Бесконечный Космос

Книга: Бесконечный Космос
Назад: Глава 20
Дальше: Глава 22

Глава 21

– Помедленнее, Трой! Я уже не так молод…
Но этот худой, гибкий десятилетка в одной набедренной повязке был сгустком энергии.
– Иди сюда, дедушка! Иди смотреть, как лошади крутят слонов!
Держа Нельсона за руку, он пытался затащить его дальше во внутренности транспортера.
– Трой, бережнее с дедушкой!
Мать Троя звали Люсиль. Насколько знал Нельсон, она была постоянной партнершей Сэма. В глубине души он был рад, что мальчик растет хотя бы в подобии нормальной семьи, знает своих отца и мать. Не то чтобы Нельсон имел предубеждение насчет таких вещей. И вообще, когда он впервые посетил остров с Лобсангом, ему пришло в голову, что в такой маленькой общине отношения неизбежно становились гибкими, с прагматичными нравственными суждениями.
Люсиль, невысокая и хорошенькая, негромко журила сына:
– А теперь вниз-вниз, тихо! Посмотри на других детей. Вот крошка Молл, Росита, Паркер – хорошие дети, вниз-вниз…
Они находились в помещении очень органического вида, с гладкими, изогнутыми, замкнутыми стенами, переходящими – нет, вырастающими в замысловатые формы. Словно ты внутри огромной морской раковины. Нельсон был крупным мужчиной, гораздо выше низкорослых островитян. Ему пришлось пригнуться, чтобы не стукнуться головой. Но помещение было на удивление просторным.
А свет, проникавший сверху через прозрачный панцирь транспортера и через толщу морской воды, был ярким, по-океански зелено-голубым. Они в самом деле погрузились.
У Нельсона мелькнула мысль о насекомых: мухах, пауках, муравьях, термитах. Трудно представить, чтобы они попарно маршировали в естественные трюмы транспортера, но эти создания необходимы для любой функционирующей экосистемы. Нельсон решил, что они нашли собственные способы пережить эти периодические погружения.
Между тем все пассажиры громадного брюха транспортера были в безопасности. Нельсон оглядел помещение: люди бродили, сидели на одеялах, негромко разговаривали. Когда-то он работал инженером, разрабатывал программное обеспечение, и теперь пытался размышлять в этом ключе. Как работает транспортер? Этот сухой, наполненный воздухом отсек должен служить камерой плавучести и одновременно надежным убежищем для обитателей – животных и людей. Воздух был достаточно свежим, хотя и странно солоноватым, с органическими нотами – возможно, морских водорослей. Интересно, на сколько хватит воздуха. Наверное, надолго. Остров в милю длиной должен изобиловать такими воздушными камерами, чтобы вообще держаться на плаву. А может, у транспортера есть какой-то изощренный способ пополнять запасы воздуха.
Внук, похоже, вознамерился провести экскурсию по некоторым из этих камер.
– О, Трой, оставь в покое бедного дедушку!
– Все в порядке, – сказал Нельсон, понизив голос до уровня, которого, похоже, все придерживались здесь, под водой, внизу-внизу. – Я рад возможности увидеть все это. Не беспокойтесь, я не позволю ему измотать меня.
– Ну, хорошо. Только разок. Не наступи на хороших мальчиков и девочек, которые спят как полагается.
– Не буду. Дедушка, идем…
* * *
Они осторожно прошли по неровному полу камеры, с улыбками и извинениями перешагивая через людей. Как и сказала Люсиль, люди здесь по привычке располагались небольшими семейными группами – сидели, лежали, тихо разговаривали. Некоторые дети спали, свернувшись рядом друг с другом или около родителей. Другие играли в спокойные игры ракушками, бусинами и картами, нацарапанными на листах из чего-то, похожего на кору эвкалипта.
– Разумно, – прошептал Нельсон Трою.
– Что, дедушка?
– Сидеть смирно и спать. Так воздух не тратится зря.
Трой выглядел озадаченным, и Нельсону понравилось, что мальчик пытается понять замечание, а не пропускает мимо ушей и не спорит.
Нельсон предположил, что здесь собралась большая часть населения острова. В сумраке их было трудно сосчитать, но, по его приблизительной оценке, людей тут было около сотни. Меньше быть просто не могло, чтобы генетическое разнообразие популяции оставалось стабильным на протяжении поколений. Разнообразию помогало периодическое вливание посторонних генов, вроде его собственных, с некоторым смущением отметил он.
С другой стороны, для большего количества здесь мало места. Насколько Нельсон мог судить, островитяне практиковали воздержание, секс без проникновения, прерванный акт и, похоже, у них были различные контрацептивы из островной флоры. Конечно, ни один из этих методов не был безотказным, но в целом местным удавалось поддерживать разумный баланс своей численности. Нельсону стало интересно (но он не спрашивал): не научились ли они поддерживать свою численность на низком уровне на собственном горьком опыте в результате всплеска рождаемости и недостатка пищи в прошлом. Определенно, помогает короткая ожидаемая продолжительность жизни, как отметил Сэм: старики вежливо исчезают, оставляя место молодым.
Нельсон в потемках споткнулся о чью-то ногу. Он опять замечтался.
– Дедушка! Осторожнее!
– Прости, Трой. Веди, а я буду смотреть под ноги.
Трой повел Нельсона, все время немного спеша, вверх и вниз по спускам и по коротким коридорам. Они прошли через другие камеры, многие просторные, как та большая общая спальня, но большинство пустые. Все были органические – гладкие стены, изгибы, никаких углов у пола и потолка. Из одной камеры в другую вели короткие коридоры, похожие на расположенные впритык трубы. Несомненно, Нельсон пробирался внутри живого существа, которое было намного больше его. Он чувствовал себя лилипутом.
Самые близкие к верхнему панцирю камеры, просвечивающиеся и пропускающие зеленоватый свет, заполняла пенистая вода. Нельсон предположил, что здесь нашли пристанище планктон и другие организмы, пополняющие запасы кислорода во внутреннем воздухе. А наградой за кислород планктону служит защита от морских созданий, которые им питаются.
На некоторых нижних уровнях Нельсон увидел еще более странное зрелище. Открывшаяся взгляду нижняя поверхность острова оказалась покрытой огромными сложными конструкциями. Некоторые из них представляли собой большие трубы с растущими на концах зелеными шариками.
Такое устройство озадачивало Нельсона, но Трой, похоже, все об этом знал.
– Дельфины. Маленькие киты. Морские свиньи. Заплывают кормиться. Крутятся туда-сюда в трубах!
Нельсону показалось, что он это видит. Этот механизм – возможно, один из нескольких, – которым пользуется остров, когда нужно перемещаться. Он заманивает больших морских млекопитающих в эти изобилующие кормом трубы, и в обмен на еду животные плывут изо всех сил, постепенно толкая остров туда, куда он хочет.
Убежище в обмен на воздух, пища в обмен на передвижение. Очень умная сделка, думал Нельсон на ходу. Умные детали природной конструкции, как и все части этого странного симбиотического создания, действующие в гармонии, чтобы поддерживать целое.
Тем не менее он не видел ничего похожего на центральную нервную систему: ни нервных каналов, ни спинного мозга. Нельсон предположил, что Лобсанг, который знал о таких вещах гораздо больше (разумеется, Лобсанг почти обо всем знал гораздо больше, чем кто-либо), сказал бы, что Нельсон узко мыслит. Похоже, что транспортеры произошли от колониальных существ, от сообществ живых организмов. Транспортеру необходимо мыслить, но для этого совсем не нужно ничего похожего на человеческий мозг, точнее, мозг млекопитающего. Возможно, разум транспортера возникает из сети взаимодействия сообществ живых организмов на его борту. Взять тот планктон в верхних камерах. На одном уровне каждая одноклеточная водоросль занята своими делами: питанием и размножением, в то время как на другом уровне все сообщество водорослей само по себе образует сложную сеть. Аналогично на борту транспортера карликовая лошадь, выщипывающая высокую траву, обедает, но в то же время это действие может быть «мыслью» более высокого разума.
Может быть, мультивидовое сотрудничество и совместное обитание на самом деле норма на Долгой Земле – норма для земной жизни. Даже во время пребывания на острове Нельсон наблюдал, как разные виды дельфинов плавают вместе. А в Путешествии тридцатого года Валиенте и Лобсанг даже обнаружили где-то в девятистах переходах от дома группу разных видов человекообразных – продукт иной последовательной эволюции, счастливо живущих бок о бок. Нельсон предположил, что когда-то подобные сцены можно было увидеть и на Базовой, но, к своему величайшему позору, Homo sapiens довольно быстро избавился от всех родичей ближе шимпанзе. И, в изоляции, люди пришли к выводу, что жесткая конкуренция, даже истребление, были неизбежны. Нельсон преисполнился решимости обсудить все это с Лобсангом, когда выпадет такая возможность – если Нельсон сам переживет обратную поездку, если Лобсанг вообще вылезет из своего последнего электронного нутра…
Он услышал лошадиное ржание. Животные были близко.
Они пришли в камеру, где находились мамонты, карликовые, но все равно впечатляющие, на взгляд Нельсона. Насколько он помнил палеобиологию, это были колумбийские мамонты, обитатели низких широт, а не шерстистые виды, приспособленные к более холодным условиям. Похоже, что здесь находились самки и молодняк. Взрослые сгрудились в кучу, переплетя хоботы и мягко сталкиваясь бивнями, детеныши укрылись у них под ногами. Для питья здесь была лужа воды в углублении на полу, но никакой пищи Нельсон не увидел. Трубные голоса походили на раскаты грома.
Нельсону камера казалась большой, но, очевидно, была слишком тесной для диких животных, особенно обитателей равнин, вроде мамонтов. Определенно гораздо меньше, чем многие вольеры в зоопарках, которые видел Нельсон. Тем не менее животные ждали освобождения так же спокойно, как и люди в общей камере. Интересно, нет ли в воздухе какого-нибудь мягкого транквилизатора, который выделяет транспортер, чтобы смирять своих обитателей, пока они находятся взаперти. На некоторых транспортерах – таких, как самый первый, открытый Джошуа и Лобсангом, в мире, расположенном гораздо дальше этого, – животные, похоже, содержались практически под наркозом. Во внутренностях создания, которое путешественники назвали Первое Лицо Единственное Число, они видели птиц, маленьких животных, даже слонов, вроде этих, погруженных в какую-то жидкость, не бодрствующих и не спящих, никогда не гуляющих и не плавающих. Возможно, у транспортеров есть множество стратегий хранения. Никто не знает.
На транспортерах были некоторые странные твари, но не настолько странные, как сами острова.
Трой шел впереди на цыпочках, Нельсон следовал за ним.
Они нашли лошадей, маленьких и лохматых. И кого-то, похожего на вомбатов, и на броненосцев, и на ленивцев – разнородная смесь существ, многие из которых вымерли на Базовой Земле, но, по-видимому, по-прежнему процветают в этом мире и соседних. Самой близкой аналогией для Нельсона был Ноев Ковчег. Время от времени ему на глаза попадался кто-нибудь маленький – крыса или мышь, но они с Лобсангом давно пришли к выводу, что эта «коллекция» если вообще имеет какую-то цель, то стала результатом стратегии отбора животных весом примерно со взрослого человека плюс-минус один порядок величин. Мыши и крысы были здесь такими же гостями, как и Нельсон.
Он вспомнил, что они с Лобсангом могли только предполагать предназначение всего этого. Лобсанг подозревал, что транспортеры, некогда естественные создания, продукт дарвиновской эволюции, были модифицированы. Слегка перестроены для какой-то осознанной цели.
«Быть может, они коллекционеры, – размышлял Лобсанг. – Современные Дарвины или их агенты, которые собирают интересные образцы. Для чего? В научных целях? Чтобы населить какой-то гигантский зоопарк? Просто из эстетических потребностей?»
Но они беседовали на подобные темы давным-давно, и у Нельсона по-прежнему не было ответов.
Лошади ржали и суетились. Нельсон чувствовал, что транспортер и сам содрогается и покачивается. Тошнотворное и сильное ощущение, словно гуляешь во время небольшого землетрясения.
Ладошка Троя скользнула в его руку.
– Трой? Ты в порядке?
– Да. – Но в голосе мальчика не было убедительности.
– Часто он так делает? Транспортер.
– Не часто. Иногда. Обеспокоен.
– Штормом?
– Нет, не штормом.
– Тогда чем?.. Ладно, неважно. Идем. Вернемся к твоим маме с папой?
Назад: Глава 20
Дальше: Глава 22
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий