Основатели и Империя

2. Волшебники

Фонд Основателей… – после сорока лет беспрепятственной экспансии Фонд столкнулся с Райозом. Времена Хардина и Мэллоу миновали, у деятелей Фонда поубавилось смелости и решимости…
Галактическая Энциклопедия.

 

В отдельной комнате сидели четверо мужчин. Они то бросали друг на друга быстрые взгляды, то опускали глаза на разделявший их стол. На столе стояло четыре бутылки и столько же наполненных стаканов, так и не тронутых собравшимися.
Человек, сидящий ближе к двери, побарабанил пальцами по столу.
– Так и будем сидеть? – спросил он. – Неужели так важно, кто первым возьмет слово?
– В этом случае слово предоставляется вам, – сказал дородный человек, сидящий напротив. – Очевидно, вы больше всех озабочены происходящим.
Сеннетт Форелл грустно усмехнулся про себя.
– Конечно, я самый состоятельный и больше всех дрожу за свои богатства. Что ж, поскольку мне дали слово, я напомню присутствующим, что разведчика захватили корабли именно моего флота.
– У вас самый многочисленный флот, – сказал третий из собравшихся за столом, – и самые классные пилоты, опять-таки потому, что вы богаче всех нас. В сложившейся ситуации мы рисковали больше, чем вы.
Сеннетт Форелл снова усмехнулся.
– Вы правы, отец оставил мне в наследство кое-какие ресурсы, позволяющие рисковать. Однако, прошу учесть, что зачастую риск с лихвой окупается. Кроме того, разведчик был один, что давало возможность захватить его без потерь и не позволить ему предупредить своих.
В Фонде открыто говорили о том, что Форелл был дальним родственником покойного Хобера Мэллоу, и поговаривали о том, что он был незаконнорожденным сыном Мэллоу.
Четвертый из собравшихся, воровато глянув на собеседников, произнес:
– Не большая доблесть – схватить маленького разведчика. И пользы от этого, кроме вреда, не будет: молодой человек только рассердится.
– Вы хотите сказать, ему нужен повод? – насмешливо спросил Форелл.
– Вот именно, а ваша любовь к риску избавила его от необходимости этот повод искать, – процедил четвертый. – Хобер Мэллоу так не поступал. И Сэлвор Хардин. Эти люди ждали, пока противник ступит на скользкую дорожку насилия, и всегда действовали наверняка.
Форелл пожал плечами:
– Поимка разведчика – не слишком серьезный повод для войны. А риск оправдался: разведчик хоть и молодой, но прислала его старая Империя.
– Для нас это не новость, – сказал второй, дородный, с явным неодобрением.
– До поимки разведчика мы об этом лишь догадывались, – мягко поправил Форелл. – Я согласен, что если человек приводит корабли, полные товаров, предлагает дружбу и честную торговлю, не стоит входить с ним в конфликт, пока твои подозрения в его недобрых намерениях не подтвердятся. Но сейчас…
Заговорил третий, с едва уловимыми слезливыми нотками в голосе:
– Следовало быть осторожнее. Нужно было все досконально выяснить, прежде чем отпустить его.
– Этот вариант мы обсуждали и отвергали, – сказал Форелл и сделал жест, как бы ставя точку.
– У нас слишком мягкое правительство, – продолжал жаловаться третий, – а мэр просто идиот.
Четвертый обвел собеседников взглядом и вынул изо рта окурок сигары. Он небрежно бросил окурок в щель атомного дезинтегратора.
– Позволю себе отнести последнее высказывание на счет привычки, – произнес он с саркастической усмешкой. – Мы уже условились считать, что правительство – это мы.
Все согласно кивнули.
– В таком случае оставим правительство в покое… Молодой человек мог стать нашим покупателем. Такое случалось. Каждый из вас пытался заключить с ним сделку втайне от остальных. Мы договорились так не поступать, тем не менее…
– Вы поступили точно так же! – прорычал второй.
– Разумеется, – спокойно сказал четвертый.
– Господа, отвлекитесь от того, что уже произошло, – нетерпеливо перебил Форелл. – Давайте подумаем, что делать дальше. Мы ничего не добились бы, лишив молодого человека свободы или жизни. Я до сих пор не могу составить определенного мнения о его намерениях, и, в любом, случае, смерть одного человека не подорвала бы основ Империи. Возможно, Империя ждала именно его смерти, чтобы отомстить нам за нее.
– Справедливо, – одобрительно заметил четвертый. – Что вам дала поимка разведчика? Я уже устал от пустой болтовни.
– Расскажу в двух словах, – мрачно ответил Форелл. Он генерал Имперского флота, или как это у них называется. – Молодой и талантливый военачальник. Говорят, солдаты его обожают. Карьера весьма романтическая. Безусловно, половина того, что о нем говорят, – неправда, но даже половины достаточно, чтобы понять, что он необыкновенный человек.
– Кто «говорит»? – спросил второй.
– Экипаж корабля. Я записал их показания на микропленку, которую спрятал в надежное место. Как-нибудь покажу. Можете сами поговорить с ними, если хотите. В основном все.
– Как вам удалось это выведать? Вы уверены, что это правда?
Форелл сдвинул брови.
– Я не был излишне мягок, сэр. Пленных били, вводили им наркотики, применяли Зонд. Вот так. Их словам можно верить.
– В старые времена, – заговорил ни с того ни с сего третий, – на допросах применяли достижения психологии. Безболезненно и безотказно.
– Мало ли что делали в старые времена, – сухо сказал Форелл, – сейчас новые времена.
– Что понадобилось от нас романтическому генералу? – спросил четвертый с усталой настойчивостью.
Форелл быстро взглянул на него.
– Неужели вы думаете, что генерал доверил экипажу тайны государственной политики? Люди ничего не знают. Я не добился от них ни слова, хотя, клянусь Галактикой, очень старался.
– Итак…
– …предстоит самостоятельно делать выводы, – Форелл вновь забарабанил пальцами по столу. – Молодой человек, являясь генералом имперского флота, изображает младшего брата правителя какой-то затерянной в Галактике планеты. Одно это говорит о том, что он хочет скрыть от нас истинные цели своего визита. Сопоставьте род его занятий с тем фактом, что Империя не так давно предпринимала попытки нападения на нас, и результат окажется малоприятным. Первое нападение на нас оказалось для Империи неудачным. Сомневаюсь, что это внушает ей теплые чувства по отношению к нам.
– Я до сих пор не услышал от вас ничего определенного – лишь предположения, – осторожно заметил четвертый. – Вы ничего от нас не скрыли?
– Я не имею права что-либо скрывать, – Форелл смотрел ему в глаза. – Отныне о деловом соперничестве не должно быть и речи. Нам необходимо единство.
– У вас приступ патриотизма? – съязвил третий.
– Патриотизм здесь ни при чем, – спокойно ответил Форелл. – Я и гамма-кванта не дам для блага Второй Империи. Даже убыточную сделку не стану срывать ради нее. Однако, согласитесь, иго нынешней Империи не принесет пользы ни моему, ни вашему делу. Если империя победит, понадобятся не коммерсанты, а могильщики.
– И в большом количестве, – подтвердил четвертый.
Второй сердито заерзал.
– К чему предполагать невероятное? Империя не победит. Сам Селдон утверждал, что мы станем родоначальниками Второй Империи. Происходит всего лишь очередной кризис, мы уже благополучно пережили три.
– Действительно, происходит очередной кризис, – согласился Форелл. – Из первых двух нас вывел Сэлвор Хардин, из третьего – Хобер Мэллоу, а кто выведет из этого?
Он обвел собеседников мрачным взглядом и продолжал:
– Законы Селдона, на которые так приятно положиться, предполагают какую-то инициативу со стороны деятелей Фонда. Законы Селдона помогают тем, кто сам в силах себе помочь.
– Не личность творит историю, а история творит личность, – наставительно произнес третий.
– Нельзя на это рассчитывать, – вздохнул Форелл. – Подведем итог. Если это четвертый кризис, значит, Селдон его предвидел. Если так, кризис можно преодолеть, нужно только найти способ.
Империя все еще сильнее нас. Она всегда была сильнее, но сейчас она впервые угрожает нам непосредственно, а это особенно опасно. Если Империю и можно победить, то не в открытом бою. Как и наши предшественники, мы должны найти слабые стороны противника и сыграть на них.
– Вы знаете, на чем сыграть? – спросил четвертый. – Вы уже нашли слабые стороны противника?
– Нет, в этом вся соль. Правители прошлого видели слабые стороны противника и в нужный момент знали, куда бить. А мы… – Форелл развел руками.
Все молчали. Наконец четвертый произнес:
– Нам нужны шпионы.
– Правильно, – обернулся к нему Форелл. – Мы не знаем, когда Империя нападет. Возможно, еще есть время.
– Хобер Мэллоу сам летал на разведку в доминионы Империи, – заметил второй.
Форелл покачал головой:
– Нельзя действовать впрямую. Кроме того, мы все немолоды и отличаемся ловкостью лишь в перекладывании бумаг. Нужно прибегнуть к помощи молодых.
– Независимых торговцев? – спросил четвертый.
Форелл кивнул и прошептал:
– Если еще есть время.
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий