Прелюдия к Основанию

Офицеры

РАЙЧ –… По воспоминаниям Хари Селдона, встреча с Райчем была совершенно случайной. В то время он был бездомным уличным бродягой, у которого Селдон спросил дорогу. С этого момента его жизнь резко переменилась. Он сопровождал великого математика до тех пор, пока…

Галактическая энциклопедия.

 

77

 

На следующее утро, одевшись до пояса, умывшись и выбрив лицо, Селдон постучал в дверь Дорс. Дорс открыла. Ее короткие золотистые волосы еще не высохли. Она тоже была одета только до пояса. Селдон от неожиданности отступил на шаг. Дорс равнодушно скользнула взглядом по своей обнаженной груди и начала вытирать волосы.
– Что случилось, Хари? – спокойно поинтересовалась она. Селдон, глядя в сторону, ответил:
– Я хотел расспросить тебя о Вие… Как ни в чем ни бывало, она поинтересовалась:
– В связи с чем, Хари? И, пожалуйста, – я не могу разговаривать с твоим ухом, ты же не девственница! С обидой Селдон объяснил:
– Я хотел быть вежливым… Если тебя это не смущает, меня уж тем более! Во время нашего путешествия то и дело упоминается этот сектор и, особенно, Мэр Вии. Хьюммен говорил о нем, ты, Даван… Я же не имею о нем решительно никакого представления!
– Я не коренная транторианка, Хари! Мне известно очень мало. Но, пожалуйста, я расскажу, что знаю… Вия расположена у южного полюса, это очень большой сектор, весьма густо населенный…
– Населенный?! Рядом с полюсом?
– Что тебя удивляет? Мы же не на Геликоне, Хари! Здесь все расположено под поверхностью. Уверяю тебя: подземное пространство на полюсе ничем не отличается от подземного пространства на экваторе! Разумеется, суточный ход освещения они поддерживают в соответствии с географическими условиями планеты – продолжительный день летом и продолжительные ночи зимой. Кстати, они очень гордятся тем, что живут на полюсе.
– На поверхности планеты, в районе полюса, очень суровый климат!
– Конечно! Внешняя Окраина в районе Вии покрыта снегом и льдом. Однако, слой льда не так уж велик. В противном случае, сфера не выдержит. Кстати, это обстоятельство придает Вие огромное могущество! Она повернулась к зеркалу, развязала полотенце и уложила феном волосы. Через пять секунд ее головка приобрела прелестный вид. Натягивая верхнюю часть туалета, она мечтательно произнесла:
– Ты не представляешь! Я все еще не могу нарадоваться тому, что мы ходим без наголовников!
– Объясни, как ледяной покров связан с могуществом сектора?
– Подумай сам! Четыре биллиона людей расходуют колоссальное количество энергии.
Каждая калория этой энергии преобразуется в тепло. Планете необходимо каким-то образом утилизировать это тепло, верно? Она расходуется, в основном, в районах полюсов. Больший объем на южном, так как он более развит в техническом отношении. Это приводит к интенсивному таянию снегов и льда на поверхности планеты. Я почти уверена, что наши непрекращающиеся дожди и облачность как-то связаны с этими процессами. Наверное, метеорологи лучше разбираются в этом…
– Значит, на Вие энергия утилизируется?
– Наверное… Это все, что я знаю. У меня смутные представления о том – как это осуществляется технически. Ho я говорила о другом – о политическом аспекте.
Если Дахл прекратит вырабатывать полезную энергию, это, разумеется, нанесет серьезный урон Трантору в целом! Но Дахл не единственный сектор, где производится энергия. Другие сектора могут повысить производительность, кроме того, существуют определенные запасы энергии. Иными словами, рано или поздно, Дахл сможет диктовать свои условия. Но будет некоторый запас во времени! С другой стороны, Вия…
– Да, да!
– Итак, Вия сбрасывает в атмосферу около 90 процентов производимого на Транторе тепла. Заменить ее нечем! Ты понимаешь? Если Вия сократит утилизацию тепла, на Транторе начнется глобальное потепление.
– Но ведь и на самой Вие тоже?!
– Правильно, но ты забываешь, что сектор расположен в районе полюса, а осуществить подачу холодных потоков с поверхности планеты – не составляет труда! Таким образом, сектор сможет продержаться значительно дольше остальной части Трантора. Для Императора Мэр Вии представляет постоянную опасность.
– Что он за человек?
– Этого я не знаю. По отрывочным сведениям – довольно пожилой человек, живет отшельником, до сих пор умело правит… Еще известно, что в его распоряжении имеется гиперпространственный корабль.
– Странно! Если он уже стар, то на что надеется? Ведь он же не сможет править долго!
– Кто ответит на этот вопрос, Хари? Только дальнейшее развитие событий… Может быть, для него это своего рода игра. И если он добьется успеха и займет место Демерзела, или сядет на трон – весьма вероятно, что он испытает разочарование:
игра будет окончена! Селдон покачал головой.
– Мне иногда кажется, что никто не хочет быть Императором!
– Согласна с тобой! Ни один здравомыслящий человек не хочет… Но все дело в том, что «желание Императора» – это своего рода болезнь, и чем ближе человек подходит к официальным властям, тем более вероятно, что он подхватит ее. При, этом, здравомыслие исчезает. Каждое новое продвижение по службе…
– И болезнь прогрессирует. Да! Я прекрасно понимаю тебя. У меня такое ощущение, что Трантор так огромен и сложен, здесь такое скопление амбиций и взаимных претензий, что управление им – невозможно! Почему бы Императору не покинуть планету и не переселиться в более простой и спокойный Мир?! Дорс засмеялась.
– Ты бы не задал подобного вопроса, если бы знал историю! Трантор вот уже тысячи лет – резиденция Императоров. Император за пределами Императорского Дворца – нонсенс! Понимаешь? Понятие «Император» связано с местом, а не с личностью! Селдон погрузился в раздумья. Его лицо стало суровым и строгим. Дорс не выдержала и спросила:
– Что с тобой происходит, Хари?
– Я думаю…, – отчужденно произнес Селдон. – С тех пор, как ты рассказала мне историю о парне, положившим руку на твое бедро, меня не покидает странное ощущение: во мне словно натянули струну. Сегодня твои рассуждения об Императоре-символе…
– Какая струна, о чем ты?
– He торопи меня… Может быть я ошибаюсь… Он перевел глаза на Дорс. Отсутствующее выражение исчезло, он улыбнулся и предложил:
– Давай спустимся вниз – пора завтракать! Если мы опоздаем, боюсь, что у госпожи Тисалвер не хватит чувства юмора – принести завтрак наверх!
– Ты оптимист! – отшутилась Дорс. – У меня такое предчувствие, что у нее не хватит юмора, чтобы позволить нам остаться на квартире…
– Может быть, может быть… Но ведь мы же платим?!
– По-моему, она настолько ненавидит нас, что способна отказаться даже от наших кредиток!
– Может быть, ее супруг окажется более рационален?
– Если ему позволят произнести хоть одно слово, Хари! Ладно, пойдем! Я готова. Они спустились на хозяйскую половину и наткнулись на госпожу Тисалвер. Вместо завтрака их ждал сюрприз.

 

78

 

Касилия Тисалвер стояла, вытянувшись. На ее круглом личике блуждала жесткая самодовольная улыбка. Темные глаза светились торжеством. Ее муж понуро прислонился к стене. В центре комнаты в каких-то окостеневших позах стояли двое мужчин. Всем своим видом они давали понять, что видят сидения, но не могут себе позволить подобной изнеженности. Оба были черноволосые, усатые – типичные представители Дахла. Оба поджарые, одетые в темную униформу, по плечам и сбоку брюк которой была нашита тонкая белая полоса. С правой стороны груди у каждого была прикреплена эмблема Империи: космический корабль и солнечный диск. Отличие состояло в том, что в центре солнечного диска была выведена заглавная буква «Д». Селдон сообразил, что это представители секретной службы Дахла.
– В чем дело? – холодно поинтересовался Селдон. Один из мужчин сделал чеканный шаг вперед и представился:
– Я – офицер полиции Дахла, Ланел Расс. Это – мой напарник, Джебор Астинвальд. Оба протянули идентификационные удостоверения. Селдон даже не взглянул на их документы.
– Чего вы хотите? Расс спокойно спросил:
– Вы – Хари Селдон с Геликона?
– Да!
– А вы – Дорс Венабили с Синны?
– Верно! – ответила Дорс.
– Я уполномочен сообщить вам, что вы обвиняетесь в подстрекательстве к бунту.
– Ни в чем подобном мы не замешаны! – решительно заявил Селдон.
– Мы располагаем информацией, – Расс взглянул на экран карманного компьютера, – что вы устроили травлю на журналиста, обвинив его в шпионаже и, тем самым, спровоцировали волнения.
– Вы не можете этого утверждать, офицер! Вмешалась Касилия. Ледяным тоном она заявила:
– Я могу засвидетельствовать правдивость обвинений, офицеры. Эта женщина видела толпу и не могла не понимать, что это отребье только и ждет повода. Она намеренно назвала человека агентом Империи, не будучи уверена в своей правоте. Толпа взбунтовалась. Это был продуманный план! Она знала, чего хочет!
– Касилия! – умоляющим голосом обратился к ней муж. Касилия бросила в его сторону только один гневный взгляд, и он замолчал. Расс повернулся к госпоже Тисалвер.
– Вы можете еще что-нибудь добавить, госпожа?
– Разумеется! Эти двое прожили у нас всего несколько дней и кроме неприятностей – мы не видели от них ничего. Они приглашали к нам в квартиру простонародье.
В мою квартиру, господин офицер! Они пытались поссорить нас с соседями!
– Разве это противоречит закону, господин офицер? – уточнил Селдон. – Посещение квартиры чистыми, спокойными горожанами – противозаконно?! Те две верхние комнаты – наши. Мы сняли их и исправно оплачивали. Разве на Дахле запрещено общаться?
– Нет! Это не запрещено, – подтвердил офицер. – Это не является поводом для обвинения. Что побудило вас, госпожа Венабили, бросить такое тяжкое обвинение человеку, которого вы не знали прежде? Дорс уверенно ответила:
– У него были маленькие каштановые усики. Он был явно не с Дахла. Я предположила, что он – агент Империи.
– Вы предположили? Ваш спутник, господин Селдон, не носит усов. Вы полагаете, он тоже агент Империи?
– В любом случае, – раздраженно заговорил Селдон. – Никакого бунта не было. Более того, мы обратились к толпе с просьбой пропустить этого человека и не причинять ему вреда. И я уверен, что все именно так и случилось!
– Вы уверены, господин Селдон? – переспросил офицер, – По нашим сведениям, вы тотчас же покинули место происшествия, и не можете знать о том, что случилось после вашего ухода!
– Я – не могу, – согласился Селдон. – Тогда позвольте узнать у вас – человек мертв? Он ранен?
– Мы допросили пострадавшего. Он отрицает свою принадлежность к секретным службам. Нам об этом тоже ничего не известно. Пострадавший утверждает, что был жестоко избит.
– Он может лгать в обоих случаях. Я бы предложил провести медицинское освидетельствование, – заявил Селдон.
– Наши законы не позволяют проводить экспертизу без состава преступления, – отчеканил Расс. – Вас же двоих, как обвиняемых, мы можем подвергнуть экспертизе. Вы желаете этого, господа? Селдон и Дорс переглянулись, и Селдон решительно запротестовал:
– Нет! Разумеется – нет!
– Даже так… разумеется…– не без сарказма повторил его слова Расс. – Но вы готовы поступить так с любым другим… Второй офицер, Астинвальд, стоящий в стороне, улыбнулся. Расс продолжил:
– Кроме перечисленного, мы располагаем информацией о том, что два дня назад вы участвовали в драке на Биллиботтоне и тяжело ранили горожанина, – он нажал клавишу компьютера и заглянул на следующую страницу, – но имени Элджин Маррон. Дорс уточнила:
– Вы располагаете информацией о том, кто был инициатором драки?
– Это не относится к делу, госпожа. Вы отрицаете данный факт?
– Разумеется – нет! Мы не собираемся отрицать того, что, было, – горячо возразил Селдон, – но мы отрицаем то, что были инициаторами случившегося. На нас напали.
Маррон схватил госпожу Венабили и совершенно ясно дал понять, что собирается совершить над ней насилие. Все, что последовало за этим – было лишь элементарной самозащитой. Или, по-вашему, она должна была безропотно уступить негодяю? Совершенно бесстрастным тоном Расс продолжил допрос:
– Вы утверждаете, что напали на вас обоих. Сколько человек напало на вас?
– Их было десять!
– И вы один, с женщиной, сумели отбиться?!
– Да, именно так!
– Тогда объясните, как вам удалось не получить ни одной царапины или раны? И если это не так – немедленно продемонстрируйте нам следы увечий!
– Нам нечего продемонстрировать, господин офицер.
– Тогда, объясните мне: как могло произойти, что вы, вдвоем с женщиной, отбили атаку десятерых взрослых мужчин, не получив ни одной царапины, а пострадавший Элджин Маррон был доставлен в госпиталь в тяжелом состоянии и ему потребовалась трансплантация кожи верхней губы?
– Мы хорошо дрались, наверное, – мрачно ответил Селдон.
– Фантастически хорошо! А что вы скажете на это: мы располагаем показаниями трех человек, которые утверждают, что вы спровоцировали Маррона?
– Я отвечу, что этим показаниям никто не поверит. У Маррона репутация бандита и поножовщика. Я отвечу, что нападавших было десять. Очевидно, семеро отказались давать ложные показания. Кроме того, я бы потребовал у оставшихся троих объяснений – почему они не попытались выручить товарища, попавшего в беду. По-моему, совершенно очевидно что вы, господин офицер – лжете!
– Вы предлагаете подвергнуть их медицинскому освидетельствованию?
– Разумеется! И опережая ваш вопрос, по-прежнему отказываюсь от него сам. Расс проявил настойчивость.
– Кроме того, мы располагаем информацией о том, что вчера посетили некоего Давана, разыскиваемого властями и имели с ним продолжительную беседу. Это соответствует действительности?
– Попробуйте это доказать. Лично я не собираюсь вам в этом помогать, – оборвал его Селдон. – Мы отказываемся от дачи дальнейших показаний! Расс убрал компьютер и предложил:
– В таком случае, вам обоим придется проследовать в полицейский участок для дальнейшего дознания.
– Думаю, что в этом нет необходимости, господин офицер! – ответил Селдон. – Мы – представители Внешнего Мира, и не совершили ничего криминального. Мы попытались избежать расспросов докучливого журналиста, сумели постоять за себя на вашей окраине, прославившейся преступными элементами, мы имели общение с рядовыми обитателями Дахла. Нет никакой необходимости в дальнейших дознаниях – это противозаконно!
– Позвольте нам решать, что законно, а что – нет, – Расс был непреклонен. – Следуйте за мной!
– Мы никуда не пойдем! – выкрикнула Дорс.
– Внимание! – завизжала госпожа Тисалвер. – Она собирается выхватить свои ножи! Офицер вздохнул и сказал:
– Благодарю вас, госпожа Тисалвер, она вряд ли решится на такой безумный поступок. Он обратился к Дорс:
– Известно ли вам, что ношение оружия на Дахле карается законом? Или у вас есть разрешение на его ношение?
– Нет, господин офицер. У меня нет разрешения.
– Тогда вам должно быть ясно, что ранив Маррона, вы совершили тяжелое преступление против порядка!
– Это не было преступлением, господин офицер, – отрезала Дорс. – У Маррона был точно такой же, незаконно носимый нож! Я полагаю, чтоу него не было разрешения так же.
– Мы не-располагаем свидетельскими показаниями на этот счет.
– Вы хотите сказать, что не знаете о том, что каждый житель Биллиботтона вооружен?! Тогда – вы единственный человек, который этого не знает! Повсюду на Дахле, в любом магазине, можно открыто, не прячась, купить нож. Вы не знаете и об этом? Расс был невозмутим.
– Не имеет значения – что я знаю и чего не знаю! Так же не имеет отношения к делу и то обстоятельство, как часто нарушаются законы другими людьми. Важно лишь то, что вы, лично, преступили закон, и должны нести за это ответственность. Я прошу вас немедленно сдать ваше оружие и проследовать со мной в участок!
– В таком случае, – Дорс вызывающе посмотрела на полицейского, – попробуйте его у меня отобрать! Расс еще раз вздохнул и объяснил:
– Вы напрасно думаете, госпожа, что ножи – это единственный вид оружия, которым располагает Дахл. Вы напрасно думаете также, что я собираюсь принимать ваш вызов. Я и мой помощник вооружены бластерами, которые уничтожат вас в одно мгновение. Вы даже не успеете выхватить свой нож! Мы, разумеется, не собираемся вас убивать. Кроме того, у нас есть нейрохлысты, они действуют безотказно… Я надеюсь, вы не захотите, чтобы я продемонстрировал их действие прямо сейчас?! Это оружие не убивает, но боль невыносимая, поверьте?
Обратите внимание: слева от вас хлыст моего помощника, а вот и мой… Отдайте ножи, госпожа Венабили. Наступила минута гнетущей тишины. Потом Селдон не выдержал напряжения и обратился к Дорс:
– Это бесполезно, Дорс! Отдай ножи… В это мгновение за входной дверью послышалась какая-то возня, и они услышали пронзительный мальчишеский крик.

 

79

 

Райч остался поблизости от жилища своих знакомых. Он плотно закусил, немного поспал, кое-как помылся. К этому моменту мальчишка переделал все возможные дела и не знал, чем заняться. Дом у него, конечно же, был… И мать была. Но ей было все равно, куда он исчезает, когда возвращается… Кто его отец – Райч не знал и, честно говоря, сомневался в его существовании. Еще в детстве ему довольно грубо дали понять, что отец обязательно должен быть, но о нем лучше не спрашивать… Иногда мальчик задумывался над этим, но ненадолго. Он решил посоветоваться со своей новой знакомой. Конечно, она уже очень взрослая, зато дерется как парень, даже лучше. Ему это страшно нравилось… А потом, она предложила ему ванну… Конечно, он купался на Биллиботтоне в пруду и большего не желал. Он помнил свое раннее детство, помнил теплую душистую воду… Но это было так давно… Теперь он предпочитал оставаться сухим. А вот ванна – это другое дело. Там теплая вода, мыло, мягкие полотенца… Хорошо, наверное. Уверенности не было, но он знал: если она будет рядом – все будет замечательно. Он шатался в поисках укромного уголка, где-нибудь в темной аллее. Чтобы и к ней поближе, и чтобы улизнуть можно было в случае необходимости. Ночью его одолевали странные мысли. А что, если он выучиться читать и писать? Что он будет тогда делать? Сам-то он не мог придумать, а она, наверняка, подскажет… Потом он мечтал о том как начнет зарабатывать деньги… Но где? Кто подскажет? Если бы ему остаться с леди – она бы помогла… Точно! Помогла бы… А зачем он ей нужен?… Он начал уже проваливаться в сон, когда услышал из-за стены дома, где жили его друзья, странные звуки… Он был хорошо натренирован: если хочешь жить на Биллиботтоне и иметь минимальные удобства – надо научиться чувствовать опасность до того, как она подступит слишком близко… Потом раздался звук мотора, он все приближался, приближался и затих где-то недалеко. Это был нехороший звук – опасный! Райч заставил себя проснуться и подкрался к дороге. Мальчик сразу же увидел имперскую эмблему на машине. Этого было достаточно, чтобы насторожиться. Он понял, что за его друзьями приехали из-за Давана. Времени раздумывать не осталось. Он был готов ко всему и побежал уже не думая о собственной безопасности. Через пятнадцать минут он был на месте. Машина все еще стояла около дверей. Вокруг собрались зеваки, разглядывая с безопасного расстояния редкую «гостью». Райч рванулся вверх по ступеням, лихорадочно вспоминая, какая из дверей была ему нужна. (Ждать элеватора было уже некогда). Он отыскал дверь и начал колотить в нее изо всех сия, выкрикивая:
– Леди! Леди! Он был слишком взволнован, чтобы вспомнить ее имя. Имя мужчины он помнил.
– Хари! Впусти меня. Хари!
– Дверь распахнулась, и он ринулся вперед, вернее, попытался. Крепкая рука офицера схватила его.
– Стой, парень! Куда ты прорываешься?!
– Л-л-легавый! Они ничего плохого недоделали, – он огля ел комнату. –Эй, леди, что они хотят от вас?
– Арестовать хотят, – мрачно ответила Дорс.
– За что, за что? – пытаясь вырваться из цепких рук, он продолжал:
– Л-л-легавые! У-у-у! Меченные! Не ходите с ними, леди! Вам нельзя с ними, поняли?
– Убирайся вон! – заорал Расс, и грубо тряхнул мальчугана.
– Не уйду! Ты сам убирайся, легавый! Сейчас придут все ребята – хуже будет!
Тогда не смоешься, ха!
– Что значит «все ребята»? – обеспокоенно спросил Расс.
– Они уже на улице. Машину твою сейчас по частям разнесут, понл, меченый! Потом тебя! Расс повернулся к напарнику.
– Свяжись с участком. Пусть высылают отряд Макроса.
– Нет! – Райч рванулся к Астинвальду. – Не смей звонить! Расс достал нейрохлыст и выстрелил. Райч скорчился, схватился за плечо, упал на пол и дико закричал. Расс еще не успел развернуться лицом к Селдону, как тот, обхватив его за пояс и направив нейрохлыст вместе с рукой офицера сначала вверх, а потом за спину, наступил ему на обе ноги, лишив возможности двигаться. И когда Расс уже агонизировал от боли, Хари все еще сжимал его в захвате. Астинвальд проворно выхватил бластер, но Дорс, захватив его рукой за плечи, приставила лезвие ножа к его горлу.
– Не двигаться! – крикнула она. – Одно неосторожное движение, и я раскрою тебя до позвоночника! Бластер – на пол! Быстро! Теперь – хлыст! Селдон бережно поднял Райча. Малыш все еще плакал и корчился от боли. Селдон повернулся к Тисалверам и сказал:
– Там, снаружи, люди! Много рассерженных людей! Я могу позвать их и они переломают все ваше добро – разнесут вдребезги! Если вы этого не хотите – подберите оружие и бросьте в соседнюю комнату. Обезоружьте этого, на полу, и сделайте то же самое. Быстрее! Пусть ваша жена поможет. Теперь она дважды подумает, прежде чем доносить на порядочных людей! Дорс, этот на полу, пока безопасен. Выруби второго, только не убивай!
– Хорошо! – она стукнула второго рукояткой ножа в висок, и тот опустился на колени. На ее лице было отвращение и раскаяние.
– Я не хотела!
– Они выстрелили в Райча, – Селдон попытался спрятать за словами огорчение от всего произошедшего. После этого они стремительно выбежали на улицу. Она кишела людьми, в основном, мужчинами. При их появлении толпа загудела. Поравнявшись с людьми, Селдон и Дорс почувствовали острый запах нищеты. Кто-то из толпы выкрикнул:
– Где меченые?
– Внутри! – пронзительно выкрикнула Дорс. – Оставьте их. Они сейчас безопасны, но скоро придут в чувство. Уходите!
– Что с вами? – вырвалось из нескольких глоток одновременно.
– Мы уходим!
– Я присмотрю за ними, – взвизгнул Райч, пытаясь освободиться из рук Селдона и встать на ноги. – Уже сам могу, пусти! Толпа расступилась перед ними и он, все еще потирая плечо, выкрикнул:
– Господин, леди, за мной! Быстрей! Он махнул рукой и шепнул:
– Нам туда! В такое место отведу – никто не найдет, – Может сам Даван даже не знает, где это. Только… придется идти через канализацию. Там, зато, никто не найдет, но… вам… понимаете, что я хочу сказать?
– Ничего, мы переживем, – успокоил его Селдон.

 

80

 

Райч привел их к убежищу. Это означало, что вскарабкавшись по крутому металлическому трапу, они оказались в просторной комнате чердачного типа. Назначение помещения оставалось непонятным. Комната была напичкана громоздким оборудованием, которое бездействовало. Внутри было сравнительно чисто, а устойчивая тяга не давала пыли оседать и, что самое главное, вентилировала тошнотворный запах. Райч был доволен собой.
– Ну, как? Отличное местечко? – потребовал он одобрения. Бедняга все еще потирал плечо и иногда, когда тер слишком сильно, повизгивал.
– Могло быть и хуже, – сдержанно похвалил Селдон. – Райч, для чего это помещение? Райч попытался пожать плечами, но снова заскулил от боли. Почем я-то знаю, – и несколько нагловато добавил:
– Кого это волнует? Дорс, которая присела на пол, предварительно проведя по нему рукой и взглянув на свою ладонь, высказала предположение:
– Я думаю, это часть комплекса, предназначенного для детоксикации и рециркуляции воды. Конечный продукт цикла – удобрения.
– Тогда, – Селдон рассуждал вслух, – те, кто обслуживают комплекс, должны периодически заглядывать сюда…
– Бывал я здесь раньше, – заявил Райч, – никогда никого не встречал.
– Насколько я понимаю, Трантор автоматизирован, насколько это вообще возможно.
Уж где-где, а в системах сточных вод – это просто необходимо. Скорее всего, мы в безопасности… на некоторое время.
– Ненадолго, Дорс. Нам необходима вода и пища.
– Я принесу! – пообещал Райч. – Ребенку легче раздобыть жратву, честно!
– Спасибо тебе, Райч, – рассеянно ответил Селдон. – Сейчас я совсем не голоден. Он хмыкнул и добавил:
– Может быть, я уже больше никогда не проголодаюсь…
– Проголодаешься, еще как! – пошутила Дорс. – Даже если ты потеряешь аппетит – пить все равно захочется. По крайней мере, с очисткой прямой кишки проблем не будет! Мы, практически, сидим на клоаке. Наступила тишина. Свет был очень тусклым и Селдон, уже в который раз, удивился пристрастию транторианцев к темноте. Потом он поймал себя на том, что абсолютной темноты не было нигде. Очевидно – это свойство любого энергетически богатого общества. Если задуматься, то в Империи нет планет, страдающих от нехватки энергии. Были ли когда-нибудь времена, когда примитивные технологии приводили к истощению энергетических запасов? Он прислонился к трубам – единственное, что он знал о них, это то, что по ним текут сточные воды. Как только он подумал об этом, резко отстранился от них и присел рядом с Дорс.
– Как ты думаешь, можем ли мы связаться с Четтером Хьюмменом? Дорс ответила:
– Сообщение я послала, но… я бы не хотела встретиться с ним…
– Не хотела бы?!
– Ведь я должна защищать тебя! А каждая встреча с ним – свидетельство моих неудачных попыток… Селдон, прищурившись, испытующе посмотрел на Дорс.
– Дорс, нельзя же быть такой самолюбивой! Ты не сможешь защитить меня от всех секретных служб Трантора.
– Конечно, не могу! Только от нескольких человек…
– Я знаю! Мы выкрутились в этот раз, Но они пришлют подкрепление… армады машин… парализующие пушки… усыпляющий туман…. Не знаю что, но они не остановятся, уверен в этом!
– Наверное, ты прав…, – она сжала губы.
– Да не найдут они вас, леди! – неожиданно возразил Райч. Пока они говорили, его смышленые глазки переходили с одного на другого. – Они не могут Давана найти, ясно! Дорс грустно улыбнулась и взъерошила его спутанные кудри. Потом разочаровано посмотрела на свою ладонь:
– Я не хочу, чтобы ты оставался с нами и попал им в руки!
– Они в жизни меня не найдут! Ребята, если я уйду – кто станет приносить вам еду и воду? Это клевое место, легавые никогда не догадаются!
– Нет, Райч! Они… найдут. Давана просто не очень хотят разыскать. Думаю, что этого человека не воспринимают всерьез. Понимаешь, что я хочу сказать?
– Что он для них не опасен, да?
– Именно. А мы ранили двух офицеров… Просто так нас не отпустят, даже если им придется обшарить каждый уголок Дахла… Райч, как-то очень по-взрослому, признался:
– Я чувствую себя д…, пустым местом! Если бы я не ввязался, вы бы не попали в такую беду…
– Да что ты, малыш! Рано или поздно, мы бы столкнулись с ними. Может быть, все закончилось бы еще хуже!
– А красиво вы их уделали! – восхищенно воскликнул сорванец. – Вот бы еще раз глянуть!
– Вопрос в том, что они с нами сделают, когда схватят… Посадят в тюрьму? – рассуждал Селдон.
– О, нет! В случае необходимости будем апеллировать к Императору, – вставила Дорс.
– К Императору? – глаза Райча расширились. – Вы знаете Императора?! Селдон махнул рукой на Райча.
– Любой житель Галактики может попросить его защиты. Дорс, мне кажется – это сомнительный выход. С тех пор, как Хьюммен и я покинули Императорский Сектор – мы только и делали, что избегали встречи с ним!
– Знаешь, когда приходится выбирать между ним и тюрьмой – я предпочитаю наименьшее зло! Ведь апелляция – всего лишь предлог. Потом придумаем что-нибудь…
– Одна надежда на Хьюммена!
– Он же не всемогущий. Даже если мое послание попадет к нему, как он отыщет нас здесь?! Но, даже если он нас найдет – ему не справиться одному с секретной службой Дахла!
– Нам необходимо придумать что-то до того, как нас обнаружат.
– Если хотите, я уведу вас. Я здесь каждую щелку знаю, – предложил Райч.
– От одного-двух мы скроемся, но их будет много, очень много. Они пойдут группами по смежным коридорам. Скроемся от одной группы-нарвемся на другую… Некоторое время все подавлено молчали. Все трое считали ситуацию безнадежной. Неожиданно Дорс насторожилась и прошептала:
– Они уже здесь. Я их слышу! Несколько мгновений все напряженно прислушивались. Райч вскочил на ноги и зашипел:
– Они идут оттуда, а мы пойдем в другую сторону. Вот через эту дверь! Селдон смутился. Он ничего не слышал, но должен был доверять большинству. Как только Райч направился в указанном направлении, раздался приказ, эхом раскатившийся по гулкому помещению:
– Не двигаться! Не двигаться! Райч взвизгнул:
– Это Даван! Как он узнал?!
– Даван? – переспросил Селдон. – Ты уверен?
– Уверен, уверен! Он поможет… он та-а-кой!

 

81

 

Даван перешел сразу к делу:
– Что произошло? Селдон почувствовал облегчение. Безусловно, даже в компании Давана они не смогут противостоять силам всего Дахла, но с помощью его людей – шансы Дорс и Селдона немного возросли… Селдон сказал:
– Наверное, вам точно известно! Мне показалось, что в толпе у нашего дома было много ваших ребят!
– Да! Кое-кто был… Мне рассказали, что вас пытались арестовать, что вы всех меченых уложили… Но почему вас хотели арестовать?
– Двоих? – Селдон поднял два пальца. – Двоих меченых! И это весьма печально.
Одной из причин была встреча с вами.
– Этого недостаточно… Легавые не больно-то боятся моей персоны, – он с некоторым разочарованием добавил. – Недооценивают!
– Может быть… – согласился Селдон. – На нас донесла хозяйка. Сказала, что мы спровоцировали бунт… по дороге к вам. Вы знаете об этом! Потом мы ранили двух офицеров… Одним словом, они устроят облаву на Биллиботтоне! Вы можете пострадать из-за нас. Я очень сожалею, но кто мог предположить, что будут такие последствия…. Даван покачал головой.
– Нет! Вы плохо знаете легавых… Всего этого недостаточно! Им наплевать на Биллиботтон. Тогда сектору придется что-то делать с нами… Этих чистоплюев вполне устраивает, что беднота проводит свою жизнь в трущобах… Нет! Им нужны именно вы! Что вы сделали? Дорс раздраженно ответила:
– Мы не сделали ничего плохого. И какое вам дело, в конце концов! Если они придут, то придут за нами, а не за вами. Вам просто не нужно попадаться им на глаза!
– Речь не обо мне. У меня много друзей, – терпеливо объяснял Даван. – Влиятельных друзей! Я ведь говорил вчера: они могут помочь и вам. Они знают, что вы знаменитый человек, доктор Селдон. Они могут встретиться с Мэром Дахла и вас отпустят – что бы вы ни совершили… Вам необходимо выбраться с Дахла! Селдон улыбнулся. Его переполняла радостная надежда. Он воскликнул:
– Вы знакомы с такими людьми, Даван? С кем-то, кто может неожиданно появиться где угодно, может получить аудиенцию у Мэра Дахла и уговорить его не предпринимать карающих мер, может вывести нас отсюда? Отлично! Я не очень удивлен. – Он повернулся к Дорс.
– Майкоген повторяется! Как Хьюммен проделал это? Уму непостижимо! Дорс тряхнула головой.
– Слишком быстро – я не понимаю… Селдон был в возбужденном состоянии.
– Я верю в этого человека!
– Я знаю его дольше и лучше тебя, и я – не верю! Селдон широко улыбнулся.
– Ты недооцениваешь его. Да, кстати, – он обратился к Давану, – как вы нас разыскали? Райч утверждал, что вы не подозревали о существовании этого места!
– Точно говорю, не знал! – убежденно повторил паренек. – Это мое место, только мое! Я его нашел!
– Действительно, я никогда прежде не бывал здесь, – признался Даван, озираясь по сторонам. – Интересное место… Райч – дитя трущоб, в этих развалинах он чувствует себя, как дома…
– И, все-таки, как вы нас нашли?
– Теплоискателем. У меня есть прибор, улавливающий инфракрасное излучение. Он настроен на тридцать семь градусов по Цельсию. Пеленгует человеческое присутствие и не реагирует на другие источники. Он и привел меня сюда… Дорс задумалась.
– Какая в нем польза? Ведь на Транторе мощный фон человеческого излучения! Даван объяснил:
– На Транторе – да! Это незаменимая вещь в пещерах! Позволяет отыскивать потерпевших людей в наших бесчисленных подземных коридорах!
– Где вы раздобыли его?! – поинтересовался Селдон. Даван конспиративно ответил:
– Довольно и того, что он у меня есть, господин Селдон! В вас испытывает потребность слишком большое число людей. Мне хочется, чтобы вы встретились с моим влиятельным другом.
– Где же он, ваш влиятельный друг?
– Он приближается! Во всяком случае, мой прибор сигнализирует о приближении тридцатисемиградусного обьекта. Это может быть только он. В дверь заглянул незнакомец, и радостная улыбка на губах Селдона замерла… Это был не Четтер Хьюммен.
Назад: Тайное убежище
Дальше: Вия
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий