Субъективный словарь фантастики

Трудно быть богом

Повесть Аркадия и Бориса Стругацких написана в 1963 году и опубликована годом позже. Первоначально под таким названием существовал небольшой рассказ, написанный братьями-фантастами в 1962 году. Сюжет будущей повести здесь лишь смутно просвечивал: действие разворачивалось в инопланетном феодальном государстве уже после того, как местный царь, воспользовавшись технической помощью землян, затем их всех безжалостно перебил. Потом уже царский сынок поддержал заговор дяди против папаши и сам стал царем. В конце же, когда заговорщики решили ликвидировать и его, незадачливый самодержец воззвал по радио к землянам: придите, боги, и спасите меня, хорошего…
Финальный разговор землян, собравшихся у репродуктора, любопытным образом соотносится с последними страницами будущей повести – где главный герой, доведенный до отчаяния, поднимает меч. В раннем рассказе земляне не стали защищаться и предпочли погибнуть, поскольку для людей будущего убийство себе подобных было абсолютно немыслимо. Позднее рассказ был переименован в «Бедных злых людей» и не печатался до конца 80-х.
Но вернемся в 1962 год. 1 февраля Аркадий Стругацкий, работающий тогда редактором в «Детгизе», сообщает брату, что он на всякий случай вписал в издательский план на 1964 год еще не написанную повесть «Седьмое небо» о «нашем соглядатае на чужой феодальной планете». По первоначальному замыслу, повесть вполне соответствовала специфике детского издательства. «Я план продумал, – писал Аркадий Натанович, – получается остросюжетная штука, может быть и очень веселой, вся в приключениях и хохмах, с пиратами, конкистадорами и прочим, даже с инквизицией».
В марте 1963 года будущая повесть называлась «Наблюдатель», и она уже казалась не такой веселой, как прежде. Пиратская тема улетучилась, зато стала кристаллизоваться идея «прогрессорства» (позднее оформившаяся в повести «Жук в муравейнике»). Острый сюжет не исчез, но наполнился иным содержанием: прозу зрелых Стругацких выделяло органичное сочетание грамотной приключенческой фабулы, социальной проблематики, философской нетривиальности и прогностической широты. Благодаря этому повесть уже не вписывалась в рамки «Детгиза», и авторам стало понятно, что произведение – для взрослой аудитории.
В июне 1963 года Стругацкие, встретившись в Ленинграде, правят первый черновик повести. Любопытно, что название места действия – Арканар – Аркадий Стругацкий придумал еще в 50-е, и тогда же материализовалось имя Румата (потом оно мелькнет в повести «Попытка к бегству», опубликованной в 1962 году). Антон, изображающий «благородного дона» Румату Эсторского в средневековом королевстве (микшированы европейские и японские приметы), – резидент Земли. Он послан Институтом Экспериментальной Истории для наблюдения за аборигенами и потихоньку помогает местным ученым, поэтам, философам – словом, книгочеям, у которых с каждым днем все меньше шансов уцелеть в царстве серости. А уж когда в Арканаре к власти приходит Святой Орден (клерикальная диктатура), становится совсем беспросветно…
В первоначальном варианте повести было семь с половиной авторских листов, позднее объем был доведен до восьми с половиной листов. Писатели работают над «Трудно быть богом» в те годы, которые назовут «хрущевской оттепелью» (в послесловии к первому изданию, написанном Рафаилом Нудельманом, даже есть упоминание «лагерей Воркуты, Колымы, Норильска»). Но оттепель была уже на излете. После хамского разгрома выставки в Манеже стало понятно, что гармонии нет и не будет: Власть и Культура находятся, условно говоря, по разные стороны баррикад. «То, что критик Нудельман в свое время назвал “публицистическими отмелями”, составляет костяк повести, – позднее подчеркивал Борис Стругацкий. – Это рассуждения об интеллигенции, о том, зачем нужна интеллигенция, почему она необходима в каждом государстве… Вспомните, чем занимается Румата. Он спасает интеллигенцию. Это вообще было время, когда мы начали обожествлять интеллигенцию, считая, что именно она является панацеей от всех бед. Потом от этой идеи мы вынуждены были отказаться, но тогда она вела нас…»
Эта книга – о бессилии реформатора, который не просто обладает абстрактным знанием, «как надо», но прибыл оттуда, где это «как надо» давно стало реальностью. Однако историческая инертность мира, в который заслан герой, гасит все его благородные намерения. «Крот истории» роет слишком неторопливо. Антон-Румата не смог приучить арканарскую знать даже мыться почаще. Единственное его нововведение, которое прижилось, – носовой платок…
Повесть «Трудно быть богом» оказалась едва ли не последней вещью Стругацких, которая была опубликована в издательстве «Молодая гвардия» (см. ) без особых проблем. 13 января 1964 года писатели заключают договор с «МГ» на авторский сборник. В аннотации читаем: «Две научно-фантастические повести “Далекая Радуга” и “Трудно быть богом” о будущем, об ученых, ставящих необыкновенные эксперименты на далеких от Земли планетах». Выражения обтекаемые, однако формально они не противоречат сюжетам повестей. После выхода книга стала очень популярна и буквально разошлась на цитаты («Там, где торжествует серость, к власти всегда приходят черные», «Умные нам не надобны. Надобны верные», «Как вольно дышится в возрожденном Арканаре!» и т. д.).
После выхода повести отклики в прессе поначалу были положительными. Но уже вскоре начались нападки. Писатель Александр Колпаков объявил, что-де «Стругацкие проповедуют невмешательство в дела африканских государств», а академик Юрий Францев ту же мысль облек в наукообразную форму, напомнив братьям-фантастам о том, что «целые народности на данном этапе перешли от родового строя, лука и стрел, шаманства к социалистическим формам общежития». Тем не менее повесть переиздается в  (см.), и уже со второй половины 60-х даже недоброжелательная к Стругацким критика относится к произведению в целом позитивно. Более того: «Трудно быть богом» будут ставить в пример авторам «Улитки на склоне», «Сказки о Тройке» и «Второго нашествия марсиан» – дескать, раньше Стругацкие были молодцы и писали правильно, а затем испортились.
Впрочем, лояльное отношение литературных инстанций к этой повести не повлияло на ее киносудьбу. Уже с середины 60-х авторы ведут переговоры с киностудиями, заключают договоры, однако ни один из проектов той поры не увенчался результатом. 27 февраля 1966 года Борис Стругацкий сердито пишет брату: «Мишка Хейфец говорил с одним из молодых режиссеров (Алеша Герман) и тот сказал, что сценарий [“Трудно быть богом”] – ничего себе, но артистам там играть нечего. Я попросил Мишку передать А. Герману, что он дурак. Надо же выдумать – играть нечего!» Позднее Герман передумал и был готов делать фильм по повести братьев-фантастов уже в конце 60-х. Однако после вторжения советских танков в Чехословакию не было шансов перенести эту книгу на экран. Борис Натанович пишет брату: режиссер «хотел бы снимать ТББ [“Трудно быть богом”], но полагает, что сейчас сочетание Герман – Стругацкие может привести только к приступу падучей у начальства».
В конце 80-х выйдет советско-немецко-франко-швейцарская экранизации режиссера Петера Фляйшмана (довольно посредственная картина, снятая в жанре боевика). Еще через десять лет Герман вновь решит обратиться к сюжету «Трудно быть богом» и перепишет сценарий. Мучительный процесс съемок продлится почти полтора десятилетия, и в итоге это уже будет не то кино, которое режиссер хотел снять в 60-е. Литературная первооснова – прежняя, но изменилось отношение к ней, изменился сам режиссер и, главное, изменилось время…
Назад: Трасса 60
Дальше: Ульдемир
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий