Два в одном. Оплошности судьбы

Глава 17

Артем задумчиво смотрел вослед ожившему мертвецу. Не надо было иметь семи пядей во лбу, чтобы понять: без некротического заклятия тут не обошлось. Кто-то, сам Жакуй или, скорее всего, тот, кто его послал, под инициалами К. Д., позаботился, чтобы записка и амулет были доставлены по адресу. Доставлены даже в случае смерти посыльного. Чего же такого имеется в этом медальоне? Почему так важно доставить его какому-то купцу? Неясные, смутные ощущения будили у Артема чувство тревоги, и, следуя советам своего учителя по «рукопашке», он прислушивался к своей интуиции.
Здесь была какая-то тайна, скрытая от Артема, и ответ мог быть только у адресата. Однако у землянина складывалось впечатление, что дело, за которое он взялся, было весьма опасным. Недаром он обнаружил Жакуя на дне реки. С другой стороны, рассуждал он, кто свяжет его, Артема, с заданием доставить медальон? Посыльный мертв, и те, кто убил его, скорее всего уже доложили об этом. Но все равно надо быть поосторожней.
Обдумав все хорошо, Артем решил на этом успокоиться. А Арингил, внушив такие мысли, решил вздремнуть. Идти было некуда, вот и оставалось ангелу дремать да бдить.
– Чего он тупит? – произнесла вслух Агнесса. – У него рядом отличный источник информации. Пусть спросит у Артама, что значит этот медальон и где находится этот самый Арагс.
Арингил обернулся к девушке и слегка скривился, показывая ей, что он думает об ее предложении.
– Что? – Та посмотрела на ангела. – Что не так? – Увидев скепсис на лице Арингила, она уже была не так уверена в своих словах.
Арингил давно заметил, что Агнесса, при всей своей сообразительности и уме, была девушкой простодушной, порывистой и на шаг вперед не думала. Для нее всегда все было просто. Только потом, наступив на свои грабли, она понимала, что совершила ошибку. Сильно расстраивалась, но при этом, как самая настоящая женщина, обвиняла всегда в своих промахах других. Виноваты были все. Подопечный – он тупой. Судьба, что дала его ей. И несправедливость в жизни, которая обходит удачей ее, самую совершенную из тифлингов. Но Арингил, как все ангелы земли, старался быть терпеливым. Он понимал, что совершенен только Творец, у всех остальных есть недостатки. Он молча, исподлобья изучал девушку, пытаясь скрыть раздражение и насмешку в своих глазах.
Она менялась и все больше становилась похожа на человека. Что именно в ней происходило, он объяснить не мог, это было на уровне чувств или подсознания. Сглаживались какие-то черты ее лица, темная кожа становилась светлее, или ему это казалось.
Арингил не мог врать самому себе, девушка ему определенно нравилась. Он любовался ею, хотя временами, как умудренный жизнью отец, хотел взять ремень из кожаных брюк, что принесла с собой криминальный авторитет баба Крыстя, и выпороть ее. Вот как сейчас. Неужели она еще не поняла, какую опасность представляет для них Артам? Он действительно был человеком без каких-либо моральных принципов. Такой типичный шалтай-болтай, все интересы которого сводились к тому, чтобы напиться или, как говорила Агнесса, нажраться и потрахаться. И в любой момент, владея телом, мог натворить бед. Но также хорошо понимал, что его мечты таким образом вразумить тифлинга недостижимы. Поэтому он призвал на помощь все свое терпение и поблагодарил Бога, что та не стала внушать эти глупые мысли человеку.
– Агнесса. Дорогая! – сделал ход конем Арингил и этим словом вызвал неподдельный интерес у девушки. Та моментально обернулась и перестала ходить по плечу вперед-назад. Она с удивлением и нескрываемой радостью в черных глазах уставилась на ангела.
«Опять он в своем балахоне», – пришла ей на ум не к месту мысль, и она поморщилась. Арингил был неискушен в общении с девушками, в женской логике не разбирался и с обидой отреагировал на ее ухмылку. Он принял ее на свой счет из-за слова «дорогая» и мысленно обругал себя.
Идиот! Решил смягчить свои слова. Видно же, что это слово ей не нравится, она смеется над ним.
– Ты дура! – выпалил он неожиданно то, что думал, и, поняв, что не удержался, вытаращил глаза, до боли прикусив язык. Ну что на него нашло! Хотел же по-хорошему. – Нет-нет, я хотел не то сказать! Я оговорился! – начал он извиняться. – Прости!..
Но, к его ужасу, все старания ангела сгладить впечатление от неосторожно выскочившей фразы не возымели успеха.
– Что-о-о? – переспросила пораженная его словами тифлинг. – Как ты меня назвал? «Ду-ура-а»! – Она не слушала его извинений. Этот непонятный, из другого мира, женоподобный субъект в платье, который даже не курит, посмел ее оскорбить. Да что он себе возомнил?! Думает, что он самый умный здесь? Нагло вторгся в ее жизнь! Разрушил ее будущее. Лишил возможности создать нормальную семью с благоволения Хранителя! Все эти мысли пронеслись галопом в ее голове, пока она набирала в грудь воздух, чтобы дать ему отповедь. Скотина! Так-то он ее отблагодарил за все? Но вместо слов у нее потекли слезы, и она разревелась. – А-а-а! Баба! Он меня обижааает! – И тут же в их окружении возникла красивая женщина в черном облегающем платье. Он дымила сигаретой и с интересом уставилась на растерянного ангела.
– Уже поссорились? – поинтересовалась она, хотя прекрасно понимала причины слез внучки.
– Да я это… Неправильно высказался, – оправдывался расстроенный ангел. – Агнесса – она умница, только иногда спешит говорить. Вот… – Он замолчал, не зная, что сказать еще, и посмотрел испуганно на рыдающую девушку.
– О-он назвал меня-а ду-у-урой! – рыдая, поведала о причинах своих слез Агнесса и уткнулась в грудь бабы.
Прожив бурную жизнь, став воровкой в законе на женской каторге, баба Крыстя умела разруливать любые житейские ситуации.
– Тебе повезло, детка! – поглаживая по голове внучку, произнесла она и глубоко затянулась сигаретой, задержала дыхание и с насаждением выпустила дым. Удивленная ее словами Агнесса даже перестала плакать.
– Это почему? – спросила она.
– У тебя есть настоящий мужчина, а не сопля, размазанная по лицу, как твой отец. Твой мужчина – грубый и сильный самец. Ты чувствуешь, как от него прет гормонами?
Агнесса зашмыгала носом, пытаясь уловить запах Арингила, и, не почувствовав запаха его гормонов, отрицательно покачала головой.
– Нет, только дым от сигареты, – отозвалась она, вытирая мокрый нос рукавом платья. Увидев это, женщина подала ей платок. А донельзя растерянный Арингил отошел на всякий случай подальше, обнюхивая свои подмышки.
– У него, – глядя мечтательно на ангела, продолжила баба, – только один недостаток. – Она помолчала, давая возможность внучке вникнуть в ее слова. Та услышала и оторвалась от груди бабушки, уже с явным любопытством посмотрела на ангела, выискивая этот самый единственный недостаток. Слезы уже высохли, и она спросила:
– Какой?
– От него не прет козлом, дорогуша. Ах, если бы ты знала! Как бывает приятен этот горький аромат мужчины! – Она закатила глаза и, втянув носом, покачала головой.
От этих слов у Арингила мгновенно выскочили глаза на лоб. Пахнуть козлом, как бесы! Этого счастья он не хотел. Те пованивали еще серой, и по этим запахам всегда можно было почувствовать присутствие искусителя.
– Вот еще чего не хватало! – Агнесса возмущенно высвободилась из объятий бабы и недовольно продолжила: – Я нисколько не хочу, чтобы Арингил вонял козлом, как наши мужики, он у меня другой. – Она с гордостью и вызовом посмотрела на бабушку.
Та только пожала плечами.
– Как знаешь! Я не навязываю тебе своих вкусов. Из-за чего ссора? – перевела она разговор на другую тему.
Агнесса, забыв уже о своих обидах, что говорило об ее легком и покладистом характере, стала рассказывать о своих предложениях. Выслушав ее, баба Крыстя снисходительно улыбнулась.
– Ты не права, девочка. Артам – слабак и трус, он может вас всех подставить в любой момент. Рассказывать ему об амулете Мазандаров – очень нехорошая идея. – Она посмотрела с уважением на ангела. – Что говорит еще раз в пользу твоего жениха.
Ангел услышав слово «жених», дернулся и зачесался.
Старая интриганка знала, как повести дело сватовства, и в создавшихся обстоятельствах парень не посмеет отказаться от этого звания. Она с улыбкой смотрела на дерганье Арингила, тот шевелил руками, не зная, куда их деть, и топтался в полной беспомощности.
Агнесса, услышав про жениха, успокоилась окончательно.
– А как быть? – спросила она бабушку.
– А это ты спроси у своего жениха! – ответила женщина, хищно глядя на мрачного ангела.
Агнесса, хорошо зная характер своей наставницы, взъярилась:
– Баба, убери свои… блудливые глаза от Арингила! – Сейчас она стала похожа на взъерошенную кошку. – Иначе я их выцарапаю.
– Все, все, голубки, ухожу, – томно рассмеялась почетный член большинства борделей в королевстве. Правда, в прошлом.
Артем обратил взор на бесплодные попытки гремлуна утвердиться в вертикальной позиции, но тот был контужен и морально раздавлен, поэтому потерял ориентацию в пространстве. Шатался, падал и хватался руками за воздух. Наконец ему удалось занять более-менее устойчивую позу. Он сфокусировал взгляд на предмете перед глазами и увидел большой кусок пирога. Его руки сами потянулись к вожделенному кусочку, схватили, и минуту Артем слышал непрерывное чавканье и периодические отрыжки. Облизав пальцы, он посмотрел на человека.
– Ты хотел меня утопить? – запоздало спросил он болезненным тихим голоском. Видно было, что к Сваду вернулась способность мыслить.
Артем помолчал, размышляя над природой гремлунов. Он никогда не видел, чтобы тот мылся или, на худой конец, помыл руки, и при этом не страдал расстройствами желудка. Словно был сделан из стали. Вот и сейчас он облизал руки, вымазанные в пироге с прилипшем песком. «Может, ему все равно, что жрать», – подумал Артем.
– Не говори глупости, – словно прочитал его мысли Сунь Вач Джин, – мы едим нормальную пищу и гремлунов, как этот человек, не жрем, – ткнул он пальцем вслед уходящему зомби, спина которого была уже почти не видна из-за расстояния. – Вот зачем ты меня полоскал в воде, как тряпку? – не отставал он от Артема. – Тебе стало скучно, и ты решил позабавиться за счет того, кто считает тебя своим другом?
Артем с любопытством поглядел на Свада. Тот заговорил необычно. Назвал его другом, не стал пускаться в словесные оскорбления и становиться в позу обиженного с высоко задранными ноздрями.
– Нет, дружище, я просто тебя отмыл от крови. Ты был грязен и вонял.
– Да какая там грязь! – не унимался Свад. – Подумаешь, кровь. Она бы высохла и сама отпала. Не мог недельку подождать. Там почесал, здесь почесал, – показал малыш, где он будет чесать, – и все бы отпало.
Артем усмехнулся.
– Вы что, никогда не моетесь?
– А зачем? – удивился гремлун в ответ. – Мы всегда создаем проекцию чистоты, и нам этого хватает. А ты сразу в воду меня засунул, – осуждающе покачал он головой, желая всем своим видом показать глубину неразумности человека. Но тот лишь скептически хмыкнул:
– Проекция чистоты. У вас что, воды нет в вашем мире? Все такие замарашки, как ты?
– Не оскорбляй мой народ, – поднялся гремлун, пылая возмущением. Какой-то жалкий человек из заштатного мира посмел судить о великих творцах вселенной! Он надулся от важности и приготовился произнести речь о героях его расы и их подвигах. Он выставил ножку вперед, вытянул руку и был небрежно схвачен человеком за шиворот, затем также без всякого почтения засунут в сумку, причем вниз головой. Он долго и озверело ворочался, принимая удобное положение, и наконец вылез из сумки, показав одну голову без своей шестеренки. Его глаза были полны бешенства. Еще никто не смел так бесцеремонно обращаться с великим мастером проклятий.
– Я твою жизненную синусоиду на ноль сотру. Все твои кривые константы выпрямлю в прямые! – начал он изрыгать самые гнусные и мерзкие ругательства своего мира. Но в ответ услышал такое, что тут же заткнулся и спрятался в сумку.
– Заглохни! А то пасть порву и моргалы выколю, – не задумываясь ответил Артем и увидел, что его угроза подействовала моментально. Голова гремлуна с торчащими во все стороны волосами исчезла.
«Какой ужас! – подумал перепуганный малыш, забившись на дно сумки. – Я попал в компанию самого настоящего маньяка-убийцы». Он проследил последовательность слов человека, перевел на язык математики и ужаснулся чудовищности его угроз. На языке его народа это звучало бы так: «Нарушу флуктуацию констант твоего биополя и отключу от электромагнитного излучения длиной волны 540–555 нанометров в зеленом диапазоне». Как же скверно может ругаться этот человек! – по-настоящему испугался гремлун.
Артем поправил сумку и направился в сторону, противоположную той, куда ушел ходячий мертвец. Путь его лежал к парому на переправе и дальше в городок с неизвестным названием. Новый мир, полная свобода на две недели – это почти отпуск, но все это почему-то не радовало Артема. Мир был жесток и коварен, полон опасностей и предательства, а свобода его сейчас скорее обременяла, чем давала ощущение радости и покоя.
– Артам? – позвал напарника землянин. – Отзовись, дело есть.
– Говори, – раздался раздраженный голос. По всему было видно, что Артам пребывал не в настроении и общаться желанием не горел.
– Артам, где находится город Арагс?
Тот помолчал и задал свой вопрос:
– А тебе зачем?
– За тем, что мне туда надо добраться. У нас с тобой две седмицы свободного времени, и меня туда пригласили в гости, – не моргнув глазом, соврал Артем. Он по здравом размышлении уже понял, что доверять мог только себе, и не собирался раскрывать свою тайну ненадежному напарнику.
– Этот город находится вниз по реке Сом, столица провинции Арагса. Иди вверх по течению, переправляйся на ту сторону и садись на корабль. Если деньги есть, – добавил Артам.
– Дело еще в том, Артам, что я не знаю вашей страны – где какие города, поселки, реки, – и это может показаться странным. Вызвать подозрение, – не отставал от него Артем.
– Не покажется, – сухо ответил тот. – Здесь мало кто знает географию королевства. Крестьянские дети живут в своем ландстархате и больше ничего не знают. – Он замолчал, игнорируя дальнейшие расспросы землянина.
Артем выругался и прошипел сквозь зубы, сдерживая рвущееся раздражение:
– Хотя бы сказал, что такое ландстархат.
– Провинция, – отозвался Артам.
За размышлениями Артем не заметил, как отшагал три километра и приблизился к парому, перевозившему путешественников на другой берег. Представлял он собой большую плоскодонную баржу с двадцатью гребцами, как на галере. На пароме стояли две телеги, груженные товаром. Сидели люди на грубо сколоченных лавках. Подойдя к бородатому огромному мужику, периодически покрикивающему:
– Подходи! Паром скоро оправляется! – вежливо осведомился:
– Уважаемый, сколько стоит проезд?
Мужик мельком окинул взглядом парня, оценил его рваный наряд с пятнами и с усмешкой, скрытой в бороде, ответил:
– С тебя пять медяков, парень.
Артем покопался в карманах жилетки, нашел монету в пять драхм и протянул бородачу.
– Проходи, не закрывай проход, – прикрикнул тот, мгновенно выхватив плату из рук парня. Артем не стал ждать, когда на него прикрикнут еще раз, и прошел на борт парома. Уселся на лавку и стал осматриваться. В основном с ним ехали мелкие торговцы и торговки, скорее всего из ближайших деревень. Кто с чем. Кто с баулами и корзинами, кто с тележками, доверху заваленными овощами, зеленью и всякой снедью.
Странно, подумал Артем, вроде не утро, чтобы спешить на базар, – он посмотрел на солнце: время перевалило на вторую половину дня. А они едут торговать. Ночной рынок, что ли?
Рядом плюхнулся толстяк, вытирая пот со лба платком. С любопытством огляделся, посмотрел на парня, скромно сидевшего рядом. Он не мог сидеть молча и, видимо, любил поболтать, так подумал Артем, когда, повозившись, тот обратился к нему:
– Вы тоже в Песковск?
Ага, значит, город на другой стороне называется Песковск, обрадовался Артем новой информации.
– Да, хочу на рынке прикупить одежду новую. Моя, как видите, поизносилась.
Толстяк посмотрел на наряд парня и сделал свой вывод:
– Не похоже, чтобы она износилась от времени, больше похоже на то, что ее порвали.
– Вы правы, уважаемый, на меня напали разбойники и хотели ограбить. Пришлось отбиваться и убегать. – Артем врал спокойно, не заботясь, поверят ему или нет. И те, кто его слушал, не сомневались в том, что он говорил правду. Простые люди, простые нравы.
– Да уж! – согласился говорливый собеседник. – Разбойников нынче много развелось на дорогах. Вечером ходить опасно. А также и на постоялых дворах оставаться. Вы слышали, что случилось на постоялом дворе на королевском тракте недалеко от Песковска? – Увидел, что парень отрицательно покачал головой, воодушевленно стал рассказывать новости.
К концу поездки Артем знал, что произошло в трактире, где убили хозяина и разбойников и где останавливался сам Артем. Что на рынке нужно идти в лавку к Муржуку, который торгует добротной недорогой одеждой. Что все эти торговцы едут продать товар лавочникам-перекупщикам. Что порт Песковска находится выше по течению за пределами города, там же расположились большие склады. И много еще разной информации, так не хватающей ему для вживания в этот мир. Но Артам был прав: жители одной провинции абсолютно не интересовались тем, что там происходит за пределами их ландстархата. Весь их уклад жизни и интересы замыкались в своем маленьком мирке. Дом, семья, работа и посещение храма Славы Хранителя по седьмым дням. Все, что было сверх, считалось опасным. Тут не принято было выделяться и привлекать внимание: чревато последствиями.
Рынок находился сразу за причалами, не особенно большой, но бойкий. Лавки, лавочки, навесы над столами и неумолчные крики зазывал. Артем, отмахиваясь от торговок, предлагавших ему первач, колбасу, яйца, хлеб, пироги, фрукты, прошел в мануфактурные ряды. Там, в самом конце, находилась лавка торговца поношенной одеждой. Он решил последовать рекомендации Шорка, как звали словоохотливого толстяка. Лавка была небольшой, и ее хозяин весьма мрачный тип, который посмотрел на Артема из-под седых кустистых бровей.
– Мне вас рекомендовал Шорк, – с порога сказал Артем, предполагая, что Муржук торгует краденым и тем, что сняли с убитых. Но не ему менять систему этого общества, а прилично и недорого одеться желание было.
Здесь, как и везде, встречали по одежке – бедно одетый господин не внушал уважения и тем более доверия.
Муржук приподнял одну бровь.
– Не знаю такого, – ответил он и упер свой взгляд в вошедшего парня.
– И не надо, – спокойно ответил Артем, – главное, что у вас можно прилично и недорого одеться. Это так, уважаемый?
Торговец несколько мгновений буравил глазами посетителя, решая, что ему делать, но затем желание навариться на покупателе взяло верх.
– Можно, – коротко ответил он. – Что интересует?
– Сапоги, штаны, рубаха, жилетка и куртка, можно еще картуз, – стал перечислять Артем, вспоминая, как ходят здесь небогатые купцы.
– Один барет, – загнул цену Муржук.
У Артема не дрогнул не один мускул на лице.
– Согласен, – ответил Артем. Сделал небольшую паузу, изучая лицо торговца, и спокойно продолжил: – На один рукль.
Муржук сперва приподнял вновь одну бровь, но, услышав предложение парня, вытаращился на него. Напускное спокойствие слетело с него, как пыль, сдуваемая с книги, которую давно не брали с полки.
– Ты в своем уме, парень, предлагать за одежду один рукль? – Он был искренне возмущен попранием торговых устоев.
– А вы, уважаемый, с разумом дружите, называя свою цену? Вы что, не хотите заработать?
Торг шел отчаянный и затянулся на час. Муржук торговался, потому что не мог по-другому. Артем просто потому, что надо было тренироваться. В конце концов сошлись на пяти руклях, и на прилавок легли шелковая рубаха, шерстяная жилетка, аккуратно зашитая на спине. Что подтвердило предположение Артема. Но брезговать он позволить себе не мог. Штаны из тонкой шерсти, серые в полоску, и щегольские сафьяновые сапоги. Куртка из толстой шерсти и картуз. Артем примерил и остался доволен. Тут же переоделся и продал за десять драхм свой старый наряд. С важным видом вышел из лавки. Прошел по рядам, набрал пирогов, колбасы, прикупил новую сумку из кожи. Поел в трактире и пошел прочь с рынка.
Дорога петляла между унылыми подслеповатыми домишками, прячущимися за палисадниками. Бродили куры и что-то клевали в травке возле заборов, на кольях висели горловиной вниз глиняные кувшины и крынки. В лужах валялись свиньи в черно-белых пятнах и с деревянными треугольниками на шеях. «Чем не старая Россия», – подумал Артем. А на выходе из города дорогу ему преградили трое.
– Кошелек гони! – лениво приказал самый худой, с дубиной в руке.
«Идиот! Расслабился! Перестал обращать внимание на ситуацию вокруг», – обругал себя Артем, одновременно с этим оценивая обстановку. Грабителей было трое. Один с дубиной, обитой железом, двое с ножами. Как бойцы – так себе, простые гопники и скорее всего подельники Муржука. Надо их отвлечь, мгновенно составил план боя Артем. Он пошарил в сумке. Отодвинул в сторону Свада и вытащил кошелек, что ему дали прошлые грабители, и бросил под ноги главаря с дубиной. Он так и не удосужился заглянуть в него. Не то чтобы он не нуждался в деньгах, просто, засунув его под ворох белья, забыл.
Он увидел, как алчно заблестели глаза бандита. Тот нагнулся и поднял кошель. Жадно стал развязывать веревку. Артем понял, как ему повезло с его забывчивостью. Это была ловушка для простачков. Как только освободилась горловина, оттуда вырвался клубок дыма, и грабитель, схватившись за горло, закашлялся и повалился на землю. Из сумки на шум выглянул Свад и, увидев, что происходит, воинственно закричал:
– Дылда, дай мне твой нож, я им пасть порву и моргалы выколю!
Не отошедшие от подставы двое разбойников, увидев всклокоченную голову, вылезшую из сумки, испуганно замерли, но, быстро опомнившись, бросили ножи и пустились со всех ног наутек.
– Видел, как я их! – похвастался довольный гремлун. – Учись, как разбираться с грабителями. А ты им кошелек сразу отдал.
– Спасибо, Свад, ты мне здорово помог, – с улыбкой ответил Артем, – но почему ты не стал их пугать синусом и косинусом? – Человек с интересом посмотрел на гремлуна.
– Да потому что вы, люди, необразованные дикари. В математике ничего не смыслите. Ее красота и яркость выражений вам, тупицам, недоступна.
Артем вновь улыбнулся.
– Да уж, нам, гагарам, недоступна радость в смелом крике Свада.
– Вот! – назидательно произнес гремлун, вытащил руку из сумки и поднял вверх указательный палец.
– Да, я понял. – Артем, смеясь, подошел к брошенному кошельку и подобрал его, на бандита он не обратил внимания и ушел бы, если бы не Свад, остановивший его возмущенным криком:
– А трофеи собрать?
– Какие трофеи? – изумился Артем. – Дубину, что ли?
– Сам ты дубина, кошелек у него поищи!
Артем хлопнул себя по лбу. Точно, как он сам не догадался! Он залез в карманы и вытащил кожаный кошель, высыпал на ладонь с десяток серебряных монет, ссыпал в свой кошель, а пустой мешочек выбросил под ноги парализованного бандита. Затем подобрал дубину и пошел к порту.
Речной порт только носил свое гордое имя, а на самом деле это была деревянная пристань, недалеко выступающая в реку, и будка сторожа или охранника, который следил за порядком. В ней сидел старый дедок в поношенной военной форме и скучал.
– Доброго здравия, уважаемый! – поздоровался Артем. – Не подскажете, как мне попасть на корабль, идущий до Арагса?
Дед обрадовался возможности скрасить одинокое дежурство, напыжился от важности и тоже поздоровался:
– И тебе поздорову, парень.
Оглядел приличный наряд паренька и остался доволен. Не шелупонь безденежная, с таким и поговорить не грех.
– Значится, так. Садишься на любой проходящий фриндон и плывешь до Нижнего Бажеля. Там сходишь и с любым караваном, идущим на восток, добираешься до Арагса.
– Вы уж простите, уважаемый, я первый раз один путешествую, папенька отправил меня к своему брату, науку торговую изучать. А что такое фриндон? – Артем говорил вежливо и спокойно. Он уже понял, что здесь можно расспрашивать всех и обо всем, так как остальные простые люди были такими же несведущими, как и он. Своими вопросами он подозрения не возбуждал, а его глуповатый вид людей только смешил. «Отличное прикрытие для агента», – подумал Артем.
– Фриндон – это грузопассажирский корабль, – снисходительно объяснил дед.
– И часто они ходят? – поинтересовался Артем. Он окинул взглядом пустую пристань: желающих путешествовать, кроме него, не было.
– Это как повезет, – отозвался сторож, обрадованный тем, что может поговорить. – Я вот сейчас маячок подниму, и проходящий фриндон к нам пристанет.
Артем увидел, как по высокому шесту стал подниматься красный флажок. Значит, смотритель так подает знак кораблям, что на пристани есть пассажиры, догадался землянин.
– Спасибо, уважаемый, – поблагодарил Артем и положил на узкую столешницу перед дедом пять драхм. Дед спокойно сгреб их и стал поучать.
– Ты в одноместную каюту, если будут предлагать, не суйся, толку в ней мало, дорого. Поселяйся в двухместную, она больше, и пассажиров там может не быть. Так дешевле и по всему лучше. А если и будет компаньон, все не скучно. Едой запасся? – спросил он. – Плыть тебе двое суток, и кормить не будут. Если только на пристанях у разносчиков чего перехватишь. Но честно скажу – не советую, там и собака может быть, и кошка. Ничем, проклятые, не брезгуют.
– Спасибо, отец, – поблагодарил Артем. Он уже заметил, как большая баржа стала приближаться к пристани. Дед тоже ее заметил и поторопил его: – Ну иди, сынок, капитаны ждать не любят.
Назад: Глава 16
Дальше: Глава 18
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий