Не буди короля мертвых

ГЛАВА 1

Ангелина

 

Я шла по пустынному полю, и ноги вязли в густой траве. Мысли путались от с трудом сдерживаемого гнева и разочарования.
И как меня угораздило так попасть? Как?
Я готовила этот проект полтора года! Да почти два, если считать поиск материала. Так тщательно язык костяных драконов еще никто не изучал! Теперь на эшгенрейском я не только писать и читать могу, но и немного разговаривать. Более того, я уверена, что мое произношение получше, чем у самого профессора Гардарена! Мне с детства бабуля говорила, что лингвистика у меня в крови. Я и профессору так сказала, когда просила меня в аспирантуру принять. А он засмеялся, вручая мне троечный диплом, и ответил:
— Горжусь! Теперь можешь смело переводить на эшгенрейский все детские сказочки, которые помнишь. Если, конечно, осилишь словарь на пятьдесят тысяч слов!
И ушел. Хамское его профессорство. Нет, ну что за несправедливость? Мог бы пойти навстречу юному дарованию. Что с того, что я завалила теорию? Зато древние заклятия у меня от зубов отскакивают! И не только от зубов. Вообще скачут хорошо.
Только с такими знаниями и троечным дипломом историка некромантии я на фиг никому не нужна. Вся надежда была на аспирантуру. А теперь, как говорится, катись дипломированный некромант колбаской за кладбищенской сказкой.
Я ж даже проклятие снять не могу, силенок не хватит. И тут не свезло. Мой анарель очень слабый. С таким источником только историю и изучать. Собственно, этим я и занялась. Да только редиска-профессор мне всю малину попортил.
И вот теперь я — свободный некромант на вольных хлебах.
Пнула ногой комок земли и села на круглый, нагретый солнцем камень. Устремила вдаль романтично-философский взгляд и вздохнула.
Нет, философ из меня тоже не очень. Желание ругаться никуда не пропало.
Хорошо хоть вокруг нет никого, кто мог бы стать свидетелем моего позора. На Пепельное поле не захаживают, чтобы прогуляться. Даже не знаю почему. Дурная слава у этого места. Зато можно хоть недолго побыть в одиночестве, подумать о том, что делать дальше.
У меня не было ни достаточного количества денег на самостоятельную жизнь, ни дома, куда можно вернуться.
Сорвала пару одуванчиков, машинально вплетая их в венок. Потом нашла несколько маленьких палочек одинаковой длины и воткнула их между цветков. Получилась забавная желтая корона. Надела на голову и улыбнулась.
— Ну, и чем я не королева-некромантка? Нет, лучше — мертвых. Чем я не королева мертвых?
Откуда-то сбоку раздалось громкое «ква».
Я повернула голову и заметила крупную лягушку, с интересом разглядывающую меня. Казалось, она даже специально забралась на ближайший валун, чтобы было лучше видно.
— Что, глупо я выгляжу, да? — спросила у лягушки. — Наверняка хочешь сказать, что не бывает никаких королев мертвых. Сейчас даже кошку никто не может поднять с того света. А ты знаешь, что семь сотен лет назад все было не так? Именно тогда родился Рейв Эридан Кастро-Файрел. Человек, поднимавший нежить целыми армиями!
Лягушка продолжала на меня внимательно смотреть. Иногда даже издавала какие-то звуки, как будто поддакивала. Было приятно представлять, что у нас диалог, а не я тут одна в короне из одуванчиков вещаю с теплого камушка.
Я спрыгнула со своего «подиума» и начала вышагивать по мягкой травке, продолжая рассказывать:
— Это был великий некромант, у которого в качестве ручного зверька водился костяной дракон. Ты понимаешь — дракон! Тот самый, чей язык я с таким трудом учила. Рейв успел покорить полмира, пока его не удалось остановить.
Я широко развела руки в стороны и начала пританцовывать.
— А еще он умел играть Ноктюрн смерти. Ты знаешь, что это такое? Это легенда, настоящая легенда. Дивная мелодия, одновременно страшная и прекрасная. Удивительная. Под ее звуки духи оживают и начинают танцевать, покоряясь воле колдуна. Поговаривали, что это ужасно красиво. Жаль, ноты Ноктюрна утеряны. Я бы послушала мелодию, способную заставить давно ушедших броситься в пляс.
Я остановилась передохнуть, тяжело дыша.
— У нас в академии даже была традиция: в конце каждого года обучения пытаться сыграть Ноктюрн смерти. Но, увы, как ты понимаешь, никому пока это не удалось. Усопшие не отзываются. Музыка нежити — это тебе не комаров языком ловить.
Лягушка громко квакнула и прыгнула прочь, скрывшись в густой растительности.
— Да что б ты понимала, — махнула рукой я и шлепнулась попой прямо в траву.
Только зеленый ковер на этот раз оказался вовсе не мягким. Я взвизгнула от неожиданности и перекатилась в сторону. Кажется, мне не повезло приземлиться на какой-то острый камень.
Раздвинула руками стебельки осоки и увидела крупный кусок каменной плиты. Он ни капли не походил на обычный валун. Правильные прямоугольные углы, стесанные от времени, намекали на то, что передо мной, похоже, какой-то монумент.
Внутри всколыхнулось любопытство. Я принялась раскапывать мягкую землю, очищая ровную поверхность, на которой проступали какие-то надписи. И чем дольше я это делала, тем сильнее становились любопытство и наивный восторг. Я узнавала буквы эшгенрейского языка!
Через какое-то время вся плита уже лежала передо мной. И старый текст выглядел вполне читабельно! Время и условия среды совсем не испортили выдавленные на камне письмена.
Внутри меня загорелся нешуточный азарт. Я села рядом с находкой и отряхнула ладони от грязи. Пробежалась глазами по тексту, убеждаясь, что легко смогу его прочесть, и тут же начала воплощать на практике навыки, полученные в академии. Не зря же я полтора года зубрила произношение!
Dfiera re fjynde sjfndalie dornoren,
Siantar releviont transier goren vald,
Usjera dafn sarhgerte yortonjer reido,
Salvego — gortento irontar jon…

Зачитав последнюю фразу, я едва не захлопала в ладоши, настолько хорошо у меня вышло. В этот момент на крохотное мгновение мне даже захотелось, чтобы профессор Гардарен сейчас видел мои успехи. Как легко у меня получилось прочесть совершенно неизвестный текст. Во всем Ихордаррине едва ли найдется больше десятка человек, кому это под силу.
Но в следующее мгновение произошло нечто странное, выбившее из головы все желание хвастаться.
Земля задрожала. Я буквально задницей почувствовала эту вибрацию неприятностей. Мне едва хватило времени, чтобы отползти назад, прижавшись спиной к крупному валуну, как комья земли разлетелись в разные стороны, словно от небольшого взрыва.
— Что там было по теории мертвых языков? — лихорадочно начала вспоминать я. — Не читать вслух неизвестные надписи? Ясненько теперь, почему нельзя читать… — пробубнила нервно.
А дальше передо мной появился мужчина. Мрачный, высокий и весь с ног до головы в земле. Я не успела его рассмотреть. Только черную хламиду вместо одежды и спутанные волосы, упавшие на лицо. А в следующий миг он посмотрел на меня.
Вокруг резко стало темнее. Будто и не светило над нашими головами солнце. Глаза незнакомца сверкнули кроваво-алым, вызывая у меня безотчетный ужас.
В долю секунды он приблизился ко мне и с силой схватил за горло, заставив вжаться в горячий камень.
Воздух вышибло из легких.
Единственное, что в этот момент промелькнуло у меня в голове, было: «Правильно профессор мне трояк за диплом влепил. Очень правильно!»

 

Рейв

 

«Запах. Тонкий, дурманящий, пьянящий. Как же давно у меня не было женщины… До ехидниной матери долго…»
Мужчина наклонился к дрожащей девушке и втянул носом горячий воздух около ее уха. Кажется, незнакомка еще сильнее задрожала.
«Сладкий, смешанный с ароматом страха… Кожа под ладонью обжигает. Чувствую, как бьется пульс под пальцами…»
Рейв замер, не решаясь сделать то, что собирался. Как только воздух коснулся его тела, столько лет не чувствовавшего свежего ветра, настрой мыслей резко поменялся. Словно вместе с могильным тленом в нем растворялось и исчезало что-то совсем другое. Старое и когтистое, жестокое и озлобленное до хруста костей. Как только он вдохнул запах, почувствовал биение пульса, дрожь и близость женского тела, внутри зажглось что-то горячее. Жестокость, приобретенная годами пыток под тяжелыми плитами заклятия, начала понемногу уменьшаться. Хоть и не пропадала до конца.
Мужчина чуть отодвинулся и взглянул в глаза своей жертве. Светло-зеленые, почти травяные. Наполненные чернотой зрачка.
Он так много лет не видел ничего, кроме черноты.
В висках пульсировал голод. Желание. Кровь струилась по не вполне восстановившимся венам, возвращала организму привычную силу. И сводила с ума.
«Повалить на траву, жестко взять, высосать без остатка…»
Им владели дикие, животные желания, в которых он сам себе не давал отчета. Кем он был сейчас? Голодным зверем, очнувшимся ото сна.
«Магия… — чуть спокойней потекли его мысли, когда он придвинулся ближе, — снова этот странный привкус магии. Словно кто-то запечатал булочки с ванилью в плотную коробку, но сквозь щели проникает горячий, щекочущий ноздри аромат… Надо только чуть сильнее сдавить горло. До хруста. Выпить весь анарель. На первое время хватит, чтобы наполнить опустевший источник. Тьма, как же сладко она боится…»
Но вместо того, чтобы убить девушку, как ему и подсказывал внутренний голос, он глубоко вздохнул и вдавил в нее свои бедра. Прижался, наклонился ближе, уже почти коснувшись губами шеи. Маленькой, быстро бьющейся жилки. Такой жаркой, такой…
— Эй, может, хватит уже об меня тереться? — бросила вдруг девушка, отвернув голову. — Первый раз вижу такого озабоченного. Тьфу, блин. Слезь с меня, ты весь в земле.
Рейв сдвинул брови и от неожиданности отпустил свою добычу. Впрочем, так и не отодвигаясь далеко. Ему стало любопытно.
«Какое новое чувство. Словно я лет сто не испытывал ничего подобного».
Он склонил голову набок, рассматривая девушку. Ее длинные серо-русые волосы, забранные сзади в косу. С виду такие обычные, ничем не примечательные, но, если приглядеться, блестящие на солнце каленой сталью.
— Я уже тебя за короля мертвых приняла, — фыркнула она, отряхиваясь от комьев грязи. — А ты просто грязный парень в лохмотьях.
Мужчина изумленно приподнял брови.
«Как ударила, клянусь Черной смертью…»
— О чем ты? — спросил он, выдавливая слова. Голос отказывался повиноваться. Как старый, много лет не смазываемый механизм.
Получилось хрипло и отрывисто.
— Ну, ты же живой? — невозмутимо пожала плечами она. — Значит, не можешь быть королем мертвецов. Тот почил уже лет как семьсот.
— Сколько?! — выдохнул мужчина, округлив глаза. Не веря, что это происходит на самом деле.
«Семь сотен лет… Словно убила второй раз, — думал он ошарашенно. — Меня не было более полтысячелетия. Как я еще речь-то этой малявки понимаю?.. У этого засранца Ульфрика успели умереть даже правнуки. Лысая его облезлая задница. И все же он смог запечатать меня, как и обещал…»
Мужчина усмехнулся, вспоминая тот последний день в своей и его жизни. Как монах с пронзительными сине-зелеными глазами читал страшное заклятие, которого до того момента не знала земля. А он, Рейв, смеялся, не веря, что у мужчины получится. Но в последний миг все же выбросил руку вперед, вырвав сердце бывшего друга. Заглядывая в его стекленеющие глаза, полные редкой золотой магии, и сжимая еще пульсирующую жизнь.
А затем навалилась Тьма.
Рейв усмехнулся. Губы искривились, во рту появился неприятный привкус горечи.
— Чего ты ржешь? — беспардонно вырвала его из воспоминаний девушка.
Мужчина посмотрел на нее, чуть прищурившись, и ничего не ответил. Сунул руку в карман тряпья, некогда бывшего черным фраком, отороченным бархатом, и достал оттуда сморщенный, осыпающийся пылью комок праха. Сжал пальцы, наблюдая, как падает на землю бренный тлен.
— Что это за гадость? — Девушка сморщила нос и с отвращением отвернулась.
— Сердце, — ответил задумчиво Рейв.
— Какое еще сердце, что за бред? — фыркнула она, снова привлекая к себе внимание невероятной дерзостью. — Как ты вообще в земле оказался? Маг природы, что ли?
Мужчина осмотрел незнакомку с ног до головы.
Худенькие плечи, чуть вздернутый нос, большие блестящие глаза, в которых за показной самоуверенностью плещется нечто потаенное, не поддающееся определению, скрытое от чужого взгляда.
«Малявка. Совсем ребенок…»
— Сколько тебе лет? — бросил почти презрительно, с трудом отводя взгляд от длинной аристократичной шеи.
— Двадцать три вчера исполнилось. Прямо перед выпуском из академии, — ответила гордо, словно не желторотый цыпленок, а уже прямо-таки целая цапля.
Мужчина все же опустил взгляд на весьма привлекательную грудь под тканью серо-голубого платья, напоминающего плащ нищего бродяги. Презрительно выгнул бровь.
«Это сейчас такая мода у них или малышке не на что одежду покупать?..» — мелькнула в голове мысль. Но затем он вновь взглянул в ее слегка раскрасневшееся лицо.
Она была так мила в своем смущении. Длинные, чуть загнутые ресницы слегка подрагивали, взгляд потемнел, губы, которые она то кусала, то облизывала, приобрели слишком уж эротичный влажный блеск.
За показной дерзостью скрывалось что-то совсем другое. Что-то настолько манящее, что хотелось распробовать.
У Рейва перехватило дыхание. Как зачарованный он смотрел на ее мягкий манящий рот и не мог оторваться. Задумчиво приблизился, терзаемый лишь одной мыслью: узнать его вкус. Прижать к себе девчонку, проникнуть внутрь пухлых губ языком. Узнать, такая ли она горячая, как кажется.
Мужчина завороженно поднял руку, чтобы прикоснуться. Дотронуться большим пальцем до ее ротика…
Неожиданно девушка дернулась, и в следующее мгновение маленькая ладошка с силой шлепнула его по кисти, мешая достигнуть желаемого.
Сказать, что Рейв был ошеломлен, — ничего не сказать.
— Да ты совсем умом тронулся! — воскликнула она, пытаясь выползти из-под него. Но в силу серьезной разницы в весовых категориях у нее это не слишком-то вышло. — Я из-за тебя вся в земле!
Такой наглости от малявки он никак не ожидал. Это уже начинало порядком раздражать.
— Кажется, наш разговор затянулся, — бросил он жестко, нахмурившись.
Отклонился чуть назад, как будто давая девушке больше простора.
— Вот уж точно, — немного нервно усмехнулась незнакомка, пытаясь вложить в голос побольше самоуверенности. Начала демонстративно отряхиваться, исподлобья поглядывая на мужчину. — И постарайся больше не набрасываться на меня. Я, конечно, понимаю, что понравилась тебе, и вся фигня…
Но Рейв больше не собирался этого терпеть.
«Некромант я или нет?» — подумал он, стиснув зубы.
Сделал короткий пасс пальцами, вплетая в магический символ те крохи Тьмы, что сейчас были ему доступны.
На мгновение воздух привычно сгустился.
«Как давно я не чувствовал этого… Когда Тьма струится по венам…»
Заклятие сработало, едва маленькая нахалка подняла на него ничего не подозревающий взгляд своих зеленых глаз. Рейв даже успел в очередной раз поразиться их необычному оттенку, как у дикого мха, как у папоротника в летнюю ночь.
А в следующую секунду ее веки уже закрылись. Сумеречная паутина лишала чувств мгновенно.
Назад: ПРОЛОГ
Дальше: ГЛАВА 2
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий