Стэн. Гвардеец Его величества

Сергей Извольский
Стэн. Гвардеец Его величеств

Часть первая

Пролог

Чаю воскресения мертвых
И жизни будущего века. Аминь
Российская Федерация
Кировская область
Высвеченные ярким светом фар разделительные линии на асфальте пунктиром обозначали путь приземистого кроссовера по ночной, безжизненной дороге. Водитель, борясь с подступающим сном, потянулся и размял шею. Загудел стеклоподъемник, и в кабину потоком ворвался свежий, морозный воздух, который моментально согнал весь сон. Через полминуты, невольно поежившись от озноба, мужчина еще раз потянулся и, закрыв окно, запустил поиск радиостанции на приемнике. Под хрип сканера водитель вернулся взглядом к дороге, которая пологими изгибами вела его через густые вятские леса, которые и днем казались насупленными, сумрачными, а сейчас в ночной тьме и вовсе стояли грозной, пугающей стеной. Неожиданно хрип сканера прекратился, и в салоне довольно четко зазвучала музыка с гитарным наигрышем, которая могла затронуть струны даже самой черствой души, особенно сейчас, когда пустая дорога стелилась среди густого леса, а фары то и дело выхватывали километровые вешки.
— Нити шоссейных дорог, километры судьбы… — начал немузыкально подпевать водитель, обделенный слухом, но совершенно от этого не расстраивающийся.
Густой лес по сторонам закончился как-то вдруг, и мужчина за рулем не удержал восхищенного возгласа — он оказался на широкой равнине, которую куполом накрывало безоблачное небо с мириадами рассыпанных звезд. Зрелище завораживало. Водитель, больше не подпевая приемнику, лишь краем глаза держал дорогу, благо она шла теперь прямо, как стрела. Внедорожник темной махиной несся по ровной трассе, оставляя за собой лишь завихрения сухого, колкого снега по краям обочины. Неожиданно мужчина почувствовал какую-то неправильность происходящего — появилось ощущения потери контакта машины с дорогой, подобное которому бывает на высокой скорости при аквапланировании в шоссейной колее. Сморгнув и сфокусировав взгляд на дороге, мужчина слегка отвернул в сторону, и моментально почувствовал необычайную мягкость руль — тот, и так легкий благодаря гидроусилителю, сейчас был и вовсе практически невесомым.
— Что за… — только успел воскликнуть водитель, когда ровная стрела дороги вдруг ушла куда-то вниз, а весь обзор заслонил сверкающий огоньками звезд небосвод. В животе у него ухнул комок страха, когда в теле появилась необычайная легкость. Несмотря на неожиданность испуга, мужчина все же отметил про себя странность — судя по всему получалось, что он поднимается, но чувства говорили об обратном — буквально крича ощущениями свободного падения. Бросив взгляд в боковое стекло, водитель увидел снизу уже далекую, темную поверхность земли, постепенно удалявшуюся, судя по изменяющейся линии горизонта. Вот только крыло самолета в привычной картине взлета отсутствовало.
Поняв, что ему просто все вокруг мерещится (приступ может какой?), водитель, хватаясь за крохи оставшегося с ним сознания, утопил в пол педаль тормоза — двигатель по-прежнему работал, а колеса машины крутились в воздухе. Практически одновременно он сбросил рычаг коробки передач на нейтральную скорость и нажал кнопку аварийной сигнализации.
Совершенно неожиданно яркие фары внедорожника выхватили появившийся в поле зрения наверху срез грузового отсека, в который сейчас постепенно поднималась машина вместе с напрочь ошарашенным происходящем человеком внутри. И только яркое, оранжевое мигание аварийной сигнализации, призрачно освещавшее серо-стальные стены вокруг, уверило водителя в некоторой реальности происходящего — по крайней мере, если он сейчас бредит, то почему в его бреду столько связанных мелочей? Додумать водитель не успел — на мгновенье почувствовав сильный удар, он потерял сознание.
Лейтенант Край, командир десантной группы Его Величества фрегата «Скрут», приписанного к отряду «Искатель» — подразделения дальней разведки департамента исследования новых территорий, опустил парализатор и медленно обошел поднятое гравизахватами транспортное средство, с неподдельным интересом его рассматривая. Заглянув в салон, лейтенант убедился, что абориген находится без сознания, и прежде чем вытащить его из машины, не удержавшись, слегка пнул ногой одно из колес.
Край уже долгое время служил в отряде «Искатель», повидал много изолированных миров и далеко не в первый раз сталкивался с колесными средствами передвижения, но подобное наблюдал впервые — по очертаниям машина походила на самый настоящий спортивный боллерт, какие можно было увидеть в городах Империи. Но вот эти колеса… да и множество других отличий — как те же сигналы, расцвечивающих сейчас этот необычный аппарат. Край даже отошел на несколько шагов, поджав губы и еще раз окинув взглядом машину, глядя с некоторым небрежением и недоумением. С похожими чувствами, наверное, мог бы взирать обычный землянин, если бы увидел современный спорткар, приводимый в движение с помощью паровой тяги или даже конной упряжки.
Между чем десантный челнок покинул плотные слои атмосферы и на двигателях Юкавы устремился к спутнику недавно обнаруженной обитаемой планеты, еще даже не имеющей первичного идентификатора. Хотя вероятность быть обнаруженным для оборудованного самыми современными сенсорами разведывательного фрегата «Скрут» близилась к нулю, капитан рисковать не собирался — он не стал приближаться к планете на орбите которой вращалось достаточно большое количество рукотворных объектов.
Лейтенант Край, после того как извлек аборигена из машины и поместил в медицинскую капсулу, снова вернулся в десантный отсек, в центре которого удерживалась гравизахватами диковинная машина, и принялся ее рассматривать. Край был собой доволен — выполнил задачу блестяще, еще и со значительным запасом по времени — так что можно и потешить свое любопытство, а отчет составить позже. Через некоторое время у странной машины собрался почти весь экипаж челнока — четыре специалиста десантной группы, два техника и пилот. Даже находившиеся в отсеке несколько аборигенов не привлекали такого внимания экипажа, хотя трое из них были с невероятно черной кожей, а двое с непривычным, слишком узким разрезом глаз. Кто-то из экипажа уже сталкивался с подобными людьми в многочисленных колониях Империи, а вот подобных машин, поражающих своим современным видом вкупе с анахронизмом конструкции двигателя, пока не видел никто.
Через стандартные сутки, когда полученная путем полного сканирования мозга аборигенов информация была структурирована, и первичный отчет капитана был отправлен на ближайший ретранслятор для передачи в департамент исследования новых территорий, фрегат дальней разведки, учитывая важность полученных данных, остался в системе, ожидая ответа.
Тела семнадцати аборигенов, которые были доставлены с планеты на борт корабля двумя поисковыми группами, утилизировали в биодеструкторе. После полного экспресс-сканирования мозга они уже не были разумными существами, а использование их биоматериала в капсулах не дозволялось при отсутствии должного заключения департамента здравоохранения, которого в ближайшее время точно не предвиделось. Забавную машину, так похожую на спортивный боллерт, отправили в пространство, использовав как мишень для тренировки оружейных расчетов фрегата. Несмотря на явное расстройство членов экипажа — некоторые уже успели покататься по ангару, найдя в перемещениях лишь в одной плоскости определенный интерес, но приказ капитана не обсуждался. Однако через семь стандартных суток вынужденному ничегонеделанию пришел конец — полученный приказ обязывал капитана провести углубленное исследование обнаруженной изолированной цивилизации и подготовить к переговорам местных обитателей из кругов населения, облеченных властью.
Команда фрегата деятельно принялась за работу по сбору информации — судя по полученному капитану приказу, времени до прибытия предварительной дипломатической миссии оставалось немного. Среди офицеров экипажа ходили самые разные догадки — очень уж обнаруженная планета располагалась далеко от системы Нави, ближайшей границы Империи, — гораздо ближе она была к секторам галактики принадлежащих Джеламану — влиятельной республике из состава Торгового Альянса. Большинство членов экипажа сходилось во мнении, что Империя не будет тратить огромные средства на укрепление безопасности этой системы и рисковать, располагая здесь гарнизон, в то же время было понимание, что эту богатую ресурсами планету для джелов так просто никто не оставит.
Мнений и предположений в офицерской кают-компании фрегата дальней разведки высказывалось много, но сходились все в одном — ничего хорошего в ближайшем будущем для населения этой планеты точно не предвидится.

Конфедерация свободных Миров Желтый сектор, Система Кавеа

Конфедерация свободных Миров
Желтый сектор, Система Кавеа
— Диспетчерская Кавеа-Прайм, здесь транспортное судно Вояжер, бортовой номер Y1809, нахожусь в обычном пространстве, прошу разрешение на стыковку с внешним космопортом.
— Вояжер ноль девять, здесь Кэйвеа, — раздался в рубке транспорта голос, в котором мелькнули недовольные нотки, — ваши координаты получены. Подтвердите запрос на видеосвязь.
— Кэйвеа, здесь Вояжер ноль девять, запрос подтверждаю, — старательно скопировал акцент капитан космического грузовика, чтобы понапрасну не расстраивать диспетчера своим произношением. Кавеанцы славились обидчивостью, и, если диспетчер будет недовольна тем, что название ее родной планеты коверкают к привычному ей произношению, может и продержать на орбите ожидания — здесь не Империя, и авторитет Промышленной Компании Сатари не настолько силен чтобы предъявлять претензии из-за долгого простоя. В рубке между тем чуть мигнуло и перед навигационным экраном возникло объемное изображение диспетчера за пультом, с размытым позади фоном.
— Не двигайтесь, идет процесс идентификации, — произнесла голограмма.
Второй пилот после этого даже замер в своем кресле, забыв как дышать, пока программа сканирования идентифицировала находящихся в кабине грузовика. Капитан транспорта в это время рассматривал диспетчера — миниатюрная молодая женщина, как все кавианки с черными, блестящими смоляными волосами и белой, почти пергаментной кожей. Давно он не был в этой системе, а когда прилетал на Кавеа в прошлый раз, больше десяти лет назад, восстание умников еще не произошло и идентификацию пилотов кораблей Империи не проводили в том числе и визуальным способом.
Несколько секунд прошло в томительном молчании. За это время программа идентификации просканировала рисунок сетчатки глаз обоих пилотов и по запросу получила ответ от глобальной системы галактической навигации.
— Вояжер ноль девять, идентификация завершена, отправляю координаты для ожидания на коммерческой орбите Z-3, прошу подтвердить.
— Кэйвеа, координаты получили, ложусь на заданный курс, — только командир активаровал подтверждение в интерактивной панели запроса, как видеоканал закрылся.
— Ну что, Коул, ждем, — когда автопилот вывел транспорт на заданную точку коммерческой орбиты, посмотрел капитан на своего единственного подчиненного. Тот — вчерашний выпускник училища коммерческих пилотов, смотрел по сторонам, метаясь взглядом по экранам рубки. Возбуждение пилота было понятно — для него это был первый официальный рейс после училища и сразу за границы Империи — в систему Кавеа, часть Конфедерации Свободных Миров.
— Лэр, долго ждать? — наконец осмелился спросить капитана и пилота-наставника Коул, когда в полной тишине прошло несколько минут.
— Можешь звать меня Горс, сынок, — пробормотал тот, посмотрев на своего молодого напарника.
— Хорошо…. Горс, — замялся Коул на мгновенье — молчаливый и угрюмый пилот за весь полет, длившийся около стандартного месяца, проронил едва больше десятка слов. Еще и внешность у него отталкивающая — неясно почему, но капитан почему-то не прибегал к реконструктивной хирургии, не делая коррекцию тела, поврежденного в давней аварии — лицо его пересекал длинный и довольно уродливый шрам, заставляя один глаз быть немного выше другого. Зрелище было настолько пугающее, что в лицо своему командиру Коул старался по возможности не смотреть.
— Ждать долго, — возвращаясь взглядом к навигационным экранам, произнес Горс, — а может, и нет. Можешь врубить гипносон, или в вирт нырнуть — все равно кавианцы сами нас состыкуют с грузовым доком.
Коул кивнул, но из пилотского кресла подниматься не думал — какой может быть гипносон, когда он сейчас находится в чужой системе, далеко от границ Империи и ждет своей первой рабочей стыковки? А лимит вирта он решил пока не использовать — подкопить, и когда вернется из рейса сразу суток на двое зависнуть.
— Лэр… Горс, простите, а долго будет происходить выгрузка?
— Выгрузка? — даже поднял разрезанную шрамом на две половинки бровь командир транспорта, — нет, выгрузят-то быстро. Но ждать будем долго — груз не по предоплате, поэтому нас сначала состыкуют с грузовым модулем, а после будем ждать, пока от получателя пройдет оплата. Это от одних до трех стандартных суток, — предугадав следующий вопрос, произнес Горс.
— А мы…
Тут прервав незаданный вопрос диспетчера в воздухе запульсировал значок вызова, и тут же в кабине раздался голос диспетчера.
— Вояжер ноль девять, здесь Кэйвеа, согласована стыковка с тринадцатым грузовым модулем внешнего космопорта. Прошу разрешить доступ к управлению посадочной программой.
— Кэйвеа, здесь Вояжер ноль девять, доступ разрешаю, — чуть наклонился Горс в пилотском кресле, подтвердив активацию стыковочных систем под сторонним управлением.
Антигравы на кораблях типа «Вояжер» по нормам Компании работали на самом минимуме, в режиме экономии и пилоты даже почувствовали едва ощутимый толчок, когда транспорт пришел в движении. Этот грузовик был очень стар даже по меркам космофлота, и Горсу все время чудилось, что он слышит поскрипывание переборок, хотя такого быть не могло в принципе. Экраны в рубке между тем ожили и на них появилось проецируемое изображение увеличивающейся в размерах планеты, над которой висело сразу два пояса орбитальных станций и уродливым наростом выделялся внешний космопорт, паразитом облепивший один из спутников.
— Э… Горс, лэр, простите, почему… — сбился на официальное обращение Коул, намереваясь спросить, почему управление транспортом полностью передано в руки диспетчерской службы.
— Потому что после третьей волны мобилизации коммерческих пилотов в космофлот за штурвалами транспортов все больше парни вроде тебя, — усмехнулся Горс, и добавил, пожав плечами: — Видимо здесь кто-то уже слегка не вписался в ворота дока.
— Лэр, так вы же опытный пилот, у вас допуск систем-навигатора, вы же…
Горс, у которого на самом деле был допуск эскадрон-коммандера, только это не значилось в открытой карточке пилота, отвечать не торопился, задумчиво наблюдая на экранах за приближением грузового модуля космопорта. Второй пилот в этот момент неожиданно для себя задумался, почему такой опытный пилот как Горс во время продолжающегося уже восемь лет восстания умников всего лишь пилотирует старый грузовик на спокойной от войны окраине Империи.
— У нас с тобой стандартные сутки, — проговорил вдруг Горс, — после этого подтверждение оплаты может прийти в любой момент и в течение стандартного часа нас попросят очистить док. Штраф за простой здесь триста кредитов в час, поэтому постарайся не задерживаться.
— Да я… да я только по космопорту пройдусь немного, и назад…
— К шлюхам не пойдешь, что ли?
— К шлюхам? — расширились глаза второго пилота, — в вирт-салон?
— К живым шлюхам, сынок! Здесь тебе не Империя, — Горс вдруг громко рассмеялся.
Коул посмотрел на своего капитана и едва заметно покачал головой, в которой не укладывались мысли о том, как можно заняться сексом с незнакомым существом в реальном времени. Это же грязно, грубо, да… неестественно, в конце концов!
— Ладно, расслабься, у тебя еще все впереди, — махнул рукой Горс, возвращаясь к экранам, — здесь есть пассажирский экспресс планетарного лифта из космопорта до столицы и обратно, раз в три часа — если соберешься, рассчитывай исходя из этого. Гуляя по городу не выходи за пределы туристической зоны — если тебя убьют или покалечат вне ее, Компания страховку платить не будет.
Ошарашенный Коул по-прежнему во все глаза смотрел на старшего напарника, а тот вернулся взглядом к экранам, на которых уже большинство площади изображения занимали широкие ворота посадочного дока, к которым оператор подводил транспорт. Вояжер еще раз едва ощутимо дернулся — в тот момент, когда прекратили работу посадочные автоматы, и пришла в действие система гравизахватов грузового дока.
Транспорт быстро оказался внутри — в этом рейсе к Вояжеру не было прицеплено ни единого контейнера — весь груз умещался в трюмах. Что за груз, Горс не знал, да и не интересовался — это было внутреннее перемещение между дочерними подразделениями Компании и ни о каких пошлинах или дополнительном оформлении беспокоиться было не надо. Его больше волновало то, что следующий пункт — система Нави в седьмом секторе Пограничных Миров, где он должен забрать сцепку с контейнерами и доставить их в один из центральных миров Империи. Впрочем, предстоящий маршрут пугал обоих пилотов Вояжера — Горс прекрасно видел, что у вчерашнего выпускника летной академии Коула, выходца со спокойных внутренних миров едва поджилки не тряслись при мысли о том, что транспорту предстоит перемещение по системам сектора, в которой еще тлел огонь войны. Имперский Флот хоть и одержал победу, защитив Доминион Нави в ходе недавнего рейда остатков умников в Пограничных Мирах, но очаги сопротивления еще оставались. Самого же Горса буквально передергивало от отвращения, когда он думал о предстоящем общении с таможенной службой Внутренних миров, которая может вынуть всю душу — транспорты из пограничья всегда проверяют с особой тщательностью. Невольно выругавшись себе под нос, Горс отогнал от себя неприятные мысли и, к удивлению второго пилота издав губами дребезжащий неприличный звук, потянулся к бортовому компьютеру, выведя интерактивный экран.
Транспорт между тем, едва качнувшись, замер в системе гравизахватов дока и послышалось шипение, которое сопровождало соединение шлюзовой камеры с посадочным рукавом.
— Первым делом, прибывая в порт назначения, что необходимо сделать? — продолжая отдавать команды системам корабля, перемещая окна интерактивной системы, поинтересовался Горс у своего второго пилота.
— Зарегистрироваться в портовой службе?
— Первым делом необходимо обновить данные навигационной системы, — даже не обратив внимания на реплику помощника, произнес Горс. — Ты же не хочешь вывалиться из пространства в чужой системе, в закрытом секторе или в зоне внезапно для тебя начавшихся военных действий? — произнес он, подтверждая оплату положенного сбора за обновление данных.
Несколько секунд пока заполнялась темным шкала загрузки пилоты сидели на своих местах молча, но тут голо-экран навигационного терминала мигнул несколько раз, заканчивая процесс обновления и изображение после легкого звукового сигнала исчезло с глаз.
— Так, ну-ка посмотрим, — нажал одну из интерактивных кнопок Горс, увеличивая карту звездного сектора, на которой синей подсветкой была выделена территория Империи. Быстрый взгляд пилота скользнул по названиям систем, не заметив никаких глобальных изменений даже в поясе Диких Миров — границе Империи с системами Кроудена, где укрепилась большая часть избежавших уничтожения умников. Капитан удовлетворенно хмыкнул — никаких перемен видно не было. Ну или просто новостная цензура пока не пускает информацию в общий доступ.
— Лэр, а это что? — слегка подкрутив массив голо-карты, показал едва видный в таком масштабе подсвеченный светло-зеленым участок на границе одиннадцатого сектора Пограничного пояса, который по галактическим меркам находился совсем рядом с системой Нави, к которой вскоре и предстояло отправиться Вояжеру.
— Судя по подсветке, обнаружена цивилизация гуманоидов, — пожал плечами Горс, приближая изображение и выведя на экран доступное описание, кивнул сам себе: — Ну да, дикари какие-то.
На экране рядом с планетой высветился набор символов, но он мог многое сказать разбирающемуся в обозначениях человеку.
— Средний уровень Дельта-2, лэр! — удивленно глянул на пилота-наставника Коул, который так и не смог пока перейти на предложенный неофициальный тон общения с капитаном: — Это не гуманоиды, это люди, лэр! А вот, вот, смотрите, высший по планете уровень Альфа-3 — судя по всему, они уже смогли выйти в ближний космос!
Действительно, уровень высшей точки технического развития для цивилизации изолированного развития был довольно высокий — три (уровень кавеанцев, к примеру, составлял пять, самой же Империи — семь), а префикс «Альфа» указывал на то, что некоторых обитателей обнаруженной планеты можно отнести к людям, физиологически неотличимым от жителей Империи.
Горс в ответ на слова своего второго пилота скептически усмехнулся и покачал головой — больше десятка лет на самой заре карьеры он прослужил в отряде дальней разведки «Искатель», числящегося тогда еще в подчинении оперативного командования Космофлота, поэтому длинный цифровой код обнаруженной обитаемой планеты ему говорил гораздо больше, чем обычному пилоту.
— Вот это видишь? — указал на следующие несколько символов в цепочке Горс, — социальное развитие общества таково, что на этой планете решение бытовых и личностных проблем с помощью насилия в порядке вещей. Готов сотню кредитов под заклад поставить, что они, даже достигнув третьего уровня, в глубокий космос до сих пор еще даже не пытались выйти.
— Каким образом? — непонимающе воззрился Коул на капитана.
— Как каким? Наверняка у них там с десяток государств, которые перманентно воют друг с другом за ресурсы, вместо того чтобы…
— Лэр, прошу прощения, — невольно перебил пилота-наставника Коул, — я хотел спросить, что значит применение насилия в решении личных конфликтов?
— Личных конфликтов? — Горс посмотрел на второго пилота, и вдруг громко засмеялся. Через несколько секунд, дав волю чувствам, он, все еще улыбаясь, произнес: — Вот, к примеру, тебе с твоим другом нравится девушка, и чтобы решить, кто больше ее достоин, вы решаете проблему поединком.
— И она выбирает того, кто победил?
— Нет, она все равно выбирает того, кто ей больше нравится.
— Зачем же тогда поединок? — Коул широко раскрытыми глазами смотрел на собеседника и не мог понять, всерьез тот говорит, или шутит.

Российская Федерация. Колпинский район г. Санкт — Петербурга

Российская Федерация
Колпинский район г. Санкт-Петербурга
«Тебе конец» — смысл сообщения был прост и понятен. Его лаконичность, краткость и непечатная форма подачи, которая светилась сейчас на экране моего телефона, лишь сильнее подчеркивали эмоциональный окрас.
Глубоко вздохнув и закрыв глаза, я попытался хотя бы не немного не думать о будущем. Да и о прошлом. Не получалось — все тело было сковано не желающим ни на мгновенье уходить напряжением, а мысли только и делали, что возвращались к событиям минувших выходных.
— Че, Стенин, ссышь?
Неожиданно раздавшийся звонкий голос заставил меня дернуться, будто от удара. Резко развернувшись, я столкнулся взглядом с Танькой Смирновой, насмешливо взирающий на меня своими огромными зелеными глазами.
Чувствуя, как лицо заливает предательской краской, открыл было рот ответить, но не нашелся что сказать. Тут же раздался дружный девичий смех и Смирнова вместе с Кульбацкой, насмешливо поглядывая, обошли меня и, выйдя из-за угла здания, направились к крыльцу нашего терема. Или Политехнического колледжа, если по-русски.
— Правильно ссышь, Федотов сказал, тебя убьет, как увидит, — обернулась на прощанье Смирнова, махнув косами.
Ага. Если бы расстроенный Федотов был единственной моей проблемой, я бы, наверное, сейчас бегом в альма-матер бежал, на ходу прыгая от счастья — ну постучали бы мы с ним друг другу по лицу в крайнем случае, и то не факт. Сглотнув ком расстройства в горле, я выдохнул и, потерев горящие от стыда уши, развернулся, двинувшись прочь от терема. Нет, сегодня я туда не пойду. Как и вчера не ходил.
Миновав несколько кварталов, дошел до небольшого сквера и, усевшись на скамейку, начал очередной сеанс самобичевания, ругая себя всеми словами, которые только знал. Ну, вот зачем я в субботу на дискотеке так напился? Зарекался же никогда алкоголь не пробовать — пример папика перед глазами как-никак, но вот попробовал. И что теперь?
В минувшие выходные я слишком уж принял на грудь и… и так получилось, что долго и страстно целовался в уголке с Наташкой, самой красивой девушкой класса. Которую Леня Федотов считал своей подругой, в широком смысле слова, и естественно после случившегося расстроился — то, что он обещал со мной сделать, мне на словах несколько раз уже передали. И ладно бы я с Наташкой еще этого… того — не так обидно было бы. А так до дома проводил просто и, награжденный еще парочкой пьяных поцелуев, пошел домой. А ведь останься я с ней, наверняка сейчас не находился в подавленном состоянии безысходности. У меня ведь раж открытий чудных далеко не прошел, и в затуманенном сознании упиваясь своей пьяной удалью, я двинулся на поиски приключений. Нашел, на свою голову — проходя мимо тачки Олега, местного барыги, который жил в соседнем от меня подъезде, я вдруг решил исполнить борца с преступностью и некоторое время пинал колеса белой восьмерки с салатовыми бамперами, бормоча что-то нелицеприятное про наркоторговцев. А после, не удовлетворенный произведенным эффектом, разбил в пьяном угаре боковое стекло и, достав какой-то журнал, долго рвал его на отдельные листики, складывая их горкой в салоне под снятым с сиденья вычурным чехлом с драконом. Ну и поджег в конце, да.
Что делать теперь, я не знал. Олег после того как сгорела его машина (когда я проснулся утром, была у меня еще надежда, что поджог не удался, но взгляд в окно ее быстро убил) наверняка расстроился. А учитывая его жизненный опыт — досрочное освобождение после двух лет колонии за тяжкие телесные, думаю, словесным внушением с его стороны дело не ограничится.
Вздохнув, я еще раз глянул на сообщение в мобильном. Номер незнакомый, но скорее всего от Федота — вряд ли Олег, узнав о том, что это я его машину сжег, стал бы так палиться. Но если сообщение от Олега, это финиш — мелькнула мысль, поведя по спине колким холодом ужаса…
Последние два дня я жил в постоянном страхе — казалось, что Олег поджидает меня за углом, а каждый звонок телефона заставлял дергаться как от удара. Не знаю, вычислил он уже меня или нет, но место жительства надо срочно менять. Нести ответ за свершенное перед официальным наркоторговцем всего микрорайона мне категорически не хотелось, и ближайшие жизненные планы из-за этого рушились как карточный домик, а новые еще не выросли стройной конструкцией. Ясно только, что из Колпино надо валить, и желательно подальше. Впереди лето, и можно попробовать найти где-нибудь работу, а там уже по ситуации. К сожалению, в армию мне никак — после недавнего планового медосмотра в военкомате я две недели пролежал в больнице в Питере на обследовании, а после вышел оттуда с бумажкой о том, что армия мне не светит — что-то с сердцем. На мой вопрос как же теперь жить дальше, заведующая отделением ответила просто: «Да ничего, живи как жил, просто в армию не пойдешь».
Но надо сказать, что в армию я хотел — последние три года, ютясь в тесной комнате коммуналке вместе с матерью, только и думал о том, что скоро уйду в армию, заранее получив водительские права от военкомата. Отслужив, намеревался пойти водителем — а если повезет, то и сразу дальнобойщиком. Потом куплю себе свой грузовик как дядя, и…
— Эй, урод! — вывел меня из нервной задумчивости крик, заставляя подобраться и резко вскочить. Как раз вовремя — столкнулся взглядом с Федотовым, шагнувшим ко мне; лицо его было перекошено, желваки играли, и чувствовалось в нем бурлящее напряжение. Черт, этого тут только не хватало — знал бы он, что его Наташка мне сейчас так фиолетова…
— Ты че, а? Че говно, а? — зубы Лени были крепко сжаты, и говорил он резко, сдерживая кипевшую в нем ярость предстоящей драки. Краем ощутив смазанное движение и машинально отшатнувшись, я почувствовал дуновение воздуха от пролетевшего мимо лица кулака — очень вовремя среагировал.
За спиной Федотова возвышались тени его дружков, а по сторонам уже собирались зрители, у многих в руках были мобильные телефоны, зазвучали ободряющие крики. Обидно, конечно, но подбадривали почти все Леню.
Смирнова, коза — наверняка она меня вломила!
— Ты а-а? Я тебя мля… — продолжал с надрывом плеваться ничего не значащими сейчас возгласами Федотов, прыгнув ко мне и снова попытавшись достать. Руки его замелькали, удары сыпались на плечи, в торс, но ни в голову, ни по лицу он мне ни разу не попал. Мне сильно мешалась скамейка — когда в очередной раз я отступил, она ударила под колено, заставляя упасть, тут же Федотов попытался достать меня ногой, но я отмахнулся из положения сидя, упал на землю и, перекатившись в сторону, успел подняться.
— Давай, Федот, убей его!
— Ну, резче, резче!
— Бей!
— Вали его! Давай!
На краткий миг я начал слышать все вокруг, и даже охватил глазами почти всех, кто наблюдал сейчас за дракой, блестя глазами и возбужденно покрикивая. Впрочем, большинство наблюдало за действом через экраны своих мобильных, снимая происходящее.
Сильно напрягала сумка с тетрадями, болтавшаяся на ремне через плечо, но скинуть ее времени не было — Леня опять на меня бросился, и в это раз попал — сначала губы ожгло ударом, а после во рту и медный привкус крови появился. Это меня подхлестнуло — выкрикнув что-то бессвязно, я бросился на противника, размахивая кулаками. Федотов крепко достал меня еще раз, теперь по скуле, но боли от ударов уже не чувствовалось — по-прежнему бессвязно ругаясь, я вошел с противником в клинч, заваливая его на землю. Получилось очень удачно — Леня сильно приложился головой о твердую землю парковой дорожки, взгляд его помутнел, и я моментально сориентировавшись, двинул ему сначала локтем из немыслимого положения, а после, приподнявшись, несколько раз приложил кулаком сверху вниз. Когда после второго или третьего удара Федотов пробовал поднять голову, я как раз смачно попал ему в нос, голова его после этого дернулась назад, и при встрече затылка утоптанной землей раздался глухой звук, как будто колотушкой по бревну попало.
Крики стали громче, ко мне кто-то подскочил, дергая за плечи, за сумку, которая по-прежнему болталась на плече, и сейчас ее ремень сильно и больно впился в шею, еще несколько человек схватило меня, поднимая. Невежливо попросив убрать руки, я рванулся, вырываясь.
Как назло, последние моменты схватки оказались не засняты — по крайней мере, записью, где было видно, как я опрокинул Федотова, после со мной никто не поделился. Впрочем, это было не очень обидно на фоне того, что произошло в следующий миг.
— Стэн, Стэн, да успокойся ты, смотри! — потряс меня кто-то за плечи: голос слышался громко, но будто со стороны. Тяжело дыша, понемногу отходя от выброса адреналина и начиная воспринимать многоголосый гомон вокруг, тональность которого отличалась от того, что было минутой раньше, я вязко сплюнул кровавой слюной и все же глянул на небо.
— Ничего себе, — выдохнул почти беззвучно, глядя туда, куда были направлены сейчас все взгляды и объективы смартфонов. Поведя плечами, освобождаясь от держащих меня рук, я посмотрел вверх, на чистое, не закрытое облаками прозрачно-голубое небо, где виднелись огромные очертания межзвездного корабля, подсвеченного белой дымкой — как бывает с луной, когда ее днем на небосводе видно. Но по сравнению с этим звездным крейсером (то, что это военный корабль, сомнений у меня почему-то не было), луна на небе показалась бы футбольным мячиком рядом с танком. Впрочем, инопланетный корабль сейчас просто ближе, находясь на околоземной орбите — теснились у меня в голове мысли, сравнения, пока я завороженно, как и все, смотрел вверх, не обращая внимания на щекотку текущей по подбородку крови.
— Это что за хрень, мать вашу? — прошептал кто-то рядом со мной.

Империя Эней, Седьмой звездный сектор Пограничного пояса. Система Нави, планета Нави — Прайм

Империя Эней, Седьмой звездный сектор Пограничного пояса
Система Нави, планета Нави-Прайм
— Его Величества тяжелый крейсер «Инвиктус» в сопровождении отряда вспомогательных кораблей успешно выполнил поставленную задачу, прибыв в девятый сектор Пограничных Миров и…
— Адмирал Мэнсона, прошу объяснить совету, на каком основании вами принято решение вывести из состава оборонительной эскадры нашего сектора самый боеспособный крейсер, чтобы отправить его к одной единственной планете на окраине обитаемых миров, на которой обнаружены аборигены, едва шагнувшие из индустриального века?
Прервавший докладчика Каур Экортр, премьер-министр доминиона Нави даже привстал со своего места, одернув полу строгого костюма. Взгляд его уперся в голографическое изображение адмирала, которая участвовала в совете, находясь на мостике крейсера «Клио», флагманского корабля Одиннадцатого Императорского Флота, базирующегося в Седьмом звездном секторе миров Пограничного пояса Империи Эней.
На вопрос премьер-министра адмирал Мэнсона ответила не сразу, взяв небольшую паузу. Лишь только увидев едва заметный кивок обрамленной черными как смоль волосами головки председательствующей на совете принцессы Камиллы, Мэнсона посмотрела в глаза премьер-министру.
— Решение было принято мной на основании рекомендаций департамента стратегического планирования и имеет все необходимые согласования.
Изображение адмирала чуть дрогнуло — флагманская эскадра несла боевое дежурство на самой границе сектора, и связь была не настолько устойчивой, чтобы обеспечить полный эффект присутствия.
Камилла, принцесса Нави, урожденная герцогиня Меллани, пользуясь тем, что все в ожидании смотрели или на премьер-министра, или на сектор связи с мерцающей фигурой адмирала, позволила себе опустить голову и, сделав вид, что поправляет локоны, на несколько мгновений закрыть глаза. Хотя поправлять прическу не было нужды — окажись сейчас принцесса в открытой кабине движущегося атмосферного гравилета, ни один волосок не посмел бы пошевелиться дальше определенных укладкой пределов. Принцесса, пытаясь успокоиться, легкими касаниями еще раз прошлась по локонам, а после опустила руки, сцепив свои тонкие изящные пальцы.
Впрочем, когда Камилла подняла взгляд, на ее юном лице уже снова была бесстрастная маска, а во взгляде читалось лишь толика ленивого интереса. Но, несмотря на внешнее спокойствие, Камилла сейчас находилась в невероятно взволнованном состоянии — сердце билось все сильнее, в горле угнездился ком, который все не получалось сглотнуть. Не в силах сохранять неподвижное положение, девушка попыталась добавить во взгляд немного усталости от происходящего и, подняв сцепленные руки, положила подбородок на выставленные подушки больших пальцев.
Секунды тянулись невероятно долго, заставляя сердце по-прежнему стучать в горле — ведь сейчас, затребуй премьер-министр у Мэнсоны информацию о том, кто согласовывал решение об отправке тяжелого крейсера за пределы Седьмого сектора, промолчать уже не получится. Украдкой принцесса бросила взгляд на Экортра, но по его бесстрастному лицу сейчас ничего нельзя было прочитать, хотя наверняка премьер-министр сейчас был занят напряженным мыслительным процессом. Рискнет или нет? Ведь из департамента стратегического планирования пришла рекомендация, не распоряжение, а рекомендация требовала соответствующих согласований, которые могли быть ветированы Экортром — в данной ситуации, являясь премьер-министром системы, находящейся в состоянии оранжевого уровня опасности, обладающим на это бесспорным правом. С другой стороны, Экортр наверняка должен опасаться того, что если рекомендация утверждена не в оперативном командовании Космофлота, а кем-то на Империуме, информация о пренебрежительном тоне премьер-министра в оценке отправки тяжелого крейсера из зоны напряженности обязательно достигнет лордов из департамента стратегического планирования. Очень быстро достигнет, несмотря на неисчислимые расстояние, разделяющие Внутренние Миры от систем Пограничного пояса. Департамент стратегического планирования — это не командование оперативных соединений космофлота и даже не колониальное правительство. Это элита элит, лорды из высшего света аристократии Империи.
Когда премьер-министр, который до этого по-прежнему продолжал находиться на ногах, присел на свое кресло, Камилла едва сдержала вздох облегчения. Не спросит, а значит, у нее пока есть время — не получив информацию сейчас, Экортр автоматически соглашается с принятым Мэнсоной решением, и уже не сможет потребовать ответа после. Он, конечно, захочет знать, кто одобрил передислокацию «Инвиктуса», но сделать это будет нелегко — даже премьер-министр целой звездной системы не может надеяться на то, что получит информацию из разведуправления космофлота.
— Да чтоб тебе «Гремлин» в жопу прилетел, шарманка траханная! — неожиданно громко раздался напряженный возглас на кавианском, разнесшись по всем уголкам немалого зала Колониального Совета. Мигом позже, все также на кави, было послано и несколько ярких эпитетов изобретателям не желающего сейчас работать системного квантового передатчика.
Голограмма изображения адмирала между тем пошла рябью помех, и вдруг едва сверкнув, снова засияла чистотой изображения. На неприличествующие месту и времени несколько крепких выражений, которыми помог себе в отладке оборудования офицер связи на командном мостике крейсера «Клио», никто не отреагировал — присутствующие сделали вид, что не обратили внимания на этот незначительный инцидент. Хотя наверняка сегодня он станет основным предметом обсуждения в салонах Эритема — крупнейшего поселения планеты Нави-Прайм, городе-столице Доминиона Нави и всего Седьмого звездного сектора.
Адмирал Мэнсона, чуть дернув уголком рта, медленно оглядела членов совета, не задержавшись взглядом на премьер-министре, и снова дождавшись разрешающего кивка принцессы, продолжила.
— Тяжелый крейсер Его Величества «Инвиктус» в сопровождении отряда вспомогательных кораблей успешно выполнил поставленную задачу, прибыв в девятый сектор, и сейчас специалистами проводится стыковка модулей ретрансляционной станции, а также развертывание первого, базового уровня планетарной обороны, после ввода в строй которого посольская миссия будет готова приступить к переговорам.
— Я не вижу на повестке собрания совета вопроса о назначении уполномоченного посла, — прокаркал вдруг Тау Комри, генерал-губернатор звездной системы Эльтора — промышленного региона, где не было ни одной планеты пригодной или отформированной для жизни, а все люди обитали под куполами и на орбитальных станциях, поддерживая работу многочисленных добывающих и производственных комплексов.
Камилла посмотрела на генерал-губернатора, вздохнула, но вдруг у нее едва не перехватило горло от судороги. Принцесса, уже не боясь постороннего внимания, зажмурилась. Девушка почувствовала предательскую слабость, у нее начали гореть уши, и прилила кровь к щекам — она почувствовала, что краснеет. Неожиданно перед глазами принцессы возникли отец с матерью в церемониальных нарядах, которые когда-то также сидели на этом самом месте, председательствуя на совете. Молодые, сильные, величественные — такие, как она их запомнила. Почувствовав вдруг необычайную легкость, Камилла мысленно улыбнулась и, выпрямившись в кресле, медленно осмотрела присутствующих на совете, мазнув взглядом по каждому, но ни ком не задерживая взгляд.
— В этом нет необходимости, господин Комри, посол уже назначен, — негромко и ровно произнесла принцесса.
— Ваше высочество, может совет узнать, кто же это и кто его назначил?
— Уполномоченным послом назначен лорд-протектор Деклуа, который в составе дипломатической делегации готов отправиться на эту планету, когда будет обеспечена достаточная безопасность посольской миссии. В данный момент официальным лицом, представляющим Империю, является командир крейсера Инвиктус, коммодор Молтено. Решение принималось мною, принцессой Нави, согласно полученной рекомендации из метрополии.
В круглом зале совета наступила гробовая тишина. Больше тридцати человек смотрели на принцессу, которая вот уже в течение двух лет формально занимала должность председателя Колониального совета Седьмого звездного сектора, но ни разу не открывала рта, чтобы произнести фразу длиною более пяти слов, а в обсуждении важных вопросов и вовсе никогда не участвовала. Кто бы мог подумать, что эта юная кукла, после трагической гибели своих родителей прибывшая сюда с Империума, прямиком из института благородных девиц, может думать о чем-то, что выходит за пусть широкие, но все же рамки развлечений нынешней молодежи. Удивление читалось во многих направленных на принцессу взглядах, и теперь явно не инцидент с несдержанным офицером связи флагмана «Клио» станет главной темой вечернего обсуждения в салонах высшего общества Эритема.
Но самым спокойным и безмятежным из всего совета выглядел премьер-министр Экортр. На принцессу он даже не глянул, хотя именно для него это было самым неожиданным сюрпризом — принцессу до этого всерьез никто не воспринимал. Система Нави хоть и была родовым доменом рода Мелани, одного из старейших родов Энея, который славился безупречной родословной и принадлежностью к правящему Дому, но последнее столетие не играл важной роли в политике Империи, а недавние трагические события и вовсе едва не уничтожили этот древний род.
— Ваше высочество, раз это вы принимали столь важные решения, прошу разъяснить совету важность этой планеты, раз туда направлен Инвиктус, а посольскую миссию возглавляем сам, — выделил последнее слово наконец-то поднявший взгляд премьер-министр Экортр, — лорд-протектор Деклуа.
Еще один сюрприз для присутствующих — последние несколько лет Деклуа слегка отошел в тень политической жизни звездного сектора, сосредоточившись на своих обязанностях лорда-регента домена Мелани, а поименование его лордом-протектором из уст самой принцессы означало, что она уже приняла на себя всю ответственность полноты власти.
«Хорошо еще, что ты не уточнил состав вспомогательного отряда кораблей», — между тем мысленно обратилась к собеседнику Камилла, со всей возможной благожелательностью глядя ему в глаза. Экортр точно бы удивился и наверняка потребовал бы объяснения, узнав, что количество судов сопровождения в три раза больше, чем обычный походный ордер для корабля такого класса.
Камилла, легко улыбнувшись, между тем сделала долгую паузу, во время которой она всей кожей чувствовала нарастающее напряжение в зале. Но, легко выдерживая тяжелый взгляд премьер-министра, к своему удивлению чувствуя неожиданное удовольствие от этой дуэли, Камилла улыбнулась Экортру и отвела глаза, посмотрев на Деклуа, кивком разрешив тому говорить. Официально избавленный от полномочий лорда-регента при принцессе, он остался лордом-протектором ее домена — а этот статус защитника и советника позволял ему быть устами и дланью принцессы.
— С позволения Вашего Высочества, — поднялся лорд-протектор со своего места, и легким нажатием активировал экран за своей спиной, где возникло схематическое изображение девятого звездного сектора. Изображение скачком увеличилось, и теперь на экране появилось голографическое изображение сине-зеленой планеты в ореоле дымки облаков.
— Третья планета звезды типа желтый карлик, время годового обращения — 0,92 от стандартного, суточного — 0,99. Две трети планеты составляет водный покров, более половины покрова суши находятся в зоне благожелательного климата. Возраст действующего варианта цивилизации около четырех тысяч лет, средний индекс соответствия и технического развития Дельта-2, максимальный по планете — Альфа-3, но к уровню соответствия Альфа можно отнести менее десяти процентов населения.
— Вы хотите сказать, что обнаружение курортной планеты с кучкой аборигенов, физиологически близких обитателям Империи — повод отправить туда тяжелый крейсер, убрав его из нашего сектора, который еще вчера находился на острие атаки умников? — воспользовавшись паузой, поинтересовался Тау Комри, обращаясь к Деклуа. Несдержанность господина Комри никого не удивила — рожденный и выросший на промышленной станции и управлявший производственной звездной системой генерал-губернатор испытывал стойкой предубеждение к жителям курортных миров, и всем было об этом известно.
— Население планеты составляет семь миллиардов человек, — не обратив внимания на вопрос господина Комри, закончил лорд Деклуа.
Кое-кто из совета не все же выдержал, ахнув. Удивляться было от чего — численность населения Эритема, самого крупного поселения Нави, составляла едва больше ста тысяч человек, а во всей системе не набралось бы и нескольких миллионов. Планеты с подобным количеством людей не было, наверное, во всем пограничном поясе — сравнивать население обнаруженной планеты можно было только с внутренними мирами, и то с самыми густонаселенными.
Вопрос нехватки человеческих ресурсов в Империи сейчас был один из наиболее острых — после восстания умников — расы клонов с искусственным интеллектом, Империи катастрофически не хватало рабочих рук. Поэтому больше никто не пытался задавать вопросов насчет отправки отряда кораблей во главе с тяжелым крейсером.
— Благодарю, лорд Деклуа, — выждав небольшую паузу, произнесла Камилла, добавив немного усталости в голос и повернулась к следующему докладчику: — Господин Диллон, прошу вас.
Министр промышленности Седьмого сектора, поблагодарив принцессу кивком, поднялся, и принялся рассказывать совету о темпах восстановления поврежденных в ходе скоротечного конфликта производственных комплексах сектора, которые и были целью атаки умников. Следующие полчаса принцесса с трудом сохраняла спокойствие, пока слушала всех остальных докладчиков, как ей это полагалось по протоколу, а после, передав право голоса лорду Деклуа, церемониально испросив разрешения, удалилась.
Выйдя из зала совета, в котором ей уже было душно, несмотря на работавшие системы кондиционирования, принцесса быстрым шагом миновала коридоры Дворца Колониального Совета, и вылетев в предусмотрительно распахнутые дворцовыми гвардейцами высокие створки дверей, сбежав по ступеням крыльца, легкой походкой направилась к своей яхте, которая занимала значительную часть подковообразного двора. Это было привилегией для принцессы — больше никто из участвующих в совете не имел права прибывать прямо ко входу во дворец — остальные оставляли свои боллерты, катера и систем-джеты за пределами бесполетной зоны, включающей в себя огромную территорию паркового комплекса. Яхта принцессы, кстати, несмотря на свои относительно небольшие размеры — длина корабля составляла менее семидесяти метров, также имела статус систем-джета, и могла в автономном режиме при необходимости доставить свою владелицу даже за переделы Пограничных Миров.
Стоило Камилле подняться по широкому трапу, как почти сразу же створки шлюза мягко сошлись, а корабль принцессы чуть вздрогнул, и беззвучно, даже не создавая колебаний воздуха, устремился ввысь, используя только антиграв. Лишь поднявшись на высоту около километра, пилот задействовал маршевые двигатели Юкавы и, заваливая машину набок, в вираже миновал шпиль дворца, набирая скорость. На границе территории дворцового комплекса к летящей с огромной скоростью яхте снизу и сверху пристроились четыре машины звена сопровождения — три внутрисистемных перехватчика и один Фантом — машина дальнего обнаружения и электронного подавления.
Камилла в это время, находясь в просторном салоне своей яхты, не испытывала никаких неудобств, связанных с полетом — гравикомпенсаторы работали на полную мощность, и даже когда систем-джет принцессы закладывал крутые виражи, пол для нее оставался низом, а потолок верхом. Но внутренне, на эмоциях от произошедшего совсем недавно на совете, Камилла разрывалась от бури нахлынувших эмоций и с трудом могла держать себя в руках. Когда через четверть часа небольшой кортеж принцессы приземлился на другой стороне планеты, в родовом поместье Мелани, Камилла, отмахнувшись от всех, поднялась в свои покои и, переодевшись в спортивный комбинезон, проследовала в спортивный зал, дав указание отвлечь ее только в случае прибытия лорда Деклуа.
Загоняв себя почти до изнеможения, Камилла наконец-то дождалась прибытия лорда-протектора. Окунувшись в бассейне, и не утруждая себя приведением в деловой вид, принцесса направилась в рабочий кабинет, где Деклуа уже ожидал ее, сидя за вытянутым подковой столом для совещаний, за которым могло уместиться более двух десятков человек. Вихрем появившись в строгом помещении, Камилла легким шагом, с поистине кошачьей грацией миновала кабинет, и широким жестом отодвинув один из стульев, сделанных из настоящего дерева, присела, выжидательно глядя на советника. При этом грудь еще не восстановившей дыхание после физических нагрузок принцессы бурно вздымалась.
— Ваше Высочество, — опустил голову Деклуа, чтобы Камилла не заметила мелькнувшего в его глазах недовольства. Старый лорд не мог спокойно смотреть на принцессу, затянутую в тончайший комбинезон, узорная перфорация которого делала его похожим на змеиную кожу, причем прилегающую к телу настолько, что повторяла абсолютно все, даже самые мельчайшие изгибы фигуры. Но в тоже время структура ткани преломляла свет так, что если смотреть на нее прямо, изображение перед глазами словно плыло, не давая разглядеть детали. На периферии зрения этого не происходило, но ведь боковым зрением и невозможно рассмотреть все в подробностях, поэтому наряд принцессы притягивал взор, маня совершенными формами, и одновременно не давался взгляду, заставляя его постоянно соскальзывать. Комбинезон из подобного материала, который также использовалась для создания экипировки призраков, стоил дороже, чем некоторые гравилеты или боллерты.
Но не ускользающая от взгляда бесстыдная фигура принцессы раздражала Деклуа. Очередной виток молодежной моды последних лет — небрежение классическим нарядам в пользу спортивного стиля лорд сильно не одобрял, но мирился, а вот отсутствие элементарного уважения принцессы к дворцовому протоколу, пусть и в родовом имении, вовсе выводило его из себя. Впрочем, при общении с принцессой старый лорд старался держать свое мнение при себе.
— Протектор, я получила ваше сообщения об итогах совета, — переведя дыхание, произнесла разрумянившаяся принцесса и сделала нетерпеливый жест. Почти сразу же к ней подлетел незаметный до этого времени слуга, с подноса которого Камилла взяла стакан простой воды.
— Как я понимаю, ничего экстраординарного после моего отбытия на совете не случилось, — проводив взглядом слугу, негромко произнесла принцесса.
— Именно так, выше высочество, — снова кивнул лорд, а Камилла в это время потянулась к личному коммуникатору, активируя системы защиты от прослушивания.
— Протектор, — подняла глаза принцесса, — вы были советником еще у моего деда, и наверняка знаете, что являетесь единственным человеком, кому я могу довериться. И сейчас, раз уж мне пришлось выходить из образа бессловесной глупой леди, объясните, пожалуйста, — Камилла сделала небольшую паузу, отхлебнув воды: — Объясните мне, пожалуйста, почему именно мне необходимо было отправлять это посольство.
— Ваше высочество, на этой планете проживает более семи миллиардов людей, и в условиях испытываемого Империей жесточайшего дефицита человеческого ресурса…
— Секундочку, — резко, даже слишком резко вскинула руку принцесса, случайно задев стакан с водой, который качнулся, не удержав в себе несколько капель, но в последний момент был схвачен тоненькой кистью. Аккуратно, двумя пальцами, Камилла отставила высокий фужер в сторону, и посмотрела на старого советника: — Протектор, давайте забудем начало нашей беседы, и прежде чем начать разговор, договоримся: вы сейчас со мной откровенны, а я продолжаю по-прежнему безоговорочно доверять вашим советам. Итак, расскажите, почему именно мне надо было направлять посольство на окраину мира, настраивая против себя премьер-министра Экортра вместе со всей его сворой?
Одере Деклуа, лорд-протектор домена Меллани, и до недавнего времени лорд-регент при несовершеннолетней принцессе Нави, глядя на собеседницу, с трудом сохранил бесстрастное выражение. Несколько мгновений он молча вглядывался в правильное, безупречных черт лицо, которое обрамляла прическа черных как смоль локонов, находящихся в деланном беспорядке. Чувственные губы принцессы были слегка приоткрыты, и это вкупе с изящным разлетом бровей придавало лицу немного наивное, даже удивленное выражение. Но глядя в огромные глаза принцессы Деклуа видел в их глубине тень того самого страшного взгляда Великого герцога Меллани, прадеда сидящей перед ним юной девы.

Российская Федерация. Колпинский район г. Санкт — Петербурга

Российская Федерация
Колпинский район г. Санкт-Петербурга
Мать сегодня была в ночной смене, а сидеть в одиночестве дома, особенно в такой исторический момент не хотелось. Вариант поспать даже не рассматривался, поэтому я направился в спорт-бар неподалеку, где мы с дворовой компанией часто смотрели футбольные и хоккейный трансляции. Меня здесь знали не только как завсегдатая — периодически я подрабатывал тут грузчиком, мойщиком, а иногда даже помощником повара, поэтому владелец бара, увидев меня, приветственно махнул рукой и указал на стол для персонала в углу, за которым уже собралось несколько человек. До назначенного обращения было еще около четверти часа, но бар был заполнен так, что не в каждый субботний вечер здесь столько народу увидишь. Но посетители все прибывали — в основном компаниями. Наверное, всем сейчас хотелось оказаться среди людей.
Понемногу начиналась чувствоваться духота — в помещении набилось слишком много народа, а к стойке уже давно было не протолкнуться. Пришлось подвинуться и мне — мест явно не хватало, вынесли дополнительные стулья, рядом толкались уже приличное количество человек, несколько встало за моей спиной, прислонившись к стене. Время анонсированного по всем федеральным каналам предстоящего прямого включения с обращением президента к нации неумолимо приближалось, и вот уже несколько минут широкий экран на стене показывал государственный флаг России.
«23:59:55» — показали часы на трехцветном фоне.
— Тихо! — раздался в этот момент слитный выкрик сразу от нескольких человек, а кое-кто усилил эффект возгласа стуком кружек или ладоней о столы. Почти сразу же изображение едва трепещущегося государственного штандарта пришло в движение и после привычных музыкальных аккордов, предшествующих каждому обращению главы государства к народу, картинка на экране ожила. Некоторые, кому стоящие посетители бара закрывали обзор, вставали с мест, закрывая обзор другим, и через несколько секунд стояли уже все. И я тоже поднялся, вытянув шею и выглядывая из-за плеча вставшего прямо передо мной мужика.
— Уважаемые граждане России. Соотечественники. И, не боясь сейчас неуместности такого обращения, сейчас могу обратиться к вам: земляне!
— Это он где? — раздался рядом чей-то недоуменный возглас, но на спросившего тут же зашикали, хотя не только одному человеку интересно было, откуда президент обращается к народу — за его плечами виднелась водная гладь, подернутая дымкой цепочка островов и силуэт уходящего вдаль огромного вантового моста.
— Мое обращение к вам направлено в связи с исключительности ситуации сегодняшнего дня. Но прежде всего, хочу поблагодарить всех вас за поддержку, за единение и солидарность в судьбоносные моменты, когда решается очень многое для будущего нашей страны. В новейшей истории Российского государства мы вместе прошли через испытания, которые по плечу только зрелой, сплочённой нации, по-настоящему суверенному и сильному государству.
Я задумчиво смотрел на экран, где президент продолжал говорить обычные для вступления в таких обращениях вещи… хотя нет. Подобных обращений никогда раньше не было и уже не будет — догнала меня мысль. Я даже немного двинулся на стуле, наклонившись вперед, присмотревшись в угол экрана. «Прямое включение, остров Русский, местное время 06:57». Ясно значит, во Владивостоке. Только вот почему там? Но отбросив лишние мысли, я подобрался, снова вглядываясь в экран и обратившись в слух.
— Россия нашего времени на деле доказала, что является сильной державой, способной защитить соотечественников, с честью отстаивать правду и справедливость и быть одним из важных игроков на мировой арене. Наша страна сделала это благодаря вам, граждане России. Благодаря вашему труду и тем результатам, которых мы добились, и еще добьемся в будущем. Вместе.
— Чего у него с рожей? — раздалось вдруг негромко по правую руку от меня, и один из набившихся в спорт-бар посетителей наклонился к своему знакомому, который был от меня по левую руку. Дохнуло легким перегаром, и я поморщился.
— А что у него с рожей? — эхом откликнулось с другой стороны.
— Епть, не видишь, что ли? Он что, похудел?
— Да хер знает, я его с двухтыщпятого почти не видел, так, по-моему, почти не изменился…
— Благодаря вашему глубокому пониманию смысла и значимости общенациональных интересов, — продолжал между тем свое обращение президент: — Мы осознали неразрывность, цельность тысячелетнего пути нашего Отечества. И мы верим в себя.
— Он по делу скажет что, или просто так потрындеть пришел? — наконец кто-то не выдержал.
— Тихо! — снова раздался слитный выкрик, только в этот раз прозвучало несколько крепких выражений для убедительности.
— Мы с вами сегодня стоим на пороге новой, вдумайтесь только, новой эпохи. Мы в шаге от величайших знаний в науке, которые перевернут не только представления о мире, но и сам мир. В то же время, необходимо понимать, что наука — это только знания. И наука не заменяет суждений морали. Но я, как президент Российской Федерации, уверен в вас, соотечественники. Уверен в вас, друзья. Уверен в том, что наш многонациональный народ имеет тот самый моральный стержень, который позволит нам правильно расставлять приоритеты при использовании данных нам возможностей.
— Не томи, епть, говори по делу! — буркнул кто-то за моей спиной.
— Сейчас, когда мы узнали о том, что не одиноки во вселенной, я обращаюсь к вам. граждане России! Пользуясь властью, данной мне народом Российской Федерации, несколько часов назад я подписал соглашение о…
— Твою мать! — раздался совсем над ухом громкий крик и стук, и по лакированной поверхности стола потекла пенная жидкость из опрокинувшегося бокала, который кто-то неудачно поставил. Пространство вокруг меня взбурлило, уместив в себе сразу мешанину движения и возгласов, но вспыхнувшее движение как-то быстро успокоилось, все снова обратились в слух.
— …области сотрудничества затрагивают развитие торговых, социальных, культурных связей, а также укрепление безопасности. Но прежде всего, скажу о самом главном. По условиям соглашения мы получаем доступ к таким технологиям, которые позволят совершить нам революцию в медицине. У каждого жителя нашей страны в течение года появится доступ к лечебным технологиям, построенных на био- и генной инженерии. Согласно подписанному мною сегодня ночью указу Минздрав и Российская академия наук должны сделать приоритетной работу над проработкой фундаментальных и прикладных изменений в сфере здравоохранения, основываясь на полученных технологиях, которые только по предварительным прикидкам могут увеличить средний возраст до… — президент сделал небольшую паузу, внимательно вглядываясь в слушателей по ту сторону экрана.
— Ну не тяни ты кота за яйца, епть! — вновь не выдержал кто-то.
— … идесяти лет, — произнес президент, но я ничего не расслышал из-за мудака рядом, который мгновеньем раньше до слов президента родил из себя протяжный возглас.
— Сколько?
— Что он сказал?
— Какая сука рот открыла?!
— Еще раз повторю…
— Тихо!!!
— …уже переданные нам технологии, внедрение которых в систему здравоохранения займет по оценочным срокам не более одного года, могут увеличить средний возраст минимум до ста пятидесяти лет, и это без какой-либо потери жизненного тонуса.
— Да ну на… — раздался слитный выдох.
— Фима, вот оно че! — дохнуло на меня воздухом и чуть потяжелевшим перегаром с правой стороны, — я те грю, он изменился! Помолодел, епть! Присмотрись внимательней, ну посмотри!
— Так это он че, еще лет сто президентом будет? — негромко спросил кто-то позади, услышавший обсуждение.
— …подписанное мною сегодня соглашение о сотрудничестве предварительное, и нам предстоит еще большая работа по результатам предстоящих переговоров с нашими новыми партнерами. Пока же в обмен на технологии в сфере безопасности и здравоохранения от нас требуется только одно.
— Почем душу продаем? — произнес кто-то рядом, но на него зашикали.
— После ознакомления с технологиями наших новых партнеров приходится признать, что по самым оптимистичным оценкам мы отстали от них как минимум на полтора столетия, и это расстояние нам надо преодолеть максимум за двадцать лет, чтобы не оказаться на обочине галактического сообщества.
И здесь, к счастью, мы имеем столь необходимые точки соприкосновения — нашим новым партнерам остро требуются служащие и специалисты на контрактной основе. Поэтому я предлагаю организовать в России широкое движение добровольцев, готовых работать в системе здравоохранения, безопасности и промышленности новых, неизведанных ранее человеческих миров. При этом убежден: молодые граждане нашей страны, на деле проработавшие несколько лет внутри цивилизаций, шагнувших гораздо дальше нас по ступеням технологического развития, должны иметь преимущества при поступлении в высшие образовательные учреждения и устройстве на государственную службу после возвращения на Родину. Надеюсь, в лице деятельных молодых людей, которые изнутри взглянут на достижения цивилизации, шагнувшей по сравнению с нами далеко вперед, наша страна в самом ближайшем будущем получит когорту управленцев и специалистов, способных обеспечить столь необходимый нам промышленный и интеллектуальный рывок. По моему распоряжению уже сейчас идет заседание в государственной думе, где вносятся необходимые поправки к законам Российской Федерации, в том числе и к триста пятьдесят девятому закону уголовного кодекса Российской Федерации, к закону о наемничестве.
После услышанного мое сердце пропустило удар, а горло вдруг пересохло настолько, что я с трудом смог сглотнуть. Вот оно. Черт, вот оно!
— Федеральная иммиграционная служба уже получила соответствующие указания, и в каждой субъекте Российской Федерации в течение двух суток должны быть развернуты стационарные пункты, где будет проходить оформление и регистрация всех желающих заключить временный личный контракт на работу с нашими новыми партнерами.
Уважаемые соотечественники! Наступающая эпоха для нас обязана стать периодом истинного просветительства и научного прорыва, но в то же время мы не должны забывать об обращении к нашим культурным корням, к вопросам патриотизма, нравственности и морали.
Сегодня, здесь и сейчас, наступает рассвет новой эры! Пожелаем себе успехов. С Богом! — президент чуть кивнул и, придерживая полу пиджака развернулся.
Камера в этот момент плавно поехала назад, и на экране возникла панорамная картина побережья, на ровной площадке которого вдоль ковровой дорожки выстроились солдаты почетного караула. Изображение заиграло яркими красками показавшегося из-за горизонта яркого края солнца, изображение отъехало еще немного и стало видно, как президент на камеру здоровается за руку с кем-то в строгом костюме.
— Епть, там на звездах китайцы что ли живут? — дохнуло мне в правое ухо удивленно.
— Мля это китайцы…
— Да это китайцы! — ответил ему стоящий за моей спиной.
— Твою мать, я вижу, что это китайцы, вот и спрашиваю, это что, они китайцы?
Камера между тем отъехала дальше назад, и стало видно еще несколько съемочных групп, расположившихся поодаль от ковровой дорожки, которая уходила прямиком в море. В этот момент в кадре на фоне восходящего солнца появился бесшумно опускающийся неизвестный корабль серо-стального окраса, отдаленно напоминающий огромную яхту в футуристических обводах, каковые последнее время вошли в моду у олигархов.
Все больше замедляясь, дипломатический транспорт завис в считанных сантиметрах от водной глади, а на ней при этом к всеобщему удивлению зрителей не было заметно и следа ряби. На борту открылось овальное отверстие, из которого выдвинулся трап, который лег прямо на основании ковровой дорожки. Почти сразу на ступенях появилось несколько человек, по виду ничем не отличающихся от землян — все среднего роста, темно-русые. Прибывшие были в строгих черных мундирах с золотым шитьем, но ни на одном из гостей не было головного убора. Вышедший из дипломатического корабля первым поздоровался за руку с нашим президентом, после с его китайским коллегой, засуетились переводчики и после некоторой заминки процессия двинулась по ковровой дорожке.
Камера между тем отодвинулась еще дальше, открывая игравшую красками восходящего солнца панораму бухты, расчерченную пролетами вантового моста и дополненную очертаниями космического корабля, подобных которому раньше можно было увидеть только в фантастических фильмах. Эффектное зрелище, ничего не скажешь.
Еще некоторое время экран выхватывал завораживающую картинку, но вдруг изображение пропало и, заставив многих вздрогнуть, пошла стандартная новостная заставка с неожиданно громкой характерной музыкой. Вертящееся изображение планеты, которое я раньше хоть и замечал, но внимания не обращал, выглядело донельзя символично.
— Здравствуйте, в эфире специальный выпуск новостей, — с донельзя серьезным лицом произнесла ведущая, плавно разворачиваясь вслед за плывущей по студии камерой, и когда та остановилась, завела дежурным голосом: — Информационная служба нашего канала в эфире с новыми сообщениями из Владивостока, где на острове Русский прямо сейчас проходят переговоры представителей внеземной цивилизации и представляющих нашу планету президентом Российской Федерации и Председателем Китайской Народной Республики. На острове Русский сейчас работает наш специальный корреспондент Алена Завьялова, и она сейчас выходит на прямую связь со студией.
«Переговоры с представителями внеземной цивилизации!» — мысленно повторил я про себя, смакуя происходящее. Черт, кто бы мог подумать!
На широком экране изображение между тем разделилось и, оставив часть экрана студии, вторую половину заняла панорама виденной только что бухты, на фоне которой уже стояла светловолосая девушка. Только она стояла довольно далеко от того места, на котором мы только что видели президента. Здесь сильно дул ветер — то и дело резкие порывы бросали длинные пряди волос корреспондентке в лицо, но она их не убирала — в одной руке у нее был большой микрофон, а вторую она прижимала себе к уху, фиксируя наушник.
— Алена, здравствуйте! — приветствовала ведущая специальную корреспондентку, — расскажите нам, пожалуйста, что к этой минуте известно о ходе переговоров и о ситуации вокруг них.
Изображение на экране снова сменилось — теперь снова весь экран занимала приморская бухта и симпатичная девушка, прислушивающаяся к наушнику и качающая головой.
— Здравствуйте Екатерина, — наконец начала говорить журналистка, когда миновало несколько секунд, требуемых для того, чтобы голос ведущей из московской студии пронесся шесть с половиной тысяч километров, достигнув Владивостока: — К этой минуте, к сожалению, известно очень мало…
— Разрешите… разрешите… — поднявшись, я начал протискиваться к выходу, через собравшихся людей. Многие гомонили в обсуждении, кто-то призывал к тишине, пытаясь слушать корреспондентку, кто-то просто матерился, показывая свою степень удивления.
— …без сомнения, мы сейчас наблюдаем одно из величайших событий в истории человечества — контакт с внеземной цивилизацией, которая по уровню развития на порядок превосходит нашу. Но что самое главное, и вся полученная нами информация об этом свидетельствует, пришельцы, к счастью, не испытывают к жителям Земли враждебных намерений. Сейчас за моей спиной в корпусах Дальневосточного Федерального Университета готовы начаться переговоры между представителями внеземной цивилизации с одной стороны, и президентом Российской Федерации и Председателем Китайской Народной Республики с другой. К сожалению, все журналисты сейчас находятся в условиях практически информационного вакуума — ситуация здесь развивается довольно стремительно — к примеру появление председателя правящей партии КНР стало для всех больших сюрпризом. Да и для нас, журналистов, все происходящее в целом стало неожиданностью, — голос корреспондентки после этой фразы приобрел толику человеческих эмоций, а дежурное выражение лица несколько изменилось.
Журналистку, которая сейчас совершенно по-житейски начала жаловаться на то, как корреспондентский корпус, подняв с кроватей, буквально впопыхах привезли освещать грандиозное по масштабу событие, мне уже было слышно через слово — я стоял на пороге заведения. Постояв немного, вздохнул и, толкнув тяжелую дверь, вышел на улицу.
Зябко поежившись — конец марта хотя и выдался неожиданно теплым, но ночью температура все равно пока опускалась едва не до нуля, я пошел по улице, часто задирая голову и вглядываясь в чистое, звездное небо. Испытывал сейчас бурю эмоций, но основная была удивление. Да, удивление — вроде бы сейчас происходят такие грандиозные события, но вокруг вся по-прежнему буднично, тихо, спокойно. Мир меняется, а вокруг все тот же воздух и та же вода — засмотревшись на небо, я поймал несколько луж и старые кроссовки сразу же пустили в себя воду. Чертыхнувшись, миновал разлив на тротуаре, и на мгновенье замерев, вновь поднял взгляд, всматриваясь в россыпь звезд на небе. Где-то там сейчас сотни обитаемых, звездных миров, в которых живут бесчисленное количество людей, и наше планета, судя по всему, тоже в скором времени станет частью галактического общества. Масштабность происходящего настолько захватила меня, что я несколько минут стоял, открыв рот и вглядываясь в звездное небо, не замечая проникающего через легкую куртку зябкого холода.
Неужели у меня появилась возможность сразу вырваться из моего мирка, который ограничен техникумом и комнатушкой в коммуналке? Посмотреть на другие планеты, пусть даже гастарбайтером, и возможно даже заработать кучу денег! А если немного помечтать, можно и вовсе представить себя в бронекомбинезоне космической пехоты, с бластером на плече! Хотя да, если меня у нас в армию по здоровью не взяли, то туда мне и подавно дорога закрыта. Но помечтать то можно! — оборвал я сам себя и тут же в мечтах начал крошить толпы врагов и спасать красавицу блондинку, которая обязательно окажется космической принцессой.
Стоп-стоп-стоп, а что он говорил о медицинских технологиях? Если для нашей армии я не подхожу, то может меня подлечить для пришельцев как нефиг-нафиг, и в звездную армию я попаду без проблем? Вот только интересно, они с кем-нибудь воюют?

Империя, второй сектор Миров Эдама, Система WBG02145

Империя, второй сектор Миров Эдама,
Система WBG02145
С резким хлопком выстрелили тормозные двигатели, и внутренности десантной капсулы заволокло дымом, а в мутном полумраке полетели голубые искорки от плавящейся проводки. После нескольких рывков в животе у Ричи появилось ощущение, что внутренности превратились во взбитую однородную массу, но тут раздался невиданной силы удар, и все поплыло перед глазами.
— Встали-встали-встали!!! — заорал сержант Тейлор, освобождаясь от системы креплений и подскочив к люку, выбивая его ногой. Чуть изогнутая дверь, повторяющая по форме выгнутые очертания капсулы, от пинка дернулась, с шипением отделилась от корпуса и мягко приземлилась на выжженную тормозными двигателями землю. Взяв на локоть штурмовую винтовку, сержант тут же шагнул из вбившегося при приземлении глубоко в землю бота, следом за ним уже сыпались остальные десантники. Ричи потянулся, чуть дернул головой, пытаясь вернуть на место мозг и хлопнув кулаками по плечевым лямкам, освобождаясь от ремней.
— Вперед-вперед-вперед! — по-прежнему надрывался ором Тейлор — его хриплый голос сейчас заполнял весь шлем, ввинчиваясь в мозг. — Эй, говнюк, тебе особое приглашение требуется?!
Сглотнув, Ричи поморщился — что за манера вот так орать без нужды? В ушах уже звенит! Но машинально кивнув, он подобрался и двинулся вперед. Последним покинув десантный бот, Ричи на внутреннем интерфейсе забрала увидел метку назначенной ему позиции, и, добежав до вывернутого дерева, топорщащегося корнями в небо, присел, сжимая штурмовую винтовку. И только сейчас решился осмотреться, не в силах скрыть удивление — с неба капрала вода! Крупные капли летели сверху нескончаемым потоком, разбиваясь о пластины бронекомбинезона, попадая на забрало, закрывая пеленой линию горизонта.
Всех свои восемнадцать лет Ричи провел на орбитальной станции, где жил персонал рудничной планеты. И сейчас ему было сложно в это поверить, но он сам сейчас видел — в небе висел серый туман, из которого, не переставая, падали капли воды! Это же сколько денег прямо в землю!
В ухе раздавалась перекличка солдат отделения и резкие команды сержанта Тейлора, но, не обращая внимания и не в силах больше сдерживаться, Ричи коротко глянул по сторонам, нащупывая пальцем кнопку в основании шлема. Зашуршало и забрало быстро поднялось — в лицо тут же дохнуло незнакомым, но приятным ощущением свежести. С широко открытыми глазами боец посмотрел в небо и даже приоткрыл рот. Несколько секунд ожидания и сразу пара крупных капель попало на высунутый язык.
— Активировать прицелы! Встали-встали-встали! Первое отделение, за мной! — снова заорал сержантский голос, заполняя собой все пространство в шлеме. На несколько секунд запищало зуммером — шла инициация отключенного на время десантирования индивидуального прицельного комплекса.
Ричи бросил забрало вниз и побежал вслед змейке своего отделения, устремившегося в просветы между деревьев. Бежалось легко — зарядка батарей полная, встроенный в броню экзоскелет выполнял все необходимые движения сам, подчиняясь воле десантника. Через несколько минут отделение уткнулось в широкую, разлившуюся реку, поверхность которой пузырилась каплями не прекращающегося дождя.
— Режим брони вглухую! Винтовки за спину! — рыкнул сержант и Ричи закинул винтовку за спину, где она тут же прочно села в автоматическом креплении. Не успел он откинуть бронещиток на предплечье, чтобы перевести комбинезон в глухой режим, как по едва ушам мазнуло давлением и стало отчетливо слышно свое дыхание — видимо сержант отдал команду сам с помощью своего командного интерфейса.
— Связаться! — рявкнул Тейлор и вскоре в руках Ричи оказался тонкий тросик, карабин на котором так и просил, чтобы его пристегнули к поясной пряжке.
Трос дернулся и Ричи шагнул следом за своими товарищами по отделению, которые уже брели по мутным водам широкой реки. Ричи шел последним, и ему было легче всех — он ориентировался в глубине дна, видя, как бойцы впереди оступаются, падают, проваливаются по грудь. А сержант, который шел во главе отделения и вовсе уже почти скрылся под водой. Еще несколько мгновений, и на поверхности осталась только верхушка шлема, но и она скрылась под водой. Ричи невольно остановился, замерев, но тут трос чуть дернулся, и он снова пошел вперед, интуитивно начав загребать руками, помогая себе.
Когда Ричи подошел к тому месту, где вода уже начала достигать ему груди, на поверхности ближе к противоположному берегу показалась голова сержанта, а через несколько секунд еще одного солдата, который шел почти сразу следом за ним. Выдохнув, Ричи, с трудом сдерживая страх, сделал еще несколько шагов и вдруг ухнул вниз. Вода накрыла его с головой, на краткий миг он запаниковал, дернулся, едва не потеряв опору дна под ногами, но сумел взять себя в руки. Страха меньше не стало, даже наоборот, он все усиливался, обнимая липкими объятиями. Сработало чувство самосохранения, заставляя двигаться осознаннее, победить самого себя, чтобы выжить в этой сложной ситуации. Равномерное дыхание становилось все громче, казалось, осталось только оно и мутная коричневая муть перед глазами. От страха начали даже стучать зубы, но Ричи держался, одной рукой нащупав у себя на поясе тонкий тросик, который только один соединял его сейчас с поверхностью, а второй загребая воду, помогая себе удерживать равновесие. Неожиданно в голову буквально ввинтился резкий противный звук, после чего в наушниках раздалось потрескивание, и с ужасом Ричи почувствовал, как по правой ноге кожу противно влажно мажет водой. «Неужто…?» — мелькнула неприятная мысль, но тут же он понял, что кожу противно холодит. Прохлада воды, резкие звуки, треск в переговорнике — Ричи даже замер от ужаса. Вдруг против воли его едва не перекрутило, когда экзоскелет дернулся, перед глазами мелькнуло несколько искр и на руки и ноги навалилось тяжестью — комбинезон вышел из строя.
— Ааа! — не выдержал Ричи и вдруг почувствовал, что внутренности бронекостюма уже быстрее наполняет водой — щекочущие струйки чувствовались на груди, спине, а ноги и вовсе были сейчас все уже мокрыми.
— Сержант! Сержант! — в испуге закричал Ричи, не придумав ничего лучше, — вытащите меня отсюда, я… сержант, я тону, здесь вода, сержант! — паника все же захлестнула Ричи, он уже не контролировал себя, продолжая кричать и не обращая внимания на резкие возгласы командира раздающиеся в переговорнике. Извернувшись как паук, Ричи ухватился за трос, потянул его к себе, даже по ощущениям продвинулся на несколько метров, чувствуя под ногами дно, но тут трос ослаб, и дергающийся Ричи вновь потеряв опору, закрутился на глубине, увлекаемый течением. Мелькнуло перед глазами еще несколько искр, в ухе еще раз коротко пропищало зуммером и система внутренней циркуляции вырубилась, после чего медленно и мучительно потянулись секунды. Бессильно хлопая ртом под маской, чувствуя все больше воды в комбинезоне, Ричи еще раз суматошно дергаясь, попытался встать на дне, но к своему ужасу не мог понять, где сейчас верх, а где низ. За пояс вдруг сильно дернуло и бойца резко вынесло по размытой дождем земле на берег. Распластавшись на земле, раскинув руки по сторонам, Ричи сипло вздохнул и принялся изрыгать из себя воду, которую все же успел наглотаться.
— Забрало подними, боец! — громыхнул в ухе голос Тейлора. — Брак в броне, — произнес командир уже другим голосом, обращаясь к бойцам, — и лучше бы узнавать об этом в лагере подготовки, а не на боевой операции! Всем ясно?
— Так точно! — услышал Ричи дружный ответ, пытаясь подняться. Сил на то, чтобы сказать о том, что он вчерашний новобранец и еще даже ни разу на стрельбище не был, не говоря уже о тестировании брони, у него не было.
У Ричи, после короткого замыкания в распределительном блоке вышла из строя система герметизации, и накрылся привод экзоскелета — все остальное работало. Причем ему даже не дали отдышаться — двое бойцов по команде сержанта подхватили его под руки и поволокли за собой, приводя в чувство. Через несколько минут, опять же по команде сержанта отпустили. Ричи уже справился с эмоциями и смог идти сам, правда, теперь это было делать гораздо сложнее — бронекостюм без функционирующих псевдомыщц экзоскелета казался невероятно тяжелым. В сравнении с другими солдатами отделения Ричи был худым и хилым, но он упрямо терпел, с трудом переставая ноги и не отставая от отделения — благо двигались сейчас с осторожностью и небыстро. Последние два года Ричи работал в рудничном забое на промышленной планете одной из систем Миров Фронтира, где от нормы выработки зависел паек, поэтому к физическим нагрузкам он был приучен. Правда после того как он совершил ошибку, из-за чего вышло из строя дорогостоящее оборудование, Ричи пришлось бежать. И, как и многие скрывающиеся галакты, он направился в вербовочный пункт, оказавшись в армии Империи.
К счастью Ричи, после преодоления реки двигались недолго — уже минут через десять отделение вышло из леса на окраины огромного, затерянного в джунглях полуразрушенного города, расположившегося на склоне пологой горы. То тут, то там над невысокими домами поднимались чадящие хвосты дыма, где-то в глубине раздавались звуки перестрелки, изредка бухали разрывы снарядов. На внутреннем интерфейсе забрала зажглись многочисленные синие огоньки и Ричи понял, что они здесь не одни — судя по подписям, совсем рядом находились другие отделения их взвода.
Вдруг сержант Тейлор поднял голову и приложил руку к шлему в том месте, где под броней должно было быть ухо. Ричи, как и сержант, тоже глянул на небо, но там ничего видено не было.
— Внимание, «Утенок» вышел на позиции, до удара тридцать семь секунд! — вдруг произнес Тейлор.
— Тридцать шесть, тридцать пять, тридцать четыре… — непроизвольно присев, начал считать про себя Ричи.
— Броня вглухую, активировать светофильтры! — зашелся криком сержант так, что у Ричи в голове зазвенело.
Зачем же все время так орать, все же прекрасно слышно? — в очередной раз удивился Ричи, глядя на потускневший мир сквозь сферу забрала, но тут же его пронзила испуганная мысль — у него же не вышел из строя глухой режим брони! А если радиация, а если химоружие, а если…
— Двадцать один, двадцать, девятнадцать…
Все отделение уже лежало на земле, взяв наизготовку оружие и, несмотря на отсутствие целей напряженно осматриваясь по сторонам.
— Сержант Тейлор! Сержант Тейлор! — поднялся на колено Ричи, держа взглядом сержанта, укрывшегося за стволом дерева неподалеку.
— Одиннадцать, десять, девять…
— Сержант Тейлор, у меня же броня…
Либо летуны ошиблись, либо просто специально дали неверные данные — весь город на счет семь по окружности вспух яркими цветами, превратившись в пылающий костер.
Несмотря на светофильтры, глаза у Ричи резануло от яркости и, сощурившись, он спрятал голову от всепоглощающего света.
— Ждем! — рыком скомандовал Тейлор.
— Эгей, мальчишки! Соскучились без нас? — вдруг зазвучал в шлеме веселый и озорной девичий голос.
Ричи голос понравился, а то, что его заочно назвали мальчишкой, нет. Неожиданно над головой пронзительно и утробно засвистело, заставив кроны деревьев склониться над воздушным потоком, и над головами десантников прошло «зеленое» звено штурмовиков. Команд сержанта пока не последовало, и Ричи по-прежнему вглядывался вперед, туда, где в кварталах полуразрушенного города понемногу спадало пламя.
— Поднимайте задницы, парни, разбираем подарки! — раздался все тот же веселый голос. Одновременно с сообщением пилота штурмовика перед глазами Ричи на экране начали появляться красные галочки, которые вспыхивая поочередно, привыкали к себе внимание, указывая на местонахождение оставшихся в живых после налета тяжелого бомбардировщика солдат противника. Звено штурмовиков, своими датчиками прощупав местность, определяя остатки войск противника, заложив несколько крутых виражей пронеслись над полностью разрушенным районом окраин, оставляя за собой взвихрившиеся плети бушующего огня на земле. Поодаль над городом сновали еще несколько злых точки звеньев работающих по целям штурмовиков, выжигающих под собой землю. Хотя казалось, что после удара тяжелого бомбардировщика там не должно оставаться ничего живого.
— Смотри приоритет целей, животные! — снова донесся глухой рык и у Ричи перед глазами начали высвечиваться значки команд, которые сейчас отдавал сержант с помощью своего командирского прицела.
Вдруг в ушах раздался пронзительный девичий возглас и, подняв взгляд, Ричи увидел, как к трем штурмовикам, которые барражировали над окраиной города, тянутся дымные нитки. Машины тут же практически одновременно прянули в стороны, два штурмовика свечками устремились ввысь, а третий наоборот, приник к земле, и едва не цепляя брюхом верхушки деревьев, помчался прочь, отстреливая снопами тепловые ловушки.
— Эй, мальчишки, квадрат XS-5, зачистите гаденыша! — услышал Ричи недовольный голос пилота штурмовика. Все три машины «зеленого» звена вновь соединились в воздушном строю, накручивая виражи и уходя за облака. В этот момент совсем неподалеку вакуумно рвануло воздух и ввысь к штурмовикам устремилось несколько ракет, поднявшись из зарослей совсем неподалеку.
— Отделение, за мной! — заорал сержант Тейлор, и уже рванувшись следом за всеми, Ричи увидел, что яркие огоньки подсветки приоритета целей на панораме разрушенного города пропали. Следующие несколько минут Ричи не получалось думать ни о чем — он лишь держал взглядом спину бойца перед собой. Вдруг земля перед ним взбрыкнула, поднимаясь, и сразу несколько фигур взлетело в воздух, нелепо размахивая руками. В шлеме тут же все взорвалась сонмом голосов, выкриков, рыка Тейлора. Рухнув на землю, ничего не понимая, Ричи вжался в землю, почти сразу же на него приземлилась мешанина из веток, грязи и ошметков человеческих тел. Рядом засвистели пули, гулко заработал крупнокалиберный пулемет, затрещали падающие деревья.
— Вот попали, вот попали! — громко закричал один из солдат отделения, приземляясь рядом с Ричи, настолько близко, что тот увидел его расширенные от страха глаза. Вдруг в голову бойцу ударила пуля, щиты не выдержали, и на забрало изнутри щедро брызнуло кровью. Пуля, не пробив внутреннюю часть шлема, заставила голову дернуться, замерев под немыслимым углом и тело кулем растеклось по земле.
— Солдат! — возникло прямо перед Ричи лицо Тейлора.
— А! — только и смог произнести Ричи — рот у него был открыт в беззвучном крике.
— Задача уничтожить зенитный комплекс! Вперед, солдат! — забрало сержанта было открыто, открывая бледное лицо, весь подбородок которого был в крови.
В грудь Ричи что-то легко ударило, и он увидел, что Тейлор протягивает ему сдвоенную трубу гранатомета. Машинально приняв цилиндрическую смертоносную штуку, Ричи опустил взгляд ниже и только сейчас заметил, что у сержанта не хватает обеих ног выше колена. Крови почти не было, но вовсю пенилась лазурная субстанция биоматериала, закрывая раны, обхватывая поврежденные участки будто желейными щупальцами.
— Вперед, солдат! — закричал Тейлор, пытаясь приподняться на локтях и указывая рукой направление. Но тут у него из глотки хлынула кровь, и сержант ткнулся лицом в землю, а Ричи увидел у него на спине оплавленную дыру пробитого бронекомбинезона, в которой пузырился биогель вперемежку с биоматериалом.
— А… а… ааа!!! — не в силах держать в себе эмоции, завыл Ричи, и только тут сфокусировав взгляд на экране визора понял, что все до этого горевшие голубым цветом небольшие символы, обозначающие бойцов его отделения, или уже посерели неактивно, или багрово-красные — что означало тяжелые ранение, не позволяющие продолжать бой.
Ричи, мертвой хваткой вцепившись в винтовку одной рукой, а второй прижимая к себе гранатомет, неожиданно для себя чуть приподнявшись, развернулся в ту сторону, куда несколько мгновений назад показывал сержант. Неуклюже перехватив оружие охапкой, подвывая от испуга, боец прополз несколько метров на локтях, барахтаясь как жук, видя только траву перед собой, а когда неосторожно приподнялся, чтобы осмотреться, сразу несколько тяжелых пуль ударило ему в грудь, заставив перекрутиться на месте. Все тело пронзило острой болью, заставив Ричи нечленораздельно взвыть, но тут медсистема бронекостюма впрыснула ему в кровь лошадиную дозу обезболивающего. Но Ричи все равно орал, от ужаса. Да и другой бы орал, наблюдая, как тяжелые пули рвут его тело, отрывая конечности.
— Ааа!!! — продолжал кричать Ричи, вырвавшись в реальность.
— Ааа-а… — немного глумливо передразнил его специалист с нашивками инструктора, снимая обруч с головы.
Ошарашенный Ричи непонимающе осматривался по сторонам, пытаясь отдышаться и поймать ритм заходившегося в ударах сердца, от биения которого сотрясалось все его худенькое тело.
Оценка теста пригодности: неудовлетворительно.
Рекомендация рекрута: планетарная оборона, вспомогательные службы Флота.
Впрочем, ни в планетарную оборону, ни во вспомогательные службы рекрут Кьерц Ричи не попал. Результаты его теста, не видимые инструктору мобилизационного центра, привели новобранца на подготовительную базу института патриотических отрядов — начальное место подготовки тех, кто желал служить в гвардейских частях или космодесанте. Сам Кьерц Ричи, впрочем, в здравом уме даже и не помышлял о службе в мобильной пехоте или космодесанте. Но его никто и не спрашивал.

Империя, планета Нави — Прайм Дворцовый комплекс поместья Мелани

Империя, планета Нави-Прайм
Дворцовый комплекс поместья Мелани
— Итак, лорд-протектор, я жду откровенных объяснений по поводу этой дикарской планеты, — произнесла принцесса.
— Да, ваше высочество. Но боюсь, это займет некоторое время.
— Я вся внимание, — принцесса закинула ногу за ногу и чуть склонила голову в ожидании.
Деклуа кивнул, достал свой старомодный планшет терминала и, положив его на стол, нажал несколько кнопок, активировав голо-экран — почти сразу почти всю поверхность стола заняла объемная галактическая карта. В несколько движений лорд уменьшил изображение, оставив видимым только границы Империи. Еще несколько легких штрихов, и карта окрасилась в синий цвет — огромное пятно одного из самых могущественных галактических государств, включающего в себя больше четырех сотен обитаемых звездных систем.
— Восемь лет назад произошло так называемое восстание умников, — произнес лорд-протектор, а после выдержал небольшую паузу.
Принцесса кивнула, вспоминая — ей в тот момент было тринадцать лет, и она только-только прибыла на Империум, в институт Ее Императорского Величества благородных девиц. Камилла тогда сильно испугалась — даже на планете-столице восстание не прошло бесследно — все государственные учреждения и институты были закрыты в течение нескольких недель, на улицах городов введен комендантский час, а все клоны и существа с искусственным интеллектом безжалостно уничтожались императорскими гвардейцами и прибывшими на планету солдатами армейских частей.
— В большинстве внутренних миров, как и в нашем пограничном поясе, к счастью, с умниками удалось справиться быстро. Но в некоторых секторах Миров Эдема, а также в Диких мирах восстание имело явный успех, — лорд-протектор сделал неуловимое движение и часть синего окрасилась, превратившись в красные щупальца, проникающие с нескольких сторон извне на территорию Империи.
Слушающая Деклуа принцесса было вскинулась сообщить о том, что историю она знает хорошо, но вовремя сдержалась, решив немного погодить. И не ошиблась — лорд-протектор начал говорить удивительные вещи.
— На момент восстания у Империи было семнадцать космических флотов. Три из них, находившихся в Диких мирах, перешло под контроль умников, еще два перестали существовать после попытки отбить захваченные системы Империи в мирах Эдама. Но и умники тогда понесли значительные потери — из более чем захваченных ими шестидесяти боевых кораблей осталось менее половины, но Дикие миры почти полностью перешли под контроль расы клонов.
Камилла, в удивлении глядя на лорда Деклуа, невольно сглотнула.
— Успех умников в Диких мирах был связан с тем, что в тот момент там шли активные боевые действия — подавление Кродуэнского восстания, а также пограничный конфликт с терапторами за систему Элиот. На момент восстания умников флот Кродуэнского Альянса был уже уничтожен, и шло подавление очагов сопротивления на обитаемых планетах. Умники смогли достичь таких значительных результатов оттого, что доля людей в составе экспедиционных корпусов армии Империи не превышала двадцати процентов, а в пехотных дивизиях штампы и клоны вовсе составляли более девяноста процентов личного состава.
— Но это…
— Но это не рассказывали в Имперских новостях, ваше высочество, — склонил голову Деклуа, — также там не рассказывают о том, что происходило в мирах Эдама. Дислоцированный в момент восстания там Восьмой флот сохранил боеспособность и верность Императору, но большинство планет перешло под контроль умников. В мирах Эдама находилось более сорока процентов промышленных мощностей Империи, и большинство систем перешло в руки умников. В ходе подавления восстания в этом регионе Империя понесла слишком большие потери — в ходе планетных операций были полностью потеряны несколько бригад космодесанта и армейских дивизий, в том числе и первая гвардейская. Через три года после начала восстания, после провала двадцати двух из двадцати семи десантных операций, Императором было принято решение о нанесении удара по захваченным планетам с применением оружейных комплексов кораблей статуса «Звездный разрушитель».
— Это же нарушение галактической конвенции! — выдохнула пораженная принцесса.
— В течение следующего года порядка девятнадцати миров перестали существовать, — согласно кивнул принцессе Деклуа, чуть пожав плечами и продолжил: — Инфраструктура более чем пятидесяти систем была полностью разрушена, после чего между умниками и Империей были проведены переговоры.
— Переговоры с умниками? — Камилла, которая после информации о планетарных ударах разрушителей думала, что удивить ее уже нельзя поняла, что ошибалась.
— Именно, переговоры, — кивнул лорд-протектор, — по результатам которых оставшиеся в живых умники покинули сектора Эдама и большинство систем Диких Миров, отправившись в системы Кроудена, где сейчас образован Альянс Свободных Систем, столица которого находится на планете Кроуден. И как вам уже несложно будет догадаться, оставшийся флот умников, как и они сами…
— Присоединились к этому Альянсу, — шепотом произнесла принцесса.
— Именно так. Альянс включает в себя сейчас чуть более одиннадцати звездных систем, и им уже получено место наблюдателя в Совете Галактики. И, как стало известно, на очередной сессии совета, которая пройдет уже меньше чем через два года, будет решаться вопрос предоставления Альянсу членства в галактическом совете.
Лорд замолчал, а принцесса Камилла, глядя на огромного синего осьминога, раскинувшемуся по территории многочисленных миров, среди которых горела едва заметная звездочка системы Нави, думала насколько велика Империя, что, несмотря на уничтожение стольких планет, в общем доступе об этом нет даже крупиц информации.
— Но… как? — все еще не веря, повторила принцесса — настолько ее поразила услышанная информация, отличная от официальной версии.
— Действующий на момент восстания вариант закона об использование труда клонов разрешал иметь их не более пятидесяти процентов от потребного персонала в штате организаций, и не более семидесяти процентов в армейских частях. По факту же нарушения были повсеместно, а на многих промышленных планетах и вовсе кроме как в управленческом звене обычных людей среди персонала не было. В армии все строже, и взяткой чиновнику из Императорской Иммиграционной службы дело не решишь, так что по списочному составу у них все было по закону, но на деле для решения возникающих задач командованием создавались оперативные группы, так что в бой по факту шли соединения только из одних клонов.
— А сколько клонов по этому закону может служить во флотских экипажах?
— Нисколько. Во космофлоте никогда не использовались штампованные солдаты или клонированная рабочая сила, именно поэтому умники захватили только три флота, на которых тогда были размещены десантные партии для подавления последнего пояса планетарной обороны на восставших планетах Кроудена. В тот момент — к началу переговоров, возникла патовая ситуация — Император получил ноту от Совета Галактики по поводу нарушения конвенции ведения войны на обитаемых планетах и, если бы продолжил повсеместно использовать методы, позволившие освободить миры Эдама, можно было нарваться на серьезные санкции, что было бы губительно для экономики. Так что сейчас конфликт находится в тлеющей фазе — Императорский флот прикрывает нынешние границы, не давая умникам захватить более не одной системы, но нет достаточного количества планетарных войск, которые могут обеспечить возврат уже аннексированных миров. У Империи подавляющее превосходство в космосе, но не хватает обычных солдат. Сейчас ситуация исправляется, но на момент соглашения с умниками ситуация с нехваткой пехотных частей была плачевна.
— Значит, спасение Империи в семи миллиардах дикарей на этой планете? Но я все равно не понимаю, зачем тогда было мне ввязываться в конфронтацию с Экортром?
— Ваше высочество, Империя слишком велика, чтобы ее судьба зависела от одной, пусть и густонаселенной планеты, — предельно вежливо обозначил на лице тень улыбки Деклуа. — За последние несколько лет численность планетарных войск Империи значительно возросла, во многих мирах организованы дополнительные центры подготовки мобильной пехоты и космодесанта, развернуто уже более десяти новых дивизий, введены в строй новые корабли, позволившие восполнить потери космофлота в первый год восстания. Ситуация несколько глубже и сложнее: по моей информации, в ближайшее время должна состояться масштабная операция имперских войск по освобождению оставшимися за умниками систем в Диких Мирах. На полную победу, надежды к сожалению нет, но если операция пройдет успешно, в Диких мирах Империя может рассчитывать выйти к прежним своим границам.
В ближайшее время я жду, что адмирал Мэнсона получит приказ передислоцироваться ближе к Диким Мирам, а значит система Нави, как и весь Седьмой сектор, останется без прикрытия Одиннадцатого Флота. У Империи много врагов и я склонен предполагать, что за оставшиеся два года до очередной сессии совета галактики, за которые Император будет пытаться вернуть Империю в свои границы, наш сектор наводнят пиратские корабли и рейдеры на контрактах джелов, что суть одно и то же. Войну, конечно, нам объявлять никто не будет, но мои аналитики предрекают увеличение локальных пограничных стычек по всей границе в сотни раз после того, как Империя увязнет в активных боевых действиях в Диких мирах. В сложившийся ситуации участие «Инвиктуса» в посольской миссии, которая затянется, насколько это будет необходимо, нам как нельзя на руку. К тому же на борту крейсера есть несколько эскадрилий системных перехватчиков и тактических кораблей, каждого из которых хватит, чтобы справиться с любым рейдером.
Мы находимся на самой окраине, Ваше высочество, и надо понимать, что наши возможные проблемы в ближайшее время в масштабах всего Энея могут показаться из внутренних миров слишком мелкими, так что если сами себе не поможем, то никто нам в этом не поможет.
Империи в целом, и нам в частности предстоят тяжелые несколько лет, Ваше высочество, и осмелюсь еще раз обратить ваше внимание на то, что мы находимся на самом краю освоенного нашей цивилизацией пространства. Любые наши проблемы, кроме полноценного вторжения в сектор, будут восприниматься метрополией как несущественные, особенно на фоне грядущего масштабного противостояния союзу Кроудена и умников. Помощи нам будет ждать не от кого, кроме самих себя.
— Только из-за Инвиктуса такие сложности? — внимательно посмотрела принцесса на лорда протектора.
— Нет, ваше высочество, — ответил тот, — естественно, задержать крейсер в системе можно было и другим путем, по такому поводу я не стал бы ворошить свору Экортра на совете. Есть еще одно обстоятельство. Прошу вас, посмотрите, — Деклуа чуть повернулся, и карта Империи пропала, но на ее месте появилось изображение планеты.
— Вот он, мир Терра.
— Терране, — попробовала название на язык Камилла и невольно поморщилась. Резкое, агрессивное и неблагозвучное название, созвучное с терапторами — артроподной расой, враждебной гуманоидам. Деклуа в это время внимательно посмотрел на принцессу, и, увидев отражение эмоций на ее лице, согласно кивнул.
— Этот мир обнаружен около двух стандартных лет назад, во время одной из экспедиций департамента исследования новых территорий. В связи с тем, что на этой планете, Терре, ситуация, мягко скажем, отлична от среднестатистической, исследования несколько затянулись, но все же некоторое время назад собранная информация с предварительными выводами были переданы в департамент стратегического планирования. Итак, какими сведениями мы обладаем в данный момент, — лорд-протектор посмотрел на принцессу, легко кивнул и, сделав несколько манипуляций, открыл карту нового мира: — Планету населяет более семи миллиардов человек, которые проживают более чем в двухстах государствах, — Деклуа активировал изображение, после чего карта расцвела яркими цветами, и снова посмотрел на принцессу, которая удивленно взметнула брови: — Именно, более чем двести стран. Самой сильной на планете можно назвать вот эту, которая занимает почти весь материк — у них самая развитая экономика, самые сильные вооруженные силы, а военные базы расположены по всей территории планеты. Кроме того, это государство является лидером крупнейшего военного союза мира. Их гербовый цвет синий — символично, не правда ли?
Принцесса машинально кивнула — гербовый цвет Энея также был синим. Карта между тем, повинуясь легким жестам лорда-протектора, окрасилась во многих местах в синий цвет.
— Предложить им коронный договор, пусть наведут порядок у себя на планете, а мы будем выстраивать с ними дипломатические отношения, — пожала плечами принцесса.
В этот момент, повинуясь движениям руки лорда, на самом крупном континенте планеты высветились еще две страны, но в этот раз агрессивными оттенками красного.
— Самый верный и простой путь, — согласился лорд-директор, по которому переговоры и будут двигаться. Но, — Деклуа сделал паузу, — в связи с тем, что система Нави — ближайший доминион коронных родов Империи, я, как лорд-регент, еще год назад по назначению Собственной Его Величества Имперской канцелярии принял на себя ответственность за выстраивание дипломатических отношений с жителями этого мира. Информация, предоставленная разведчиками департамента исследований, меня заинтересовала, поэтому я настоял на отправке дополнительных групп и на углубленном исследовании. Как оказалось, я был прав.
Деклуа отвернулся от карты и выпрямился в кресле, глядя на принцессу.
— Итак, ваше высочество, что у меня получилось выяснить: действующий вариант цивилизации на планете составляет более четырех тысяч лет, но счет государств, которые могли в истории называться империями, идет на десятки, причем большинство из них прекратили свое существование в ходе военных конфликтов. Население планеты очень неоднородно — если использовать классификацию соответствия Империи, то его можно разделить на четыре группы. И все эти люди постоянно воюют между собой. Конфликты за территорию, на почве религиозных разногласий, за ресурсы, а самая масштабная война у них и вовсе проходила под лозунгом превосходства одной расы над другой. Война для этой планеты — обычное состояние, в год происходит более десяти различных конфликтов среди государств по всему миру, причем их количество год от года растет, но после того как несколько стран этого мира обрели оружие, которое может стереть все живое с лица планеты, выяснение отношений происходит путем расширения сфер влияния на небольшие государства. Но кроме этого, даже без учета потери населения в войнах, на этой планете ежегодно насильственной смертью от применения оружия погибает более полумиллиона человек. Это планета убийц, ваше высочество.
Принцесса, расширенными глазами глядя на Деклуа, покачала головой.
— Это еще не все. Гравитация на планете составляет коэффициент один и восемь от стандартного, что вкупе с медициной на уровне развития доимперского периода приводит к тому, что средняя продолжительность жизни среди населения планеты — семьдесят лет.
— Сколько? — не удержалась от изумленного возгласа принцесса — в Империи на государственную службу принимались люди, достигшие порога шестидесяти лет — и то за последние пять лет, в связи с несколькими выходками членов парламента в обществе муссировалась тема поднятия минимального возраста для чиновников. Естественно, границы возрастного ценза не затрагивали аристократию — и в младенческом возрасте можно было занимать трон правителя домена. При лорде-регенте, естественно, до достижения двадцати лет — для знати порог дееспособного возраста был гораздо ниже, чем для граждан Империи.
— Привыкнуть умирать в том возрасте, когда по нашим меркам заканчивается юность?! — между тем удивленно выдохнула принцесса, — уму непостижимо.
— Именно, — подтвердил между тем лорд-протектор, — и более того: эти люди уже достигли базовых успехов в генной инженерии, но вместо того чтобы развивать свои знания, направляя их на увеличение продолжительности жизни, они тратят свои силы и средства на то, чтобы найти еще более эффективные способы убивать друг друга. Пятьдесят лет назад они вышли в космос, но вместо того что пытаться освоить глубинный космос, они запускают военные спутники. И пятьдесят лет назад они получили первые образцы античастиц, — тут лорд-протектор позволил себе улыбнуться, — наверное, они могут благодарить провидение, что в жизни их планеты появилась Империя — по прогнозам моих аналитиков, после открытия простого порядка синтеза антивещества, с более чем тридцатипроцентной вероятностью этому миру наступил бы конец.
— Так вот, ваше высочество, — снова посерьезнел лорд-протектор, — в ходе исследования этой планеты я получил интересные сведения. Посмотрите, — Деклуа показал на одну из непонравившихся своим красным цветом принцессе стран, — вот это государство, возраст более тысячи лет, доля от мирового населения два процента. Самое крупное на планете, к тому же на их территории находятся около половины мировых запасов ресурсов.
— Как их тогда еще не завоевали?
— Пытались, ваше высочество, и неоднократно. Но каждый раз те, кто пытался захватить их территорию, терпели сокрушительное поражение. Эту страну невозможно победить и во всем мире ее боятся — у них третья по силе армия в мире.
— Если их невозможно победить, почему они всех не установили свой порядок на планете?
— На этот вопрос у меня нет ответа, ваше высочество. Возможно потому, что население этой страны невероятно равнодушно — когда в одном из доминионов идет война, в соседнем в это время могут проводиться масштабные праздники. Но когда опасность грозит существованию страны в целом, а это бывает крайне редко, они все вместе поднимаются на дыбы. Но после того как вышвырнут захватчиков, будто успокаиваются и снова впадают в состояние спячки, иногда между делом увеличив в очередной раз свою территорию. И вот ваше высочество, их соседи, посмотрите, — показал на второе крупное красное пятно континента лорд, — население составляет более двадцати процентов от общемирового. Промышленный центр планеты — большинство мировой продукции производится здесь. Вторая по развитию экономика мира, вторая по силе армия, а вместе эти две страны в некотором роде являются партнерами.
— Почему же они не объединятся?!
— Это очень сложная планета, ваше высочество. Очень сложная — эти две самые крупные страны на континенте хоть и являются партнерами, но союза между ними нет. Более того, они не раз воевали между собой. Причем посмотрите — вот здесь проблема с населением, и за рождение второго ребенка в семье государство платит деньги, а в этой стране проблема с перенаселением и вторые дети в семьях запрещены — наоборот, чтобы завести второго ребенка необходимо заплатить налог. Возможно дело в расовых различиях, но у меня пока нет более точного ответа на этот вопрос.
— Лорд, — неожиданно устала от всей этой информации об этой дикой планете принцесса.
— Да, ваше высочество, уже перехожу к сути, — Деклуа тактично не стал напоминать принцессе, что он предупреждал о времени, требуемом на объяснение. Итак, после того как поступит доклад о введении в строй первого уровня планетарной обороны, я с вашего позволения отправлюсь туда с дипломатической миссией, вести переговоры о коронном договоре.
— С кем? С этими, синими? — показала на карту принцесса.
— Предварительно с объединенной организацией всех наций на планете, так она у них называется, но после совершенно верно, с синими. Переговорный процесс быстрым не будет и займет не менее полугода, а за этот срок в командовании флота уже будут утверждены планы переброски войск в Дикие миры. За это время мы сможем набрать и обучить достаточное количество добровольцев и персонал для тактических модулей, чтобы укомплектовать силы планетарной обороны всей системы Нави, а также создать корпус быстрого реагирования и несколько мобильных дивизионов, которые будут находиться только в вашем подчинении.
— Но это противоречит закону, — отстранилась принцесса, — я не имею права…
— Ваше высочество, закон не разрешает вам командовать имперскими войсками единолично, о чем нам в ближайшем будущем, несомненно, неоднократно напомнит премьер-министр Экортр. Но имперских войск у нас в системе и не будет, кроме Эритемского патрульного полка и нескольких эскадрилий системных перехватчиков.
— Здесь же, на Терре, — лорд-протектор впервые назвал планету по имени, — до момента подписания коронного договора мы будем нанимать рабочих для восстановления промышленности в системе, а также персонал для подразделений их охраны. В составе дипломатической миссии на Терре находится генерал-директор подразделения Промышленной Корпорации Сатари в Седьмом секторе, Карт Деклуа, мой двоюродный брат. У него на руках лицензия от департамента стратегического планирования на увеличение штата охранных предприятий нашего сектора вдвое. Вы же, ваше сиятельство, как принцесса Нави, имеете право содержать до двух тысяч существ личной охраны. При грамотном подходе — это две полноценная пехотная дивизия.
— Но как вы будете набирать людей на этой планете, если даже еще не начался переговорный процесс? — после небольшой паузы спросила принцесса.
— Необходимые соглашения уже подписаны, ваше высочество, — позволил себе улыбку и легкий кивок Деклуа, — смею доложить, что я уже был с неофициальным визитом на Терре, достигнув соглашения с правителями некоторых стран. Пока мы будем обсуждать коронный договор от имени Империи здесь, — показал он на синее пятно на планете, и добавил, указующе ткнув в соседнюю красную область: — Здесь же корпус вербовщиков из наших эмиссаров и специалистов Компании Сатари начнет работать, набирая на контрактной основе лучших воинов и рабочих этой планеты.
— Но это же дикари, лорд? Неужели мы сможем сделать из них солдат или специалистов?
— Ваше высочество, высший уровень по планете Альфа-3. Эти люди обучаемы, а самое главное, обладают качеством, которое к счастью для себя жители Империи давно потеряли.
— Они хорошо умеют убивать?
— Они хорошо умеют умирать, ваше высочество.

Российская Федерация Колпинский район г. Санкт — Петербурга

Российская Федерация
Колпинский район г. Санкт-Петербурга
Двое суток после выступления президента страна находилась как будто в анабиозе. Люди замерли в ожидании. Нет, работали заводы, ходили автобусы, по телевизору показывали все то же самое что и неделю назад — несся с экранов закадровый смех, говорили дежурным тоном ведущие новостей и даже сериалы были все те же. Но в воздухе буквально висела напряженность.
Люди ждали.
Официальной информации просачивалось крайне мало, зато слухами полнилось все независимое информационное пространство — от кухонь и скамеек перед домом до интернета, который вовсе взорвался шквалом версий, разоблачений и единственно верных прогнозов. Я почти не вылезал из квартиры — сидел за компьютером и ждал появления хоть какой-то официальной информации, отсеивая, наверное, терабайтные массивы текстов, которые стали выдавать признанные и непризнанные эксперты, специалисты и те, кто просто имел мнение. Еще на улицу старался не выходить по той причине, что попасться Олегу сейчас, когда у меня появилась возможность круто изменить свою жизнь, было бы до неприличия обидно.
Наконец, я дождался — объявление о начале записи добровольцев вывесили поздно вечером на сайте правительства Санкт-Петербурга. Как оказалось, зря волновался — информация тут же разнеслась по сети — набор начался и в других регионах.
На следующее утро перед Колпинским МФЦ я был единственным человеком за час до открытия. Было прохладно, и я нарезал круги по скверику перед зданием, не удаляясь, впрочем, далеко от двери. Постепенно подходили еще люди, и к девяти утра собралось человек семь — несколько бабушек, пара мужиков средних лет и парень с узким лицом, отдаленно похожим на крысиное. Волосы нечесаные, сальные, а одет он был в дутую черную крутку, отсвечивающую металлом серого от затертостей и въевшейся грязи, на ногах были растоптанные почти до бесформенности ботинки. Весь какой-то неопрятный, дерганый, все зыркал по сторонам маленькими глазками, так что невольно я постарался держаться от него подальше.
Когда распахнулись двери, я на первый взгляд уверенно прошел внутрь, пытаясь не показывать свое волнение. Здесь уже был раньше — когда паспорт получал, так что сразу подошел к терминалу, но тут немного замялся — какой пункт в меню выбрать? Точно не справки и не природопользование. А что тогда: «Гражданство. Регистрация», «Социальное обеспечение. Труд и занятость» или «Другие услуги»? Невольно шмыгнув носом, спиной чувствуя нетерпение стоящих за спиной следующих посетителей, я ткнул плашку про труд и занятость. Практически сразу, стоило мне только взять выползший из терминала номерок, раздался звуковой сигнал, приглашая меня к одному из многочисленных окошек. Пройдя по коридору, с трудом сдерживая волнение, я уселся на симпатичный красный стул, который был в тон всему оформлению, и уставился по другую сторону стекла.
— Здравствуйте, по какому вопросу? — поинтересовалась дама с той стороны, глядя на меня поверх старомодных очков.
— Здрасте. А я… — не выдержав, сделал паузу, пытаясь сглотнуть вставший от волнения ком в горле, — я по поводу найма. Ну, добровольцем…
Дама смотрела на меня внимательно, сохраняя бесстрастное выражение лица.
— У вас же производится запись добровольцем на работу к… к инопланетянам? — произнес я и почувствовал себя последним дураком. Ощущая, как становятся горячими щеки, опустил взгляд, ругая себя за то, что не мог подождать хотя бы немного, посмотреть, как будет происходить…
— Да, уже производится. Только это называется не «к инопланетянам», а «работа по найму на территориях вне юрисдикции стран участниц Организации Объединенных Наций». Паспорт, пожалуйста.
Не в силах поверить, что не опростоволосился и не выгляжу дураком, поднял глаза и наблюдал за тем, как дама развернула на столе перед клавиатурой мой новенький паспорт, который я после получения доставал из полочки на шкафу считанные разы. Так сейчас волновался, что даже не высказал вслух мысль о том, что сказать «на работу к инопланетянам» гораздо проще той словесной конструкции, которая передает смысл на официальном языке.
В это время дама кинула короткий взгляд под обложку, на меня, снова под обложку.
— Восемнадцать полных лет, — произнес я запоздало, поняв смысл разглядывания моего лица и паспорта, но дама уже работала, вежливо кивнув мне. Запорхали пальцы по клавиатуре, слившись в равномерный шелест, который резко закончил легкий, но звучный удар по клавише ввода.
— Какое у вас образование? — подняла взгляд дама.
— Э… среднее техническое. Незаконченное.
На краткий миг взгляд сотрудницы приобрел мягкое, человеческое выражение, она даже хотела что-то сказать, но не стала, вновь став деловой и собранной по виду, обернувшись к монитору и быстро вбив данные.
— Национальность?
— Русский, — опять краткий шелест клавиатуры.
— Почему приняли решение стать добровольцем?
— Ну… не знаю. Тяга к неизведанному, новому, хочу посмотреть на Землю из космоса, — немного сумбурно ответил я почти правду. Ну не говорить же, я в состоянии алкогольного опьянения сжег машину, принадлежащую главе молодежной группировки вне закона, и теперь боюсь последствий?
- Хорошо, запишем: интерес к неизведанному. В какой сфере деятельности хотели бы заключить контракт — работа здесь, на планете, или в других звездных системах?
Нет, ну надо же попробовать? Я оглянулся по сторонам — людей в зале уже было человек пятнадцать, кто-то ждал, но большинство сидело на стульях напротив ряда окошечек.
— А говорили, что можно в армию записаться, — развернувшись к даме, негромко спросил я и замер. Сотрудница центра посмотрела на меня внимательно, потом поправила очки и наклонила голову.
— Сынок, ну какая тебе армия? Подумай, может тебе лучше обучение закончить? Что там будет с этой службой, не ясно же ничего, подожди немного, а там и запишешься.
Насупившись, я опустил взгляд, сдерживая раздражение — ненавижу, когда меня кто-то пытается научить жить. Посидев так несколько секунд, чувствуя горящие щеки, я поднял взгляд.
— Так можно?
Дама посмотрела на меня несколько секунд, потом кивнула и вновь приняла деловой вид.
— Хорошо, я записала. Контактный телефон свой скажите, пожалуйста.
После того, как продиктовал номер, последовала долгая для меня пауза — собеседница сидела почти неподвижно, глядя в экран и лишь постукивая пальцем с длинным красным ногтем по столешнице. Неожиданно рядом с ней загудело, и из принтера вылез лист бумаги.
— Проверьте, пожалуйста и, если все верно распишитесь.
Приняв через окошко лист, я ознакомился. Ух ты, ничего себе — оказывается дама меня и проверила уже: после краткого перечня паспорта данных и сообщенной информации шел список с информацией по кредитной задолженности, службы судебных приставов, дорожной инспекции, полиции. Но я был чист как слеза — везде нет-нет-нет. Ни долгов, ни обязательств, ни штрафов, ни налогов. Нихрена нет, короче, кроме желания, как тут написано: «служить в вооруженных формированиях».
— Андрей Сергеевич, — дама взглянула на меня, и вздохнула: — Подумайте, пожалуйста, еще раз. Сейчас, если вы не изменили решения подписать контракт найма на иных территориях, мне необходимо забрать ваш паспорт, который мы отправим в территориальный отдел ФМС.
— Давайте ручку, — опустив взгляд, произнес я, принимая лист, еще горячий после принтера.
— До свидания, Андрей Сергеевич, — попрощалась со мной дама, забирая бумагу и протягивая мне вместо паспорта небольшую справку с голографической наклейкой, — с вами свяжутся.
— А когда, не знаете? — спросил я, дернувшись было встать.
— Я сейчас в такой же ситуации, как и вы, — снова появились на лице специалиста центра человеческие эмоции: — Первый раз кого-то записала, а в инструкции здесь, — кивнула она на монитор, — просто записано, что свяжутся.
Когда поднялся, глубоко вздохнул. И с облегчением, и с заново навалившимся волнением — вроде первый этап пройден, но позвонят ли? Хотя куда денутся, обязательно позвонят — вспомнил я про то, что оставил здесь свой паспорт.
— Анатолий Борисович, у вас есть непогашенные кредитные обязательства в четырех банках и три исполнительных листа в производстве Федеральной Службы Судебных Приставов, в том числе по выплате алиментов, — услышал я голос молодой девушки, напротив которой сидел тот самый крысиного вида мужик в засаленном пуховике.
Мда, дружище, тут не забалуешь, — хмыкнул я, выходя на улицу.
Телефон зазвонил еще когда до дома не дошел, причем номер был совершенно незнакомый, длинный, но легкий к восприятию. Серьезный такой номер, внушающий.
— Андрей Сергеевич?
— Да, я.
— Андрей Сергеевич, вы изъявили желание устроиться на службу по контрактной основе.
— Да.
— Для предметного обсуждения вопроса сможете подъехать сегодня? Территориально мы находимся на юго-западе Санкт-Петербурга, жилой комплекс Балтийская Жемчужина. Знаете?
— Да, конечно.
— Административное здание, совсем рядом с торговым комплексом, ошибиться невозможно. Рассказать вам, как добраться?
— Нет, спасибо. Когда можно подъехать?
— С сегодняшнего утра мы работаем круглосуточно, подъезжайте в любой момент.
Денег у меня не было, взять было негде — мать на работе, но зарплата у нее должна была быть все равно только к концу недели, да и она жаловалась вчера, что последние деньги в магазине на хлеб и молоко потратила. Поэтому в электричке пришлось перебегать по платформе во время остановки, чтобы не встречаться с контролерами, а в метро прыгать через турникет. Подумать только — мы на пороге новой космической эры, а я через турникет прыгаю! Хорошо хоть, пешком идти не пришлось — от метро до торгового центра в комплексе «Балтийская Жемчужина» ходили регулярные бесплатные автобусы.
Когда оказался у плавного, фигурного здания, часть которого занимал стеклянный секционный купол ресторана, поежился от холода и пару раз шмыгнул носом — утром подморозило, и еще пока ждал открытия МФЦ промерз до костей. Сейчас, ближе к обеду, солнышко растопило старые сугробы, и мои старые кроссовки давным-давно напустили воды через подошвы так, что ноги уже хлюпали.
Постояв с минуту перед входом, и еще раз воинственно шмыгнув, я посмотрел на здание.
— Это маленький шаг для человечества, но огромный скачок для одного меня, — буркнул сам себе, пытаясь взбодриться. Спрашивать, куда мне, не пришлось — внутри в достатке была стендов навигации, один из которых как раз устанавливали в тот момент, когда я зашел. Напустив на себя делового вида, с каменным выражением лица я прошел через вестибюль, поднялся по лестнице, и оказавшись у нужного кабинета, замер.
— Ну… — выдохнул я: — Поехали!
Когда стукнул три раза и, толкнув дверь, пересек порог, вода в треснувшей подошве кроссовка предательски хлюпнула.
Дальше: Часть вторая
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий