Стэн. Гвардеец Его величества

Империя, система Целеста. Планета Целеста — Прайм, резиденция Растор

Империя, система Целеста
Планета Целеста-Прайм, резиденция Растор
Система Целеста располагались на удаленных от миров Фронтира границах Империи с Конфедерацией, в одном из самых спокойных секторов, являясь одним из богатейших и самодостаточных доминионов Империи на периферии. Причем десять лет назад о том, что система станет настолько оживленным местом, никто и подумать не мог: Целеста, находясь на границе с Конфедерацией, лежала вдали от торных путей — основное торговое сообщение с дружественным соседом Империя вела через миры Эдама. Кроме нескольких туристических планет и совсем небольшого промышленного производства, Целесте похвастаться по сути, было нечем. Да и туристы здесь появлялись гораздо в меньшем количестве, чем хотелось бы местным жителям — несмотря на привлекательность курортных планет с девственными флорой и фауной, удаленность сектора от метрополии сказывалась. Но все изменилось, когда началось восстание умников — миры Эдама заполыхали войной, а Целеста оказалась одним из тех мест, куда эвакуировались промышленные производства. Сразу после этого увеличился и грузопоток — обходя опасные сектора, крупные галактические перевозчики изменяли маршруты. Всего за год после начала восстания на Целесте появилось несколько огромных орбитальных грузовых терминалов, сразу семь космопортов, на орбитах необитаемых планет развернулись масштабные стройки — Империя наращивала производственные мощности, утерянные в ходе начавшихся Кроуденовских войн и восстания умников.
Безлюдная раньше по сравнению с другими приграничными доминионами Империи Целеста сейчас буквально полнилась людьми. Причем не остался в стороне и туризм — если на поверхности и орбитах необитаемых планет разворачивались производства, то на двух курортных теперь постоянно на орбите висело множество пассажирских лайнеров, маршруты которых также значительно поменялись в связи с напряженностью в мирах Эдама. И увеличившийся пассажиропоток не остался без внимания — даже на первом имперском новостном канале неоднократно мелькали репортажи о набирающей у туристов популярности системе. Через несколько лет и вовсе на Целесте ввели в строй новую сеть космопортов, так что только на столичной планете обеспечивался прием более пятидесяти межсистемных кораблей ежедневно — как грузовиков, так и пассажирских лайнеров.
Лорд Растер, владетельный герцог доминиона Целеста был уже стар — он пережил уже третью процедуру омоложения, разменяв четвертую сотню лет. Про него ходили самые разные слухи, вплоть до того, что старый лорд уже впал в маразм, но глядя на подтянутую фигуру герцога, молодой по флотским меркам адмирал Кортез, недавно назначенный генерал-губернатором колонии Лточен, как не пытался, не мог найти основы для домыслов, дошедших до него краем недавно.
Вот уже около часа генерал-губернатор находился в личном кабинете лорда, чувствую себя немного неуютно рядом с таким видным государственным деятелем. Целеста отличалась от колонии Лточен, которой руководил Кортез, разительно — если первая сейчас была процветающим доминионом, то вторая — глухая система на окраине обитаемых миров — Фронтира. Дальше нее простиралась лишь неизведанная пустота галактики, да и сам Фронтир был мало исследован — представляя один из спиральных рукавов, он будто обнимал часть границ Империи, Конфедерации и миров Торгового Альянса. В золотой век до восстания умников на Имперской территории Фронтира было огромное количество исследовательских баз и станций, усиленно работал департамент исследования новых территорий, но когда в Империи заполыхала тяжелая, внутренняя война, большинство работ было свернуто на неопределенное время. Конфедераты же и не старались пока исследовать дальние обитаемые пространства — им хватало проблем с терапторами, и со стороны своих границ Фронтира конфедераты ограничились только поясом станций дальнего обнаружения, не замахиваясь на дальнейшие исследования.
Единственная ценность системы Лточен представлялась в виде ресурсов, которых было много — здесь находились две богатые редкоземельными металлами планеты. Населяли их негуманоидные существа, даже не шагнувшие на первую ступень развития — раса лточенов, давшая название самой системе. Самих людей в системе было немного — три поселения, общее население которых не насчитывало и десятка тысяч человек. Это был персонал заводов и трех орбитальных станций космофлота — в системе базировалась отдельная эскадра флота, подчиненная напрямую генерал-губернатору. Несмотря на то, что никаких активных боевых действий здесь не велось, эскадра постоянно находилась в боеготовности — в основном патрулируя системы сектора в поиске рейдеров, причем весьма успешно, что добавляло гордости молодому генерал-губернатору. Не простаивали и расквартированные в системе части мобильной пехоты — лточены были довольно мерзкими, опасными тварями и были агрессивно настроены против имперских колонистов на территории планет, которые они считали своими.
Восстание умников также оказало большое влияние на систему Лточен — на тот момент колония была заселена практически одними лишь лточенами, а деятельность производственных и добывающих комплексов обеспечивали работники клоны. После того, как система Лточен фактически перестала подчиняться Империи — все промышленные предприятия прекратили работу, и прервалась всякая связь, про нее на некоторое время забыли. Но после того, как Империя кое-как погасила пожар восстания в беспокойных Диких мирах и в мирах Эдама, у оперативного командования Пятого Флота — дислоцированного на Фронтире, дошли руки и до этой системы — сюда была послана миротворческая миссия. Но казавшаяся легкой прогулкой миссия закончилось плачевно — уже на подступах к системе миротворцев встретил неопознанная эскадра. Лишь после в разведывательном разделе флота установили, что это был один из отрядов имперских кораблей, перешедших под контроль умников. Но тогда, в условиях информационного вакуума, да еще неожиданной атаки, едва не уничтоживший один из крейсеров, ведущий миротворческую эскадру имперский адмирал принял решение отступить для перегруппировки и посещения ремонтных доков — повреждения получили еще несколько кораблей. Эскадра ушла, а у Империи в общем и у Пятого Флота в частности тогда было слишком много проблем, так что о Лточене снова на некоторое время забыли. Через некоторое время система Лточен сама напомнила о себе — по данным разведки флота именно в этом секторе находилось несколько крупных баз контрабандистов и рейдеров, изнутри подрывающих стабильность Империи.
В оперативном командовании Пятого Флота было принято решение отправить на подавление враждебной деятельности экспедиционный корпус. Но принять решение одно, а исполнить совсем другое — боеспособных кораблей в Пятом Флоте в то время, после нескольких серьезных сражений с умниками, катастрофически не хватало. В результате честь возглавить экспедиционный корпус, который несмотря на громкое название по составу и техническим характеристикам кораблей значительно уступал первой, потерпевшей здесь неудачу эскадре, была предоставлена молодому капитан-командору Кортезу, командиру отряда дальнего патрулирования. Решение о назначении было с двойным, а то и тройным дном: повезет молодому коммандеру, система будет занята малой кровью; не повезет — что ж, с потерями во Флоте мирились уже гораздо проще, чем раньше, зато будет повод запросить у метрополии подкреплений, оправдывая свое бездействие в этой системе — сил Пятого Флота на Фронтире было действительно немного, а большинство серьезных боеспособных отрядов распылено по многочисленным секторам.
Молодой капитан-командор Кортез, поднаторевший в схватках с рейдерами и не полагающийся на слепую удачу, не поленился изучить архивы с отчетами о первой попытке освобождения Лточена, так что к выполнению задания подошел со всей ответственностью. Да и опыта ему было не занимать — рейдеры Фронтира, в отличие от пиратов других мест галактики были серьезным противником — здесь их спонсировал каждый кто мог — да и Империя в том числе, помогая пиратам, терроризирующим пограничные области миров того же Торгового Альянса. Еще помогло то, что большая часть кораблей, нанесших поражение первой эскадре, из системы уже ушла, так что операция по возврату законной власти Империи прошла даже с некоторым шиком и практически без потерь. Эффект это имело достаточно для Кортеза неожиданный — Империи в тот момент нужны были герои, так что капитан-командора наградили орденом, контр-адмиральским званием и назначили исполняющим обязанности генерал-губернатора системы. Ему посвятили даже целую передачу по государственному имперскому галаканалу. Но на этом успехи Кортеза не кончились — несмотря на то, что население планет системы после нескольких лет безвластия было вполне себе вооружено, опасно и агрессивно к имперским солдатам, операция по принуждению к миру также закончилась успешно. После этого Кортеза, уже адмирала, утвердили в должности генерал-губернатора и посвятили ему и его отряду в течение некоторого времени сразу три передачи на первом имперском, рассказывая об образцовых солдатах Империи. Красочные репортажи велись с поверхности заросших непроходимыми джунглями планет, где находились базы мобильной пехоты, из ремонтных доков отрядов перехватчиков, демонстрируя в пустотных доках захваченные рейдеры и их пленные экипажи в тюремных камерах.
Столь головокружительный успех уже давал право Кортезу вполне надеяться на предоставлении ему личного дворянского титула. И действительно — приглашение на Империум, центральную планету метрополии, не заставило себя ждать. Правда, в полученном Кортезе письме не говорилось о возможном баронском звании, это было лишь приглашение на императорский прием по случаю празднеств дня Империи, но генерал-губернатор вполне мог рассчитывать на признание своих заслуг — честь быть приглашенными на императорские балы имели очень, очень немногие.
Сейчас, сидя за широким столом натурального (натурального!) дерева Кортез прислушивался к речам лорда Растора, который занимал его приятной беседой уже около часа. Молодой генерал-губернатор чувствовал, что эта светская беседа происходит не просто так. Еще вчера, когда роскошный пассажирский лайнер «Кастардия» прибыл на Целесту — одну из промежуточных точек своего маршрута до метрополии, Кортез почти сразу получил приглашение посетить с неофициальным визитом резиденцию владетельного герцога.
С одной стороны, новоиспеченному генерал-губернатору, еще вчерашнему командиру патрульного отряда из двух фрегатов и легкого крейсера, невероятно польстило внимание потомственного аристократа, принадлежащего не много ни мало к высшему свету, пусть и высшему свету приграничных миров. Но с другой, была некоторая доля волнения — во-первых, Кортез чувствовал, что старый лорд его прощупывает, постоянно велеречиво плавая в беседе вокруг да около серьезных тем, но не затрагивая их даже полунамеками. О настоящей причине приглашения Кортез пока не догадывался, что его несколько волновало — адмирал понимал, что лорд позвал его вовсе не для того, чтобы лично рассказать о том, как он восхищен успехами молодого офицера. А Кортез, которому едва-едва исполнилось шестьдесят, был еще юнцом по сравнению с владетельным герцогом.
Ну а во-вторых, был еще менее значительный, но не менее расстраивающий молодого адмирала повод — время стоянки «Кастардии» на Целесте составляло всего трое стандартных суток, которые Кортез рассчитывал провести со своей супругой на прекрасных, белоснежных пляжах планеты, картинки которых очень часто мелькали в передачах развлекательных каналов. Генерал-губернатор был выходцем из индустриального мира, родился он на одном из мегаполисов внутренних миров, и ни разу в реальной жизни не был на настоящем морском пляже — только в виртуальности. Но ради посещения настоящего курорта игнорировать приглашение лорда Растора было бы несусветной глупостью, так что Кортезу оставалась только грустить и рассчитывать на то, что беседа скоро завершится. И ему удастся хотя бы побывать на море сегодня вечером, переночевав в соломенном бунгало, стоящем прямо в лазурной воде у берега спокойного моря: спутница Кортеза уже скинула ему на личный терминал кажущиеся волшебными изображения.
— Господин генерал-губернатор, — пригубив вино из высокого бокала, произнес лорд Растор, внимательно глядя на Кортеза, — у меня к вам есть одно небольшое предложение.
— Весь внимание, — произнес адмирал, также в свою очередь пригубив вино. Красная, немного вязкая жидкость была невероятно кислой, и Кортезу стоило серьезных усилий не морщиться, когда он пил это невкусное вино, хотя адмирал понимал, что одна бутылочка такого напитка стоит возможно даже больше, чем его месячный оклад адмирала имперского флота.
Владетельный герцог между тем поднялся и сделал несколько шагов к прозрачной стене, полукругом огибавшей его огромный личный кабинет и открывавшей взору восхитительный панорамный вид на окрестности. Вдали, насколько хватало взгляда, стелилось зеленое море девственных лесов, среди которого то тут, то там возвышались небольшие административные комплексы, соединенные между собой серебристыми линиями монорельсов, и виднеющиеся на самом горизонте даже на таком расстоянии поражающая глубиной цвета водная гладь, на фоне которой было хорошо видны две стрелы далекого космопорта.
— У нас, как вы видите, мирная и благополучная система, — оборачиваясь к Кортезу, простер широким жестом руку Растор, показывая на великолепный вид. — Мирная, и благополучная, — повторил он, внимательно глядя на собеседника.
Кортез молчал, ожидая продолжения.
— К счастью, война нас не затрагивает никоим образом, — лорд по-прежнему стоял на фоне волшебного вида панорамы. — Конечно, мы должны радоваться, что судьба нам благоволит, — герцог говорил, произнося слова негромко и внятно, внимательно наблюдая за реакцией Кортеза. — Но за внешним благополучием меня беспокоит то, что расквартированные у нас войска уже долгое время не имеют реального боевого опыта.
Молодой адмирал молчал, глядя на собеседника и не в силах понять, к чему тот клонит.
— Сейчас, когда мир полнится разными слухами, мне как владетелю, которому вверена эта прекрасная система, хочется быть уверенным в ее безопасности, — после небольшой паузы произнес Растор.
Кортез едва не закусил губу — он просто не понимал, какой реакции от него ждет Растор. В задумчивости он перевел взгляд с лица герцога на красивые виды, отхлебнув вино, в этот раз даже не обратив внимание на резкий привкус. Лорд-владетель уже не раз намекал на «разные слухи», но что именно он имеет ввиду, адмирал понять никак не мог, склоняясь в мыслях к тому, что Растор подразумевает возможное начало противостояния в Диких мирах, о чем действительно пульсировало множество домыслов, хотя и имеющих под собой серьезное основание.
— И надеяться на то, что в случае чего к нам придет помощь, не лучший выход, — произнес между тем герцог, возвращаясь за стол.
— Императорский Флот всегда стоит на страже интересов наших граждан, — машинально ответил на это Кортез.
— Особенно когда в нем служат такие достойные командиры, — слегка улыбнулся Растор, глядя на Кортеза и слегка приподняв свой бокал. — Господин генерал-губернатор, — продолжил он, — у нас с вами разные жизненные пути, но мы сейчас с вами находимся в одинаковом положении и делаем одно дело — в наших руках сосредоточена вверенная нам Императором власть над звездными системами, и мы должны думать об их благополучии.
Кортез просто кивнул, стараясь не показывать эмоций — по его мнению, смешно было сравнивать богатую систему на перекрестке торговых путей и населением более двадцати миллиардов человек, с куском освоенного пространства Фронтира состоящего из нескольких планет с враждебной средой, богатую лишь рудниками и орбитальными станциями, персонал которых насчитывает не больше тридцати тысяч существ. Это если считать еще и силы планетарной обороны вместе с экипажами кораблей патрульного отряда — слегка усиленного соединения, оставшегося в подчинении новоиспеченного адмирала, и носившего теперь гордое именование отдельной эскадры. И тем более было смешно ставить на одну ступень потомственного герцога и молодого генерал-губернатора. Но как тактично выразить свои чувства, Кортез не знал. Поэтому он снова промолчал, чуть пожав плечами, не соглашаясь прямо с утверждением лорда Растера, но как бы и не противясь ему.
— К тому же мы должны помогать друг другу по мере сил, — произнес герцог. — Господин генерал-губернатор, как вы относитесь к тому, что мы с вами заключим соглашение о взаимном сотрудничестве, по которому солдаты из войск, расквартированных в вашей колонии, будут проводить отпуска в моей системе? Условия для того, чтобы отдохнуть после тяжелой службы по охране границ Империи у нас здесь прекрасные, могу констатировать сей факт без тени сомнения.
— Ваше предложение льстит мне и, не буду скрывать, очень заманчиво, — ответил Кортез, поднося к губам стакан, чтобы возникшая пауза в его словах не показалась неуместной. — Для воинов вверенной мне Императором системы это будет большая честь, — озвучил сформулированную в уме фразу генерал-губернатор: — Если вы не возражаете, я направлю запрос в оперативное командование Пятого Флота.
Владетельный герцог некоторое время вдумчиво смотрел на собеседника, причем так пристально, что у Кортеса пробежал по спине холодок. Неужто он сказал что-то не то?
— Конечно, — после слишком долгой паузы произнес Растор, — если вы считаете это нужным. Я надеюсь, что ваш запрос как можно быстрее преодолеет все бюрократические препоны.
Лорд снова сделал паузу, ожидая от Кортеза каких-то слов, но адмирал молчал. Он понял, что сейчас за этими вроде бы такими простыми фразами и предполагаемыми действиями стоит действительно большая игра, и влезать в нее, не понимая не то что свою роль, а даже конечную цель, считал глупым.
— Господин генерал-губернатор, — судя по мелькнувшей на его лице тени решил для себя все герцог, — я счастлив нашему знакомству, и надеюсь на его дальнейшее продолжение. Ведь мы с вами, являясь гражданами Великой Империи Эней, волею Его Величества получившие право владеть и управлять, должны с честью и ответственностью пользовать это право, преумножая богатство вверенных нам провинций. Во благо Империи.
Кортез, почувствовав, что аудиенция подходит к концу, отставил бокал в сторону, готовясь прощаться.
— Прошу простить старика, что отнял своим брюзжанием у вас столько времени, — неожиданно изменившимся тоном произнес герцог. Однако, несмотря на его извиняющиеся интонации, взгляд Растора был холоден и безэмоционален.
Генерал-губернатор попробовал было рассыпаться в объяснениях, что герцог никоим образом не отнял у него времени, а наоборот оказал ему невиданную честь, соизволив принять у себя, но был прерван.
— Полноте, полноте, — улыбнулся Растор, глядя все теми же холодными глазами, — поднявшись и подхватив Кортеза под руку, провожая его до дверей своего кабинета.
— Господин генерал-губернатор, — остановившись у высоких резных створок, неожиданно негромким голосом произнес герцог: — Вы скоро будете на Империуме. Это самое сердце внутренних миров, сердце Империи, и жизнь и нравы там очень сильно отличаются от тех, к которым мы привыкли. Поэтому если вас что-то будет смущать, или вы, возможно, обратите внимание на какие-то кажущиеся невероятными слухи, или вам нужен будет совет, помните — я как друг в любой момент буду готов вас принять, выслушать и попробовать помочь советом.
Кортез удивленно посмотрел на Растора, но тот уже распахнул дверь кабинета, перепоручаю гостя мажордому и церемонно прощаясь. Молодой адмирал, покинув дворец владетельного герцога, сначала вернулся к себе в каюту «Кастардии», несколько раз прогнав в памяти весь разговор. После, отправив запрос в оперативное командование Пятого Флота, Кортез на нанятом боллерте направился в одинокое бунгало прибрежной полосы. Когда адмирал встретился с супругой, он уже практически не вспоминал о состоявшемся разговоре.
Генерал-губернатор Кортез еще не догадывался, что беззаботной по сравнению с прошлыми годами жизни ему осталось всего несколько недель — как раз столько времени, сколько требовалось «Кастардии», чтобы достигнуть Империума.
На следующий день владетельный герцог доминиона Целеста стоял в своем кабинете и наблюдал, как огромный и изящный белоснежный лайнер, опоясанный линиями иллюминаторов, бесшумно поднимается на антиграве из космопорта — «Кастардия» принадлежала к элитным, «чистым» лайнерам — кораблям такого класса, которым была разрешена посадка даже на курортные планеты типа Целестии. Когда поднявшись за облака, активировавший Юкаву лайнер исчез, оставив за собой в небе только широкую свечу инверсионного следа, лорд Растор вздохнул, и еще раз проверив активацию защитных систем, подошел к терминалу мгновенной связи.
На вызов ответили почти мгновенно.
— Приветствую, — слегка склонил голову герцог.
Фигура собеседника практически зеркально повторила приветствие.
— Кортез.
— И?
Герцог ничего не ответил, лишь слегка дернул щекой и отрицательно покачал головой. Вчера, разговаривая с молодым генерал-губернатором, он даже не предложил ему военную помощь — Кортез показался ему человеком из другой галактики — он даже ни разу не реагировал на невероятно толстые намеки на упорно пульсирующие в кругу высшего света слухи. Хотя что с него взять — генерал-губернатор к этому самому свету принадлежал только формально, по сути же только и гоняясь за рейдерами в своей богами забытой системе. Но, надо признать, со своей работой он справлялся неплохо.
Рисковать же, пытаясь с наскока обсудить с Кортезом острые, назревшие в Империи проблемы, Растор не стал. Еще не время.
— Как Он? — поинтересовался герцог.
— Все по-прежнему, — ответил ему собеседник. — И даже хуже.
Жестом попрощавшись, лорд Растор отключился. Вернувшись за свой стол, он уселся в кресло и долгим взглядом воззрился на еще не истаявший в небе белесый след «Кастардии», размышляя о проблемах в Империи.
Проблем было много, невероятно много и на любой вкус. В любом конце огромной державы, в любом секторе можно было навскидку назвать одну, а иногда и несколько, могущих повлиять на благополучии Империи в целом. Но была еще одна, стоявшая особняком. Самая главная, сложная и практически нерешаемая, находившаяся в самом сердце Империи. Проблема, которая последнее время вела страну куда угодно, но только не к процветанию и благополучию.
Император.
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий