Два в одном. Оплошности судьбы

Глава 28

Артем вспомнил свои военные годы, когда он служил разведчиком и ходил вместе с группой в тыл к противнику. Совершал скрытые многокилометровые переходы, прятался, убегал и сидел в засадах. Он подобрал удобный темп шага, и хотя тело было не его, он уверенно зашагал по обочине дороги в ту сторону, куда укатил караван.
С этого утра он почувствовал, что как-то внутренне изменился. Как будто постарел лет на десять. Появилось стойкое понимание, что жизнь с кондачка не проскочишь. Не все так легко и гладко будет даваться. А надо будет напрягаться, порой до хруста в костях, до того, что мозги начнут закипать, преодолевая трудности, выпавшие не только на его долю, но и принесенные Артамом. Надо быть готовым стойко встречать неудачи, а они обязательно будут. В этом он не сомневался. Он осознал, что рыбкой легко и свободно, словно в воде, он в этом мире не проскользнет. Понял окончательно. Осознал наконец, что они с Артамом по странному выверту судьбы заключены в одно тело, и заключены навсегда. И что их связь гораздо прочнее, чем ему думалось раньше. Нет, он, конечно, знал это с самого начала, как только попал в этот мир. Знал, что ничего уже не изменишь. Но знать – это одно, а вот понимать и принимать, что это окончательно и на всю жизнь, и смириться с таким положением вещей – оказалось неизмеримо труднее.
Вначале все, что с ним произошло, казалось ему каким-то приключением, и он отнесся к переносу легко, даже где-то с небольшой долей радости. Ведь там, на Земле, он умер бы. А тут вновь обрел жизнь, как будто заново родился. Он изучал мир, познавал новое, как в театре играл свою роль. И у него не было времени задуматься над последствиями происшедшего с ним. Но чем дольше он проживал эту новую для него жизнь, тем больше вопросов становилось перед Артемом. И на многие он не находил ответа. Например, если он надумает жениться, то как быть? Он что, с женой будет днем, а Артам будет с ней ночью? Брр-р! Или, например, как быть с Артамом, который отличается распутным характером, пьяница и гуляка, прожигающий жизнь? Нечистоплотный и трусливый. Способный на любой безрассудный поступок и умудряющийся вымазаться в грязи там, где другой человек останется чистым. Который постоянно попадает в различные неприятности, а нагадив, скрывается в своем уголочке сердца, оставляя Артема расхлебывать заваренную им кашу.
Конечно, Артем понимал, что он сам тоже не сахар, и его поступки, так или иначе, тоже отражаются на сожителе. Но он, по крайней мере, старается выжить и не лезть на рожон. Он понял, насколько они разные, и у него стала появляться ненависть к Артаму, ненависть, круто замешанная на брезгливости и невозможности изменить судьбу. Появилось непреодолимое желание от него избавиться.
По всей видимости, Артам не понимал, отчего так бесится Артем. Ведь он живет давно привычной жизнью и ловит те для него приятные моменты, которые выпадают довольно редко. Школа магии, презрение товарищей – вот и все, что ему остается. Так почему же не оторваться, когда это позволяют обстоятельства?
И что теперь делать? Артем пребывал в смятении. Избавиться от Артама нельзя. Жить вместе невозможно. Артем уже почувствовал, как к нему подбирается страх перед предстоящим вечером, когда он будет вынужден отдать управление телом Артаму. И не только страх, но и порывы паники и отчаяния.
«Борись за себя!» – пришли на ум слова призрака, посетившего Артема в бреду. А был ли он, образ батюшки, или это галлюцинации воспаленного и охваченного пламенем безумия мозга? Он испугался того бешенства, что накрыло его с головой. По своей сути Артем не был человеком, которого мучила жажда убийства, или он от этого получал бы удовольствие. Он вообще не хотел убивать. Но как часто нам приходится делать не то, что мы желали бы, а то, что выпадает в конкретных обязательствах. И Артем, не желая того, убивал. Но он вынужден был это делать, чтобы спастись самому, или чтобы выполнить задание. Он был на войне. Не задумываясь – а правильно ли он делает, имеет ли он на то право? Тогда он убивал, чтобы выжить, и в этом было его оправдание для самого себя. А сейчас?
Имеет ли он право распорядиться жизнью Артама? Тот, при всей своей глупости, неосмотрительности и непонятного для Артема отношения к жизни, не помышлял для него зла. Не собирался убивать или выгонять его из своего тела. Он тоже в таком положении, как и он, – пленник этого тела, и ангел с тифлингом тоже пленники. И они все тесно связаны друг с другом. У них одна беда на всех. Так Артем двигался вперед, размышляя о своей судьбе.
Как он жил? Жил без целей. Как перекати-поле. Без понимания своего места в жизни, без привязанностей, с пустой надеждой, что вот завтра у него все будет по-другому, жизнь наладится, он займется серьезными делами и станет уважаемым человеком. Будет ходить в малиновом пиджаке и плевать с высоты своего положения на остальных. Так жить хотели многие. Но шли дни, дни складывались в месяцы, а месяцы в годы. А он так и оставался недоученным студентом, бедным и никому не нужным, потерявшимся в большом мире, где властвовали деньги, или, точнее, большие деньги. Мир, в котором он не нашел себя и своего предназначения.
И сейчас ему казалось, что он близок к разгадке своих поражений. «Борись за себя!» Он должен понять, что это значит, обязательно понять. Там, на Земле, он жил подобно Артаму. Боролся с ленью, завистью, безденежьем и проигрывал, откладывая дела на завтра, на потом, оправдывая себя, что он еще не готов, он молод. Вот когда он заработает достаточно денег… Суета. Одна суета, и только.
Он должен бороться за себя. Он должен научиться это делать. Тогда поймет, что делать с Артамом. И сразу после этих мыслей на него навалилась тяжесть, пригнувшая его к земле. Ноша, которую он примерился взять, давила и казалась непосильной. Как спасти того, кто этого не хочет? Как спасти Артама от самого себя? У кого получить рецепт на все случаи жизни?
Артем с усилием разогнул спину, расправил плечи. Путь он видел: научи себя. Изменись сам – и окружение твое изменится вместе с тобой. Но хватит ли у него для этого сил?
В голове промелькнул довольный образ отца Алексея и скривившееся в неверии лицо бригадира из банды, которого зарезали на московском рынке.
– Спасает только сила, пацан, а сила – это власть и деньги, – прошептали его губы.
«Стать сильным?» – усмехнулся мысленно Артем. А в чем эта сила? Держать в страхе других? Быть сильнее других? Быть богаче других? В чем сила этого мира? В этом еще предстояло разобраться. Нужно было понять самого себя и увидеть свои слабости. Кто он, Артем? И в чем его сила? Сила в магии или сила в Боге, как говорил батюшка? Артем так задумался, что не слышал и не замечал ничего вокруг. Он просто шагал, глядя перед собой, весь поглощенный своими мыслями, и не услышал, как его догнали четверо всадников. Он только почувствовал сильный тычок в спину и кубарем полетел на дорогу. Хоть у него и было чужое тело, нетренированный годами занятий борьбой Артем успел сгруппироваться и перекатился через голову.
Он поднялся и, ошарашенный, огляделся. Его окружили всадники. Трое мужчин в дорогих дорожных одеждах и бархатных плащах и одна молодая женщина, сидящая на лошади по-амазонски – на одну сторону. Мужчины горячили коней, и те не стояли на месте. Красивые черные кони и один белый, они рвались вперед. Артем засмотрелся на них.
– Смотри, какой ловкий, – засмеялся ближайший всадник с ухоженной черной бородкой клинышком и франтовски подкрученными усами. – Чего вылупился, смерд? – продолжил он и замахнулся плетью. – Кланяйся, недоумок, – и с силой опустил плеть на голову Артему. Тот успел только отвернуться, и хвост плетки стегнул его по плечу и спине, разорвав одежду. Всадник замахнулся еще раз.
– Постой, Куирсир! – остановила его всадница на белом коне, одетая в синее дорожное платье, на голове шляпка с большими полями, на которой выделялась широкая голубая лента с брошью.
Все это Артем увидел и ухватил мгновенно по устоявшейся привычке. Он отступил на шаг и, превозмогая боль, поклонился.
– Простите, риньеры, я вас не видел и не слышал, задумался.
Тот, кого назвали Куирсиром, опустил плеть.
– Задумался? Тебе не положено думать, смерд, твой удел – работать. Ты понял меня?
Артем еще отступил на шаг. Все внутри у него кипело и готово было выплеснуться неконтролируемой яростью. Он страстно хотел, наплевав на все, применить свое «мобиле перпетуум» и отправить наглеца полетать или набить ему морду. Боль и унижение призвали на помощь бешенство, которое, переламывая его волю, стало заполнять сознание. Понимая, что еще чуть-чуть, еще немного – и он сорвется и совершит непоправимое, Артем сцепил зубы, мысленно повторяя: «Борись за себя! Сдержать свой гнев! Только бы не сорваться!» И, пересилив, заставил себя поклонился вновь, так, как положено магу. С достоинством. Посмотрел на всех, обведя затуманенным взглядом группу, и глухо сказал.
– Я понял вас, риньер. Но вы ошибаетесь, я не смерд, я ученик школы магии.
– Когда ты будешь висеть на дереве, ученик, ты поймешь, что лучше быть смердом, но живым, чем магом, но мертвым. – И он захохотал над своей шуткой. Его смех подхватили остальные, смеялась вместе с ними и девушка.
– Ты, как всегда, остроумен, дорогой кузен. Но оставь этого мыслителя, может быть, из него вырастит новый философ, наподобие великого Бернаддора. – И все громко засмеялись вновь.
– Как прикажете, риньера Лиостра. – Он пришпорил коня и, больше не обращая внимания на Артема, отправился дальше по дороге.
Всадники скрылись, подняв облако пыли, а Артем стоял, закрыв глаза, стараясь унять боль, причиненную его гордости. Эта боль была сильнее боли от ран на плече и спине. Сердце щемило от униженного самолюбия, сильно хотелось, как прежде на Земле, доказать свою силу кулаками. «Но нет», – остановил он себя. Кулаки – это не та сила, которая ему поможет. Ну покалечил бы он этого красавчика, но остальные всадники покрошили бы его мечами.
Да, ему еще многое предстоит понять и поменять в себе. Научиться кланяться и смирять свою гордость. Принять этот мир своим и ужиться с ним. Он открыл глаза, выдохнул, вытер набежавшие слезы и прочитал заклинание исцеления. Внутри него выросла решимость. Он обязательно узнает, в чем сила, и станет сильнее. А пока он будет осторожен и станет учиться.
«Борись за себя, Артем, обретай мудрость», – пришла на ум мысль и принесла успокоение. Он поправил сумку и, тихо напевая «У солдата выходной», пошел по дороге, превратившись из прохожего в разведчика.
Арингил вытер пот со лба. Человек прошел свой перекресток, прошел правильно, и его будущее опять приобрело две дороги, а не четыре.
– Ой, у меня будущее Артама поменялось! – воскликнула Агнесса и отвлекла ангела от его мыслей.
– И что там? – Ему стало интересно, как поступок землянина отразился на товарище. Так как к нему пришло хорошее настроение, он пошутил: – Дай, угадаю. Артам переселится в собаку и будет жить долго и счастливо в будке.
– А как ты угадал? – повернулась к нему Агнесса с удивленным выражением на лице.
– Что, правда? – Арингил был поражен тем, что своей шуткой попал в яблочко.
Тифлинг некоторое время смотрела на вытянутое лицо Арингила и, не выдержав, рассмеялась. Указала на него пальчиком:
– А ты поверил!
Арингил поморгал и засмеялся вместе с ней.
Артем шагал долго. Уступал дорогу всадникам, оборачиваясь и слегка кланяясь аристократам. Равнодушно смотрел вслед каретам и повозкам. После того как его огрели плеткой, он стал внимательно следить за обстановкой.
– Расслабился, – сказал он сам себе, – вот и получил.
Встречный лесок, через который пролегала дорога, его насторожил. Он не мог понять почему, но его интуиция разведчика неустанно «пиликала», не давая покоя. Он сошел с дороги и скрылся в придорожных кустах. Здесь его не видно было ни со стороны дороги, ни со стороны леса. Он уселся подумать.
– Что, время перекусить? – вылезла из сумки голова Свада. Гремлун вздремнул и теперь ждал, когда Артем его накормит.
– Нет, Свад, впереди лес, и мне что-то не хочется туда идти.
– Почему? – Голова гремлуна крутилась во все стороны, рассматривая окрестности. Но так как Артем скрылся среди ветвей, ему ничего не было видно, кроме густой листвы.
– Не знаю, Свад. Но мне кажется, что там нас ждут не с пирогами и колбасой. Может быть, разбойники.
– Подожди здесь. – Гремлун выбрался из сумки и скрылся в густой листве.
– Эй, ты куда? – Артем всполошился, но тот уже исчез. Появился он минут через двадцать, когда терпение Артема уже было на исходе. Лес продолжал быть спокойным и молчаливым. В него въехала пара повозок, и Артем решил, что все это ему показалось. После встречи с дворянами он стал опасаться любого закрытого пространства. Но тут кусты раздвинулись, и появился коротышка с кругом колбасы в руках.
– Ты прав и не прав, дылда.
– Как это? – Артем был крайне удивлен замечанием коротышки. Он подозрительно смотрел на колбасу. – Ты ее украл, что ли?
– Нет, дылда, это трофей.
– Поверить не могу, ты действительно кого-то убил? Убил за колбасу?
– Не говори глупостей, человек. В лесу тебя действительно ждут. Их трое. Это те, кто был вместе с жуликом, что остался висеть на воротах. Колбасу я взял у одного из них. Он лежал в кустах в лесу и наблюдал за дорогой.
– И что, он сжалился над тобой, отдал тебе колбасу, увидев, какой ты маленький? – не поверил Артем.
– Нет, я забрал ее, когда он уснул. Подумал: зачем добру пропадать? Ты все равно его убьешь.
Артем с огромным удивлением уставился на гремлуна.
– Я что, по-твоему, похож на того, кто убивает людей без разбора направо и налево?
– Очень похож, – ответил Свад и откусил кусок от колбасы.
Артем не стал ему мешать.
– Что же делать? – произнес он вслух, размышляя сам с собой. – Этот разведчик проснется и увидит меня.
– Не проснется, я его до утра усыпил. Колбасу будешь?
– Нет, – отмахнулся он, а затем встрепенулся: – Как усыпил?
– Наркоз! – Свад снял с головы шестерню, показал, как усыпил, и водрузил ее на голову.
– Тогда пошли.
Артем поднялся и, крадучись, стараясь скрываться за кустами, перебегая от дерева к дереву, двинулся к лесу. И наконец подобрался к кустам, где лежало тело человека, усыпленного Свадом. На затылке у того вздулась огромная шишка. Артем нагнулся и осмотрел человека. На поясе висел кинжал, а в самом поясе что-то было зашито, и он, долго не размышляя, снял его и нацепил на себя. Больше у «спящего» ничего не было.
– Где остальные? – шепотом спросил он коротышку, что вприпрыжку, не заботясь о маскировке, следовал за ним.
– Там, пятьсот шагов отсюда, – показал Гремлун остатками колбасы в глубь леса.
– Понятно, – кивнул Артем и, сделав большой крюк, стал заходить засевшим в засаде людям со спины. Он шел не спеша, осторожно делая каждый шаг, чтобы не треснула веточка, не попался камень. Над головой летали лесные птицы. И он понял, что его насторожило. Вот этот самый гомон. Недовольные птахи, клевавшие ягоды, слетев с кустов, поднимали шум. И ему оставалось надеяться, что среди засевших не было следопыта.
Так, скрываясь, он дошел до небольшой полянки. Там, накрыв головы шляпами, лежали, или лучше сказать, дремали двое. Одеты они были в простые одежды. Один очень здоровый, как медведь. Другой худой, с длинными висячими усами. Он узнал обоих. Они сразу бросались в глаза. Эти двое были в составе каравана и ехали за ним в следующей повозке. По словам Свада, эта компания обжулила Артама, а потом, избив, обобрала. Интересно, что такие люди делали в караване? Сразу видно, что не простые крестьяне. Судя по всему, прикрытие для карточного шулера. И вон тот здоровяк, видимо, приложил Артама по затылку. «Может, их обойти и двинуться дальше?» – подумал он. Но оставлять в тылу мстительных врагов было опасно. Они поймут, что их перехитрили, и будут уже более осторожными. И в конце концов его могут достать, а справиться с тремя такими крепкими мужиками ему будет трудно.
– Свад, ты можешь усыпить вон того, здорового? – Артем показал на человека гремлуну, стоявшему у его ног.
– Нет, Артем, наркоз действует один раз в два часа. В бейре нет больше Эртаны.
– Так это, значит, не шестерня, а артефакт – бейра, надо же! – покачал головой землянин, удивляясь свойствам предметов из мира Свада. – Жаль, – тихо прошептал он. – Тогда попробую усыпить громилу я.
Он осмотрелся и, стараясь идти так, чтобы солнце оставалось у него за спиной, стал еще более осторожно подходить к тому, кто был ближе и крупнее. Если проснется, тот не сразу сможет понять, кто перед ним. Неожиданно он почувствовал призыв костяного кинжала, который взывал к нему из сумки. Он врезался ему в мозг, не давая сдвинуться с места.
– Да чтоб тебя… – мысленно выругался Артем. И понимая, что дальше он не сможет идти, пока не достанет проклятый кинжал, полез в сумку.
В это время из кустов со стороны дороги с треском вывалился знакомый зомби. Он почернел и стал худым. Одна кожа да кости. Зато шел гораздо быстрее, чем раньше. По поляне разнеслось:
– Нопасххараа.
Только что спящие люди мгновенно вскочили. Здоровяк, не разбираясь, в чем дело, действовал быстро. Подхватил толстую дубину, увидел человека и сильно метнул ее в Артема.
– Ловкий, гад, – уворачиваясь, подумал землянин.
А дальше ему было не до оценки способностей громилы. Тот был опытным бойцом, это Артем понял по тому, как быстро он реагировал. Громила сразу же после неудачного броска бросился в атаку на не успевшего разогнуться землянина. Тому ничего не оставалось делать, как только упасть и перекатиться в сторону. Его рука сама полоснула ножом по ноге здоровяка, и тот, вскрикнув, припал на раненую ногу. В следующий момент нож вошел ему в сердце. Артем разжал пальцы и оставил нож в теле бандита. Сам откатился еще раз подальше и быстро огляделся. Усатый удирал со всех ног, а за ним гнался, совсем немного уступая в скорости, мертвец Жакуй. Недалеко с удивленным выражением на застывшем навеки лице лежал убитый громила. К нему подошел Свад, нисколько не удивленный происшедшими событиями. И стал основательно обшаривать труп, как это делал Артем. Вытащил мешочек с монетами и кинул замершему Артему. Затем достал нож и тоже протянул его человеку.
– У него больше ничего нет, – равнодушно к только что совершенному на его глазах убийству произнес он.
– Нет, я его не возьму! – Артем отступил на шаг от гремлуна, потом еще на шаг.
– Придется взять, иначе он найдет тебя и убьет. Он с тобой вкусил крови и признал за владетеля. Бери. – Он настойчиво протягивал костяной нож, на котором не было ни капли крови. – Бери, раз уж ты им воспользовался.
Артем с тяжелым вздохом забрал кинжал. Повертел в руках, не ощущая ничего.
– Может, ты его расколдуешь? – спросил он гремлуна, правда, без всякой надежды в голосе. И увидев, как тот покачал головой, засунул нож в сумку.
Вспомнив, что душой убитого можно увеличить свои магические силы, Артем прочитал нужное заклинание и вдруг от нестерпимой боли, разрывающей все его тело, упал на колени. Голова стала наливаться огнем и, как ему показалось, пухнуть и пылать. Затем словно бомба разорвалась у него в голове, после чего человек перестал что-либо чувствовать. Он был жив, в сознании, но абсолютно бесчувственным. Он не ощущал своего тела. Словно его разбил полный паралич.
– Ты что творишь, недоумок! – услышал он женский тревожный голос, прозвучавший у него в голове. – Не мог книжку прочитать до конца? Там же написано, что у каждого тела есть свой предел вместимости. И расчеты приложены. Арингил, ну как с такими идиотами сладить? Нужно немедленно создать мост между ним и нами, иначе он сгорит.
– Я не знаю, как это делается, – услышал Артем расстроенный мужской голос.
– Это не так важно, зато знаю я. Я стану проводником, а ты накопителем. – Это вновь был женский голос. – И давай руку быстрее, он может в любой момент перегореть. Дурачок, ему еще год нельзя было совершать такие поглощения. Пока его тело не перестроится и не будет готово.
– Странно он светится, как лампочка! – прозвучал мужской голос. А затем в нем послышалось сомнение. – Я тоже буду светиться?
– Не знаю, давай руку. – Теперь голос был требовательным и раздраженным.
– Аа-а-а-а! Я горю! Да чтобы вас!.. Аа-а-а-а. – Крик резал уши, а вместе с ним приходило облегчение. Артем стал чувствовать тело, жар начал спадать, а вместе с облегчением – угасать, отдаляясь, чей-то крик.
Арингил стоял, приходя в себя. От огня, что прошел сквозь него, не осталось и следа. Его глаза были широко открыты и, не мигая, смотрели перед собой, открыт был и рот, которого он не закрывал даже перестав кричать. Он до конца не мог поверить, что все уже прошло.
– Арингил! У тебя круг появился над головой! Ой! Он жалится…
Артем еще немного полежал, приводя мысли в порядок. Надо действительно было дочитать книгу по некромантии до конца, решил он. Затем с кряхтением поднялся.
– Свад, ты где? – Артем оглядывался, ища гремлуна. Из-за дерева выглянула его маленькая мордочка.
– Фу! Ты уже не светишься. Что с тобой происходит? Я все никак не могу привыкнуть к тому, что с тобой происходит. Дай мне в сумку забраться. А то я перебрал сегодня впечатлений.
Артем вышел из леса и уже не спеша пошел дальше. Далеко за полдень его догнала повозка с крестьянином, сидящим свесив ноги и лениво погоняя лошадку. Пристроился рядом с Артемом и поехал рядом.
– Уважаемый, а ты почему пешком идешь? – Вопрос возницы был не праздным. Человек, идущий один пешком по дороге, действительно вызывал здесь удивление. Одному ходить опасно, он мог стать легкой добычей грабителей, и все старались пристроиться к каравану или ехать группой.
– Ты, уважаемый, тоже один едешь, – ответил Артем.
– Так я недалеко, до дочки и зятя в Брутовку. Тут недалече.
– А я от каравана отстал. Проспал, – соврал Артем.
– Вот оно как. Садись, подвезу до Брутовки, а там как знаешь, – добродушно предложил тот, и Артем понял, что мужику скучно и он, чтобы скрасить дорогу, решил поболтать. Тем более что на бандита Артем был не похож и опасений не вызывал.
– Спасибо, уважаемый, – ответил он и уселся на телегу с другой стороны.
– Лошадка немолодая, – пояснил хозяин возка, – так что поедем не спеша.
– Я могу ее благословить, – предложил Артем и пояснил, увидев удивленный взгляд доброхотного мужика: – Я ученик магической школы.
– А что тут делаешь, господин маг? – Голос мужика звучал уважительно, но настороженно.
– Направляюсь в Арагс, письмо везу торговому партнеру отца. Отец у меня владеет лавкой в Аногуре.
Теперь доверие было установлено, и они поехали быстрее, благословенная лошадка весело потрусила, помахивая хвостом.
– А что, господин маг, вы и болезни лечите? – закинул удочку мужик.
– Немного умею, уважаемый, но это малое лечение. Серьезную болячку я не вылечу. Все-таки я не полноценный маг, а только ученик. Вы должны меня понять.
– Я понимаю, – кивнул возница. – А дорого берете за лечение?
– Ничего не беру, – ответил Артем, поняв, к чему клонит крестьянин. – Только еда и ночлег.
– Об этом не беспокойтесь, ваша милость, и угостим, и спать уложим, вы только внучка мово посмотрите.
Статус Артема заметно подрос. Теперь он был не просто попутчик, он стал нужным и уважаемым человеком. Скоро он знал, что мужика зовут Хлеван, его зять – сын старосты в соседней деревеньке Брутовке. Дочка родила сына, но он поджимает ножку и не стоит. Хлеван везет деньги в помощь им для оплаты лекаря в городе. Раньше в деревне жила целительница, но когда туда наведались проездом церковники, она куда-то исчезла. Конт, владеющий деревнями в этой округе, дерет три шкуры с крестьян. А вообще жить можно. Урожаи хорошие, скота достаточно.
– Так что не голодаем, не голодаем, – подвел итог длинной речи, не всегда понятной для Артема, Хлеван.
В деревне они подъехали к самому большому двору с высокими воротами. Из ворот вышел молодой парень, но уже с заметным животиком и жидкой бородкой на пухлом лице. Его глазки подозрительно обежали гостей. Он увидел Хлевана и радостно расплылся в улыбке.
– Зять мой, Чешван, – гордо произнес возница и полез обниматься с парнем. Но тот выставил руки, останавливая тестя, и задал первый вопрос:
– Деньги привез?
– Привез зятек, привез, – не обиделся на прием Хлеван, – и не только деньги, но и мага привез. – Он выпрямился и показал рукой на стоящего у возка Артема.
Зять отстранил тестя рукой и направился к нему.
– Вы точно маг?
– Не совсем, уважаемый Чешван. Я учусь в школе магии и знаю заклинания малого исцеления. Если вы не против, могу посмотреть вашего сына.
Сам зять произвел на него неприятное впечатление. Но он понимал, что все люди разные, и что ребенок не виноват в том, что у него такой папка, который не уважает тестя, а только ждет от него серебра.
Толстяк потоптался, неуверенно поглядел на тестя. Почесал задумчиво мочку уха и задал важный для себя вопрос:
– Дорого берешь? – Теперь уважения в его словах не было ни капли. В его понимании Артем был не полноценным магом. А если точнее, человеком, мало достойным его внимания.
Артем решил не спускать хамства молодому хозяину, одно дело – дворяне со своей спесью, другое – презрение простого крестьянина. Так и до комплекса неполноценности дойти можно.
– Я не беру денег за лечение, уважаемый, но кроме лечения, я могу и проклясть. У вас как, с мужской силой все в порядке? – Взгляд его был холоден, а голос равнодушно спокоен.
Зять Хлевана отпрянул и попал под руку тестю. Тот отвесил ему подзатыльник и, не обращая больше на него внимания, обратился к Артему:
– Вы, ваша милость, не слушайте Чешвана. Молодой ешшо, глупый. Проходите в дом. – И сам отворил ворота.
Артем не стал спорить и вошел.
– Веди к мальчику, – сказал он.
Малыш хныкал на руках молодой полноватой крестьянки, она пыталась кормить его грудью и, заметив вошедших, слабо улыбнулась отцу.
– Вот, доча, я мага привез. Покажи Маржека.
Женщина спрятала объемную грудь под рубахой, положила малыша на лавку и распеленала.
На лавке лежал крупный розовый ребенок месяцев пяти отроду. Правую ножку он поджимал к телу, а на животике, внизу была видна шишка.
Грыжа, понял Артем, такое он видел у двоюродного брата и наблюдал, как врач вправлял ее. Ничего сложного. Но на земле требовалась операция сшивания мышц, через которые проходила кишка. Артем наложил на себя благословение, пальцами вправил шишку и прочитал заклинание исцеления. К его удивлению, оно сработало. Мальчик, хныкающий до этого, замолчал и вытянул ножку. Потянулся и зевнул.
– Надо смотреть за ним в течение дня, – сказал Артем. – Если шишка не вылезет, значит, мальчик выздоровел.
Отец и дочь смотрели на уснувшего ребенка широко отрытыми глазами. Затем Хлеван подхватился:
– Давай, Ванда, уложи внука и собирай на стол.
Назад: Глава 27
Дальше: Глава 29
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий