Не буди короля мертвых

ГЛАВА 23

Ангелина

 

Сегодня ночью он был не такой, как всегда. Молчаливый, горячий.
Мой Рейв.
Вчера я сняла кольцо, но он все-таки пришел. Загадочный, словно сбитый с толку какими-то одному ему известными мыслями. Но он был со мной.
И меня до сих пор бросает в жар, стоит вспомнить об этом.
Я так до конца и не поняла, кто был рядом со мной: «ночной» Рейв или «дневной». Или они оба. Но, похоже, мне это было не слишком-то интересно.
Однако я хотела бы знать кое-что другое. Хотела бы понять, что его терзает. Но увы. Утром, стоило поднять голову с подушки, стало ясно — он уже ушел. Простыня до сих пор пахла им. Хотелось укутаться в этот тонкий, еле уловимый аромат и не вставать с постели никогда-никогда.
Но мне слишком многое нужно было сделать. Совсем скоро должны начаться переговоры с королевским Советом. Я понятия не имела, что буду там делать, но чувствовала, что мне необходимо там быть.
Совсем недавно, ночью, Рейв сказал, что никогда не оттолкнет меня. Что бы ни произошло, если я буду настойчива, он не сможет отказать.
И он не отказал. Когда я попросила взять меня с собой на поле перед замком, то была почти уверена, что в ответ услышу «нет». Это же чистой воды сумасшествие. Там, на зеленом холме, выстроится вся армия Альденора. И нет никакой гарантии, что Совет не решится на подлость. Не захочет убить Рейва и всех, кто будет рядом с ним, не дожидаясь конца переговоров. Это разом закончит всю эту жестокую историю, включая еще не начавшуюся войну.
Но Рейв позволил мне быть с ним.
Мысль о том, что некромант и вправду никогда не оттолкнет меня, настолько сильно грела сердце, что внутри меня все полыхало нетерпением, радостью, восторгом.
Любовью.
Я старалась не думать о том, что он ничего не ответил мне, когда я призналась ему в своих чувствах. Пускай. Может быть, он еще не готов. Зачем торопить? Ведь я сказала о своей любви не ради того, чтобы надавить на него, а потому что хотела.
Потому что это было правдой.
Ближе к середине дня я почувствовала, что происходит нечто необычное. За окном на площади выстраивались десятки мертвецов. Их защищали стены Файрела, но я знала, что такое же, если не большее количество нежити находится за стенами.
Вокруг сновали живые воины. Кто-то отдавал приказы. Стрелки занимали позиции около бойниц. Наверх поднимались тяжелые бочки.
Бьельндевир, расправив крылья, кружил над замком.
В этот момент в мою дверь постучал слуга и с поклоном доложил:
— Госпожа Вальбур, его темное величество просит вас пройти во двор. Вы будете сопровождать его во время переговоров.
— Что, уже?! — воскликнула я, чем, очевидно, сильно напугала парня.
Он округлил глаза и неуверенно произнес:
— Ну… да. Передать, что вы не готовы?
— Нет-нет, я готова, — промямлила, приглаживая черное платье с красными кружевами на лифе и подоле. Мне казалось, что такая цветовая гамма под стать мероприятию, но, как оказалось чуть позже, я немного просчиталась.
Во дворе перед замком меня уже ждал Рейв. Как только я вышла из огромных дверей дворца, некромант оглядел меня с ног до головы, вызвав волну удушливого жара, и еле заметно улыбнулся. Учтиво поклонился, как особе дворянской крови, и протянул руку.
Я покраснела.
— Ты прекрасно выглядишь, дорогая невеста, — проговорил он вдруг, слишком резко напоминая мне о беззаботном прошлом, и сделал шаг вперед. Прямо в толпу мертвецов.
— Я все еще твоя невеста? — не смогла не спросить в ответ, оглядываясь по сторонам и замечая, как в метре от меня белесыми радужками вращает гуль, похрустывая твердыми как сталь длинными когтями. Как с другой стороны открывает огромную пасть и смотрит в небо драугр. Его высохшая кожа обтянула кости, а мутировавшая морда была настолько страшна, что хотелось кричать. Но я молчала. И только сильнее сжимала руку некроманта.
Рейв улыбнулся, не поворачивая головы.
— Не будь ты невестой, разве стала бы надевать мое обручальное кольцо?
И было невозможно понять, шутит он или говорит серьезно. С ним всегда было так.
— Оно неплохо смотрелось с цепочкой, — пожав плечами, так же невозмутимо ответила я.
Через пару минут мы вышли за массивные ворота Файрела. Подъемный мост со скрипом опустился, и нашим глазам предстало черное поле, полное солдат королевства.
Я резко выдохнула.
Плотные шеренги воинов стояли друг за другом насколько хватало взгляда. На солнце блестели зачарованные латы пехоты. Перебрасывались бликами кольчуги на вивернах. Поглощали свет перья грифонов. Пылали магией настоящие черные драконы. Дальше выстроились лучники, а еще дальше — маги.
Проклятье.
Мне стало страшно. А некромант спокойно вел меня вперед, словно там, вдали, посреди широкого пустого пространства нас ждали не четыре парламентера, готовых пустить в бой смертоносную армию, а несколько старых товарищей.
— Рейв… — выдохнула наконец я. — У нас как минимум в десять раз меньше воинов… Скажи мне, ты ведь не собираешься драться? Давай выслушаем их и вместе подумаем над тем, как заключить мир.
Король мертвых повернулся ко мне, и его губы дрогнули в хищной усмешке. А затем он молча покачал головой.
— Рейв, их больше! — воскликнула я.
— У них есть одно слабое место, малышка, — все-таки ответил он, сжав мою руку. — Оно их и погубит.
— Какое? — не удержалась я.
Некромант снова повернулся, и мрачная улыбка озарила его лицо.
— Они живы.
Больше я не знала, что сказать. Половина слов застряла в горле, а вторая растворялась на кончике языка, не успев сформироваться.
Я надеялась лишь на то, что, когда мы начнем переговоры, гениальная идея, как остановить кровопролитие, сама придет в голову.
Чем ближе мы подходили к четырем парламентерам, тем яснее видели, что с нами собирались говорить трое мужчин и некто, сидящий рядом в небольшом кресле.
В кресле-каталке…
— Ливия? — прошептала я, когда между нами осталось не больше тридцати метров.
И перевела испуганный взгляд на Рейва.
Его лицо казалось непроницаемой маской. И только брови зло сдвинулись на переносице.
— Ливия, — припечатал он холодным как сталь голосом.
Герцогиня Рендан сидела в коляске бок о бок с нашими врагами. И только одному отцу Тьмы было известно, что она там делала.
— Госпожа Вальбур, граф Эридан, — с поклоном поприветствовал нас мужчина среднего роста в полном боевом обмундировании.
Нагрудные пластины светились еле уловимым голубым светом, от легкого шлема вниз спускалась кольчуга, прикрывающая шею. Ее звенья были диковинным образом сплетены в руны эшгенрейского. Взгляд незнакомца казался острым и пронзительным. Я не могла даже предположить, что у него на уме.
— Мое имя — Ярош Тренвир, герцог Намирский, — с легким поклоном проговорил он. — Я наместник и престолохранитель Альденора на время, пока новый король официально не будет избран на престол.
Невозможно было не обратить внимания на чересчур пафосный тон мужчины: в нем слышалось несколько больше того, что он произносил. Я понятия не имела, достаточно ли благороден Ярош для престола. Но, судя по всему, герцог был уверен, что выберут именно его, и уже чувствовал себя настоящим королем.
— А это мои первые помощники, — продолжал он так, будто представлял нам вторых по важности особ в государстве после него.
Честно говоря, их имена я пропустила мимо ушей. И не в первый раз. Мне было вполне достаточно того, что они оба — верховные маги. Те самые, что прежде служили Герхарду Айрису.
Рейв кивнул.
— Мое имя — Рейв Эридан Кастро-Файрел, — начал он, очевидно, соблюдая какие-то правила этикета, — я истинный король Альденора, избранный и коронованный в шестьсот тридцать первом году от заточения отца Тьмы.
Его голос звучал как удар меча по металлу. Звонко и холодно. И от каждого слова меня пробирала дрожь, а наши соперники все сильнее мрачнели.
— А это моя невеста, госпожа Ангелина Вальбур.
— Рады приветствовать вас, — по очереди поклонились престолохранитель и оба мага, взглядами оценивая мое черное платье с алыми оборками. И мне показалось, что их поклоны были гораздо более низкими, чем те, которыми меня обычно награждали высокородные особы. Словно теперь они видели во мне больше, чем простую девушку без имени и родословной. Словно теперь я была чуть ли не в паре шагов от звания королевы.
Но ведь это не так?
Я невольно посмотрела на струящийся шелк юбки, пригладила вышивку по корсету… и алый цвет начал казаться мне кровавыми пятнами на фоне бесконечной Тьмы.
Мне не хотелось, чтобы они считали, будто я разделяю стремление Рейва к власти. Я ведь здесь не для того, чтобы поддерживать войну, а для того, чтобы ее предотвратить.
Конечно, во время любого конфликта я всегда буду на стороне некроманта, если это возможно. Но ничто не заставит меня потакать его смертоносным планам.
Но в эту самую секунду в голове вдруг вспыхнула мысль, оказавшаяся до боли соблазнительной. А что, если бы Рейв стал настоящим, признанным правителем Альденора? Разве я не мечтала бы стать его супругой? Каково это было бы, стать настоящей королевой мертвых?
— И господин Аспер Глейн, — продолжал Рейв, хвала богам, останавливая мои не к месту вспыхнувшие меркантильные фантазии.
Я повернула голову назад, кажется, впервые заметив, что все это время в паре шагов позади шел глава стражи в латных доспехах. В руках он держал длинный меч, в лезвии которого отражалось небо. Весь его вид говорил о том, что он готов вступить в бой в любой момент.
В этот момент Рейв закончил фразу, повергнув в шок не столько наших оппонентов, сколько самого Аспера:
— Господин Глейн — командир гарнизона Файрела и маршал королевства Альденор.
Я взглянула в изумленное лицо стражника, который явно не знал, что сказать. Судя по всему, новое назначение до него донесли впервые. Он тут же вытянулся по струнке, всем своим видом подтверждая, что готов служить новому королю исправно и с честью.
— Не рано ли вы раздаете должности, граф Эридан? — в этот момент с нажимом спросил Ярош, сделав ударение на слове «граф».
— Какой там «рано», помилуй отец Тьмы, — фыркнул Рейв, скривив губы в злой усмешке. — Уже полдень, обед скоро.
Герцог сжал зубы, явно намереваясь сказать что-то еще, но в последний момент останавливая себя.
— А вы, герцогиня Рендан, не хотите поздороваться? — вдруг спросил некромант, переведя взгляд на Ливию, которая все это время буравила нас маленькими заплывшими глазками.
— Нисколько, — проскрипела она в ответ, и я увидела, как задрожали ее напряженные пальцы-сосиски на подлокотниках кресла.
— Как невежливо, — покачал головой Рейв, обращаясь вновь к Ярошу. — Что же вы не представили нам свою спутницу? Я ее еле узнал, клянусь Черной смертью.
Последние слова прозвучали с такой издевкой, что стало неловко даже мне.
— Что вы здесь делаете, ваша светлость? — продолжал некромант, глядя теперь на женщину прищуренными глазами.
— Сбежала, — отрезала она. — Что, удивлены? Думали, от калеки на последнем издыхании и проблем не будет? Как бы не так!!!
Она приподнялась на руках над коляской, чтобы выкрикнуть это некроманту в лицо. Конечно, до лица было еще далеко, а Ливия в результате покачнулась и, едва не завалившись, упала обратно в кресло. Сухой кашель душил ее со страшной силой.
В тот же миг она достала из кармана какую-то серебристую коробочку, быстро открыла ее, вынула из копошащегося нутра склизкого рыжего червяка и положила себе в рот.
Раздалось громкое чавканье, во время которого мужчины напротив презрительно кривились, Рейв почти улыбался, а меня едва не вырвало.
— Зачем вы это едите? — выдавила я, чувствуя приступ тошноты.
— Что, противно, деточка? — склонила она голову набок.
А Рейв перебил готовые сорваться с ее уст злые слова.
— Ливия — сильный некромант, — проговорил он, странно улыбаясь, не добро, но и не зло, легко приковывая к себе всеобщее внимание. Впрочем, так было всегда: стоило только ему открыть рот, как все вокруг бросали дела, лишь бы послушать, поболтать, поспорить. Рейв Эридан, кроме очевидного могущества, обладал еще одним даром: харизмой лидера. — Кольчатые черви — единственные в своем роде носители редкого катализатора, способного остановить проклятие разложения. Более того, если употреблять их живыми, они могут и вовсе излечить проклятого, — продолжал мужчина, не сводя прищуренного, почти благосклонного взгляда с Ливии.
Я нахмурилась, совершенно не понимая, что происходит у него в голове.
— Я, как и Рейв, тоже очень рада, что вы поправляетесь, герцогиня Рендан, — ответила с вымученной улыбкой. — Хорошо, что вы нашли способ остановить болезнь.
В этот момент женщина откинула голову назад и вдруг раскатисто засмеялась. Даже ее спутники отшатнулись, неприятно хмурясь. А Ливия наконец умолкла и, хрипя, проговорила:
— О, твой женишок, несомненно, очень рад! Ведь раз я до сих пор не сдохла, можно продолжать питать моей Тьмой собственный анарель. Так, Рейв Эридан, король мертвых?
В этот момент она тяжело задышала, словно начала задыхаться.
Я изумленно посмотрела на некроманта, который сложил руки на груди, с улыбкой наблюдая за происходящим. Словно перед ним разворачивалось интересное театральное представление.
— Господа и дамы, мне кажется, сцена знакомства затянулась, — проговорил мрачно престолохранитель, тоже переводя взгляд с герцогини на некроманта и обратно.
Но Рейв резко поднял руку, с ухмылкой останавливая его.
— Осталось совсем чуть-чуть, герцог Тренвир. — Он все еще смотрел только на Ливию.
А женщина дышала все тяжелее, засовывая в рот червей одного за другим.
— Что, надоело жить, герцогиня? — мягко спросил он так, что у меня мурашки ужаса пробежали по спине.
— Что происходит, Рейв? — выдохнула я.
— А то, — воскликнула колдунья, плотно обхватывая подлокотники кресла, — что твой женишок меня проклял, запретив разговаривать. Запретив рассказывать об этом хоть кому-нибудь под страхом смерти. Но мне уже наплевать. Я и так почти труп!
— Ты проклял герцогиню? — шепотом спросила я, переведя неверящий взгляд на Рейва.
Не могло же это быть правдой. Или могло?
А некромант в ответ… пожал плечами.
— Мне уже наплевать, — повторила Ливия, закашливаясь. Сиплое дыхание превратилось в хрипы. Из уголка рта потекла струйка крови. Но она смотрела на Рейва уверенными темными глазами, полными смертельной ярости, словно вот-вот собиралась сотворить нечто ужасное.
Я не знала, где правда. Зачем Рейв проклял ее и проклинал ли вообще. Но если это и так, вероятно, на то были свои причины.
Сердце сжало от щемящего страха. Мне хотелось предупредить некроманта. Сказать, чтобы отошел подальше. Ведь эта женщина опасна. От нее веяло таким густым мраком, что становилось холодно. Грудь сковывало ужасом, леденило кровь.
— Совет знает, что смерть короля мертвых находится в сосуде на груди костяного дракона, — каркала Ливия, и Рейв с каждой секундой становился все мрачнее.
Ведьма подняла опухший палец вверх, указывая на огромную нежить, что парила над замком, распахнув широкие крылья. Все присутствующие невольно повернули головы, вглядываясь в костяного монстра, в его грудную клетку, внутри которой отчетливо виднелось пульсирующее алым маленькое сердце.
— А значит, дело за малым, так ведь? — захрипела женщина и вдруг перевела взгляд на меня.
Время будто замедлилось. Я видела, как глаза некроманта вспыхнули ужасом, он дернулся в сторону. Уже протянул руку, которая должна была вот-вот коснуться меня, прижать к нему. Но в этот миг Ливия Рендан выбросила вперед скрюченную кисть. В ней мелькнуло что-то темное и тонкое.
А затем стало оглушающе больно. Я опустила взгляд и увидела торчащий из груди длинный черный осколок. Со всех сторон его окружала Тьма. Она клубилась и истекала туманом. Тьма и была этим осколком.
Через несколько мгновений черный шип совсем исчез, оставив в корсете маленькое отверстие, от которого во все стороны стремительно растекалось мокрое пятно.
— Хорошо, что на черном платье не видно крови, — прошептала я, подняв растерянный взгляд на Рейва и наблюдая, как его лицо превращается в маску ужаса. — Было бы так некрасиво…

 

Рейв

 

Весь последний день ураганом пронесся перед глазами некроманта. Он видел себя, выходящим из комнаты Ангелины. Видел разбитое зелье. Искалеченный труп Зомзома, спрятанный за лестничным пролетом.
В тот момент некромант не нашел времени искать убийцу. Он приказал отнести зомби в свою лабораторию, пообещав себе найти дерзкого мага, что решил так глупо пошутить с его личным слугой.
И вот теперь пазл собрался воедино. Этим дерзким магом была Ливия Рендан. Она оказалась гораздо более серьезным противником, чем он думал. Женщина не только смогла оттянуть действие проклятия, со временем у нее получилось бы и полностью его нейтрализовать. Уже сейчас Рейв видел: она прекрасно разговаривала и даже могла уже привстать на ноги. Это было достойно восхищения. Рейв всегда уважал силу духа.
Однако Ливия не хотела жить. В ее планы входило несколько другое. Месть. И это стремление тоже было вполне обосновано. Прежний человеческий облик женщине было никогда не вернуть. Даже если проклятие исчезнет, серьезных физических повреждений не избежать. Герцогиня останется чудовищем на всю жизнь.
И она выбрала иной исход. Выдав правду о том, что заколдовал ее именно Рейв, она активировала проклятие, мгновенно убивая себя. И утаскивая вместе с собой в могилу Ангелину.
Его Ангелину.
Ливия била без промаха. Отличный ход. Шахматная вилка. Некромант уважал такие приемы, если только они не были направлены против него. Женщина явно знала, что Бьельндевир завязан на девушке. И одним ударом лишала Рейва самого ценного. Или дракона, или возлюбленной. А может, и того, и другого.
Некромант задержал дыхание, чувствуя, что в груди что-то рвется.
Любил ли он Ангелину?
Ответ застыл на кончике языка. Этот ответ всегда был там, внутри него. Оставалось лишь достать его наружу, из глубины черных вод души.
Мужчина подхватил падающую девушку, сжимая ее тело в объятиях, сминая оборки платья. Чувствуя, что его руки начинают дрожать. От бессилия. Слабости. Желания кричать.
Но он не мог себе этого позволить.
Он. Король мертвых.
— Мы не хотели этого, — неожиданно прошептал один из вражеских магов. Шон Делори, бывший королевский друид. Упал на колени рядом с ним и Ангелиной, положив руку на ее грудь.
Рейв пересилил мгновенно вспыхнувшее желание отбросить эту руку и ударить мужчину. Но из пальцев друида полился мягкий зеленоватый свет, и, сжав зубы, некромант заставил себя успокоиться, насколько это было возможно.
Однако события продолжали быстро разворачиваться.
— Увы… — прошептал друид, закрыв глаза. — Я не могу ее вылечить. Магический удар слишком большой силы. Она умирает.
Рейв стиснул зубы.
— Мы действительно не хотели вреда вашей невесте, — холодно произнес Ярош Тренвир, глядя на Рейва сверху вниз. — Девушка ни в чем не виновата. Но ничего уже не поделать. Будет глупо не воспользоваться неожиданной помощью герцогини Рендан. Пусть Сумерки будут благосклонны к ней.
Некромант поднял взгляд на престолохранителя, прекрасно понимая, что тот имеет в виду.
— Начать атаку! — крикнул Ярош и, достав из-за пояса небольшой золотой рог, протрубил сигнал.
Война началась.
Королевские войска, казалось, застилающие собой горизонт, зашевелились, превращаясь в огромный взбудораженный муравейник. Заскрипели деревянные катапульты, готовясь нанести удар по замковым стенам. Лучники натянули тетивы и выпустили первые стрелы. Острые маленькие древки взвились в воздухе, как свистящие насекомые, жалящие насмерть. Всколыхнулась Тьма, послушная вражеским магам. Она густела, превращалась в сумеречный туман, который должен был скрывать атакующих.
Ярош Тренвир вытащил меч из ножен.
Рейву казалось, будто мир замер, а время остановилось. Все происходило неестественно медленно. А может, это остановилось его собственное сердце.
Неторопливо, словно сквозь густую смолу, закрылись его глаза, глядящие на умирающую Ангелину. И открылись вновь.
Девушка едва дышала. «Шип мертвеца» — так называлось заклятие, которым Ливия ударила ее. Как правило, последствия этой магии можно было довольно легко устранить. Но, к сожалению, она работала таким образом, что простенькое волшебство становилось тем сильнее, чем больше собственной жизни вкладывал в него некромант.
Рейв вспоминал свои юношеские годы, когда, будучи подмастерьем сильного колдуна, он перебрасывался этим заклятием с товарищами. Невинная шутка. Шалость.
Но Ливия отдала все свои оставшиеся жизненные силы, сделав заклятие смертельным. И теперь перед некромантом встал не такой уж сложный выбор.
Бьельндевир слабел. С каждой секундой выходил из-под контроля. Его животная ярость, присущая нежити, могла в любой момент вырваться на свободу. Сам дух Бьельна никогда не был агрессивным. Но мертвая плоть неизбежно превращает существо в машину для убийства. В вечно голодного монстра. И лишь призыв некроманта заставляет нежить держать себя в руках.
Теперь же, с угасанием Ангелины, заклятие рушилось.
Как только Ярош произнес последнюю фразу, все эти мысли пронеслись в голове короля мертвых со скоростью кометы. Рейв резко поднял руку вверх, мысленно заклиная Тьму.
Земля задрожала.
Он использовал последние резервы. Все, чем обладал когда-либо, все, что осталось ему доступно после семисотлетнего сна.
Тучи над головами двух армий набрякли густым мраком. Но это были не дождевые облака. Это была Тьма.
Длинные пальцы сомкнулись в кулак, и серое небо разорвала молния.
— Бьельн! — крикнул Рейв, и его голос пронесся над всем полем, заставляя на миг замереть войска Совета. А зомби, стоявшие вокруг стены за неимением места внутри крепости, распахнули гниющие рты, повторяя клич хозяина. Их глаза вспыхнули алым, и они двинулись вперед.
Бьельндевир услышал призыв мгновенно. Он сменил траекторию полета, спикировав на первые ряды нападающих, уже приближавшихся к Рейву. Недалеко от земли огромная пасть распахнулась, и зеленое пламя вырвалось из костяного горла, паля головы пехоты и тварей Лихих лесов, подконтрольных друидам.
Раздались крики ужаса и боли. Люди падали на землю кровавой жижей, заживо превращаясь в грязь.
Огромное количество эманаций смерти ринулось в анарель Рейва. Он резко вздохнул, не сводя взгляда с бледнеющей девушки у себя на руках.
Проклятье… Все было как прежде. Все, как он любил. Чужие смерти давали приток магии, позволяя поднять все больше мертвецов, делая подконтрольных ему зомби сильнее и выносливее. Он мог вести эту войну бесконечно. А враг не понимал, что чем дольше длится битва, тем сильнее он становится.
Но не сегодня. Сегодня все пошло не так. Потому что и сотен тысяч смертей не хватит, чтобы оживить его Ангелину.
— Малышка… — прошептал он, проведя окровавленной рукой по серебристо-стальным волосам. — Что же я наделал? Зачем позволил тебе?..
Над их головами уже вырос полог Тьмы, непроницаемый для стрел и вражеской магии.
— Надо отходить в замок, ваше темнейшество! — крикнул из-за спины Глейн, звякнув доспехами. Он сделал несколько шагов вперед и отразил удар престолохранителя, который явно все еще намеревался собственноручно убить Рейва.
Маги, что были рядом с ним, не стали действовать так же агрессивно и уже пятились назад, к своей армии. Похоже, они не желали находиться так близко от того, кто способен управлять тысячами мертвецов.
Маги всегда были умнее простых воинов. За это Рейв их и уважал. Но сейчас некроманту не было до них дела. Он поднял голову вверх, последний раз вглядываясь в глаза приземлившегося неподалеку Бьельндевира, рассматривая его широкие крылья, кровавый виал у него в груди.
Это была их последняя встреча.
Однако тут как нельзя кстати появился Ульфрик Айрис. Странно, но на этот раз Рейв его не видел. Лишь слышал злой, полный яда голос:
— Забудь об Ангелине! Пока она жива, высоси из нее остатки магии! Еще есть время. Сделай это, Тьма забери тебя! Она все равно не жилец. Убей ее и уничтожь их всех. Всех тех, кто посмел встать у тебя на пути. Кто посмел бросить вызов Рейву Эридану. Будь тем, кого я убил! Будь королем мертвых, а не бесславным слабаком, которого уничтожила смерть соплячки!
Некромант покачал головой, снова взглянув на Бьельндевира, который схватил зубами попытавшегося напасть на него грифона и поднял высоко над землей, перекусывая тому позвоночник.
— Ко мне, Бьельн! — крикнул он, выбросив вперед волну Тьмы.
Дракон сложил крылья и на лапах подошел к некроманту. Его глаза, в которых клубился мрак, то и дело вспыхивали алым голодом. Мужчина знал, что зверю трудно справиться с собой. Но он старался.
— Прости, друг, — прошептал некромант и сорвал с руки цепочку черепов. Алые глазницы снова призывно сверкнули. — Het fastereb…
Слова эшгенрейского сорвались с губ, мгновенно ломая заклятие подчинения высшей нежити. Бьельндевир больше не был связан ни с ним, ни с Ангелиной.
Огромное чудовище распахнуло пасть и громко закричало. Страшный рев разорвал окрестности, застывая в распахнутых глазах воинов, леденя сердца всех живых.
Кровавая пелена заволокла взор высшей нежити, которой больше никто не управлял.
Это был уже не тот Бьельн, которого некромант знал всю свою жизнь. Это была высшая нежить, невероятно сильная и невероятно голодная.
— Прости, — еще раз сказал мужчина, создавая призрачную удавку и накидывая ее на шею дракону.
Одно движение, и огромный монстр склонил голову, скрипя костями.
Бьельндевир рычал, издавая звуки, напоминающие гул проклятой Бездны. Никто не смел приблизиться к ним в этот момент. Ни воины вражеской армии, ни зомби, подконтрольные самому Рейву. Лишь Ангелина беззвучно истекала кровью рядом, и командир гарнизона Глейн дрался с престолохранителем Тренвиром. Остальные словно ждали исхода этой маленькой катастрофы, развернувшейся под защитным пологом Тьмы короля мертвых.
Рейв знал, что после разрыва связи костяной дракон ослаб. Но он не мог ждать, пока нежить наберет силу существовать самостоятельно. Для этого не было времени. Сердце Ангелины отсчитывало последние удары. И некромант лишь надеялся, что успеет.
Как только шея Бьельндевира оказалась достаточно близко, Рейв быстрым движением скользнул под огромную голову, беспорядочно смыкающую челюсти то слева, то справа от него, просунул руку сквозь грудную клетку монстра. Кости легко пропустили кисть мужчины. Рейв сомкнул пальцы на пульсирующем алом сердце и с силой вырвал его из груди чудовища.
В ту же секунду дракон рассыпался в прах. Лишь напоследок из его глаз исчез темный кровавый голод, на миг вернув взгляду древнего существа осмысленность.
«Спасибо», — раздалось в голове некроманта, и налетевший ветер развеял костяную пыль.
Рейв не давал себе передышки. Ливия Рендан поставила его в ситуацию, выход из которой означал гарантированно потерять что-то очень важное: либо свое бессмертие и костяного дракона, либо Ангелину.
Никогда еще выбор не был таким простым.
Упав на колени перед девушкой, некромант вынул старую, почти рассохшуюся пробку из виала крови. Жидкость внутри давно изменила цвет с рубинового на темно-фиолетовый, но она не могла поменять своих свойств. Он осторожно приподнял голову Ангелины, чувствуя, как его трясет изнутри. Он никогда не видел ее настолько бледной. Даже когда ее чуть не убило проклятие. Даже когда она задыхалась без лекарства от приступа своей болезни.
И это огромное мокрое пятно на ее груди. Его было едва видно, но стоило присмотреться, как внутри все холодело. И в голове билась лишь одна мысль: «Только бы успеть, отец Тьмы, только бы успеть…»
Стиснув зубы, Рейв влил в рот Ангелины содержимое бутылочки. То, что сохраняло ему самому жизнь все эти семь сотен лет. То, что делало его почти бессмертным.
Секунда, другая. Время потекло оглушительно медленно. Если еще мгновение назад что-то гремело и взрывалось поблизости, то теперь на мир будто упала ватная тишина. Рейв не видел ничего вокруг. Только узкое, смертельно бледное лицо некромантки с золотой кровью. Некромантки, которая украла его сердце.
— Это я виноват, — прошептал он еле заметно укачивая неподвижную девушку на руках и больше не глядя на нее, не приходящую в сознание. — Я виноват, что Ливия Рендан стала такой. Я виноват, что она захотела отомстить. Прости меня, малышка.
Но Ангелина не отвечала, становясь все более холодной и неподвижной.
Рейв закрыл глаза, которые резало, словно стеклянной крошкой. Горло саднило, а грудь рвал едва сдерживаемый крик.
— Прости меня, — выдохнул он, сквозь зубы, прижимая ее сильнее. Видя краем глаза, что где-то вдали, далеко-далеко в другой вселенной, войска Совета все ближе подходят к стенам Файрела, тесня зомби.
К нему и Ангелине никто не приближался. Полог Тьмы надежно скрывал их обоих. Каждый, кто подошел бы достаточно близко, должен был рассыпаться в прах.
— Ваше темнейшество, надо уходить, — тихо проговорил над ухом Глейн и положил руку ему на плечо.
С сочувствием.
Рейв дернулся, сбрасывая кисть с яростью. Сдерживая себя, чтобы не убить наглеца на месте.
«Он всего лишь хочет как лучше. Он всего лишь думает, что Ангелина мертва…»
— Пошел прочь, — рявкнул некромант, глубоко вздохнув. Безуспешно пытаясь успокоиться.
Аспер Глейн благоразумно отошел на пару шагов, не беспокоя больше повелителя. С герцогом Тренвиром он уже покончил.
Рейву некогда было думать о том, почему престолохранитель так подставился под удар и кто теперь возглавляет атаку на Файрел. Не хотел он думать и о том, что будет дальше и с каким врагом ему предстоит сражаться.
Ему впервые в жизни было плевать.
Он провел рукой по серебристо-стальным волосам, которые словно потускнели. Коснулся рукой окровавленной груди и не услышал больше биения женского сердца.
— Ангелина, — проговорил он, не узнавая собственного охрипшего голоса. — Прости меня, Ангелина. Прости, что не сказал, когда было время. Я тоже люблю тебя, малышка…
Он закрыл глаза с одним-единственным желанием — больше никогда их не открывать. Каждую секунду внутри него что-то сгорало, превращаясь в пепел.
— Ну так бы и сразу, — раздался вдруг слабый голос, и некромант не поверил своим ушам.
Он задержал дыхание, боясь пошевелиться. Боясь открыть глаза. А когда наконец сделал это, увидел напротив светлое лицо с еле уловимым оттенком румянца. И улыбку, которую он не думал больше увидеть.
— Ангелина, — выдохнул он, прижимая ее к себе, зарываясь пальцами в волосах, снова вдыхая ее сладкий дурманящий запах. Настоящий, живой. — Ангелина…
У него не было слов, чтобы выразить переполнявшие его чувства — радость, удивление, неверие, восторг, эйфорию, снова неверие.
И любовь.
Он целовал ее лицо, глаза, щеки, уголки смеющихся губ. Снова прижимал к себе, боясь, что она вновь может исчезнуть.
А она улыбалась и отвечала на его поцелуи.
— Ну что ты, — проговорила она наконец, беря его лицо в свои маленькие ладошки. — Перестань, я живая. Не знаю, что ты сделал, некромант, но, похоже, ты умеешь управлять не только смертью, но и жизнью.
А потом она вдруг нахмурилась и быстро оттянула поврежденный корсет, заглядывая под него.
— Ты же не превратил меня в нежить? — выпалила она, дотрагиваясь до груди, раны на которой больше не было. Остались лишь пятна крови, но даже кожа на месте повреждения была целой.
— Малышка, если ты еще раз так сделаешь, я продемонстрирую всем войскам Совета и гарнизону Файрела, насколько ты живая, — с улыбкой ответил он, оправляя ткань платья, под которым так явно выступала ее полная высокая грудь. — Или ты сделаешь это сама, когда будешь сладко стонать от удовольствия.
Ангелина притворно закатила глаза.
— Да вы развратник, граф Эридан, — усмехнулась она. — Но я, так и быть, вас прощаю. Только в следующий ра…
— Выходи за меня замуж, — перебил он, широко улыбаясь и вставая на одно колено. — Кольцо рода Эриданов уже на тебе, так что осталось лишь согласиться.
Он приподнял ее руку, на которой сверкал перстень с крупным рубином, и поцеловал.
Ангелина широко раскрыла глаза, кажется, не веря, что слышит это. Ее губы слегка распахнулись, а дыхание застряло в горле.
— Дыши, малышка, тебе надо произнести всего две буквы, — весело приподнял брови Рейв. — И если ты мне откажешь, клянусь, я за себя не отвечаю.
Тогда она закрыла рот и прищурилась. Затем осмотрелась по сторонам и мрачно выдохнула:
— Может быть, я покажусь сейчас круглой идиоткой. Но, Рейв Эридан Кастро-Файрел, я официально заявляю, что выйду за тебя замуж только при одном условии.
Некромант удивленно приподнял брови:
— Скажи с каким, моя королева.
Ангелина смущенно улыбнулась, но не дала сбить себя с толку.
— Ты должен остановить эту битву. Прямо сейчас. Ты это начал, тебе и заканчивать.
Рейв поджал губы, задумчиво потирая одной рукой подбородок, а второй продолжая держать кисть Ангелины.
— Хм… бой уже начался. Совет продолжает атаку, несмотря на гибель престолохранителя, — размышлял он. — Полагаю, либо они не знают об этом, либо в роли верховного главнокомандующего выступает кто-то другой. Но… — Он сделал небольшую паузу, а потом улыбнулся и подмигнул девушке. — Но у меня есть план.
Он щелкнул пальцами, и полог Тьмы над ними развеялся туманом.
— Ваше темнейшество, это опасно, — тут же бросил Глейн, все это время державшийся на почтительном расстоянии. — Стрелы, магия, летающие твари. Мы можем просто не дойти до крепостных стен.
Он нервно посмотрел в одну сторону, потом в другую. Кругом шел бой. Войска Совета кромсали мертвецов, уже приближаясь к стенам Файрела. Совсем скоро они начнут штурм.
— Мы успеем, — кивнул некромант. Взял девушку за руку, прикрыл своей спиной и повел вперед, к воротам.
— Но что ты собрался сделать? — спросила она, оглушенная звуками боя, которых не было слышно прежде благодаря защитному куполу.
— Не знаю, почему мне раньше это не приходило в голову. Я планировал вести оборону замка высшей нежитью. С такими сильными защитниками мы могли бы выдержать и отбить натиск любой, даже более многочисленной армии. Но это все ни к чему. — Некромант улыбнулся. — Мы остановим бой и заставим врага капитулировать. Для этого всего лишь нужно его как следует напугать.
— Но что именно вы намерены делать? — нахмурился Аспер Глейн, двигающийся позади них и прикрывающий таким образом тылы.
— Все просто. Нужно сыграть Ноктюрн смерти.
— Что? — одновременно спросили Ангелина и командир стражи.
— Но ведь здесь нет ни пианино, ни органа, ничего! Да и времени нет, — резонно заметила девушка.
— Его будем исполнять не мы, — ответил вдруг некромант.
— А кто?
— Мертвые, — проговорил он совершенно без улыбки. — На самом деле много лет назад не я придумал эту мелодию. Однажды, когда мне было около пятнадцати лет, я упал в пруд и почти утонул. У меня остановилось сердце, а легкие были полны воды. Но что-то удерживало во мне жизнь. Возможно, Тьма, которая уже тогда струилась по моим венам.
Некромант рассказывал историю, одновременно все быстрее ведя Ангелину вперед. Ему нужно было оказаться поближе к воротам, чтобы приказать страже с другой стороны открыть их и поднять мост. Нужно было позволить мертвым, что оставались внутри, выйти.
— Я увидел трупы, которые лежали на дне пруда. И моя смерть оживила их, — продолжал мужчина. — Они смотрели пустыми глазницами, поворачивали ко мне лица, обглоданные рыбами. А затем начали петь. Открывали черные провалы ртов и пели, как будто приветствуя меня в мире мертвых. В тот же миг пруд наполнили духи всех тех, кто когда-либо умирал поблизости от этого места. Там стало не протолкнуться от нежити. Одной из них оказалась моя давно умершая мать… Она и вынесла меня на берег, откачав воду из легких. А я навсегда запомнил эту мелодию.
Некоторое время Ангелина молчала. Рейв не без усмешки заметил, что, похоже, напугал даже Аспера Глейна. Командир шел рядом нахмурившись и бросая на него нервные взгляды.
— Все в порядке. Это было давно. — Некромант попытался сгладить впечатление.
— Но зачем ты собираешься снова заставить мертвых петь? — удивилась Ангелина. — И, главное, как?
Рейв хитро прищурился.
— Если я все правильно предполагаю, зачем — ты увидишь сама. А вот как… — Он усмехнулся. — Первый раз мне нужно было для этого умереть. Но в этот раз я планирую просто приказать. — И, поймав удивленный женский взгляд, весело добавил: — Разве я не король мертвых?
Девушка улыбнулась, сжимая его руку. И в этот момент мужчина понял, что ему ничего в жизни больше не нужно. Лишь бы она вот так касалась его, смотрела в глаза и улыбалась. Ради этого не страшно и умереть. А уж остановить войну или исполнить ноктюрн — вообще сущие пустяки.
Они наконец подошли к крепостным воротам, и Рейв крикнул, с помощью магии перекрывая шум боя:
— Открывать!
Заскрипели механизмы, тяжелые створки пришли в движение. Некромант повернулся к Ангелине, убирая прикушенную ею прядь волос из ее рта.
— Скоро все закончится, малышка. И уж тогда ты не отвертишься от свадьбы.
Она улыбнулась в ответ.
— Я и не собиралась…
И вдруг произошло непредвиденное.
Глаза девушки наполнились ужасом, лицо побелело. Рейв не сразу понял почему, сперва решив, что виал крови все же подействовал не до конца. Потом боковым зрением увидел, как командир гарнизона рванул к нему и резко развернул на себя. Некромант не успел возмутиться и оттолкнуть его, как заметил торчащий у себя из груди наконечник стрелы.
Несколько мгновений понимание происходящего так и не приходило. Только звуки вокруг становились все более ватными. А еще с каждой секундой усиливалась боль. Страшная, резкая, разъедающая.
— Рейв! — крикнула Ангелина, поднимая к нему дрожащие руки и не зная, что предпринять. По ее красивому лицу потекли слезы.
Глейн бросил быстрый взгляд на рану. Густые брови сдвинулись на переносице.
— Наконечник вышел. Повезло. Сможем вынуть стрелу. Обопритесь на меня, ваше темнейшество. До замка пара шагов.
В этот момент за спиной раздался громкий женский крик:
— Потаскуха! Как ты посмела лечь под этого полумертвого ублюдка?!
Втроем они одновременно повернули головы назад. Рейв чувствовал, как немеет грудь, как пальцы теряют чувствительность. Дышать стало слишком тяжело. Кажется, стрела пробила легкое.
Позади них стояла женщина в полном боевом обмундировании. У нее были длинные, стального цвета волосы, убранные в косу. И безумно знакомое лицо, хотя некромант был уверен, что видит ее впервые. Она сидела верхом на виверне, а в руках держала зачарованный лук.
— Герцогиня Мирия Клариан Кастро-Аркс? — удивленно выдохнул командир гарнизона.
— Моя мама? — не поверила своим ушам девушка.
Удар сердца, еще один. Рейв закрыл глаза.
— Надо уходить, ваше темнейшество! — рявкнул Аспер Глейн.
Но некромант уже ничего не видел вокруг. Только бледное лицо Ангелины, расчерченное дорожками слез.
Он поднял руку и стер одну. Хотел попросить ее, чтобы не плакала. С ним ничего не случится, ведь он бессмертен, пока цел виал крови.
Но ничего не сказал, потому что с ростом холода в груди пришло осознание безысходности положения: виала больше нет.
А в следующую секунду мир померк.
Назад: ГЛАВА 22
Дальше: ГЛАВА 24
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий