Два в одном. Оплошности судьбы

Глава 21

На окраине столицы стоял небольшой особняк, скрытый от любопытных глаз большим садом. Он стоял в тупичке, охраняемый тишиной. Она наполняла сад, проникала в дом через плотно прикрытые ставни, через запертые двери, разливалась по этажам и властвовала здесь вместе с наступившей темнотой. Даже присутствие человека, утопающего в глубоком мягком кресле, не нарушало всевластия тандема. Ее не нарушали молчаливые слуги, словно потерявшиеся тени бродившие по дому. Этой власти не нарушали гости. Их просто никогда не было в этом доме. Так было почти всегда, но не сегодня.
– Ибрагим, что тебе удалось узнать? – Хрипловатый голос человека, скрытого темнотой кабинета, прозвучал равнодушно, без проявления эмоций, разрывая царство тишины и показывая ей, что он здесь полновластный господин. Голос его прозвучал на той непонятной ноте, когда сразу не разберешь, кто спрашивает – мужчина или женщина. Но стоявшему у двери человеку, несмотря на то что он никогда не видел говорившего, это было безразлично, ему достаточно было того, что он слышал своего хозяина.
– Трое умерли, но что-то в этих смертях внушило подозрение королю. Он подозревает королевского прокурора и снял того с должности. Сына лишил права занять трон, и теперь первым наследником стал Хрумнис, сын конта Чарстоуна. Странно, что король не арестовал прокурора, а только снял с должности. Кроме того, снят с должности начальник Пятого отделения жандармерии, и арестован вместе с ним ландстарх Гиндстар ла Коше – за казни дворянок. Людоловы, посланные за сыном ведьмы, не вернулись, его след пропал. Я не знаю, что произошло. Допросить ведьму тоже не удалось: ее убили те же людоловы, поэтому на след ее первого сына мы выйти не можем. Пока все новости. – Стоявший у двери почтительно замер и замолчал, ожидая распоряжений. Тишина вновь на долгое время обрела свою утерянную власть и слилась с темнотой, утверждая на этом маленьком островке шумного города свое непреложное господство. Ибрагим стоял словно застывшее изваяние, не шевелясь и почти не дыша, не желая нарушать установившегося порядка вещей. А человек, сидящий в кресле, был неподвижен, словно умер.
– Это ты дал команду убить ведьму? – Голос прозвучал негромко, но с той неоспоримой властностью, которая заставила тишину уступить и спрятаться.
– Нет, это получилось случайно. Ребята решили прижать сиделку, а к ним на шум вышла старушка. Она стала колдовать, и им пришлось ее задушить.
– Глупцы! – В голосе появилось презрение. – Вот так, из-за чьей-то глупости, рушатся самые продуманные планы. – Сидевший вновь надолго замолчал, и тишина, робко выглянувшая из темноты углов, опять стала наполнять комнату. – Надо перекупить кого-то из слуг бывшего прокурора, узнать, что на самом деле происходит в его доме, – произнес сидевший, – только после этого можно двигаться дальше. Безгон умен, он прошел хорошую школу у ведьмы. И мои планы могут оказаться внутри его планов. – Он откашлялся, длинные монологи давались ему с трудом. – Кто теперь возглавляет охранку? Риньер Штросель? – не столько вопросительно, сколько утверждая продолжил сидевший свои мысли вслух.
– Он самый.
– Штросель любит красивых молоденьких девочек, еще не развившихся. Он любит их мучить, поэтому они быстро умирают. Подыщи ему подходящую, Ибрагим, а лучше пару. Его люди приходят к торговцу людьми Мустафаилу. Ты должен его знать. Штросель предан королю, но его преданность можно перекупить. Надо только знать слабости.
– Сделаю. Будут еще приказания? – Ибрагим каждый раз изумлялся осведомленности хозяина, который ни разу на его памяти не выходил из дома и не показывался на свету. Их встречи проходили вот как сейчас, в полной темноте.
– Нет, ступай, Ибрагим, и хорошо сделай то, что я тебе поручил. – Теперь в голосе сидевшего послышалась скрытая угроза, и человек вздрогнул.
Он боялся того, кто, скрытый темнотой, сидел в кресле. Боялся больше смерти. Он вышел тихо, стараясь не нарушать тишины, а та липкими щупальцами осторожно прошлась до двери, метнулась вслед еле слышимым удаляющимся шагам и заполнила собой весь дом. Успокоенная, замерла.
Рынки наполнялись человеческим гомоном с раннего утра. Еще только первые лучи солнца начинали осторожно отгонять ночную тень, когда проворные торговцы всех мастей и разнообразным товаром спешили заполнять многочисленные ряды лавок, магазинчиков, трактиров и лотков. Затем появлялись коробейники с мелочевкой, продавцы печеной снеди и медового лакомства.
Здесь были собраны товары со всех известных концов Тангоры. Экзотические фрукты, сладости и лучшие вина юга. Специи и благовония востока. Шелка и слоновая кость из империи Шуань. Меха из северных земель варваров. Чего только не было на столичных рынках. Каких только редкостей и разнообразной роскоши не продавалось на рынках. Длинные ряды зеленщиков, конторки менял, кукольные представления приезжих театральных трупп. Циркачи, клоуны и акробаты. Трактиры и веселые заведения для мужчин. Все смешалось, органично вплелось в жизнь двух огромных рынков столицы. Всего их было два – южный рынок у южных ворот и северный рынок у северных ворот. Они примыкали к крепостной стене и выплескивались рядами дешевых товаров для бедных за стену и ворота города.
Молодая бойкая девушка с волосами, заплетенными в косу, в сопровождении паренька лет двенадцати, с большими корзинами вошла на южный рынок и направилась к рядам торгующими зеленью. Ее проводили многозначительными взглядами двое охранников на воротах рынка. И один причмокнул:
– Какая дэвушка, а! – произнес он с восточным акцентом, – Чудо, а нэ девушка! За такую я бы полжизни отдал, лишь бы на руках ее подержать. Вах!
– Ты будь осторожен, Вахир, она из дома королевского прокурора. Вот так неосторожно обратишься к ней и загремишь в подвалы.
– Да ты что! Правда, что ли? – И, увидев, как напарник утвердительно кивнул, пробормотал: – Спасибо, брат, что предупредил.
Девушка меж тем придирчиво и внимательно осматривала товар, долго торговалась и, выбрав нужное, двигалась дальше. Корзины под недовольным взглядом мальчика наполнялись, и нести их становилось труднее. У мясника она выбрала хороший кусок вырезки, вытащила кошель и стала развязывать веревку на горловине. Вдруг к ней подскочил мальчишка, который крутился рядом, ловко вырвал кошель и не очень быстро побежал прочь.
– Ах ты, гаденыш! – задохнулась от возмущения девушка и резво припустила за воришкой. Тот пробежал между трактиром и магазином мехов.
– Ага, попался! – обрадовалась она, понимая, что дальше стена и вору некуда деться. Разгоряченная погоней, девушка заскочила следом и столкнулась с двумя парнями. Грязными и вонючими.
– О-па! Какая красавица к нам пожаловала, – засмеялся один и показал гнилые пеньки зубов. Ее обдал смрад его дыхания, и она остановилась, словно напоролась на столб. Крепкие руки схватили ее и потащили подальше, в заросли сирени, что густо росла у стены. Она хотела закричать, но ее рот зажали рукой, и девушка смогла только что-то промычать нечленораздельное. Ее охватил настоящий ужас, парализовавший мышцы. Она безвольно шла на подгибающихся ногах, за руками, что влекли ее в опасные заросли. Там ей задрали юбку, и она опомнилась. Дернулась, укусила руку, зажимающую рот, и когда та отдернулась, закричала:
– Помогите-э!
Сильный удар в живот заставил ее задохнуться и замолчать, девушка согнулась и закашлялась.
– Ты, тварь, что – жить не хочешь? – Гнилозубый достал сточенный старый сапожный нож и попытался приставить его к ее шее.
Но в тот же момент нож вылетел из его руки. Сам он получил удар кулаком в лицо и закатился в кусты. Второй не стал дожидаться развязки и пустился наутек.
Чьи-то сильные руки осторожно подняли девушку, и спокойный голос, принадлежащий мужчине с легким южным акцентом, спросил:
– Вы не сильно пострадали, сударыня?
Она посмотрела на своего спасителя, в области живота еще чувствовалась боль, и она прижимала к нему руки.
– Твари! Больно ударили, – с придыханием ответила девушка и невольно скривилась.
– Молоденьким симпатичным девушкам опасно заходить в такие места, – укоризненно проговорил мужчина. Был он высок, худощав, хорошо сложен и прилично одет. Черная короткая борода и глубоко сидящие карие глаза придавали ему загадочный и благородный вид. На поясе южанина висел короткий меч, что разрешается носить простолюдинам и наемникам. Картину дополнял ее кошелек, что он держал в левой руке. Правой он помогал ей удержаться на ногах.
– У меня мальчишка украл кошелек и убежал сюда, – стала оправдываться она. – Я побежала за ним, а тут эти… – Она посмотрела на кошель в руке мужчины.
– Этот, что ли? – Мужчина потряс кошельком. – Я его подобрал на земле. Он подал ей мешочек. – Будьте, сударыня, в следующий раз осторожней. На рынках хватает всякого рода бродяг и бандитов. Идемте, я вас провожу.
Он подхватил ее за руку и повел к торговым рядам.
– Вас как зовут, сударыня? Я впервые встречаю в королевстве такую красавицу.
Зардевшаяся девушка потупилась и тихо произнесла:
– Гажена, сударь.
– Очень приятно, Гажена, а я Рамиз. – Дальше они шли молча, и мужчина, выведя ее к торговым рядам, поклонился.
– Всего доброго, Гажена. Надеюсь, мы с вами еще увидимся.
Девушка ничего не ответила и поспешила прочь, к мальчику, стоявшему с полными корзинами у лавки мясника. Ей вслед с усмешкой смотрел Рамиз, а на Рамиза с прищуром тот самый мальчишка с корзинами.
На следующее утро девушка также пришла за покупками. Она осматривалась, пытаясь выискать взглядом вчерашнего спасителя. Надо признаться, он затронул ее сердце. Сильный, мужественный и галантный, так с ней не разговаривал никто. Она прикупила все, что нужно, и от досады хмурилась: южанина нигде не было. Гажена походила еще немного, делая вид, что приценивается к товарам, но затем огорченно вздохнула и повернулась, чтобы уходить. Ее взгляд наткнулся на высокого подтянутого мужчину. Его улыбка, словно стрела слуги Богини любви, проникла ей в душу, и сердечко девушки заколотилось, словно палочки барабанщика. Она даже задохнулась от неожиданно нахлынувших на нее противоречивых чувств. Здесь смешалась радость от встречи и раздражение от того, что он заставил ее ждать и мучиться сомнениями. А также сильный жар в груди, что стал сжигать Гажену, как пылающий костер.
– Добрый день, сударыня, – произнес южанин, имени которого она не запомнила. Слишком сильное потрясение она испытала вчера.
– И вам добрый день…
– Рамиз, – пришел ей на помощь мужчина, – позвольте я вас провожу или угощу в трактире. А мальчик пока посторожит корзины. – Он улыбался, заслоняя своей улыбкой для нее весь мир.
– Я не знаю, могу ли я пойти с вами, – дрожащими губами произнесла она, – мы с вами мало знакомы, сударь.
– Я просто угощу вас сладостями нашего юга и покажу, какие лучше не брать. Я вижу, что вы не очень разбираетесь в этом.
Услышав предложение помощи разобраться в экзотических фруктах и сладостях юга, девушка решилась:
– Я не против. Жураб, подожди в тени, я поговорю с господином.
Южанин, не снимая улыбки со своего лица, сунул пять драхм мальцу в руки, добавив:
– Купи медовые орехи, чтобы не скучать.
Они прошли под навес одного из трактиров. Рамиз заказал щербет, чай и легкое южное вино. Сначала девушка стеснялась, но южанин вел разговоры по существу, рассказывая ей, как правильно выбирать фрукты, на что надо обратить внимание. И какие сладости лучше всего подавать к каким блюдам. Гажена заслушалась и в конце концов прониклась доверием. Пригубила вино, потом еще раз, щечки ее порозовели, и она была почти счастлива. Вино было легким и отменным, щербет сладок, а речи Рамиза, пронизанные юмором и знанием предмета, очаровывали.
– Вы покупаете все это для себя или где-то служите? – спросил между делом Рамиз.
– Нет, не для себя, я дочь управляющего домом королевского прокурора и хожу на рынок, чтобы приобрести все необходимое для стола их милости.
– Какое горе! – неожиданно вскричал южанин. – Так, стало быть, я скоро вас потеряю!
Девушка, удивленная всплеском эмоций Рамиза, посмотрела на него и спросила:
– Почему вы так решили, сударь?
– Ну как же, все только и говорят, что сын прокурора стал наследником. Он въедет во дворец, а за ним следом там, за высокими стенами Запретного города, скроетесь и вы, Гажена.
Девушка, услышав слова мужчины, рассмеялась.
– Не скроюсь! Их милость уже не королевский прокурор, а сын не будет королем.
– Да что вы такое говорите, Гажена. Мне что-то с трудом в такое верится.
– Поверьте, Рамиз, я сама слышала, как ругались отец и сын по поводу королевства. – Она придвинулась поближе к южанину и зашептала: – Сынок на днях приходил к отцу, и они сильно ругались. Сын требовал объяснений, почему отец ушел со службы, и кричал, что его отстранение от наследования трона незаконно. А их милость отвечал, что сын пусть благодарит его, что он ходит живой и на свободе. Что на них пало подозрение в гибели троих наследников, и чтобы эти подозрения снять, он сам попросил короля дать ему отставку и отказать его сыну в праве на трон. На что сынок обозвал его милость старым дуралеем, и что он загубил ему жизнь, и, хлопнув дверью, ушел. А их милость вслед кричал, что лучше быть без короны, но живым, чем иметь призрачный шанс оправдаться, вися на дыбе.
– Да что вы говорите! – удивился Рамиз. – Ну надо же, какие события происходят в столице!
Девушка встрепенулась и стала поспешно собираться.
– Простите, господин Рамиз, но мне уже пора.
Она с довольным видом на лице встала, слегка присела, изображая поклон, и поспешила на выход. Рамиз шел следом, отступив от девушки на один шаг. На выходе он попрощался, поклонившись ей, и погладил ее теплую руку.
Гажена поманила паренька, сидевшего в тени дерева, еще раз оглянулась и поспешила прочь.
Поздним вечером Ибрагим докладывал хозяину о том, что узнал. Тот долго думал и в конце концов произнес:
– Поддерживай эти отношения с девушкой. Постарайся ее влюбить в себя, Ибрагим. Это может нам пригодиться. Постоянно знай, что происходит в доме прокурора. Не верю я этому старому лису. За все время его службы я не смог найти к нему отмычки.
– Понял, – поклонился в темноте Ибрагим.
Бывший королевский прокурор Грибус Аданадис был человеком плотного телосложения, с крупными чертами лица, смягченными полнотой. На лице было выражение внимательности и дружелюбия, глаза, как щели амбразуры, смотрели доверительно. У несведущего человека могло сложиться впечатление, что перед ним сидит, сложив пухлые руки на объемном животе, прирожденный добряк.
Но сидящий напротив него седовласый человек лет сорока – сорока пяти прекрасно знал, как обманчиво это первое впечатление, и поэтому собрал все свое внимание. Бывший охотник за головами, частный розыскник, которого нанимали для тайной слежки, был знаком с характером прокурора не понаслышке. В свое время тот чуть не отправил его на каторгу на долгие десять лет. Но оценив ловкость и умение лазутчика и шпиона соседнего княжества, предложил ему негласную службу. Вернее, он предложил ему выбор: пойти на каторгу или стать двойным агентом. Естественно, Кварт Свирт выбрал второе и не прогадал. Он выполнял щекотливые поручения хозяина и обеспечил свою старость, а также подданство королевства. Вот и теперь он был собран и внимателен.
– Кварт, дело, которое я тебе поручу, будет отличаться от всего того, что ты выполнял раньше. – Голос бывшего прокурора был негромок, но хорошо поставлен. В нужных местах Аданадис понижал тон, делал паузы и повышал, когда нужно было отметить главное, так что после его слов не оставалось двусмысленности. – Теперь ты будешь проводить официальное расследование под грифом «дело короны». – Он протянул сидящему напротив человеку пергамент. – Это приказ на расследование смертей наследников на королевский трон.
Розыскник осторожно принял лист магического пергамента, скрепленного малой королевской печатью. На нем стояла дата прошлого месяца. Этот лист – очень важный документ, дающий неограниченные полномочия тому, кто им владел. Его невозможно было потерять, продать, украсть или обменять. Его можно было только отменить другим приказом, но заверенным большой королевской печатью, которая находилась у самого короля. Поэтому Свирт сразу понял, что дело, которое ему предстоит расследовать, объявляется делом государственной важности. Но он также понял, что оно очень опасно и его специально выставляют на всеобщее обозрение. С какой целью? Он догадывался, но постарался свои мысли и откровения, посетившие его, хорошо скрыть. Хозяин кабинета заметил это, и по его губам пробежала мимолетная улыбка.
– Пока тебе предстоит расследовать три несчастных случая. – Он протянул Свирту три папки. – Это копии расследований, проведенных дознавателями. Ознакомься. – Сам остался сидеть в прежней позе, прикрыв глаза и ожидая вопросов бывшего шпиона. А они должны быть. Обязательно возникнут у такого опытного следака, каким являлся Кварт Свирт.
Тот, прочитав все три тоненькие папки, ненадолго задумался.
– Я могу задать несколько вопросов? – произнес он, прервав молчание.
– Обязан! – твердо ответил бывший прокурор.
– В первом случае есть то, что мне непонятно в расследовании. Что это была за охота? На какого зверя? На кабана, оленей или волков? Почему слуги не помчались за наследником? И как волк мог появиться среди людей? Почему лошадь, на которой сидел мальчик, не была обучена охоте?
– Правильные вопросы, Кварт, – произнес толстяк, он назвал своего тайного агента по имени, что делал, когда был им доволен. – Это все ты постараешься выяснить на месте. Что по второму случаю?
– Здесь не выяснено, как часто бретер приходил в этот трактир с друзьями. Во-вторых, бретер – это человек-убийца, что живет за счет платы за поединки, и его слова, сказанные наследнику, звучат фальшиво. По большому счету такому человеку, как бастард риньера Ливертьена Можель Винье, которого в криминальных кругах знают под кличкой Мрачный, наплевать, кто будет королем.
– Верное замечание, дружище. А вот третий случай еще более странный, но, как ты видишь, с явным следом. Мальчик получил записку, а ее мог ему передать только тот, кто вхож в его покои. Убиты невинные из-за вспышки гнева ландстарха. Я не стал менять версию проведенного расследования, что виновата девочка, желающая заполучить в мужья богатого наследника и случайно столкнувшая его с башни. Пусть тот, кто это сделал, успокоится.
Он помолчал. Сидевший напротив не спешил нарушать затянувшееся молчание и сидел тихо, ожидая дальнейших слов.
– Думаю, ты понимаешь, что родители погибших не обрадуются тебе. Будут мешать и жаловаться. – Он посмотрел на седого. Тот кивнул и пожал плечами, показывая этим, что ему все равно. – Правильно мыслишь, – улыбнулся бывший прокурор. – Предлагаю тебе начать со столицы, потом посетить поместье Коше. Ландстарх еще под следствием, но его скоро выпустят, он заплатит штраф и вернется домой. Там пока управляет его жена, женщина умная и хочет разобраться в этом деле.
Кварт Свирт согласно кивнул.
Назад: Глава 20
Дальше: Глава 22
Показать оглавление

Комментариев: 1

Оставить комментарий

  1. Олег
    Чудно!