Не буди короля мертвых

ГЛАВА 14

Рейв

 

Да, ему нравилось, как это выглядит. Нравилось снова чувствовать себя прежним, тем самым Рейвом, который с легкостью управлял сотнями мертвецов. Тем самым Рейвом, которого боялись духи и под музыку которого приходили потанцевать.
И Файрел, его дом, на несколько долгих пьянящих минут снова стал его собственностью. Начал дышать. Ожил, почувствовав пляску смерти. Мелькали на стенах отражения старых гобеленов, сверкала темная краска на деревянном лакированном полу, исчезли позорные миниатюры на стенах и изображения на потолке.
Но, увы, это было лишь воспоминание, призраки прошлого, вложенные в каменную кладку дворца вместе со смертью нескольких десятков строителей. Их духи стали духами замка.
Да, Рейв не щадил своих подданных. Хотя когда-то ему казалось, что он все делает правильно.
Музыка еще звучала, а Рейв сидел на своем старом троне, сотканном нынче из обыкновенной Тьмы. Стоит щелкнуть пальцами, и все исчезнет.
Но некромант не торопился. Оставалась лишь самая малость: насладиться взглядами, которые на него бросала его малышка и эти ничтожные существа за столом. Толпа бесполезных гусениц и одна тропическая бабочка.
Его Ангелина.
Она смотрела на него с немым восторгом. Да, ни капли не испугалась. Настоящая некромантка. Пусть и слабая…
Улыбка сама собой появилась на губах. Рейв и правда надеялся, что его Ангел обрадуется. Ведь вся эта глупость затевалась только ради блеска в ее глазах.
Когда он успел стать таким сентиментальным? Кажется, раньше даже с Шайной он не слишком-то проявлял нежность. А теперь простая девчонка заставила его пойти на риск.
Ведь он еще не готов к настоящему бою…
Но ко всему прочему некроманта ждал небольшой сюрприз. И прямо в этот миг он приближался к нему с другого конца зала.
Его женушка.
«Надо же…»
— Помянешь духа — вот и старуха, — проговорил Рейв, замечая хрупкую женскую фигуру, летящую к нему.
Длинное платье было узким. Его Шайна никогда не любила широких юбок. Ей казалось, что они полнят. Сама же женщина постоянно сидела на диетах, добиваясь идеальной фигуры и впалых щек.
Рейв никогда не останавливал ее от изнуряющих голодовок и странных пищевых пристрастий. В то время ему было плевать. А легкая бледность, которая преследовала женушку из-за ограничений в еде, даже нравилась некроманту — ведь так Шайна становилась похожа чуть ли не на призрака. Отличная жена — под стать королю мертвых.
Рейв едва заметно качнул головой, разглядывая облик бывшей супруги, все такой же бледной и худой. Наверное, в прошлом он был неправ. Наверное, в его отношениях с Шайной было слишком много безразличия.
Но теперь это не имело значения. Сейчас судьба жены ни капли не трогала некроманта. Словно все чувства умерли, остались глубоко под землей в той самой могиле, где он провел последние семь сотен лет. А потому в этот момент лицо бывшей, искаженное мукой злобы и какой-то затаенной просьбы, не пробуждало никаких эмоций.
Она застыла напротив него, нависая над призрачным троном. Ее длинные волосы развевались в воздухе вокруг головы, а легкое платье распахивалось, оголяя мертвые прозрачные ноги.
Шайна открыла рот, и мужчина увидел огромный черный провал. Оказывается, после смерти женщина стала банши. Кто знает, где она сейчас обитает и откуда ее вызвал в Файрел Ноктюрн смерти. Но факт оставался фактом: она не была простым духом.
Мужчина нахмурился и щелкнул пальцами.
Вот только крика банши ему здесь не хватало, конечно.
В ту же секунду женщина схватилась за горло и закрыла рот. Затем всплеснула руками и откинулась назад, раскрыв ладони и беззвучно шевеля губами.
Еще через секунду она снова смотрела на него мертвыми глазами, словно пытаясь сжечь на месте.
— Иди, делай свое дело, — жестко бросил некромант, почувствовав легкое раздражение.
Шайна больше не часть его жизни. Она — лишь тень человека, который слишком много лет назад предал его.
И как только привидение отлетело, намереваясь продолжить танец, Рейв встал с кресла и хлопнул в ладоши, одновременно направляясь к столу.
В его походке отражались невозмутимость и спокойствие. Словно прямо сейчас здесь совершенно ничего не произошло. И скоро так и стало казаться, ведь с каждым шагом мужчины музыка стихала, а незваные гости стали покидать зал.
Мертвые уходили.
Как только Рейв вернулся на свое место и забросил в рот аппетитную виноградинку, все снова было, как прежде. Волшебные светильники горели под потолком, портьеры вернулись на место, открыв из окон вид на оранжевый закат. Исчезли трон и канделябры. Пропали со стен изображения драконов.
Хрустнула во рту Рейва плотная ягодка, а за столом все еще царила тишина. Король и Ливия смотрели на мужчину горящими, почти невменяемыми взглядами. И если Герхард очевидно был напуган, то на лице его половинки светилось лишь голодное удовольствие.
— Простите, граф Эридан, — прокашлялся его величество. — Это что сейчас было?.. Вы сказали, что сами придумали эту мелодию. Но… Уж не Ноктюрн ли смерти это был?
Все остальные гости ожидали ответа с таким же нетерпением, как и Герхард.
Рейв про себя усмехнулся.
«Ага, сейчас…» — подумал он и ответил:
— Какой ноктюрн, ваше величество? Вы о чем?
Некромант невозмутимо изобразил самое невинное выражение лица.
— Но… как же?.. — Герхард не мог подобрать правильные слова.
Зато Ливия подалась вперед и с широко распахнутыми глазами спросила:
— Вы сидели на троне короля мертвых, граф. Что это значит?
— Это просто занятный фокус. Представление в историческом духе. Мне хотелось вас развлечь, — сделал неопределенный жест рукой Рейв.
Дама справа от него нервно дернулась.
Король переглянулся со своими магами, которые обступили его с двух сторон. Стража в углах зала тоже очевидно напряглась.
Кто-то из братьев Ливии оперся о стол рукой и уверенно проговорил:
— Говорят, Ноктюрн смерти было под силу сыграть только вашему далекому прадеду. Может, этот секрет передался и вам?
Рейв улыбнулся. Определенно, Ренданы трусливостью не отличались. Что будущая королева, что ее родственники совсем не выглядели напуганными.
— Наверное, это у меня в крови, герцог, — ответил некромант спокойно, отпив вина из бокала.
Следующие полчаса он рассказывал о том, как глубоки его познания в магии, и снова повторял, как рад будет чем угодно помочь его величеству и ее светлости Ливии. Постепенно окружающие вроде бы немного успокоились, и где-то на другом конце стола некромант даже расслышал слова, заставившие его улыбнуться: «Да брось, какой из него король мертвых? Клыков нет, крыльев нетопыря тоже…»
Совсем скоро, когда все нормы приличия уже были соблюдены, Рейв решил, что пора заканчивать этот утомительный ужин и возвращаться к себе.
Ангелина смотрела на него восхищенным взглядом, явно желая задать тысячу вопросов. И некромант не собирался ей мешать. Пускай пока только ей, но сегодня он был готов сказать правду.

 

Зомзом

 

«Тихо. Тихо как в могиле. Только звук шагов едва слышен. Отражается от стен, проникает в голову. И ветер… Слышу, но не чувствую.
Интересно, когда лежишь в могиле, ветер шумит так же тихо и заунывно? Кажется, именно так и должно быть под толстым слоем земли и червей…»
Зомби медленно бродил по коридорам замка и размышлял. Хозяин оставил его в особняке для гостей, но мертвецу было… Как бы правильно выразиться?.. Скучно. Да, именно так.
В день своего второго рождения Зомзом превратился в нежить, обладающую разумом. Король мертвых своим заклятием разжег искру в его мозге, и теперь по венам, капиллярам, а также нервам и нейронам курсировала сама Тьма. Именно она заставляла двигаться конечности, и именно она создавала в голове зомби иррациональные, необъяснимые импульсы, дающие возможность размышлять.
С каждым днем эти импульсы делались ярче. Они позволяли мертвецу обучаться, становиться умнее. И даже в какой-то мере — чувствовать. Хотя, несмотря на это все, самым главным чувством Зомзома оставалось желание убивать.
Впрочем, сейчас это желание стало почти номинальным. Запрет Рейва на употребление человеческой плоти уже совсем не расстраивал мертвеца. Какой смысл злиться, если ничего нельзя изменить? Поэтому каждый раз, когда фальшивый лакей графа Эридана встречал какого-нибудь настоящего слугу, он насильно отворачивался, пока его глаза не вспыхнули алым, и обещал себе обглодать вкусные человеческие пальчики в другой раз.
Сейчас в Файреле было довольно темно. В коридорах не было окон, да и волшебные светильники зажглись не везде. А в том крыле, где он сейчас очутился, вообще словно бы кто-то нарочно потушил весь свет.
Зомзом чувствовал, что хозяин где-то рядом. Связывающая их нить почти совсем расслабилась. А потому зомби гулял здесь, не отдавая себе отчета в том, что на самом деле просто инстинктивно движется к своему создателю.
Но вот впереди коридор повернулся под прямым углом, и за ним в кромешной тьме мелькнуло женское платье.
Мертвецу не нужны были огни, чтобы видеть сквозь сумрак. Его глаза, внутри которых пульсировала магия, были универсальным артефактом. Совершенное зрение днем, ночью, в тумане и даже в воде. Зомзом не знал, у всех ли мертвых такие же способности или только у него одного. Но собственная удача его радовала. Если, конечно, мертвецам вообще ведома радость.
И вот сейчас он продолжал неторопливо двигаться по коридору, различая до мелочей каждую деталь вокруг: древние держатели для факелов, рисунок трещин на каменной кладке и мягкую ткань юбки, стелющейся по полу далеко впереди.
Зомзом не испытывал страха или любопытства. Ему было, в общем-то, наплевать, кто там прячется за поворотом. Но с каждым шагом вокруг все сильнее сгущалась Тьма, превращая воздух в липкий кисель.
В смердящее варево из костей и крови…
У мертвых свое видение происходящего. И то, что живому показалось бы просто усилением магического фона, зомби ощущал глубже. Вот, например, сейчас совсем рядом какая-то колдунья проводила очень злой ритуал.
При жизни Зомзом прекрасно знал, что некоторая часть некромантов Альденора изучала сумеречную магию в ее худших проявлениях. Яды, порчи, болезни, моровые поветрия, эксперименты на крови. Теперь же, будучи созданием Тьмы, он понимал больше: магия таких колдунов носила особый отпечаток. И на вкус она казалась горькой.
Потому Зомзом дошел до поворота и затаился, по привычке втягивая воздух, который был ему уже не нужен. А затем повернул голову, незаметно выглядывая из-за угла.
То, что предстало его глазам, было действительно ужасно. Даже для мертвеца.
Молодая женщина стояла посреди коридора и глубоко дышала. Она явно была возбуждена, и не только в моральном плане, но и в физическом. Ее щеки горели, а губы она беспрестанно облизывала, то и дело задумчиво зарываясь пальцами в волосах.
— Ну ничего, граф, мы еще поиграем, — медленно протянула она.
Ярко-алый рот искривился в жестокой ухмылке.
Затем она достала из кармана платок, с белизной которого так сильно контрастировали багровые пятна.
«Кровь… Чую кровь… Сладкий запах с кислинкой магии…»
Зомзом потянул носом, стараясь вдохнуть поглубже.
Женщина смяла платок в руке, прищурившись с каким-то радостным злорадством. Затем другой рукой достала маленький стилет из глубокой ложбинки между грудей, распахнула пальцы и полоснула себя по ладони. Ее собственная кровь тут же впиталась в ткань, еще сильнее раздражая обоняние мертвеца.
В воздухе всколыхнулась Тьма. Жадная, голодная. Совсем не та Тьма, что служит обычным некромантам, но другая. Та, что живет на нижних уровнях Сумерек и редко поднимается из глубин бездны наверх.
Зомзом вздрогнул, впервые за последнее время испытав чувство, напоминающее страх. Ведь он знал: эта Тьма может поглотить и его самого, стоит только случайно очутиться у нее на пути.
Мертвец сделал шаг назад, впрочем, не переставая наблюдать из-за угла.
Женщина опустилась на колени, расправила кровавую ткань и положила ее на каменный пол. Ухватила покрепче кинжал и нацарапала на платке две цифры. Зомзом не был уверен, но, кажется, это были единица и четверка.
В следующий миг колдунья встала и отошла на шаг назад, зашептав темное заклинание. Древние слова эшгенрейского полились из ее рта, как яд с клыков ехидны. Зомби уловил семь ступеней силы. Седьмой уровень колдовства.
Очень сильное проклятие. И вряд ли оно когда-нибудь получилось бы у ведьмы с таким среднестатистическим источником. Однако мертвец чувствовал, что у стоящей впереди женщины имеется какой-то артефакт. Маленькая точка около сердца, которая пульсировала, словно живой организм. Она питала свою носительницу, передавала ей дополнительный резерв и принимала на себя откаты силы. Черная колдунья была не слишком одаренной волшебницей, но она явно совершенствовалась в некромантии долгие годы, превратившись в опасного врага для кого бы то ни было. Сейчас ее мастерство наверняка достигло магистерской ступени.
Платок на полу напитался черной магией и вспыхнул призрачным пламенем. Зомзом задрожал, неосознанно представляя, как туманные язычки перекидываются на его мертвую плоть, сжирают кожу, кости, оставляют от него лишь мокрое жирное пятно, которое затем и вовсе истлевает.
Это было по-настоящему страшно.
Как только окровавленная ткань почти совсем превратилась в пепел, женщина, поморщившись, хлопнула разрезанной ладонью по огню. Пламя потухло, но колдунья еще некоторое время не отнимала руки, удостоверяясь, что вся магия окончательно ушла.
— Ничего-ничего, — прошипела она. — Моя боль уйдет. А вот боль этой малявки — уже нет…
Алые губы изогнулись в жестокой улыбке. Ведьма поднялась с колен, отряхнула ладони и поправила юбку. Затем достала из маленькой сумочки на поясе тонкие атласные перчатки в цвет крови и надела. Не спеша развернулась и направилась куда-то по коридору.
Зомзом спрятался в нише за статуей, и, кажется, женщина не заметила его. Она самодовольно двигалась туда, откуда слышался отдаленный шум голосов, тосты и смех.
Напоследок в каменной тишине этой части дворца раздались всего несколько слов. Почти неразличимые, потому что колдунья произнесла их одними губами. Но зомби услышал:
— Твоя птичка скоро умрет, Рейв Эридан. Я сделала свой ход. Каков будет твой ответ?
Длинное платье черной некромантки прошелестело по старым плитам и скрылось из виду. Только тогда мертвец вышел из своего укрытия, сложив губы трубочкой. Так, словно пытался насвистеть какую-то мелодию.
«Значит, колдунья хочет убить Ангелину, — отстраненно размышлял он. — Интересно. Хозяин будет недоволен, если узнает…»
Но ни единого звука не сорвалось с его губ. Ни надоедливого мотива, ни даже пары нот.
«Должен ли я предупредить его? — продолжал размышлять Зомзом, все еще вытягивая губы, словно это могло помочь. — Единица и четверка. Должно быть, это дата, когда заклятие сработает. Четырнадцатое число месяца Огня…»
Мертвец сделал еще несколько шагов, затем остановился и открыл рот, нелепо потыкав внутрь пальцем.
«Похоже, уже завтра Ангелина умрет, — крутилось в его голове. — Сказать хозяину или нет? Да и как сказать? Языка-то у меня все равно нет…»

 

Ангелина

 

Сказать, что я была взбудоражена, — ничего не сказать. В голове кипели самые разные мысли, грозя разорвать меня на части.
Рейв — король мертвых! И пусть только попробует сказать, что это не так!
Каждый мало-мальски разумный человек, окончивший столичную академию волшебства имени Джоша Белого, в курсе, что сыграть Ноктюрн смерти невозможно, не зная точного порядка символов эшгенрейского. В каждую ноту нужно вплести особую магию, которая была известна лишь создателю этого самого ноктюрна. И вот неожиданно заявляется какой-то человек, который без проблем играет эту мелодию. Вызывает толпу призраков в королевский замок, заставляет их танцевать! А потом говорит, что просто импровизировал и сам все придумал. И откуда заявляется? Прямо из-под земли!
Чушь какая. И ведь Рейв с самого начала назвал мне свое имя. С самого начала творил вещи, которые не под силу обычному колдуну! А я не поняла. Да и как можно понять, если король мертвых погиб семь сотен лет назад? Семь сотен!!!
Да и Рейв не похож ни на лича, восставшего из могилы, ни на гуля, ни на любую другую нежить. У него бьется сердце, вокруг кожи пульсирует аура живого человека. Он горячий!
Очень горячий…
Я глубоко вздохнула, с трудом возвращаясь к реальности.
После не самого удачного королевского ужина мой фиктивный жених как-то подозрительно быстро увел меня из зала. Взял за руку, откланялся перед его величеством и ее светлостью и просто ушел, ничуть не заботясь о том, как это может выглядеть со стороны.
Хотя, может, так и должно быть? Может, в этом нет ничего странного? Меня же просто смутили десятки широко распахнутых глаз, провожающих наш уход.
Всю дорогу до гостевого особняка мужчина молчал. Идти было недолго. До захода солнца еще оставалось время, и мы неторопливо шагали по замковому парку. Здесь пахло цветами и свежескошенной травой. Я нервничала, желая спросить слишком многое, и не знала, с чего начать.
В результате, когда мы вернулись к себе, Рейв расположился на диване около разожженного камина, а я начала беспокойно вышагивать напротив него, кусая ногти и краснея под его как всегда насмешливым взглядом.
— Итак, ты правда король мертвых? — выдохнула, остановившись и уперев руки в бока. — Ты Рейв Эридан Кастро-Файрел? Свергнутый семьсот лет назад правитель Альденора?
Некромант поморщился, но улыбаться не перестал.
— Малышка, давай без вот этого: «свергнутый правитель» и бла-бла-бла. Да, я король мертвых. Да, тот самый, что жил семь сотен лет назад.
Я резко выдохнула. Голова закружилась. Кажется, я все-таки до конца не верила, что это правда.
— Но как же так? — проговорила растерянно, сделала несколько шагов вперед и села на другую половину дивана, одновременно глуша в себе нестерпимое желание потрогать мужчину и даже пару раз ущипнуть.
Со мной рядом сидел тот самый Рейв Эридан! Тот, что покорил полмира магией и кровью. Тот, что поднимал войска нежити одним движением руки и имел армию, состоящую из пятидесяти тысяч мертвецов!..
Да быть этого не может.
— Как ты можешь быть живым? — широко распахнув глаза, спросила я. — Ни один волшебник не способен прожить так долго.
Некромант остановил на мне долгий взгляд, выдержав паузу.
— Есть секрет, Ангелина. Небольшая тайна. Когда я находился на пике своей власти, в моих руках была сосредоточена огромная мощь, — медленно начал рассказывать он, словно наблюдая за моей реакцией. — Ежедневно у меня был доступ к огромному количеству силы.
— Силы? — нервно перебила я, чувствуя, что мне просто необходимо понять до конца, что он имеет в виду.
— Силы, — кивнул головой Рейв. — Человеческая смерть может напрямую питать некроманта, если он умеет пользоваться этим ресурсом. Эманации гибели способны временно увеличивать анарель колдуна.
Это звучало страшно.
— То есть…
— Да, — кивнул Рейв с мрачным спокойствием. — Я без зазрения совести уничтожал целые города, если они отказывались капитулировать.
По спине пробежала ледяная волна. Это было так не похоже на того Рейва, которого я знала. Насмешливого, веселого, самоуверенного и дерзкого, но совсем не жестокого. Мог ли этот человек одновременно быть бессердечным убийцей?
— Затем, используя страдания мертвых, я с каждым разом становился способен на все более и более сильные заклинания. И я экспериментировал. Однажды мне удалось создать виал крови. Артефакт, соединяющий мою жизнь с жизнью другого существа. Бессмертного. Уже мертвого.
Я слушала, боясь моргнуть. Не смея вздохнуть. Передо мной, не знавшей магии сильнее оживления дохлого кота, вдруг нарисовался мир, полный крови, смерти и страшного некромантского могущества.
— Этот виал должен был сохранить мою жизнь в случае насильственной смерти. Если бы во время битвы меня пронзила стрела или какому-нибудь счастливчику удалось бы подобраться достаточно близко, чтобы отрубить мне голову, — с мрачной полуулыбкой продолжал он, — то артефакт вернул бы меня, перенеся повреждения на того, с кем я с тех пор был связан неразрывно. Более того, я должен был жить гораздо дольше обычного человека. Может быть, два или три века. Ровно столько, сколько хватило бы вложенной в артефакт энергии.
В этот момент Рейв сделал паузу и глубоко вздохнул. Его брови сдвинулись, а губы едва заметно скривились.
— Но лучший друг предал меня и заточил в зачарованную могилу. Его заклятие погрузило мое тело в своеобразный анабиоз. Я не уверен в том, как именно это подействовало на виал крови. Но, судя по всему, с тех пор артефакту не нужно было тратить слишком много энергии на поддержание моей жизни. Я был почти мертв. И именно поэтому его резерва хватило так надолго.
— Значит, — с ужасом прошептала я, — ты в любой момент можешь вновь умереть? Только теперь по-настоящему?
Я действительно испугалась.
Мы были знакомы с Рейвом всего несколько дней. Еще и недели не прошло с того момента, как он выбрался из земли, раскидывая грязь во все стороны. Напоминая то ли стихийного мага из соседнего королевства, то ли едва пробудившегося зомби.
Но он не был ни тем, ни другим. Я же была уверена, что без него моя жизнь снова станет как минимум скучной до зубного скрежета. А как максимум… я не хотела об этом думать.
— Да, — кивнул Рейв, вырывая меня из плена неприятных мыслей. — Я могу умереть в любой момент.
— Какой ужас! Но надо же что-то сделать! — выдохнула, заметив, как мягкие губы изгибаются в улыбке.
— Поверь, малышка, я работаю в этом направлении, — спокойно ответил некромант, словно мы говорили вовсе не о его смерти.
А затем поднял руку и провел тыльной стороной ладони по моей щеке.
— Рейв… — выдохнула я, боясь пошевелиться.
Жар прокатился волной по позвоночнику.
— Значит, ты — король мертвых? — снова задала я этот вопрос, словно ожидала, что вот сейчас он ответит отрицательно и все это окажется нелепой шуткой.
Но некромант кивнул, с улыбкой добавив:
— И меня практически убил твой прапрапра и еще много раз «пра» дед.
Я шумно сглотнула и тут же покраснела.
— Надеюсь, ты на меня за это не в обиде… — выдавила немного нервно. — Поверь, я бы его отговорила, если бы могла.
Рейв тихо засмеялся.
— Не стоит, Ангел. Он получил по заслугам.
Некромант хрустнул костяшками пальцев, словно сжимал что-то в руке. Я непонимающе нахмурилась, потому что была уверена: там ничего нет.
Впрочем, это не имело никакого значения. Важно было другое.
— Но почему ты мне это все рассказываешь? Почему решил сказать правду, а не обманывать дальше, как и всех остальных?
Рейв некоторое время молчал, не сводя с меня странного взгляда. А потом медленно проговорил:
— Знаешь, однажды одна молодая некромантка, лежа в медвежьей берлоге, рассказала мне о себе то, что не рассказывала прежде никому другому.
Его тихий голос неожиданно отразился в груди теплой вспышкой.
— Значит, ты просто решил быть честным в ответ?
Мужчина улыбнулся, но его лицо оставалось серьезным.
— Нет. Я хочу быть честным именно с тобой.
Я чуть не подавилась собственным сердцем. Оно стучало в горле, в ушах, в висках. Мешало дышать. Я чувствовала, как жар окутывает меня с ног до головы.
Но в ту же секунду меня дернуло все испортить и спросить:
— А та женщина в зале, призрак, что подлетел к тебе… Это была твоя возлюбленная?
Воспоминание о странной длинноволосой даме, которая, раскинув руки, пыталась то ли обнять Рейва, то ли придушить, все еще нервировало. Даже с большого расстояния я видела в ее глазах столько эмоций, что внутри меня все переворачивалось.
А вдруг он любил ее? Или вообще любит до сих пор.
С другой стороны, какая мне разница?
Я едва заметно покачала головой.
«Ангелина, кажется, ты ревнуешь короля мертвых к мертвецу…»
Если бы кто-нибудь сказал еще недавно, что мне придется произнести такую фразу, я бы долго смеялась.
Рейв снова молчал, внимательно разглядывая меня, словно пытался прочесть мысли. И мне казалось, что ему это удается.
— Ну, не томи уже! — воскликнула я, начиная нервничать от того, что моя ревность для него как на ладони. — Это была твоя девушка?
— Жена. Это была моя жена.
Я выдохнула.
— Наверное, она страдала после твоей смерти. Может быть, даже искала способ вернуть тебя. — И спустя пару секунд добавила: — Я бы искала…
Рейв улыбнулся, но в улыбке чувствовался привкус полыни.
— Вряд ли, малышка. Моя жена изменяла мне с Ульфриком. Как раз перед тем, как он похоронил меня заживо.
— Но…
— Давай не будем об этом, Ангел, это грустная история с не самым счастливым концом.
— Но ты ведь жив! Значит, конец все-таки счастливый, — неуверенно улыбнулась я и неожиданно для самой себя протянула руку, коснувшись его ладони. Совсем чуть-чуть, кончиками пальцев.
Но это движение обожгло меня. Я вдруг поняла, что Рейв не просто человек. И мне стало страшно. Он тот, о ком писали в учебниках. Тот, из-за кого некромантия почти полностью исчезла как проклятая наука.
Но, с другой стороны, я-то знала его совсем иным. Странным незнакомцем, который на постоялом дворе Ихордаррина пережидал мой приступ, гладил меня по голове, пока я не пришла в себя. Мужчиной, который никогда не отворачивался, когда я рассказывала о себе самые неприятные вещи. Не смотрел на меня так, как должен был. Как на ублюдка и дитя кровосмешения. Я знала его как удивительного некроманта, который на королевском ужине сыграл Ноктюрн смерти, только чтобы поднять мне настроение.
И как такой человек мог оказаться диктатором и убийцей?
В общем, настроение у меня неожиданно оказалось самым лирическим. Но Рейв ко всему прочему великолепно умел менять темы разговора. А потому он чуть склонился вперед и задал совершенно дурацкий вопрос. Типа моего пару минут назад.
— Почему ты ни разу не ответила Ливии Рендан?
Примерно как холодное ведро воды на голову. И капельки, такие щекотные, стекают по лицу.
— В смысле «не ответила»? Не молчала же я, когда она задавала вопросы. Мы прекрасно поговорили. Мне кажется, я вела себя вполне прилично.
Рейв фыркнул, расположив обе руки по спинке дивана.
— Ты не заметила, что она пыталась специально тебя задеть? — продолжал он, а потом добавил задумчиво: — Возможно, по фамилии она догадалась о том, кто ты. Если ей известна история твоей матери и если она причастна к ее судьбе…
— Специально? — немного нервно прервала я. — Незачем ей делать это специально. Просто я, низкородная, сидела за одним столом с самим королем и будущей королевой. Вот и вопросы…
— Да брось, — отмахнулся некромант. — Даже слепой бы заметил. Впрочем, не важно. На твоем месте я бы вообще рассказал все отцу. Пусть знает, с кем он сидел за одним столом.
— А с кем?! — воскликнула я, чувствуя, что теряю самообладание. — С собственной незаконнорожденной дочерью? С ребенком, которого он, вероятно, не хотел видеть живым?
Рейв никак не отреагировал на этот всплеск эмоций.
— Во-первых, малышка, — спокойно продолжил он, — сейчас ты — спутница короля мертвых, не так ли?
Я нехотя улыбнулась.
— А во-вторых, если ты боишься, что тебя не станут слушать или попытаются оскорбить, я всегда могу помочь. Ты же не думаешь, что я позволил бы оскорблять собственную невесту? — На его губах заиграла улыбка охотника. — А вот рассказать твоему папаше, что за свои поступки следует платить, все же стоит. И плевать, что это не принято этикетом. Пусть подавятся своими правилами. Если хочешь, расскажешь ему все прямо завтра. И я тебе обещаю, что его безответственное величество тебя выслушает.
— И что потом? — хмуро спросила я. — Подождем, пока нас обоих погонят из дворца поганой метлой? Или еще чего похуже? Ты ничего не понимаешь!
Я отвернулась, нервно постукивая пальцами по подлокотнику дивана и глядя в огонь.
— Успокойся, я же говорю, что помогу тебе…
— Не надо мне помогать, — резко оборвала я, не оборачиваясь. — У меня все хорошо.
— Да ты трясешься как осиновый лист рядом с собственным отцом, — жестко сказал он, не давая мне возможности закончить разговор. Придвинулся и, взяв за подбородок, заставил посмотреть на себя. — У тебя от рождения должен быть как минимум титул графини. Но ты — лишь дочка горшечницы с нищим содержанием. Ты обязана заставить всех с собой считаться. Не только Ливию, эту ведьму с червяками вместо мозгов, но и всех остальных. Ты понимаешь вообще, что должна быть принцессой? Жить в замке, спать на десяти перинах и купаться в крови девственниц? Ну, или девственников, если так тебе больше нравится.
— Мне не нравится, — резко отвернулась я. — И ничего подобного я не хочу. Пусть все остается как есть.
Рейв холодно усмехнулся и откинулся назад.
— Понятно. Ты еще ребенок. Сколько тебе, я забыл? Девятнадцать? Двадцать?
И махнул рукой, словно двадцать один прожитый год — это так, семечки отщелкать. Перед глазами вдруг мелькнула картинка, как лысый птенец проклевывается из яйца. Мокрый такой, нелепый. А рядом самодовольно вышагивает красавец-павлин. И, похоже, я в этой истории — первый вариант.
Ну уж нет. Меня такими штучками не возьмешь.
Прищурившись, я развернулась к Рейву и воскликнула:
— А сам-то! Тебе сколько, тридцать? Ой, далеко ушел!
Некромант приподнял бровь и усмехнулся.
— Вообще-то мне семь сотен, малышка.
— Сколько тебе было на момент гибели? — фыркнула я, и Рейв скривил губы.
— Тридцать пять.
— Ну вот! — воскликнула я. — А вовсе не семь сотен. А самоуверенности так вообще на шестнадцать. Или пятнадцать?
Рейв продолжал улыбаться, хищно прищурившись. Я же все никак не могла остановиться:
— И вообще, ты в курсе, что проиграл какому-то друиду? Хлипенькому и бестолковому. Некроманты же всех сильней, правда? А короля мертвых уделал мой дедуля. Друид! Смех, да и только.
В следующий момент я внезапно упала назад и оказалась прижата к дивану. Рейв завел мои руки за голову, опасно глядя в глаза.
— Малышка, тебе стоит выбирать выражения, — мрачно протянул он низким, слегка вибрирующим голосом, отдающимся волной мурашек по коже.
— Да что вы говорите! — фыркнула я, стараясь держать себя в руках, хотя кровь уже забурлила в висках, а дыхание начало сбиваться, как от быстрого бега. — Ты всегда так с женщинами обращаешься? У тебя точно жена была? А то, может, ты вообще ничего не умеешь, вот она и сбежала к друиду!
И тут, как говорится, упыря понесло.
Готова поклясться, что в этот момент в глазах некроманта сверкнули молнии. И я вдруг почувствовала, как он резко завел одну ногу мне между лодыжек, а второй с силой раздвинул колени.
Я резко выдохнула, широко раскрыв глаза.
— Давай, я покажу тебе, что я умею, а ты сделаешь выводы?
В ушах застучала кровь. Стало вдруг ужасно жарко. Захотелось одновременно расстегнуть платье и еще плотнее чем-то прикрыться.
Но я же не сдамся в бою, правда?..
— Ой, да что ты там покажешь? Не боишься опозориться перед маляв… — только и успела проговорить я, как в следующий миг мои губы накрыл жадный, глубокий и горячий поцелуй.
Назад: ГЛАВА 13
Дальше: ГЛАВА 15
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий