Сила мысли

Книга: Сила мысли
Назад: Глава 30
Дальше: Глава 32

Глава 31

В пятнадцати милях от Кувейта, столицы одноименной страны

 

Жара в просторном ангаре оглашалась звуками щелчков и взрывов – пристреливали оружие. Рассеявшись посреди раскладушек и походных столов, которые были привезены, чтобы преобразовать угол ангара в импровизированные бараки, восемь суровых наемников перепроверяли свои боекомплекты. Роскошно отремонтированный «Боинг 707», принадлежавший принцу, был припаркован в противоположном углу. Несколько ящиков оборудования стояли открытыми посреди ангара, и их содержимое было аккуратно разложено по полу.
– Рождество в Кувейте, – сказал Тони, когда они с Джейком восхищенно разглядывали пару пулеметов на треногах. Они были одеты в брюки цвета хаки и рубашки с коротким рукавом. – Пулемет «ХМ-312» пятидесятого калибра. Всего по сорок два фунта весом каждый и в девять раз более точный, чем его предшественник, «М-2».
– И все дела, – отозвался Бронсон.
Тони снял крышку с оптического прицела, прикрепленного к стволу одного из ружей.
– И еще какие! Эти негодяи могут наставить человеку дуло в спину абсолютно самостоятельно, это полный автомат с инфракрасными датчиками. Просто берешь и наводишь, и там уж любой штуковине теплее кролика в области их поражения приходит конец. – Он надел крышку на объектив и начал распаковывать следующий ящик.
Джейк покачал головой. За последние двадцать четыре часа так много всего произошло! Его выигрыш в казино составил более чем 9,7 миллиона евро. И почти половина его уже ушла на закупку оборудования и счета для нанятых специалистов.
Принц был безмерно счастлив. Даже его пожилой советник выдавил из себя улыбку после последнего поворота колеса рулетки. Позже, узнав, почему Бронсон так отчаянно нуждался в деньгах, Филипп настоял, чтобы ему разрешили помочь. Он предложил территорию своего дворца и взлетно-посадочной полосы в пятнадцати милях за пределами города Кувейта как место сосредоточения войск для спасательной операции. В Монако они все запрыгнули в частный самолет принца, припаркованный в соседней Ницце, и совершили восьмичасовой перелет, приземлившись следующим утром. Это было двадцатью четырьмя часами раньше.
Наемник, с которым связался Тони, оказался верным своему слову, так что отряд спецназа и специальное оборудование начали поступать в тот же день и в течение ночи. Последние два солдата и их оборудование должны были вот-вот прибыть.
Джейк разглядывал необычную компанию, собравшуюся в ангаре. Маршалл, Лэйси и Ахмед сбились в кучку у компьютера в одном из двух небольших кабинетов вдоль задней стены. За исключением одной женщины-снайпера, нанятые люди сидели раздетыми, в одних борцовских майках или футболках и черных с серым армейских штанах. Играющие мышцы, татуировки, а у многих еще и боевые шрамы – все было открыто для обозрения. Выглядели они куда более зловеще, чем стая голодных гиен.
Из представления друг другу накануне, а также из биографий, содержавшихся в их профилях, отданных человеком Тони, Бронсон знал, что эти люди были связаны вместе стальной нитью профессионализма. В том, что они могли творить невыразимое насилие, сомневаться не приходилось. Но они были востребованы, потому что очень хорошо знали военное дело. Их оборудование было на самом высоком уровне, и они внесли ценный вклад днем раньше, когда Тони посвятил их в тонкости плана захвата.
Двое бывших «морских котиков», Чарли Таркинтон по прозвищу Тарк и Вилли Такер, работали с Тони прежде. Они приходились друг другу кузенами, и им было слегка за тридцать. Оба рыжие и в веснушках, они были родом из Чарлстона в Южной Каролине. У них были обширные знания в тайном десантировании со сбрасыванием груза с авиатранспорта, что было основным элементом этой миссии.
Теперь Джейк и Тони наблюдали за этими мужчинами. Тарк, у которого голова была покрыта банданой цвета хаки, передал свою автоматическую винтовку «Хеклер-энд-Кох HK416» одному из четырех латиноамериканцев, которые стояли перед ним полукругом.
Некий Мартинес по прозвищу Папа, самый невысокий из этих четырех, с круглой бритой головой и глазами, которые, казалось, постоянно искали угрозу, забрал предлагаемое оружие и повертел его в опытных руках, после чего передал одному из своих товарищей.
– Похоже на «M-4». Что это у нее сверху?
– Это газоуловитель с коротким поршневым приводом, – ответил Тарк. – Он не дает газам сгорания попадать в дуло, то есть в нем не образуются пробки. А если в него попадет песок или вода, просто встряхиваешь и стреляешь дальше. Никаких осечек.
Папа вернул Чарли оружие.
– Хорошо, Холмс. Но я верен своему «Гренделю-665», пока смерть не разлучит нас. Он как «M-4», только прокачанная и с пробивной способностью «AK». – Он достал из-под своей раскладушки боевой короткоствольный «Бенелли M-3-T» и протянул его Таркинтону. – А вот это моя шлюха про запас, Роза.
Мартинес командовал боевым отрядом из четырех человек. Трое его младших латиноамериканских партнеров, Змей, Живчик и Потрошитель, были частью его команды еще с тех пор, как они все вместе носились по улицам Южного Централа Лос-Анджелеса. Когда они пошли в морскую пехоту восемь лет назад, чтобы не попасть в тюрьму после большой резни, их было семеро. Три поездки в Ирак и Афганистан урезали их число до пяти. Они попытались возвратиться в Лос-Анджелес, но после того, как один из них погиб в автокатастрофе, Папа собрал Змея, Живчика и Потрошителя вместе, и они пошли работать на международное частное охранное предприятие. Это было четыре года назад. С тех пор Мартинес и мальчики заработали основательную репутацию одной из самых жестких в деле огневых команд.
Живчик и Змей были с бритыми головами. Руки их сплошь покрывали татуировки, самой выдающейся из которых были молитвенно сложенные ладони на правых предплечьях. Живчик был просто гигантом – здоровый, как холодильник, с шаром для боулинга на макушке. У него были широко посаженные темные глаза и кулаки величиной с тостер. Он был тяжел на подъем, но если расходился, его было уже не остановить. Змей был жилистым, быстрым и проворным, с телосложением боксера полулегкого веса и с угольно-черными глазами, которыми он видел все прямо насквозь. Оба они носили винтовку «Грендель», как и их предводитель.
Потрошитель владел автоматической штурмовой винтовкой «LWRC», приспособленной под пули от винтовки «Грендель 6.5». Его оружие выпускало 750 пуль в минуту на полном автомате, и Потрошитель всегда носил в бой здоровую связку барабанов, каждый на сотню пуль. Он был наполовину мексиканцем и наполовину индейцем, с длинными темными волосами, собранными в конский хвост, с широкой улыбкой кинозвезды и со сломанным передним зубом под золотой коронкой. Этот человек носил два боевых ножа из анодированной стали в ножнах на обеих ногах и двигался как кошка. В рукопашной он мог любого разорвать на части, прежде чем кто-то успевал что-либо понять.
Бронсон был рад, что такие люди были на его стороне.
Зная очень хорошо, что Джейк и Тони были в пределах слышимости, Живчик подтолкнул Папу и жестом указал на Бронсона.
– Что с ним, шеф? Его сторожить или что?
– Я точно не знаю, парень, – ответил Мартинес и кивнул на Тони, который сурово смотрел в их сторону. – Но Сержант говорит, он нормальный.
Живчик оценивающе посмотрел на Джейка:
– Не знаю я… Есть в нем что-то не то.
Беккер, взрывотехник и специализированный эксперт по оружию из Австралии, подслушал его реплику. У него было короткое, жилистое тело, волнистые светлые волосы и голубые глаза, которые мерцали в абсолютном контрасте с его шоколадной кожей, темной и от загара, и от его туземной природы. Он вмешался, заговорив с глубоким австралийским акцентом:
– Ты осторожнее, парень. Тот тип дело свое знает. Сержант говорит, что он хитрее крысы в шкафу да шустрее кенгуру на скаку.
Тони вступил в середину группы вместе с Джейком. Его рык не терпел возражений.
– А еще он управляет этим делом и чеки вам жирные выписывает!
– Послушайте, – подал голос Бронсон, зная, что он должен был высказать этим парням свое мнение. – Вам всем не зря платят по тарифу в пять раз выше обычного. То, что нам предстоит сделать, легким не назовешь. На самом деле это вообще почти невозможно.
«Что значит невозможно – это ведь все просто у нас в голове», – подумал Джейк про себя. Некоторое время назад он наконец выяснил, как развивать удивительную скорость, которую показал в баре Сэмми.
Тогда у него не было времени, чтобы думать о кружке, которая летела к его лицу, – он просто реагировал. Его рассудок ни за что не отвечал, и рефлексы овладели его телом в полной мере. Мозг, чувства и мышцы – все сотрудничали самостоятельно, чтобы сделать эту работу. Его рука кинулась и захватила кружку, защитив организм. Мозг – мышца, и как любая мышца в теле, он сохраняет воспоминания о прошлых действиях.
Иначе как еще Коби Брайант мог все время забрасывать мяч в корзину в прыжке?
Джейк должен был выяснить, как вызвать память о той молниеносной реакции в баре.
Он тренировался снова и снова несколько прошлых ночей, в то время как все остальные спали. Медленно, но ему все же удавалось добиться успеха. Для проверки скорости он использовал пластмассовые очки. Бросить стакан и успеть поймать его в воздухе, повернувшись кругом, – легко. Однако головные боли, которые появлялись после таких упражнений, теперь усилились.
Так и запомним: проблема скорости решена. А успеть получить от этого удовольствие? Не получится.
Джейк смотрел на крепких парней, стоящих вокруг него, и видел сомнение, запечатленное на лицах некоторых из них. Он сделал выпад вперед без предупреждения, выхватил у Потрошителя из кобуры на голени боевой нож, отступил назад и показал его на раскрытой ладони. Его нечеловеческая скорость ввела мужчин в ступор.
– Если что-то невозможно, это не означает, что сделать этого нельзя, – сказад Бронсон и сосредоточил свои мысли на ноже, заставив его зависнуть, колеблясь, в воздухе, пока он медленно отводил руку к себе.
– Madre de Dios! – произнес Змей, крестясь.
– Чтоб меня разорвало! – поддержал его Беккер.
Джейк почувствовал острую боль позади черепа, но не подал виду. Мысленно удерживая оружие, не давая ему упасть на пол, он подхватил его в воздухе. Ошеломленный Потрошитель забрал его из протянутой руки Бронсона.
Никто не двинулся с места. Все слушали только Джейка. Он подавил волну тошноты, прежде чем продолжить.
– В то время как вы, парни, охраняете периметр и готовите почву для нашего спасения, мы с сержантом входим в глубины этого ада, чтобы забрать заложников, среди которых шестилетняя девочка. И не ваше собачье дело, справлюсь я со своей задачей или нет. Просто делайте свое дело, а я уж как-нибудь сделаю свое. Понятно это?
Бывшие морские пехотинцы в группе откликнулись мощным «ура».
– Вы слышали, что он сказал, – вставил Тони. – Следим за обстановкой и делаем свое дело.
Мужчины вернулись к работе, проверяя свои боекомплекты.
Беккер повел Джейка и Тони к столу футов восьми длиной, на котором было разложено оборудование.
– Здесь все? – спросил Тони.
– Да, здесь все, что я просил, – подтвердил Беккер. – Мои два по пятьдесят с дистанционным управлением вы уже видели. – Он махнул рукой в сторону коллекции на столе. – У нас еще есть противопехотные мины, проволока, ранцы со взрывчаткой, осколочные и штурмовые гранаты, детонаторы и достаточно пластита, чтобы подорвать скалу.
– Хорошо, потому что это мы как раз и собираемся сделать, – сказал Тони, и они с Джейком переглянулись.
Беккер поцокал языком и поднял толстую белесую бровь, после чего подошел к ящику размером со стиральную машину и потянул его крышку.
– Помогите, Сержант. Давайте вытащим.
Бронсон проследил за тем, как они вытащили нечто похожее на небольшой вездеход. У него было три темно-серых баллона, соединенных с черной трубой, повернутой вверх у заднего шасси.
– Крошка Смоки – мой специальный сюрприз. Как только отольем этим шершням в гнездо, уходить надо будет быстро и под прикрытием. – Беккер присел, положив руку на один баллон вездехода. – Это модифицированная, самоходная, радиоуправляемая версия дымовой машины «М-56-Е-1». Она делает дым из нефтяного масла с графитовым волокном.
– Как долго? – поинтересовался Джейк.
– Двадцать-тридцать минут, зависит от того, есть ли ветер. Дым закрывает обзор и блокирует инфракрасные лучи – лучше, чем песчаная буря в пустыне.
Тони продолжил обходить ангар, проверяя и перепроверяя боекомплекты и обстановку в целом.
Бронсон стал наблюдать за командой через широко раскрытые двери ангара. Он обратил внимание на тихую казашку по имени Мариам, которая сидела в дальнем углу. Она осматривала и чистила свою снайперскую винтовку «Драгунов 7.62 SVD» так же бережно, как матери обращаются с новорожденными детьми. Эта женщина была невысокого роста – едва ли выше собственной винтовки. Короткие темные волосы, черные как смоль глаза и обветренная кожа. Строгие черты ее лица покрывала сеть тонких преждевременных морщин. С мимическими такие морщины не спутаешь – они были заработаны в страшное время. Пережитого в те годы любому хватило бы на несколько жизней, а для Мариам оно уместилось в ее двадцать с небольшим лет, проведенных сначала в отрядах чеченских боевиков, а позже на службе военным наемником.
Джейк оценил заботу, с которой казашка проверяла каждый из специально сделанных боеприпасов, прежде чем зарядить ими магазин. Как будто почувствовав его пристальный взгляд, женщина сделала паузу, подняла глаза и поглядела на него с другого конца ангара. Она устремила на него свой пристальный взгляд, как орел, разыскивающий кролика в снегу.
Ее легкий кивок подтвердил безмолвное соглашение между ними. Мариам была ответственна за прикрытие спины Джейка в течение первых критических минут операции. В течение следующих двадцати четырех часов их жизни будут связаны.
Приближающийся снаружи гул двойных турбовинтовых лопастей привлек внимание Бронсона. Самолет, напоминавший большого пеликана с поднятыми крыльями, стремительно снижался и заходил на посадку. Он становился все больше и больше, и уже казалось, что он сейчас врежется в ангар. Наземная команда, обедавшая в тени соседнего топливного грузовика, пришла к такому же заключению – мужчины побросали еду и в панике побежали по заасфальтированному шоссе.
Джейк усмехнулся и остался стоять. Руки его покоились на бедрах. Тони и Папа подошли и встали по обе стороны от него.
В самый последний момент нос самолета поднялся, как у большого африканского журавля, приземляющегося на мелководье озера Серенгети, и его горизонтальная скорость резко упала. Звук лопастей его мотора, режущих воздух, от устойчивого гула перешел к тяжелому стаккато, отрывисто разносясь по аэродрому. Экипаж сменил горизонтальное направление вращения его тридцативосьмифутовых лопастей на вертикальное, и самолет резко замедлил движение вперед. Он завис в воздухе в тридцати футах над землей, и от создаваемого им ветра с земли взмыла вверх тонкая завеса пыли, зависшая над шоссе широким кругом.
Трое мужчин искоса посмотрели, отвернув лица от порыва теплого воздуха и пыли, как гигантская птица уселась на землю перед ангаром.
– Это – наша машина, парни, – пояснил Джейк. – «V-22 Osprey». Летает как самолет, но способна приземляться и взлетать как вертолет. И за штурвалом – один из лучших пилотов, которых я знаю. – Он улыбнулся и добавил: – И один из самых сумасшедших тоже.
Бронсон встретил Кэла Спрингмена двенадцать лет назад во время учений ВВС США по пилотированию летательных аппаратов с фиксированным крылом. Обучение шло на авиационной базе ВВС Риза в городе Лаббок в Техасе. Джейк получил второй по рейтингу диплом в своем классе, а Кэл обошел его за счет своего предыдущего опыта полетов на вертолете во время службы в Береговой охране США. Родом из Лонг-Бич в Калифорнии, он был классическим серфингистом с вьющимися светлыми волосами, голубыми глазами, всегда загорелой от постоянного пребывания на пляже кожей и широкой улыбкой, которая могла очаровать кого угодно.
Они стали верными друзьями и изобретательными нарушителями спокойствия на все тринадцать месяцев обучения. Сколько раз их распекал командующий подразделением после нарушения правил в нелетную погоду во время учебного упражнения или когда они устроили пьяные соревнования с конкурирующими классами в предназначенном только для мужчин баре на «день кукарачи», а также когда во время обычных для тех мест песчаных бурь засыпало разметку на аэродроме. Девизом Кэла было: «Лови волну, пока она есть».
После того как мотор заглох, открылся задний грузовой отсек самолета – и вот они, говорливый Спрингмен вместе со своим вторым пилотом, худощавым молодым человеком, который болтался в комбинезоне, как в парусе.
Кэл поприветствовал Джейка, заключив его в несокрушимые объятия и подняв в воздух все его 190 фунтов.
– Парень, как же я рад тебя видеть! Сколько уже, три года? Как ты тут, черт возьми?
– Я нормально, Кэл. Спасибо, что приехал, парень.
– Я бы такого не пропустил! – Спрингмен указал на своего второго пилота, широко улыбаясь. – И Кенни игрушки привез.
Кенни был веснушчатым и прыщавым рыжим парнем. Бронсону показалось, что ему было лет шестнадцать, не больше. Но Кэл уверил его, что Кенни двадцать пять и что он полностью квалифицированный пилот. Он был очень старательным – это видно по всему. Джейк получил крепкое рукопожатие от молодого лейтенанта и коротко представил им Тони и Папу.
– Где вы изучали летное дело? – поинтересовался Бронсон после этого.
С акцентом, который навевал мысли о кукурузных полях Среднего Запада, Кенни ответил:
– Я летаю с тринадцати лет. У отца был бизнес по дезинсекции полей. Мы на неделе поля обрабатывали, а по выходным на авиашоу работали.
– Авиашоу? – переспросил Джейк.
Глаза Кенни вспыхнули, и он быстро осмотрел окрестности возле ангара.
– Дайте мне тридцать минут, чтобы настроиться, и я вам покажу, – и он унесся к самолету.
Бронсон вскинул бровь.
– Вам понравится, вот увидите, – уверил всех Кэл.
Они возвратились в ангар, где Маршалл и Лэйси подсоединили ноутбук к маленькому проектору и экрану для проведения совещаний. Маршалл все еще носил левую руку на перевязи, а его правая ладонь была забинтована. Он ворчал, тыкая в тачпад ноутбука правым указательным пальцем.
– Вы точно тут ничего не трогали? – спросил он с раздражением, причиной которого, впрочем, был скорее дискомфорт, чем настоящий гнев.
Уперев руки в бедра, Лэйси отодвинулась.
– Не трогала я твой драгоценный компьютер!
Маршалл напрягся.
– Но кто-то…
– Эй, Марш, ты Кэла помнишь? – спросил его Джейк.
Маршалл распахнул глаза, мгновенно узнав талантливого летчика.
– Парень, да как я мог забыть? Мы порвали его в клочья у Шарки на Пирсе Эрмоса и встретили еще волейбольную команду тех девочек и… – Он осекся, глядя на Лэйси. – В любом случае рад тебя видеть, парень.
Глаза Спрингмена задержались на девушке.
Маршалл это заметил. Он встал – слишком поспешно – и стул упал за его спиной. Но он, не заметив этого, положил более здоровую руку на талию Лэйси и вежливо представил ее.
Девушка прижалась к нему.
Кэл понял этот знак и понимающе кивнул Маршаллу.
Джейк представил Спрингмену остальную часть команды, включая Ахмеда, который сидел за маленьким столом поблизости, читая книгу.
Кэл вытащил из кармана на штанине своего летного комбинезона флешку и вручил ее Маршаллу.
– Я принес тут кое-что показать. Посмотрите.
Маршалл вставил флешку в компьютер и включил проектор. Он просмотрел меню на экране и открыл серию высококачественных спутниковых изображений.
Остальная часть команды собралась вокруг экрана.
– Здесь видно, что деревня Баттисты – одна из нескольких дюжин таких же, – пояснил Спрингмен. – На них нужно обратить внимание, они все расположены изолированно друг от друга. Эти фото обошлись мне в бутылку текилы и коробку замороженных гамбургеров из «Макдоналдса».
На первом изображении со спутника оказалась безлесная, гористая область, которая простиралась через весь экран. К северу от крутого пика в центре древний сдвиг земной коры создал узор из разломов, которые процарапали рельеф, изобразив на нем огромную перечеркивающую землю линию. Выглядело все так, будто гигантский секач рухнул с неба – и северной трети горы как не бывало, а вместо него осталось плато с углублением, усыпанным валунами. Маркеры ландшафта, нанесенные на изображение, показали перепад высот почти в одну тысячу пятьсот футов.
Над утесом, с южной стороны горы, было естественное ущелье с огромными каменными глыбами с обеих сторон. Исходившие от них длинные тени ложились на узкую дорожку, которая вилась в сторону, к группе каких-то крошечных объектов.
Кэл приблизился к экрану, закрыв своей тенью часть изображения, и стал показывать указательным пальцем.
– Это та деревня. Добраться можно только этой дорогой. – Он сделал жест в сторону Маршалла. – Следующее изображение.
Вторая фотография с высоким разрешением увеличила масштаб изображения вершины ущелья в конце грунтовой дороги. На ней была вьющаяся лентой группа глиняных жилищ, часть из которых, казалось, выросли прямо из горы. Некое подобие упорядоченности создавалось лишь рядом коротких перегородок – они соединяли некоторые дома вместе, создавая, похоже, загоны для животных. Возле небольших хижин ходили люди.
– В этой деревне нет ничего особенного, – сказал Спрингмен. – Это старинное место, живут там человек тридцать или сорок. Туда летали отряды из сто первой авиационной дивизии, но ничего необычного не увидели. Деревня древняя и была, очевидно, построена для оборонительных позиций. На отвесный утес с другой стороны горы подняться нельзя. Это означало, что воинствующие племена могли доходить только до узкого ущелья, которое легко контролировать. Эдакая афганская версия Буча и Кэссиди.
Джейк изучил фотографию. Деревня Баттисты – вот где все это началось.
Ахмед подошел к нему, уставившись на экран.
– Это мой дом.
Бронсон положил руку мальчику на плечо.
– Сможешь показать нам, где входы в эти две пещеры?
Ребенок встал на цыпочки, пытаясь дотянуться до нужной точки указательным пальцем. Когда стало видно, что он не сможет это сделать, Лэйси вручила ему восемнадцатидюймовую линейку, чтобы он использовал ее как указку. Очень смущаясь перед этой компанией серьезных людей, мальчик стал орудовать этой указкой, как преподаватель перед студентами.
– Если вы проследуете этой тропой на север по направлению от деревни, то первая пещера будет сразу после третьего поворота. Прямо вот тут.
Ахмед указал на место, которое совершенно ничем не выделялось от остальной плоскости ландшафта.
– Вход в нее приблизительно на пять метров выше тропы, скрытой под большой скалой. То есть она не просматривается, пока вы с нее не сойдете и не пройдете через эту расселину.
– И это – основные казармы и жилые помещения? – поинтересовался Джейк.
– Да.
– Сколько народу там живет?
– По-разному. Но обычно около ста или двухсот солдат.
Все в команде поежились, услышав такое число, и еще немного ближе придвинулись к монитору.
– А вторая пещера? – спросил Бронсон.
Ахмед прочертил извилистую линию дальше на север в горах.
– Это в пятнадцати минутах ходьбы. Сюда, где тропа выходит к краю утеса. – Мальчик указал на каньон, примерно обозначив его размеры – с большое футбольное поле. Вокруг него возвышались крутые горные хребты серовато-коричневого цвета. – Вход здесь. – Он указал на место ниже восточной стены каньона. – Он всегда охраняется.
Джейк пододвинулся ближе и пристально всмотрелся в экран, разглядывая первую пещеру, которая служила казармой.
– Ахмед, ты абсолютно уверен, что есть только один вход или выход из этой первой пещеры?
Ребенок кивнул, и тут всеобщее внимание отвлеклось на высокий жужжащий гул, который эхом разнесся от входа в ангар.
Два похожих на стрекоз миниатюрных черных вертолета, каждый размером с продуктовую корзину, синхронно зависли прекрасным тандемом у входа в ангар. Вместо обычной стеклянной кабины, какая бывает в пилотируемых вертолетах, на этих боевых летательных аппаратах с дистанционным управлением были закреплены серьезные на вид дула ружей «AA-12» и миниатюрные гранатометы на четыре заряда. Из-под орудий смотрели сферические камеры наблюдения.
Кенни сидел за маленьким столом, который он установил снаружи. В правой руке у него был беспроводной джойстик, жестко зафиксированный на предплечье ремнем. На столе стоял открытый износоустойчивый ноутбук с широким монитором.
Как подросток, играющий в видеоигру, Кенни был полностью погружен в экран, манипулируя джойстиком. Вертолеты плавно описали круг по периметру ангара, а затем, вернувшись к дверному проему, набрали скорость и унеслись наружу, где поднялись вверх и испарились, как искры от костра. К тому времени, когда все торопливо выбежали на улицу смотреть шоу, обе пташки исчезли.
Кенни нажал на клавишу и поднял глаза от экрана.
– Небольшое подкрепление с воздуха, – пояснил он с улыбкой. – Боевые вертолеты «NRI Аутокоптер». Они могут стрелять на расстояние до шестидесяти миль со стандартными ружейными боеприпасами или снарядами «FRAG-12», триста выстрелов в минуту. Их гранатометы могут быть оборудованы любыми снарядами, от зажигательных до бронебойных.
– И куда они смылись, черт возьми? – спросил Беккер.
Молодой летчик повернулся обратно к экрану.
– Ну, встречайте, вот они и возвращаются!
Два маленьких вертолета, стрекоча, обогнули дальний угол ангара, как гоночные автомобили на заключительном повороте в Индианаполисе, и резко застыли, угрожающе вибрируя на месте с дулами, направленными на группу людей.
На экране ноутбука появилось зеркальное изображение команды, переданное с вертолетных камер с объективами высокого разрешения.
Кенни нажал другую клавишу и подвигал джойстиком. Один вертолет быстро описал в воздухе круг и, вернувшись, снова завис рядом с другим.
– Они могут управляться независимо друг от друга отдельными джойстиками. Или можно одновременно управлять четырьмя штуками попарно.
Оба вертолета синхронно облетели вокруг зрителей, и при этом их прицелы ни разу не сместились.
– Когда эти малыши находятся в режиме «найти и уничтожить», от них нигде не укроешься, – добавил молодой пилот.
Потрошитель засмеялся и, сложив указательный и большой пальцы в виде пистолета, в шутку взял этих двух птичек на мушку.
– Ну конечно, Холмс. Пока их кто-нибудь из пальца не укокошит.
– Похоже, у меня есть один доброволец для демонстрации, – с улыбкой заметил Кенни и указал на все еще вытянутый палец Потрошителя. – Вы бы сменили вашу большую пушку и навели от мусорного бака на ствол, который я там настроил – тогда и посмотрим, сможете ли вы взять этих малышей на прицел.
Потрошитель перестал улыбаться.
– Не проблема, – ответил он. – Сейчас приду.
Он сбегал трусцой в ангар и возвратился со своим автоматом Гренделя, после чего, с дерзкой усмешкой подмигнув приятелям, побежал на свою позицию. Когда он был рядом с мусорным баком – приблизительно в пятидесяти ярдах от остальных зрителей, – он помахал оттуда винтовкой, и Кенни набрал короткую серию команд. Джейк заметил, что изображение на экране изменилось на вид сверху, но оба вертолета остались на месте.
Заметив, что Бронсон старается понять его действия, Кенни указал на маленькое пятнышко, кружащееся высоко вверху.
– Ворон, портативный беспилотник. Я запустил его перед вертолетами. Он может функционировать в течение полутора часов, обеспечивая нас данными о расположении позиций противника. Компьютерные средства наведения на вертолетах получают от него данные в реальном времени, и все изображения объединены с наборов датчиков всех членов отряда, установленных на мониторах их шлемов в верхней части.
Специализированные шлемы и другое оборудование системы «Земной Воин» прибыли этим же утром. Каждый член команды был снабжен набором, состоящим из шлема, который объединил систему коммуникаций с камерами дневного и ночного видения, и камерами, наведенными на оружие.
Изображения выводились на прозрачный окулярный дисплей в полдюйма величиной. Все в команде могли получить визуальное изображение от камер любого другого члена команды или от беспилотника и вертолетов.
Кенни замысловатым жестом указал на угол стола.
– Они также связаны в систему для двух входов без шлемов.
Члены большинства команд понимающе кивнули. Они использовали эти устройства прежде и ценили все плюсы, которые такая техника добавляла в координирование действий команды.
Джейку этот Кенни с каждой минутой нравился все больше.
Изображение от беспилотника на экране увеличилось, и Потрошитель рядом с пустым мусорным баком стал отчетливо виден. Кенни вбил в компьютер очередные команды и, расслабившись, откинулся от клавиатуры.
– Гляньте только! Теперь оно само. – Он указал на часть экрана. – Наблюдайте.
Лопасти винтов обоих вертолетов вращались на осях. Как рассерженные осы, они разлетелись в разных направлениях, исчезнув возле ангара.
Потрошитель стоял наготове, с автоматом на плече, ожидая пташек, которые должны были вот-вот появиться. Но у него не было ни единого шанса. В лучах яркого солнца эти две птицы спикировали сверху, как соколы на мышь.
Подручный Папы был превосходным бойцом – он мгновенно поднял свою винтовку вверх, ориентируясь на их приближающийся звук. Но было уже слишком поздно: прежде чем он смог прицелиться, вертолеты разделились и начали беспорядочно роиться вокруг него, как насекомые вокруг света лампы жаркой летней ночью. Потрошитель дергал винтовку туда-сюда, пытаясь успеть за этими птицами, но через какое-то время опустил оружие и пошел назад к группе.
– Неплохо, гринго. Просто здорово, – сказал он. – Я, наверное, поймал в прицел одну из этих бешеных птах, но они меня сделали, парень.
Вертолеты вернулись к своей отправной точке, зависнув в воздухе около группы.
Кенни поднял красную панель, которая покрывала часть клавиатуры, и щелкнул по спрятанной под ней клавише. В верхней части экрана высветилось предупреждение: «Подтвердите команду “Орудия к бою!”» Молодой человек нажал на ту же клавишу еще раз.
– Орудия к бою! Вот так, мальчики, – сказал он, а затем, вспомнив про Лэйси и Мариам, добавил: —…и девочки. Вот он, грандиозный финал.
Кенни нажал клавишу в последний раз. Птицы взмыли вверх и улетели таким же образом, как и в прошлый раз. Но перед этим, вскоре после того, как они разделились и начали свой гудящий пробег, вертолеты выпустили отрывистые очереди из «AA-12».
Мусорный бак был измельчен вдребезги и исчез в облаке пыли.
– Вот это то, что я и имел в виду, – отметил Папа.
Черный «Мерседес» с тонированными стеклами мчался к ним через асфальтированное шоссе. Взвизгнув колесами, он затормозил перед ними. Принц Филипп и еще один человек вышли из него и направились к Джейку. Оба одеты в белые дишдаши с куфиями на голове.
После традиционного мусульманского приветствия принц сказал на дари:
– Американцы со своими игрушками. Впечатляет.
Джейк усмехнулся и удивил принца, заключив его в теплые объятия.
– Я не могу найти слова, чтобы сказать, насколько я ценю это, Филипп. Я никогда не забуду вашу помощь.
Принц немного занервничал от того, что Бронсон обнял его, но ему не удалось скрыть улыбку за своим притворным негодованием. Он жестом указал на стоящего рядом с ним человека.
– Это о нем я вам рассказывал. Его зовут Азим.
Джейк обменялся рукопожатием со спутником Филиппа, попутно разглядывая его. Пожатие его руки было крепким.
– Принц рассказал вам о нашей миссии? – спросил его Бронсон, по-прежнему на дари.
Азим кивнул. Он был как будто бы старше, чем Джейк, хотя это трудно было сказать наверняка из-за его густой черной бороды. У него было обветренное темное лицо, в котором было что-то печальное – некое ощущение опустошенности, какое появляется, когда человек теряет кого-то очень дорогого. Но в его темных, проницательных глазах была также жестокая решимость, какая бывает у тореадора, стоически ожидающего разъяренного быка – как будто ничто не могло встать на его пути. Он изучал манеры Бронсона.
– Как я понимаю, эта деревня вам знакома, – сказал ему Джейк.
– Да. – Азим поскреб бороду. – У вас неплохое произношение, но есть некоторые нюансы, которые я должен вам объяснить, если вы хотите успешно внедриться в племя.
Знакомый принца сделал паузу, как будто пытаясь решить, скольким он готов поделиться с Джейком. После неловкой заминки он продолжил:
– Я моджахед. Я из семьи кочевников, и в наших традициях бороться за свой образ жизни. Когда я был моложе, мы боролись с русскими. Теперь мы боремся с нашими собственными радикальными соотечественниками. Человек, которого вы знаете как Лучано Баттисту, – это на самом деле Абдул Мохам Абдали, выходец из племени, которое населяло деревню в течение сотен лет.
Азим остановился, пристально глядя на Бронсона, а затем рассказал свою историю:
– Мое племя часто торговало с его деревней. Два года назад моих родного и двоюродного брата уговорили присоединиться к джихаду Баттисты. Они переселились в секретные пещеры выше деревни вместе со многими другими такими же. Полгода спустя их обоих нашли мертвыми: они стали жертвами ужасных экспериментов. У каждого из них были шрамы от хирургических вмешательств на голове. Когда наш лидер пошел против Баттисты, основная часть нашего племени была уничтожена. Но на все воля Аллаха, будь он благословен. Я и мой другой двоюродный брат отсутствовали, когда это произошло. Когда мы возвратились, нам потребовалось два дня, чтобы похоронить всех наших мертвецов.
Джейк чувствовал, что этот человек говорит правду. Чувствовал его боль.
– Баттиста и его племя должны умереть, – заключил Азим. – Я помогу вам, а вы поможете мне.
Бронсон кивнул, чувствуя родство с человеком, объединенным с ним одной отчаянной целью.
– Добро пожаловать, Азим. Давайте представим вас остальным.
Тони повел вновь прибывшего знакомиться с командой. Джейк проверил свои часы. Был полдень. Им предстоял десятичасовой перелет, и они должны были занять позиции на горе к 15:00. Пришло время загружаться.
Джейк быстро попрощался с принцем, а затем посмотрел на причудливое сборище людей, которые составили его команду: два пилота, каждый немного того и каждый по-своему, суровые лос-анджелесские парни, австралийский техник, двое морских котиков и чеченский мятежник, а также два его лучших друга, актриса-официантка и, наконец, воин-моджахед со своим собственным джихадом. И, конечно, Ахмед.
Вместе эта группа ответственна за результат самых критических восемнадцати часов жизни Бронсона. Нет, даже больше того, подумал он. Намного больше. Их действия определят судьбу невыразимого числа невинных жизней, начинающихся с Франчески и Сарафины и заканчивающихся тысячами – если не десятками тысяч – невинных жертв, жизни которых будут потеряны, если планы Баттисты осуществятся.
Назад: Глава 30
Дальше: Глава 32
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий