Не буди короля мертвых

ГЛАВА 3

Рейв

 

В первый момент Рейв не понял, что случилось. Внезапно вокруг грудной клетки Ангелины вспыхнуло черное пятно, длинными липкими щупальцами опутывая легкие. Она начала задыхаться прямо у него на глазах.
Темные брови некроманта сдвинулись, острый взгляд, привыкший подмечать любые изменения обстановки, мгновенно переметнулся с лопуха, на котором прежде лежало мясо, на ветки, на которых дрожала девушка, и затем по всему периметру помещения. Рейв искал причину ее тяжелого состояния.
Но причины не было. В пище отсутствовал яд. Сухой валежник не источал ни грамма проклятийной магии. А само укрытие было обычной берлогой.
Все это могло означать лишь одно: Ангелина больна. И проблема заключалась в том, что Рейв не был лекарем. Он был некромантом. Так что если малышка прямо сейчас склеит ласты, то максимум, чем он сможет помочь, — сделать из нее после смерти в меру симпатичную умненькую нежить. Скажем, стрыгу. Или даже лича. Хотя магии на это сейчас вряд ли хватит.
Девушку начало трясти. Глаза закатились, а изо рта пошла пена.
— Дело дрянь, малышка, — мрачно бросил мужчина и решил предпринять едва ли не единственную отчаянную попытку помочь ей.
Положил ладони на черное пятно в центре груди девушки и приказал Тьме подчиниться. Впитывал ее кожей, старался почувствовать источник проклятия, если все дело было в нем. Заставлял неизвестную порчу сменить цель и перекинуться на него.
Очень неразумный поступок — ставить себя под удар ради девчонки, которую узнал-то всего пару часов назад. Которую хотел использовать в качестве подзарядки. Как сухой паек на черный день. Но Рейв встряхнул головой, откидывая упавшую на лицо прядь, а заодно отгоняя прочь дурацкие мысли. Что такое одно хлипенькое проклятие для короля мертвых? И не с таким справлялись.
Но, к сожалению, фокус не удался. Это было не проклятие, и оно никуда не исчезло. Однако приступ внезапно сошел на нет.
Мужчина наклонил голову, хрустнув шейными позвонками. По спине прокатилась неприятная волна жжения. Все же львиная доля негативного эффекта впиталась в его тело.
— М-да… Лечить тяжелобольных мне еще не приходилось. Вот убивать из милосердия — это да. А лечить…
Губы Рейва скривились в мрачном подобии улыбки.
Но девушке хотя бы стало легче. Черные щупальца снова исчезли, словно их и не было.
Ангелина тяжело вздохнула, пока не приходя в себя. Длинные ресницы дрожали, бледное лицо покрылось испариной.
— Похоже, у тебя тоже неслабые проблемы, малышка, — тихо проговорил он, снова ложась на спину и закидывая руки за голову. — Как и у меня.
Прошло немного времени, в течение которого новая знакомая дышала все легче и свободнее, а некромант снова блуждал в собственных мыслях.
Сегодня утром Ангелина прочитала заклятие, выдавленное на его могильной плите, и решила, что подняла короля мертвых.
Рейв посмотрел на легкий румянец, выступивший на щеках спутницы, и воспоминание почти заставило его улыбнуться. Девушке больше ничего не угрожало, а значит, можно было расслабиться.
Но как же наивно было предполагать, что какая-то малявка, почти подросток, сможет разрушить заклятие, которое он сам не мог сломать в течение семисот лет!
Глупость. Ульфрик Айрис, чтоб ему икалось в посмертии, постарался на славу. А те, кто после этого хоронил запечатанного короля мертвых, тоже не оплошали. Зарыли так глубоко, что и плиту с письменами было не найти.
Но прошло слишком много лет. Могильник всплыл под действием дождей. Плита показалась на поверхности, а сам некромант смог хоть немного наполнить свой источник с помощью проходящих поблизости случайных жертв. Рейв давно подтачивал прутья своей тюрьмы, разрушал звенья колдовства. А дерзкая незнакомка ему в этом лишь помогла. Ударила по стеклу, в котором было уже слишком много трещин.
Хотя стоило признать, у девчонки оказалось прекрасное произношение в эшгенрейском. Она смогла правильно прочесть заклятие. А ведь большинство магов прочитали бы его таким образом, что только сильнее запечатали бы ловушку. В этом состоял невероятно хитрый секрет Ульфрика. Только очень старый и мудрый колдун мог воссоздать правильное произношение. Но этим колдуном оказалась малышка-выпускница.
Рейв презрительно фыркнул. Ясно дело, об умственных способностях Ульфрика он был невысокого мнения.
Теперь он свободен, и дело за малым — восстановиться до прошлого уровня. Конечно, чтобы наполнить источник, возможно, придется уничтожить не одну сотню людей, но разве это когда-нибудь было проблемой? Когда-то Рейв едва не покорил весь мир войском мертвых. Так что от парочки вымерших деревень никому хуже не станет.
Но для начала нужно разведать, что и как. Понять, какие изменения случились в мире за его отсутствие. И помочь ему должна была именно Ангелина.
Некромант повернул голову к малышке. Он тешил себя мыслью, что помог ей именно по этой меркантильной причине. Потому что дерзкая нахалка ему еще нужна. Но на самом деле были и другие, более глубокие поводы, над которыми он раздумывать пока не собирался.
Рейв прищурился, уронив взгляд на оголившиеся женские ножки. После приступа платье бесстыдно задралось, хотя и прежде-то не особенно многое прикрывало. Серо-голубая юбка поднялась так высоко, что стройные молочно-белые бедра внезапно заставили мужчину дышать глубже.
— Что она там говорила?.. — пробубнил он. — Выпускной экзамен сдавала? В этом?
Захотелось провести рукой по ноге, почувствовать, насколько горячая у нее кожа. Добраться до того, что все еще скрыто довольно безвкусными оборками.
Отвернулся, нахмурившись.
— Удивлюсь, если сдала, — бросил мрачно, нехотя устремив взгляд в каменный потолок.
В этот момент его случайная спутница наконец открыла глаза.
— Прям дежавю, клянусь Сумерками, — улыбнулся он. — Рад тебя видеть, малышка.
— Что… что случилось? — Девушка провела по волосам трясущейся рукой и бросила на мужчину испуганный виноватый взгляд. — Ах да… Прости.
— То есть ты все же знаешь, в чем дело, да? — безошибочно угадал некромант.
Девушка кивнула.
— Только не знаю, почему еще жива. У меня эпилепсия. Редкие, но очень сильные… припадки. Во время них я задыхаюсь. Помогает только порошок ларники, который надо принять заранее. И у меня он, к сожалению, недавно закончился. Я собиралась купить его в городе сразу после того, как сдам экзамен и поступлю в аспирантуру. Но провалилась. Если бы все прошло как нужно, мне выплатили бы пособие…
Девушка сморщилась и потерла глаза руками, поднимаясь с веток и усаживаясь рядом с мужчиной.
— Тебе это, должно быть, неинтересно.
— Нет, отчего же, — ответил Рейв, испытав странное чувство. — Я был бы рад узнать, откуда взялась эта болезнь. Никогда не встречал ничего подобного. А я много повидал, поверь.
— Вряд ли тебе понравится, если я расскажу правду, — вдруг проговорила она, поджав к груди колени и уперев в них подбородок.
— Испытай меня… — сказал Рейв и сам удивился, когда голос понизился в ожидании ответа.
Ангелина окинула его задумчивым взглядом, словно последний раз обдумывала, стоит ли говорить, а затем вздохнула и начала:
— Я бракованная.
— Что за чушь? — нахмурился мужчина.
Не поднимая на него глаз, она продолжила:
— Мое имя — Ангелина Вальбур. Я выросла в семье горшечницы Илоны Вальбур в провинции Арк. Но женщина, которая заменила мне мать, не была мне родной. Я знала это с детства, хотя говорить об этом не принято и по сей день. Моя мать отдала меня Илоне и ежемесячно переводила крупные суммы на то, чтобы я ни в чем не нуждалась. А еще на то, чтоб никогда не узнала своих настоящих корней. Но однажды мне удалось подслушать правду.
Девушка сделала паузу, а затем бросила на некроманта нервный, затравленный взгляд.
Рейв внутренне напрягся, чувствуя, как голос молоденькой выпускницы завладевает его вниманием. Не отпускает. Заставляет с интересом слушать ее рассказ дальше.
— Так вот, моей настоящей матерью оказалась влиятельнейшая женщина. Герцогиня Мирия Клариан Кастро-Аркс. Владелица и сюзерен всей провинции Арк. Сестра его величества короля. Она скрывала мое рождение, потому что я — дитя, рожденное вне брака.
— Ну, в этом ничего постыдного нет, — сказал мужчина, попытавшись рассеять тучи во взгляде девушки. — Более того, я сказал бы, что тебе полагается хоть какой-то титул, несмотря на отсутствие брака родителей.
— А это еще и не конец, — выдохнула она и отвернулась. — Я узнала также и имя своего отца.
Снова пауза. Гораздо длиннее прежней. Рейву даже захотелось в нетерпении бросить — мол, незачем тянуть, он все равно не знает в этом мире никого, кроме нее.
Но мужчина промолчал, не торопя собеседницу.
— Моим отцом оказался сам король…
Некромант нахмурился, припоминая, что пару секунд назад она упоминала, будто ее мать является сюзерену сестрой. Но когда девушка произнесла имя, Рейву вообще стало, мягко говоря, не до смеха.
— Герхард Айрис Кастро-Файрел, — мрачно закончила она. — Властитель Четвертого королевства, король солнца и туманов. Думаю, теперь ты понимаешь, что о моем рождении не должен был знать никто. Мне повезло еще, что не придушили в младенчестве. Если вскроется связь государя с собственной сестрой, это вызовет серьезное недовольство правительства и народа.
Рейв был мрачнее голодного упыря. Ангелина поджала губы, явно думая, что противна некроманту. Но он в этот момент размышлял вовсе не о ее кровосмесительном рождении. Признаться, это казалось и вовсе мелочью. В том, что ее мамаша любила перепихнуться с собственным братом, вины девчонки точно не было.
Некроманта бесило другое. Бесило до дрожи в руках и плотно стиснутых зубов.
Король Герхард носил фамилию его убийцы. Айрис. Он был потомком Ульфрика. Это означало, что за его, Рейва, смерть засранец Ульфрик получил титул короля посмертно. А его дети надели корону и приобрели приставку к имени — Кастро-Файрел. Его приставку!
Файрел — название замка, который Рейв десятилетие строил для себя. Облагораживал магией, гонял рабочих и казнил архитекторов. Каждый камень в нем знал своего настоящего хозяина — короля мертвых.
И семь сотен лет после его «смерти» в этом замке гнездились потомки предателя. Семь сотен лет, которые Рейв пролежал в могиле, мечтая, как вернется и отомстит. Когда лишь одна фраза, пульсирующая в мозгу, сохраняла его жизнь: «Я должен отомстить Ульфрику, даже если он сам уже мертв. За его предательство ответят все его близкие…»
И Рейв даже не задумывался о том, насколько это глупая затея. Ведь мертвому врагу от его мести ни горячо ни холодно. Было бы интереснее поднять его самого в качестве какой-нибудь полуразумной нежити. Заставить мучиться от посмертия, выполняя команды собственного убийцы. Но, увы, тело Ульфрика уже давно сгнило. И даже костей не найти.
Рейву была нужна месть. Нужна как воздух. Он думал о ней веками, переживая один и тот же день. Одну и ту же секунду, когда маленькие зубастые рты обгладывали его кости. И только железная воля и какая-то невероятная жажда жизни сохранили ему здравый рассудок. Они и кровавая баня, которую он мысленно обещал устроить своим врагам. Ведь Ульфрик должен был оставить потомков. Таких же засранцев, каким был он сам. И все эти годы Рейв собирался найти каждого из них.
Это помогало выжить. Держаться, сохранить разум и не свихнуться от боли.
И вот теперь даже это последнее желание ускользало. Ангелина оказалась дальней правнучкой его врага. Это совершенно выбивало из колеи.
Нет. Он не мог позволить планам, лелеемым так долго, просто раствориться.
— Я кажусь тебе отвратительной, да? — вырвала его из размышлений девушка.
Рейв поднял на нее хмурый взгляд чуть прищуренных глаз, молча вглядываясь в испуганное, расстроенное лицо.
Что он должен был ответить? Что сотнями лет мечтал убить именно ее?
Травянисто-зеленые болотные радужки, засасывающие в свой омут…
Почему-то видеть ее страдания некроманту совсем не нравилось.
— Да мне плевать, что за люди были твоими родителями, — бросил он, стиснув зубы и выдохнув. — Поверь, малышка, это должно быть только их проклятием. Не твоим.
Брови девушки немного разгладились, и некромант с некоторым раздражением почувствовал, что ему стало легче.
— Правда? — переспросила она.
Мужчина кивнул, едва не взяв ее за руку. В последний момент отдернул ладонь, страшно ругаясь про себя.
— Спасибо, — облегченно выдохнула она.
— Почему мне кажется, что ты рассказываешь эту историю не каждому встречному? — спросил тогда мужчина.
— Потому что так и есть. Мы с тобой едва знакомы. И вряд ли продолжим знакомство и дальше. — Рейв при этих ее словах сдержал темную ухмылку. Он был на этот счет немного другого мнения, но малышке об этом знать пока не обязательно. — Так что тебе вряд ли есть до меня хоть какое-нибудь дело. А мне нужно было выговориться.
— Рад, что сумел помочь, — улыбнулся он, на этот раз вполне естественно.
Ангелина улыбнулась в ответ, развернулась, опершись руками о ветки, и вдруг вскрикнула. Поднесла к губам палец, с которого на ладонь стекла небольшая блестящая капля крови.
— Ну вот, поцарапалась, — выдохнула она.
Время перед глазами некроманта будто замедлилось.
Веки тяжело опустились, накрывая мир чернотой. И за их чертой появились смутные картины прошлого.
Миловидная девушка с длинными каштановыми волосами, отливающими медом. С большими глазами, сверкающими как звезды. И с жестокой улыбкой, от которой внутри некроманта все перевернулось. Словно кто-то вспорол ему живот, вытаскивая зазубренным кинжалом кишки наружу.
А затем ее лицо сменилось другим. Бледный мужчина, поседевший явно раньше времени. Довольно молодой, но с морщинами под зелеными, как малахит, глазами. Он смотрел на него с ненавистью и осуждением, и от этого взгляда Рейва тянуло убивать.
Веки некроманта поднялись, гоня наваждение прочь, возвращая к реальности. Но совершенно неожиданно кошмар стал явью. Мужчина с седыми волосами никуда не исчез. Он сидел на валежнике рядом с Ангелиной и мерзко улыбался, а девушка его не замечала.
— Что, не ожидал встретить старого друга? — спокойно протянул Ульфрик, сжигая его мертвой зеленью своих глаз.
— Я убил тебя, — еле слышно ответил некромант, стиснув зубы.
Призрак отвратительно оскалился.
— Что с тобой? — спросила девушка, нахмурившись, но Рейв не смотрел на нее. Все его внимание было приковано к врагу, к старому другу, что сидел рядом.
— Ты мертв, — произнес Рейв одними губами.
— Ты тоже, но что это меняет? — смакуя каждое слово, протянул Ульфрик, усмехаясь.
Рейв вздрогнул, но в следующую секунду резко опустил голову вниз. На его сжатом кулаке лежала маленькая женская ладонь. Контрастно-светлая по сравнению с его смуглой кожей. Обжигающе теплая.
Пульс застучал в висках.
Некромант вновь посмотрел на седовласого врага, но того уже и след простыл. Словно все это мужчине привиделось.
— Ты в порядке? — тихо спросила Ангелина, вглядываясь в него широко раскрытыми глазами.
Она была так близко, что он чувствовал ее дыхание. Еле уловимо. Но ему вдруг ужасно захотелось ощутить его сильнее.
Тонкий, чуть сладковатый женский запах начал проникать куда-то глубоко-глубоко внутрь него. Будоражить там что-то темное и голодное, пробуждая дикое животное. Рисуя в голове смутные образы, легко и быстро выбрасывая оттуда все мрачные мысли.
Малышка…
Ее мягкие приоткрытые губы, по которым так хочется провести языком. С силой проникнуть внутрь. Опрокинуть на спину, почувствовать под собой горячее изнывающее тело. Зарычать, кусая пошлый влажный рот, когда она сожмет свои ноги у него на бедрах и будет приглушенно выстанывать его имя.
Рейв схватил девушку за запястье и резко дернул на себя. Ангелина вскрикнула и упала на него, на одно короткое мгновение очутившись сверху.
— Что ты?.. — только и успела произнести она.
А на большее времени не хватило.
У Рейва слишком много лет не было женщины.

 

Ангелина

 

Он очень странно себя вел. Внезапно его взгляд будто расфокусировался. А затем на лице появились отблески глухой безысходности. Захотелось коснуться его, провести пальцем по чуть заостренным уголкам глаз, возвращая им уверенное насмешливое выражение с легким хищным блеском в самой глубине.
Не знаю, что на меня нашло, но я вдруг подняла руку и коснулась его ладони. Она была такой гладкой и горячей… На какой-то миг в груди вспыхнуло неправильное, иррациональное беспокойство. А потом сквозь кончики пальцев по нервам начали бить крохотные молнии. Чем дольше я не убирала руку, тем сильнее становилось это странное искрящееся напряжение, растущее между нами.
Но я могла быть собой довольна. Растерянность и тягучее непонимание исчезли из глаз мужчины. Теперь его взгляд горел. Направленный только на меня, казалось, он вот-вот сожжет дотла.
На меня никто и никогда так не смотрел. И от этого в желудке что-то беспокойно скручивалось, раскаляясь жгучей спиралью.
— Ты в порядке? — спросила я, испытывая нестерпимое желание убежать куда-нибудь подальше. Или совсем наоборот.
Я не понимала, что происходит. А он молчал. И только шоколадно-карие глаза становились все темнее.
А в следующий миг он вдруг взял меня за запястье и потянул на себя.
Секунда — и я уже лежу на нем сверху, боясь вздохнуть. Опасаясь лишний раз пошевелиться, потому что чувствую его каждым миллиметром кожи.
Еще секунда — и он перевернул меня на спину, сжав руки над головой.
— Что ты?.. — хотела было сказать я, но слова застряли в горле.
Рейв наклонился к моему лицу. Совсем близко.
Я чувствовала, как тяжело и быстро поднимается его грудная клетка. Ощущала затаенное напряжение в его мышцах, словно перед прыжком.
Все это отзывалось внутри меня тяжелым жаром. В висках пульсировало, голова горела и, кажется, мне не хватало воздуха. Я дышала сквозь приоткрытый рот. Как рыба на раскаленном песке.
В следующий миг Рейв наклонился еще чуть-чуть и потерся носом о мой нос. Осторожно. Будто дразня. Глубже вдыхая.
— Держи себя в руках, некромант… — еле слышно проговорила я. Слабо и вяло.
Взгляд упал на его губы, уголки которых были так игриво приподняты. Мужчина склонил голову набок, уже почти касаясь меня ими.
— Не похоже на сопротивление, — выдохнул он, и голос получился рваным и хриплым. Таким, что голова закружилась.
Его губы. Я вот-вот почувствую, насколько они мягкие…
В этот момент боковым зрением я засекла движение у входа в наше прибежище. Невольно бросила туда рассеянный взгляд и обомлела. Кровь ударила в виски. Крик сдержать не удалось.
Такого ужаса я, кажется, не испытывала никогда в жизни. На пороге стоял живой мертвец. Он слегка пошатывался. Сквозь грязные спутавшиеся волосы просвечивало солнце. Зомби взглянул на Рейва, и на его лице образовалось довольное выражение, неприглядно перекосившее мертвую кожу.
Я кричала так громко, что у самой начало закладывать уши. А от страха подташнивало.
В Ихордаррине нежить не встречается. По всему периметру города стоят защитные тотемы. Вокруг каждого кладбища есть зачарованный забор. А мертвецов либо сжигают, либо хоронят исключительно в стальных гробах — в зависимости от достатка семьи почившего.
Все эти меры позволяли избежать разгула нежити в столице королевства. Но, говорят, на окраинах дела обстоят гораздо хуже. Я стараюсь об этом не думать. В провинции Арк, где я выросла, моя мать-герцогиня тоже приказала установить все возможные элементы защиты. Так что и в детстве мне не довелось узнать, что такое голод и злоба неупокоенных.
За все спасибо мамуле. Чтоб ей всю жизнь икалось во время секса.
В общем, об упырях, гулях, стрыгах и прочих созданиях сумеречной магии я знала только то, что преподавали в академии. Только теорию. И, признаться, я и дальше собиралась оставаться некромантом, ни разу не встречавшим живого мертвеца.
Поэтому зомби на пороге пещеры совершенно выбил меня из колеи. Но в этот момент Рейв вдруг широко улыбнулся и проговорил, лишая меня остатков самообладания:
— Ну, тебя как за смертью посылать, клянусь Сумерками!
И засмеялся.
Хотелось упасть в обморок и больше никогда-никогда не открывать глаз. А лучше — не открывать до тех пор, пока отвратительный мертвец не исчезнет.
Я глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться, улавливая странную беспечность Рейва и будто впитывая ее кожей.
Он не боялся. Он был доволен.
— Что это значит? — Я перевела взгляд на ладони нежити. В серых сухих пальцах он держал котелок, наполненный водой.
«У меня есть вкусное жареное мясо. А скоро будет и чем запить…»
— Ты что… ты… — Все слова застряли на кончике языка.
Не могло это быть правдой.
— Ты поднял этого зомби? — выдохнула я, считая себя полнейшей дурой.
Ну невозможно это. Даже магистры не могут…
— Конечно, — кивнул Рейв невозмутимо и рукой подозвал монстра. — Вот тут поставь и выйди. Жди у порога, охраняй вход. И не вздумай соваться сюда. Видишь, ты пугаешь даму!
Некромант протянул руку, и ужасающий до визга мертвец мотнул мне головой.
Холодная волна прокатилась по позвоночнику.
В темных провалах под бровями на мгновение блеснул кровавый огонь. А затем все вернулось к прежнему состоянию.
Немного отстраненно я подумала о том, что этому зомби очень повезло: у него сохранились глазные яблоки. Сейчас они были желтовато-серые с темными радужками. И издали могли показаться вполне нормальными.
Если бы не зажигались вот так голодным багряным светом.
Ужасно захотелось прижаться к Рейву. Схватить его за руку, спрятаться за спиной, не вздрагивающей, как у меня, от каждого движения мертвяка.
А потом ко мне наконец пришло осознание: человек, сумевший поднять нежить, гораздо опаснее этой самой нежити.
Я перевела взгляд на мужчину, которого узнала всего пару часов назад. И который за это время уже успел один раз вырубить меня заклятием, а один — спасти от приступа удушья.
Неоднозначный тип, да?
А потом он посмотрел на меня в ответ. Его губы изогнулись в мягкой улыбке, на которую оказалось слишком сложно не ответить.
— Не бойся, малышка, — проговорил он. — Зомзом уже ушел.
— Зомзом? — удивленно захлопала глазами я.
Рейв пожал плечами.
— Производное от «зомби». Никогда не умел придумывать им имена. Но должны же мы его как-то звать?
Он рассуждал так, будто выбирал кличку коту. Немного жестикулировал длинными аристократичными пальцами, а я не могла оторваться от этих ненавязчивых движений.
Рейв был очень необычным мужчиной. Что-то в нем выбивалось из привычной картины мира. Мельчайшие детали, такие, как манера речи, привычка держать голову слегка приподнятой, некоторая осторожность в словах, не присущая сейчас даже высокородным. Все это заставляло присматриваться к нему получше, привлекало внимание и вызывало живой интерес.
— Ну, хочешь, придумай сама, — предложил он и взмахнул рукой, будто приглашающе перевернув ее ладонью вверх.
Вот так вот, вроде бы ничего сверхъестественного, и все же никто среди моих знакомых никогда так не делал.
Я склонила голову набок и прищурилась:
— Зачем ты поднял этого мертвеца и, главное, каким образом?
Рейв усмехнулся, снова придвинувшись чуть ближе.
— Малышка, кажется, я это уже рассказывал…
Слегка занервничав оттого, что полуголый некромант опять оказался рядом со мной на расстоянии вытянутой руки, я встала с веток. Сделала крохотный шажок в сторону выхода, незаметно стараясь рассмотреть мертвеца, примостившегося неподалеку от берлоги.
Рейв позади меня глубоко вздохнул. Я же в это время глядела на неподвижную фигуру зомби. Он сидел на земле, скрестив ноги и опустив голову. Если не обращать внимания на страшную рану на груди, пугающую запекшейся кровью, могло показаться, что это обычный бездомный.
Но вот мертвец медленно поднял голову и повернулся ко мне, словно чувствуя мой взгляд.
Ледяная лента страха обвила позвоночник, спускаясь в живот, попутно обдавая изнутри морозным дыханием. Мурашки прокатились по спине. Я затравленно отшатнулась, сделав резкий шаг назад. И вдруг, сама не поняла как, очутилась в крепких объятиях.
Горячее кольцо рук обвило талию. Моя спина прижалась к широкой мужской груди, а над ухом послышалось тихое, но такое будоражащее кровь дыхание.
Воздух вышибло из легких. Я вздрогнула, почувствовав, как каждый нерв вдруг стал болезненно чувствительным.
Рейв опустил подбородок на мое плечо, сжимая объятия, вдавливая меня в свое тело. А затем коснулся губами основания шеи.
«О, мрак и демоны…»
Пульс ударил в виски. Я закрыла глаза, чувствуя опьяняющее наслаждение от этого касания. Невесомого, дразнящего.
Что это? Я сошла с ума?..
— Мы, конечно, можем подискутировать про природу существования некромантии как направления магии, — мурлычущим голосом проговорил Рейв, не отрывая губ от моей кожи, — но я бы хотел сделать это чуть позже…
Провел носом по шее вверх и прикусил мочку уха, чуть посасывая, едва не вырывая у меня стон удовольствия.
Мне не хватало воздуха. Безумие какое-то…
Его руки мягко опустились, сильнее вдавливая меня в него. Скользя по подолу к ногам, чтобы уже через мгновение забраться под оборки в попытке задрать платье повыше.
— Нет, стой, — испуганно выдохнула я, сжав пальцы на его запястьях.
Рейв выпустил мою мочку и хрипло проговорил, целуя чувствительную область за ухом, у самой кромки волос:
— Нервничаешь? Не переживай, у меня тоже давно не было секса… — А потом как-то странно усмехнулся и добавил: — Даже готов поспорить, что чуть дольше, чем у тебя. Самую малость дольше…
Спустился губами вниз и вдруг прикусил основание шеи.
Горячая волна ударила куда-то вниз. Проклятье, он меня с ума сводит!
— Нет, я… Рейв, я не буду заниматься с тобой… этим.
Все. Сказала.
Казалось бы, должно было стать легче. Но мужчина вдруг развернул меня к себе, крепко держа за талию, и внимательно посмотрел.
Темно-шоколадный взгляд обжигал, уносил в неведомую пропасть, глубокую и манящую. Звал меня, словно именно в этой пропасти мне и есть самое место.
На меня никто так не смотрел.
А затем некромант поднял руку и мягко коснулся пальцем моего рта. Провел по нижней губе, то ли поглаживая, то ли лаская.
От этого движения у меня искры взорвались в животе.
— Почему? — спросил он так проникновенно, что едва не захотелось разрешить ему все на свете.
Я медленно моргнула и снова распахнула глаза. Шумно сглотнув, проговорила, стараясь, чтобы голос не дрожал так предательски:
— Ну, во-первых, я тебя едва знаю…
— Это не причина, малышка, — вкрадчиво протянул он, скользнув рукой мне на затылок и притянув к себе. — Тебе самой хочется.
Его низкий тембр отдавался во мне тревожной ноющей вибрацией.
Я задрожала. Каждое его движение было настолько уверенным и непоколебимым, но в то же время осторожным и чувственным, что я не могла не реагировать. Я шла навстречу его движениям, как кошка к рукам хозяина.
Но все же, набрав в грудь побольше воздуха, произнесла:
— А во-вторых, я девственница.
Рейв замер, а затем отклонился чуть назад, посмотрев прямо мне в глаза. Без иронии или смеха, который я ожидала, честно говоря. Где ж это видано, чтоб девушка в двадцать три года оставалась не при делах? Это ж значит, что она ни одному парню за все время так и не приглянулась. Конечно, есть еще один вариант: девушка высокородная. Среди знати приветствуется брак с девственницами.
Но, увы, я принадлежала к первому варианту. За время моей учебы в академии внимание мужской половины было приковано к кому угодно, но не ко мне. Не знаю, то ли я оказалась малопривлекательной для однокурсников, то ли не нашлось того, кто понравился бы мне.
Рейв глубоко вздохнул и вдруг улыбнулся, ласково проведя согнутым указательным пальцем по моей щеке.
— Первый раз, конечно, не должен проходить в пещере, малышка…
А я смотрела на него и не могла поверить, что он улыбается. Вряд ли кого-то из моих знакомых некромантов смутила бы такая малость, как душевные переживания девственницы, которая не хочет секса в медвежьем убежище.
Рейв будто через силу отодвинулся, продолжая сжимать мою кисть и мягко растирать ладонь большим пальцем. Словно не хотел совсем отпускать. И в его карих глазах, которым заходящее солнце придавало медовый блеск, читалось чуть больше, чем он говорил. Только я не понимала, что именно.
Но вдруг ни с того ни с сего его брови сдвинулись, а зрачки переместились в сторону. Словно он увидел кого-то у меня за плечом.
В этот момент мне тоже показалось, что краем глаза я вижу там какую-то тень.
Внутри вспыхнул страх: либо это пришел медведь, либо Зомзом сошел с ума и таки решил съесть наши кишки.
Но за плечом никого не оказалось.
Когда я вновь посмотрела на Рейва, он был бледнее обычного, и его челюсти плотно стиснулись. Он отпустил мою руку и натянуто улыбнулся.
В берлоге резко стало холоднее.
Назад: ГЛАВА 2
Дальше: ГЛАВА 4
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий