Кризис Основания

Вперед!

Пилорат смотрел на ландшафт, тусклый в сером свете рассвета, со странным ощущением сожаления и неуверенности.
– Мы были тут недостаточно долго, Голан. Мне, кажется, это приятный и интересный мир. Мне хотелось бы побольше узнать о нем. Тревиз поднял глаза от компьютера и криво улыбнулся.
– Вы думаете, я не хочу того же? Мы три раза ели на планете – каждый раз по-разному и каждый раз отлично. Я очень доволен. Только вот женщин мы видели мельком, а некоторые вполне соблазнительны.
Пилорат поморщился.
– О, мой друг! Эти их коровьи колокольчики, которые называются обувью; все женщины обернуты в кричащие цвета, и, к тому же, они что-то делают со своими ресницами. Вы видели их ресницы?
– Можете быть уверены, я заметил все, Янов. Вы судите поверхностно. Их легко можно убедить вымыть лицо и в нужное время снять обувь и все прочее.
– Я бы поймал вас на слове, Голан. Однако я больше думаю о дальнейшем исследовании. То, что нам говорили о Земле, так неполно, так противоречиво.
Один говорил о радиации, другой – о роботах.
– И в обоих случаях – смертельно.
– Вот именно, – неохотно подтвердил Пилорат. – Но одно слово может быть истинным, а другое – нет, или оба истинны в какой-то мере, или то и другое вранье. Голан, когда вы слышите рассказ, где суть окружена густым туманом сомнений, вы, конечно, должны чувствовать что распутать это и добраться до сути – дело чести.
– Я так и делаю, – сказал Тревиз, – клянусь всеми звездами-карликами.
Первоочередная проблема – это Гея. Как только мы справимся с ней, мы можем лететь на Землю или обратно на Сейшл, чтобы задержаться там подольше. Но сначала Гея.
Пилорат кивнул.
– Первоочередная проблема. Если верить Квинтезетцу, на Гее нас ожидает смерть. Так надо ли нам туда стремиться?
– Я и сам себя об этом спрашиваю. Вы боитесь?
Пилорат замялся, как бы проверяя свои ощущения. Затем сказал просто и уверенно:
– Да. Ужасно!
Тревиз повернулся к нему и сказал так же просто и уверенно:
– Янов, вам нет причин рисковать. Скажите только одно слово, и я оставлю вас на Сейшл с вашим личным имуществом и половиной наших денег. А когда вернусь, заберу вас, и мы отправимся в Сириус-Сектор, если захотите, и на Землю, если она там есть. Если же я не вернусь, наше посольство на Сейшл поможет вам вернуться домой, на Терминус. Никаких обид, если вы останетесь, мой дорогой друг.
Пилорат быстро заморгал и сжал губы, а затем сказал хриплым голосом.
– Дорогой друг? Сколько времени мы знакомы? Неделю? Не странно ли, что я отказываюсь покинуть корабль? Я боюсь, но останусь с вами.
Тревиз недоуменно развел руками.
– Но почему? Я вам честно предложил…
– Сам не знаю, почему. Наверное Голан, я верю в вас. Мне кажется, вы всегда знаете, что делать. Я хотел уехать на Трантор, где, как я теперь понимаю, делать было бы нечего. Вы настаивали на Гее, и Гея почему-то должна оказаться больным нервом Галактики И все, что случилось, связано с Геей.
Если этого недостаточно, Голан, я следил, как вы выжимали информацию из Квинтезетца о Гее. Это был такой шикарный блеф! Я был просто вне себя от восхищения.
– Значит, вы верите мне?
– Да, верю, – подтвердил Пилорат.
Тревиз скрестил руки на груди и некоторое время, казалось, не мог найти слов. Наконец, он сказал:
– Янов, вы простите меня заранее, если мои суждения окажутся ошибочными и если мы тем или иным путем встретимся с чем-то неприятным?
– О, мой дорогой, зачем вы спрашиваете? Я принял решение свободно, по своему разумению, а не по-вашему. И прошу вас – давайте улетим побыстрее. Я не уверен, что трусость не схватит меня за горло и не покроет стыдом до конца дней.
– Как скажите, Янов. Мы вылетим сразу же, как только позволит компьютер. На сей раз мы двинемся гравитационно – прямо вверх, когда удостоверимся, что в атмосфере над нами нет других кораблей. А когда атмосфера станет менее плотной, мы наберем скорость. Самое большее через час мы выйдем в открытый космос.
– Хорошо, – Пилорат снял крышку с пластикового контейнера для кофе. Из отверстия почти сразу же повалил пар. Пилорат взял трубку в рот и начал потихоньку тянуть, чтобы воздух тоже входил в рот и охлаждал кофе до приемлемой температуры.
Тревиз усмехнулся.
– Вы отлично научились пользоваться этими вещами. Вы – космический ветеран, Янов!
Пилорат посмотрел на пластиковый контейнер и сказал:
– Теперь, когда у нас есть корабли, управляющие гравитационным полем, мы, наверное, можем пользоваться обычными контейнерами?
– Конечно, но вам не удастся заставить космолетчиков отказаться от подобной аппаратуры. Видите кольца на стенах и на потолке? Они были приняты в космических кораблях двадцать тысяч лет назад, если не больше, но в гравитационном корабле они абсолютно не нужны. Однако, они здесь есть. Во всем существует социальная инерция, даже в передовой технологии. Эти ненужные стенные кольца то же самое, что чашки с трубками.
Пилорат задумчиво кивнул и продолжал потягивать кофе Потом спросил:
– Когда мы взлетим?
Тревиз захохотал.
– Я начал болтать о стенных кольцах, и вы не заметили, что в это время мы взлетели. Сейчас мы уже поднялись на милю.
– Не может быть!
– Посмотрите.
Пилорат так и сделал.
– Но я же ничего не почувствовал.
– Потому что вы ничего не знали.
– А мы не нарушаем правил? Мы, наверное, должны были идти по радиолучу вверх по спирали, как шли вниз, когда садились.
– А зачем, Янов? Нас никто не остановит.
– Когда мы садились, вы говорили…
– Тогда было совсем другое дело. Они не были встревожены, когда мы прибыли, но они в восторге от того, что мы уходим.
– Почему вы так говорите, Голан? Единственный человек, который говорил с нами о Гее – Квинтезетц, и он умолял нас не ехать.
– Не верьте этому, Янов. Все это притворство. Он хотел быть уверенным, что мы отправимся на нее. Янов, вы восхищались моим блефом, когда я вытягивал информацию из Квинтезетца. Мне очень жаль, но я не заслужил восхищения.
Если бы я ничего этого не сделал, он все равно рассказал бы. Если бы я заткнул уши, он стал бы кричать во все горло.
– Почему вы так думаете, Голан? Ведь это безумие!
– Параноидально! Да, я знаю. – Тревиз повернулся к компьютеру и сосредоточился. Затем продолжил: – Нас не остановили. Ни один корабль в просматриваемом пространстве не получил никаких предупреждений. – Он снова повернулся к Пилорату. – Скажите, Янов, как вы узнали о Гее? Вы знали о ней еще на Терминусе. Вы знали, что она в Сейшл-Секторе. Вы знали, что ее название является одним из названий Земли. Где вы услышали все это?
– Если бы я был сейчас в моем кабинете на Терминусе, я сверился бы с картотекой, но ведь я не все взял с собой и уж, конечно, не даты, когда я нашел те или иные сведения.
– Ну так и не думайте об этом, – угрюмо сказал Тревиз. – Учтите, что сами сейшлцы держат язык за зубами. Они так неохотно говорят о Гее, словно это означает поощрение суеверий простого народа, уверенного, что такой планеты в пространстве нет. И я могу рассказать вам еще кое-что. Смотрите.
Тревиз повернулся к компьютеру. Запустил в него пальцы с легкостью и грациозностью, приобретенными в процессе долгой практики… Он, как всегда, почувствовал, что часть его воли утекает, и сказал:
– Это галактическая карта компьютера, существующая в его памяти до того, как мы высадились на Сейшл. Я хочу показать вам часть карты, представляющую ночное небо Сейшл, каким вы видели его прошлой ночью.
В комнате стемнело и на экране возникло ночное небо.
Пилорат тихо сказал:
– Такое же прекрасное, как мы видели на Сейшл.
– Еще прекраснее, – нетерпеливо перебил Тревиз. – Здесь нет никаких атмосферных помех, нет облаков, нет горизонта. Но подождите, дайте мне наладить.
Зрелище сдвинулось, доставляя обоим зрителям неприятное ощущение, что двигаются они. Пилорат инстинктивно ухватился за подлокотники кресла.
– Вот! – воскликнул Тревиз. – Узнаете?
– Конечно. Это Пять Сестер – пятиугольник звезд, на который указывал Квинтезетц. Их ни с чем не спутаешь.
– Это верно. Но где Гея?
Пилорат заморгал. Тусклой звезды в центре не было.
– Ее нет, – сказал он.
– Правильно! Ее здесь нет. Это потому, что ее присутствие не заложено в память компьютера. Поскольку маловероятно, что этот банк данных намеренно сделан неполным из уважения к нашему благополучию, я заключаю, что галактографы Основания, собравшие эти сведения и имеющие в своем распоряжении потрясающее количество информации, не знали о Гее.
– Вы предполагаете, что если бы мы поехали на Трантор… – начал Пилорат.
– Я подозреваю, что и там бы мы не нашли сведений о Гее. Сейшлцы держат ее существование в секрете, и, более того, думаю, что жители Геи – тоже. Вы сами сказали несколько дней назад, что это не так уж необычно и что некоторые миры намеренно остаются в тени, чтобы избежать налогов или вмешательства извне.
– Обычно, – сказал Пилорат, – когда составители карт и статистики случайно наталкиваются на такой мир – обнаруживают его, выясняется что такие миры находятся в слабо населенных частях Галактики. Это изоляция и позволяет им скрываться. А Гея не изолирована.
– Правильно, и это еще одна сторона, делающая ее необычной. Итак, оставим эту карту на экране, чтобы продолжать думать о невежестве галактографов, и позвольте мне спросить еще раз: при таком невежестве со стороны наиболее знающих людей, как вы могли услышать о Гее?
– Я более тридцати лет собирал сведения о мифах, земных легендах, земной истории, мой дорогой Голан. Без своих записей я не могу…
– Начнем по-другому, Янов. Узнали вы об этом, скажем, в первые пятнадцать лет ваших исследований или в последующие?
– Ох! Ну, если брать так широко, то это было позднее.
– Это уже лучше. Например, я выскажу предположение, что вы узнали о Гее год-два назад. – Тревиз посмотрел на Пилората в упор, почувствовал полную невозможность прочесть что-либо по выражению его лица в темноте и прибавил света. Ночное небо на экране соответственно потускнело. Лицо Пилората было каменным и ничего не выражало.
– Ну? – спросил Тревиз.
– Я думаю, – коротко ответил Пилорат. – Возможно, вы правы. Когда я писал Джинберу из Ледбетского университета, я не упомянул о Гее, хотя в данном случае такое упоминание было бы вполне уместным, а это было… сейчас соображу… три года назад. Думаю, что вы правы, Голан.
– Так, как же вы наткнулись на это? – спросил Тревиз. – В разговоре? В книге?
В научной статье? В какой-нибудь древней песне? Как? Выкладывайте!
Пилорат впал в глубокое раздумье. Тревиз молча ждал. Наконец, Пилорат сказал:
– В частном сообщении. Но не спрашивайте меня, мой дорогой, от кого. Я не помню.
Тревиз провел руками по поясу. Они были влажными от усилий получить информацию, не слишком явно вталкивая слова в рот Пилорату.
– От историка? От эксперта по мифологии? От галактографа?
– Не старайтесь. Я не могу связать сообщения с конкретными именами.
– Возможно, потому что имени вообще не было.
– Ох, нет, это едва ли возможно.
– Почему? Вы отбрасываете анонимные сообщения?
– Полагаю, что нет.
– Вы когда-нибудь получали такие?
– Изредка. В последние годы я был известен в некоторых академических кругах, как собиратель особого типа мифов и легенд, и некоторые мои корреспонденты присылали мне иной раз достаточно интересный материал, который они добывали не из академических источников. Иногда его нельзя было приписать определенному лицу…
– Ладно, – сказал Тревиз, – а вы когда-нибудь получали анонимную информацию непосредственно, а не от какого-нибудь академического корреспондента?
– Случалось, но чрезвычайно редко.
– Вы уверены, что этого не было в случае с Геей?
– Такие сообщения имели место так редко, что я, вероятно, запомнил бы, что в данном случае это было именно так. Однако я не могу утверждать, что информация была не анонимного происхождения. Но не могу и утверждать, что получил ее из аномального источника.
– Понятно. Но возможность остается. Так?
– Полагаю, что остается, – крайне неохотно согласился Пилорат, – Но к чему все это?
– Я еще не кончил, – властно сказал Тревиз. – Откуда вы получили эту информацию – анонимно или нет – из какого мира?
Пилорат пожал плечами:
– Не имею представления.
– Может быть, с Сейшл?
– Я же сказал вам, что не знаю.
– Я предполагаю, что вы получили ее, все же, с Сейшл.
– Можете предполагать все, что угодно, но это ничего не меняет.
– Нет? Когда Квинтезетц указал вам на тусклую звезду в центре Пяти Сестер, вы сразу догадались, что это Гея Вы сказали это Квинтезетцу, опережая его объяснения. Вы помните?
– Да, конечно.
– Как это могло случиться? Как вы узнали, что тусклая звезда – Гея?
– Потому что в материале о Гее, который я имел, редко упоминалось именно это название. Обычный эвфемизм, несколько раз повторенный, был «Младший брат Пяти Сестер», другой: «Центр Пятиугольника», а иногда. «Нуль-Пентагон» Когда Квинтезетц показал мне Пять Сестер и центральную звезду, эти намеки сразу же вспомнились.
– Вы не разу не упоминали мне об этих намеках.
– Я не знал, что они имеют значение, и не думал, что так важно говорить о таких вещах с вами, с… – тут Пилорат замялся.
– С неспециалистом?
– Да.
– Вы, надеюсь, понимаете, что пятиугольник Пяти Сестер – форма относительная?
– Что вы имеете в виду?
Тревиз рассмеялся от души.
– Вы – поверхностный червь! Неужели вы думаете, что небо имеет объективную форму? Что звезды прибиты к месту? Форма пятиугольника видна с поверхности миров той планетной системы, к которой принадлежит Сейшл-планета – и только оттуда. С планеты, вращающейся вокруг другой звезды, внешний вид Пяти Сестер будет другим. Один и тот же предмет рассматривается под другим углом. Кроме того, пять звезд пятиугольника находятся на разных расстояниях от Сейшл, и, если глядеть под другим углом, видимой связи между ними может не быть вообще. Одна или две звезды могут быть в одной половине неба, а остальные – в другой. Вот смотрите. – Он снова убрал освещение и склонился к компьютеру. – Сейшл-Союз состоит из восьмидесяти шести планетных систем Давайте поставим Гею на место. – Пока он говорил, в центре пятиугольника появился маленький красный кружок – И сдвинем небо, как видят его с любого из этих восьмидесяти шести миров.
Небо сдвинулось, и Пилорат заморгал. Красный кружок остался в центре экрана, а Пять Сестер исчезли. По соседству были яркие звезды, но они не составляли пятиугольника. Небо сдвинулось еще и продолжало сдвигаться.
Красный кружок оставался на месте, но маленький пятиугольник из одинаково ярких звезд не разу ни появился. Иногда показывался искривленный пятиугольник, неравномерно яркий, но не было ничего похожего на ту красоту, что показал им Квинтезетц.
– Достаточно? – спросил Тревиз. – Уверяю вас, Пять Сестер, как мы их видели, нельзя увидеть ни с одного мира, кроме планетной системы Сейшл.
Пилорат предположил:
– Сейшлская точка зрения могла быть экспортирована на другие планеты. В имперские времена было множество поговорок – некоторые дожили и до наших времен – и все они, в сущности, сконцентрировались на Транторе.
– Если Сейшл так секретничает насчет Геи, откуда мы знаем, было ли такое? И почему миры вне Сейшл-Союза заинтересовались этим? И почему эти миры стали бы осторожничать с «Младшим Братом Пяти Сестер», если на небо нет ничего, на что можно указать?
– Наверное, вы правы…
– Разве вы не видите, что ваша первоначальная информация должна исходить с самого Сейшл? Не вообще из Союза, а именно с Сейшл-планеты, которая является столичным миром Союза?
Пилорат покачал головой.
– У вас это звучит очень логично, но я этого не помню. Просто не помню.
– Тем не менее, вы признаете силу моих аргументов?
– Да, безусловно!
– Дальше, когда, по вашему предположению, могла возникнуть легенда?
– В любое время. Я бы предположил, что задолго до Имперской эры.
Чувствуется древность…
– Ошибаетесь, Янов. Пять Сестер довольно близки Сейшл-планете, поэтому они такие яркие. Четыре из них имеют быстрое собственное вращение, а две – не часть семьи, так как движутся в другом направлении. Следите, что получается, когда я буду медленно сдвигать картину назад во времени.
Снова красный кружок, отмечающий место Геи, остался на месте, но пятиугольник медленно расходился в стороны, когда четыре звезды плыли в разных направлениях, а пятая двигалась, все больше отставая от них.
– Посмотрите, Янов. Можете вы сказать, что это правильный пятиугольник?
– Явно кривобокий, – ответил Пилорат.
– А Гея в центре?
– Нет, она сильно отклоняется в сторону.
– Прекрасно. Так выглядело это созвездие сто пятьдесят лет назад, то есть всего полтора столетия. Материал о «Центре Пятиугольника» и прочем, который вы получили, не имел до этого столетия реального смысла нигде, даже на Сейшл. Материал, который вы получили, произведен на Сейшл в этом столетии, возможно, в последнее десятилетие. И вы получили его, хотя Сейшл так упорно молчит о Гее.
Тревиз включил свет, убрал карту и сел, сурово глядя на Пилората.
– Я совсем сбит с толку, – растерянно пробормотал Пилорат. – К чему все это?
– Подумайте! Почему-то мне пришла в голову мысль, что Второе Основание все еще существует. Я говорил об этом во время моей избирательной кампании. Я выступил с небольшой эмоциональной оценкой, предназначенной для выжимания голосов из нерешительных, и начал с драматического: «Если бы Второе Основание все еще существовало…», а позже в тот же день подумал: «А что, если оно и в самом деле существует?». Я стал читать исторические книги и через неделю убедился. Не было никакой реальной очевидности, но я чувствовал, что могу вынести правильное заключение из путаницы размышлений.
Но на этот раз… – Тревиз подумал и продолжал: – Из всех людей я выбрал в поверенные Кампера, и он предал меня. В результате этого мэр Брэнно арестовала меня и послала в ссылку. Почему в ссылку, когда значительно проще посадить меня в тюрьму или угрозами заставить замолчать? Почему мне дали корабль самой последней модели с исключительной мощностью? И почему мэр настаивала, чтобы я взял вас, и советовала мне помочь вам искать Землю?
И почему я был так уверен, что не поеду на Трантор? Я был убежден, что вы имеете самый лучший план для наших исследований, а вы сразу подошли к тайне мира Геи, о которой, как сейчас выяснилось, вы получили информацию при весьма запутанных обстоятельствах.
Мы прибыли на Сейшл – первую естественную остановку – и сразу же встретились с Кампером, который предоставил нам обстоятельный рассказ о Земле и ее гибели. Он уверял нас, что она в Сириус-Секторе, и понуждал нас ехать туда.
Пилорат сказал:
– Ну, похоже, вы хотите сказать, что все обстоятельства направляли вас к Гее, а Кампер, как вы сказали, пытался убедить нас ехать в другое место.
– И в ответ я решил продолжить нашу изначальную линию расследования из-за полнейшего недоверия к этому человеку. Вы не предполагаете, что у него мог быть какой-то расчет? Он мог намеренно уговаривать нас ехать куда-то именно для того, чтобы мы этого не сделали.
– Ну, это уж какая-то мистика, – пробормотал Пилорат.
– Да? Что ж, пойдем дальше. Мы встретились с Квинтезетцем только потому, что он подвернулся под руку…
– Вовсе и нет, – вставил Пилорат. – Я знал его имя.
– Наверное, оно просто показалось вам знакомым. Вы никогда не читали его работ – иначе вы вспомнили бы. А почему это имя показалось вам знакомым? Во всяком случае, оказалось, что он читал вашу статью и пришел от нее в восторг – но насколько это соответствует истине? Вы сами говорили, что ваша статья малоизвестна.
Более того, молодая леди, провожавшая нас к его кабинету, без всяких веских причин упомянула о Гее и даже сообщила нам, что Гея в гиперпространстве, как бы для уверенности, что мы сохраним это в памяти. Когда мы спросили об этом Квинтезетца, он сделал вид, что не хочет отвечать, но не выгнал нас, хотя был почти груб с нами. Наоборот, он пригласил нас к себе домой и по дороге показал нам Пять Сестер. Он даже заставил нас обратить внимание на тусклую звезду в центре. Зачем? Неужели все это – исключительно цепь совпадений?
– Если вы расцениваете это…
– Расценивайте, как хотите, – сказал Тревиз, – но я не верю в цепь совпадений.
– Тогда что же это значит? Выходит, нас направили на Гею?
– Да.
– И кто же?
– Насчет этого просто не может быть сомнений. Кто способен регулировать мысли, подталкивать ту или другую, давая им развитие?
– Вы хотите сказать, что это Второе Основание?
– Ну, что нам сказали о Гее? Что она неуязвима; флот, высланный против, нее уничтожен. Люди, проехавшие туда, не вернулись. Даже Мул не решился выступать против Геи, а Мул, видимо, родился там. Похоже, что Гея – это Второе Основание, а найти его – главнейшая моя цель.
Пилорат покачал головой:
– Но, как говорят некоторые историки, Мула остановило Второе Основание. Как он мог быть одним из них?
– Ренегат, я полагаю.
– Но зачем Второму Основанию неустанно толкать нас к себе?
Тревиз нахмурился, его взгляд устремился в пространство.
– Давайте думать дальше. Для Второго Основания всегда важно, чтобы в Галактике распространялось как можно меньше информации о нем. В идеале оно хотело, чтобы само его существование оставалось неизвестным. Мы почти ничего не знаем о нем. Считалось, что сто двадцать лет назад Второе Основание вымерло, но когда я начал подозревать, что оно существует, его члены ничего не предприняли. Кампер знал. Они могли воспользоваться им и заставить меня замолчать тем или иным способом, вплоть до убийства. Однако они ничего не сделали.
– Они вас арестовали, – сказал Пилорат, – если вы хотите возложить вину на Второе Основание. Судя по вашим словам, это было сделано, чтобы народ Терминуса ничего не узнал о ваших взглядах. Люди Второго Основания выполнили это без большого насилия, видимо, из уважения к Сальвору Хардину, говорившему, что «насилие – последнее убежище слабого».
– Но ничего не сделано, чтобы сохранить это в тайне от людей Терминуса. Мэр Брэнно знает о моих взглядах и меньше других сомневается в их правоте. Так что теперь Второму Основанию уже поздно вредить нам. Если бы они хотели избавиться от меня с самого начала, они были бы свободны. Даже оставив меня в покое, они могли успокоиться, потому что заставили Терминус поверить в мою эксцентричность, а то и просто безумие. Предполагаемое крушение моей политической карьеры также могло бы принудить меня молчать, как только я бы понял, к чему приведет декларация моих взглядов. А теперь уже поздно что-либо делать. Мэр Брэнно явно подозревает о ситуации, раз она послала следом за мной Кампера и, не доверяя ему как и мне, поставила на его корабль гипертранслятор. В результате она знает, что мы на Сейшл. А в прошлую ночь, пока вы спали, я вложил в наш компьютер сообщение для передачи прямо в компьютер нашего посольства на Сейшл о том, что мы держим путь на Гею. Я даже взял на себя труд дать координаты Геи.
Если Второе Основание и теперь ничего не сделает, то, я уверен, мэр Брэнно примется расследовать дело, а концентрация внимания Первого Основания ему наверняка нежелательна.
– А зачем Первому Основанию беспокоиться о внимании Второго, если оно так могущественно?
– Да, – вынужденно согласился Тревиз – Оно прячется потому, что в чем-то, видимо, слабо и потому что технология Первого Основания, возможно, шагнула так далеко, как не предвидел даже сам Селдон. Тот спокойный тайный способ, каким Второе маневрирует нами из своего мира, возможно, показывает его тайное желание не делать ничего, что привлекло бы внимание. Если так, Второе Основание уже пропало, по крайней мере частично, потому что привлекло внимание, и я сомневаюсь, что оно сможет исправить положение.
– Но зачем им все это делать? – спросил Пилорат. – Зачем им губить себя, таща нас через всю Галактику? Что они хотят от нас?
Тревиз в упор взглянул на Пилората и покраснел.
– Янов, у меня есть дар делать правильные выводы почти из ничего. Во мне есть какая-то уверенность, что я прав, и сейчас я уверен. Они хотят чего-то, что есть у меня, и хотят настолько, что даже рискуют своим существованием. Я не знаю, что именно, но собираюсь узнать, потому что, если это так мощно, то я хочу уметь пользоваться этим на благо того, что считаю правильным. – Он слегка пожал плечами. – Вы все еще хотите идти со мной, старый друг, хотя видите, насколько я безумен?
– Я сказал вам, что верю в вас, – сказал Пилорат. – И продолжаю верить.
Тревиз засмеялся с чувством огромного облегчения.
– Чудесно! У меня предчувствие, говорящее мне, что вы, по каким-то причинам, тоже необходимы в этом деле. В таком случае, Янов, мы полным ходом идем на Гею. Вперед!
Мэр Харла Брэнно выглядела сейчас значительно старше своих шестидесяти двух лет. Так бывало не всегда. Она настолько погрузилась в свои думы, что забыла отвернуться от зеркала и на пути в комнату с картами увидела свое отражение. Выглядела она ужасно.
Мэр вздохнула. Жизнь высушила. Пять лет мэрства, и до этого еще двенадцать лет фактической власти за двумя подставными лицами. Все было спокойно, все удачно – ни напряжения… ни провалов… ни крушений…
Для нее лично все не так плохо, решила она неожиданно. Действие укрепит ее.
Страшно сознавать, что износило ее бездействие.
План Селдона развивался успешно, и Второе Основание убеждено, что так и должно продолжаться. Она, как сильная рука и шлем Основания (по-настоящему – Первого Основания, но никто на Терминусе и не думал добавлять числительное), явно была на гребне.
Надо думать, история мало, а то и совсем ничего не сохранит о ней. Она просто сидела за приборной доской корабля, в то время как корабль управлялся извне.
Даже Индбур III, который руководил Основанием во времена катастрофического нападения Мула, сделал что-то. Он, по крайней мере, хоть разрушал. А мэр Брэнно была бы ничем, если бы Голан Тревиз, этот безмозглый советник, этот громоотвод не сделал возможным…
Она задумчиво смотрела на карту. Карта была не из тех, что выдает современный компьютер, это был трехмерный световой пучок, который голографически рисовал в воздухе Галактику. Хотя изображение нельзя было сдвинуть, повернуть, вытянуть или сжать, можно было обойти его кругом и увидеть под любым углом.
Обширная часть Галактики, может быть, треть (если не считать «нежилого» ядра), окрасилась в красный цвет, когда мэр тронула кнопку. Это был цвет Федерации Основания, более семи миллионов обитаемых планет, которыми управлял Совет и сама мэр Брэнно семимиллионная Федерация, голосовавшая за нее.
Другая кнопка – слабый розовый цвет брызнул от краев Федерации наружу – сферы влияния! Это не было территорией Основания, но регионы, номинально независимые, никогда не помышлявшие о сопротивлении любому начинанию Основания.
Она не сомневалась, что никакая сила в Галактике не может противиться Основанию, даже Второе Основание (если бы только знать, где оно). При желании можно выпустить флот новейших кораблей и создать Вторую Империю.
Но с начала действия плана прошло всего пять столетий. План требовал десяти столетий до того, как может быть основана Вторая Империя, и Второе Основание должно удостовериться, что план будет выполнен. Мэр покачала головой. Если Основание выступит сейчас, оно каким-то образом должно провалиться. Хотя его корабли непобедимы, немедленные действия потерпят крах.
Если только Тревиз, громоотвод, не притянет молнию Второго Основания, а молнию можно направить обратно к источнику.
Брэнно оглянулась. Где Кодил? Сейчас ему не время опаздывать.
Эта мысль как бы вызвала Кодила, потому что он тут же вошел, добродушно улыбаясь и выглядя еще больше по-стариковски, чем обычно. Дед, но не старый. Ну, конечно, он был на восемь лет моложе мэра.
Почему на нем нет следов напряжения? Неужели пятнадцать лет работы Директором Безопасности не оставили рубцов?
Кодил медленно склонил голову в официальном поклоне, что было необходимо при разговоре с мэром. Это была традиция, существовавшая с печальной памяти дней Индбуров. Изменилось почти все, но не этикет.
– Простите, что я опоздал, мэр, но арест Советника Тревиза, в конце концов, начал пробиваться сквозь анестезированную кожу Совета.
– Да? – равнодушно спросила мэр – У нас дворцовый переворот?
– Ни в коей мере. Мы контролируем. Но шум будет.
– Пусть шумят. Они будут чувствовать себя лучше, а я переживу. Надеюсь, я могу рассчитывать на общественное мнение?
– Думаю, что можете. Особенно вне Терминуса. Там никто не беспокоится, что стало с заблудшим Советником.
– А я беспокоюсь.
– Есть новости?
– Лионо, – сказала мэр, – я хочу узнать все о Сейшл.
– Я не двуногая книга по истории, – улыбаясь, ответил Кодил.
– Я не хочу истории. Я хочу правды. Почему Сейшл независим? Взгляните сюда – Она указала на красный цвет Основания голографической карты. Там, во внутренней спирали, было белое пятно – Мы почти закапсулировали его, почти всосали – однако оно белое. Наша карта не показывает его даже в розовом, как лояльного союзника!
Кодил пожал плечами.
– Официально он не союзник, но он никогда не ссорился с нами. Он – нейтрален.
– Правильно. Но посмотрите на это, – она тронула другую кнопку. Красное растянулось заметно дальше. Оно покрыло почти половину Галактики – Это владение Мула перед его смертью. Если приглядитесь, то увидите, что Сейшл-Союз полностью окружен, но по-прежнему белый. Эта единственная окруженная территория, оставленная Мулом свободной.
– Сейшл и тогда был нейтрален.
– Мул не слишком-то считался с нейтралитетом.
– В этом случае, видимо, считался.
– Видимо, считался! Что имеет Сейшл?
– Ничего! Поверьте, мэр, Сейшл будет нашим, как только мы захотим.
– Да? Однако он почему-то не наш.
– Он нам не нужен.
Брэнно снова села в кресло и, взмахнув рукой над контрольной панелью, повернулась к Галактике спиной.
– Я думаю, что теперь он нам нужен.
– Простите, мэр?
– Лионо, я послала этого дурака-советника в космос как громоотвод. Я чувствовала, что Второе Основание увидит в нем большую опасность, чем он собой представляет, и сочтет само Основание опасностью меньшей. Молния должна ударить в него и выдать нам свое происхождение.
– Да, мэр!
– Я хотела, чтобы он поехал в гниющие руины Трантора, порылся в их библиотеке – если от нее еще что-нибудь осталось – и нашел сведения о Земле. Это, вы, помните, мир, про который нудные мистики говорят, что оттуда произошло человечество, хотя это даже в самом невероятном случае не может быть правдой. Второе Основание, вероятно, не поверит, что это настоящая причина его приезда, и постарается установить, что же он в действительности высматривает.
– Но он не поехал на Трантор.
– Нет… Совершенно неожиданно он оказался на Сейшл. Зачем?
– Я не знаю. Пожалейте, пожалуйста, старого сыщика, в обязанности которого входит подозревать всех, и скажите, как вы узнали, что Тревиз и Пилорат на Сейшл? Я знаю, что Кампер сообщал об этом, но можно ли ему верить?
– Гипертранслятор подтвердил, что корабль Кампера на Сейшл-планете.
– Бесспорно, но откуда вы знаете, что Тревиз и Пилорат тоже там? Кампер вполне мог прилететь на Сейшл по личным соображениям, совершенно не интересуясь, где находятся те двое.
– Наш посол на Сейшл информировал о прибытии корабля, на который мы поместили Тревиза и Пилората. Я не склонна думать, что корабль пришел на Сейшл без них. Кроме того, Кампер сообщил, что разговаривал с ними, и, если он не врал, то у него есть сведения, что эти двое были в сейшлском университете и беседовали там с малоизвестным историком.
– Ничего такого, – кротко сказал Кодил, – до меня не дошло.
Брэнно фыркнула.
– Не считайте, что вам наступают на пятки. Я лично занимаюсь этим делом, а теперь и вы располагаете информацией – с отсрочкой на дорогу, проделанную ко мне. Самые последние известия, только что полученные от посла, сообщают, что наш громоотвод пошел дальше. Он пробыл на Сейшл-планете два дня, а затем улетел. Он направился в другую планетарную систему, как он сообщил, что-то в десяти парсеках от Сейшл. Тревиз передал послу название и галактические координаты места своего назначения, а посол передал нам.
– Кампер подтвердил это?
– Сообщение Кампера, что Тревиз и Пилорат оставили Сейшл, пришло даже раньше, чем известие от посла. Кампер еще не установил, куда направился Тревиз. Предполагается, что Кампер последует за ним.
– Не хватает сведений, почему создалась такая ситуация, – сказал Кодил, сунув в рот пастилку и сосредоточенно посасывая ее. – Зачем в таком случае Тревизу надо было посещать Сейшл? Почему он так быстро покинул его?
– Меня сейчас больше волнует вопрос – куда? Куда он отправился?
– Вы кажется сказали, мэр, что он дал послу название и координаты места?
Или посол солгал нам?
– Даже если допустить, что каждый сказал чистую правду и никто не сделал ошибки, меня интересует название. Тревиз передал послу, что едет на Гею. Он даже позаботился передать по буквам: ГЕЯ.
– Гея? – переспросил Кодил. – Никогда не слышал о такой.
– Да? Ничего удивительного. – Брэнно указала на место в воздухе, где была карта. – На карте в этой комнате я могу немедленно установить любую звезду, вокруг которой предположительно вращается обитаемый мир, и множество известных звезд с необитаемыми мирами. Можно отыскать свыше тридцати миллионов звезд – если я буду правильно обращаться с управлением – единичных, парных и созвездий. Я могу отметить их любыми из пяти цветов, по одному или сразу. Но я не могу определить на карте Гею. На карте, Гея не существует!
– На каждую звезду, отмеченную на карте, – заметил Кодил, – приходится десять тысяч неотмеченных.
– Согласна, но там нет обитаемых планет, а зачем Тревизу лететь на необитаемую планету?
– Вы запрашивали Центральный компьютерный центр? В нем хранится информация обо всех трехстах миллиардах звезд Галактики.
– Могла бы, но что это даст? Мы с вами прекрасно знаем, что есть тысячи обитаемых планет, не вошедших в список наших карт – не только в нашем, но и в центральном компьютере. По-видимому, Гея – одна из них.
Голос Кодила оставался спокойным, почти ласковым:
– Мэр, во всем этом, может быть, ничего нет. Тревиз мог отправиться охотиться на диких гусей, мог солгать нам, и нет звезды, называемой Геей, или вообще нет звезды с теми координатами, которые он дал. Он пытается сбить нас со следа, поскольку он встретил Кампера и, видимо, догадался, что за ним следят.
– Как он собьет нас? Ведь Кампер все еще идет за ним. Нет, Лионо, я думаю о другой возможности, потенциально куда более неприятной. Послушай.
Эта Гея находится, если верить информации, в десяти парсеках от Сейшл-планеты, и, следовательно, входит в Сейшл-Союз. Сейшл-Союз – хорошо изученная часть Галактики. Все его звездные системы – обитаемые или необитаемые – записаны, а обжитые системы известны в деталях. Гея – единственное исключение. Обитаема она или нет – никто о ней не слышал, и на картах ее нет. Вдобавок, Сейшл-Союз поддерживает особое состояние независимости по отношению к Федерации Основания и поступал так же по отношению к владениям Мула. Он стал независимым после падения Империи.
– И что? – осторожно поинтересовался Кодил.
– Два соображения, которые я хочу связать: Сейшл-Союз включает в себя полностью неизвестную планетную систему, и Сейшл неприкосновенна. И то, и другое должно быть связано. Какова бы ни была Гея, она защищает себя. Она следит, чтобы о ее существовании никто не знал, кроме ее непосредственного окружения, и защищает соседей, чтобы их не захватили пришедшие извне.
– Вы хотите сказать, мэр, что Гея – оплот Второго Основания?
– Я хочу пока только сказать, что Гея заслуживает инспектирования.
– Я могу указать на один странный пункт, который трудно объяснить этой теорией?
– Пожалуйста.
– Если Гея есть Второе Основание и если она столетиями защищала себя физически от вторжения и охраняла весь Сейшл-Союз как собственный широкий и глубокий щит и даже препятствовала утечке сведений о ней в Галактику – почему вся эта защита исчезла? Тревиз и Пилорат оставили Терминус и, хотя вы советовали им ехать на Трантор, без колебаний немедленно отправились на Сейшл, а оттуда на Гею. Более того, вы думаете о Гее. Почему?
Мэр Брэнно долгое время не отвечала Голова ее склонилась, седые волосы слабо отсвечивали на затылке под светом ламп. Затем ответила:
– Потому, я думаю, что Советник Тревиз умеет каким-то образом все опрокидывать. Он сделал что-то – или намерен сделать – что в некотором смысле подвергает опасности план Селдона.
– Это просто невозможно, мэр!
– Я полагаю, у всего и у всех есть свои изъяны. Даже Хари Селдон наверняка не был идеалом. Значит, и план имеет цель, и Тревиз наткнулся на нее, возможно, даже не поняв этого. Мы должны знать, что происходит, и быть на месте.
Наконец и Кодил стал серьезным.
– Не решайте только за себя, мэр. Мы не захотим действовать без соответствующего обсуждения.
– Не считайте меня идиоткой, Лионо. Я не призываю к войне. Я не собираюсь высаживать экспедиционный корпус на Гею. Я хочу только быть на месте или поблизости, если вы предпочитаете. Лионо, узнайте для меня – я сейчас не могу переговорить с военными ведомствами, у них до смешного узкий кругозор, но к вам это не относится – сколько военных кораблей находится вблизи Сейшл. Могу ли я произвести их перемещение вроде бы по распорядку службы, а не по мобилизации.
– В мирное время там немного кораблей, я уверен, но узнаю точно.
– Двух-трех будет вполне достаточно, если один из них будет суперкласса.
– Что вы хотите делать с ними?
– Я хочу подогнать их как можно ближе к Сейшл – не вызывая инцидента – и хочу, чтобы они были достаточно близко друг к другу, чтобы оказать взаимную поддержку.
– И зачем все это?
– Гибкость. Я хочу иметь возможность ударить, если это понадобится.
– Против Второго Основания? Если Гея могла оставаться изолированной и нетронутой во времена Мула, то теперь она явно выстоит против нескольких кораблей.
Брэнно сказала с боевым блеском в глазах:
– Мой друг, я сказала вам, что никто и ничто не совершенно, даже Хари Селдон. Он был математиком в дни заката Империи, когда технология замерла.
Потому он не мог учесть в своем плане технологическое развитие. Гравитация – совершенно новое направление. Он, конечно, не имел возможности предвидеть ее, как и многие другие достижения.
– Гея тоже могла продвинуться вперед.
– В изоляции? Бросьте! В Федерации Основания десять квадрильонов людей, из которых вперед могут выйти только содействующие технологическому прогрессу.
Один изолированный мир не может идти ни в какое сравнение. Наши корабли пойдут вперед, и я пойду с ними.
– Простите, мэр, что?
– Я сама поведу корабли и доберусь до границы Сейшл. Я хочу сама оценить ситуацию.
Кодил раскрыл рот и громко сглотнул.
– Мэр, это… это неразумно! – Если мужчина всегда хочет сделать более резкое замечание, то Кодил не составлял исключения.
– Разумно или нет, – резко сказала Брэнно, – я это сделаю. Я устала от Терминуса и его бесконечных политических баталий, от его ближнего боя, от его союзов и компромиссов, контрсоюзов и измен, от всех этих повторений. Я семнадцать лет в центре этого и хочу делать что-то другое. Отсюда, – она махнула рукой в сторону, – может измениться вся история Галактики, и я хочу участвовать в этом процессе.
– Вы ничего не знаете о таких вещах, мэр.
– Ну и что, Лионо? – Она встала. – Как только вы дадите мне нужную информацию о кораблях и как только я смогу передать здешние дурацкие дела, я улечу. И, Лионо, не пытайтесь отговорить меня от этого решения каким-либо способом, иначе я забуду нашу давнюю дружбу и сломаю вас. Это я еще могу сделать.
Кодил кивнул.
– Знаю, что можете, мэр, но прежде, хочу спросить – вы пересмотрели отношение к плану Селдона? То, что вы затеяли, может стать самоубийством.
– Этого я не боюсь, Лионо. Ошибка с Мулом уже произошла, а отсутствие предвидения в одном случае часто ведет за собой возможность провала в другом.
Кодил вздохнул.
– Ну, раз уж вы твердо решили, я буду поддерживать вас насколько хватит сил.
– Хорошо. Предупреждаю вас еще раз, вам лучше выучить наизусть данное мною обещание. Не забывайте этого, Лионо, и давайте двинемся на Гею. Вперед!
Назад: Университет
Дальше: Захват
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий