Властелин мира

10. ВНЕ ЗАКОНА

Таково было содержание письма, адресованного правительству Соединенных Штатов и доставленного в департамент полиции без посредничества почты. Но человека, который принес это письмо в ночь с 14 на 15 июля, никто не видел.
А между тем и в эту ночь, вплоть до самой утренней зари, множество любопытных продолжало осаждать здание департамента полиции. Впрочем, как им было заметить подателя, а может быть и самого автора письма в тот момент, когда он, затерявшись в толпе, опускал его в ящик для корреспонденции? Ведь ночь была темная, безлунная; с одной стороны улицы нельзя было разглядеть, что делается на другой.
Я уже сказал, что факсимиле этого письма немедленно появилось в газетах, которым власти передали его буквально в первый же час. Но не подумайте, что публика приняла его за чью-то неуместную шутку. Ничуть не бывало. Правда, такое именно впечатление создалось у меня самого пять недель тому назад, когда я получил письмо с Грейт-Эйри. Но, говоря откровенно, теперь даже и о нем я склонен был думать по-иному, и моя первоначальная уверенность несколько поколебалась.
Да, как в Вашингтоне, так и во всей Америке письмо «Властелина мира» приняли всерьез, что было, в сущности говоря, вполне естественно, и если бы кому-нибудь вздумалось расценивать его иначе, огромное, большинство читателей газет возразило бы: «Нет, это не мистификация! Письмо действительно написано самим изобретателем неуловимого аппарата, — это не подлежит сомнению».
Итак, благодаря какому-то странному, но вместе с тем понятному настроению умов вопрос этот был, по-видимому, для всех совершенно ясен, и все удивительные факты, к разгадке которых не было ключа, получили теперь вполне определенное толкование.
Вот к чему оно сводилось.
Действительно, изобретатель на какое-то время исчез, но теперь он снова подал признаки жизни. Он не стал жертвой несчастного случая, а просто укрылся в убежище, недоступном для преследования полиции. Там он и написал ответ на предложение правительства, но, не желая отправлять этот ответ по почте, что могло бы открыть его местопребывание, он явился в столицу Соединенных Штатов и, как это было сказано в официальном извещении, сам принес письмо с здание департамента полиции.
Что ж, если этот человек рассчитывал таким образом наделать шуму и в Старом и в. Новом Свете, то он добился своего. В тот день миллионы людей, читая и перечитывая газету, «не верили своим глазам», если употребить столь банальное выражение.
Почерк письма, которое я не переставал разглядывать, был резкий, с энергичным нажимом пера. Графологи непременно увидели бы в этих строчках признак бурного темперамента и трудного характера.
И вдруг у меня вырвался возглас, которого, к счастью, не слышала моя старая Грэд. Как это я сразу не заметил сходства между этим почерком и почерком письма, присланного мне из Моргантона?!
Кроме того (и это совпадение было еще более многозначительно), инициалы, заменявшие подпись, являлись, видимо, начальными буквами слов: «Властелин мира»… И где же он писал это письмо? На борту «Грозного». Очевидно, так назывался аппарат тройного действия, управляемый таинственным капитаном!
Так значит, эти строчки принадлежат ему, как и строчки первого письма, которое под страхом смерти запрещало мне возобновлять расследование на Грейт-Эйри!
Я встал, вынул из ящика письменного стола письмо от 13 июня, сравнил его со снимком, помещенным в газете… Сомнений не оставалось: тот же характерный почерк, та же рука!
Мозг мой продолжал усиленно работать, пытаясь сделать выводы из этого известного мне одному сходства, из этого графического тождества обоих писем, автором которых мог быть только командир «Грозного». Страшное, но вполне заслуженное название!..
Я спрашивал себя, не позволит ли это совпадение возобновить поиски с более определенными данными, не сможем ли мы направить наших агентов по более верному следу, который, наконец, и приведет их к цели?
И я думал: какая же связь существует между «Грозным» и вершиной Грейт-Эйри, что общего между чудесами, наблюдавшимися на Голубых горах, и не менее чудесными появлениями фантастического аппарата?
Не колеблясь более, я положил письмо в карман и помчался в департамент полиции.
Я спросил, у себя ли мистер Уорд.
Получив утвердительный ответ, я бросился к двери, постучался, пожалуй несколько громче, чем это было принято, и, услыхав «войдите!», — задыхаясь, ворвался в кабинет.
Мистер Уорд как раз рассматривал письмо, опубликованное в газетах, но не копию, а подлинник, тот самый, который был опущен в ящик департамента полиции.
— Что-нибудь новое, Строк?.
— Судите сами, мистер Уорд!..
И я вынул из кармана письмо с инициалами.
Мистер Уорд взял его и, не читая, осмотрел со всех сторон.
— Что это за письмо? — спросил он.
— Как видите, письмо, подписанное инициалами.
— А какой на нем почтовый, штемпель?
— Почтовой конторы Моргантона, в Северной Каролине…
— Когда вы его получили?
— Тринадцатого июня, больше месяца назад.
— И что вы тогда подумали об этом письме?
— Что кто-то решил подшутить надо мной.
— А сегодня… сегодня, Строк?
— Сегодня я думаю о нем то же, что несомненно будете думать и вы, мистер Уорд, когда познакомитесь с его содержанием.
Мой начальник снова взялся за письмо и прочитал его от строчки до строчки.
— Оно подписано двумя инициалами… — проговорил он.
— Да, мистер Уорд, и это — инициалы двух слов: «Властелин мира». Им же подписано факсимиле…
— Подлинник которого перед вами, — прервал меня мистер Уорд, вставая.
— Совершенно очевидно, что оба письма написаны одной рукой, — сказал я.
— Да, Строк, одной рукой…
— Видите, чем мне угрожают в случае, если бы я сделал вторичную попытку проникнуть в глубь Грейт-Эйри?
— Да… вам грозят смертью. Но послушайте, Строк, ведь вы получили это письмо уже месяц назад. Почему же вы не показали мне его до сих пор?
— Потому что я не придавал ему никакого значения. Сегодня, после этого послания с «Грозного», я поневоле отнесся к нему более серьезно.
— И правильно сделали, Строк. Ваше сообщение представляется мне крайне важным, и я думаю, что оно может помочь нам напасть на след этого странного человека.
— Я тоже так думаю, мистер Уорд.
— Но какая же все-таки связь может существовать между «Грозным» и Грейт-Эйри?
— Вот уж не могу вам ответить, я и сам все время ломаю над этим голову.
— Нашлось бы, пожалуй, только одно объяснение, — продолжал мистер Уорд, — но, по правде сказать, оно маловероятно, чтобы не сказать — немыслимо…
— Какое же?
— Не мог ли изобретатель выбрать Грейт-Эйри местом стоянки для своей машины?
— Полноте! — вскричал я. — А каким же способом ему удалось проникнуть туда? Как он выйдет оттуда? Нет, мистер Уорд, после того, что я видел, ваше объяснение неприемлемо.
— Неприемлемо, если…
— Если? — повторил я.
— Если у аппарата этого «Властелина мира» нет крыльев, которые могли помочь ему забраться на Грейт-Эйри!
При мысли о том, что «Грозный» способен соперничать с коршунами и орлами, я не мог удержаться от недоверчивой улыбки, да мистер Уорд и сам не стал настаивать на своей гипотезе. Он взял оба письма и, еще раз сличив при помощи маленькой лупы почерк обоих, установил полнейшее сходство между ними. Они были написаны одной и той же рукой, более того — одним и тем же пером. И потом — это соответствие между инициалами, которыми было подписано первое письмо, и подписью «Властелин мира», которою заканчивалось второе!
Несколько минут мистер Уорд сидел молча, погруженный в глубокое раздумье.
— Я оставляю ваше письмо у себя. Строк, — сказал он наконец. — Знаете, я положительно убежден, что вам суждено сыграть важную роль в этой странной истории… или, вернее, в этих двух историях! Не знаю еще, какие нити их связывают, но какая-то связь существует, — это несомненно. Вы оказались причастны к первой; не будет ничего удивительного, если вы окажетесь причастны и ко второй.
— Охотно, мистер Уорд! Вы ведь знаете, как я любопытен, и не удивитесь, если…
— Решено, Строк! Итак, повторяю: будьте готовы выехать по первому приказанию.
Я вышел из департамента полиции, чувствуя, что моя помощь понадобится очень скоро. И я и оба моих помощника готовы были выехать в любое время, — мистер Уорд вполне мог рассчитывать на нас.
Между тем отказ, которым владелец «Грозного» встретил предложения американского правительства, еще более взволновал умы. Общественное мнение повелевало действовать, — это чувствовали и в Белом Доме и в министерстве. Но каким образом? Где найти этого «Властелина мира», а если он и появится снова, то как его захватить? Многое еще казалось необъяснимым. Его аппарат обладал необычайной скоростью, — это было несомненно. Но как смог он попасть в озеро Кирдол, которое не сообщалось с другими водными системами? Каким образом вышел оттуда?.. А потом его видели на Верхнем озере, хотя, повторяю, никто не заметил, как он покрыл расстояние в восемьсот миль, разделяющее эти два озера.
В самом деле, какой странный случай и сколько тут необъяснимых загадок! Тем больше оснований их разгадать. Миллионы долларов не подействовали, значит надо прибегнуть к силе. Изобретатель не согласился продать свое изобретение, и мы уже знаем, в каких надменных и угрожающих выражениях он высказал свой отказ. Что ж, если так, его следует объявить преступником, и тогда все средства, которые отнимут у него возможность вредить, будут законны. Это необходимо для безопасности не только Америки, но и всего мира. После его нашумевшего письма от 15 июля предположение о том, что он погиб при какой-нибудь катастрофе, отпало. Нет, он был жив и здоров, и жизнь его ежеминутно представляла угрозу общественной безопасности.
Исходя из этих доводов, правительство опубликовало следующее сообщение:
«Поскольку, несмотря на предложенные ему миллионы, командир „Грозного“ отказался уступить право на свое секретное изобретение, поскольку применение его аппарата представляет для населения опасность, предотвратить которую невозможно, — вышеупомянутый командир объявляется вне закона. Все меры, ведущие к уничтожению его аппарата и его самого, одобряются заранее».
Итак, война, война не на жизнь, а на смерть, была объявлена этому «Властелину мира», который счел себя достаточно сильным, чтобы бросить вызов целому народу, и притом — американскому народу!
Каждому, кто сумел бы открыть убежище этого опасного изобретателя, захватить этого человека и избавить от него страну, было обещано значительное денежное вознаграждение.
Таково было положение вещей во второй половине июля. И все-таки, рассуждая здраво, вы приходили к выводу, что только случай мог распутать это дело. Ведь прежде всего необходимо было, чтобы этот человек, объявленный вне закона, снова подал признаки жизни, чтобы он был обнаружен и чтобы обстоятельства оказались благоприятными для его ареста. Ведь задержать этот аппарат, — будь то автомобиль на суше, судно на море или подводная лодка в глубине вод, — невозможно. Нет, надо захватить его врасплох, пока он не успел умчаться благодаря своей дьявольской скорости, которой не достигло еще ни одно средство передвижения.
Итак, я находился в боевой готовности, ожидая приказа мистера Уорда о выезде. А приказа все не было, — по той простой причине, что лицо, к которому он должен был относиться, по-прежнему оставалось невидимкой.
Приближался конец июля. Газеты продолжали поддерживать у читателей интерес к таинственному аппарату. От времени до времени появлялись новые сообщения, подстегивавшие любопытство публики; указывались новые следы. В сущности ничего серьезного. Телеграммы летели со всех концов Соединенных Штатов, противоречили одна другой и взаимно исключали Одна другую. Впрочем, это и понятно: обещанная денежная награда была приманкой, порождавшей множество ошибочных заявлений, нередко вполне искренних. Сегодня, как вихрь, пронесся автомобиль… На следующий день на одном из многочисленных озер Америки показался катер… Затем промелькнула подводная лодка, маневрировавшая вдоль побережья… В действительности же, все это оказывалось плодом воображения взбудораженных и напуганных людей, которым мерещились к тому же ожидавшие их огромные суммы денег.
Наконец, 29 июля, я получил от моего начальника приказание немедленно явиться к нему.
Двадцать минут спустя я уже был у него в кабинете.
— Вам придется выехать через час, Строк, — сказал он.
— Куда?
— В Толедо.
— Он обнаружен?
— Да. Дальнейшее вы узнаете на месте.
— Через час я с моими агентами буду в дороге.
— Прекрасно, Строк, но помните, что я официально приказываю вам…
— Что, мистер Уорд?
— Добиться успеха… на этот раз добиться успеха!
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий