Прелюдия к Основанию

Вия

ВИЯ – … сектор города-планеты Трантора…
В последние века Галактической Империи Вия была сильнейшей и стабильнейшей составной частью города. Ее правящая верхушка долго стремилась к императорскому трону, оправдывая это стремление собственным превосходством над прежними императорами. Во время правления Мэнниха IV Вия сильно милитаризовалась и (императорские власти инкриминировали ей это обстоятельство) планировала распространить свое влияние на всю планету…

Галактическая энциклопедия.

 

82

 

Вошедший мужчина оказался высоким и мускулистым. У него были длинные вьющиеся на концах усы. Лицо обрамляли светлые волосы, и только небольшой участок подбородка и нижняя губа были без растительности, и казались влажными. Волосы мужчины были так коротко подстрижены и так светлы, что перед воображением Селдона начали всплывать неприятные видения Майкогена. Незнакомец был в униформе, бело-красной, с широким поясом, украшенном серебряной пуговицей. Когда он заговорил, его басовитый раскатистый голос поразил Селдона, слышавшего разнообразную речь и всевозможные акценты. У незнакомца голос и акцент звучали как-то очень певуче, музыкально, очевидно, благодаря богатству низких тонов.
– Я – сержант Эммер Тайлус, – прогромыхал он, отдавая честь. – Я разыскиваю доктора Хари Селдона! Селдон ответил:
– Я перед вами. А в сторону Дорс пробормотал:
– Хьюммен не мог прийти сам, и послал вместо себя гору мускулов! Сержант оценил Селдона внимательным и долгим взглядом. Потом произнес:
– Да! Вам правильно описали меня. Прошу вас идти со мной, доктор Селдон.
– Показывайте дорогу, – с легким сердцем согласился Селдон.
– Сержант отступил назад, пропуская его. Селдон и Дорс направились к выходу. Сержант резко остановился, поднял могучую руку, останавливая Дорс.
– У меня инструкция доставить доктора Хари Селдона. Меня не инструктировали брать кого-нибудь еще. Какое-то время Селдон соображал. Потом его лицо приняло выражение крайнего удивления и, наконец, злости.
– Это невозможно! Вы не могли получить такого приказа, сержант. Доктор Дорс Венабили – мой ассистент и компаньон. Она должна отправиться вместе со мной!
– Это не входит в мои инструкции, доктор.
– Меня не интересуют данные вам инструкции, сержант Тайлус! Без нее я не сдвинусь с места!
– Более того, – с явным раздражением воскликнула Дорс. – Мои инструкции предписывают мне сопровождать доктора Селдона при любых обстоятельствах и защищать его постоянно! Вдали от него выполнить приказ не представляется возможным. Поэтому я следую за ним. Сержант был явно озадачен.
– Охранять вас, доктор Селдон, входит в мои инструкции. Если ваша не хочет идти добровольно, я отнесу вас на корабль. Постараюсь быть осторожным. Он протянул обе руки, словно пытаясь обхватить Селдона за талию. Селдон проворно отскочил. При этом он задел ребром ладони по вытянутой вперед правой руке воина, как раз в том месте, где мускулы были минимальны. Удар пришелся по кости. Сержант сделал глубокий вдох, казалось он едва сдержал себя от мощнейшего ответного удара, и приступил к новой попытке обхватить Селдона. Селдон вновь нанес удар ребром ладони, потом еще раз и еще… На этот раз гигант, преодолевая боль и опустив плечи, старался принять удары на широкие мышцы. Он продолжал наступать. Даван, следя за происходящим, оставался на месте. Райч прошмыгнул за спину великана. Дорс выхватила ножи.
– Сержант! – она говорила убедительно. – Повернитесь ко мне! Я хочу, чтобы вы поняли: вы можете, вынудить меня причинить вам боль в случае, если попытаетесь увести доктора Селдона против его воли! Сержант помолчал, спокойно глядя на зловещего вида лезвия, и снова повторил:
– Мне приказано доставить доктора Селдона живым и невредимым! Его правая рука с завидным проворством потянулась к кобуре с нейрохлыстом. Дорс стремительно подошла к воину. Все решили секунды. Рванувшись вперед, Райч толкнул сержанта сзади и выдернул оружие раньше его. Потом молниеносно отскочил и, держа обеими руками опасный предмет, выкрикнул:
– Руки вверх, сержант! Или ты напорешься на свою пушку! Сержант моргнул и нервная гримаса пробежала по его побагровевшему лицу. Он только на одно мгновение потерял самообладание.
– Брось это, сынок, – пробасил великан. – Ты не знаешь, как оно действует! Райч взвыл:
– Знаю, понял? Нажать вот сюда и он выстрелит. Вот только дернись, и я это сделаю! Сержант замер. Он прекрасно понимал, как опасно подобное оружиев руках возбужденного подростка. Селдон чувствовал себя не лучше:
– Осторожней, Райч, не стреляй. Убери палец с контакта!
– Пусть только дернется!
– Он не будет… Сержант, пожалуйста, не двигайтесь! Давайте разберемся. Вам приказали забрать меня отсюда, верно?
– Да, верно! – гигант ответил, не отрывая глаз от направленного в его сторону оружия в руках Райча (глаза мальчишки буквально впились в жертву).
– Вам не приказывали брать еще кого-нибудь. Так?
– Нет, доктор Селдон. Не приказывали, – спокойно ответил Тайлус. Казалось, что ничто, даже нейрохлыст, не может вывести его из равновесия. Это стало понятно всем.
– Прекрасно! Теперь послушайте меня. Приказывали ли вам не брать никого больше?
– Моя уже говорил…
– Нет, нет! Вы послушайте, сержант. Есть разница. Как вам приказали? Просто:
«забрать доктора Селдона!»? Или в приказе упоминался кто-нибудь еще, например: «забрать доктора Селдона и никого больше не брать!»? Сержант долго переваривал и потом повторил:
– Мне было приказано забрать вас, доктор Селдон!
– Другими словами, никто другой не упоминался, верно? Пауза. – Нет!
– Вам не приказывали забирать доктора Венабили, но и не приказывали не забирать.
Правильно? Пауза. – Да!
– Таким образом, по вашему усмотрению, вы можете ее либо взять, либо не взять.
Так? Длительная пауза. – Моя думает – да!
– Продолжим. Вы видите Райча, у него в руках парализующее оружие – ваше парализующее оружие, подчеркиваю! Мальчик очень нервничает…
– Понял?-выкрикнул Райч.
– Подожди, Райч! А вот – доктор Венабили с двумя ножами, которыми она прекрасно владеет. Наконец, я сам могу выбить вам адамово яблоко одним движением ладони, и вы будете всю жизнь говорить шепотом. А теперь подумайте, хотите ли вы взять с собой госпожу Дорс? Позволяет ли вам приказ? Наконец сержант, тоном побежденного, согласился:
– Моя возьмет с собой женщину!
– И мальчика Райча…
– И мальчика.
– Отлично! Дайте слово чести, что выполните обещание!
– Даю вам солдатское слово! – ответил воин.
– Хорошо! Райч, немедленно верни хлыст сержанту! Не заставляй меня ждать! Райч, скорчив недовольную и обиженную рожицу, взглянул на Дорс. Та, после недолгих колебаний, кивнула головой. Ее лицо мало чем отличалось от лица Райча. Райч протянул хлыст сержанту и прошипел:
– Они уже пометили меня, ты, большая… – его последние слова были неразборчивы.
– Дорс, теперь твоя очередь, спрячь ножи! Дорс тряхнула головой, но убрала свое оружие.
– Итак, сержант?! Воин поглядел на нейрохлыст, потом на Селдона.
– Вы благородный человек, доктор Селдон! Моя – держит слово! – и с завидной скоростью отправил хлыст в кобуру. Селдон обратился к Давану:
– Даван, я вас очень прошу забыть все, что вы здесь видели. Мы добровольно отправляемся в сопровождении сержанта Тайлуса. Передайте Юго, когда увидите его, что я не забыл своего обещания. При первой же возможности, я займусь его делом. Если мне удастся достичь чего-нибудь стоящего, я постараюсь помочь и вам, Даван! Итак, сержант, вперед!

 

83

 

– Ты раньше летал на ионолете, Райч? – спросил Селдон. Райч вжался в сидение и беззвучно мотнул головой. Он пожирал глазами раскинувшуюся под ними Внешнюю Окраину со смешанным чувством восторга и страха. И снова Селдона поразила мысль о том, что Трантор – это мир туннелей и экспрессов. Даже очень дальние путешествия большая часть населения предпочитает проделывать под поверхностью. Воздушные полеты для транторианца – непозволительная роскошь, что уж говорить о полете на подобном корабле! Как это удалось Хьюммену?! Селдон был поражен. Он взглянул вниз на возвышающиеся сферы, на зеленый ковер планеты (местами это были настоящие джунгли), на гладь океанов, проплывающих под кораблем, которая внезапно загоралась яркими, блестящими всполохами, стоило редкому солнечному лучу выглянуть из-за облаков. Спустя час Дорс, просматривавшая статью на историческую тему, неудовлетворенно отложила ее и произнесла:
– Хотела бы я знать, куда мы, летим?
– Если уж ты не знаешь – о чем говорить мне! Трантор ты знаешь лучше меня!
– Разумеется, но только изнутри… Внешняя Окраина для меня-белое пятно, – призналась Дорс.
– Не переживай! Хьюммен знает, что делает.
– Надеюсь! – едко согласилась Дорс. – Но почему ты решил, что ситуация, в которую мы попали, имеет отношение к Четтеру? Брови Селдона поползли вверх.
– Ты сейчас спросила, и я не знаю, что ответить. Я почему-то решил, что это его инициатива… Почему ты сомневаешься?
– Потому, что тот кто организовал все это, не позаботился о моем сопровождении тебя. Я не могу допустить даже мысль о том, что Хьюммен забыл о моем существовании. И еще потому, что он не явился сам, как тогда на Майкогене или в Стрилинге…
– Нельзя же все время рассчитывать на его появление. Он мог быть занят…
Скорее другое удивительно, что в предыдущих случаях он появлялся лично…
– Хорошо! Допустим, он не мог приехать сам! Но зачем же посылать за нами этот роскошный летающий дворец?! – она обвела взглядом корабль.
– Может быть, ему удалось раздобыть только такой… А может быть, он решил, что на таком судне нас не будут искать! Хорошо известный прием двойной конспирации…
– По-моему, слишком хорошо известный… А зачем, скажи, посылать за нами такого идиота?
– Сержант вовсе не идиот. Он просто вымуштрован действовать согласно приказу.
При хорошем инструктаже он был бы великолепен, согласись!
– В этом – ты весь, Хари! Мы возвращаемся в самое начало. Почему он не дал этому солдафону исчерпывающей инструкции? Ты допускаешь, что Четтер мог приказать ему вызволить тебя, ни словом не обмолвившись обо мне? Селдону нечего было возразить. Он молчал. Прошел еще час, и Дорс мрачно отметила:
– За бортом становится холоднее. Изменилась окраска ландшафта. Преобладают коричневые тона…
– О чем это свидетельствует?
– Дахл расположен в экваториальном поясе. Следовательно, мы приближаемся либо к северному, либо к южному полюсу. Мы уже летим около двух часов! Изрядное расстояние! В конце концов, они пересекли береговую линию моря и вокруг сфер, окруженных водой, явно просматривалась ледяная кромка. Потом, совершенно неожиданно, ионолет нырнул вниз. Райч испуганно вскрикнул:
– Мы сейчас разобьемся! Разлетимся вдребезги! Брюшной пресс Селдона напрягся. Он вцепился в поручни сидения. Дорс, сохраняла невозмутимое спокойствие. Она заметила:
– Наш пилот не проявляет признаков беспокойства. Скорее всего, нас примет туннель. Стоило ей произнести эти слова, как крылья корабля изогнулись назад, под корпус, и, подобно снаряду, ионолет влетел в отверстие. На считанные мгновения наступила полная темнота, а чуть позже в туннеле зажглось освещение.
– У меня нет уверенности в том, что пилот поинтересовался – свободен ли туннель, – пробормотал Селдон.
– А я уверена, что он абсолютно не сомневался в том, что проход свободен на протяжении нескольких километров, – возразила Дорс. – Наконец-то наше путешествие подошло к концу и мы узнаем-где находимся! Она сделала паузу и безрадостно добавила:
– Более того, я предвижу, что это знание нас не обрадует…

 

84

 

Ионолет стремительно вылетел из туннеля и приземлился на длинную взлетно-посадочную полосу с таким высоким навесом, уходящим прямо к своду сферы, каких Селдон не видел со времени пребывания в Императорском Секторе. Корабль тормозил в течение сравнительно непродолжительного, времени, но некоторые неприятные ощущения, связанные с перегрузкой, пассажиры все-таки испытали. У Райча перехватило дыхание. Его буквально выбросило из сидения, но Дорс протянула руку и придержала мальчика за плечо. Сержант Тайлус величаво и строго направился к выходу, открыл дверь пассажирского отсека и по очереди помог выйти всем троим. Селдон выходил последним. Он повернул голову к сержанту и поблагодарил его:
– Спасибо за полет. Это было восхитительно! Легкая улыбка пробежала по мужественному лицу воина, а его усы от удовольствия поползли вверх. Он поднял руку к козырьку шлема и признательно ответил:
– Моя еще раз благодарит, доктор! После этого они пересели на заднее сидение роскошного автомобиля. Сержант сел за руль, и машина удивительно легко тронулась с места. Они поехали по широкой улице с высокими, прекрасной архитектуры домами. Город был залит освещением. Как и в любом другом месте Трантора, издалека доносился гул монорельсовой дороги. Улицы заполняли толпы красиво одетых прохожих. Кругом была удивительная чистота… Любопытство Селдона разгорелось еще больше. Дорс же сидела с таким видом, будто ее худшие опасения подтвердились. Он наклонился к ней и спросил:
– Ты думаешь, мы вернулись в Императорский Сектор?
– Пожалуй, нет… В Императорском Секторе более напыщенная архитектура – стиль рококо, гораздо больше зелени.
– Где ж мы тогда, Дорс?
– Боюсь, нам не придется спрашивать, Хари… Переезд длился недолго. Машина вырулила к боковой стоянке перед очень красивым, отделанным розовым камнем, четырехэтажным зданием, фриз которого украшали изображения фантастических животных. Фасад сооружения производил сильное впечатление. Селдон отметил:
– Пожалуй, настоящее рококо! Дорс неопределенно пожала плечами. Райч присвистнул и восторженно ахнул.
– Эй! Вот это – да-а-а! Сержант Тайлус жестом дал понять Селдону, чтобы тот следовал за ним. Селдон же, отступил на шаг и, воспользовавшись тем же языком жестов, простер руки, ясно давая понять, что без Дорс и Райча он не пойдет. Сержант смутился. Он с глуповатым выражением остановился на пороге величественного розового подъезда. Его усы совсем поникли. Потом с решимостью в голосе заявил:
– Хорошо! Тогда все трое! Моя держит слово. Но мои обязательства не являются обязательствами для других, вы понимаете? Селдон поклонился.
– Я прекрасно вас понимаю. Вы можете нести ответственность только за свои обещания. От этих слов, сержант просветлел и хотел было выразить Селдону свою благодарность пожатием руки или еще как-то, но передумал. Он шагнул на нижнюю ступень лестницы, ведущей к таинственной двери. Элеватор пришел в движение. Селдон и Дорс, с трудом удерживая равновесие, последовали его примеру. Райч же, который еще мгновение назад смотрел на приспособление для подъема с непередаваемым изумлением, немного разбежался, запрыгнул на движущуюся лестницу, запустил обе руки в карманы и беззаботно засвистел. Открылась дверь, и навстречу путешественникам вышли две молодые особы. Они остановились с двух сторон распахнутого входа симметрично. Женщины были молоды и очень привлекательны. Их длинные до пят платья, плотно облегающие талию и распадающиеся у подола на хрустящие складки, при движении издавали легкий шелест. У той и другой были темные волосы, уложенные с обеих сторон головы в толстые, свернутые кольцами косы. (Селдон отметил про себя, что это выглядит, очень привлекательно, но удивился тому, сколько же времени нужно потратить на подобное сооружение каждое утро… Он не заметил на улицах женщин с подобными изысканными прическами). Женщины с любопытством и презрением разглядывали незнакомцев. Селдона это нисколько не удивило: после всего того, что им пришлось пережить за прошедшие сутки, и он, и Дорс выглядели так же нереспектабельно, как и Райч. Однако, обе женщины глубоко поклонились, сделали одновременно полоборота в сторону дверей и жестом пригласили гостей войти. Все это было проделано с поразительной синхронностью. (Наверное, они репетируют). Приглашение относилось ко всем троим. Они вошли в тщательно убранную комнату, изобилующую множеством украшений и декоративных предметов, назначения которых Селдон не мог понять. Пол был светлый, упругий и люминесцировал. С крайним смущением Селдон заметил, что их обувь оставляет на нем грязные следы. Потом открылась внутренняя дверь, и вошла еще одна женщина. Она была заметно старше первых двух. При ее появлении обе женщины медленно присели, скрестив ноги одновременно, как и у дверей. (Селдона поразило неудобство позы. Удержать равновесие в таком положении без тренировки – практически невозможно!). Селдон не знал, следует ли им совершать ритуальные приветствия. И если да – то как? Поэтому он просто склонил голову. Дорс стояла, надменно выпрямившись. Райч же глазел по сторонам с открытым ртом и, казалось, даже не заметил появления новой особы. Она была полная, но не толстая и хорошо сложена. Волосы незнакомки были уложены так же, как и у первых двух молодых женщин, а платье ни чем не отличалось от их, кроме более богатой вышивки. На вкус Селдона, даже немного вычурной. Без всякого сомнения, она была средних лет – в ее волосах проступала проседь, но мягкие ямочки на щеках придавали ей почти юношеский вид. Светло – карие глаза незнакомки искрились весельем и, в целом, она производила впечатление не пожилой а, скорее, по-матерински зрелой женщины. Женщина заговорила:
– Как вы себя чувствуете? Все вы? (Казалось, она нисколько не удивлена присутствием Дорс и Райча. Она непринужденно и легко поприветствовала всех троих одновременно).
– Я с нетерпением ждала встречи с вами. Ведь на Внешней Окраине в Стрилинге она почти состоялась. Вы – тот самый доктор Хари Селдон, которого я так давно разыскиваю. Вы, как я полагаю, – доктор Дорс Венабили. Мне доложили, что вы сопровождаете доктора Селдона. А вот молодого человека, боюсь, не знаю, но рада видеть и его. Не будем тратить время на разговоры. Уверена, что все вы устали и нуждаетесь, прежде всего, в отдыхе.
– И в ванной, мадам! – настойчиво добавила Дорс, – Каждому из нас придется тщательно вымыться!
– О, да! Конечно! – ответила женщина. – И непременно – переодеться, особенно молодому человеку. Она ласково взглянула на Райча, без тени презрения или осуждения. Потом спросила:
– Как вас зовут, молодой человек?
– Райч, – ответил мальчик неуверенно и смущенно. Потом наугад добавил:
– Миссис…
– Какое странное совпадение. – Ее глаза искрились. – Должно быть, это предзнаменование… Мое имя – Рашель. Разве не странно? Однако, вернемся… Я позабочусь о вас. Потом у нас будет достаточно времени для обеда и разговоров!
– Подождите, мадам, – остановила ее Дорс, – Могу я узнать – где мы находимся?
– На Вие, моя дорогая! И прошу вас, называйте меня Рашелью, по-дружески. Я не люблю формальностей.
– На Вие?! – Селдон был потрясен услышанным.
– Да, доктор Селдон. Мы ждали встречи с вами с того дня, когда состоялся ваш доклад на Симпозиуме, и очень рады встрече с вами!

 

85

 

Весь остаток дня ушел на то, чтобы умыться, привести себя в порядок, привыкнуть к новой одежде (атласной и свободной, как было принято на Вие) и немного поспать. Только в середине следующего вечера состоялся обещанный мадам Рашелью обед. Стол был большой (слишком большой, учитывая, что oн был накрыт на четверых: Хари Селдона, Дорс Венабили, Райча и Рашели). Стены и потолок подсвечивались, причем цвета менялись. Эффект радовал глаз, но не утомлял. Скатерть, которая таковой не являлась (Селдон никак не мог додуматься, что это было такое), искрилась. За столом прислуживало большое количество молчаливых людей, а когда приоткрывалась дверь, Селдон отчетливо видел вооруженную охрану. Комната напоминала бархатную перчатку, но стальной кулак был неподалеку… Рашель вела себя приветливо и радушно, но больше всех ей полюбился Райч. Она настояла, чтобы он сел радом с ней. Райч – вычищенный, отмытый и сияющий – совершенно преобразился: новая одежда, красиво уложенные вьющиеся кудри… Казалось, он сам так поражен произошедшей с ним перемене, что не может произнести ни слова, решив, что его грамматика не соответствует новой внешности. Он внимательно следил за движениями Дорс: как она берет столовые приборы, как ест, и прилежно пытался повторять за ней каждое движение. Еда была весьма вкусной, но острой настолько, что Селдон не всегда отличал одного блюдо от другого. Рашель буквально светилась от удовольствия и, широко улыбнувшись и сверкнув восхитительными белыми зубами, похвастала:
– Наверное, вы решили, что мы используем майкогенские добавки! Это не так. Все, что вы видите на столе, выращивается на Вие. На планете нет более независимого, полностью обеспечивающего себя сектора, чем наш. Нам приходится много трудиться, чтобы достичь такого уровня! Селдон почтительно склонил голову.
– Все, что нам предоставили ! – первоклассного качества! Мы очень признательны вам! Про себя он: подумал о том, что обед уступал майкогенским стандартам. Все чаще и чаще он чувствовал свое поражение или Хьюммена, сейчас он cчитал, что это равносильно. После всех приключений его заманили на Вию. Произошло именно то, чего опасался Хьюммен с тех самых пор – после инцидента на Внешней Окраине… Рашель вежливо извинилась:
– Надеюсь, гости простят мне любопытство, и на правах хозяйки я задам несколько вопросов? Я не ошибаюсь? Все вы не составляете одну семью? Хари и вы, Дорс – не муж и жена, а Райч – не ваш сын?
– Нас не связывает семейное родство, – подтвердил Селдон. – Райч родился на Транторе, я – на Геликоне, а Дорс – на Синне.
– Как же вы оказались вместе? Селдон постарался бегло и без подробностей все объяснить.
– Ничего романтического или исключительно важного в нашей встрече не было, – добавил он.
– Догадываюсь, что вы испытали некоторое затруднение, общаясь с моим личным охранником – сержантом Тайлусом! Особенно, когда он заявил, что обязан доставить только доктора Селдона?! Селдон искренне признался:
– Я очень привязался к Дорс и Райчу, и не хотел потерять их! Рашель улыбнулась:
– Я вижу, вы – сентиментальный человек!
– Да, я сентиментален и еще совершенно озадачен!
– Озадачены?
– Да, весьма! Позвольте и мне задать один вопрос?
– Разумеется, разумеется, дорогой Хари. Спрашивайте о чем угодно!
– При первой встрече вы сказали, что на Вие ждали моего появления со дня Симпозиума. С чем это связано!
– Уверена, что вы не так наивны, чтобы не понимать! Нас интересует психоистория…
– Это-то я понимаю! Но почему вы решили, что заполучив меня, вы получите и психоисторию?!
– Неужели вы настолько рассеянны, что не захватили ее с собой? – улыбнулась Рашель.
– Хуже, Рашель! У меня ее никогда и не было! На лице женщины проступили ямочки.
– Но ведь вы сами так объяснили во время доклада… Конечно, я ничего не поняла: я не математик, путаюсь в простых числах. Но в моем штате есть опытные специалисты, которые все объяснили.
– В таком случае, моя дорогая Рашель, вы слушали невнимательно. Скорее всего, они объяснили вам, что я доказал теоретическую возможность предсказания будущего и практическую несостоятельность этой науки!
– Трудно в это поверить. Хари! Уже на следующий день вас вызвали на аудиенцию к этому псевдоимператору Клеону!
– К псевдоимператору? – с иронией пробормотал Селдон.
– Безусловно! – Рашель ответила очень серьезно. – Псевдоимператор! У него нет законных прав на трон!
– Рашель, – Селдон попытался отмахнуться от ее реплики. – Клеону я сказал то же самое, слово в слово, и он отпустил меня! Рашель уже не улыбалась. В голосе женщины прозвучали холодные нотки.
– Разумеется, он отпустил вас точно так, как кошка, в сказках, выпускает мышь!
С тех пор он преследовал вас повсюду: в Стрилинге, на Майкогене, на Дахле. Он будет преследовать вас и впредь! Однако, оставим эту тему – она слишком серьезна. Давайте лучше отдыхать, наслаждаться музыкой. После ее слов зазвучала легкая инструментальная мелодия. Она склонилась к Райчу и нежно предложила:
– Мой мальчик, если тебе трудно, отложи вилку. Воспользуйся ложкой или рукой, я не буду сердиться! Райч с трудом проглотил пищу и благодарно откликнулся:
– Да, мэм! Дорс перехватила его взгляд и одними губами, беззвучно приказала:
– Вилка! Малыш остался с вилкой в руке. Потом Дорс обратилась к хозяйке:
– Музыка прелестная, мадам, – она упорно придерживалась строгого тона в обращении, – но мы не можем отвлекаться. У меня есть подозрения, что все преследования, с которыми мы столкнулись – организованы Сектором Вия! В противном случае, откуда у вас такая подробная информация о каждом нашем шаге? Рашель громко расхохоталась:
– О, да! У Вии везде свои глаза и уши, но мы не преследователи. Если бы мы были таковыми – вас бы уже давно поймали, как на Дахле. Вот там мы, действительно, преследовали вас. Когда же речь идет о тех парнях с ножами, или о вашей прежней хозяйке – можете не сомневаться – это Демерзел!
– Вы такого невысокого мнения о нем? – проворчала Дорс.
– Да! Вас это удивляет? Мы не раз одерживали верх над ним!
– Вы или Сектор?
– Сектор, разумеется. Но когда побеждает Вия – победителем называют меня.
– Как странно это слышать! – ответила Дорс. – На Транторе распространено мнение, что у Вии нет ничего общего ни с победами, ни с поражениями, ни с чем-либо другим в этом роде. На Вие есть один-единственный правитель, высшая власть Сектора – Мэр! Я уверена, что ни вы, ни кто-нибудь другой из жителей Вии не может сравниться с его могуществом. Рашель широко улыбнулась. Она помолчала, заботливо вытирая подбородок Райча, и произнесла:
– Когда вы говорите об авторитете и власти Мэра, вы, разумеется, правы!
Абсолютно правы! Но даже в этом случае, я имею право приписывать победы Вии – себе.
– Почему?! – спросил Селдон.
– А почему бы и нет? – ответила Рашель, когда прислуга начала убирать со стола. – Ведь именно я – Мэр Вии!

 

86

 

Первым опомнился Райч. Совершенно забыв о правилах хорошего тона и правильной речи, он покатился со смеху и захлебываясь, выпалил:
– Эй, леди, ты не можешь быть Мэром! Мэрами бывают только парни, поняла?! Рашель добродушно взглянула на мальчика и передразнив его речь, ответила:
– Эй, малыш! Иногда парни бывают мэрами, а иногда – дамы! Заруби это на своем носу, понл! Глаза Райча вылезли из орбит, он словно окаменел. Наконец, ему удалось выдавить:
– А ты не врешь, а?
– Честное слово, понл! – Рашель весело улыбалась. Селдон откашлялся и спросил Рашель:
– Откуда вы знаете эту манеру говорить? Рашель вскинула голову.
– Я научилась этому много лет назад и с тех пор не забыла. Однажды у меня был друг, очень хороший друг… Он был родом с Дахла… Я была еще очень молода, – женщина вздохнула. – Он, конечно, так не говорил, ведь он был очень образован.
Но иногда, ради шутки, учил меня. Мне страшно нравилось! Мир казался таким огромным. Это было удивительно! Но и… невозможно…, у моего отца созрел план. И вот сейчас, когда я увидела Райча – годы молодости всплыли из памяти.
У него похожая речь, такие же глаза, та же дерзость… Через шесть лет он станет грозой молодых женщин. Да, Райч?
– Не-а! Не знаю, леди – мэм!
– Я знаю! Ты станешь очень похож на моего… старого друга. И вот тогда мне будет лучше не видеть тебя. А сейчас обед окончен, и тебе пора отправляться в свою комнату, Райч. Можешь немного посмотреть головизор. Читать ты, наверное, не умеешь… Райч гордо заявил:
– Вот увидите, я скоро выучусь! Господин Селдон сказал, что скоро!
– Я в этом уверена! Появилась молодая женщина. Она подошла к Райчу. Селдон не заметил сигнала, по которому служанку вызвали. Райч начал упрашивать:
– А можно, я останусь с господином Селдоном и госпожой Венабили, ну пожалуйста…
– Ты увидишься с ними потом, – мягко возразила Рашель. – Мне нужно поговорить с господином и госпожей. Ты должен идти! Дорс прошипела приказ:
– Иди! И Райч, состроив недовольную рожицу, сполз со стула и уныло последовал за провожатой. После ухода Райча Рашель повернулась к Дорс и Селдону и объявила:
– Мальчик – в безопасности. Не беспокойтесь, с ним будут хорошо обращаться. Я – тоже в безопасности. Меня охраняют служанки, кроме того, за дверью – вооруженная охрана. Они придут по первому же зову! Я хочу, чтобы вы это поняли. Селдон спокойно объяснил:
– Мы не собираемся нападать на вас, Рашель! Или с этого момента следует обращаться: «Мадам Мэр»?
– Можно просто – Рашель. Я дала вам это понять потому, что наслышана о вашем искусстве владения ножами, которые мы изъяли из вашей комнаты. Мне бы не хотелось вынуждать вас демонстрировать свое мастерство… Хари нужен мне живым, невредимым и дружелюбным!
– Мы прекрасно понимаем, мадам Мэр, – Дорс давала понять, что на ее дружелюбие рассчитывать не приходится, – что правителем Вии сейчас, как и сорок лет назад, является Мэнних Четвертый из вашей династии; что он до сих пор жив, и сохраняет за собой все права. Тогда, позвольте узнать, кем являетесь вы?
– Именно тем, кем и представилась, Дорс. Мэнних IV – мой отец. Он, как вы верно заметили, жив и управляет Вией. В глазах Императора и всей Империи – он Мэр Сектора, но он устал от власти и пожелал, наконец, передать бразды правления в мои руки. Я с удовольствием приняла его волю. Мой отец – Мэр no закону и имени, я же – фактический Мэр. Именно благодаря мне Сектор стал хорошо вооруженным. Теперь с нами считаются. Селдон кивнул:
– Пусть все так, как вы говорите. Пусть даже Мэнних IV или Рашель I – неважно – первое лицо в вашем секторе. Я не вижу смысла удерживать меня на Вие! Я уже объяснял: у меня нет рабочей теории. Более того, я не уверен в том, что когда-либо смогу ее разработать. Император знает об этом. Я бесполезен как вам, так и ему!
– Как вы наивны! Знаете ли вы историю Империи? Селдон покачал головой.
– Относительно недавно я пожалел, что знаю слишком мало… Дорс сухо произнесла:
– Зато я хорошо знаю историю Империи. Доимперский период – моя специальность, мадам Мэр. Но какое это имеет значение – что мы знаем и чего не знаем?
– Если вы историк, то должны знать и о том, что династия с Вии – древнейшая и знаменитейшая, и уходит корнями к династии Дайсиан! Дорс возразила:
– Дайсиан правили пять тысячелетий назад. Число их потомков с тех пор составляет сто пятьдесят поколений. За это время половина всего населения Галактики может выводить свою генеалогию от этого рода, если учитывать все, самые невероятные, претензии!
– Наши генеалогические претензии, доктор Венабили, – первый раз в голосе Рашели прозвучали холодные и властные нотки. Глаза женщины блестели как стальной клинок, – не имеют ничего общего с этими возмутительными посягательствами. Они документально подтверждаются. Династия Вии правила на протяжении всех этих поколений, были прецеденты, когда члены нашего рода занимали императорский трон и правили Империей!
– Во всех исторических источниках, – возразила Дорс, – Вия упоминается как антиимператорская сила. И никогда не упоминается как проимператорская.
– Это зависит от того, кто пишет историю. В будущем – мы будем ее создавать.
Трон, который был нашим изначально – вернется к нам!
– Чтобы осуществить ваши планы – придется развязать гражданскую войну!
– Я не думаю, что риск так велик, – возразила Рашель. Она снова улыбалась. – Именно поэтому я очень рассчитываю на доктора Селдона. Он должен предупредить подобную катастрофу. Мой отец, Мэнних IV, всю свою жизнь отличался миролюбием.
Он всегда был лоялен ко всем властям, кто бы ни стоял во главе Империи. Он привел Вию к процветанию и могуществу, улучшил экономику всего Трантора и целиком Империи!
– Я никогда не слышала о том, что Империя так высоко оценивает его заслуги, – настаивала Дорс.
– А я в этом уверена, – спокойно возразила Рашель. – Императоры, занявшие дворец во время правления моего отца, известны как узурпаторы власти. Узурпаторы никогда не давали себе труда чтить чьи-либо заслуги. Тем не менее, отец придерживался миролюбивой политики. Разумеется, он занимался развитием и укреплением сил, способных обеспечить такую политику, ведущую к процветанию и стабильности Сектора. Имперские власти позволяли это потому, что предпочитали видеть в Вие миролюбивого, влиятельного и лояльного союзника!
– Разве вы лояльны? – уточнила Дорс.
– Мы лояльны по отношению к законному Императору, разумеется. Сейчас мы достигли такого могущества, что можем беспрепятственно сбросить нынешнее правительство. Гражданская война не успеет начаться – трон будет уже занят достойным Императором или Императрицей, если вам так больше нравится! И Трантор будет так же миролюбив, как и прежде!
– Могу я просветить вас? Как историк? – поинтересовалась Дорс.
– Я всегда готова выслушать чужое суждение, – она придвинулась к Дорс.
– Какими бы могущественными ни были секретные службы, каким бы хорошо натренированными и вооруженными ни были бы ваши войска – они не могут сравниться ни по численности, ни по военной мощи с армией двадцати пяти миллионов Миров!
– А теперь загибайте пальцы и посчитаем слабые стороны узурпаторов, доктор Венабили! Да, существует двадцать пять миллионов Миров, и Империя подавляет их. Силы Империи раздроблены и разбросаны по всей Галактике. Они полностью заняты наведением порядка в закрепленных за ними провинциях. Наши силы – все здесь, на Транторе, целиком! Мы можем действовать более согласованно и стремительно. Когда удаленные от Трантора генералы и адмиралы сообразят, что произошло – в них отпадет нужда!
– Но ведь последует ответный удар! Причем, удар сокрушительной силы!
– Вы уверены в этом, моя дорогая? Мы будем во Дворце. Трантор будет наш. Для чего же Императорским вооруженным силам предпринимать ответный удар? И по кому? По императорскому Дворцу?! Символу Империи? У них будет возможность распорядиться своими собственными провинциями!
– Вы именно этого хотите? – удивленно переспросил Селдон. – Я вас правильно понял? Вы не стремитесь к мировому господству?! Рашель твердо произнесла:
– Совершенно верно! Я буду править только Трантором и ближайшим космическим окружением: несколькими соседними планетарными системами. Моя цель – Трантор, а не Галактика.
– И вас это удовлетворит? – с нескрываемым удивлением переспросила Дорс.
– Разумеется! Почему бы нет? – Рашель искренне удивилась. Она потянулась вперед и, опершись обеими ладонями в стол, встала во весь рост. – Именно об этом мечтал все эти сорок лет мой отец. Он живет только потому, что его планы скоро осуществлятся. Мы не нуждаемся в миллионах Миров, далеких и ничего не значащих для нас. Это ослабило бы нас, вынудило разрывать наши военные силы.
Это привело бы к политическому хаосу. Мы погибнем под тяжестью бесчисленного числа проблем. Нам вполне достаточно нашей Галактики. У нас есть все необходимое для поддержания жизнедеятельности. Что же касается остальной части – пусть она распадается на осколки. У каждого претендующего на власть – будет свой кусок. Им не придется соперничать. Хватит всем!
– Они все равно будут соперничать, – парировала Дорс. – Никого из них не удовлетворит отдельная Провинция. Каждый начнет подозревать соседа в посягательстве на его участок. Все начнут вновь мечтать о Галактическом порядке, как о единственном гаранте безопасности. Это неизбежно, мадам Императрица-неизвестно-чего. Начнутся продолжительные войны, которые, в конечном счете, уничтожат Трантор и вас. Мир превратится в руины! Рашель презрительно ответила:
– Так может думать только человек, не видящий дальше своего носа и впитавший примитивные уроки истории!
– Что может быть поучительнее уроков истории? Как можно видеть дальше?
– Вие необходимо помочь разрешить все недоразумения, моя дорогая, – она вытянула руку и навела указательный палец на Селдона.
– Кто? Я?! – удивился Селдон. – Я уже говорил, что психоистория… Рашель прервала его:
– Не нужно повторять то, что мы уже слышали, дорогой доктор Селдон. Это не поможет двигаться дальше. Неужели вы полагаете, доктор Венабили, что мой отец никогда не задумывался над возможностью развязывания гражданской войны?
Неужели вы допускаете, что он не предпринимал отчаянных попыток предотвратить ее? Он постоянно готовился, особенно последние десять лет, к молниеносному захвату власти, в течение одного дня. Единственное, чего ему не хватало – это уверенности в победе.
– У вас не может быть никакой уверенности и сейчас, – продолжала настаивать Дорс.
– Она у нас есть! Теперь – есть. С того самого дня, когда мы услышали доклад доктора Селдона на Симпозиуме. Я сразу поняла – это именно то, что нам необходимо. Мой отец слишком стар, чтобы понять важность услышанного. После моих объяснений, однако, он передал власть мне. Таким образом, Хари, именно вам я обязана своим теперешним положением. И я не останусь в долгу перед вами, в будущем!
– И, все-таки, я не устану повторять, что…– начал с досадой Селдон.
– Неважно, что возможно сейчас, а что – нет! Важно другое – поверят ли люди в то, что должно быть сделано. Вам они поверят. Хари! Вы должны предсказать им, что Трантор может распоряжаться лишь собой, а провинции могут стать мирно сосуществующими Королевствами.
– Не располагая настоящей наукой, сделать такое предположение не представляется возможным! Я не хочу быть шарлатаном. Если подобные предсказания необходимы – сделайте их сами.
– Послушайте меня, Хари, мне не поверят. Они поверят только вам – великому математику. Почему вы отказываетесь сделать им одолжение?
– Случилось так, – пояснил Селдон, – что Император намеревался уже сделать меня гарантом своего благополучия и безопасности. Вы решили, наверное, что если я отказал ему, то соглашусь сделать это для вас? Рашель помолчала и когда она заговорила вновь, в ее голосе зазвучали просительные нотки.
– Хари, – обратилась она, – подумайте немного о разнице между мной и Клеоном. То, на чем настаивал Клеон – пропаганда с целью сохранения трона. Нет смысла тратить силы на такое ничтожество! Разве вы не знаете, что Империя угасает, она не протянет долго? Трантор медленно, но неуклонно приходит к разрушению из-за чрезмерно разросшейся администрации. Нас ждет гражданская война, что бы вы ни сделали для Клеона. Селдон согласился с Рашелью:
– Я уже слышал подобные утверждения. Возможно, они имеют под собой основания.
Но что же дальше?
– Вы должны содействовать раздроблению Трантора, но мирным путем! Помогите мне завладеть Трантором. Помогите учредить работоспособное, эффективно действующее правительство! Позвольте мне дать свободу Галактике. Пусть каждый из Миров развивается самостоятельно, согласно своей культуре и обычаям.
Галактика оживет, начнет работать. Возродится торговля, туризм. Установятся крепкие и надежные связи между Мирами, основанные на добром согласии, а не на подавлении. Да, я претендую на многое. Вот мои принципы: один Мир, а не миллионы Миров; мир, а не война; свобода, а не рабство. Взвесьте все сказанное и помогите мне! Селдон пытался противостоять.
– Откуда у вас уверенность в том, что Галактика поверит мне? Ведь меня никто не знает. Большая часть командиров будет удивлена словом «психоистория»!
– Сейчас – не поверят, это так! Но ведь я не прошу действовать сейчас. Род Вии, ждавший этого часа тысячи лет, способен подождать еще тысячу дней. Давайте сотрудничать, и я сделаю вас знаменитым! Я гарантирую, что вскоре психоисторию начнут ценить во всех уголках Вселенной. И когда я укажу нужный момент времени – вы произнесете свое предсказание, и мы победим! И тогда будущее Галактики будет предопределено. Ее ждет процветание и дальнейшее развитие! Послушайте, Хари, неужели вы сможете отказать мне?
Назад: Офицеры
Дальше: Переворот
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий