды, живя на Транторе уже три месяца. Взобравшись на гладкий сплошной тротуар, она проникла в молчаливые, запыленные помещения. Сквозь пробоины и поломанные окна пробивался солнечный свет. От одного вида подобного разрушения болело сердце. Это было святотатством.
Аркадия побежала, не останавливаясь ни на секунду, и перевела дух, лишь когда ноги ее вновь коснулись земли.
С тех пор она смотрела на здания лишь издалека, не смея вновь нарушить их уединение. Аркадия знала, что где-то на этой планете, рядом с местом ее рождения, располагалась старая Имперская Библиотека. Это был, по сути дела, Трантор в Транторе, святая святых, самое священное место на свете. Только это здание по всей планете пережило ужасы времен великого Сакса и на протяжении веков являлось неприкосновенным хранилищем знаний всей Галактики.
Там Хари Сэлдон и его группа соткали немыслимую по своей сложности сеть, там Эблинг Мис раскрыл секрет Второго Основания и долго сидел в немом изумлении, а затем был убит, чтобы тайна осталась тайной.
Здесь, в Имперской Библиотеке, бабушка и дедушка Дарелл жили на протяжении десяти лет, затем умер Мул, и они смогли вернуться на освобожденное Основание. Сюда, в Имперскую Библиотеку, вернулся и отец Аркадии в поисках Второго Основания. Но у него ничего не получилось. Здесь маленькая Дарелл родилась, и здесь же умерла ее мать.
Аркадия хотела побывать в Библиотеке, но Прим Палвер покачал головой:
— Она в тысячах миль отсюда, а у нас много дел. Кроме того, не стоит ничего там тревожить, ты же знаешь — это святыня.
Но девочка понимала, что он не хочет посетить Библиотеку по той же причине, по которой жители Калгана обходили стороной дворец Мула: суеверный страх сковывал пигмеев настоящего перед реликвиями великого прошлого.
Впрочем, не стоило обижаться за это на смешного маленького человечка. Аркадия была на Транторе уже три месяца, и все это время папочка и мамочка относились к ней просто по-родственному. А что четырнадцатилетняя девочка могла дать взамен? Зачем вообще надо было вовлекать их во всеобщую катастрофу? Или, может быть, следовало предупредить их о том, что она — человек меченый и ее в любой момент могут уничтожить? Нет! Аркадия позволила взять этим людям на себя смертельно опасную роль ее защитников. В душе она ужасно корила себя за это, но, с другой стороны, был ли у нее иной выход?
Дарелл неохотно пошла на завтрак и услышала голоса.

 

Заткнув за воротник салфетку, Прим Палвер повертел толстой шеей, устраиваясь поудобнее, и с невообразимым чувством удовлетворения принялся за яйца всмятку.
— Вчера я был в городе, мать, — сказал он, набив рот так, что понять его было довольно трудно.
— И что же в городе? — безразличным тоном спросила мамочка, усаживаясь и опытным хозяйским глазом окидывая стол. Заметив, что не хватает соли, она снова встала.
— А, неважно. С Калгана прилетел звездолет с газетами. Там война.
— Война? Вот как! Ну и пусть ломают себе черепа, если в них ничего нет. Слушай, ты уже получил свой чек? Ты предупредил старого Кокера, что это единственный кооператив на свете? Смотри, отец. Мне и так стыдно говорить нашим друзьям, сколько тебе заплатили, но хоть чек-то можно выписать вовремя!
— Вовремя, не вовремя, — раздраженно ответил папочка. — Послушай, перестань пилить меня хоть за завтраком, а то кусок в горло не лезет, — и с этими словами он заполнил рот тостами с сыром. Вдруг, что-то вспомнив, папочка добавил более миролюбивым тоном:
— Война между Калганом и Основанием, и дерутся они уже два месяца, — он сцепил руки, насмешливо изобразив космическую битву.
— Гм-м-м, и каковы результаты?
— Плохи дела у Основания. Ну, ты ж сама видела Калган, там все солдаты. Они подготовились, а Основание нет, и — ба-бах!
Внезапно мамочка положила свою вилку и зашипела:
— Дурак!
— А?
— Тупица! Твой болтливый язык вечно несет, что не надо!
Она быстро мотнула головой, и, обернувшись, папочка увидел застывшую в дверях Аркадию.
— Основание воюет? — спросила она.
Папочка безнадежно посмотрел на мамочку и кивнул головой.
— И они проигрывают?
Вновь последовал кивок. Аркадия почувствовала, как что-то сдавило ей горло, и подошла к столу.
— Значит, все кончено, — прошептала она.
— Кончено? — переспросил папочка с фальшивым оптимизмом. — Кто сказал, что все кончено? На войне всякое случается и… и…
— Садись, моя дорогая, — успокаивающим тоном пригласила мамочка. — Не следует говорить перед завтраком. Пока ты голодна, считай, что нездорова.
Но Аркадия не обратила на нее никакого внимания.
— Значит, калгиане уже на Терминусе?
— Нет, — серьезно ответил папочка. — Новости, правда, недельной давности, но Терминус еще сражается. Это честно. И Основание еще сильно. Хочешь, я принесу тебе газеты?
— Да!
Аркадия прочитала их за завтраком, если то, что она съела, можно было таковым назвать, и глаза ее то и дело застилали слезы. Сатани и Корель завоеваны без боя. Эскадра звездолетов Основания загнана в ловушку возле Инфии и уничтожена почти до последнего корабля. Сейчас Основание вернулось к тому, с чего когда-то начинало, — к Четырем Королевствам, объединенным еще Сальвором Хардином, первым мэром. Но оно все еще сопротивлялось, и еще оставался шанс. Что бы ни случилось, Дарелл должна предупредить своего отца.
Она должна как-то сообщить ему!
Должна!
Но как? К тому же началась война. После завтрака Аркадия спросила папочку:
— Скоро вам поручат очередную миссию, мистер Палвер?
Папочка сидел в роскошном кресле на лужайке и принимал солнечные ванны. Большая сигара дымилась между его толстыми пальцами, и он походил на довольного жизнью пса.
— Миссию? — лениво переспросил Палвер. — Кто знает. Мой отпуск еще не кончился, и он мне нравится. Зачем говорить о новых миссиях? Тебе не сидится на месте, Аркадия?
— Мне? Что вы, мне здесь нравится. Вы и миссис Палвер очень добры ко мне.
Он отмахнулся.
— Я думаю о войне, — сказала Аркадия.
— Не надо о ней думать. Что ты можешь сделать? Если нельзя ничем помочь, то и не стоит мучиться.
— Но я думаю, что теперь Основание потеряло большую часть своих сельскохозяйственных миров. Наверное, продукты там выдают сейчас строго по карточкам.
Папочке стало как-то неуютно, и он заерзал в кресле.
— Не беспокойся, все будет в порядке.
Аркадия почти не слышала его.
— Я хотела бы передать им продуктов. Вы знаете, после того как Мул умер и Основание восстало, Терминус был некоторое время полностью изолирован, и Ган Притчер, наследник Мула, вел осаду. Продукты почти кончились, и отец со слов дедушки рассказывал, как люди питались сухими аминокислотными концентратами, просто ужасными на вкус. Одно яйцо стоило тогда двести кредиток. А затем они прорвали осаду, и с Сантани подоспели продуктовые звездолеты. Наверное, все это было страшно. Что и говорить, сейчас там происходит то же самое.
Наступило молчание, затем Аркадия заговорила снова:
— А знаете, могу поспорить, что Основание платит сейчас колоссальные деньги за продовольствие. Вдвойне, втройне и даже больше. Если бы какой-нибудь кооператив Трантора взялся за такую миссию, то, конечно, мог бы потерять несколько звездолетов, но зато все члены его стали бы миллионерами. В былые дни торговцы Основания постоянно так делали. Когда шла война, они рисковали и продавали воюющим сторонам все необходимое, зарабатывая по два миллиона кредиток за один только рейс. Представляете, два миллиона чистой прибыли! Больше товаров просто не помещалось в трюмах их кораблей.
Папочка зашевелился. Сигара продолжала гореть, но он не обращал на нее внимания.
— Продуктовая сделка, да? Гм. Но ведь Основание так далеко!
— О, я знаю! Думаю, что здесь у вас не получится ничего организовать. Если бы полетели на рейсовом звездолете, то, возможно, добрались бы до Массены или Смишека, а там всегда можно нанять маленький скутер, который проскочит через все осадные линии.
Прикидывая выгоду, папочка задумчиво перебирал пальцами волосы.
Через две недели все приготовления к путешествию были окончены. Все последнее время мамочка суетилась, крича сперва, что это просто самоубийство, потом настаивая на том, чтобы папочка взял ее с собой. При этом всякие возражения были бесполезны.
— Мать, ты ведешь себя как старая леди, — говорил ей папочка. — Я не могу взять тебя с собой, это не женское дело. Ты думаешь, война — это забава? Детские игры?
— Почему тогда летишь ты? Неужели считаешь себя мужчиной, старый дурошлеп? Да ты одной ногой в могиле! Пусть ним делом занимаются молодые, а не старые, толстые и лысые, как ты.
— Я не лысый, — с достоинством возразил папочка. — У меня еще много волос. И почему это я должен упускать свою выгоду? Почему это должно достаться молодому? Слушай, тут пахнет миллионами!
Мамочка знала это и потому сдалась.
Увидев Палвера перед отлетом, Аркадия спросила:
— Вы летите на Терминус?
— А что в этом такого? Ты сама говорила, что им нужны хлеб, рис и картофель. Вот и я заключу с ними контракт.
— Тогда… У меня к вам просьба. Если вы будете на Терминусе, не сможете ли вы навестить моего отца?
Лицо папочки покрылось морщинами и засияло от симпатии.
— Ох, старый я дурак, ждал, пока ты сама мне напомнишь. Ну, конечно, я навещу твоего отца и скажу, что ты в безопасности и что у тебя все в порядке. А когда война кончится, я привезу ему его дочь.
— Спасибо. Я скажу вам, где живет папа. Его зовут Торан Дарелл. Наш дом находится в Сентмарке. Это совсем рядом с Терминус-сити, и туда ходит рейсовый самолет. Адрес: пятьдесят пять, Чарнелл Драйв.
— Подожди, я запишу.
— Нет, нет! — Аркадия схватила его за руку. — Этого нельзя записывать, и вы должны найти наш дом без посторонней помощи.
Похоже было, что папочка удивился, но он только пожал плечами.
— Ну, хорошо. Значит, пятьдесят пять, Чарнелл Драйв в Сентмарке, рядом с Терминус-сити, и попасть туда можно на маленьком самолете, правильно?
— И еще одна деталь…
— Да?
— Вы передадите ему то, что я сейчас скажу?
— Ну, конечно!
— Я хочу сказать это на ухо.
Палвер наклонил к девочке слегка отвисшую щеку, и Аркадия тихо прошептала ему на ухо. Глаза папочки округлились.
— Ты хочешь, чтобы я передал это? Но это же бессмыслица!
— Он поймет. Просто передайте ему то, что я сказала, и именно этими словами. Не перепутайте и не забудьте.
— Да как я могу забыть всего четыре слова! Вот, слушай…
— Нет, нет! — Аркадия аж подпрыгнула на месте. — Не повторяйте! Никому и никогда не повторяйте этих слов. Забудьте о них, пока не встретите моего отца. Обещаете?
Папочка снова пожал плечами.
— Ладно, обещаю. Пока!
— Пока, — повторила Аркадия, глядя ему вслед.
Палвер шел к аэротакси, которое должно было отвезти его в космопорт, а девочка думала, не подписала ли своими словами ему смертный приговор. Увидит ли она его снова?
Аркадия едва осмелилась войти в дом и посмотреть в глаза доброй, хорошей мамочке.
Наверное, когда все кончится, ей лучше убить себя за то, что она сделала с этими людьми.
Назад: 11. Война
Дальше: 13. Конец войны
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий