РАССКАЗЫ ОСВОБОДИТЕЛЯ

Основы педагогики

Прикарпатский военный округ Третий день моей службы в должности командира учебного взвода.

 

Старая армия, армия казарменной муштровки, пытки над солдатами, отошла в прошлое.

Владимир Ильич Ленин

Полное собрание сочинений. 5-е издание.

М.: Политиздат, 1974. Т. 35. С. 269

 

1

— Блюй! Я приказываю!

Молодой стриженый солдатик затравленно озирается в поисках поддержки. Взвод таких же, как и он, молодых и стриженых солдат, перед строем которых он стоит, явно ему не сочувствует. За первую неделю своей службы будущие сержанты усвоили первое железное правило учебной дивизии: если один не выполняет приказ — пострадает отделение, если отделение не выполнит приказ — пострадает взвод. А если взвод не выполнит приказ, то сержанты выберут из взвода любого солдата, и он будет страдать за взвод. Его будут тренировать, «пока дым из ушей не пойдет», «пока не ляжет». И если в какой-то момент до завершения «тренировки» он лишится сил и не сможет выполнять приказы, пострадает его отделение, и весь цикл снова повторится с самого начала. Способов тренировки много: можно заставить рыть окопы на старых железобетонных плитах. Норма — окоп полного профиля за 30 минут. А если солдаты не укладываются в норматив, их следует наказывать и тренировать еще.

Стриженый солдатик стоял перед строем, а строй начинал свирепеть, ибо знал, чем ему грозит невыполнение приказа.

Я стоял в отдалении, наблюдая за действиями своего заместителя. На третий день моей службы в должности командира учебного взвода я полностью постиг еще один закон учебной дивизии: не мешай сержанту работать, иначе придется работать самому.

А старший сержант, выждав десять секунд для солидности, четко скомандовал:

— Взвод, слушай приказ! Рядовой Равдулин опоздал на построение на 13 секунд, ибо находился в буфете!

Каждый солдат учебной дивизии ежедневно имеет 20 минут свободного времени после обеда и 10 минут вечером. Вырвавшись с обеда, голодный солдат бежит в буфет, где работает одна неповоротливая продавщица. В полку полторы тысячи солдат, и добрая их половина, самые голодные, пытается прорваться к прилавку. Большинство из них, протиснувшись в буфет, не имеют возможности ни пробиться к прилавку, ни вырваться обратно. За опоздание в строй их жестоко наказывают, но число желающих прорваться не уменьшается. Спрашивается, откуда же солдат берет деньги, если в месяц ему платят 3 (три!) рубля 80 копеек? А вот оттуда и деньги, что он два-три месяца пытается к прилавку прорваться, да не получается. Вот и выходит экономия.

Сейчас все 40 учебных взводов полка построены на дальнем дворе военного городка, готовые приступить к чистке оружия. Офицеров не видно, и сержанты, всякий на свой лад, наставляют нарушителей. Кто «вставай-ложись», кто еще как. Кое у кого и более затейливые виды пресечения нарушений придуманы. Один взвод, к примеру, тренируется ползать по-пластунски через минное поле. Роль минного поля выполняет густо загаженный свиным дерьмом хозяйственный двор полка.

Мой заместитель, с широкими лычками старшего сержанта на погонах, решил сегодня ограничиться лишь тем, что буфетный нарушитель должен публично изрыгнуть из себя то, что он съел в буфете. Изрыгание съеденного в учебных дивизиях часто именуется научным термином «экстракция», по аналогии со стремительным неудержимым выбросом стреляной гильзы из казенника танковой пушки. Термин этот сержанты применяют и к себе — например, после грандиозной пьянки: «Всю ночь меня мучили ужасные экстракции...»

В отличие от непроизвольных сержантских экстракций, стриженый солдатик должен исполнять их по команде, но он не выполнил приказ, и оттого следует команда:

— Второе отделение! Наклонись! Два пальца в рот вставь!

Первое и третье отделения с ненавистью и надеждой ждут решения своей участи. Один за всех, все за одного — это основополагающий принцип воспитания.

— Справа! По одному! Блюй!

Извиваясь в спазмах и судорогах, отделение выполняет приказ, разгрузив свои желудки во вполне приемлемый срок.

— Рядовой Равдулин, становитесь в строй! — Старший сержант отворачивается, якобы для того, чтобы присмотреть местечко, где бы расположить взвод для чистки оружия. В этот момент Равдулин получает два тяжких удара в живот от своих стриженых товарищей. Подавляя рвущийся протяжный стон, он сгибается пополам и всем телом валится в грязь.

В учебных дивизиях сержанты и офицеры никогда не бьют солдат — это еще один железный закон.

Показать оглавление

Комментариев: 1

Оставить комментарий

  1. Александр
    Коррупция по-армейски.