Субъективный словарь фантастики

Киберпанк

Так называется то ли поджанр современной фантастики, то ли особое направление в ней. Одна часть слова (ciber) взята из почтенной кибернетики, вторая (punk) – английское слово «мусор». Как правило, действие произведений этого жанра происходит в мире высоких технологий, донельзя загаженном отходами этих же технологий. Родоначальником киберпанка считается Уильям Гибсон, который в 1984 году выпустил роман «Нейромант» (Neuromanser), где сконструировал целую цивилизацию хакеров. Но поскольку книга вышла в те допотопные времена, когда интернет не был массовым средством коммуникации, слова «хакер» не существовало вовсе. (Нет его, кстати, и в романе Гибсона; потрошителей Сети писатель назвал по старинке ковбоями.)
Наилучшее представление о мире киберпанка дает видеоряд картины Роберта Лонго «Джонни-Мнемоник» (Johnny Mnemonic, 1995), поставленной по мотивам одноименного рассказа все того же Гибсона: амальгама сложнейшей, на молекулярном уровне, электроники и гниющих, утопающих в ржавом железном хламе, мусоре и нечистотах останков постиндустриального общества. Этот контраст запрограммирован. Люди в этом мире уже слабо похожи на людей, металлодетекторы тут бесполезны – ведь железа, микрочипов, синтоволокон и др. неорганических прибамбасов в людях немногим меньше, чем в компьютерах; получеловеческая протоплазма совершает загадочные для нас, сегодняшних, эволюции, дабы заработать на тарелку бобового супа и развлекательную программу для ночного виртуального просмотра.
Второй из основателей жанра, Брюс Стерлинг, в романе «Схизматрица» (Schismatrix, 1985) добавил к железкам толику генной инженерии – в ту пору абсолютно фантастичной. «Передний край генных технологий захватили Черные Медики – экстремисты с комет и колец Урана, а также пышным цветом расцветающие постчеловеческие общины типа Метрополярии, Кровавых братьев и Эндосимбиотиков. Они сбросили с себя все человеческое, как околоплодный пузырь», – читаем в «Схизматрице». Тому, кто открыл книгу наугад, трудно отделаться от желания заменить в слове «Schismatrix» вторую литеру «s» на «z», чтобы название звучало как «Шизматрица». Однако мир, описанный в романе, по-своему логичен, просто зиждется на законах, отличающихся от привычных.
Как и в случае с идеями Гибсона, идеи Стерлинга развивались уже в новейшие времена. Прежняя машинерия обогащалась новыми гаджетами, и каждый из них, корректируя картины придуманного мира, все-таки главным образом работал на сюжет, обостряя его. Уже на рубеже 90-х находки отцов киберпанка будут бестрепетно использоваться мастерами фантастико-приключенческого жанра. Так, например, у Джона Алека Эффинджера в романах «Когда под ногами бездна» (When Gravity Fails), «Огонь на солнце» (A Fife in the Sun), «Поцелуй изгнанья» (The Exile Kiss), созданных в 1987–1991 годы, люди уже не представляют жизни без имплантантов-модификаторов. Человек из самой занюханной арабской глубинки может теперь за гроши вживить себе в мозг пару электродов и буквально на ходу «подключиться» к новым навыкам. Про мелочи прикладных знаний в этом будущем и говорить нечего. Фокус из «Матрицы» – когда Тринити за секунды овладевала искусством управления вертолетом – в мире киберпанка уже в конце 80-х годов никаким фокусом не являлся. Адепты жанра, в разных его изводах, призывают расслабиться (или напрячься) и получить удовольствие от тех странностей, которые ожидают нас впереди.
Лучшие книги мастеров жанра – вдохновенный гимн любопытству, которое остается неотъемлемым атрибутом человеческой натуры, даже когда Homo sapiens уже не вполне homo… Кстати, знаменитый (см.) к нам залетел именно из мира имплантированных гаджетов – на правах технологически модифицированного существа, человека-вертолета с программой на взлет, посадку, дружбу с малышами и низведение домомучительниц.
Назад: Карлсон
Дальше: Кинг-Конг
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий