Дети крови и костей

Глава двадцать девятая. Зели

Я пересчитываю снова и снова, ожидая, что кто-нибудь скажет: это ошибка. Мы не можем пустить ко дну двадцать девять кораблей. Наш план не вмещал и десяти.
– Тзайн! – кричу я, подбегая к нему. Он видит мой страх.
– У меня не получится! Я не смогу потопить их все.
Амари подходит ко мне. Она дрожит так, что едва держится на ногах. За ней следуют рабы. Они осыпают Тзайна бесчисленными вопросами, но в его взгляде читается лишь отчаянье. Мы роимся вокруг него, чтобы услышать хоть что-то. Он сжимает челюсти. Закрывает глаза.
– Тихо!
Его голос гремит над толпой, обрывая наши крики. Он изучает арену, пока распорядитель разжигает азарт зрителей.
– Аби, иди к левому борту. Деле – к правому. Договоритесь с командами соседних кораблей. Скажите, что мы протянем дольше, если будем стрелять в те, что далеко.
– Но если…
– Бегите! – обрывает их Тзайн. Брат с сестрой уносятся прочь.
– Гребцы, – продолжает он. – У нас новый план. Еще половина из вас садится на весла. Нужно двигаться, пусть и не слишком быстро. Мы покойники, если останемся на месте. Рабы разбредаются по местам. Тзайн оборачивается к нам, и я вижу перед собой чемпиона игры агбон. – Остальные встаньте у пушек и цельтесь в лодки прямо по курсу. Я хочу постоянного огня. Постарайтесь, чтобы пороха хватило подольше, от этого зависит, сколько мы протянем.
– А тайное оружие? – спрашивает Баако, самый сильный из рабов.
Уверенность, которую вселили в меня слова Тзайна, исчезает. Грудь щемит от боли, будто сердце пронзили иглой. Оружие не готово, хочу закричать я. Поверьте в него, и вы умрете!
Теперь я это вижу: Тзайна, чьи крики разносятся над морем, себя, задыхающуюся в тщетных попытках пробудить магию. Я не такая сильная, как мама. Что, если я не та жница, которая им нужна?
– Все под контролем, – уверяет его Тзайн. – Просто постарайтесь остаться на плаву, пока мы его не используем.
– Кто готов… к битве столетия?
Разъяренная толпа ревет. Их крики заглушают голос распорядителя. Я хватаю Тзайна за руку, когда члены команды расходятся по местам. В горле пересыхает, и я выдывливаю:
– Что насчет меня?
– Все по-прежнему. Нам просто придется дольше сражаться.
– Тзайн, я не могу…
– Взгляни на меня. – Он кладет ладони мне на плечи. – Мама была самой могущественной жницей, какую я видел. Ты – ее дочь. Я знаю, ты справишься.
Внутри все сжимается, но я не уверена, что от страха.
– Просто попробуй. – Он сжимает мои плечи. – Даже одна ожившая душа нам поможет.
– Десять… Девять… Восемь… Семь…
– Главное – остаться в живых, – кричит он, вставая у пушек.
– Шесть… Пять… Четыре… Три…
Рев толпы становится оглушительным. Я подбегаю к перилам.
– Два…
Теперь нет пути назад. Мы или получим камень…
– Один
…или умрем, делая все, что в наших силах.
Ревет труба, и я прыгаю за борт. Как молния, падаю в теплое море. Как только ныряю, наш корабль вздрагивает от первого выстрела. Отзвуки разносятся в воде, отдаются внутри. Духи мертвых вьются вокруг, словно холодное течение. Первые жертвы сегодняшних игр.
Минус один, думаю я, вспоминая оживление Миноли. Мурашки бегут по коже. Духи совсем рядом, и я чувствую привкус крови на языке, хотя не открываю рта. Они жаждут моего прикосновения, хотят вернуться к жизни. Но их час настал. И если я действительно жница, самое время это доказать.
– Эми авон ти о ти сунн, мо ке пе инни они…
Жду, что меня окружат воскресшие, но с ладоней срывается лишь несколько пузырьков. Пытаюсь вновь, призывая энергию мертвых, но ничего не выходит.
Проклятье. У меня заканчивается воздух, пульс ускоряется. Я не могу этого сделать. Не могу нас спасти…
Сверху доносится грохот выстрелов.
Я вижу, как корабль рядом с нами тонет. Обломки судна и трупы градом падают в воду, которая тут же становится алой. Окровавленное тело за моей спиной идет ко дну.
О боги
Ужас сдавливает грудь. Выстрели они правее, это мог быть Тзайн.
Соберись, уговариваю я себя, но воздуха почти не остается. Сейчас не время для слабости. Мне нужна моя сила.
Ойя, прошу. Молитва выходит странной, словно на знакомом, но давно забытом языке. И все же наша связь после моего пробуждения стала сильней, чем когда бы то ни было. Если я позову, она должна откликнуться. «Направь меня. Надели своей силой. Помоги защитить брата и освободить души, пойманные в этом аду».
Закрываю глаза, впитывая энергию мертвых. Я изучила свиток, значит смогу это сделать. Смогу быть жницей.
– Эми авон ти о ти сун…
Сиреневый свет исходит от моих рук. Что-то горячее разливается по венам. Заклинание открывает мои духовные каналы, освобождая аше. И вот первый дух сливается со мной, готовый исполнить приказ. В отличие от Миноли все, что я успеваю о нем узнать – как он умер. Мой желудок пронзает боль от ядра, ударившего ему в живот.
Когда я заканчиваю заклинание, он кружит передо мной водоворотом из крови и пузырей. Жаждет мести. Я не могу разглядеть лица, но чувствую, что его дух рвется в битву. Призванный мной солдат. Первый из армии мертвых.
На краткий миг усталость уступает место гордости. Я это сделала. Я – жница, истинная сестра Ойи. Меня охватывает тоска. Если бы только мама видела…
Но я все еще могу почтить ее дух и сделать так, чтобы каждый умерший жнец гордился нами.
– Эми авон ти о ти сун…
Свет струится из моих рук. Я продолжаю читать заклятие, воскрешая новых мертвецов. Затем указываю на корабль и отдаю команду:
– Потопите его!
К моему удивлению, духи пронзают воду, словно стрелы. Они летят к цели, и вот остается мгновение до столкновения…
Вода содрогается, когда они наносят удар, врезаясь прямо в корму судна. Доски разлетаются в щепки, в пробоины хлещут волны.
Я это сделала. Не знаю, где теперь искать Ойю – в небе или внутри себя. Духи мертвых ответили на мой зов. Исполнили мою волю.
Вода хлещет на корабль, и тот идет ко дну. Но не успевает восторг стихнуть, как я вижу тонущих предсказателей. Команда подбитого судна изо всех сил пытается доплыть до края арены, чтобы удержаться на поверхности. Среди них я с ужасом замечаю маленькую девочку, слишком слабую, чтобы бороться с волнами. Ее бесчувственное тело камнем идет ко дну.
– Спасите ее!
Я отдаю команду, но чувствую, как связь с духами слабеет. Мои солдаты тают, покидая арену ради покоя загробной жизни. Воздух в легких заканчивается, и я начинаю всплывать, замечая, как духи, словно рогохвостые скаты, окружают и подхватывают девочку, прежде чем ее тело опускается на дно. Чувствую последние приливы аше, когда они закидывают ее на дрейфующую доску. Она жива.
Вынырнув из воды, я захожусь в кашле. Духи исчезают, и я ощущаю пустоту внутри. Жадно глотая воздух, шепчу слова благодарности.
– Вы видели это? – грохочет распорядитель. Арена смолкает, не понимая, что потопило корабль.
– Зели! – кричит сверху Тзайн, на его лице, несмотря на окружающий нас хаос, ликующая улыбка. Я не видела ее лет десять – в последний раз он выглядел таким радостным, когда наблюдал за маминым магическим ритуалом.
– Так их! – кричит он. – Продолжай!
Меня распирает от гордости, а кожа горит от магии. Я делаю глубокий вдох, а затем опять ухожу под воду.
И вновь читаю заклинание.
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий