Космические течения

ПЛЕННИК

В конце концов Высокородная Сэмия Файфская была вынуждена перейти от выражения своих желаний к заявлению своих прав, как самая обыкновенная саркитка.
— Я полагаю, что имею право встречать любой прибывающий корабль, какой захочу, — капризно сказала она.
Начальник порта высказался вполне определенно:
— Госпожа моя, мы совсем не хотим ущемлять вас. Дело в том, что мы получили от Сквайра, вашего отца, специальные распоряжения: помешать вам встретить этот корабль.
— Может быть, вы хотите приказать мне покинуть порт?
— Нет, госпожа. Нам не было приказано удалить вас из порта. Если угодно, вы можете оставаться. Но при всем уважении к вам мы должны задержать вас, если вы захотите подойти к колодцам поближе.
Он ушел, а Сэмия сидела в бесполезной роскоши своей машины, остановившейся неподалеку от самого внешнего входа порта.
Со стороны отца это было нечестно. Они всегда обращались с нею как с ребенком. Вот и сегодня…
Едва Сэмия рассказала отцу о психозондированном космоаналитике и об опасности, надвигающейся на Флорину, как Файф, даже не дав дочери договорить, резко спросил:
— Откуда ты знаешь, что он космоаналитик, Миа?
— Он так говорит.
— А подробности об этой опасности?
— Он не знает. Он был психозондирован. Разве ты не видишь, что это самое лучшее доказательство? Он знал слишком много. Кому-то было нужно скрыть это. — Ее голос инстинктивно понизился и зазвучал конфиденциально. — Видишь ли, если бы его теории были неверны, его не нужно было бы психозондировать.
— Почему же его не убили в таком случае?
— Если ты прикажешь Отделу Безопасности, чтобы мне позволили говорить с ним, то я узнаю это. Он мне верит. Я знаю, что верит. Я узнаю от него больше, чем может Отдел Безопасности. Пожалуйста, прикажи допустить меня к нему, папа. Это очень важно.
Файф нежно притронулся к ее сжатым кулачкам и улыбнулся.
— Не время, Миа. Не время. Скоро в наших руках будет третий человек. Тогда — может быть.
— Третий? Туземец-убийца?
— Вот именно. Корабль, на котором его везут, опустится примерно через час.
— И до тех пор ты не сделаешь ничего с космоаналитиком и с туземкой?
— Ничего.
— Хорошо! Я встречу корабль.
— Очень важно, чтобы о прибытии этого человека никто не знал. Ты будешь в порту слишком заметна.
— Ну и что?
— Я не могу объяснять тебе государственную политику, Миа.
— Политику, фи! — Она наклонилась к нему, клюнула его в середину лба быстрым поцелуем и исчезла.
А теперь она сидела беспомощно в своей машине на территории порта, пока высоко в небесах росла какая-то точка, черная на фоне яркого послеполуденного неба.
Сэмия нажала кнопку, открыла боковой шкафчик и достала оттуда бинокль. Она поднесла его к глазам, и точка превратилась в крошечный кораблик с ясно видимым красноватым сиянием кормовых дюз.
Сарк заполнял весь экран.
— Космопорт не будет строго охраняться, — сказал Генро, не отрываясь от управления. — Это тоже было мое предложение. Я сказал, что всякий необычный прием корабля может внушить Трантору какие-нибудь подозрения. Я сказал, что успех зависит от того, насколько Трантор не догадается об истинном положении вещей, пока не станет слишком поздно.
— Сарк, Трантор, — угрюмо сказал Теренс, — какая разница…
— Для вас большая. Я воспользуюсь ближайшим к восточным воротам колодцем. Вы выйдете через аварийный шлюз на корме, как только я сяду. Идите к воротам быстро, но не слишком. Предоставляю вам свободу действий, если встретится препятствие. Судя по вашей истории, в этом на вас можно положиться. За воротами будет ждать машина, которая повезет вас в посольство. Вот и все…
Улыбка Генро была холодной и невеселой.
— Когда увидят, что вы бежали, меня могут в худшем случае расстрелять как изменника. Если же меня найдут совершенно беспомощным и физически неспособным задержать вас, то просто уволят, как дурака. Последнее, кажется, предпочтительнее, так что я попрошу вас, перед тем как уйти, применить ко мне нейрохлыст.
Они садились. Уже можно было различить что-то вроде радуги саркитского города.
— Надеюсь, — сказал Генро, — вы не собираетесь делать что-нибудь сами. Сарк не место для этого. Либо Трантор, либо Сквайры. Помните. Если Трантор не получит вас через час, то Сквайры поймают вас еще до конца дня. И тогда… Впрочем, вы и сами знаете, что они сделают с вами…
Порт стойко держался на экране, но Генро больше не смотрел на него. Он переключил приборы, направляя пульсолуч книзу.
Корабль медленно поворачивался в воздухе на высоте мили и опускался хвостом вниз.
В сотне ярдов над колодцем двигатели запели высоким тоном. Теренс ощущал их вибрацию, сидя на гидравлических пружинах. Голова у него кружилась.
— Берите хлыст. Быстро. Каждая секунда на счету. Аварийный шлюз закроется за вами. Встречающим понадобится пять минут, чтобы удивиться, почему я не открываю главный шлюз, еще пять — чтобы прорваться сюда, еще пять — чтобы найти вас. В вашем распоряжении пятнадцать минут: выйти из порта и сесть в машину…
Теренс ощутил холодок саркитской осени. Он провел годы в этом суровом климате, но почти забыл о нем в мягком вечном лете Флорины. И вдруг прошлое нахлынуло на него так, словно он никогда не покидал планеты Сквайров.
Но теперь Теренс был беглецом, и на нем горело клеймо величайшего преступления — убийства Сквайра.
Видел ли кто-нибудь, как он выходил из корабля?
Он слегка притронулся к шляпе. Она еще была надвинута ему на уши, и маленький медальон, украшавший ее теперь, был гладким на ощупь. Генро сказал, что это нужно для его опознания. Люди с Трантора будут искать именно этот медальон, сверкающий на солнце.
Он мог бы снять его, уйти самостоятельно, найти путь на какой-нибудь другой корабль, как-нибудь. Он мог бы покинуть Сарк, как-нибудь. Мог бы бежать, как-нибудь.
Слишком много «как-нибудь»! В глубине сердца он знал, что дошел до конца. Как и говорил Генро: либо Трантор, либо Сарк. Он боялся Трантора и ненавидел его, но знал, что выбора нет: ни в коем случае он не может выбрать Сарк.
— Вы! Эй, вы! — Молодая женщина выглядывала из окна сверхроскошной машины. — Подите сюда.
Теренс подошел.
— Вы прибыли на корабле, который только что опустился, да?
Он молчал.
— Ну, что же вы?
— Да. Да, — выдавил из себя Теренс.
— Тогда садитесь.
Она открыла дверцу перед ним. Внутри машина была еще роскошнее.
— Вы из команды?
Испытывают, подумал Теренс. И спокойно сказал:
— Вы знаете, кто я. — На мгновение он поднял пальцы к медальону.
Машина попятилась и повернула.
У ворот, где стояла охрана, Теренс вжался в мягкую, покрытую кыртом спинку. Но для тревоги не было никаких причин. Его благодетельница повелительно произнесла:
— Этот человек со мной. Я Сэмия Файф.
Усталому Теренсу понадобились секунды, чтобы услышать и понять это. Когда он напряженно подался вперед, машина уже мчалась по экспресс-полосе, делая сотню миль в час.
Их видел рабочий на территории порта. Он увидел их и коротко пробормотал что-то в лацкан своей куртки. И через несколько минут за пределами порта один агент Трантора сказал в машине досадливо другому:
— Человек с медальоном только что покинул порт в роскошной машине. Это машина Высокородной Сэмии! Значит, мы его прохлопали. Великий Космос, что делать?
— Следовать за ними.
— Но Высокородная Сэмия…
— Она для меня ничто. Она не должна быть ничем и для тебя. Иначе, что ты здесь делаешь?
— Откуда мы знаем, что убийца Сквайра с нею? Может быть, это притворство, чтобы заставить нас покинуть пост.
— Я знаю, но Файф не послал бы свою дочь, чтобы устранить нас. В конце концов достаточно отряда патрульных.
— Может быть, это вовсе не Сэмия…
— Все равно. Быстрее! Еще быстрее!..
— Я хочу поговорить с вами, — сказала девушка.
— Я готов говорить.
— Вы были на корабле, привезшем туземца с Флорины? Того, которого ловят за убийства?
— Я сказал, что да.
— Очень хорошо. Так вот, я привезла вас сюда для того, чтобы нам никто не помешал. Допрашивали ли туземца по пути на Сарк?
Такая наивность, подумал Теренс, не может быть поддельной. Сэмия действительно не знала, кто он такой. Он сказал осторожно:
— Да.
— Вы присутствовали при допросе?
— Да.
— Хорошо. Я так и думала. Кстати, почему вы ушли с корабля?
— Я должен был доставить специальный отчет…
Он заколебался. Она быстро ухватилась за его слова.
— Моему отцу? Не беспокойтесь об этом. Я полностью оправдаю вас. Скажу, что вы приехали со мной по моему приказанию.
— Хорошо, госпожа моя.
Слова «госпожа моя» глубоко поразили его самого. Она была высокородной, самой высокой в стране, а он флоринианин. Но человек, убивающий патрульных, легко может научиться убивать Сквайров, а убийца Сквайров может взглянуть Высокородной в лицо.
Он взглянул на нее твердо и испытующе.
Она была чрезвычайно красива.
И он понял вдруг, что убийство Сквайра не было тягчайшим из преступлений.
Он даже не сознавал, что двигается. Но ее фигурка очутилась в его объятиях, и она напряглась и вскрикнула, и тогда он заглушил ее крик поцелуем…
Ее руки покоились у него на плечах, когда в спину подуло холодным ветром и дверца машины открылась.
Сэмия молча смотрела, приоткрыв рот, как взбешенный саркит вытаскивал Теренса из машины.
— И она позволила ему, — бормотал он. — Позволила ему…
Сэмия беспомощно отодвинулась в сторону, насколько могла, а потом быстро закрыла лицо обеими руками, прижав пальцы так, что кожа под ними побелела.
— Что мы с нею сделаем?
— Ничего.
— Она видела нас. Она бросит за нами всю планету, раньше чем мы проедем хоть милю.
— Ты хочешь убить Высокородную Даму?
— Нет. Но мы можем испортить ей машину. К тому времени, как она доберется до радиофона, мы будем в безопасности.
— Не нужно. — Агент наклонился в машину. — Госпожа моя, у меня мало времени. Вы слышите меня?
Она не шевельнулась.
— Вам лучше выслушать меня. Сожалею, что помешал вам в нежную минутку, но, к счастью, эту минутку я использовал. Я действовал быстро и успел запечатлеть эту сцену с помощью стереоскопического фотоаппарата. Вы меня поняли? — Он повернулся к спутнику. — Она ничего не скажет обо всем этом. Ни словечка. Идите за мной, Резидент.
Теренс последовал за ним. Он не мог обернуться на белое, осунувшееся личико в машине.
Что бы теперь с ним не случилось, он совершил чудо. Он целовал самую гордую даму на Сарке, ощущал беглое прикосновение ее нежных, ароматных уст.
Назад: РЕНЕГАТ
Дальше: ОБВИНЯЕМЫЙ
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий