Дверь в лето

Книга: Дверь в лето
Назад: 2
Дальше: 4

3

Подъезжая к дому Майлза, я уже весело насвистывал. Меня больше не беспокоила драгоценная парочка – мои бывшие компаньоны. Кроме того, на последних пятнадцати милях я придумал два новых прибора, и каждый из них мог меня озолотить. Во-первых, чертежная машина, наподобие пишущей. Несомненно, ей будет рад каждый из пятидесяти тысяч инженеров, живущих в Соединенных Штатах. Дни и ночи они горбятся над ненавистными чертежами. От этого у них портятся характер и зрение. И не то, чтобы они не любили проектировать – просто эта работа нудна и трудна чисто физически.
Моя штуковина позволит им восседать в удобном мягком кресле, перебирая клавиши – а уж машина сработает чертеж на кульмане. Нажимаете клавишу – и на ватмане появляется горизонтальная линия, нажимаете другую – и связываете ее с вертикальной, нажимаете несколько раз – и перед вами частокол линий или чего угодно.
Нет невозможного в том, чтобы за отдельную плату добавить еще один кульман – это позволит архитектору проектировать в изометрии (единственно путный способ проектирования) или в перспективе, даже не глядя на чертеж. А почему бы не заставить машину снимать планы этажей и разрезы прямо в изометрии?
Главная прелесть такого прибора в том, что его можно почти целиком собрать из стандартных деталей, которых полно в универмагах и магазинах радиотоваров. Исключая панель управления, конечно, хотя я был уверен, что вместо нее можно приспособить обыкновенную пишущую машинку, заменив литеры и обозначения на клавишах. На создание простейшей модели хватило бы и месяца. И еще полтора, чтобы довести модель до кондиции.
Попутно с этим меня осенила восхитительная идея. А именно – как угробить бедного старого «Фрэнка». Я знал это, как никто другой, даже если бы этот другой изучал его целый год. Он был задуман как помощник по хозяйству, и все думали о нем только в этом качестве. У него были ограничения, были недочеты, не отраженные в моих записях. Для новой задумки мне снова нужны были лампы Фрезена, и здесь Майлз не мог мне помешать. Их свободно продавали всем желающим.
Чертежная машина подождет, мне захотелось создать автомат с неограниченными возможностями, который делал бы абсолютно все, что делает человек.
Нет, я все-таки сначала построю чертежную машину, а уж потом, с ее помощью, начну проектировать «Пита-Протея».
– Как тебе это понравится, Пит? Твоим именем я хочу назвать первого настоящего робота!
– Мррр?
– Не волнуйся, это большая честь.
Имея за плечами опыт создания «Фрэнка», я мог спроектировать Пита быстро и, если использовать чертежную машину, чисто. Он будет убийцей, демоном-пожирателем. Он вышибет «Фрэнка» с рынка, прежде чем тот поступит в продажу. Он разорит Майлза и Беллу, и они приползут ко мне на коленях, умоляя вернуться. Кто же режет гусыню, несущую золотые яйца?
В окнах у Майлза горел свет. Неподалеку стоял автомобиль. Я поставил свою машину впереди него и сказал Питу:
– Тебе лучше остаться здесь. Если кто-нибудь попытается угнать машину, стреляй после третьего предупреждения.
– Ноооу!
– Если хочешь идти со мной, полезай в саквояж.
Пит прыгнул в саквояж.
Майлз впустил меня в дом. От рукопожатий мы воздержались. Он провел меня в одну из комнат и предложил стул.
Белла была тут как тут. Хотя я и не ожидал ее увидеть, однако ничуть не удивился. Я смотрел на нее и усмехался.
– Какая чудесная встреча? Неужели ты приехала из Мохаува только для того, чтобы поболтать со старым Дэном?
Я бываю ужасно галантным, когда захочу.
Белла нахмурилась.
– Не паясничай, Дэн. Говори, с чем пришел, если у тебя есть, что сказать, и проваливай.
– Не торопи меня. Я пришел поговорить с моим бывшим компаньоном… и моей бывшей невестой. Насчет моего бывшего бизнеса.
– Постой, Дэн, – примирительно сказал Майлз. – Не становись в позу. Мы это сделали для твоей же пользы… и ты, если захочешь, можешь вернуться в любой момент. Я буду рад заполучить тебя обратно в нашу фирму.
– Для моей же пользы, вот как? Что-то в этом роде говорят конокраду перед тем, как повесить его. А что скажет Белла? Могу я вернуться?
Она закусила губу, потом ответила:
– Конечно, если так говорит Майлз.
– Как это мило. Совсем недавно ты пела по-другому: «Конечно, если так говорит Дэн». Но все меняется. Такова жизнь. Не вернусь я к вам, не бойся. Слово чести. Я пришел к вам, чтобы узнать кое-что.
Майлз и Белла переглянулись.
– Что? – спросила она.
– Ну, для начала, кто из вас придумал это мошенничество? Или вы думали вместе, на пару?
– Это нехорошее слово, Дэн, – медленно проговорил Майлз. – Оно мне совсем не нравится.
– О, простите, но я предпочитаю быть искренним. Если уж слово нехорошее, то действие в десять раз хуже. Я имею в виду подделку контракта и фальсификацию передаточных надписей на патентах – это серьезные преступления, Майлз, они подлежат юрисдикции Федерального Суда. Думаю, скоро ты увидишь небо в крупную клетку. Вот только не знаю, надолго ли. Ну, ничего, в ФБР меня просветят на этот счет. Завтра, – добавил я, заметив их испуг.
– Дэн, неужели ты настолько глуп, чтобы поднимать бучу вокруг этого?
– Бучу?! Да я ударю по вам со всех сторон, по всем статьям, гражданским и уголовным. Вам придется ох как несладко… если вы не согласитесь сделать кое-что. Я ведь еще не сказал о третьем вашем преступлении – краже моих записей и чертежей «Фрэнка»… а также действующей модели… Или вы готовы уплатить мне за детали, если я представлю вам опись?
– Кража? Какой вздор! – огрызнулась Белла. – Ты работал на фирму.
– Ну да? Я делал его по ночам. И я никогда не был служащим фирмы, вы оба это отлично знаете. Я выписывал детали, покрывая издержки за счет причитающихся мне дивидендов. А что скажет «Мэнникс», когда я обвиню вас перед судом в преступном сговоре? Неужели они купят «Горничную», «Вилли» и «Фрэнка», если узнают, что они никогда не принадлежали фирме, а были украдены у меня?
– Чепуха, – зловеще повторила Белла. – Ты работал на нашу фирму. У тебя с нами был заключен контракт.
Я откинулся на спинку кресла и громко рассмеялся.
– Слушайте, ребятки, придержите-ка вы этот треп до суда. Здесь же нет никого кроме нас, цыпляточки. Единственное, что я хочу знать – кто все это придумал? Я знаю, как это делалось. Белла приносила мне на подпись бумаги и, если нужно было подписать больше одной копии, она подкладывала их под первую. Ради моего удобства, разумеется, ты же всегда была образцовой секретаршей. Таким образом, я видел только то место, где должна была быть моя подпись. Теперь я понял, что ты подкладывала мне под первый экземпляр другие документы. Итак, я знаю, что ты единственная, кто мог провернуть эту аферу. Майлз не мог – он даже не умеет прилично печатать на машинке. Но кто сочинил все эти бумаги? Ты? Не думаю… для этого надо быть юристом, а ты никогда не говорила нам о своем юридическом образовании. Могла ли простая секретарша так ловко составить контракт? Или это был адвокат? Я имею в виду тебя, Майлз.
У Майлза погасла сигарета. Он достал ее изо рта, осмотрел и только тогда осторожно ответил:
– Дэн, дружище, если ты думаешь, что сможешь заставить нас признать все это, то ты просто сумасшедший.
– А, бросьте, мы здесь одни. Так или иначе, вы оба виноваты. Хотел бы я думать, что ты решилась на это в мгновение временного помрачения ума. Но я знаю, что это не так. Если у Беллы нет диплома юриста, то налицо преступный сговор между вами. Это значит, что ты, Майлз, написал эти документы, а она перепечатала их и отдала мне на подпись. Так?
– Не отвечай ему, Майлз.
– Конечно не буду, – согласился он. – У него в саквояже может быть магнитофон.
– Хорошо бы, – согласился я. – Но сейчас у меня его нет.
Я расстегнул саквояж. Пит высунул голову наружу.
– Ты все запомнил, Пит? Припомните-ка, что вы тут наговорили, ребята? У Пита память, как у слона. Нет, я не записывал ваш разговор. Я все тот же старый добрый Д.Б.Дэвис, крепкий задним умом. Действую прямо, доверяю друзьям… и вам двоим тоже. Так как насчет Беллы? Она юрист? Или вы вступили в злонамеренный заговор и теперь обворовываете меня, стараясь чтобы все это выглядело законно?
– Майлз, – прервала меня Белл, – с его талантами ничего не стоит сделать магнитофон величиной с сигаретную пачку. Он может быть не в саквояже, а в кармане или еще где-нибудь.
– Чудесная идея, Белла. В следующий раз я так и сделаю.
– Я учел это, дорогая, – ответил Майлз, – а вот ты говоришь слишком рискованно. Следи за своим язычком.
Белл что-то буркнула ему в ответ.
– Что, уже сердитесь? – я поднял брови. – Верно, что-то не поделили?
Майлз явно начинал поддаваться, и мне это нравилось.
– Выбирай выражения, Дэн, – ответил Майлз, – если тебе дорого твое здоровье.
– Тише-тише! Я моложе тебя и совсем недавно прошел переподготовку по дзюдо. Ты ведь не привык драться. Скорее уж подсунешь мне очередную фальшивку. Я сказал «воры» – и именно это я имел в виду. Вы оба – воры и лжецы, – тут я повернулся к Белле. – Отец учил меня никогда не называть леди лгуньей, но ведь ты не леди. Ты лгунья… и воровка… и бродяжка.
Белла покраснела. Красавица исчезла, осталась лишь хищная тварь.
– Майлз! – рявкнула она. – Если ты собираешься спокойно сидеть и позволять ему оскорблять…
– Успокойся, – приказал Майлз. – Он нарочно хамит. Думает, что мы в запальчивости наболтаем лишнего. И, судя по тебе, это ему удается. Сиди и помалкивай.
Белла заткнулась, лицо ее окаменело.
Майлз повернулся ко мне.
– Дэн, я человек практичный. Надеюсь, ты с этим согласен. Я пытался объяснить тебе наши резоны, прежде чем ты покинул фирму. Я хотел, чтобы ты понял неизбежность этого и спокойно принял ее.
– Спокойно позволить себя изнасиловать, ты это имеешь в виду?
– Называй это, как хочешь. Я хочу решить дело миром. Как юрист, я знаю, что любое дело лучше решить без суда, если это возможно. Ты сказал, что согласишься на это при определенных условиях. Назови эти условия, и мы, возможно, договоримся.
– Так-то лучше. К этому я и веду. Сам ты их выполнить не сможешь, но помочь уладить дело тебе вполне по силам. Это просто. Заставь Беллу вернуть мне акции, которые я ей подарил в день помолвки.
– Нет!
– Помалкивай, говорю тебе, – прикрикнул на нее Майлз.
– Почему же нет, моя бывшая дорогая? – обратился я к Белле. – Я посоветовался по этому поводу с адвокатом. Ты не только морально, но и юридически обязана вернуть их мне, ибо они были даны тебе в ожидании определенных событий, а именно – женитьбы. Это был не «бескорыстный дар», как я предполагал, а «передача ценностей в ожидании договоренного события», какового не произошло. Так как ты не соизволила выйти за меня. Итак, ты отказываешься вернуть мне акции? Может, ты передумала и собираешься выйти за меня замуж?
Она ответила, где и в каком виде наблюдала нашу свадьбу.
– Белл, – произнес Майлз скучным голосом, – ты делаешь все еще хуже. Как ты не поймешь, что он старается вывести нас из себя? – Он повернулся ко мне. – Дэн, если ты приехал сюда только ради этого, можешь отчаливать. Я допускаю, что если бы обстоятельства, на которые ты голословно ссылаешься, имели место в действительности, ты мог бы начать процесс. Но их не было. Ты просто передал акции Белле в погашение задолженности по зарплате.
– Вот как? Что же это за задолженность? И где счет?
– В нем не было нужды. Она получила акции за сверхурочную работу для фирмы.
– Вот это мило! Майлз, старина, если все было именно так, если она работала на фирму, а не на меня лично, то и ты должен был уплатить ей столько же. Ведь доходы-то мы делили пополам, несмотря на то, что у меня был контрольный пакет акций… как мне думалось. Или ты скажешь, что передал ей акции на такую же сумму?
Они быстро переглянулись, и у меня зародилось дикое подозрение.
– Может быть, ты так и сделал?! Держу пари, она сама подкинула тебе эту идею. Ведь так? Но если даже ты сделал это, даты покажут, что я передал ей акции в тот день, когда в «Дезерт Геральд» появилось сообщение о нашей помолвке… А ты – когда она обманывала меня, когда вы на пару вставляли мне палки в колеса. Ведь такие даты регистрируются у нотариуса. Может быть, судья поверит мне, а не вам? Как вы думаете?
Наконец-то, наконец-то я их прижал! Тут мне на ум пришло одно обстоятельство, которое они наверняка не могли объяснить, да и я тоже… и тут меня осенила еще одна дикая мысль. Дикая? Нет, скорее логичная.
– А, может быть, ты просто был обязан передать акции Белле? Сколько всего у нее акций? Может быть, ты дал ей больше… и больше получил? – тут я запнулся. – Странно, что Белла приехала сюда раньше меня… а ведь она терпеть не может ездить через пустыню. Неужели она приехала только ради разговора со мной? А, может быть, она и не уезжала отсюда? Так вы любовники?! Или я должен сказать – близки? Или… вы уже женаты. – Я помолчал. – Держу пари, что так оно и есть. Ты же деловой человек, Майлз, не то что я. Ставлю свою одежду – ты ни за что не отдал бы ей ни цента за одно обещание выйти за тебя замуж. Но ты мог передать ей акции в качестве свадебного подарка, и таким образом вы вдвоем получили контрольный пакет акций. Не торопитесь отвечать. Завтра же я начну искать факты против вас и до всего дознаюсь.
Они снова переглянулись.
– Не трать зря время, – усмехнулся Майлз. – Знакомься, миссис Джентри.
– Вот как? Поздравляю вас обоих. Вы стоите друг друга. Но вернемся к моим акциям. Поскольку миссис Джентри не может выйти за меня…
– Не глупи, Дэн. Я уже разбил эту твою смехотворную версию. Я перевел часть своих акций на ее имя сразу же вслед за тобой. И по той же причине – за услуги, оказанные фирме. «Все зарегистрировано», как ты сам выразился. Мы с Беллой поженились неделю назад, а передача совершилась значительно раньше, можешь мне поверить. Тебе не удастся связать эти факты. Она получила акции от нас обоих за важные услуги, оказанные фирме. А после того, как ты ее обманул, после того, как ты покинул фирму, мы поженились.
Это меня осадило. Я никогда не умел лгать так непринужденно, как Майлз. Но была здесь какая-то зацепка, я чувствовал – им есть, что скрывать.
– Когда и где вы поженились?
– В Санта-Барбаре, в прошлый четверг, хотя это совсем не твое дело.
– Может быть, и мое. А когда были переданы акции?
– Точно не помню. Полюбопытствуй, если хочешь.
Черт подери, вполне возможно, что здесь все чисто. Майлз не любил оставлять следов.
– Кое-что меня озадачивает, Майлз. Если бы я писал детективы, то поручился бы, что вы поженились гораздо раньше. Может быть, в Юме? Или в Лас-Вегасе? Или в Рено, когда ездили туда по поводу рекламаций? А что получится, если сопоставить даты вашей свадьбы, передачи твоих акций и передачи моих патентов, а?
Майлз был невозмутим. На Белл он даже не смотрел. А посмотреть стоило: она выглядела так, словно ее только что стукнули мешком из-за угла в темноте. Мне показалось, что я на верном пути, и я решил продолжать в том же духе.
– Дэн, – спокойно сказал Майлз, – я долго терпел, стараясь уладить все миром. Ты достаточно оскорблял меня. По-моему, тебе самое время уйти. А не то я взбешусь и вышвырну тебя отсюда вместе с твоим блохастым котом!
– Ого! Наконец-то ты заговорил, как настоящий мужчина. Только не называй Пита блохастым. Он не хуже нас понимает английский и вполне способен выцарапать тебе глаза. Ладно, дорогой друг, я уйду… но сначала произнесу заключительную речь, очень короткую. Вероятно, это будет последнее, что я скажу. Идет?
Майлз жестом успокоил Беллу, не глядя на нее.
– Валяй. Только короче.
– Майлз, мне надо поговорить с тобой, – встряла Белл.
– Подожди. И сиди тихо.
Я повернулся к Белле.
– Ты, наверное, не захочешь слушать. Я думаю, тебе лучше уйти.
Разумеется, она не сдвинулась с места. Этого мне и надо было. Я повернулся к Майлзу.
– Майлз, я уже не сержусь на тебя. Мужчина ради женщины, даже ради воровки, идет на все. Если уж ни Самсон, ни Марк Антоний не устояли, то чего уж требовать от тебя, – тут я взглянул на Беллу. – Ты взял ее себе, вот и разбирайся с ней сам. Эта история обошлась мне в некоторую сумму, не считая полпинты испорченной крови. А во что она обойдется тебе? Сейчас она обманула меня. Она даже вышла за тебя замуж, чтобы обмануть меня, старый друг… но далек ли тот день, когда она в своей обычной ласковой манере начнет и тебя обманывать? Через месяц? Или она потерпит целый год? Рано или поздно она сделает это. Как собака возвращается к своей кости…
– Майлз! – взвизгнула Белла.
– Уходи! – с угрозой в голосе произнес Майлз, и я понял, что он не шутит.
Я поднялся.
– Я как раз собрался уходить. Мне жаль тебя, старина. Мы оба в самом начале сделали одну ошибку, и ты виноват не более, чем я. Но расплачиваться придется тебе одному. И это тем более обидно, что мы…
Им овладело любопытство.
– Что ты имеешь в виду?
– Нам с тобой следовало бы удивиться, чего это ради такая изящная, такая красивая и умелая, такая со всех сторон прелестная женщина согласилась на мизерное жалованье секретаря-машинистки. Если бы мы взяли у нее отпечатки пальцев, как это принято в больших фирмах, мы бы ее не приняли… и до сих пор были бы компаньонами.
Наконец-то! Майлз подозрительно взглянул на свою жену. Нельзя сказать, что она выглядела, как крыса, загнанная в угол – крысы не бывают такими красивыми. Но этого мне было мало, я решил развить успех.
– Ну что, Белла? – сказал я, подходя к столику. – Если я возьму твой стакан и попрошу проверить твои пальчики, что всплывет? Фотографии во всех отделениях? Шантаж? Или двоемужество? Или брачные аферы с корыстными целями? Действителен ли твой брак с Майлзом?
Я нагнулся и взял стакан.
Белла вырвала его из моих рук.
Майлз окликнул меня.
И тут я понял свою ошибку. Глупо было идти в клетку к хищникам без оружия, но еще глупее было забыть основное правило дрессировки – никогда не поворачиваться к зверям спиной. Майлз крикнул, я повернулся к нему. Белла достала что-то из сумочки, быстрее, чем я достал бы сигарету…
Я почувствовал укол.
Колени мои ослабли, ковер стал надвигаться на меня. Я падал, удивляясь, что Белла способна на такое в отношении меня. Падая на пол, я все еще верил ей…
Назад: 2
Дальше: 4
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий